Приключения Вали Свистопляскиной. Бабушкино наследство
- -
- 100%
- +
Бурление водяного кресла усиливалось, становилось невероятно громким. Тир забеспокоился, что у него от нервного напряжения заложит уши и он не услышит вопросов провидца. Но внезапно все глаза внутри стеклянного конуса остановились и одновременно посмотрели на Тира. В следующее мгновение ярко-синий луч пронзил стекло и соединил светящейся линией несколько глаз, образуя иероглиф. Тир понял – слушать ничего не придется. Расшифровав иероглиф "Кто ты?", он спокойно ответил: "Временно извлеченный. Дематериализован в момент трансабсорбции божественного дара. Внутренний логин Тирузал".
Иероглиф внутри глыбы погас. Диоптаз обрабатывал информацию. Новый синий луч обозначил следующий вопрос двумя иероглифами:
– Кто абсорбировал дар?
– Точно не знаю. Я репетировал в зале. Несколько дам пришли посмотреть. Среди них я узнал только Софью Бенедиктовну – директора нашего хореографического училища, и Светлану Сосновскую – как ее можно было не узнать – великая балерина!
– Тебе говорили, что ты хорошо танцуешь, что ты талантлив, красив?
– Да, говорили. Но… – Тир смущался, он не любил говорить о своих способностях.
– Никаких "но". Дар подтвержден системой.
– Спасибо.
– Ты здоровался с кем-нибудь за руку непосредственно перед трансабсорбцией?
– Да. Три женщины подошли ко мне после репетиции. И каждой из них я пожимал руку. Сосновской я ее даже поцеловал.
– Твой логин в пределах исходной реальности?
– В смысле? – Тир еще не совсем освоился в местной терминологии и иногда плохо понимал эти мудреные словечки.
– Твое имя там, откуда тебя изъяли? – несколько глазков весело крутанулись внутри глыбы, насмехаясь над слабостью юноши по части терминов.
– Игорь Константинович Мищенко.
– Условная дата отождествления?
– Простите?! – Тир сильнее занервничал, прямо как на дипломном спектакле. Если бы он был сейчас самим собой, а не черт знает каким призраком в облаке, он бы взмок от напряжения и стер костяшки пальцев друг о друга. Но внешне лишь его аура перелилась из терракотового в ярко-розовый тон.
– Дата рождения?
– Двадцатое августа 1998 года.
Тир утомился. Вопросы были на удивление простыми, но нервное напряжение истощало силы. Диоптаз погас и погрузился в анализ информации. Звук водопада создавал ощущение комфорта, но ничего подобного в происходящем и близко не было. Спокойная беседа была на самом деле битвой за жизнь.
Снова загорелся синий иероглиф.
– Ты гордился своим талантом?
– Да, – честно ответил Игорь, то есть теперь уже Тирузал.
– Но ведь он тебе достался просто так! Ни за что! Почему ты считал, что можешь им гордиться?
– Сам по себе талант ничего не стоит. Я много работал, вкладывал огромный труд! Талант нужно развивать, пестовать, выращивать. А для этого нужно вкровь сбивать ноги, рвать мышцы, сидеть на жестких диетах и работать по двадцать часов в сутки!
– Ха-ха-ха! И какой в этом смысл? Ведь талант и так подтверждён системой! – в кабинете раздался громогласный смех, будто гром грянул.
– Ничего смешного, – обиделся Тир.
– Финальный вопрос. – объявил Диоптаз снова громким голосом. Видимо он и сам устал высвечивать иероглифы, решил поболтать по-человечески, – Скажи мне, дорогой мой Тир, ты думал когда-нибудь о смерти?
Финальный вопрос резко выбился из общей канвы беседы. Он стал неожиданным ударом. И не то чтобы Тир не думал об этом, он знал, что умрет, как и все, но надеялся, случится это нескоро. Хотя… Был однажды момент.. Был… Его не хотелось вспоминать… Пауза затягивалась, нужно было что-то ответить. Тир сказал:
– Я не был к этому готов.
– Ладно, спрошу прямо: ты хотел умереть?
– Да, – шепотом ответил юноша, – однажды я танцевал и неудачно прыгнул, порвал связку. Врачи вынесли приговор – «завязывать» с балетом. Я настолько себе не представлял, как жить дальше, что пытался отравиться. Но ничего не получилось. А потом выяснилось, что врачи ошиблись – я смог полностью восстановиться.
После долгой паузы голос снова сменился свечением. В глыбе высветился ярко-оранжевый иероглиф: "Просвечивание закончено". Тирузал ждал результата. Глыба начала таять, словно была куском льда, она быстро превращалась в воду и стекала вниз, мокрые глазные яблоки шлепались на пол резиновыми мячиками и укатывались медленно в темный проем стены. Тир не понял, был ли этот проем в самом начале собеседования или неожиданно возник только сейчас. Четки в руках стали нагреваться, пока не стали горячими. Посмотрев на них, Тир обнаружил медово-желтый прозрачный кубик светлого янтаря. "Интересно, это хорошо или плохо?!" – успел он подумать, прежде чем иллюзия кабинета полностью расплылась. Набрав нужный код, Тир отправился отдохнуть. Нужно было хорошенько помедитировать в капсуле абсолютного мрака после ОЗВО. Эта капсула мрака становилась доступной только тем, кто прошел просвечивание. Тирузал уже начинал догадываться, что впереди его ждёт решающий выбор – остаться или вернуться. И талантливый танцовщик Игорь Мищенко ощущал в себе почти готовое решение – остаться…
Глава 5
Новый эксперимент
Валя воспользовалась внеплановыми каникулами и занялась разбором вещей. Она решила послушаться совета учительницы и отвлечься от мыслей о несуществующих подругах, светящихся бусинах и всякой "чернухе из интернета". Раскладывая шарфики, блузочки, носочки по полкам, она насвистывала мелодию из мультика. Ближе к обеду позвонила Наталья Семеновна.
– Валюш, ну как ты? – бодрым голосом спросила историчка.
– Нормально, спасибо. В шкафу разбираюсь. Передачу посмотрела про болезни кишечника, – честно отчиталась Валя.
– Нет, про кишечник не смотри, лучше мультфильмы. И никакого компьютера! Запрещаю! Все поняла? – голос учительницы стал заметно тверже.
– Хорошо, ладно. Слушаюсь!
– Вот и умничка. До пятницы сиди дома! Да, кстати, забыла сказать, для чего, собственно, и звоню: в пятницу как раз к нам придет новый учитель математики. Так что приходи обязательно! Все, пока.
– А почему новый? – удивилась Валя, – А где же наша математичка, ой, то есть учительница математики Тамара Ивановна?
– Тамара Ивановна ушла… Уволилась.
– А поче… А, ну ясно, тогда до свидания. – Валя осеклась и не стала раздражать допросами и без того добрую учительницу истории.
Девочка нажала кнопку "отбой" в телефоне. Странно. События вокруг Вали начинали сворачиваться в какой-то подозрительный скорпионий хвост. Звонок имел явно не те последствия, что должен был. Она бросила стопочки белья и вынула из комода "артефакты": иглу на капроновой нитке и коробочку с двумя агатовыми бусинами. Ответ задачки буквально сам напрашивался: Валя продела иглу в первую бусину и нанизала ее на нить. Бусина мгновенно приросла. Ее невозможно было ни сдвинуть, ни снять. Валя поняла, что так и было задумано. Она взяла другую бусину, но игла не пролезала. Валя удивилась, ведь на вид они были абсолютно одинаковые. Но почему-то во второй бусине сквозного отверстия вообще не оказалось. Валя истыкала шарик иглой со всех сторон, даже нацепила мамины старые очки, но тщетно. Никаких дырочек для нити не было. Валя задумалась…
Повертев в руках записку, перечитав текст много раз, Валя пыталась рассуждать логически. "Чужой успех на нить надень – твоею станет чья-то тень". Надень на нить – прямое указание надеть. Но причем тут чужой успех?! И тень?!
Так. Первая бусина была бабушкина. Она уже была надета на другую нить. Хозяйкой тех бус была Светлана Сосновская. И если бусина так же крепко приросла к нити, то и отверстие скорее всего исчезло именно поэтому. Иглу Вале вручил тот странный дядька в шляпе. Причем вручил не как-нибудь случайно, а лично ей. Значит, значит…
Валя бродила из угла в угол и сама с собой разговаривала. Раньше она в таких случаях звонила Оле и они вместе придумывали выход из самых безвыходных ситуаций. Но вот теперь Валя должна была сама решить все задачки и спасти Олю. "Бедняжка, где же ты?! Что там с тобой происходит?!" – думала с грустью Валя.
Она спрятала в коробочку иглу с ниткой и первым звеном будущих бус. Вторую бусину, оказавшуюся на самом деле просто каменным шариком без отверстий, Валя зажала в руке. Гениальная мысль захватила ее разум! Нужно повторить опыт!
Она взяла тот же ковшик, залила шарик из темного агата кипятком и поставила на горячую конфорку. Ах да, еще нужно что-то металлическое. Валя принесла мамин золотой браслет. "Супчик по бабушкиному рецепту," – прошептала Валя и впилась взглядом в процесс закипания воды. Шарик стал нагреваться, его коралловая прожилка увеличилась и начала пульсировать. Шарик работал как магнит и притянул к себе браслет. Через несколько секунд произошла шипящая вспышка и браслет слился в одно целое с агатом. Бурление усилилось, вода начала брызгать через край посуды, но Валя не обращала внимания. Ее завораживало слияние металла и камня. Ни в одном учебнике она про такое не читала и нигде о подобном не слышала. Может быть, она случайно совершила научное открытие?!
Шарик впитал в себя золото. Красная прожилка начала пропускать яркое желтое свечение, источник которого прятался в недрах камня. Вот! Вот так же все и произошло тогда! Но свечение было голубое… Может дело в металле?! В прошлый раз впиталось серебро. А теперь желтое золото. Свечение зависело от цвета металла. Это было уже понятно.
Валя снова залила светящийся шар холодной водой, чтобы было возможно его взять в руки. Шар светился и в руках, и в кармане, и в сумке, и в шкафу под полотенцами… Ничто не влияло на новое состояние "наевшегося золотом" агата.
Теперь нужно было попытаться повторить вторую часть эксперимента – найти кого-то, кто дотронется до шара вместе с Валей.
Девочка выскочила на лестницу. В подъезде никого не оказалось. Еле сдерживая нетерпение ученого, проводящего опыты на кроликах, чтобы открыть миру великую тайну, Валя накинула куртку, вышла во двор и столкнулась нос к носу с Женькой Самохваловым.
– Хай, Свистопляскина! А я к тебе! – нарочно избегая слов с буквой "р", Самохвалов научился скрывать свою картавость. Привычные "рычащие" слова он ловко заменял на прикольные аналоги. Привет – "хай", черт – "адов житель", прогуливать – "отлынивать"…
– Хай, Женька, хай! Судя по твоей изумленной физиономии, ты намылился ко мне в гости! – Валя отвлекала внимание объекта, и подбиралась к нему поближе.
– Как же?! Гассказать, что задали, конечно, помочь газобгаться с новым матегиалом. Меня Натали пгислала.
– Странно. А мне Натали сказала отдыхать до пришествия великой пятницы. И голову мою бедную ничем не перегружать. Вот я тебя и расколола. Никто тебя не присылал! Ну да ладно. Заходи, чаем угощу.
Женька смутился и пошел в гости с удовольствием. Дома Валя разлила по чашкам свежий чай и выложила в красивую вазочку печенье.
– Жень, ты вот все знаешь ведь, да? – завязала хитрый разговор Валя.
– Нет, Свистопляскина, ты же сама понимаешь, что все знать не…
– Да ладно тебе, ты же феномен, у тебя в башке википедия, всем это известно. Вот скажи мне, что это?
В руках у Вали светился шарик, "наевшийся золота". Женя склонил над ним голову, прищурил близорукие глаза и потянул незаметно носом, пытаясь уловить запах. Штука была любопытная, весьма! Но виду парень не подал и любопытство тщательно прикрыл ухмылкой.
– Что за елочная иггушка? – удивленно спросил он.
– Сам ты елочный, – обиделась Валя, – это агат, разогретый до 100 градусов вместе с золотом. Он поглотил золото, представляешь?! Что это значит, как думаешь?
– Ха, да ты сама сообгажаешь, что мелешь, Валь? Ты пгедставляешь себе уговень темпегатугы плавления золота? Ха-ха-ха… Ты бы пгежде чем сочинять, учебник физики почитала.
Валя хитро посмотрела на самоуверенного очкарика Женьку и по-змеиному ядовито прошипела:
– А ты потрогай, это не стекло, не фонарик китайский, это камень агат!
Женька протянул руку к диковинной финтифлюшке и тут же отлетел в угол. Шар взорвался с ослепительной вспышкой света и пронзительным свистом. Взрыв отбросил Валю из кухни в коридор. Она потеряла сознание.
Женька исчез. По полу громко покатилась еще одна черная бусина – новый "клон" бабушкиного наследства.
Глава 6
Новая бусина
Эксперимент удался. Он прояснил главную догадку – бусины соединялись с металлом под воздействием высокой температуры и приходили в состояние «боевой» готовности, то есть, они начинали светиться и тогда могли поглотить все таланты объекта, притронувшегося к шару, а потом передать их хозяину бусины. Валя сидела на полу, тёрла шишку на лбу и плакала. Горькие слезы затмевали всю чудесность и фантастичность происходящего. Терять друзей ей еще никогда не приходилось. Да еще так внезапно, жестоко и вероломно. Ей казалось, будто темные силы охотятся за ней – маленькой семиклассницей – чтобы поглотить, как и Ольку с Женькой. Она взяла в руки ставшую снова маленькой агатовую бусину и посмотрела на нее, разыскивая мелкое отверстие для иглы. Точно, отверстие было. Значит, нужно надеть ее на нить. Она пошарила под столом и нашла вторую бусину без отверстия – бабушкину.
И что же дальше? Где теперь искать друзей? Куда их унесла нечистая сила, где прячет? И как быть с остальными шестнадцатью бусинами, которые, по всей видимости, должны быть надеты на нить для полного комплекта. Ведь на портрете бабушки бусин именно восемнадцать. И штампик на конверте, который ей вручил противный «директор музыкальной школы», тоже содержал число восемнадцать. И квартира Ольги тоже номер восемнадцать. Все сходится! Непонятные силы намекают ей – собери восемнадцать бусин. И зачем все это? Кому нужно? Это что же, нужно еще шестнадцать человек извести? Отправить в потусторонний мир, чтобы собрать какие-то дурацкие бусы? Ну нет. Дело зашло слишком далеко. Маленькая веселая шалость быстро превращалась в триллер с неопределенным, а, возможно, и страшным финалом.
Валя с трудом выпрямила затёкшие от долгого сидения на полу ноги и попыталась встать. Голова резко закружилась. Квартира вращалась с бешеной скоростью, как будто сорвавшаяся с петель карусель. В ушах тонко пищало, норовя пронзить этой звуковой иглой мозг. Валя осторожно начала перемещаться в комнату, держась за стенки. Одна острая мысль пульсировала внутри нее – надо спасать друзей! Надо что-то делать!
Продвигаясь по узкому коридору квартиры, она соображала, что и как она может предпринять? И тут ее пронзила новая идея! Она же теперь обладает талантами отличника Женьки Самохвалова! То есть, она владеет в совершенстве хакерским искусством, и ее мозг теперь наполнен терабайтами научной информации. Надо непременно этим воспользоваться. В сочетании с красотой и художественным талантом подруги Оли, она скоро доберется до всех «гадких темных» и вытряхнет из них своих друзей. Она им покажет, что такое ярость! Она им исполосует лазерными лучами таланта все их мерзкие чёрные обители!
Валя продолжала держаться за стеночку и маленькими шажочками, немного согнувшись, чтобы голова кружилась не так уж сильно, приближалась к комнате с вожделенной кроватью. Несмотря на свою физическую немощь, девочка ощущала прилив духовных сил во имя борьбы со злом…
Уже войдя в проем комнаты, она оценила оставшиеся пять шагов до цели, как ее снова начали донимать все более грандиозные соображения! Может быть это инопланетный разум внедрился в ее скромную жизнь и наводит свои инопланетные порядки? А может внутри нее давно живет виртуальный инопланетянин, управляющий мыслями?
На этой гениальной догадке Валя добралась до комода, достала дрожащими руками нить с одной бусиной и иголкой. Она взяла двумя пальчиками иглу, подняла вверх, и бусина повисла на нити, немного раскачиваясь. Валя как заколдованная смотрела на этот маятник и вспоминала учебник физики, где рассказывалось, почему маятники качаются. Там было написано, что маятник нужно вывести из положения равновесия, чтобы он качался. И тогда он будет качаться затухающими колебаниями, постепенно стремясь снова занять положение покоя.
Гениальные Женькины мозги начали быстро скачивать из дальних отделов памяти информацию о маятниках, гравитации, затухающих колебаниях. Валя и сама не знала, почему ее заставила застыть на месте и наблюдать, затаив дыхание, такая простая вещь – нить с бусиной на конце, раскачивающаяся прямо перед носом. Тут же поплыли в голове мегабайты информации о гипнозе и самогипнозе. Валя очнулась, встряхнула головой, поморгала посильнее, чтобы освободиться от наваждения, и надела вторую бусину на нить. Каменный шарик тут же намертво прикрепился, как и первая бусина. Валя мысленно называла их именами исчезнувших ребят, своих несчастных одноклассников. Теперь «Оля» и «Женька» сидели, крепко прижавшись гладкими, круглыми и холодными боками друг к другу и грустно глядя изогнутыми розовыми прожилками на виновницу своего не самого приятного положения – на Валю Свистопляскину. Валя не выдержала их укоряющих взглядов, убрала обратно в ящик комода и рухнула в постель. Девочка мгновенно заснула тяжелым и тревожным сном.
Глава 7
Сон Вали
Девочке снился явственный ощутимый сон. Она шла по осеннему лесу. Листья на деревьях приветственно помахивали желтыми, пурпурными, оранжевыми и киноварными лапами. Они перешептывались друг с другом, сообщая, что к ним явилась лесная фея, которая их спасёт от страшного монстра с ледяными зубами, под гипнотическим взглядом которого все живое умирает. И чувствовалось в морозной прохладе воздуха неизбежное приближение этого монстра – зимы. А Валя шла и шла, наслаждаясь красочными видами лесного царства, прозрачностью неба и забавной игрой солнечных лучей между ветвей деревьев.
Вдруг впереди она заметила мутный силуэт. Какой-то человек шёл ей навстречу. Сначала она сомневалась, вглядываясь в заросли, может это ей чудится. Но силуэт становился все более отчетливым. Валя обомлела. Это был ее одноклассник Женька Самохвалов, но только одетый в драповое взрослое мужское пальто и такую же драповую мужскую шляпу. Женька приближался и смотрел на Валю безжизненными глазами, остановившимися на непонятно какой точке в пространстве. Валя бросилась к Жене, начала его тормошить за пальто, крича от радости, что он не сгинул в обители темных, а вот он явился не запылился, целый и невредимый.
– Женька, как же ты меня напугал! Ты чего шляпу-то нацепил? – смеясь, выкрикивала изумленная девочка Жене в лицо.
– Я не Женя, – глухим не своим голосом прогундосил Женя.
– Как это не Женя? Прекрати, слушай, мне же страшно. Все, хватит придуриваться! – верещала весело Валя.
– Я повторяю, – не обращая внимания на крики одноклассницы, продолжал гундосить чужим голосом Женя, – меня зовут вовсе не Евгений, милое дитя, позвольте представиться, меня зовут, с вашего позволения, Гелиодор!
– Гелио-кто? – открыв рот от удивления, задала глупейший вопрос Валя.
Нет, конечно, если бы она не была настолько удивлена, наверное ей бы в голову пришел более приличный и более логичный вопрос. Ну, например, она бы спросила, не знает ли уважаемый Гелиодор, где сейчас находятся ее преданные друзья Евгений и Ольга? И не слышал ли он намедни, куда начали дети пропадать посреди кухни? И отчего это, милостивый государь, бусины стали взрываться в кастрюльках?
Но Валя была настолько ошеломлена, обескуражена, что находилась на грани между здравым рассудком и полным отчаянием. Поэтому она так и спросила: «Гелио-кто?»
Пока встреченный ею путник собирался с мыслями, чтобы осчастливить ее ответом, она проанализировала гениальными Жениными мозгами, которыми она теперь обладала, что «гелиос» в переводе с греческого означает «солнце». А «Гелиодор» – это в переводе с того же греческого «дар солнца». «Какой же это «дар солнца»?» – окинув придирчивым взглядом своего собеседника, подумала Валя, – «Это не дар солнца, а скорее мираж в пустыне или просто галлюцинация от полученного солнечного удара. Хотя нет, осенью в лесу солнечных ударов не бывает. Только ангина. От простуды…»
Валя запуталась в своих аналитических мыслях, промелькнувших в ее гениальной головке за долю секунды. Поддельный Женька в шляпе и пальто гундосил в ответ:
– Гелиодор в переводе с греческого… Но вы наверняка и сами знаете, милая барышня, с вашими-то великолепными познаниями во многих научных сферах!
– Дар солнца, знаю, – вздохнув и подняв красивый кленовый листочек из-под своей ноги, ответила разочарованно Валя. Она еще не начала догадываться, что это был просто сон, и потому силилась понять, причем здесь солнце и его дар? И бывают ли такие странные имена? И что это все значит?
– Вы только не учли, простите мою дотошность, – продолжал поддельный Женька, – что гелиодор – это еще и название великолепного минерала нежно-желтого оттенка – одна из прозрачных разновидностей берилла.
Валя вдруг поймала в своей голове целую базу данных на тему минералов. И в ней отчетливо выстроилась картинка полупрозрачного желтого камня с полным описанием. «Эх, Женька-Женька, и зачем мне теперь вот эти энциклопедии в голове без тебя самого?» – подумала девочка, почувствовав, как предательский ком подкатывает к горлу. Но не хватало еще плакать перед этим представителем темных. Ну уж нет!
– Приятно познакомиться, уважаемый Гелиодор! Простите, но я тороплюсь! У меня друзья пропали, – строго проговорила Валя, дав понять странному субъекту, что разговор окончен.
– Ах, бедняжка! Милое дитя! Чем я могу помочь? – театрально сокрушался собеседник, закатив Женькины глаза к небу.
– Ничем. – отрезала Валя, – Если бы вы работали в полиции хотя бы… А так, что от вас толку? У вас сингония-то гексагональная, чего с вас возьмёшь! Точнее конечно не у вас, а у минерала под названием гелиодор. Но вы каким-то образом с ним связаны. Так что вы, можно сказать, с ним заодно!
– Я оценил ваш изящный тонкий юмор, наполненный весьма обширными познаниями в области кристаллических решёток минералов! Ну хорошо, хорошо, не буду вам более докучать. Позвольте сопроводить? В лесу сейчас рано темнеет, того и гляди, заплутаете?
Валя только было собралась ответить какую-нибудь новую дерзость, намекая на полную беспомощность таких слабаков в шляпах и полную их некомпетентность в сфере защиты детей, но тут она неожиданно заметила сверкнувший на пальце Гелиодора знакомый перстенек. Такой же был на мизинце у загадочного жильца Олиной квартиры, который дал ей нить для бусин. Точно! Это же он! Но только почему-то в Женькином теле. Чертовщина, магия!
Валя начала быстро просматривать в памяти информацию об известных и глубоко засекреченных исследованиях контактов с инопланетными цивилизациями, но все указывало на то, что здесь гуманоиды были ни при чем. Здесь все гораздо тоньше, гораздо заковыристее…
Переодетый в одноклассника Женьку незнакомец, а точнее, переодетый в незнакомца поддельный Женька, глубоко поклонился Вале, приподнял в знак почтения шляпу и ушел, ядовито хихикнув напоследок: «Увидимся, Свистопляскина…»
А Валю неожиданно защекотало что-то пушистое по щеке. Огромная рыжая белка с изумрудно-зелёными глазками прыгнула с дерева ей на плечо и махнула пышным хвостищем прямо у нее перед носом. Валя громко чихнула и проснулась.
Глава 8
Нирамавка
А потерявшаяся Оля Круглова тем временем лежала на белой кушетке в абсолютно белой комнате, в которой все предметы были из матового белого материала. На первый взгляд он казался пластиком. Пол, потолок и стены не отличались ничем. Казалось, если стать сказочным великаном, взять рукой кубик комнаты и перевернуть, то ничего в ней сильно не поменяется. Оля начнёт ходить по потолку, считая его полом. Все остальное будет, как и было. Кушетка хоть и была твёрдой, но полностью отвечала всем ортопедическим требованиям, Олиной спине было приятно на ней лежать. Судя по всему, она долго спала, так как ноги заметно затекли и требовали движений. Голова немного еще гудела после странного взрыва, произошедшего на кухне у Вали. Да-да, точно, они с Валей рассматривали какой-то светящийся шарик, и он взорвался.
Оля вспомнила все события до мельчайших подробностей. Она прекрасно помнила, как пришла к подружке поддержать школьный прогул, она ела бутерброды, смотрела телевизор. Там как раз рассказывали об угрозе столкновения планеты с астероидом. «Господи, кто теперь верит в эти страшилки!» – подумала еще Оля, дожевывая очередной бутерброд. Потом началась передача про животных… И дальше какой-то туман. Валя, «драгоценный супчик» в кастрюльке и взрыв! Ох уж эта неугомонная подруга. Все ей не сидится спокойно, то она спичечную башню подожжет, то новый календарь изобретет. И тут вот вам опять – бомбочки начала делать в кастрюльках.
Оставался самый главный вопрос для Оли: где она сейчас находится? И второй, не менее важный вопрос, был в том, почему она сюда попала? Конечно, более всего это место похоже на больницу. Но таких больниц Оля еще не видела. Может, это какая-то частная больница? Значит, с Олей случилось что-то серьезное. Какая-то травма, которую лечат только в этой больнице. А вдруг ее отправили за границу? Ввели в кому и айда в самолёт? Оля видела такое по телевизору. И тогда она, может быть, находится где-нибудь в Германии или во Франции? Или в Израиле? Где у нас еще самые передовые больницы? И если она права в своих догадках, понятно, почему все белое и почему все странное. В иностранных больницах Оля еще ни разу не бывала. Возможно, все в них именно так и есть.