Босс для мамы двойняшек

Глава 10

Успела! Это единственная мысль, которая бьется в моей голове, пока я сжимаю в объятиях Макса и Машу. Мастер, который сменил замки, ушел пятнадцать минут назад. Чемоданы Глеба, набитые его шмотками, выставлены на лестничную площадку.

А сейчас с той стороны входной двери раздается такой сильный удар, что, кажется, содрогаются стены.

— Открывай! — Глеб бьет по двери ногами, судя по страшному грохоту. — Замки поменяла, тварь?! Открывай сама, хуже будет!

Я судорожно прижимаю малышей к себе и закрываю им уши ладонями. Только бы они не слышали всего этого.. Только бы эта грязь их не коснулась...

Но Глеб за дверью окончательно потерял человеческий облик. Чехвостит меня на чем свет стоит, не выбирая выражений.

Что говорить, такогосвинства я от него не ожидала. Он всегда выглядел как интеллегентный, приятный мужчина.

Теперь последние сомнения исчезают. До этого я ещё думала о том, что слишком резко порвала с ним. Что приняла такое серьёзное решение сгоряча, что лишила детей отца...

Но теперь мне ясно как день, что я все сделала правильно. Такой отец им не нужен. Чему он может научить? Площадной брани?

— Я тебе устрою! Ты мне за все ответишь! Я тебя без копейки оставлю, детей заберу!

— Все хорошо, мои сладкие, все хорошо, — шепчу я им, хотя сама внутренне содрагаюсь от страха. — Мама с вами, мама вас никому не отдаст.

И крепче прижимаю ладони к их ушкам.

Пусть орет, пусть ломает кулаки о дверь. В мою жизнь и в жизнь моих детей он больше никогда не войдет!

— Защитничка себе нашла, да?! — кричит Глеб. — Думаешь, спряталась за хахаля своего?! Я всё равно тебя достану!

В этих воплях отчетливо слышно его уязвленное эго. Видимо, его сильно задел тот факт, что за меня заступился другой мужчина.

За дверью раздается очередной глухой удар, но уже какой-то смазанный. Глеб продолжает грязно материться, но я понимаю, что он начинает выдыхаться. Всё-таки, зуд в штанах и крутящий от слабительного желудок — не лучшие союзники.

— Уходи, Глеб! — кричу я. — Убирайся, иначе я вызову полицию! Напишу заявление об угрозах и порче имущества!

Вдруг в подъезде громко хлопает чужая дверь и слышится недовольный голос нашего соседа:

— Десять вечера, дети спят! Хорош в дверь долбиться!

Следом доносится возмущенный голос соседки из квартиры напротив. Глеб, который силен только против безоружной женщины, перед толпой разгневанных жильцов мгновенно сдувается.

Слышно, как он со злости пинает свой чемодан.

— Не думай, что ты от меня избавилась, — шипит он. — Я это просто так не оставлю!

Двери лифта за ним закрывается.

Наконец-то воцаряется долгожданная тишина!

— Ну всё, мои хорошие. Больше никто не будет шуметь. Давайте строить замок из Лего? — я пытаюсь отвлечь перепуганных детей.

Я разукрашиваю с Машей картинки, строю с Максом башню. Постепенно они успокаиваются, страх уходит, сменяясь сонливостью. Я укладываю их в кроватки и бережно укрываю одеялом.

И иду в теперь уже только моюспальню.

Комната выглядит непривычно просторной. Шкафы полупустые, на комоде больше нет его разбросанных чеков, ключей и грязных чашек. Пространство очистилось. Оно полностью свободно!

Я падаю на кровать и впервые за долгое время вдыхаю полной грудью. Теперь мне даже дышать стало легче. Я справилась!

Но несмотря на блаженное чувство свободы, спала я от силы часа три — остаток ночи прислушивалась к каждому шороху в подъезде, боясь, что Глеб вернется с подмогой. В офис я пришла вовремя, но вид у меня был ещё тот — в моем возрасте каждая бессонная ночь отражается на лице, каждая тревога залегает новой морщинкой.

И как будто мало мне всех этих переживаний — над душой опять стоит Гордеев.

— Я хотел обсудить с вами финальные правки вчера вечером, но обнаружил лишь ваш пустой стол, — говорит он, даже не поздоровавшись. — Почему вы ушли раньше?

Твою ж за ногу! А я так надеялась, что он не заметит...

— Решала личные проблемы, Герман Алексеевич! — вспыхиваю я.

— Те самые, что должны были остаться за дверью офиса?

— Именно! — отрезаю я и отворачиваюсь к монитору, давая понять, что разговор окончен и оправдываться я не собираюсь. Пусть увольняет за такую ерунду, если хочет, мне плевать.

Но сама напрягаюсь в ожидании его приговора.

А затем происходит то, чего я никак не могла ожидать.

— У вас... всё нормально? — тихо спрашивает он. В его голосе отчетливо слышится... тревога?! Тревога за меня?

— Тот... нехороший человек, который вчера материл вас по телефону, — продолжает Гордеев, и я чувствую, как он наклоняется ближе. — Он больше вас не беспокоил?

— Нет. Он с первого раза всё понял, — вру я.

Но Гордеев, кажется, не верит. Он смотрит на меня внимательно, слишком внимательно, и этот его сканирующий взгляд просвечивает меня насквозь.

А я думаю о том, что он видит и мои круги под глазами, которые не смог скрыть даже плотный консилер, и мою общую изможденность. И, наверное, даже седые волоски на уложенной прическе...

Как ужасно, должно быть, я выгляжу сейчас! Еще и в безжалостном свете этих офисных ламп! Жутко уязвленная этим осмотром, я резко отворачиваюсь в сторону, пряча лицо.

Но Гордеев, видимо, расценивает это по-своему — как страх или попытку скрыть подступающие слезы. Он уменьшает дистанцию до минимума и произносит совсем мягко:

— Елена... Вам нужна помощь? Скажите прямо.

— Мне ничего от вас не нужно, Герман Алексеевич! — я снова поворачиваясь и смотрю на него с вызовом. — Занимайтесь делами компании, а меня оставьте в покое.

Доброжелательность и мягкость исчезают с его лица так же быстро, как они появились. Взгляд снова становится колючим и ледяным.

— Что ж, в таком случае... Свое вчерашнее отсутствие вы обязаны отработать.

— Эээ... В каком смысле?

— В субботу выходите в офис.

Бросив эту фразу, он спокойно направляется в свой кабинет.

А у меня земля уходит из-под ног. В субботу в офис?! Да это же катастрофа...

С кем я оставлю детей? Няня на выходные не подписывалась, да и денег на двойной тариф после оплаты садика у меня не будет.

Но самое страшное даже не это! С деньгами можно было бы выкрутиться и можно было бы найти другую няню. Но накануне я пообещала им, расстроенным моим уходом и исчезновением отца, что эти выходные мы точно проведем вместе. Что мы пойдем в парк, будем есть мороженое и просто гулять целый день. Я обещала им!

И теперь из-за самодурства босса я должна нарушить это обещание? Снова бросить их в свой законный выходной?

Нет. Я не могу подвести детей.

Но и потерять эту работу тоже не имею права!

Что же делать? Мне кажется, что я в тупике, из которого нет выхода...

Глава 11

В выходные офис непривычно тихий. Ни толпы у лифтов, ни привычного шума. Только эхо наших шагов...

— Мама, а почему тут никого нет? — Маша испуганно оглядывает огромные пустые пространства.

— Потому что сегодня этот огромный замок в нашем личном распоряжении. Главное, делать то, что сказала вам мама — нужно вести себя хорошо и не шуметь. Договорились? Иначе нас выгонят...

Я прикладываю пропуск к турникету, и мы втроем поднимаемся на нужный этаж. Усаживаю детей напротив своего рабочего места, чтобы были под надзором. Четыре года — самый активный возраст, высидеть на месте хотя бы полчаса они точно не способны. Поэтому я сразу вываливаю перед ними все игрушки, что взяла с собой.

Дети принимаются за дело, но... ненадолго. Они быстро теряют интерес к игрушкам, но, как и следовало ожидать, увлекаются офисной техникой и начинают наперебой спрашивать меня что это и для чего. Я включаю им мультики, но даже они проигрывают в схватке с новым пространством, которое детям не терпится исследовать.

А тем временем на моем столе лежит гора документов, которую Гордеев сгрузил на меня в пятницу вечером, а на компьютере — несколько его писем с "особо ценными" указаниями.

«К понедельнику всё должно быть готово», — бросил он не терпящим возражений тоном. Вот засранец!

Я сжимаю зубы, открываю на компьютере первый файл и погружаюсь в бесконечные ряды цифр, формулировок и юридических терминов.

Одним глазом проверяю их, а другим пытаюсь контролировать деток...

Да уж, строчить правки в контракте и одновременно следить, чтобы четырехлетние дети не разгромили приемную генерального директора — тот еще аттракцион. Но я упорно вчитываюсь в строчки, понимая: я обязана сделать эту работу хорошо, чтобы у босса не было повода упрекнуть меня в непрофессионализме.

На несколько минут ухожу с головой в расчеты. Когда прихожу в себя, понимаю, что в приемной стало как-то подозрительно тихо. А любой родитель знает: если четырехлетние дети резко затихают — жди катастрофы.

Потом до меня доносится подозрительное жужжание...

Я отрываю взгляд от монитора и буквально холодею.

Макс взобрался на стол и изо всех сил жмет на большую зеленую кнопку огромной мфу-шки. Из лотка один за другим вылетают листы с ксерокопией его собственной ладони и прижатого к стеклу носа.

— Макс, нельзя! — я оттаскиваю сына от офисной техники.

Пересаживаю детей обратно, строго грожу пальчиком, клятвенно обещаю отвести их в детскую комнату, сразу, как только закончу свои дела, и снова падаю в кресло.

В относительном спокойствии проходит еще минут пятнадцать. Но потом из соседней зоны доносится веселый писк... Я со всех ног лечу туда.

На этот раз Маша с важным видом нажимает все подряд кнопки на стационарном телефоне, а Макс катается на кожаном кресле секретаря, разгоняясь ногами от стены.

Я ловлю кресло с сыном на лету, делаю обоим выговор и отвожу обратно. Пытаюсь занять их, даю всякие офисные штуки — старые документы, цветные выделители и даже настоящую круглую печать...

И возвращаюсь за стол. Мозги уже кипят, я разрываюсь...

Постепенно шум, который издают дети, затихает, а я погружаюсь в цифры настолько глубоко, что теряю счет времени и перестаю контролировать происходящее.

И тут из глубины коридора — абсолютно вне поля моего зрения — доносится громкий шлепок, звонкий детский смех и грохот захлопнувшейся двери.

Я отрываюсь от монитора, вскакиваю из-за стола. Делаю шаг в сторону холла и... просто охаю, замирая на месте и зажимая ладонями рот.

В коридоре стоит... Гордеев.

В своем идеальном костюмчике. Точнее, бывшем идеальным. Белоснежная рубашка насквозь мокрая и липнет к телу, с пиджака капает вода. От шеи до пояса расплылось огромное темное пятно — впечатление, будто генерального директора окатили из ведра.

А прямо напротив него стоит Макс, сжимая в руках водный пистолет, и Маша, радостно хлопающая в ладоши:

— Мы победили монстра!

У меня из груди вырывается лишь беспомощный вздох.

Что его вообще принесло в офис в субботу?!

Гордеев протирает ладонью лицо, убирает капли, и переводит тяжелый взгляд с сияющего Макса на меня — бледную, испуганную и готовую провалиться сквозь землю.

В приемной повисает звенящая тишина.

Это конец. Тотальный, бесповоротный крах. Моя карьера просуществовала ровно три дня и только что уничтожена детским водяным пистолетом. Я уже представляю себе, как собираю свои немногочисленные вещи в коробку, как охрана выводит меня из здания... Как снова остаюсь без работы. У разбитого корыта. Ни с чем.

А Гордеев застыл как вкопанный, пялится на нас и... ничего не говорит. Ну пусть скажет хоть что-нибудь! Это напряженное молчание невыносимо!

Я делаю шаг вперед, готовая закрыть сына собой и принять на себя весь шквал его праведного гнева. Надеюсь, он не будет орать слишком громко и сможет подобрать цензурные выражения.

Но потом... Я смотрю на него и вижу на его губах едва заметную усмешку.

— Точный выстрел, пацан, — произносит он. — Ты молодец. Меткий.

Он протягивает руку и ерошит Максу волосы.

— О! Хотите пострелять? — Макс с детской непосредственностью протягивает ему оружие.

— Нет, я не такой меткий стрелок, как ты, — отвечает он с улыбкой, а потом переводит взгляд на меня, и я вижу в нём уже знакомую холодность. — Соколова. Зайдите-ка ко мне на минуточку...

И быстрым шагом скрывается в своем кабинете.

Глава 12

Я судорожно хватаю со своего стола упаковку салфеток и иду следом за боссом в кабинет. Чем раньше я услышу свой приговор, тем лучше... Зачем тянуть?

А Гордеев, между тем, уже скинул свой пиджак.

— Герман Алексеевич, вы уж извините, что так глупо всё вышло! — говорю я, подходя ближе к нему. — Они случайно! Они не хотели, они маленькие, просто заигрались! Я всё оплачу, всю химчистку, я правда не думала, что они

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.