Зверя страсти 4

Глава первая

Москва вечерняя двадцать шестого сентября двадцать третьего года озарялась яркими бесчисленными огнями, которые красиво манили за собой. В воздухе повисал гул моторов. По дорогам и проспектам нескончаемым потоком неслись разные тачки. Но всё же уже не так многочисленно и плотно. В стороне громко заиграла свою мелодию знакомая сирена, а заодно ярко засияли мигалки. Гонки по вертикали плавно перенеслись на Кутузовский проспект, где уже стало весьма свободно. Здесь малиновую девятку гнали копы. Они уже как десять минут преследовали её на всех порах. Но подержанная «девятка» никак не сдавалась. Хотя пару раз уже копы на своем быстром служебном седане сближались на расстоянии руки. Они даже грезили открыть огонь по колёсам. Но во избежание аварии действовали разумно и прагматично. Малиновая девятка уже дымилась, но летела стремглав и на бешеной скорости обгоняла даже дорогие иномарки. Хотя по грохоту у неё уже давно отлетел глушитель, лысая резина блестела, а мотор странно ревел. Её тонированные стёкла скрывали того, кто сидел за рулём болида, у которого напрочь отказали тормоза. А сюжет закручивался прямо как в голливудском триллере. Даже, наверное, круче. Всё началось с того, что бездомный пенсионер Николай Рябовин решил отлить за кустами на одной из больших свалок, где он часто бывает. Он туда завсегда приезжал на той самой подержанной малиновой девятке, чтобы насобирать лома. За рулём завсегда находится его друг по разуму сухожильный пенсионер Сергей Цветарин. Он, в роковой момент неспешно бродя по большой куче мусора, собирал алюминиевые банки. Николай Рябовин, отливая за кустами, увидел на пустыре расправу. Он прямо остолбенел. Коля округлил мутные цвета ртути глаза, а рот искривил, который у него как будто порван. Его на самом деле рвали собаки одного барыги Кулина, у которого от хотел стащить бочку лунной ночью. Но дело не выгорело. Он нарвался на мощных питбулей-братиков Бекхемов. Ему тогда досталось крепко. Псы прямо вырвали ему большой кусок плоти на левой щеке вместе с частью нижней губы, а вдобавок оторвали левое ухо. Он свой рваный орган сумел подобрать, когда отбивался. Ему успешно пришили ухо в неотложке.

Николай Рябовин, стоя у кустов, прямо обомлел. Он своими глазами увидел жуткую сцену, которую видел лишь несколько раз по телику. У него в глазах отразились вспышки от выстрелов и падение на траву неказистого жилтреста Гаврюшина в дорогом плаще. Этот тип перешёл дорого самому мафиози Абрамкину, который держал в страхе чуть ли не полгорода. Он невысокий, упитанный в меру. У него лысая голова как небольшой недоспелый арбуз, а уши небольшие торчком. Его лик простой некрасивый, – глаза по цвету как кокос немного косые и всегда чем-то недовольны, нос как слива, а губы навыкате. Он кричал перед стрельбой, что, мол, зачем ты меня кинул на бабки… Ты тупой урод. Ты обокрал не меня, а этих парней. Ты просто моральный урод. Я платил тебе много денег. Но ты за моей спиной крал у меня, да ещё крутил шашни с моей бабой сука… Абрамкин был красноречив. Он, не сдержавшись, ударил ногой пять раз по лицу Гаврюшина, который сразу свалился на сырую траву. Он вывалился из рук громил. Они делали послушно всё, как и псы братики-Бекхемы по одному щелчку босса. Гаврюшина вновь приподняли бугаи. Он уже заметно истекал кровью. У него заметно рябило в глазах, нос прямо был вдавлен в плоть, а из ноздрей текла ручьём кровь. Влага прямо затекала в искривлённый рот. Он дрожал в судороге. В этот момент прозвучали выстрелы, которые всполохнули всю тихую окрестность. Мафиози Абрамкин не выдержал. Он сильно психанул, представив свою молодую пассию голой в руках смазливого жиртреста. Он подозревал измену, но не мог поверить, а правда всплыла не в самый нужный момент. Он терпел большие убытки по бизнесу. Его донимали залётные чинуши. Его тёмные дела грозили большим судом, штрафами и даже арестом. Он психовал в тот день много и сорвался, как бешеный пёс с цепи, когда схватили того, в кого он верил и даже не сомневался. Он разозлился жутко и легко надавил на курок своего мощного серебристого пугача, наведя ствол прямо на пленника. Воздух крепко всколыхнул всю округу. Гаврюшин получил «дулю» прямо в голову, а рана оказалась не совместимая с жизнью. Его массивное тело вздрогнуло крепко. Бугаи не смогли удержать тяжёлого жиртреста, который сразу полетел на сырую траву. Он уже по виду не дышал и рухнул тяжело.

Мафиози Абрамкин, казалось, ещё хотел стрелять. Он вытянул руку, чтобы ещё раз спустить курок. Он был просто безумно раздражён. Его даже немного лихорадило. Ему одной жуткой мести оказалось мало. В этот самый момент пенсионер Николай Рябовин стоял возле кустов. Он держался руками за своё вялое достоинство и ещё справлял нужду, а струя мочи дёрнулась резко в сторону и сразу перестала течь. Рябовин ощутил недоумение и страх, что естественно. Он обомлел, стоя неподалёку от лобного места. Но поджилки не тряслись. Он видел немало и всё же испугался. Он напряг своё старое морщинистое лицо, а слега пьяные глаза выпучил. Коля тогда напоминал буйного мерина, который уже крепко огрел пьяного хозяина задними копытами. Рябовин словно сглупил или просто на миг потерял страх. Он был незаметен для верзил, находясь в тонкой тени кустов. Но он лично себя выдал, ещё не отойдя от долгого запоя. А когда-то он отменно кузнечил. У него под рукой находилось хозяйство. Но он подсел на лотерею. Он скупал билеты пачками и всё своё нажитое долгими годами добро, незаметно спустил. Жена пышка Глаша, что естественно, его бросила. Дети уже выросли. Они послали нерадивого отца куда подальше.

Николай, увидев расправу, заявил как будто смело, что, мол, что вы тут творите-то изверги малодушные. Совсем сбендили что ли. Вы что замочили мужика что ли? Вы тут совсем мать вашу…

Мафиози Абрамкин не дал закончить мысль бродяге. Он ужаснулся, быстро осознав, что ему за это грозит. Абрам даже представил себя в наручниках и под конвоем. Он округлил буйные ледяные глаза, которые стали похожи на фары его мощного чёрного джипа. Он буйно глянул на своих огромных верзил, которые не дал маху. Абрам же тут же применил свою пушку. Он дал залп из револьвера, а воздух сотрясли громкие выстрелы и сразу мелькнули огоньки. Убойные пули гулко засвистели, где явно бы случилась беда. Но пенсионер Николай Рябовин первым делом схватился за чугунную ржавую сковородку, которая находилась при нём в мешке. Он нашёл кухонную утварь на свалке пять минут назад. Он сначала прикрыл утварью своё морщинистое порочное бородатое лицо. Убойная пуля ударила прямо в сковороду. В сторону отлетели яркие искры. Он машинально попятился и сразу закрыл сковородкой свой голый пах, а шальная «дуля» поразила металл, который сразу немного искривился. Николай не успел даже толком натянуть штаны. Он побежал неуклюже, спотыкаясь о всякий мусор. Он упал грузно, но сумел быстро подняться. Коля оглянулся бегло и испуганно. Он увидел подручных «псов» мафиози. Они уже метнулись быстро по пустырю и на деле походили на борзых псов, которых спустил с цепи хозяин, чтобы те порвали неугодного воришку.

Бездомный Рябовин нашёл силы подняться на ноги. Он себя не помнил. Верзилы же открыли огонь из всех пушек. Они теперь палили прицельно, а пули засвистели над головой шального мужика. Николай побежал по большой груде мусора. Он тяжело задышал. У него на бороде повисли слюнки. Он споткнулся, когда забрался на вершину мусора. Коля зацепился ногами за старое бревно. Он полетел вперёд головой, как будто хотел нырнуть в морскую пучину. Но упал мягко на всякий мусор и покатился на животе. Он успел опробовать грязь, одноразовую посуду и странный дешёвый парфюм. Он ободрал себе левую щеку ржавыми гвоздями, которые торчали от палки, но боли не ощутил. Его глаза стали ледяными. В них теперь жил лишь адреналин. Он спасал свою жизнь бегством и громко заорал, когда скатился с двадцатиметровой мусорной горки. Он завопил скорее, что, мол, Серёга валим отсюда. Здесь маньяки какие-то. Серёга где ты сука заводи тачку. Надо валить. Тут маньяки в меня палят. Уже кого-то замочили сука. АААААА… АААА… Серёга сука валим. ААААА… АААА…

Николай Рябовин сплюнул изо рта жуткую грязь, которой нахватался, когда его несло с мусорной горы. Он чуть не блеванул. Но ему стало некогда приводить себя в чувства. Его всё же немного пробрало, а тягучая слюна повисла на бороде. Он ощутил вонь от жутких нечистот, а страх дал вновь о себе знать. У него над самой головой засвистели убойные пули. Николай быстро осмотрелся. Он заметил на мусорных кучах бегущих типов, которые дурно махали пушками. Они вновь дали залп. Николай уже бежал по тропе. Он дышал тяжело. У него рябило в глазах, а изо рта вылетал парок. Он запнулся и немного заколесил. Он чуть не упал. У него сбилось дыхание и крепко запало в животе. Он миновал больше трёхсот метров и всё же блеванул прямо на водительскую дверку малиновой девятки. Странная желтоватая жижа потекла по стеклу и дверной ручке, которую Николай облюбовал. Он в тот момент ничем не брезговал. Он дышал тяжело и грузно завалился в салон тачки. Он сразу схватился за ключ зажигания, а стальная «малышка» на сей раз не подвела. Хотя «девятка» очень сильно капризная, а порой совсем не хочет заводиться и ехать. Но в тот критический момент тачка завелась, как родная. Её мотор загудел громко, когда Николай надавил на гашетку. Он ещё глянул в сторону, где неслись верзилы. Они кричали громко, что, мол, стой старый хрен. Мы тебя не тронем. Дадим денег. Стой сука бородатая. Вот же урод старый. У него тачка. Кто он такой? Он вонючий бродяга. Живёт здесь что ли… Босс нас прикончит. Его надо схватить. Стой старый хрыч. Вот же чурбак старый…

Воздух вновь сотрясли выстрелы. Но большинство «дуль» пролетело мимо. Всё же шальная пуля чиркнула задний багажник, где сразу показалась яркая искра. Николай Рябовин крепко вцепился в баранку. Он надавил газ до пола. Малиновая девятка живо разогналась и круто зашла в поворот. Николай просто ошалел, что естественно. Он осознал, что несколько оторвался. Он, чуть сбавив обороты, сразу бегло осмотрелся. Его не покидали смутные мысли.«Вот я попал. Зачем я открыл свой рот? Вот же придурок. Они вроде меня не видели сначала. Но смотрели же на меня… Я и сказал с дуру. Надо валить отсюда. Психи какие-то. Они там кого-то замочили. Точно замочили. Какого-то типа похожего на них самих. Они друг друга мочат что ли? Мне плевать. Я уже в тачке и вроде оторвался. Надо уезжать отсюда. Они видели тачку. Психи блин маньяки какие-то. Где Серый? Надо валить отсюда. Мне хреново. Я блеванул на самого себя. Пахнет жутко. Я тачку замарал. Серый будет ругаться. Вот же я попал. Они меня видели…», – горестно подумал он. Николай Рябовин забылся. Ему стало просто не по себе. Он зазевался, крепко держась за баранку, и чуть не переехал своего бывалого кореша, который появился на узкой дороге неожиданно. Сергей Цветарин просто как будто вырос из земли, которая усыпана всяким мусором. Он напряг своё непомерно красное лицо, а испуганные мутные глаза округлил. У него глупое лицо, а нос как деревянный сук всегда заметно синеет. Сергей махнул руками, в которых держал рваный мешок. Он тут же слегка завалился на капот малиной «девятки». Николай Рябовин вовремя нажал на педаль тормоза. Он очнулся и даже сразу протрезвел. Коля в тот момент походил на всё того же буйного мерина. Сергей, заметив недругов на джипах, живо залез в автомобиль. Странные типы быстро приближались.

Малиновая «девятка» вновь взяла с букса. У неё из-под задних колёс вылетел мусор. Николай Рябовин дал прикурить стальной «малышке», которая вела себя послушно. Хотя очень часто тачка дёргается и не хочет ехать. Но тогда «девятка» просто полетела по узкой крутой дорожке. Её мотор громко заревел. Николай дал знать приятелю, что видел. Он сказал сбивчиво и несуразно, что, мол, меня хотят прикончить какие-то маньяки. Они там кого-то замочили сука. Надо валить. Серый держись. Мы свалим лесом. Я знаю одну дорогу… Николай не закончил свою мысль. Верзилы уже дали о себе знать. Они вновь открыли стрельбу из своих пушек, а автоматная очередь прямо прокатилась по крыше «девятки», где круто брызнули искры. Бродяги зажались, но нисколько не пострадали. Сергей тут же свирепо обозлился. Он схватил в руки охотничье ружьё, которое недавно ему дал один дед Митяй Пушкин, с которым он квасил самогон в деревне. Ружьё он взял, чтобы пострелять по банкам. Они тогда мило разговорились по душам. Дед Митяй расщедрился. Он дал приятелю и дробовые пули на уток и зайца. Но он предупредил верного кореша, что, мол, у ружья большая отдача. Сергей просто ошалел. Ему стало жарко и обидно за свою тачку. Он обозлился так, что глаза заметно порозовели и слюнки полезли на губы. Сергей тут же дал залп из ружья, высунувшись из люка, который делали в гараже кустарным способом. Лет десять назад этой тачкой занимался один малодушный жилистый тинэйджер Сеня Лысенков. Он выпилил в крыше тачки люк и шутил весело, что, мол, это место для классных тёлочек. На одном сейшене ночью он сильно разогнался и не заметил на обочине каменистой кучи. Его тачку подкинуло и перевернуло, а крышу сильно замяло, как и двух легкомысленных невысоких пигалиц. Они плескались шампанским, выглядывая в люк. Сеня сразу отдал концы. Тачку затем отвезли на металлолом. За разбитую тачку взялись разборчивые в технике, но слегка умственно недоразвитые батька и братья Шабарины. Они собрали и покрасили исковерканную тачку. Они затем весьма дорого толкнули одному жиртресту Юшину, который через пару лет на бешеной скорости не справился с управлением. Он врезался в столб на крутом повороте. Его самого выбросило через лобовое стекло в снег, а под утро уже нашли заледеневшее тело. В тот день стоял мороз около тридцати градусов. Тачку вновь отогнали на какую-то свалку. Ею немного занимался помешанный сутулый тип Дима Мазикин. Ходили слухи, что он служил копом. Но затем, насмотревшись на жуткости, малость свихнулся. Он занялся битыми тачками. В итоге угодил в психушку, где кошмарно и окончил свои дни. Малиновая «девятка» же отошли бродягам, которые нашли её на брошенном всеми травянистом пустыре. Они удивились сильно, что тачка ещё заводится и даже ездит. Они теперь гоняют на ней, как умеют. Бензин, как правило, сливают ночью дедовским способом с помощью шланга у крутых тачек.

Николай Рябовин, сидя за рулём, втопил по полной. Он надавил крепко на гашетку. Коля рулил весьма уверенно и надёжно. Он за год лишь сбил один столб и проломил один забор. Но за руль он садился редко. За баранкой чаще всего восседал Сергей Цветарин. Он сроднился со стальной «малышкой» крепко. Он даже ласково её называет «малиночка моя». Он сильно разбушевался, когда странные типы задели его тачку. Сергей схватил в руки охотничье двуствольное ружьё. Он тут же драматично высунулся из люка. Николай недоумевал. Он округлил ледяные глаза и буйно глянул на приятеля, который уже успел выругать кореша за грязный салон и блевотину. Он по своей природе чистюля и даже стирает свои трусы каждую неделю на речке. Сергей прямо не понимает своего друга, который иногда не моется месяцами. Уже даже не говоря о том, что он не меняет свои трусы по три недели. Сергей этого просто не приемлет. Ему нравиться чистота и свежесть во всём. Он оказался на улице по своей глупости. Он изменил своей сухожильной жене Зине с резиновой женщиной. Она даже немного видела их половой акт. Она выгнала прощалыгу из дома. Он впал в долгий запой и сразу оказался в психушке. Он вёл себя прилично. Его выпустили на свободу. Но он вновь взялся за свои дурные привычки. Сергей на свалке познакомился с Рябовиным. Их крепкая дружба завязалась за стопкой недорогого портвейна «три семёрки». Они теперь вместе жаждали спастись от настоящей опасности, которой ещё никогда не видели. Убойные пули свистели над их тачкой, а несколько шальных «дуль» вновь чиркнули малиновый кузов.

Сергей был сначала красноречив. Он даже закричал на приятеля, что, мол, ты хренов засранец Рябовин. Убирай вою блевотину своими вонючими трусами. Я тебе морду набью козёл. Это ты всё начал. Я тебя знаю. Небось, послал этих удальцов. Я тебя знаю буйных ты кабан…

Рябовин, сидя за рулём, просто сильно психанул. Он повысил голос, что слюнка вылетела изо рта. Он ответил ярко своему корешу, что, мол, я тут не при чём… Эти уроды маньяки. Они мочат всех и побежали за мной. Стали палить в меня. Так что не ори. Сам ты сакло местное…

Рябовин, увидев оружие в руках приятеля, ужаснулся, что по лицу не скажешь. Казалось, он был готов ко всему на свете. Его старая физиономия выглядела отвратительно, – глаза бешеные, как у буйного пса, морщины глубокие и витые по всему лицу, нос кривился, а губа сильно разорванная всё время зудела. Он крепко сжал баранку и всё же сдержал свои эмоции. Хотя срывался много раз. Коля бил морду даже просто так за дурной взгляд в его сторону. Но страх прижал сейчас крепко селянина. Он просто надавил на гашетку. У него по лицу читалось, что, мол, будь что будет… Делай что хочешь алкаш хренов. Но если что, я не с тобой. Я сам по себе…

Малиновая «девятка» драматично неслась вперёд. Её немного носило по мусору. Сергей Цветарин дал залп и был точен первым выстрелом. Он попал туда, куда и целился. Дробовая пуля просто выбила лобовуху у первого джипа, а стекло сильно окропилось красным цветом. Уже немолодой водитель Вафик Малафакин ощутимо вздрогнул. Ему словно скальп сняли. Он сразу отяжелел, но держался за руль. Он раньше водил тягач, а к мафиози по блату попал. Он теперь явно пожалел бы, если бы не шальная дуля, которая его прикончила. Малафакин на издыхании круто вывернул руль, а внедорожник резко свернул в сторону и прямо наехал, как будто на трамплин. В воздухе внедорожник прямо перевернулся и свалился вверх тормашками на кучу старых досок, избитыми большими гвоздями. Малафукин сгубил своих двоих подельников. Их сильно переломало. Они своё отстреляли. Кубашин всё же ещё хотел выползти из тачки. Он едва оклемался. Его всё изрезанное лицо заметно залилось кровью. Он ощутил запах гари, но большего не смог. Мощный взрыв разнёс джип вдребезги, а яркое пламя взметнулось высоко, но живо угасло. Воздух сотрясла крепкая волна.

Бездомный Сергей Цветарин ликовал. Он выбил патроны из ружья и жутковато улыбнулся, глядя на вспышку огня. Он захотел тут же перезарядить ружьё. Его немного повело. Николай Рябовин, восседая за рулём, ехал как шальной. Он едва вписался в узкий поворот. Его повело, но справился с управлением. Малиновая «девятка» помчалась дальше. Сергей Цветарин завозился с ружьём. Он выпустил из трясущихся рук патроны. Его сразу крепко обожгло. Джип мафиози набрал скорость, а крутые верзилы дали залп сразу из двух «АКА-47». Они уже били прицельно. Мафиози Абрамкин, торча в люке джипа, дал точный выстрел из своего мощного револьвера марки «магнум-500». Он выказал жуткую физиономию, а глаза мутные выпучил. Он тогда походил на буйного бульдога в момент атаки. Сергей Цветарин вздрогнул моментально раз двадцать пять. Его просто затрясло так, как будто било мощным током. Его сухожильное тело десятки раз пробили «дули» насквозь, а суховатую плоть просто изрешетило в решето. Сукровица забрызгала во все стороны, а долга струя даже прилетела в бородатое лицо Рябовина, который весьма отменно рулил малиновой «девяткой». Рябовин недоумевал, но был верен самому себе. Он не понимал, что там с приятелем, которого крепко колбасило. Сергей Цветарин выпустил из рук ружьё. Его орудие нырнуло в салон тачки. Сергей же ещё дрожал, как прокажённый. Его тело били и били шальные пули. На нём просто живого места уже не осталось. На ногах бродягу держала лишь ударная волна. Его лицо словно сдулось, глаза провалились, а фирменный синий нос выбило ко всем собачьим чертям. Голову пронзила шальная «дуля» прямо насквозь. Но Цветарин стоял на ногах. Он крепко дрожал, но был уже нежилец. Мафиози Абрамкин кричал громко, размахивая своей фирменной пушкой, что, мол, кончайте уродов… Одному конец уже. Бейте по колёсам этой развалюхи. Они не должны уйти. Дайте мне «РПГ» гранатомёт. Дайте гранатомёт сука…

Абрамкин взялся за гранатомёт. Он положил тубус на плечо и стал прицеливаться. Но ему сразу стало неудобно. Автомобиль носило, а «девятка» всё время петляла, как в лесу заяц от лисы. Сергей Цветарин перестал дрожать. Он грузно свалил свой корпус на крышу «девятки». Его тело сильно качнуло. Он выпрямился и тут же свалился в салон. Николай Рябовин вздрогнул. Он ужаснулся, как никогда. У него по телу побежали мурашки, а вдобавок все поджилки моментально вздрогнули. Он даже закричал, но быстро утих. Коля взялся за руль ещё крепче. Его томили жутко грузные мысли.«Вот же скоты. Они завалили Серёгу. АААААА… АААА… Ему уже не помочь. Его всего порвало на хрен. Мама не узнает. Вот же сволочи. Какого хрена… Они едут за мной. Мне надо валить. Надо в лес. Там я убегу. Кажется, я отрываюсь. Вот же уроды редкие. Кто они вообще такие? Серый как же так. Мама роди меня обратно…», – подумал он.

Малиновая «девятка» резко вырвалась со свалки на узкую дорогу, где немного в стороне тут же прогремел взрыв. Мафиози Абрамкин дал залп из гранатомёта. Но ракета ударила в кучу мусора, потому что стрелка качнуло перед выстрелом. Он дурно закричал, как полный псих, что, мол, я вас всех прибью. Достаньте мне этого урода. Я лично вырву ему задницу. АААААА… АААА… Дайте мне этого вонючего старого козла. АААААА… ААААА… Джип помчался быстро и насел плотно на хвост малиновой «девятке». Николай Рябовин впопыхах спутал пути свои дорожки. Он свернул не туда, куда хотел. У него так вышло, что его малиновая «девятка» оказалась в пролеске, путь из которого вёл на московскую трассу вблизи города. Николай просто ошалел. Он широко открыл свои ледяные глаза. Он сейчас напоминал вепря в лунную ночь, которого сильно раззадорили выстрелами охотники. Николай крепко вцепился в руль и надавил на гашетку, что есть сил, а малиновая «девятка» помчалась быстро по узкой лесной дороге.

Николай резко вздрогнул. В тачке заработала автомагнитола, которая сроду не включалась. В касетнике громко заиграла мелодия группы «Бульдозер». Николая прямо немного пробрало. Он, глянув в зеркала заднего вида, тяжело выдохнул и вновь ужаснулся. Тёмный джип летел стремглав по пятам, а злые верзилы вновь дали залп из всех орудий. Воздух гулко засвистел, а шальные «дули» кучно облюбовали кузов «девятки». В сторону полетели яркие искры. Николай весь зажался. Его голова ушла в массивные плечи. Он неровно дышал. Ему крепко сразу опахнуло блевотиной от запачканной седой бороды. Коле стало сильно неприятно, что он так обделался. Но выйти из тачки не мог. У него на спидометре стрелка показывала больше сотни километров в час. Николай выжимал всё из стальной «ласточки». Её мотор ревел громко, а из глушителя вновь вылетел тёмно-белый густой рваный дым, который оказался на руку бездомному. Он заметно сокращал видимость безбашенным верзилам, которые никак не хотели униматься. Они прямыми попаданиями выбили заднее стекло и бампер. Безумцы каким-то чудом не попали в колёса.

Мафиози Абрамкин просто неистовствовал дико и бесился жутко. Он выбил все патроны из револьвера. Ему перезарядить стало просто нечем. Он бросил свой револьвер в «девятку» от безысходности. Но, что естественно, он не попал. Пистолет нырнул в кусты. Абрамкин заорал во всё горло, что, мол, мочите эту суку… Он всё видел. Он сдаст нас ментам сука. Его надо поймать и выпустить ему кишки. Дайте мне гранатомёт. Я поджарю его сразу. Стреляйте в тачку. Вы косые что ли? Или бухие все… Я за что вам плачу такие бабки. АААААА… ААА. Стой урод старый. Кто ты такой? ААААААА… АААА. Дайте гранатомёт. Сука зарядите его сука уже. ААААААА… ААААА…

Абрамкин заорал как полный псих, что даже слюнки полетели из широко открытого рта. Он, казалось, показал все свои белые, но неровные зубы. Абрамкин вновь взялся за «РПГ», а тумбу положил на плечо. Он стал прицеливаться. Абрам взял прямо на мушку малиновую «девятку», которая маячила чуть впереди. Он сразу дал залп. Ракета полетела по воздуху и угодила в пик крутой горки. Малиновая «девятка» чудом ушла и спаслась. Но её немного тряхнуло жуткой волной. В стороны полетели рваные кочки и земля. Дым потянулся ввысь, как лютый змей. Николай Рябовин ошалел ещё больше. Он сразу понял, что родился в рубашке и даже не один раз. Его сердце колотилось быстро в жаркой мощной грудине. Ему дышалось тяжело. Николай разозлился невероятно. В нём просто дико закипела кровь. Он ощутил силу буйного быка. Коле на миг показалось, что ему всё нипочём. Он разозлился и буйно глянул на растерзанного кореша. Сергей был просто неузнаваем. У него на теле, казалось, виднелось больше ста ран. Николай быстро глянул на прямой участок лесной дороги и живо сообразил, что надо сделать. Он схватил окровавленное ружьё и дрожащими руками быстро сумел зарядить два патрона. Он драматично высчитал момент для атаки, а сил и ловкости ему хватило, чтобы извернуться. Он на ходу выскочил в люк малиновой «девятки». Его вид ужасал. Казалось, он недавно сбежал из психушки. Он широко выпучил свои розоватые глаза. Николай тут же прицелился из ружья, как заправский охотник. Хотя никогда им не являлся. Он держал в руках лишь молот или рюмку со стаканом. Он успел заглянуть в буйную рожу мафиози Абрамкина, который торчал из люка джипа. Жиртрест вновь взялся за гранатомёт и явно бы достиг успеха и пустил бы на воздух «девятку». Но на доли секунды его опередил бездомный Рябовин. Николай спустил курок ружья дважды и оказался невероятно точен. Первая убойная дробовая «дуля» поразила мафиози прямо в голову. Его лик просто жутко извело, где мигом вся кожа оплавилась, а мозги вылетели наружу через уши. Он был уже нежилец и тяжело рухнул в салон. А второй точный выстрел пришёлся в левый глаз сухожильного мрачного водителя джипа Сержа Семенина. Он был сражён наповал и сразу резко крутанул рулём. Внедорожник на бешеной скорости резко уехал в сторону и на полном ходу слетел с крутого обрыва. Его понесло кувырком. Джип просто взорвался в глухой лощине. Воздух сотрясся громко, а яркое облако огня озарило темноту бурелома и чащи. Николай Рябовин никак от себя не ожидал такой прыти. Он тут же вспомнил про руль тачки. Малиновая «девятка» несколько раз вильнула на узкой дороге и протаранила молодой осинник в трёх местах. Тачка чуть не ударилась об большое ветвистое дерево. Николай живо вернулся в салон. Он схватился за руль обеими руками, когда тачка неслась прямо в небольшой обрыв. Николай вовремя вывернул баранку и сразу сбавил обороты. Он успел сделать всё, что мог, за несколько секунд. Коля от самого себя оказался в ударе. Он облегчённо выдохнул, когда автомобиль выехал на дорогу. Коля сразу захотел остановиться. Он крепко ногами надавил на педаль тормоза. Тачка иногда не поддавалась движению, но на сей раз педаль просто упала. У автомобиля просто отказали тормоза на скорости семьдесят пять километров в час. Николай крепко держался за руль. Он, не успев прийти в себя от жуткой погони и стрельбы, вновь ошалел. Коля, дыша неровно, округлил розоватые глаза. Он бегло глянул на неживого приятеля, который находился совсем рядом. Сергей на себя не походил, что естественно. Николай сразу насчитал больше тридцати отверстий на теле. Хотя особо не всматривался. Он ужаснулся уже от того, что у тачки отказали тормоза. Ему первым делом пришла в голову мысль, чтобы быстро свалить из салона. Но он испугался. Тачка поехала ещё быстрее, а мотор взревел. По всем чувствам движок чуть не взорвался, а глушитель явно сломался. Его просто согнуло об сучковатую деревину. У тачки отлетел ко всем чертям и передний бампер, где вдобавок треснули фары. Николай никак не мог опомниться. Он лишь крутил баранкой, объезжая деревья и кусты. Малиновая «девятка» резко выскочила на пустырь, за которым уже начиналась московская трасса. Николай ошалел ещё больше. Он походил в тот момент на буйного мамонта. Он вновь ощутил противный запах из своего рта. У него на бороде висела уже засохшая блевотина. Мысли путались в голове круто.«Какого хрена. Тачка несётся как бешеная. Тормоза отвалились. Что мне делать на хер? Может, прыгнуть… Уже не смогу. Слишком быстро сука. Вот же я влип очкарик. Говорила мне мама не связывайся со всякими придурками. Серый как же так. Тебя они всего измолотили. Эти маньяки. Но я им врезал Серый. Ему уже ничем не помочь. Надо валить отсюда. Может прыгнуть всё же. Скорость слишком большая. Она как сошла с ума наша тачка. Тормоза полетели и несётся хрен знает куда. Мотор заревел громко. В ушах звенит. Мать ети. Мама роди меня обратно. Вот же хрень. Куда она так понеслась? Такого не бывает. Надо было сразу прыгать. Серому уже не помочь на хер. АААААА… АААА… Куда она так несётся сука бешеная. Мне хреново. Хочу в тубзик. Мне хреново. Мне не выпрыгнуть. Вот же хрень. У нас мало бензина. Надо выдержать. Надо высидеть сука. ААААААА… ААААА…»