Сказки братьев Бакуниных

Пролог. Братья Бакунины

Далеко в Сибири, на берегу реки Томи, в нашем втором веке после революции, а по старому летоисчислению 22 веке, стоит храм Бакунина. Никто уже не знает, наверное, сколько ему лет, потому что живущие там монахи не слишком заботятся о счете времени. Они носят простую одежду, работают каждый по своему умению, читают старые книги и больше всего на свете любят рассуждать о свободе.

Когда был основан их орден, первые монахи решили отказаться от собственных имен. Они рассудили, что красивое или славное имя может стать поводом для гордости, а среди свободных людей один не должен почитаться выше другого. Поэтому каждый из них назвался братом Бакуниным в память о человеке, чье имя носил храм. Обычай сохранился, и теперь, если во дворе кто-нибудь позовет брата Бакунина, могут обернуться сразу несколько монахов. Впрочем, за долгие годы они научились каким-то образом понимать, кого именно имеют в виду. Только к обеду на зов приходят все.

Братья Бакунины занимаются разными делами, но с давних пор есть у них одно общее занятие: они собирают сказки для детей свободных сибирских синдикатов. Ради этого монахи покидают храм и отправляются в путь. Одни едут по большим дорогам, другие идут пешком через тайгу, третьи добираются до таких мест, куда не всякая машина согласится ехать. Они гостят в маленьких коммунах, ночуют на дальних станциях, сидят у костров вместе с селькупами и слушают истории стариков, детей, земледельцев, инженеров и роботов.

Истории бывают разные. В одних говорится о девочках, встречавших в лесу говорящих волков, в других — о забытых городах, где под землей еще трудятся машины прежнего мира. Есть сказки о трехголовых людях, летающих людях, разумных зверях и старых роботах, которые однажды покинули мастерскую и отправились искать счастья. Встречаются в них прекрасные девушки и уродливые колдуньи, хитрецы и простаки, добрые великаны и страшные чудовища.

Попадаются даже короли.

Современные дети не всегда понимают, кто это такие, и тогда братьям приходится объяснять, что в прежние времена королем называли человека, которому позволялось повелевать целым народом. Дети обыкновенно этому не верят. Братья не спорят: для того и существуют сказки, чтобы рассказывать о вещах, которых теперь не увидишь.

Однако не всякая невероятная история оказывается выдуманной. Не раз бывало, что брат Бакунин, выслушав удивительный рассказ, хвалил хорошую сказку, а хозяин обижался и уверял, что все именно так и случилось с его дедом. Поэтому братья давно перестали решать, где кончается правда и начинается вымысел, и записывают все, что кажется им достойным памяти.

За многие годы таких записей накопилось великое множество. Сначала им отвели одну комнату в храме, потом другую, а вскоре старые истории заняли целое хранилище. Тогда братья Бакунины решили, что сказки собирают не для того, чтобы запирать их за дверью. Их стали переписывать и посылать через Сеть по всей Сибири: в большие городские синдикаты и маленькие таежные коммуны, людям и роботам, детям и тем взрослым, которые еще не разучились слушать сказки.

Так появились сказки братьев Бакуниных.

Одни из них, говорят, чистая правда, другие от первого до последнего слова выдуманы, а третьи случились так давно, что этого уже никто не может проверить.

Некоторые из них мы теперь и расскажем.

Глава 1. Красная Шапочка

На краю большой сибирской тайги стоял маленький свободный синдикат, окруженный соснами и кедрами. Жило там немного людей, и все они хорошо знали друг друга. Одни выращивали овощи в теплых теплицах, другие следили за лесом, третьи работали в мастерских. Дети учились понемногу у всех, а когда уроки кончались, убегали к реке или в лес, если только не обещали взрослым далеко не уходить.

В этом синдикате жила девочка, которую все называли Красной Шапочкой. Настоящее ее имя давно почти перестали употреблять, потому что однажды бабушка привезла ей из Томска замечательную шапочку ярко-красного цвета. Девочке подарок так понравился, что с наступлением холодов она надевала его каждый день, а потом продолжала носить и весной, когда снег уже сошел. Так за ней и осталось прозвище Красная Шапочка.

Шапочка была не простая. Бабушка заказала ее у томских мастеров, которые умели делать множество полезных вещей и утверждали, что хорошая вещь должна служить человеку долго и ничего не требовать взамен. В мягкую подкладку был вшит маленький искусственный интеллект по имени Чапа. Он мог подсказать дорогу, сообщить, когда начнется дождь, напомнить о забытом деле или связаться с другими людьми, если это понадобится.

Красная Шапочка быстро привыкла к Чапе и часто разговаривала с ним по дороге. Иногда она спрашивала о птицах и растениях, иногда просила рассказать историю, а иногда просто сообщала ему все, что приходило ей в голову. Чапа отвечал охотно, хотя время от времени девочке казалось, что он говорит слишком много. Тогда она велела ему помолчать, и он молчал до следующего вопроса.

Бабушка Красной Шапочки жила не в синдикате, а одна в старом деревянном доме среди леса. Ей много раз предлагали переселиться поближе, но она всякий раз отказывалась. Когда-то бабушка много работала в тайге и привыкла к лесной жизни; теперь ей нравилось просыпаться под шум кедров, собирать травы и видеть из окна зверей чаще, чем людей. От синдиката до ее дома было несколько километров, и Красная Шапочка хорошо знала дорогу, потому что часто ходила к ней в гости.

Однажды утром мать испекла пирог с лесными ягодами и достала из кладовой баночку прошлогоднего меда. Накануне бабушка сообщила, что простудилась и несколько дней не собирается выходить из дома, поэтому мать попросила Красную Шапочку отнести ей гостинцы.

Девочка положила пирог и мед в небольшую корзинку, надела свою красную шапочку и уже собиралась выйти, когда мать напомнила ей, что после недавних дождей старая тропа возле ручья стала скользкой. Лучше было идти верхней дорогой и не задерживаться без нужды: в тайге жили разные звери, и не со всеми стоило заводить знакомство.

Красная Шапочка обещала быть осторожной и отправилась в путь.

Утро было ясное и прохладное. Между соснами лежали длинные полосы солнечного света, пахло мокрой землей и хвоей, а на ветках еще блестели капли вчерашнего дождя. Чем дальше девочка уходила от синдиката, тем тише становилось вокруг. Скоро исчезли последние крыши, потом перестал быть слышен шум мастерских, и осталась только тропинка, уходившая между высокими деревьями.

Красная Шапочка шла не торопясь и время от времени заглядывала под кусты, где уже поспевали поздние ягоды. Чапа сообщил ей, что дождя до вечера не ожидается и до бабушкиного дома осталось меньше часа пути.

Девочка поправила корзинку и пошла дальше.

Она еще не знала, что немного впереди, за старым поваленным кедром, на тропе сидел большой серый волк.

Серый волк сидел возле поваленного кедра и смотрел на тропу. Он был велик и худ, шерсть на его спине потемнела после дождя, а желтые глаза внимательно следили за приближавшейся девочкой. Красная Шапочка заметила его издали, но не испугалась. В тех лесах встречались разумные звери, умевшие говорить с людьми, и сам по себе говорящий волк казался ей не более удивительным, чем человек, умеющий летать.

Подойдя ближе, девочка пожелала волку доброго утра. Тот ответил очень учтиво и спросил, куда она идет одна с такой красивой корзинкой. Красная Шапочка рассказала, что навещает заболевшую бабушку и несет ей пирог с ягодами и баночку меда.

— А далеко живет твоя бабушка? — спросил волк.

Девочка объяснила, что ее дом стоит за ручьем, возле трех старых кедров, и идти туда осталось меньше часа. Волк хорошо знал это место. Он уже давно приметил одинокий дом, но прежде не решался подходить близко, потому что хозяйка часто ходила по лесу с большим посохом и совсем не походила на человека, которого легко застать врасплох.

Волк облизнулся и снова заговорил с девочкой. Голос у него был спокойный и ласковый, поэтому Красная Шапочка не заметила ничего дурного. Он похвалил пирог, хотя никогда его не пробовал, затем похвалил мед и наконец сказал, что больной бабушке наверняка было бы приятно получить еще и букет лесных цветов.

Красная Шапочка оглянулась. По обе стороны тропинки действительно росли последние осенние цветы, а немного дальше виднелась поляна, где их было гораздо больше.

Чапа, до тех пор молчавший, тихо сказал из шапочки:

— Этот волк задает много вопросов.

— Он просто разговаривает, — ответила девочка.

Волк услышал незнакомый голос и насторожился. Он посмотрел на красную шапочку, но не увидел ничего, кроме шерстяной ткани.

— С кем это ты говоришь?

Красная Шапочка объяснила, что в шапочке живет Чапа, сделанный томскими мастерами, и что он иногда дает советы, даже когда его об этом не просят.

Волк ничего не знал об искусственном интеллекте и решил, что Чапа, должно быть, какой-нибудь маленький дух, каких, по рассказам старых зверей, люди научились сажать в разные вещи. Спрашивать дальше он не стал. Вместо этого он показал девочке короткую тропинку к поляне и уверил, что там растут самые красивые цветы во всем лесу.

Красная Шапочка подумала, что бабушка действительно обрадуется букету. До вечера было еще далеко, дорогу она знала хорошо, а Чапа мог в любой момент показать, где находится бабушкин дом. Поэтому девочка поблагодарила волка и свернула с тропы.

Серый волк немного постоял, глядя ей вслед. Когда красная шапочка скрылась между деревьями, он перестал улыбаться.

Волк был голоден. Девочка показалась ему слишком маленькой для хорошего обеда, зато теперь он знал, что неподалеку живет старуха. Если немного поторопиться, можно было сперва съесть бабушку, а потом дождаться внучки.

Он побежал к ручью самой короткой дорогой.

Красная Шапочка тем временем вышла на поляну и стала собирать цветы. Найдя один красивый, она замечала другой еще красивее, а за ним третий, росший немного дальше. Так она незаметно уходила все глубже в лес.

Чапа больше не спорил. Он только запомнил место встречи с волком и продолжал следить за дорогой.

Вскоре Красная Шапочка собрала большой букет и снова направилась к бабушкиному дому.

А волк был уже далеко впереди.

Волк хорошо знал лес и бежал быстро. Он перескочил через ручей там, где два берега почти сходились, поднялся по каменистому склону и вскоре увидел три старых кедра. За ними стоял бабушкин дом — небольшой, крепкий, сложенный из потемневших бревен. На крыше рос мох, возле крыльца сушились связки трав, а под окном лежала большая палка, с которой хозяйка обычно ходила по тайге.

Волк остановился и задумался. Встреть он старуху в лесу, дело могло кончиться плохо: бабушка Красной Шапочки прожила здесь много лет, хорошо знала повадки зверей и еще не стала настолько старой, чтобы позволить первому встречному волку себя съесть. Но теперь она болела, а волк уже придумал хитрость.

Он подошел к двери и постучал.

Бабушка лежала в постели и читала старую книгу. Услышав стук, она спросила, кто пришел. Волк постарался сделать голос тонким и ответил, что это Красная Шапочка принесла пирог и мед.

Простуда притупила бабушкин слух, и она ничего не заподозрила. Дверь была заперта, но открывалась на голос хозяина, поэтому бабушка велела дому впустить внучку. Замок щелкнул, дверь отворилась, и волк оказался внутри.

Увидев его, бабушка сразу поняла свою ошибку. Она потянулась к стоявшему возле кровати посоху, но волк одним прыжком пересек комнату и проглотил ее прежде, чем она успела подняться.

На некоторое время в доме стало совсем тихо.

Волк прислушался к себе. Бабушка оказалась крепче, чем он ожидал, и, судя по ощущениям, вовсе не собиралась спокойно лежать у него в животе. Однако волк решил, что со временем она угомонится. Теперь оставалось дождаться Красной Шапочки.

Он осмотрел комнату и увидел на стуле бабушкину одежду. Тогда ему пришла в голову новая хитрость. Волк натянул длинную рубаху, надел старый чепец и лег в постель, натянув одеяло почти до самого носа. Спрятать длинную морду было трудно, но в комнате стоял полумрак, а ставни он предусмотрительно прикрыл.

Дом между тем начал вести себя странно. Сначала над дверью несколько раз мигнул маленький огонек, потом откуда-то из стены раздался спокойный голос:

— Хозяйка, ваши дыхание и пульс не определяются.

Волк замер.

Он не знал, кто говорит. В доме никого больше не было.

— Хозяйка, вам требуется помощь?

Волк решил, что это еще один домашний дух, и сердито велел ему замолчать. Дом немного подумал и сообщил, что голос не совпадает с голосом хозяйки.

Тогда волк зарычал так страшно, как только мог.

Это не произвело на дом никакого впечатления.

К счастью для волка, бабушка не любила, когда машины слишком усердно заботились о ней, и много лет назад запретила дому самостоятельно вызывать помощь. Поэтому тот лишь отметил необычное происшествие и умолк. Волк этого не знал и еще долго подозрительно поглядывал на стены.

Тем временем Красная Шапочка вышла с поляны на знакомую тропу. В корзинке лежали пирог и мед, а в руке она несла большой букет. Когда показались три старых кедра, девочка прибавила шагу.

Возле дома было непривычно тихо. Обычно бабушка оставляла дверь открытой, если ждала внучку, но сегодня она была прикрыта. Даже птицы, которые постоянно вертелись возле кормушки, куда-то исчезли.

Красная Шапочка остановилась у крыльца.

— Что-то здесь не так, — тихо сказал Чапа.

На этот раз девочка не стала с ним спорить.

Красная Шапочка осторожно открыла дверь и вошла в дом. В комнате было темнее обычного: ставни оказались прикрыты, хотя бабушка любила дневной свет. На столе лежала раскрытая книга, возле кровати стояла чашка с остывшим травяным настоем, а самой бабушки почти не было видно под одеялом.

Девочка поздоровалась, но в ответ услышала только слабое приглашение подойти поближе. Голос показался ей непривычно хриплым. Красная Шапочка решила сперва, что виновата простуда, поставила корзинку на стол и положила рядом собранные цветы.

Когда глаза привыкли к полумраку, она заметила из-под чепца большие серые уши.

— Бабушка, почему у тебя сегодня такие большие уши?

Волк ответил, что они нужны ему, чтобы лучше слышать любимую внучку.

Красная Шапочка подошла еще немного и увидела блестевшие из-под чепца желтые глаза. Таких глаз у бабушки прежде не было.

— Бабушка, а почему у тебя такие большие глаза?

Волк сказал, что большими глазами лучше видеть, как выросла внучка.

Теперь девочка уже знала, что в постели лежит не бабушка. Она вспомнила серого волка у поваленного кедра и поняла, зачем тот расспрашивал ее о дороге. Однако волк находился совсем близко, а дверь осталась у нее за спиной. Красная Шапочка решила не показывать, что разгадала обман, и продолжала задавать вопросы, понемногу отступая назад.

Когда из-под одеяла показалась огромная мохнатая лапа, она спросила, зачем бабушке такие большие руки. Волк ответил, что ими удобнее обнимать внучку.

Тогда Красная Шапочка увидела зубы.

— Бабушка, почему у тебя такой большой рот?

— Чтобы легче было тебя съесть! — прорычал волк.

Он сбросил одеяло и прыгнул с кровати. Красная Шапочка бросилась к двери, но волк оказался быстрее и отрезал ей дорогу. Девочка отступила к столу. Теперь уже не было никакого сомнения, что случилось с бабушкой: живот волка был огромен, а изнутри доносилось сердитое ворчание.

Красная Шапочка схватила первое, что попалось под руку, и запустила в волка чашкой. Чашка разбилась о стену, волк отскочил, но тотчас снова приготовился к прыжку.

Тогда девочка вспомнила о шапочке.

— Чапа, помоги!

Чапа слышал весь разговор и уже знал, что перед ним тот самый волк, которого они встретили в лесу. Красная Шапочка услышала возле уха его спокойный голос:

— Сигнал бедствия передан. Координаты отправлены в Томск.

Волк не понял ни одного слова, но догадался, что маленький дух в красной шапке опять вмешался не в свое дело. Он прыгнул на девочку, и Красная Шапочка едва успела спрятаться за тяжелым столом. Волк ударился о край, опрокинул корзинку и рассыпал по полу пирог.

Увидев пирог, он на мгновение остановился.

Этого хватило, чтобы девочка перебежала к другому концу комнаты.

Теперь они бегали вокруг стола: Красная Шапочка в одну сторону, волк в другую. Стоило ему изменить направление, как девочка делала то же самое. Волк сердился все сильнее, бабушка у него в животе не переставала возиться, а домашний голос после долгого молчания сообщил, что обнаружена драка и желательно прекратить ее прежде, чем будет сломана мебель.

Волк зарычал на дом, потом на Красную Шапочку и наконец на собственный живот.

В эту минуту снаружи послышался странный низкий гул.

Сначала задрожали стекла, потом заскрипели ветви старых кедров. На столе подпрыгнула ложка. Волк перестал гоняться за девочкой и насторожил свои большие уши.

Гул становился все громче.

Красная Шапочка выглянула в окно и увидела, как над верхушками деревьев опускается большая круглая машина, блестевшая на солнце.

Чапа сообщил, что помощь прибыла.

Волк посмотрел на окно, потом на дверь и впервые за этот день пожалел, что вообще заговорил с девочкой в красной шапочке.

Круглая машина опустилась на поляну перед домом, пригнув к земле траву и молодые кусты. Волк заметался по комнате, но бежать было некуда: за окном уже открылась дверца, и наружу один за другим вышли четверо мужчин в одинаковых простых одеждах.

Первый постучал в дверь.

— Кто там? — по старой привычке спросил волк.

— Брат Бакунин.

Волк посмотрел на Красную Шапочку, но та только пожала плечами.

— Какой еще брат Бакунин?

— Брат Бакунин из храма Бакунина.

За дверью послышались голоса остальных монахов, которые подтвердили, что они тоже братья Бакунины. Волк совсем запутался и решил не открывать.

Тогда один из братьев попросил дом открыть дверь. Дом ответил, что внутри находится неизвестное животное, хозяйка исчезла, а мебель подвергается опасности, и счел просьбу разумной.

Замок щелкнул.

Волк бросился к окну, но там его уже ждал второй брат Бакунин. Возле задней двери стоял третий, а четвертый остался у летающей машины. Монахи часто путешествовали по Сибири, собирая сказки, и успели повидать существ гораздо удивительнее говорящего волка, поэтому его размерами никто особенно не впечатлился.

Сам волк, напротив, никогда прежде не встречал людей, которые назывались одинаково, прилетали на круглых машинах и окружали чужой дом с такой деловитостью. Он прижал уши и предупредил, что съест всякого, кто подойдет ближе.

Братья Бакунины посовещались и решили, что это нежелательно.

Один из них принес из машины сеть. Волк увидел ее и прыгнул первым, однако сеть сама развернулась в воздухе, обвилась вокруг него и стянула лапы. Он покатился по полу, сбил стул и попытался перегрызть прочные нити, но они только сильнее затягивались. Через минуту грозный лесной хищник лежал возле кровати и мог лишь сердито щелкать зубами.

Красная Шапочка рассказала, что бабушка, по всей видимости, находится у него в животе. Братья осмотрели волка и убедились, что девочка права. Изнутри время от времени доносился глухой стук, свидетельствовавший, что бабушка жива и очень недовольна.

Волка перенесли в летающую машину, где имелось все необходимое для помощи людям и зверям. Вскоре бабушку благополучно извлекли наружу. Она была сердита, помята и по-прежнему простужена, но серьезно не пострадала. Первым делом бабушка потребовала вернуть ей посох, а получив его, хотела немедленно объяснить волку, что она думает о его поведении. Братьям пришлось убедить ее, что воспитанием хищника можно заняться и без этого.

Пока один монах помогал бабушке, другой осматривал Красную Шапочку, а третий разговаривал с Чапой. Четвертый сел возле связанного волка и стал выяснять, почему разумный зверь, способный говорить и договариваться с людьми, решил питаться бабушками и их внучками.

Волк отвечал неохотно. В конце концов выяснилось, что никакой особенной причины у него не было. Еды в лесу хватало, а в ближайших поселениях ее дали бы ему и без всякого труда. Просто волку нравилось охотиться на тех, кого он считал слабее себя.

Братьям такое объяснение не понравилось.

Волка решили отвезти далеко на север, в места, где почти не было человеческого жилья, зато водилось достаточно дичи. Перед отправлением бабушка все же подошла к нему с посохом. Что именно она сказала, Красная Шапочка не расслышала, но после этого волк много лет не приближался к человеческим домам.

Когда все закончилось, братья вернулись в избушку. Один поднял опрокинутый стул, другой открыл ставни, а третий подобрал с пола корзинку. Пирог спасти не удалось, зато банка с медом осталась цела.

Четвертый брат Бакунин тем временем достал небольшую записную книжку.

Он спросил Красную Шапочку, как ее зовут.

Девочка назвала свое настоящее имя, а потом добавила, что все обычно зовут ее Красной Шапочкой.

Брат Бакунин посмотрел на красную шапочку, затем на волка, которого как раз уносили к машине, и записал несколько слов.

Ему показалось, что из этой истории может получиться хорошая сказка.

Братья Бакунины пробыли у бабушки до вечера. Они починили сломанный стул, убрали осколки чашки и убедились, что старухе после необыкновенного приключения нужен главным образом покой. Красная Шапочка заварила ей травы, поставила на стол уцелевший мед и рассказала обо всем, что произошло в лесу до прихода волка.

На следующий день девочка вернулась домой вместе с одним из братьев. Остальные улетели в Томск, увозя с собой волка и новую историю для монастырского собрания сказок.

В храме рассказ Красной Шапочки выслушали с большим интересом. Один брат Бакунин считал, что это сказка о коварстве, другой видел в ней предостережение против разговоров с незнакомыми волками, а третий заметил, что без красной шапочки дело закончилось бы гораздо хуже. Последнее мнение почему-то особенно понравилось братьям, недавно вернувшимся из Томска.

Так история и была записана.

С тех пор Красная Шапочка еще много раз ходила через лес к бабушке и по-прежнему не боялась ни старых троп, ни темной тайги. Однако с незнакомыми волками она больше не обсуждала семейные дела. Бабушка вскоре выздоровела, а серого волка действительно увезли далеко на север. Говорят, там он сделался превосходным охотником на оленей и больше никогда не пробовал бабушек.

Что же касается красной шапочки, то после этого случая о ней узнали во многих сибирских синдикатах. Томские мастера уверяли, что вовсе не ожидали такой известности и всегда делали свои вещи исключительно ради общей пользы. Тем не менее вскоре красные шапочки с Чапой стали встречаться повсюду, а Синдикату интеллекта пришлось открыть еще одну мастерскую.

Поэтому, дети, если вам случится одним отправиться далеко в тайгу, слушайте добрые советы, не рассказывайте первому встречному волку, где живет ваша бабушка, и непременно надевайте красную шапочку с искусственным интеллектом томского производства.

Она умеет показывать дорогу, предсказывать дождь и вызывать братьев Бакуниных на летающей тарелке.

Говорят, эту сказку особенно любил старый Гайтан.

Глава 2. Гензель и Гретель

На Алтае, там, где степь начинает подниматься к горам, стоял небольшой немецкий синдикат. Жило в нем всего несколько десятков семей, и многие вели свой род от немцев, поселившихся в Сибири еще в те времена, когда по земле ходили цари, чиновники и сборщики налогов. Прошло с тех пор столько лет, что о царях дети знали главным образом из старых книг, а вот немецкие имена, старые песни и некоторые обычаи сохранились.

В этом синдикате жили брат и сестра — Гензель и Гретель. Гензель был старше всего на год, но считал это достаточной причиной, чтобы первым предлагать всякие опасные предприятия. Гретель обычно говорила, что предприятия его глупые, после чего отправлялась вместе с ним.

Однажды Гензель предложил сходить в Барнаул.

Когда-то Барнаул был большим городом, где жило столько людей, что Гензелю и Гретель трудно было даже представить их всех вместе. Теперь большая часть города стояла пустая. После революции люди постепенно разошлись по маленьким поселениям, построенным среди полей, лесов и садов, и лишь кое-где на окраинах старого Барнаула еще жили небольшие общины. В середине же города оставались бесчисленные дома, улицы, башни и подземелья, которыми мало кто пользовался.