Эффект Фёдора

– Слышь, художник, хватит уже изображать довольную статую. Или ты решил тоже поучаствовать в этом фестивале, представив в качестве экспоната этот «Памятник позитиву»? – обратился к нему раздражённый Миша. Ясно было, что его совсем не радует перспектива провести день с этим шизиком. Почему-то такая странная весёлость Фёдора раздражала парня куда сильнее его обычно угрюмого вида.

Тёма одарил его насмешливым взглядом, который так и остался скрыт за мутными линзами, и снова вернулся к нанесению контура будущего рисунка. Хотя мысли его до сих пор пребывали где-то между Алиной вчерашней и Алиной сегодняшней. И он уже пообещал себе, что обязательно раскроет эту девушку… Но в этот раз ему было мало заполучить её тело. Для него было важно разгадать её суть, разобрать по полочкам тараканов в её голове, и эта идея добавила в его обыденную жизнь некую долю разнообразия и интереса. Ведь теперь и ненавистный образ Феденьки обещал принести пользу не только отелю, но и ему самому.

Весь день парень пребывал в каком-то предвкушении чего-то важного, какого-то знакового события, и за всеми этими думами так увлёкся работой, что успел разрисовать три площадки, и даже сделал набросок на четвёртой. На него будто снизошло странное вдохновение, и теперь он просто не мог остановиться, потому что держать всё это в себе не было ни сил, ни желания.

Миша ушёл в шесть, то есть, как только закончилось его рабочее время, а вот два его товарища до сих пор продолжали с каким-то фанатичным видом собирать площадки. А день между тем уже клонился к закату.

Заметив подходящую к ним Алину, Федя уселся на край конструкции и отсалютовал ей кистью.

– Я в шоке, – тихо сказала она, остановившись рядом с Фёдором, но глядя при этом в сторону его коллег. – Представь только, шесть площадок за день! Это же чудо!

– Это называется – правильная мотивация, – отозвался рыжий. – Ты же пообещала им премию, а сейчас мы видим вполне закономерный результат.

– Спасибо тебе! – она повернулась к парню и посмотрела на него с таким теплом, что слова ответной реплики попросту застряли у него в горле. Кажется, с самого раннего детства никто не одаривал его настолько искренним благодарным взглядом. Но что поразило Тёму ещё больше, так это глаза девушки, а точнее их цвет. На фоне мягких тонов закатного неба они казались нереальными, волшебными… И художник в Артёме просто не мог отказаться от подобного шедевра.

– Было бы за что, – хмыкнул парень, а в его голове уже родилась нужная комбинация действий. – Я всего лишь подал идею, а платить всё равно тебе.

– Да уж, – улыбка девушки мгновенно померкла. Всё ж пятнадцать тысяч для такой как она – огромная сумма. И их придётся отдать.

– А вообще, Алина Андреевна, у меня есть предложение, и я уверен, что оно тебя заинтересует, – произнёс он, чуть склоняя голову набок.

– И какое же? – со странным недоверием поинтересовалась она, наблюдая, как Арнольд с Николаем принимаются за сборку уже седьмой на сегодня площадки. Да уж… сразу видно, что деньги они хотят получить как можно быстрее. Сейчас все её мысли отражались на лице, и Артём без труда догадался, о чём она думает.

– Слушай, – выдал он, снова обращая внимание девушки на себя, – если поможешь мне убрать краски, я угощу тебя шикарным ужином, а потом озвучу своё предложение.

– Шикарным ужином? – брови Алины удивлённо взлетели вверх. Всё же она никак не ожидала получить столь… прямое приглашение от такого, как Федя. Ведь уже одно наличие настолько странных очков на лице должно было породить в этом человеке кучу комплексов. А Фёдору, напротив, было абсолютно плевать на мнение о нём окружающих. Девушке даже иногда казалось, что он считает себя просто шикарным парнем. Этаким «пупом земли», которому весь мир должен, как минимум, поклоняться.

– Ну да, – ответил он с самодовольной улыбкой, которая отчего-то показалась Але знакомой. – В местной столовой отличные повара, и они готовят просто шикарно! Уж поверь, мне есть с чем сравнивать. За свою жизнь я побывал в стольких ресторанах, что даже представить страшно.

– А то! – усмехнулась девушка, оценив всё сказанное как шутку. Стоило один раз взглянуть на Федю, с его мешковатой одеждой, растрепанными волосами, и толстыми мутными линзами на очках, чтобы понять, что «ресторан» для него, это всего лишь слово, и парень просто желает показаться крутым мачо. – Столовая, говоришь… А она разве ещё работает?

– Для клиентов – нет. Но я считаюсь у них своим, потому как батрачу там по утрам, перед работой здесь. Это тоже часть моей каторги, – он невесело усмехнулся. – В общем, меня там в любое время ждут, так что пошли. Почему-то мне кажется, что ты голодная.

И не дожидаясь ответа от явно ошарашенной девушки, он вручил ей коробку с красками, сказав ждать его в подсобке. И недоумевающей Алине не оставалось ничего другого, как просто сделать, как он хочет.

Бредя по опустевшим аллеям недостроенного парка, она вдруг подумала, что ещё ни разу за те дни, что они работают вместе, не слышала, чтобы их странный Федя кого-то о чём-то просил. Он только и делал, что раздавал указания или высказывал свою точку зрения. А если ему что-то от кого-то было нужно, он всегда предлагал ответную услугу. И так получалось, что это не просьба, а сделка. Создавалось впечатление, что просить – ниже его достоинства.

Фёдор догнал её у самого корпуса, где они хранили инвентарь, и когда их вещи были сгружены в подсобку, бесцеремонно схватил за запястье и потащил с собой. Как маленького ребёнка. Пребывая в лёгком шоке от его поведения, Аля даже не знала, что на это сказать. Но пока подбирала нужные слова, они уже дошли до чёрного входа в столовую, рядом с которым располагался столик с лавочками. Сейчас здесь сидела только одна женщина лет сорока на вид, и при появлении ребят как-то аж просветлела.

– Федя, мать твою! – выдала она, поднимаясь с места. – Где ты шляешься? Я уже полчаса как должна дома быть. А вместо этого мне приходится ждать, когда же ты соизволишь явиться на ужин! А у меня, между прочим, личное распоряжение Виталия Семёновича: кормить тебя три раза в день! – она с шумом вздохнула, потом пристально посмотрела на девушку, и тут же поспешила скрыться в помещении. Рыжий же, глядя на это только довольно улыбался.

Он усадил Алину за стол, а сам отправился за женщиной. Почему-то именно в этот момент он очень явно почувствовал свою вину перед ней, ведь Галка всегда была к нему очень добра, и Тёма проникся к ней странным чувством симпатии и признательности.

Когда же спустя несколько минут они снова появились на ступеньках, женщина уже не злилась, а Федя упорно старался сделать вид, что раскаивается. Это странное зрелище заставило Алину улыбнуться.

Сгрузив на стол тарелки с рагу и два стакана с соком, Галя принесла несколько пирожных, и только потом снова привлекла внимание Феди.

– В следующий раз, я оставлю твою еду под дверью, – пробурчала она, одаривая парня строгим взглядом.

– Как скажешь, – отозвался тот, улыбаясь. – Ну не злись ты… Я, правда, заработался. Да и Алинку накормить хотел. Посмотри, какая она бледная! Галь… Давай так, в качестве извинения я завтра же презентую тебе бутылку коллекционного вина.

– И откуда же у тебя, сопляк, такая роскошь? – она одарила парня ироничным взглядом и, махнув рукой, развернулась ко входу в столовую. – Не надо мне ничего… Просто, помоете за собой посуду и закроете тут всё. Ключ оставишь на ресепшене в главном корпусе. Всё, детки. Весёлого вам вечера.

С этими словами она удалилась, а Алина, наконец, решилась попробовать еду в своей тарелке. И была поражена её невероятным вкусом. Казалось бы, простое рагу, а от наслаждения даже глаза закрываются.

– А я говорил, что еда тут отменная, – заметил Федя, наблюдая за девушкой.

– Угу, – только и могла, ответить она. И молчание воцарилось ровно до того момента, пока не был доеден последний кусочек.

– Вот теперь можно и поговорить, – проговорил рыжий, отодвигая от себя тарелку и поворачиваясь к девушке. Она кивнула и откинулась на спинку лавочки, всем своим видом выражая удовлетворённость и готовность выслушать всё что угодно.

– Давай, – она повернулась к парню, вглядываясь в мутные линзы его очков, за которыми невозможно было рассмотреть глаза.

– Я могу выплатить работягам премию вместо тебя, – выдал он, внимательно наблюдая за реакцией девушки, которая отчего-то резко подавилась соком.

– Ты? – прохрипела она, откашлявшись. И явно хотела что-то ещё добавить, но Тёма решил не давать её фантазии придумать свои варианты его предложения и высказал всю мысль до конца:

– Да я, – спокойно ответил он. – Правда, за это мне нужна от тебя ответная услуга. Не подумай ничего плохого… Всё строго в рамках приличий.

– И что же я могу для тебя сделать? – голос девушки всё ещё оставался хриплым, но теперь виной этому было её жуткое замешательство. – За пятнадцать-то тысяч…

– У тебя очень красивые глаза, – ровно и совершенно без эмоционально сказал Федя. – Никогда не видел радужку такого интересного оттенка. И поэтому хочу тебя нарисовать. Деньги – оплата за твои услуги, как натурщицы.

Даже если бы сейчас ясное небо рассекла вспышка молнии, а на землю обрушился дождь из метеоритов, Аля бы совсем не удивилась, потому что предложение Фёдора её буквально ошарашило.

– Я? Натурщица? – она уставилась на него, как на душевнобольного. – Ты в своём уме? Федя, ты может, очки свои давно не протирал, или зрение ещё сильнее село? Посмотри на меня внимательней. Я – невзрачная и ничем не примечательная серая мышь, и прекрасно это осознаю.

– Да с чего ты это взяла? – так же эмоционально возмутился рыжий, отмечая про себя, что глаза девушки под действием эмоций становятся только ярче.

– С того, – отмахнулась она уже спокойнее. – Я в силах оценить собственную внешность. И прекрасно знаю, как меня воспринимают другие, – она огорчённо вздохнула, но всё-таки решила добавить: – К тому же, не так давно мне прямо указали на мою невзрачность.

– Кто? – искренне возмутился Фёдор, вспоминая, как шикарно эта девушка выглядела вчера в «Шторме». Просто конфетка, причём очень и очень аппетитная.

– Тот, кто явно разбирается в женской привлекательности, – Алина опустила глаза.

– Поверь, он слепой идиот! А я художник, и уж в чём-чём, а в женской красоте точно разбираюсь. И, всё-таки, кто он? – почему-то раздражённый парень решил, что это либо обиженный Горышев, либо Коля, у которого с Алей с самого начала не сложились отношения.

– Артём… младший брат Виталия Семёновича, – ответила девушка, грустно улыбаясь, а сидящий рядом парень весь как-то застыл. – И уж ему точно не зачем мне льстить.

– Аля, – голос Феди резко сел. По правде говоря, та их стычка в кабинете Виталика попросту вылетела у него из головы. И сейчас, наверное, впервые в жизни, Тёме было стыдно за свои слова. В тот момент он был зол и несказанно раздражён, а девушка просто попала под горячую руку.

– Да ладно, Федь, – Алина как-то натянуто ему улыбнулась, ведь упомянув Артёма, сразу же вспомнила и то, что теперь просто обязана выпросить его защиту от Олега. Да только сама считала эту затею фантастической и ни капли не реальной. Оттого её настроение упало ещё сильнее. – Если реально хочешь меня нарисовать – пожалуйста, рисуй. Было бы глупо в моей ситуации отказываться от столь лёгкой возможности заработать деньги. Кстати… откуда у тебя такая сумма?

– Не важно, – отмахнулся парень, всё ещё злясь на самого себя за неосторожно брошенную насмешку. Почему-то сейчас ему было крайней степени неприятно видеть Алю грустной. Хотя тогда он её и за девушку-то не считал, а ведь прошло меньше недели… – Деньги у меня будут, не сомневайся. И если уж ты согласна, то работу начнём завтра вечером. Скажем… в восемь.

– Хорошо, Федь, договорились, – она снова улыбнулась, но в этот раз уже гораздо теплее. – Давай, уберём тут, и я пойду. Устала жутко, к тому же прошлая ночь выдалась бессонной.

– Что… тому виной объятия пылкого кавалера? – насмешливо выдал рыжий, но отчего-то эта фраза больше уколола его самого. Неуёмная фантазия тут же нарисовала Алину (причём именно в том виде, в котором она предстала перед ним вчера), извивающуюся в руках Горышева. И от этого видения ему вдруг безумно захотелось организовать повторную встречу головы бывшего друга со своим кулаком.

Услышав такую странную фразу от озадаченного Фёдора, Алина восприняла её не иначе как шутку и тут же растянула губы в улыбке. Ведь подобный расклад казался девушке чем-то таким, что с ней произойти не могло в принципе.

– Ага, конечно, – бросила она с иронией. – Тому виной банальная бессонница, обоснованная хроническим невезением.

– Из-за работы что ли? – спросил Федя, странно довольный тем, что оказался не прав.

– К сожалению, не только из-за этого… – она вздохнула и вдруг подловила себя на мысли, что почти готова выложить этому очкарику все свои проблемы, и тут же ужаснулась такому непонятному доверию к малознакомому парню.

– У тебя что-то случилось? – Фёдор хотел, чтобы его вопрос прозвучал как можно безразличнее, но Алина всё равно уловила странный интерес и даже что-то вроде беспокойства. Но в лице рыжего отражался такой явный пофигизм, что девушка тут же решила – ей просто показалось.

– Забей, Федь, – бросила она, собирая посуду со стола и направляясь в сторону входа в столовую. – Всё у меня хорошо.

Естественно, он ей не поверил. Просто у человека с такими печальными глазами, по определению не всё в жизни гладко. И по неизвестной ему причине, Тёму изрядно волновали причины такого упадка сил у его начальницы. Почему-то раньше он подобного интереса к чужим проблемам никогда не проявлял. Что же изменилось теперь?

Пока обладатель очков пытался разобраться с новыми выкрутасами тараканов в своей голове, Аля благополучно закрыла дверь, вручила ему ключ и поспешно удалилась. И Тёме не оставалось ничего другого, как просто вернуться в свой пентхаус, где его уже ждал жутко довольный Виталик с оранжевой купюрой в руке и новым заданием по её получению…

***

Алина же, как только добралась домой, сразу рухнула на свою кровать и благополучно отключилась, и даже тот факт, что ещё далеко не ночь, её ни капли не смущал.

Снилась ей мутнейшая жуть, в которой то и дело промелькивал образ темноволосого парня с пьяными зелёными глазами. Он смотрел на неё, и девушка никак не могла отвести взгляд. Её будто затягивало в эти изумрудные омуты, лишая чувства воли. Сопротивляться им было невозможно, и в конце концов, Алина просто сдалась, и сама сделала шаг навстречу… И в этот самый момент тишину комнаты разбила громкая мелодия мобильника.

Упорно не желая расставаться с таким прекрасным ведением, Аля нащупала на тумбочке свой телефон и поднесла его к уху.

– Что? – спросила она у трубки, больше всего желая послать всех куда подальше.

– Ростовская, ты что спишь? – выдал динамик голосом Лизки.

– Да, а ты мне очень мешаешь, – ответила девушка.

– Так, соня, быстро поднимайся, приводи себя в приличный вид и дуй в «Шторм», – приказным тоном потребовала подруга.

– Не хочу.

– А проблем с Олегом хочешь? Он уже, кстати, интересовался, как тебя можно найти! – ехидным тоном прошипела Лиза. – И твоё единственное возможное спасение сейчас в гордом одиночестве сидит в своей ложе ВИП зоны и тихо потягивает вискарик. И если ты поторопишься, то я попробую организовать тебе встречу с ним.

Услышав предложение блондинки, Аля резко распахнула глаза и села на кровати.

– И что я ему скажу? – воскликнула она.

– Для начала «спасибо» за то, что вчера отлепил тебя от Горышева, а там сама разберёшься. Пойми, нам просто жизненно важно, чтобы он встал на твою сторону.

– Ты издеваешься? Да он ещё в первую нашу встречу прекрасно дал понять, что я из себя представляю! Он не станет мне помогать! – в Алине медленно закипало раздражение от собственного бессилия.

– В таком случае, тебе лучше самой прийти к Олегу и пасть ниц у его ног. Может, в этом случае он просто забудет про четыре царапины на своей щеке и тот факт, что из-за тебя Арт пару раз уронил его на пол.

– Чего? – Алина не поверила собственным ушам.

– Того! – бросила Лиза. – Об этом сегодня весь клуб судачит. Так что быстро принимай самый шикарный свой вид, и дуй сюда. Хотя… я не уверена кто из этих двоих большая сволочь, но начать всё равно лучше с Артёма.

– Ладно, – согласилась Алина, скрипя зубами. Ей абсолютно не нравились оба варианта, но третьего, увы, не было. Ведь найти Алю не сложно, а что сделает Олег, когда окажется с ней один на один… ей даже представлять не хотелось.

Спустя час она уже стояла перед входом в клуб, где её должна была встретить Лизка. Со стороны Алька выглядела довольно эффектно, в тонком чёрном корсете, таких же тёмных джинсах и на высокой шпильке. Длинные волосы были стянуты в тугой пучок на затылке, а глаза сильно подведены чёрным. Лицо девушки не выражало никаких эмоций, а во взгляде плескалось бескрайнее море уверенной надменности. Что ни говори, а маска стервы была в этой ситуации самой подходящей. К тому же, она великолепно скрывала растерянность и страх. Ведь Алине действительно было страшно…

– Пойдём, – проговорили над ухом и, обернувшись, Аля увидела совершенно незнакомую девушку, которая куда-то её тянула за руку. – Меня Лизка попросила тебя провести. Я Катя, работаю тут официанткой.

– Ясно, – только и смогла выдать Алина, послушно шагая следом.

Они довольно быстро миновали охранников, прошли через небольшой холл и скрылись в уже знакомом коридоре ВИП-зоны. Когда девушки остановились перед одной из дверей второго этажа, Катя вручила растерянной знакомой бутылку виски и два бокала.

– Жарков там. Один. Это его заказ, потому если что-то пойдёт не так, просто скажи, что сама напросилась отнести ему бутылку. Обо мне ни слова. Понятно?

Аля ошарашено кивнула, искренне желая убежать прямо сейчас. И как только Катя оставила её одну, тут же сделала несколько шагов по направлению выхода. Но именно в этот момент в коридоре появился высокий симпатичный блондин, в котором она легко узнала вчерашнего Олега.

– Надо же! Какая встреча! – ухмыльнулся парень, растягивая губы в циничной улыбке. – Пришла извиняться, Алиночка? – он медленно подходил к ошарашенной девушке, а она, наоборот, отходила назад, пока не упёрлась в дверь, за которой сейчас и находился Жарков.

– Прости, – сказала она, глядя на следы от своих ногтей на левой щеке блондина. – Я не хотела, чтобы так получилось.

– Мне плевать, что ты там хотела или не хотела, – бросил Горышев. – Теперь уже тебе точно придётся выпрашивать у меня прощение… более приятным способом. А вот коготки я тебе обрежу… сам!

Он был уже угрожающе близко, когда Алина всё-таки решилась и, быстро проскользнув в комнату, тут же захлопнула за собой дверь, и даже защёлкнула её на замок. И лишь услышав, как кулак Олега впечатался в стену коридора, вздохнула с облегчением и упёрлась лбом в створку из чёрного дерева.

– И как это понимать? – услышала она из-за спины, но оборачиваться отчего-то боялась. Ещё неизвестно, как Жарков отреагирует на то, что к нему пришла именно она. Всё ж отношения их с первого дня конкретно не заладились.

Но тут снова всё решилось само собой. Потому что Олег, жутко взбешённый тем, что его жертва снова ускользнула, решил-таки пойти до конца.

– Выходи, детка, мы с тобой ещё не закончили! – громко потребовал он и несколько раз дёрнул дверь, но та, естественно, не поддалась. – Открывай! Живо! Ты же понимаешь, что злить меня глупо.

Он сильно ударил ногой по своей преграде, отчего Аля испугано отскочила назад, наткнувшись при этом на кого-то мягкого и тёплого. Потом её осторожно развернули к себе лицом и, коснувшись подбородка, приподняли опущенное лицо.

– Алина, – протянул Тёма, наблюдая, как девушка всеми силами старается не показать своего испуга. Это видение умиляло и завораживало, рождая в его душе странное желание защитить. Но секундное замешательство прошло и, легонько скользнув пальцами по её щеке, Артём продолжил: – И кто же тебя так напугал?

Аля замерла на месте, не в силах ни говорить, ни даже двигаться. Она и не представляла, что её может свести с ума лишь одно какое-то прикосновение, дополненное таким заинтересованным шальным взглядом глубоких зелёных глаз. Все мысли разом вылетели из головы, а сердце забилось быстро-быстро. Тело будто оцепенело, желая только одного – оказаться ещё ближе к парню напротив, и не понимая, что творит, она подалась вперёд и уткнулась лбом в его шею. От этого состояние девушки усугубилось ещё сильнее, ведь теперь, помимо всего прочего, она ощутила тепло такого близкого тела, а запах безумно приятной туалетной воды окончательно вывел её из равновесия.

Но Тёма расценил всё это по-своему, и пусть знал Алину всего несколько дней, но уже прекрасно понимал, что она не из тех, кто станет вешаться на парня при первой же возможности. Именно поэтому он решил, что девушка попросту напугана, а повторившийся громкий стук в двери только подтвердил его догадку.

– Аля, – он осторожно отстранил её от себя и, забрав у неё бутылку, откупорил пробку и протянул обратно. – Выпей, тебе это нужно.

О да, ей было необходимо сделать хоть что-то чтобы сбить это наваждение, и она как следует приложилась к горлышку, делая несколько глотков. Приятное тепло тут же растеклось по организму, а во рту остался мягкий чуть горьковатый привкус виски. Глаза Алины мгновенно раскрылись, ведь до этого она подобными напитками не баловалась, всё больше предпочитая вино. Но ей определённо понравилось то, что она только что попробовала.

Заметив, как преобразилось лицо его знакомой, Тёма лишь понимающе хмыкнул, и тут же направился к двери, в которую всё ещё продолжали ломиться. Он спокойно открыл замок и вышел в коридор, где и обнаружил расточающего гром и молнии Горышева.

– О, Олежек, – выдал Артём, машинально разминая кисти рук. Нет, он конечно подозревал, что бывший друг его не послушает, и им придётся объясняться повторно, но не думал, что это произойдёт так скоро. – Значит, это ты так девочку напугал.

Видя, как стремительно напрягается надменный взгляд Артёма, блондин резко выпрямился.

– Арт, давай ты по старой дружбе отдашь эту курицу мне. Тебе она всё равно ни к чему, а у меня с ней есть одно незаконченное дельце, – выдал Горышев, стараясь говорить как можно спокойнее. Всё ж у него ещё после вчерашней их перепалки до сих пор всё болело. – Она меня поцарапала, видел?

Заметив на лице Олега четыре красных дорожки от ногтей, Тёма неожиданно улыбнулся, мысленно похвалив девушку. Но в голову тут же пришла мысль, что же сделал этот идиот, чтобы довести её до такого состояния?

– Думаю, – проговорил Жарков, – ей было, за что так тебя отметить. Но сейчас не это важно, а то, что буквально вчера я запретил тебе к ней прикасаться. А ты, как я вижу, благополучно проигнорировал мою такую пустяковую просьбу.

По мере приближения Артёма, его оппонент медленно отступал к лестнице, уже догадавшись, что драки не избежать. Хотя, какой драки? Драться с Жарковым было бы чистым безумием, ведь в такие моменты тот становился настоящим зверем. Он будто не чувствовал боли, и со стороны казался безумцем. Хотя сам Тёма всеми силами старался сдерживаться и не позволять гневу затуманить голову. Только его противники все как один утверждали, что с ним лучше не связываться.

Да, в своё время, драки были чуть ли не любимым развлечением «золотого мальчика» Артёмки. Это началось ещё со школы, где он периодически ввязывался в разного рода разборки. И когда няня в очередной раз обнаружила на теле подопечного следы побоев, к делу подключился его отец. Он по глазам сына видел, что тому бессмысленно запрещать влезать в драки. Даже если не будет бить он, то будут бить его. Слишком уж дерзким был этот мальчишка. Тогда-то Семён Дмитриевич и решил пойти другим путём, и нанял Тёме личного тренера. Тот оказался бывшим спецназовцем, владеющим несколькими видами единоборств. Он-то и научил Жаркова младшего всему. Поначалу Артём бесился такой выходке отца, но у его сенсея был свой подход к обучению, и мальчик очень быстро понял, что перечить этому типу себе дороже. С того и началась их странная дружба, которая и сделала Тёму тем человеком, с которым теперь не решались драться даже некоторые профессионалы.

Горышев хоть и был парнем крепким, но в случае с Тёмой предпочитал рухнуть с первого же удара, потому что в противном случае без больницы бы не обошлось. Но сейчас для Олега вопрос стоял очень остро, ведь он был просто обязан наказать ту, что так неосторожно подпортила его физиономию. Именно поэтому впервые за многие годы их знакомства он решился дать Арту отпор. Или хотя бы попытаться…

Блондин остановился и постарался принять правильную стойку. В ответ на что Тёма только шире улыбнулся и одарил его насмешливым взглядом.

– Да неужели! – с иронией бросил он, заметив на лице Горышева решительное выражение. – Значит, не отступишься?