Застень: легенда Елового Кута

В ночи тишина святая

На кухне снова громыхала посуда и слышалось шкворчание масла на потёртой чугунной сковородке. Василиса открыла глаза и глубоко вздохнула. Не от недовольства, скорее от усталости. Колючее одеяло снова натёрло шею, а от спёртого воздуха, в котором смешались все возможные запахи, болела голова. Собрав в неаккуратный хвост отросшие до плеч волосы и найдя под раскладушкой резиновые сапоги, девушка накинула поверх пижамы длинный тяжёлый халат и поплелась в сторону выхода из вагончика.

– Доброе утро, Василиса Игоревна.

Молодой парень, студент-практикант Илья, стоял у плиты, притопывал в такт музыке в наушниках. Сегодня он готовил завтрак, что Василису обрадовало: был шанс, что яичница получится съедобной и не похожей на мешанину, которую стряпает остальная мужская часть команды.

– Доброе, Илья. Медведей не наблюдали?

– Нет, тишина.

Кинув собеседнику дежурную улыбку, девушка открыла скрипучую дверь и вышла на улицу.

Арктика. Бескрайний простор диких земель, где практически нет следа человека. На сотни километров вокруг нет ничего, что можно было бы назвать цивилизацией. Только натуральная свобода и власть природы. Мартовская прохлада раннего утра слегка царапала щёки, как шершавый язык кошки, решившей проявить нежность. От перепада температур тело, вышедшее из душного вагончика, покрылось мурашками, мимолётными и приятными, как от предвкушения чего-то хорошего.

– Выспалась, принцесса? Баня стынет, составить компанию? – крикнул стоящий возле соседнего вагончика большой бородатый мужчина.

Василиса ухмыльнулась и подошла к толпе коллег. Она уже привыкла ко всем этим шуточным подкатам, хоть в голове и сидел небольшой страх, что однажды они могут стать серьёзными и даже активными. Быть одной из двух женщин в экспедиции не так просто.

– Давно перед молодыми девчонками не позорился? – со скамейки встала Ирина. Она сделала последний затяг сигареты и, бросив её в банку от кофе, продолжила. – Пошли, как раз до завтрака успеем. Если я вернусь в вагончик и там не останется наших порций – натравлю на вас Гришку.

Мужчины посмеялись. Гришка – местный белый медведь. Он наведывается в лагерь раз в несколько дней, чтобы проверить, не оставила ли команда чего съестного без присмотра. Экспедиторы, конечно, таким не грешат, но кто запретит хозяину этих земель устраивать рейды?

– Следующая мойка будет уже в нормальном душе, – Ирина стянула с себя свитер и поднесла его к носу. – Надеюсь, там и постираемся.

– Мы из лагеря уходим? – удивилась Василиса. – На станцию возвращаемся?

– Нет, перенаправляют в деревеньку какую-то. Образцы собрать надо.

– Так а я здесь не закончила ещё, мы вернёмся?

– Да, через пару недель. Не знаю, чего руководству приспичило отправлять в деревню именно нас. Столько групп молодняка, а дёргают в итоге самых опытных. Это ж ещё и дорого, вертолёт гонять туда-обратно. Как обычно всё, короче. У руководства своя логика, неадекватная.

Ирина работала гляциологом1 уже более 20 лет, поэтому к своим 43 заслужила особое уважение среди таких же отчаянных мужчин, проводящих с ней в полях по несколько месяцев. Кроме того, что она посвятила всю жизнь ледникам, женщина параллельно изучала биологию, поэтому вдвойне стала незаменимым членом команды. Василису приставили к ней четыре месяца назад, и первое время девушка побаивалась грозную наставницу. Но эта бесстрашная на первый взгляд исследовательница Арктики всё же была женщиной, к тому же с довольно трагичной судьбой. Василиса знала только то, что в пожаре она потеряла мужа и сына, а после – полностью посвятила себя науке.

Василиса восхищалась коллегой. Ирина выглядела как героиня фильма про супергероев, но не та, которая всегда при макияже и в обтягивающем латексном костюме, а такая, какой бы увидел её зритель, если бы сценаристом, режиссёром и продюсером были женщины. Ирина была высокой, плотной, с выдающимися бёдрами и подкачанной спиной. На смуглой коже рук местами виднелись шрамы, а самый большой и заметный шёл от затылка по шее, частично скрываясь за короткими тёмными волосами. По характеру Василиса её сравнивала с главой программы «Аватар» Грейс Огустин – боевая, логичная, преданная своей работе. И постоянно курит.

– Чего встала? Баня скоро остынет, пошли быстрее.

Вагон, некогда повидавший сотни городов и даже, возможно, стран поделили на две условные зоны: раздевалку и парилку. Каждая команда, отправившаяся в экспедицию на эту точку, вносила в конструкцию свои дополнения: одни сколотили из найденного мусора вешалки и скамейки, другие додумались повесить полиэтиленовую «дверь», третьи соорудили подобие душа – в общем, даже в арктических условиях исследователи не оставались без того, что позволяет удовлетворить базовые нужды. Мужчины хоть и любили баню и распаривали печь до максимума, сидя в жаре по несколько часов – экономили воду, оставляя её двум единственным женщинам: «Вам на всякие ваши процедуры нужнее» – по-отечески ворчал Айтуган – руководитель группы.

– Уф, наконец-то, – с явным удовольствием в голосе вздыхала Ирина, растирая докрасна мочалкой смуглую кожу. – Мне кажется, я уже пропиталась рыбой и солью.

– Зато какие мы теперь не привередливые туристы. Нам что 5 звёзд, что 1 – главное, чтобы кровать была, да водопровод подключен. И розетки рабочие, всё.

Ирина усмехнулась и жестом показала на запястье – это означало, что нужно ускориться, потому что вода скоро закончится. Женщина не понимала, что привело Василису в эти условия. Наверное, коренная южанка и сама не могла до конца ответить на этот вопрос, но пока что ей всё нравилось. И жизнь в пропитанных ароматами пота и сигарет вагончиках, и часовые лежания в засаде при наблюдении за животными, и даже окружающие её люди, с которыми в иных условиях она даже бы не пересеклась – настолько разные у них жизни.

– С лёгким паром, принцессы, – мужчины сидели за столом, медленно попивая кофе.

– Я ваши порции сейчас подогрею, – Илья подорвался с места и снова встал у плиты.

– Ну какие вы джентльмены, только 8 марта было неделю назад – Ирина протянула мешок с банными принадлежностями Василисе и села за стол.

Девушка прошла вглубь вагончика в женскую комнату. Название, конечно, сильно притянуто: на самом деле две их раскладушки от мужской территории отделял кусок плотной ткани, похожий на протёртый десятилетиями настенный ковёр. Василиса положила мешок на тумбочку, повесила полотенце на крючок и вытащила из под одеяла сложенный утеплённый спортивный костюм. Переодевшись, она вернулась на кухню.

– Васёк, чай, кофе, потанцуем? – мужчина с залысиной и редкой небрежной бородой потряс в руках пакетики чая и «3 в 1».

– Ромчик, знаешь же, танцую я только вечером и только с Илюшей, – Василиса бросила взгляд на смущённого студента, перекладывающего яичницу на тарелки. – Но если заваришь чай, так и быть, разрешу один раз оттоптать мне ноги.

Все за столом рассмеялись. Илья в силу юного возраста неумело скрывал свои чувства к единственной рядом находящейся женщине, которая не годится в матери. Конечно, первое время мужчины подшучивали над двадцатилетним практикантом, пока Ирина не надавала им подзатыльники: «Не портите парня, поучились бы лучше, как за женщинами ухаживать». Василиса выстроила с Ильёй хорошие отношения, но всё же держала его на расстоянии, чтобы не дать мнимой надежды. Двенадцать лет – большая разница, тем более влюблённость вызвана не более, чем отсутствием выбора.

– Когда нас забирают? – спросил гидрогеолог Руслан, тот бородач, который утром предлагал составить компанию в бане.

– Завтра утром вертолёт прилетит, поэтому сегодня надо собраться и убрать за собой. Давайте, час на переварить и потом встречаемся тут, раскидаю задания, – Айтуган встал из-за стола и жестом пригласил Ирину на перекур.

– Интересно, там прям деревня, или райцентр какой-нибудь? А то женщин у нас тут нет, – Руслан кинул хитрый взгляд на Василису. – Только сёстры, да товарищи.

– Семью заведи и работу найди нормальную, будет у тебя женщина на каждый день, – устало подметил эколог Кирилл.

В рассуждениях о семье и женщинах мужчины удалились на улицу. Илья мыл посуду, а Василиса задумалась о словах Кирилла. У неё был муж и нормальная работа, где не думаешь о том, когда в следующий раз удастся помыться, и как не уснуть на смене, чтобы не упустить медведя. Только по-настоящему жизнь девушка ощутила именно здесь.

– Давай помогу? – Василиса поставила в раковину грязную посуду со стола.

– Не надо, сегодня моя смена.

– Мне не сложно, сегодня выходной, дел нет.

– Иди книжку почитай, отдохни.

– Да я не устала, – Василиса подошла к окну и посмотрела на курящую толпу мужчин, громко смеющихся с, наверняка, очередной пошлой шутки. – Ты не сильно пытаешься к ним вписаться.

– Да скорее они меня не принимают. Типа я попрактикуюсь, диплом получу, а потом каким-нибудь менеджером стану. И вот это всё для меня не серьёзно. А я по стопам отца хочу пойти.

– Да и забей. Сами как будто не были молодыми, что-то же их сюда привело.

– Вам тоже сначала было сложно влиться? Вы ж ещё и женщина.

– Ты, – Василиса с недовольным вздохом поправила собеседника, который периодически забывался и подчёркивал разницу в возрасте.

– Прости.

– Слушай, да нормально было. Я с юга, там, где я жила, было чёткое разделение на мужские и женские дела, поэтому в целом я привыкшая. Конечно, было страшновато, но вот, опыт положительный.

– Не понимаю я, зачем ты сюда потащилась. Умная, красивая, – на этих словах студент немного запнулся, переживая, что взболтнул лишнего. – Ну, это, нормальная ты. С такой работой семью толком не построишь.

– Я уже пыталась строить семью. Проще поведение оленей понять, чем бывшего мужа.

– Не все же мужчины такие, – переход на личную тему ещё сильнее засмущал Илью, поэтому голос парня стал немного тише.

– Конечно, нет. Просто я поняла, что занимаюсь совсем не тем. А тут всё иначе.

Василиса потрепала коллеге пшеничные волосы, которые всегда лежали как попало, и ушла в комнату. Отделённая женская территория выглядела как сторожка: пружинистые раскладушки были заправлены старыми пледами, видавшими не то, что развал СССР, а его зарождение. На стене за кроватями – пара тройка гвоздей – импровизированная вешалка. На другой стене окошко, завешанное узорчатой пожелтевшей занавеской. На ночь его дополнительно закрывали куском картона, но не в целях защиты от утреннего света, а чтобы не испугаться, если вдруг ночью в вагончик решит заглянуть какой-то местный звериный обитатель. Рядом с кроватями стояли тумбочки, такие же простенькие, как всё вокруг. Вещи в основном хранились в рюкзаках в шкафах вне жилой зоны, поэтому в комнате царил минимализм.

Василиса легла на раскладушку и достала телефон. Связь ловила слабо, поэтому посмотреть соцсети без раздражения от долго загружающейся фотографии возможности не было. Сообщений не так много: от родителей – они стабильно спрашивали, как дела и когда обратно, от руководителей в общем чате – там что-то писали о технике безопасности; и от подруги Юли – в этот раз она рассказала, что Эдик, бывший муж Василисы, на несколько суток попал в обезьянник за хулиганство.

В: «Не удивлена».

Ю: «У моего про тебя пытался узнать, где ты и почему ему не отвечаешь».

В: «Скажите, что теперь я живу с настоящими мужчинами».

Ю: «Ахахах а потом будем слухи про тебя собирать по всем станицам».

В: «Ну да, этот может».

Ю: «Как ты там?».

В: «Нормально, завтра выезжаем в какой-то населённый пункт, надеюсь, со связью будет лучше, созвонимся».

Ю: «Давай, пиши, что как».

Замужество Василиса считала одним из своих самых необдуманных поступков. С Эдиком их познакомили отцы, которые вместе работали на заводе и хотели породнить семьи. Его родители переживали, что к 28 парень никак не остепенится, а её волновались, что в 26 невеста уже близка к одинокой старости. Что Эдику, что Василисе до серьёзных отношений дела не было, но полгода свиданий под давлением и контролем родителей, и Купидон соизволил подсыпать любовной пыльцы этой паре. Конечно, настоящей любви там не было, скорее оба её выдумали, чтобы прекратить череду наставлений от семей. Даже полноценного предложения девушка не дождалась, просто в один момент они вместе с парнем решили: пора жениться. Свадьбу играли по всем южным традициям, а потом по тем же традициям семья продолжила наседать на новую ячейку общества, но только уже с мыслями о внуках. Детей не хотели оба, поэтому снова вместе приняли решение всем говорить, что не получается. Жили Василиса и Эдик как соседи: каждый занимался своим и не лез в дела официально занесённого в паспорт партнёра. Иногда муж приносил букет цветов, как бы соблюдая негласные правила ухаживания за супругой. Она в свою очередь периодически готовила его любимые щи и встречала с работы с улыбкой. По выходным, если так получалось, что у обоих не вырисовывались планы, муж и жена садились смотреть фильмы, или шли в ресторан. Со стороны они казались отличной парой, и даже по-настоящему что-то испытывали друг к другу, но больше дружеское, чем романтичное. А потом случилась плохая компания, алкоголь, наркотики, несколько серьёзных конфликтов и новый штамп в паспорте.

– Собираемся на кухне!

Громкий голос Айтугана заставил Василису вздрогнуть. Девушка отложила телефон и вышла к команде. Несколько человек докуривали на улице, Илья разбирал ящик с продуктами, а Кирилл читал книгу. Он был самым интеллигентным в группе, свободное время предпочитал проводить с пользой для ума, регулярно созванивался с семьёй и с небольшой долей осуждения относился к пошлым шуткам и разговорам других мужчин. Василиса со всеми общалась хорошо, но Кирилл был особенно интересен. Возможно, как раз потому что с ним можно было обсудить какие-то нежитейские темы. К тому же, они были почти одного возраста.

– На художку перешёл? – девушка наклонила голову, чтобы рассмотреть название. – Ремарки – одни из моих любимых авторов.

Кирилл усмехнулся, и это ещё одна черта, которая Василисе в нём нравилась – хорошее чувство юмора. Она любила шутки о том, что Эрих Мария Ремарк – это брат и сестра, муж и жена, или вообще три разных человека.

– Это ты ещё Салтыкова и Щедрина не читала.

Кириллу общение с коллегой тоже нравилось. Первое время он сторонился Василису, считая, что каждая женщина так или иначе проявляет к мужчинам недружеский интерес, но когда понял, что он интересует её только как собеседник – расслабился. По вечерам они разговаривали о будущем, о теориях заговора, делились интересными фактами, но только не вдавались в жизни друг друга. Особенно им нравилось обсуждать культурные особенности разных регионов: Кирилл в студенчестве объездил почти всю Россию, поэтому знал много мифов и легенд. Василиса слушала рассказы коллеги, как сказки, которые перед сном в детстве напевала бабушка. Каждое лето они с дедушкой брали внучку и отправлялись в путешествие по Краснодарскому краю, где на каждой остановке жили мифы. Какие-то передавались через поколения, а какие-то бабушка придумывала на ходу, чтобы усмирить непоседливого ребёнка. Василиса верила каждому слову и всё говорила, как хочет жить среди мифических существ. А дедушка смеялся и отвечал, что ни одно существо не выдержит соседства с такой егозой.

– Так, что у нас по задачам, – команда вернулась с перекура, поэтому Айтуган открыл блокнот и начал распределять обязанности. – Илья занят кухней, раскидай всё по коробкам, оставь что-то на утро, но чтобы без долгой готовки. Рус и Ромыч собирают оборудование. Показатели на приборах запишите на всякий. Ирина, ты со мной на обход, Кир собери в одном месте весь мусор, на Ваське уборка. Постель каждый утром свою собирает, вещи с вечера сложите, прилетают за нами рано. А, ну и кто раньше освободится – Илье с ужином помогите. Тоже особо без заморочек, сегодня потерпите, завтра нормально покормят.

Все разбрелись по своим делам. Василиса пошла в кладовку за моющими средствами. Никаких изысков не было: швабры и тряпки, как у школьных техничек, влажные салфетки и белизна. Что интересно, среди членов экспедиций жило негласное правило чистоты: каждый знал, что на какую бы базу он ни попал – там будет порядок, оставленный прошлой командой. Арктика воспитывает в людях много хороших качеств, в том числе заботу о природе и о ближних. Каждая сигарета, каждая салфетка будет выброшена в отведённое для мусора место, потому что каждый волонтёр и сотрудник знает, что если даже мусор не подберут местные обитатели, то его придётся убирать следующим экипажам, а тут и без этого работы достаточно.

Обычно на эту базу приезжают именно волонтёры, которые занимаются сбором мусора. Команду Василисы отправили сюда, чтобы актуализировать данные по территории, и судя по прошлым показателям ситуация улучшилась. Как минимум, увеличилась популяция белых медведей. Всеми любимый Гришка как раз был из так называемой молодёжи.

На работу в компанию «Арктические Исследования и Инновации» Василиса попала по рекомендации декана факультета, где подрабатывала преподавателем биологии. Доктор наук видел в девушке большой потенциал; однажды в краткосрочной экспедиции со студентами Анатолий Владиславович разговорился с девушкой по душам, и она рассказала, как хотела бы уехать работать в Арктику. Мужчина поднял свои связи, оказалось, что руководитель сектора технологичных разработок «АИИ» был его выпускником, поэтому не долго думая Василиса собрала рекомендательные письма, составила резюме, прошла несколько тестирований и спустя полгода получила приглашение в команду.

Вырвавшись из комфортных условий и сменив Юг на Север, она стала выстраивать новую жизнь. Первый год работы прошёл в офисе «АИИ» в Мурманской области, там Василиса занималась в основном бумажными делами и параллельно проходила переподготовку, чтобы получить профессию териолога2 и отправиться в поля. После её перевели в офис Чукотского автономного округа, который уже находился не в городе, как это было с Мурманском, а в посёлке Эгвекинот. Здесь девушка попала в команду Исимова Леонида Вадимовича – опытного полярника, который руководил не одной экспедицией. В его небольшой группе из четырёх человек Василиса проездила местные острова и даже один раз попала на знаменитый остров Врангеля. Все экспедиции были краткосрочными, пока девушка набиралась опыта, и ещё через год её перевели в офис Ненецкого автономного округа – региона, который полностью расположен в Арктической зоне. Уже здесь Василиса попала в команду Айтугана и стала выезжать в долгосрочные экспедиции. Пропитанный арктическим воздухом мужчина, годящийся Василисе в отцы, открыто заявлял ей о своём недоверии – «30 лет, а ума нет» повторял он, читая её личное дело, «Куда ты сорвалась то?». Василиса спокойно отвечала «Тянет сюда, вот и всё». Несколько недель руководитель отговаривал девушку, переживая больше не о ней, а о сформированной команде: Роман, Руслан, Ирина – люди за 40 с непростой судьбой каждый, им потребовались годы, чтобы сработаться и сточить друг о друга характеры, которые хоть и остались цепкими, но как-то аккуратно уживались друг с другом, не раня окружающих. Кирилл моложе, но тоже с большим опытом работы, у него не было нужды в близких отношениях с коллегами, поэтому к нему тоже привыкли быстро – не конфликтует, не лезет на рожон, не задаёт лишних вопросов, умный. А тут молодая девушка с преподавательским прошлым, которая резко бросила всё и уехала на Север – выглядела она как сильная и независимая героиня сериалов, которой по сценарию предписано найти то ли принца, то ли спасателя, который окажется её настоящей мечтой, в которой она сама же себе не признавалась. Но руководство дало поручение, а Василиса игнорировала нападки и отговорки, поэтому Айтугану пришлось принять её в штат. И вот сейчас она моет полы в своей второй крупной вылазке и радуется тому, что решилась на развод, переезд и изменение жизни в целом.

Уборка в вагончике занимала не так много времени: кухня, комната, коридор и кладовка. Повозиться пришлось с уличным туалетом – в него нужно было залить специальное средство, разъедающее отходы. После уборки Василиса пришла помогать с ужином. Илья хоть и скрывал, но заметно был рад тому, что раньше всех освободилась именно она.

– Что слушаешь? – девушка вытащила наушник и прислонила к своему уху.

– Йорш.

– Давно плееры не видела, – Василиса слегка подтолкнула парня вбок, чтобы подойти к лежащим в мойке овощам.

– Телефон садится быстро, а плееры хорошо держатся. Сложно, что музыку новую закачивать надо через комп, но я свои плейлисты могу по десять раз слушать.

– Я в больнице лежала, когда мне лет 13 было. Мне тогда принесли плеер дисковой и парочку дисков «Фабрики звёзд». Заслушала их тогда так, что потом чуть ли не тошнило, стоило знакомой мелодии заиграть.

– А сейчас что слушаешь?

– Да разное. У Йорша штук 5 песен знаю, больше рок русский люблю, который, знаешь, не совсем старый и не совсем новый, среднячок такой. А вообще в плейлистах много намешано.

– А на фестивалях была когда-нибудь?

– Мечтала поехать на Нашествие, но как-то не складывалось всё. Вообще не очень люблю массовые мероприятия, типа, знаешь, Дни города всякие. А вот когда тематическое что-то – это другое дело. А ты?

– Был на парочке, мы с друзьями ездили. Палатки, толпы пьяных людей, кайф, – в голосе Ильи звучали нотки не злой иронии.

– Такая вот романтика. Экспедиции тоже не всем по душе, а нас тянет. Если получится – как-нибудь вместе на концерт какой-нибудь залетим, да?

Василиса кинула взгляд в окно. Дикая пустошь была приятна взгляду; в городе среди спешки и шума теряется ощущение жизни, люди строят из себя хозяев, которые могут подчинить себе весь мир, но эту власть человеку дала природа, она же в один миг может её лишить. В Арктике руководит нетронутое естество, которое не терпит нарушения своего покоя. Приходя в гости нельзя наводить свои порядки, а когда хозяин дома суров и властен – волей неволей приходится подчиняться, иначе рискуешь быть сломленным. Объяснить любовь к этому месту невозможно, но стоит посетить Арктику однажды – захочешь возвращаться раз за разом, будто оставляешь часть души и приезжаешь проверять, как она обустроилась.

Василиса чувствовала подобное, проведя неделю на Ольхоне. Остров посреди величественного озера Байкал окутан духами. В каждом мысе, в каждом камне спрятаны многовековые легенды. Находясь здесь понимаешь, что человек живёт в гостях, принимаешь правила и поддаёшься незримой магии места. В ту поездку девушке повезло пообщаться с шаманом. Вопреки ожиданиям, он не был разодет в традиционные наряды и не держал в руках бубен, или другие атрибуты, которые неосознанно ассоциируются с образом. Это был совершенно обычный пожилой мужчина, встретив которого на улице не подумаешь, что он общается с духами и видит чуть больше остальных. Всё выдавали глаза: мягкий, полный понимания и мудрости взгляд, не забывался даже спустя годы. Девушке казалось, что она общается с мудрецом, который прожил сотни лет, за которые видел всё. Шаман был немногословен, он с улыбкой слушал девушку, а в конце сказал: «Ты невнимательна к своим снам, обращай внимание на знаки, в них таится истина». С тех пор Василиса старается запоминать яркие моменты, которые выкидывает подсознание, и расшифровывает их через онлайн сонник. Это как верить в то, что красная машина – знак приближающегося успеха, но почему-то с тех пор практически пропали мучившие каждую ночь кошмары, а решения стали принимать намного проще. Магия или психология – значения не имеет, если есть удовлетворяющий результат.