Жемчужина клана Хауса: Бессмертие

Глава 9: Прощание с Убежищем

Слухи и пересуды в Клане Хауса распространялись медленно, как плесень по старым стенам, но верно. После инцидента с Ли Вэем, многие косились на Линь Фэня. Его занятия со Старейшиной Мэном, его странное поведение и то необъяснимое ощущение, которое исходило от него, хотя большинство не могли его идентифицировать, кроме как «странное», вызывали подозрение. Ли Вэй же, чувствуя себя униженным и напуганным, активно подливал масла в огонь, нашептывая Старейшине Чжао и другим о потенциальной опасности, исходящей от Линь Фэня и его наставника.

Напряжение нарастало. Старейшины, и без того нервные из-за упадка клана и своего неопределенного будущего, легко поддавались страху перед неизвестным. Неспособные понять или контролировать то, что происходило с Линь Фэнем, они начали видеть в нем угрозу. Их собственная слабость порождала потребность в поиске козла отпущения или, по крайней мере, источника, который можно было устранить, чтобы восстановить хоть какое-то подобие порядка.

Однажды утром, когда Линь Фэнь собирался идти к Старейшине Мэну, его перехватили двое младших старейшин, чьи лица были мрачны.

«Линь Фэнь, Старейшина Чжао желает видеть тебя в Главном Зале,» – коротко сказал один из них, его тон не оставлял места для отказа.

Линь Фэнь почувствовал холодок в животе. Он знал, что это не к добру. Главный Зал использовался для важных собраний и судов.

Внутри Главного Зала царила та же атмосфера запустения, что и везде, но сейчас она была пронизана напряжением. Несколько старейшин сидели полукругом, их лица были суровы. Среди них выделялся Старейшина Чжао, его взгляд был тяжелым и полным подозрения. Рядом стоял Ли Вэй, выглядящий одновременно злорадным и нервным.

Линь Фэнь поклонился. «Старейшина Чжао, другие Старейшины. Вызывали?»

Старейшина Чжао заговорил, его голос звучал сухо и официально. «Линь Фэнь. До нас дошли тревожные слухи о твоем поведении. О странной энергии, которая исходит от тебя. О твоих уединенных занятиях со Старейшиной Мэном, который давно отошел от дел клана и занимается… сомнительными изысканиями.»

«Я занимаюсь культивацией, Старейшина,» – ответил Линь Фэнь, стараясь говорить спокойно.

«Культивацией?» – усмехнулся Ли Вэй, делая шаг вперед. «Ты, кто едва может собрать крупицу Ци? Я сам видел! От него исходит что-то… темное. Чужеродное! Возможно, это демоническая энергия! Возможно, он и Старейшина Мэн пытаются призвать нечто, что стало причиной нашего упадка!»

Обвинение в демонической культивации было тяжелым. Другие старейшины зашептались.

«Демоническая энергия?» – переспросил Старейшина Чжао, его взгляд стал еще более жестким. «Объяснись, Линь Фэнь. Что за силу ты скрываешь? Почему ты не следуешь традиционным методам клана?»

Линь Фэнь колебался. Мог ли он рассказать им о Жемчужине? О пророчестве? О сокрытой сущности? Они с трудом верили в собственные тени, как они поверят в такое? И даже если поверят, поймут ли? Не воспримут ли Жемчужину как источник проклятия, а не надежды? Он вспомнил слова Старейшины Мэна о непонимании и страхе.

«Это… это сложно объяснить, Старейшина,» – начал Линь Фэнь. «Это не демоническая энергия. Это… это что-то, связанное с древним наследием нашего клана. Старейшина Мэн помогает мне понять это.»

«Древнее наследие?» – презрительно фыркнул Старейшина Чжао. «Единственное наследие, которое мы видим, – это наш упадок! А ты, вместо того чтобы честно трудиться и пытаться укрепить себя обычными методами, занимаешься непонятными вещами с безумцем Мэном! Твое присутствие и эта твоя странная сила… она тревожит. Она вызывает беспокойство среди немногих оставшихся членов клана!»

Он поднялся с места, его тон стал окончательным. «Мы не можем рисковать. В такое время, когда клан и так слаб, мы не можем позволить себе внутренние распри или неконтролируемые силы. До тех пор, пока ты не сможешь ясно объяснить и контролировать эту твою „силу“, или пока мы не убедимся, что она не представляет угрозы… ты не можешь оставаться здесь.»

Линь Фэнь похолодел. Он знал, что сейчас будет.

«Постановлением Совета Старейшин,» – произнес Старейшина Чжао, его голос эхом разнесся по залу. «Линь Фэнь, ты изгоняешься из Клана Хауса. Тебе дается один день, чтобы собрать свои немногие пожитки и покинуть обитель. Ты не можешь вернуться без нашего разрешения. Твоя связь с Кланом Хауса приостановлена.»

Изгнание. Слово ударило его, как физический удар. Несмотря на весь упадок и одиночество, Клан Хауса был единственным домом, который он знал. И теперь его вышвыривали. Не за преступление, а за его истинную природу, за то, что он был «Жемчужиной», которую они же и ждали.

Ли Вэй ухмыльнулся. Его интрига сработала.

Линь Фэнь почувствовал горечь и обиду. Но где-то глубоко внутри, рядом с «сокрытым узлом», зародилось и другое чувство – освобождение. В стенах клана его потенциал был запечатан не только внутренне, но и внешне, ограничен их страхами и невежеством. Теперь у него не было выбора. Ему придется столкнуться с внешним миром, найти свой собственный путь, и, возможно, именно там он сможет по-настоящему пробудить Жемчужину.

«Я понимаю,» – тихо сказал Линь Фэнь, сохраняя внешнее спокойствие, хотя внутри все кипело. Он поклонился, но не в знак уважения, а в знак прощания. «Да будет так.»

Он покинул Главный Зал, оставив позади изумленных его спокойствием старейшин и торжествующего Ли Вэя.

Первым делом Линь Фэнь отправился к Старейшине Мэну. Тот, казалось, уже ждал его. На его лице не было удивления, лишь глубокая печаль и понимание.

«Я знал, что это может произойти,» – сказал Старейшина Мэн, когда Линь Фэнь рассказал ему об изгнании. «Они слишком слабы, слишком напуганы, чтобы принять то, что не понимают. Особенно Старейшина Чжао. Он всегда цеплялся за старые формы, боясь любой перемены.»

Он подошел к старому сундуку и достал оттуда небольшой кожаный мешочек и старую, потрепанную книгу. «Ты не можешь оставаться здесь. Внешний мир огромен и опасен, но он также полон возможностей. Возможно, именно там ты найдешь то, что необходимо для полного пробуждения Жемчужины.»

Он передал Линь Фэню мешочек. Внутри оказалось несколько духовных камней – небольшое состояние по меркам нынешнего Клана Хауса, но крохи в большом мире, – и несколько бутылочек с базовыми духовными эликсирами.

«Это все, что я смог приготовить для тебя,» – сказал Старейшина Мэн. «С этим тебе будет легче в первое время. А это…» Он протянул книгу. «Это неполные записи о Жемчужине, собранные мной. Они трудны для понимания, но в них могут быть ключи. Береги их.»

Линь Фэнь взял книгу и мешочек, чувствуя тяжесть ответственности. «Старейшина… вы не пойдете со мной?»

Старейшина Мэн покачал головой. «Мое время здесь еще не пришло. Мои старые кости уже не годятся для долгих путешествий, а здесь еще есть вещи, которые я должен сделать… и ждать. Но наши пути не разойдутся. Жемчужина связывает нас. Если ты достигнешь успеха, возможно, мы еще встретимся.» Он посмотрел на Линь Фэня с отеческой заботой. «Будь осторожен, дитя. Доверяй немногим. Учись. И главное – стремись понять Жемчужину, не позволь ей поглотить тебя.»

Прощание было коротким, но наполненным глубоким смыслом. Старейшина Мэн – единственный, кто верил в Линь Фэня в этом клане – дал ему последние наставления и ресурсы.

Солнце клонилось к закату, когда Линь Фэнь в последний раз прошел через ветхие ворота Клана Хауса. На спине у него был маленький рюкзак, в кармане – нефритовый фрагмент, в руке – книга Старейшины Мэна. Он не оглядывался на ветхие стены, которые были его домом. Чувства были смешанными – боль от изгнания, решимость перед лицом неизвестности, предвкушение нового пути и грусть от расставания с единственным человеком, который его понимал.

Мир культивации ждал его. Мир, полный опасностей, возможностей, могущественных культиваторов, древних тайн и борьбы за Бессмертие. Мир, где Жемчужина Клана Хауса могла либо сиять во всем своем блеске, либо быть навсегда погребенной.

Линь Фэнь сделал первый шаг за пределы ущелья Парящих Пиков. Путь изгнанника начался.

Глава 10: Шумный Город и Первые Столкновения

Путь от ущелья Парящих Пиков до ближайшего крупного города занял почти неделю. Линь Фэнь шел пешком, экономя небольшое количество Ци, которое он мог собрать. Духовные камни и эликсиры от Старейшины Мэна были ценным запасом, который он не хотел тратить понапрасну. Дни проходили в преодолении расстояний, ночи – в медитации, которая все еще давала лишь смутные ощущения «сокрытого узла» и редкие, мимолетные прикосновения к его древней энергии. Книга Старейшины Мэна была сложной, написанной на архаичном языке, полном намеков и метафор, понятных, вероятно, только носителю Жемчужины, и то лишь частично.

Постепенно пейзаж менялся. Суровые горы сменялись более мягкими холмами, а затем и возделанными землями. Вдалеке появились признаки цивилизации – деревни, дороги, а затем и первые культиваторы, летящие в небе на мечах или верхом на духовных зверях. Линь Фэнь держался в стороне, чувствуя себя маленьким и незначительным среди этих проявлений силы.

Наконец, на горизонте показался Город Врата Небес. Издалека он выглядел как мираж – огромные стены, уходящие в небо, шпили пагод, сверкающие под солнцем, и постоянное движение летающих фигур над ними. По мере приближения город становился все более реальным и ошеломляющим. Ворота были колоссальными, сделанными из отполированного темного камня, украшенными защитными формациями, которые даже Линь Фэнь, с его скудными знаниями, чувствовал как нечто невероятно мощное. Потоки людей и культиваторов текли через них – одни пешком, другие на роскошных паланкинах, третьи верхом на ездовых духовных зверях.

Атмосфера внутри стен была электрической. Воздух был плотным от Ци – гораздо более насыщенным, чем в умирающем Клане Хауса. Улицы были широкими и оживленными, вдоль них тянулись ряды лавок, предлагающих все, что только можно вообразить: духовные травы, пилюли, магическое оружие, талисманы, книги техник, духовных зверей и многое другое. Ароматы экзотических благовоний смешивались с запахами еды и землистой Ци.

Линь Фэнь чувствовал себя совершенно потерянным. Шум, движение, обилие людей с разными аурами культивации – все это обрушилось на него. Он видел культиваторов разных уровней, одетых в яркие одежды своих сект или кланов, их ауры были отчетливы и могущественны, особенно по сравнению с его собственной, едва ощутимой. Он чувствовал себя голым и уязвимым, как кролик среди тигров.

«Смотри, куда идешь, деревенщина!» – грубо воскликнул молодой человек в изысканных синих одеждах, когда Линь Фэнь, ошеломленный, случайно наткнулся на него. Молодой человек, явно принадлежащий к какой-то секте, был на третьем уровне Сферы Закалки Тела – для Линь Фэня это была недосягаемая вершина. Его спутники, тоже в синих одеждах, рассмеялись.

Линь Фэнь поспешно поклонился. «Прошу прощения.»

«Прощение? Ты чуть не испачкал мои новые одежды!» – фыркнул молодой человек, презрительно оглядывая простую, выцветшую одежду Линь Фэня. «У тебя вообще есть глаза? Или Духовное Чутье?» Он почувствовал слабую ауру Линь Фэня и его лицо исказилось от отвращения. «Фу, какой низкий уровень! Что ты вообще делаешь в Городе Врата Небес, навозная куча?»

Линь Фэнь стиснул зубы. Он не хотел привлекать внимание, но не мог позволить себя так унижать. Он вспомнил слова Старейшины Мэна: «Будь осторожен, дитя. Доверяй немногим.» И он вспомнил, как сработала Жемчужина, когда он был в опасности.

«У меня есть дела,» – тихо ответил Линь Фэнь, пытаясь обойти его.

Молодой человек вытянул руку и толкнул Линь Фэня в грудь. Удар был несильным, но достаточным, чтобы заставить Линь Фэня пошатнуться. «Ты еще и дерзишь, мусор? Может, мне преподать тебе урок хороших манер?»

Линь Фэнь почувствовал, как внутри него поднимается знакомая волна тепла. «Сокрытый узел» слабо пульсировал, реагируя на унижение и угрозу. Но он не хотел, чтобы Жемчужина вырывалась бесконтрольно. Он сжал кулаки, пытаясь подавить эмоции.

В этот момент подошел другой культиватор из группы, постарше и с более сильной аурой, возможно, на четвертом уровне Закалки Тела. «Ли Фэй, оставь его,» – сказал он, его тон был равнодушным. «Он всего лишь ничтожество. Не стоит пачкать руки. У нас есть дела поважнее.» Он мельком взглянул на Линь Фэня, и в его глазах промелькнуло такое же презрение, но и легкая скука.

Ли Фэй фыркнул, но отступил. «Повезло тебе, деревенщина. Не попадайся мне больше на глаза.» Они прошли мимо, их смех постепенно затих в шуме улицы.

Линь Фэнь стоял посреди толпы, его сердце все еще колотилось. Он избежал более серьезного столкновения, но испытал первое прямое унижение из-за своей видимой слабости. Этот мир был жестоким. Здесь силу уважали, а слабость – презирали и топтали.

Он понял, что ему нужно не только научиться контролировать Жемчужину, но и как-то скрывать свою истинную сущность, пока он не станет достаточно сильным. Его внешняя слабость была приманкой для хищников.

Ему нужно было найти место, где он мог бы остаться, изучить книгу Старейшины Мэна и попытаться понять, как использовать энергию Жемчужины без этих опасных вспышек. Он направился вглубь города, ища самые незаметные и дешевые кварталы, где смогут приютиться такие, как он – те, кто не обладал ни силой, ни связями.

Город Врата Небес был полон возможностей, но для Линь Фэня он был прежде всего лабиринтом опасностей. Его путь к Бессмертию и возрождению клана начинался здесь, в этом шумном, безразличном и жестоком мире, где его единственной опорой была таинственная «Жемчужина», скрытая глубоко внутри.

Глава 11: Испытания Дороги

Пребывание в Городе Врата Небес быстро показало Линь Фэню истинное положение дел. Для культиватора его уровня, точнее, практически полного отсутствия оного, жизнь в большом городе была непозволительной роскошью. Аренда даже самой жалкой коморки стоила Духовных Камней, которых у него было крайне мало. Еда, хоть и обычная, требовала оплаты, а все, что могло бы помочь в культивации или самозащите, стоило целое состояние. Каждый шаг среди сильных культиваторов ощущался как ходьба по лезвию ножа – его слабость была видна всем, и это привлекало внимание.

Книга Старейшины Мэна лежала у него в рюкзаке, ее древние символы оставались в основном загадкой. Медитации в городе были затруднены – слишком много шума, слишком много чужих энергий. Он понял, что для истинного погружения в тайны Жемчужины ему нужно уединение. Уединение, которое можно найти только вдали от цивилизации, в диких, необжитых местах.

Это было рискованно. Дикие земли были полны опасностей: Духовные Звери разного уровня, ядовитые растения, опасные природные формации и, что не менее страшно, другие культиваторы, которые занимались грабежом и убийствами. Но у Линь Фэня не было выбора. Ему нужно было место, где его «сокрытый узел» мог бы раскрыться, где он мог бы попытаться понять и контролировать Жемчужину.

Собрав последние силы и скрепя сердце потратив несколько Духовных Камней на скудную еду и карту окрестностей, Линь Фэнь покинул Город Врата Небес. Он выбрал направление к горному хребту, отмеченному на карте как «Небесные Отроги» – место, где, по слухам, обитали Духовные Звери, но где также можно было найти редкие травы и, возможно, уединенные пещеры для культивации.

Первые дни пути были относительно спокойными. Он шел по старым тропам, избегая очевидных опасностей. Его скудный запас Ци позволял ему двигаться быстрее обычного человека, но все равно медленно по меркам культиватора. Он питался дикими фруктами и орехами, экономя припасы. Но чем дальше он уходил от города, тем сильнее ощущалась дикая, неконтролируемая энергия природы.

На третий день, когда он углубился в предгорья, его путь пересекли трое мужчин. Они были одеты в темную, неопрятную одежду, а их ауры были смешанными – в них чувствовалась сила культивации, на уровнях от второго до четвертого Закалки Тела, но также и грубость, и злоба. Это были разбойники-культиваторы, охотящиеся на неосторожных путников.

Они увидели Линь Фэня издалека. Его простая одежда и отсутствие сильной ауры кричали о том, что он легкая добыча. Они перегородили ему тропу.

«Эй, парень!» – крикнул самый крупный из них, на его лице играла жадная ухмылка. «Куда спешишь в одиночку? Потерялся?»

Линь Фэнь остановился, его сердце сжалось. Он почувствовал их злые намерения. «Я просто прохожу мимо. У меня ничего нет ценного.»

«Нет ничего ценного?» – рассмеялся второй разбойник, более тощий и с острым взглядом. «А что это у тебя там в рюкзаке? Духовные Камни? Эликсиры? А может, какая-нибудь редкая травка?» Он сделал шаг вперед, протягивая руку. «Давай-ка посмотрим.»

Линь Фэнь отступил на шаг. Он знал, что если они доберутся до него, ему конец. Он не мог позволить им забрать его скудные припасы, которые были даны Старейшиной Мэном.

Он попытался направить Ци по меридианам, готовясь к обороне, но, как и всегда, потоки были слабыми и вялыми. Его Духовные Корни не могли собрать достаточно силы для эффективного удара или защитного барьера. Он был практически беспомощен в ближнем бою против них.

«Не хочешь по-хорошему?» – прорычал крупный разбойник. «Тогда будет по-плохому! Бери его!»

Двое из них бросились на Линь Фэня. Он попытался увернуться, используя базовые движения, которым его когда-то учили в клане, но они были слишком медленными. Крупный разбойник замахнулся на него кулаком, наполненным Ци.

В этот момент, когда удар приближался, а страх вновь охватил его, Линь Фэнь почувствовал, как «сокрытый узел» внутри него резко сжался, а затем… не выстрелил вспышкой, как раньше, а выпустил волну давления.

Это было не физическое давление, а нечто, воздействующее на сознание, на духовную энергию. Разбойники, которые мчались на него, внезапно остановились, их глаза расширились от изумления и… необъяснимого страха. Это было похоже на то, как Жемчужина отреагировала на Ли Вэя в клане, но гораздо мощнее. Давление было невидимым, но оно ощущалось как присутствие чего-то невероятно древнего и могущественного, что смотрело на них свысока, как божество на насекомых. Их Ци вздрогнула и на мгновение показалась подавленной, их движения стали скованными.

Линь Фэнь не понимал, что происходит, но почувствовал этот же эффект и на себе – давление исходило из него, но оно было направлено наружу. Оно не причиняло ему боли, как предыдущая вспышка, но требовало колоссального внутреннего усилия, чтобы поддерживать его.

Второй разбойник, тот, что с острым взглядом, был более опытным. Несмотря на шок и давление, он сумел быстро восстановить контроль над собой. «Что за черт?! Что это было?!» – крикнул он. «Не стой! Убейте его, пока он не сделал еще чего-то!»

Крупный разбойник, хоть и напуганный, тоже начал приходить в себя. Давление ослабевало – Линь Фэнь не мог долго его поддерживать. Они снова двинулись на него, их лица исказились злобой.

Линь Фэнь понял, что просто давления недостаточно. Оно лишь временно замедлило их. Он отчаянно пытался понять, как использовать эту силу более эффективно. Он вспомнил слова Старейшины Мэна о «настройке» и «чувстве». Он сосредоточился на «узле» внутри, пытаясь направить его энергию.

На этот раз, вместо давления, он попытался придать энергии форму, намерение. Он думал о барьере, о защите. Энергия Жемчужины внутри ответила – не взрывом, а плавным потоком, который вырвался из его тела и сформировал вокруг него бледное, почти невидимое поле.

Первый удар крупного разбойника врезался в это поле. Он ожидал пробить слабую защиту, но его кулак встретил неожиданно упругое сопротивление, будто он ударил в невидимую стену. Он отлетел назад, потрясенный.

Второй разбойник попытался ударить мечом, но лезвие лишь скользнуло по барьеру, не причинив вреда.

Это был не обычный энергетический щит. Барьер Жемчужины был тонким, почти эфемерным, но он отклонял или нейтрализовывал Ци противников, делая их атаки неэффективными. Линь Фэнь чувствовал, как каждая отраженная атака истощает его, но барьер держался.

«Что за проклятие?! Что он такое?!» – закричал третий разбойник, который стоял чуть дальше, сжимая в руке талисман. Он почувствовал странную природу этой защиты.

Их замешательство и страх дали Линь Фэню шанс. Он не мог атаковать, но мог бежать. Поддерживая барьер, который требовал всей его концентрации и внутренней силы, он развернулся и бросился в лес.

Разбойники, напуганные и не понимающие, что происходит, не сразу бросились в погоню. Когда они наконец двинулись, Линь Фэнь уже успел скрыться среди деревьев и скал.