Мой снежный антигерой

Глава 2. Странный курорт

Тили

Время в пути пролетело быстро, и когда венрилир начал снижаться, мы все буквально прилипли к окнам, чтобы рассмотреть незнакомое место, в которое нас привезли.

Находилось оно высоко в горах, и снега тут было немало. Вокруг раскинулся сосновый лес, вдалеке виднелись острые скальные пики, а ещё я заметила чуть в стороне внизу нечто похожее на большое озеро.

– Красота, – протянула Вилмина. – Никогда не была зимой в горах. А тут, оказывается, поразительно красиво.

– С этим не поспоришь, – кивнула я, продолжая разглядывать пейзажи за окном.

Тем временем венрилир опустился на большую площадь, недалеко от длинного трёхэтажного здания. Двигатели затихли, но и мы не спешили что-либо говорить. Так и продолжали сидеть на своих местах.

– Выходим, – скомандовала кураторша, на чьём лице отразилось выражение настороженности. Видимо, она тоже плохо представляла, что нам предстоит тут делать.

Мы неспешно покинули салон.

На улице оказалось довольно холодно, но почти без ветра. Под ногами приятно скрипел белый снежок, а сам воздух казался настолько чистым и сладким, что им хотелось надышаться впрок или даже собрать себе немного в баночку.

– Смотри, Тили, что это? – громко спросила Вилма.

Она указала рукой в сторону, и мы едва ли не всей толпой уставились на странные канаты, уходящие куда-то вниз. И всё бы ничего, но к этим канатам на большом расстоянии друг от друга крепились сооружения, похожие на лавочки со спинками. Пока мы их разглядывали, они вдруг начали двигаться, причём ползли как-то удивительно плавно.

– Приветствую, господа, – отвлёк нас от созерцания этой непонятной штуки мужской голос.

Мы дружно посмотрели на подошедшего к нам мужчину лет сорока на вид и нескладно поздоровались в ответ.

– Моё имя – Се́дрик Ди́лмор. Я здесь главный инженер, – проговорил он, поправив припорошенную снегом синюю шапку. – Давайте сначала покажу вам, куда заселяться, а потом проведу экскурсию по комплексу.

Я была уверена, что мы направимся к тому самому строению, перед которым приземлились, но господин Дилмор почему-то провёл нас мимо входа. Это здание было выполнено в необычном стиле, я бы даже назвала его словно недостроенным. Где-то на стенах виднелся голый камень, где-то кирпичи, окна обрамляли деревянные балки, а сами стены были выкрашены в бежевый цвет.

– Это главная гостиница, тут мы будем принимать важных гостей, – проговорил господин Дилмор. – Чуть ниже строится ещё одна, похожая, для представителей среднего класса. А мы с вами идём во второй готовый корпус.

Примерно метрах в ста от непонятного здания стояло ещё одно, выполненное в том же странном стиле, но уже высотой в пять этажей. Рядом стояли ещё какие-то небольшие постройки, значения которых я пока не знала. Вдоль дорожки, по которой мы шли, стояли столбы с фонарями, лавочки, мусорные урны, но главное – было очень холодно. Какой дурак вообще будет тут сидеть или гулять?

– Персоналу здесь отданы два первых этажа, – сообщил наш провожатый, когда мы дружной толпой вошли в просторный холл с колоннами, выполненный в серо-белых тонах.

Здесь нас встретила невысокая плотная женщина лет пятидесяти с собранными в косу ярко-рыжими волосами, она приветливо улыбнулась и представилась: Але́т Роус –старший администратор курорта. Госпожа Роус лично проводила нас до выделенных нам комнат.

Жить нам предстояло по двое, что было вполне привычным. Комнатки оказались маленькими, но уютными, и к каждой примыкала своя личная ванная. Правда, из окна открывался вид на какой-то склад, но за ним всё равно виднелись горы.

И, вроде бы, всё было хорошо, но в душе́ отчего-то царил сумбур. Всё в этом курорте (на курорт совершенно не похожем) казалось привычным, но каким-то не таким. У меня в мыслях разгорался настоящий диссонанс, да и Вилма выглядела такой же растерянной. Ведь даже теперь, когда мы прибыли на место прохождения практики, не стало понятнее, зачем мы вообще сюда приехали.

Через час после прибытия нас снова собрали в большом холле, попросили одеться теплее и повели на улицу. Вот тогда-то наша кураторша всё-таки соизволила спросить господина Дилмора, что такое вообще «горнолыжный курорт»?

Он посмотрел на неё с видом полной обречённости и, махнув нам рукой, чтобы шагали следом, вышел из здания.

– Есть такое приспособление для катания по заснеженным горным склонам – называется лыжи, – начал он, ведя нас обратно к месту стоянки венрилира. – Это две длинные плоские доски, которые крепятся к ногам. Если научиться ими управлять, то спуск по склону становится крайне интересным развлечением… для кого-то. Я, увы, эту науку освоить не смог. Моя стезя – техника и магия.

Он уверенно прошагал мимо главного здания и направился прямиком к загадочным лавочкам, двигающимся по канату.

– Это подъёмник, – сказал с гордостью господин Дилмор. – Моя разработка. Он предназначен для того, чтобы поднимать обратно наверх тех, кто съехал по лыжной трассе. Если среди вас есть техномаги, то эти ребята будут работать со мной, следить за исправностью техники, за правильным распределением нагрузки, зарядом накопителей на двигателях и тому подобным.

Мы подошли к тому месту, где висящие на канате лавочки разворачивались, делая полукруг, после чего снова уплывали вниз. Они двигались непрерывно, но ползли довольно медленно. Хорошо хоть, не скрипели.

– Предлагаю всем нам прокатиться, – радостно сказал главный инженер.

Но ответом ему стала настороженная тишина, а наша кураторша и вовсе сделала несколько шагов назад, будто желала спрятаться за широкими спинами Барта и Фишера – парней с боевого факультета.

Такая реакция ни капли не удивила господина Дилмора, но по тяжёлому вздоху стало понятно, что, во-первых, он подобный страх видит постоянно, а во-вторых, всё равно заставит нас забраться на своё необычное изобретение.

– Давайте, должен же среди вас быть хоть кто-то смелый? – насмешливо проговорил господин Дилмор. – Ребята? Девушки? Покажите пример остальным. Эта канатная дорога довольно короткая, всего семьсот метров. Внизу вторая – уже на тысячу. Эту мы построили год назад, а нижнюю только недавно закончили. Но они обе готовы к работе.

Смельчаков предсказуемо не нашлось, что совсем не удивительно.

Я наблюдала за ползущими вверх и уходящими вниз удобными на вид лавочками со спинкой и пыталась понять, как они вообще держатся на канате?

– А ничего не оборвётся, если кто-то из нас сядет? – спросил Алек – наш техномаг-отличник.

– Конечно, нет, – ответил инженер. – Это очень крепкий канат. Обратите внимание, он натянут между опорными столбами, и таких опор на пути много. Нагрузка распределена равномерно. Бояться нечего.

– А как на нём держатся лавочки? – поинтересовалась я, наблюдая за этой гирляндой из сидений.

– Кресла крепятся специальным зажимом… и магией. Идёмте поближе.

Он подвёл нас к сооружению, в котором вертелись винты и подобие лебёдки, ещё раз подробно рассказал о том, как именно функционирует этот агрегат, и снова задал вопрос:

– Ну что, кто из вас всё же решится прокатиться? Я, в свою очередь, гарантирую, что после круга вы вернётесь обратно, на это же место, в целости и сохранности.

И тут стоявшая рядом со мной Вилма решительно взяла меня за руку и громко завила:

– Мы пойдём.

Я тут же попыталась высвободить руку, отойти от этой сумасшедшей, но она стиснула мои пальцы так крепко, что не вырвешься.

– Молодцы, девочки! – с восторгом ответил господин Дилмор. – Принесу вам вечером пирожные от нашего повара. Вы таких никогда не пробовали.

– Мы тоже прокатимся, – сказал Марк, подталкивая вперёд Ларта. – Не бросим девчонок одних.

– И мы, – заявили Фишер и Барт, направляясь к инженеру.

– И я хочу, – проговорил Алек. – В конце концов, я техномаг и прекрасно вижу, что конструкция надёжная.

Боевики, как самые смелые, первыми встали на указанные места, ожидая, пока приедет кресло. Оно подкралось к ним сзади, парни сели, закрыли металлическую перекладину… и с весёлым восторгом медленно поехали вниз.

Следующими на отмеченные квадратиками места для посадки встали мы с Вилмой.

– Вообще, кресла рассчитаны на четырёх человек, но мы пока отправляем по двое, – пояснил Дилмор. – Это действительно очень удобный вариант перемещения в горах.

Мне под коленки сзади что-то ударило, и я тут же поспешила сесть. Лавочка качнулась, поехала дальше, а довольная Вилма быстро опустила сверху металлическую ручку-ограничитель.

– Ух ты, – выдохнула она, болтая ножками. – Вот это карусель!

– Ага, – я пока не особо разделяла её восторгов. – Только в сотни раз страшнее.

Мы плыли довольно высоко над землёй. Внизу был снег, по бокам росли высоченные деревья, а вид на горы открывался поистине потрясающий. От него дух захватывало даже сильнее, чем от страха.

– Вот это я понимаю, приключение, – рассмеялась Вилма, крепко вцепившись в поручень. – Я даже не разберу, чего во мне сейчас больше: страха или восторга.

Я покивала, полностью разделяя её мысли. Хотя, честно, если бы мне прямо сейчас предложили сойти, точно бы согласилась. Но мы висели в воздухе, двигались вперёд по канату, а прыгать было очень высоко. Нет, я могла бы использовать стихию воздуха и сделать своё приземление плавным, но как потом добираться обратно наверх? Пешком по сугробам?

– Смотри, – вдруг весьма заинтересованно проговорила Вилма и указала вниз вправо.

А там по снежному покрову прямо между деревьями быстро двигался человек. Казалось, он летел над снегом, катился красиво, плавно и как-то даже грациозно. Сначала я решила, что это такой неизвестный мне способ левитации, но потом рассмотрела на его ногах две ярко-зелёные длинные доски, а в руках две тонкие палки. Иногда он отталкивался ими от снега, но большую часть времени просто держал их в руках.

– А это, видимо, и есть те самые горные лыжи, – проговорила подруга, тоже неотрывно следя за парнем внизу.

Он как раз выехал из леса, свернул на широкую заснеженную дорогу и заскользил спокойнее. Его путь пролегал прямо под канатами подъёмника, поэтому совсем не удивительно, что он нас заметил. Парень был одет в чёрные штаны и куртку, на его голове была большая круглая шапка, а глаза закрывала маска. И всё же, увидев нас, он удивлённо улыбнулся и приветливо помахал нам рукой.

– Вы очень красиво ехали! – зачем-то крикнула ему Вилма.

– Спасибо, – ответил он, и голос у него оказался очень даже приятным. – А вы смелые девушки. Хотите, научу на лыжах кататься?

– Конечно! – тут же ответила моя неугомонная подруга. – Очень хотим!

– Тогда жду вас в два часа дня у начала этой трассы, там есть учебный склон. Если заблудитесь, вам подскажут.

– Хорошо, мы придём, – тут же крикнула Вилма.

Теперь нам приходилось смотреть назад, чтобы увидеть лыжника. Он же остановился и теперь просто провожал нас взглядом.

– Скажите Курту, завхозу, чтобы выдал вам костюмы и лыжи, – громко крикнул он в ответ. – Передайте, что Дио попросил.

– Хорошо! – радостно воскликнула Вилма. Но ко мне повернулась только тогда, когда парень скрылся из вида. – Нет, ты видела? Я никогда так быстро не договаривалась о свидании!

– Очнись, это не свидание, – я помахала у неё перед лицом ладонью в тёплой перчатке. – Ты только что согласилась учиться кататься на двух скользящих досках, приделанных к ногам!

– Но ты же видела, как красиво он ехал! Я тоже так хочу. Уверена, в этом нет ничего сложного.

Вилмину переполняли восторг и азарт. Казалось, она совсем забыла, что мы с ней плывём прямо по воздуху на подвешенной к канату лавочке. Будто мимолётная встреча с человеком в чёрном затмила все её страхи и эмоции.

– Вот после обеда и попробуем! – продолжала она фонтанировать энтузиазмом.

– Ты попробуешь, а я на это не подписывалась, – ответила я ей.

– Тили, но меня же нельзя отпускать одну, – Вилма состроила страдальческий вид. – Я без тебя никак не справлюсь. К тому же, он позвал нас обеих. И мы согласились.

– Ты согласилась, – напомнила ей. – Я в это время молчала.

– Но не отказалась же. Как известно, молчание – знак согласия.

– Всё равно не пойду, – я скрестила руки на груди. – Парень, конечно, ехал красиво. И со стороны кажется, что это очень легко. Но я сильно сомневаюсь, что всё на самом деле так просто.

– Мы обязаны попробовать, – не сдавалась подруга. – Хотя бы ради того, чтобы потом сказать, что катались на лыжах.

– Давай поговорим об этом позже, – решила я сгладить наш спор. – И вообще, для сегодняшнего дня мне уже достаточно впечатлений.

– Так ещё даже не обеденное время, – проговорила Вилма.

– Вот именно, – я многозначительно покивала. – Так что поумерь пыл. Возможно, нам сегодня ещё работать придётся. И пока даже непонятно, в чём именно эта работа будет заключаться.

– Ну, в первую очередь, мы здесь на практике, следовательно, будем использовать магию, – развела руками моя немного легкомысленная подруга. – Справимся, не переживай. Скорее всего, начинать практику будем завтра. А сегодня вместе пойдём учиться скатываться по склонам. Мы просто обязаны попробовать.

Я не стала отвечать и ничего пробовать не собиралась. Если Вилме не хватает в жизни острых ощущений – то пусть катается. А мне и так достаточно поводов для переживаний. Ведь в кармане всё ещё лежал злополучный конверт, вскрывать который совсем не хотелось. Я уже чувствовала, что ничего хорошего в письме не будет, и была бы рада вообще никогда его не читать, но… придётся.

Ведь таким способом письма мне отправляла только мама, а писала она до этого всего два раза с момента моего побега. И если она снова рискнула со мной связаться, значит… меня снова почти нашли. А это очень и очень плохо, потому что именно сейчас, за полгода до выпуска, я никак не хотела опять менять академию.

Первое письмо я получила через шесть месяцев после побега. Тогда мне казалось, что найти меня невозможно. Я обосновалась в Вертинии, продала все прихваченные с собой драгоценности, сняла неплохой домик и собиралась поступать в магическую академию. Но мама написала, что ищейки отца уже знают, где я, и что у них приказ вернуть меня любой ценой. Тогда мне пришлось бросить всё, снова сменить имя и отправиться в другую страну.

В соседней Сайлирии я поступила в тихую академию на юге страны, спокойно отучилась два курса. Когда мне исполнилось двадцать, а именно этот возраст на моей родине считается совершеннолетием, я даже вздохнула спокойнее. Ведь теперь отец уже не мог заставить меня делать то, что ему нужно. Но обрадовалась я слишком рано.

Тогда мне снова пришло письмо от мамы. И в нём она опять предупредила, что меня нашли. Но я решила, что больше прятаться не стану, а отцовских ищеек встречу гордо и пошлю куда подальше.

Впрочем, никто не стал меня слушать. А явился за мной Дайлит, мой старший брат. Он отправился прямо к ректору, объяснил ему ситуацию, и руководитель академии, во избежание международного скандала, сам отдал меня ему.

Я сопротивлялась, как могла. Сначала уговаривала, потом ругалась, даже плакала. Но Дайлит не слушал, ему было всё равно.

Тогда мне чудом удалось сбежать. Но жизнь снова пришлось начинать с чистого листа. И на сей раз я выбрала Карилию, причём самую захолустную академию на севере страны. После экзаменов меня приняли сразу на третий курс, даже стипендию назначили. Для ректора куда важнее оказался мой сильный двойной дар, чем мелочи с документами, и это не могло не радовать.

Два с половиной года всё было спокойно. Новый артефакт защиты от поиска работал отлично, внешность я тоже сменила с помощью артефакта, став на этот раз рыжеволосой простушкой с карими глазами и довольно большим носом. Симпатичной, но довольно обычной. Училась хорошо, в авантюры не лезла, надеялась вскоре получить диплом… Но вместо этого снова получила письмо из дома.

Боги, как же мне надоело скрываться! Я так не хотела опять бросать академию, убегать, прятаться. Да и денег на всё это у меня почти не осталось.

– А эта канатная дорога очень интересно устроена, – проговорила Вилма, отвлекая меня от грустных мыслей, когда наша лавочка уже начала подниматься обратно в гору. – И вокруг так красиво. Даже как-то умиротворяюще.

– Согласна, – ответила я, вздохнув.

Подруга о моих проблемах с семьёй не знала. Я вообще никому не рассказывала свою историю, считала это слишком опасным. Поэтому и сейчас не могла поделиться с Вилмой тем, что творилось на душе.

И всё же глубоко во мне ещё жила надежда, что мама написала о чём-то хорошем. Вот только я чувствовала, что это не так.

Глава 3. Ученицы

После катания на подъёмнике нам показали другие объекты курорта: склад с экипировкой, снегоходы, большие машины на гусеничном ходу, которые назывались «ретраками». Объяснили, где находится та самая учебная трасса, а где начинаются ещё две. Ну, а после этого нас отпустили по комнатам, разрешив сегодня просто отдыхать и набираться сил.

На восемь утра было назначено собрание, на котором нас обещали распределить по объектам и назначить работу. А пока мы оказались предоставленными самим себе.

Обедать все отправились в большую столовую. Кормили здесь довольно вкусно, да и само помещение казалось очень светлым, милым и уютным. С нами за столик сели Марк и Ларт и наперебой принялись делиться впечатлениями от удивительного устройства канатной дороги. Вилма тоже не умолкала, а мне хотелось просто скорее поесть и остаться одной.

Закончив с обедом раньше других, я отправилась в нашу комнату. Учиться кататься на лыжах мне совсем не хотелось, а вот письмо никак не давало покоя.