Завоевание Средней Азии в хрониках российской армии
- -
- 100%
- +
Эти данные приводит П.Пичугин, туркестанец «со стажем», много лет прослуживший в крае, участвовавший впоследствии в походе на Кульджу, в подавлении Кокандского восстания и в других стычках и боях. В конце карьеры он дослужится до генерала, в дальнейшем его имя ещё будет встречаться на страницах этой работы. Характеризуя состояние русских войск, он сообщает следующее: Пехота была хороша, Казаки так себе, только сотня есаула Бутакова была хорошей, артиллерия очень хорошей. Начальником её был штабс-капитан Обух.31 Ракетными станками заведовал поручик Вроченский, имевший за Севастополь Св.Георгия 4й степени. Ополчение же было плохим. (37,с.13).
С 16 октября начались с обеих сторон активные передвижения войск. 2я рота 8го батальона подпоручика Сярковского из Узун-Агача перешла на курган Саурука, на пол пути по дороге между Узун-Агачем и Костеком. При подходе к новой позиции, уже под вечер, рота была окружена киргизами и атакована. Нападение было отбито без потерь.
В этот же день из Верного выступил последний действующий эшелон – 3я рота 9го Сибирского линейного батальона, 3 батарейных и 2 лёгких орудия. Укрепление Верный и обе алматинские станции были предоставлены почти собственным средствам.
В ночь на 19 кокандцами была перерезана дорога между Верным и Костеком, а утром ими была произведена попытка нападения на русский лагерь в Костеке. Попытка эта была отбита сотней есаула Бутакова, но пленные показали, что на Костек идут 16 тысяч кокандцев и что дорога на Верный перерезана. Колпаковский приказал роте с Саурука (13 вёрст от Костека) и роте с Узун-Агача (27 вёрст), идти на Костек, но приказ этот оказался невыполненным.
На Узун-Агаче в пикете стояла рота 9го батальона, сотня сотника Жеребятьева и 2 лёгких орудия, всего 350 человек. Пикетом командовал командир роты поручик Соболев. В ночь на 19 кокандцы заняли все высоты вокруг редута пикета. Защита пикета стала невозможна, так как защитников кокандцы могли бить на выбор. Фельдфебель Штинёв с 54 солдатами и 4 казаками, в свою очередь, полез на господствующую высоту. Кокандцы заметив это, начали с ближайших высот спускаться на помощь, фейерверкер Дудинский, выкатив орудие на дорогу, обстрелял подступы к горе и, таким образом, изолировал её. Фельдфебель с охотниками штыками выбили с высот кокандцев и ликвидировали угрозу для всего пикета. Потери русских в этом бою составили 4 раненых.
Вечером с пикета было замечено движение на костекской дороге. Сотня Жеребятьева с лёгким орудием бросилась туда и выручила команду из 60 казаков, которые везли приказ Соболеву о движении на Костек.
На рассвете 20го на пикет пробилась сотня Усова с поручением Колпаковского узнать, почему рота не идёт на Костек. Лишь после прибытия Усова кокандцы прекратили нападения на Узунагачский пикет. В 2 дня 10 тысяч ничего не смогли сделать с 350 защитниками этой позиции. Нападение же проводил датха Алимбек, командовавший авангардом Канаат-Ша. Войск у него было 6 тысяч сартов и 4 тысячи киргизов. Общие потери отряда Соболева и присоединившихся к нему казаков, составили 9 человек ранеными.
Сярковский же не смог выполнить приказ Колпаковского идти к Костеку из-за отсутствия самостоятельности. Приказ он получил, но, слыша стрельбу у Узун-Агача, не знал, как поступить, сообщил о стрельбе Колпаковскому и ждал повторного его распоряжения.
В 12 часов дня 20 октября, Колпаковский, наконец, получил донесение Сярковского и записку Соболева о причинах их неприхода в Костек. Он, ещё не зная об отходе Алимбека, решил с частью отряда идти на Узун-Агач и выручать оттуда роту Соболева. Составили сводный отряд из стрелковой роты Шанявского из 8го линейного батальона, двух сотен, взвода батарейных орудий и двух ракетных станков. Боеприпасов взяли один боекомплект. В Костеке же у майора Экеблада осталось 3 роты, неполная сотня и одно конное орудие.
Колпаковский с отрядом вышел в 2 часа дня. Проходя курган Саурука, забрали роту Сярковского. В сумерках уже обнаружили стан Алимбека. Киргизы встретили русский отряд воплями проклятий, но после нескольких орудийных выстрелов замолчали.
В 9 часов вечера пришли на пикет. Подполковник Колпаковский решил на следующее утро атаковать Алимбека. С присоединёнными на Сауруке и на Узун-Агаче войсками, у него теперь было 3 роты, 4 сотни, 2 пеших батарейных и 4 конно-лёгких орудий и 2 ракетных станка, всего 799 человек. На пикете же было оставлено 75 пехотинцев, 25 казаков и одно лёгкое орудие.
Наступило 21 октября. Этот день оказался до предела насыщенным событиями, вернее днём непрекращающегося сражения неполной тысячи русских войск с главными силами Кокандского ханства. В этот день по сути дела решалась судьба русского Семиречья, о чём русские тогда, в общем-то, и не догадывались, может быть чувствовали только интуитивно всю важность происходящих событий.
За ночь к авангарду Алимбека подошли главные силы, и численность кокандских войск достигла 19 тысяч. Вот как в этот день развивались события.
Утром, тронувшись с Узун-Агача к Костеку, русские, выйдя в долину реки Карасу, увидели, что гряды близлежащих гор сплошь покрыты неприятелем. Они, т.е. кокандцы, спешились и бросились на втянувшиеся в долину русские войска. Штабс-капитан Обух отбил их в упор картечью, подоспели казаки, и дело было сделано. Первый натиск кокандцев был отбит.
Пройдя 5 вёрст, отряд вновь был атакован и окружён. 2я рота 8го батальона попала в особо тяжёлое положение. Отбивались кто в одиночку, кто группами. Сярковский был ранен саблей в щёку. Выручил роту Вроченский с казаками и Обух с сотнею казаков и одним орудием. Кое-как отбились и пошли дальше.
Кокандцы заняли господствующую высоту. Стрелковая рота поручика Шанявского бросилась на «ура» штурмовать эту позицию. Сбросили сарбазов и высоту заняли. Вкатили 2 орудия. Теперь кокандцы, в свою очередь, бросились на штурм отбивать утерянную позицию. Но стрельба этих двух вкаченных на высоту пушек продольным огнём картечью, была ужасна, вырывала из рядов, штурмующих целые улицы. Потери русских в этом очередном столкновении 15 человек убитых, раненых и контуженных. Контужен был и подполковник Колпаковский.
Кокандцы начали отходить, русские же преследовать их не решились, так как боеприпасы подходили к концу и люди устали. Колпаковский так же начал отход к кургану Саурука. Завидев обратное движение русских, кокандцы свой отход прекратили и вновь навалились на русские войска. Однако артиллерия довольно удачно сдерживала их натиск, и дело до рукопашной не дошло.
Кокандцы преследовали русских на протяжении одной версты. Затем у неприятеля случилась большая беда, и они отстали. Среднеазиатские народы в большей степени подвержены «содомскому греху». Все зажиточные и знатные сарты имели молоденьких и красивых мальчиков, заменяющих им любовниц. Называли их «бача». И вот любимый бача Канаат-Ша русской гранатой был убит. Потрясённый свалившимся на него горем, кокандский главком временно утратил способность о чём-либо соображать, распоряжений ни каких не давал, и атаки прекратились сами собой.
Русский отряд в час дня вышел на костекскую дорогу и прошёл по направлению к кургану Саурука 7 вёрст. Потом одна сотня, с ранеными на телеге, была послана в Костек. Оттуда она должна была привезти патроны, взятый боекомплект почти что закончился. Дожидаясь патронов, отряд уже в сумерках повернул обратно на Узун-Агач и прибыл туда в глухую ночь. Таким образом, 21 числа, русские выдержали 8 часовой бой и прошли с боями же 44 версты. У Костека в этот день всё было спокойно.
Вечером 21 октября, когда Канаат-Ша несколько отошёл от постигшей его утраты, он провёл совещание. Перванези был ошеломлён огромными потерями и не знал, что делать, хотя на словах настаивал на продолжении атак. Рустамбек и командующий ташкентцами Шааман-Ходжа высказались против. Шааман-Ходжа прямо заявил, что уведёт своих ташкентцев обратно. Вследствие этого решено было окончить поход, т.е. вернуться за реку Чу, домой. 22го они начали отступление. (1,с.63–64; 32,с.209–210; 37,с.24–30, 34).
День 21 октября остался в памяти жителей Заилийского края под названием узун-агачского дела, хотя, как пишет Пичугин «… правильно его было называть кара-костекским …». Русский отряд, состоящий из 800 человек при 6 орудиях, отбросил 19 тысячное кокандско-киргизское войско с 2 орудиями, которые, правда, у них в дело так и не были введены.32 Кокандцы в деле вели себя храбро и настойчиво, несколько раз бросались в рукопашную.
Потери у основного автора по этому делу, Пичугину, были следующими. У русских убито двое, раненых и контуженных два офицера (Сярковский ранен, Колпаковский контужен) и 30 солдат и казаков. Кокандцы потеряли 400 убитых и 600 раненых. Среди убитых было 6 пансатов и 10 юзбаши.
Абаза о потерях пишет, у русских убит один, ранено 26, у кокандцев убитых и раненых до полутора тысяч. (1,с.64).
У Макшеева русские потери – убит один, ранено один офицер и 26 нижних чинов, контуженных – офицер и 5 солдат. Кокандские потери около 1,5 тысяч. (32,с.210).
На реляции корпусного командира о деле 21 числа, Государь Император изволил написать: «Славное дело. Подполковника Колпаковского произвести в полковники и дать Св.Георгия 4й степени. Об отличившихся войти с представлением и всем штаб и обер офицерам объявить благоволение в приказе, а нижним чинам дать по 1 рублю серебром на человека. Знаки отличия Военного ордена выслать генералу Гасфорту, согласно его желанию».
Из офицеров за дела 19, 20 и 21 октября поручик Вроченский переведён тем же чином в гвардейскую артиллерию, подполковник Курковский награждён следующим чином, штабс-капитан Обух получил золотую саблю, есаул Бутаков, поручик Соболев, и хорунжий Ростовцев – ордена Св.Владимира 4й степени с мечами, подпоручики Сярковский, Шанявский, есаул Усов – ордена Св.Анны 3й степени с бантом, киргизский капитан Аблес-Аблиев получил на шею золотую медаль на георгиевской ленте, сотнику Жеребятьеву выдано в награду 200 рублей, фейерверкер Дудинский произведён в прапорщики в линейный батальон, фельдфебель Штинёв попал в общий список награждённых знаком отличия Военного ордена. (Знаков этих было отпущено 4 на роту, 3 на сотню и 2 на артиллерийский взвод). Все регулярные части, т.е. три роты, дивизион конной артиллерии и 4й взвод Сибирской пешей батареи получили на папахи знаки, с надписью «за отличие в 1860 году». (37,с.40).
О значении этого события, тогда до конца участниками боя так и не понятого, можно привести дословно заключение Пичугина, опытного офицера туркестанца: «Не затрагивая ничьей славы, сошлюсь только на лично мною слышанный отзыв старых среднеазиатских служак, что, во всю войну нашу в Средней Азии, участь наших будущих успехов и сохранение пожатых уже плодов, ставились 2 раза на карту: под Кара-Костеком в 1860г. и на штурме Ташкента, в 1865г. В первом случае – силою обстоятельств, во втором отважностью генерала Черняева». (37,с.38–39).
И в заключение этого раздела приведём цитату ещё одного нашего источника – К. К.Абаза: «Эта замечательная победа и сражение под фортом Перовским показали явный перевес русского оружия и военного искусства. Наши генералы скоро изучили неприятеля, поняли в чём заключается его слабость …» (1, с.64).33 И действительно, эти две победы над противником, превосходящим русских раз в 20, дали великолепный задел для побед последующих, вселили в офицеров и солдат непоколебимую уверенность в своё превосходство, которое не покидало их впоследствии ни при каких, даже самых тяжёлых, обстоятельствах.
д) События 1861–1863гг.
В 1861г. пришли в движение войска и на Сырдарьинской линии, т.е. возобновились наступательные действия со стороны Оренбурга. Начальником линии в то время был генерал-лейтенант Дебу. Рядом с бывшей кокандской крепости Джулек, занятой ещё летом 1853г. вовремя Акмечетской экспедиции, было образовано русское укрепление, того же имени, т.е. Джулек.
В сентябре 1861г. генералом Дебу был сформирован отряд, численностью в 39 офицеров и 719 нижних чинов при 3 единорогах, 6 мортир и 3 ракетных станков. К основному отряду присоединился вспомогательный, из киргиза подполковника русской службы султана Илекея, ещё 250 всадников. 20 сентября отряд выступил из Джулека и двинулся к кокандской крепости Яны-курган, куда подошёл 22го на рассвете.34 Крепость Яны-курган имела вид редута с 50ти сажеными фасами (ок.170м.), т.е. метров 400 по периметру, по углам и над воротами были башни. Стены имели более 3х саженей высоты (более 6м.) и такую же толщину у основания, ров перед стенами глубиною в одну и шириною три сажени.
Генерал Дебу предложил коменданту сдаться и дело до штурма не доводить, но тот решительно отказался. Русские открыли бомбардировку, а ночью из траншеи начали вести тихую сапу. В результате артиллерийского обстрела крепость была зажжена и сильно горела, а в час дня 23 сентября Яны-курган сдался.
Из крепости вышло 160 защитников и 40 женщин с детьми, все они были отпущены в Туркестан. Взято же после сдачи 2 знамени, 11 фальконетов, 70 ружей, до 50 пудов пороха и прочее военное имущество. Потери русских во время этой операции – один убитый и трое раненых. Крепость разрушили, и отряд возвратился в Джулек. Больше боевых действий в 1861г. не велось. (32,с.210–211).
В начале 1862г. генерал Дебу вновь предпринял поход к Яны-кургану и взял небольшую крепость Динь-курган, расположенную в 5 верстах от него. В предыдущем году, во время похода на Яны-курган, Динь-курган был оставлен кокандским гарнизоном, русские же пост этот тогда не тронули, и он остался целым. По их уходу, кокандцы вновь заняли Динь-курган, так как восстанавливать Яны-курган не было возможности, настолько он был разрушен. Обосновавшись в Динь-кургане, кокандцы вновь стали натравливать своих киргиз на киргиз подвластных России, т.е. восстановили баранту, с которой имели свою выгоду. Поэтому-то и последовал поход на Динь-курган. Гарнизон его подхода русских дожидаться не стал, а убежал в полном составе. Крепостца была сравнена с землёй.
В 1862г. начались действия против кокандцев и со стороны Сибири, из Семиречья. В конце апреля полковник Колпаковский вторгся в Зачуйский край и без боя захватил небольшие укрепления, курганы Аксун, Чалвары и Мерке. На обратном пути он подошёл к Пишпеку, который вновь был занят кокандцами вскоре после первого его падения. Три дня Колпаковский занимался рекогносцировкой, а затем ушёл обратно, в Верный.
В октябре 1862г. русские вновь подошли к Пишпеку уже с намерением окончательно захватить эту крепость. Отряд состоял из 8 рот, 2 сотен, дивизиона казачьей конной артиллерии, взвода сибирской пешей батареи, взвода горной артиллерии и ракетной команды. Кроме того, позади отряда, в обозе тащились мортиры. Операцию возглавлял полковник Колпаковский.
Гарнизон сдаться отказался, и 13 октября русские начали вести осадные работы. В ночь на 14 в 180 саженях от крепости были устроены 3 осадные батареи, одна из 4 орудий и две из 5 мортир каждая. Днём началась артиллерийская перестрелка. 15 октября пудовая кокандская бомба попала в пороховой погребок позади первой батареи. Взрывом было убито 7 человек, ранено офицер и 3 солдата, контужено, обожжено и засыпано землёй 4 офицера и 18 солдат.35 Забегая вперёд, следует заметить, что взрыв этой кокандской бомбы, за всё время завоевательных походов русских в Среднюю Азию, был единственным попаданием в цель. Ни до этого, ни после, ни одна кокандская, бухарская, хивинская и пр. гранаты в рядах русских войск не рвались. Просто не попадали. И потерь у русских от артиллерийского огня никогда не было, не было не только убитых, но даже раненых и контуженных. Спрашивается, зачем им, среднеазиатам, был вообще нужен такой дорогостоящий род войск как артиллерия?
Но вернёмся к осаде. Русские её продолжали, одновременно ведя минную галерею. 24го она была закончена, всё было готово к штурму. В крепости это видели и поспешили сдаться.
Из Пишпека вышло 22 кокандских офицера, 554 сарбаза, 82 торговцев с прислугой, 6 беглых русских, 92 женщины с детьми, всего 760 человек. Трофеями взято 3 знамени, 5 больших медных пушек и 4 небольших чугунных, 10 фальконетов, 600 ружей, 200 пудов пороха. Потери русских при осаде – убитых 13, раненых 3 офицера и 14 солдат, контужено 4–30. (32, с.211–212).
В 1863г. было-таки, наконец, принято решение о сомкнутии на следующий год передовых укреплений оренбургского и западносибирского ведомств. В преддверие этого решено было произвести рекогносцировки, как со стороны Сырдарьи, так и из Алатавского округа.
Генерального штаба полковник Черняев, заменивший на Сырдарье генерала Дебу, обрекогносцировал пространство от Джулека до Туркестана и весь Каратаусский хребет до кокандского кургана Чулак, причём курган этот, и ещё один, Сузак, сдались без боя.
В то же время из Верного была произведена рекогносцировка Зачуйского края. Полковник Колпаковский, дойдя с отрядом до Пишпека и остановясь в нём, выслал вперёд подполковника Лерхе к Мерке и Аулие-Ата, а генерального штаба капитана Проценко в Нарынский край, к кокандским курганам Джунгал и Куртку, которые сдались без выстрела и были разрушены. (32,с.212).
Итак, всё было подготовлено, наступал 1864 год, год начала безостановочного движения России в Среднюю Азию, которое продолжалось с небольшими перерывами 20 лет.
Заключение к главе
В I главе показаны все, или почти все, узловые моменты начала русского движения в юго-восточном направлении. Опущены, правда, многочисленные стычки в XVIII – перв.пол.XIXвв. в оренбургских степях и в Прикаспии. Они были настолько частыми и обыденными, что поднять весь материал и перечислить их все, трудно осуществимо, да особенно и не нужно. Происходили если не ежемесячные, то ежегодные это точно, набеги киргизских племён на пограничные линии в Оренбурге, реже в Сибири, следовали ответные русские поиски в степь. В XIXв., например, очень долго русским доставляли заботы Кенисара, адаевский род, во 2й половине прошлого, вернее уже позапрошлого столетия, активизировали свои набеги йомуды, затем текинцы. Обо всё этом, в этой и в последующих главах упоминается эпизодически, в связи с тем или иным событием, в котором принимали участие русские войска, действиям которых в Средней Азии и посвящена эта работа.
Если не считать двух или трёх стихийных и совсем неорганизованных набегов казаков на Хиву в начале XVIIв., то можно считать, что русско-среднеазиатские военные столкновения, когда инициатором была Россия, начались уже в, так называемое, «Новое время», в XVIIIв. Россия уже имела регулярную обученную армию европейского образца и при первом же боевом столкновении этих частей с войсками Средней Азии, выявилось полное превосходство первых. На урочище Карагач 3–3,5 тысячный отряд Александра Бековича-Черкасского, в течение трёх суток успешно отбивал атаки 20–25 тысячного хивинского войска, т.е. превосходящего русских в 6–8 раз. Нет в литературе данных о русских потерях в этом бою, но надо полагать, что они были незначительными, не шли в сравнение с потерями хивинцев, иначе бы те бой не прекратили и в переговоры не вошли.
Русские войска в Средней Азии первоначально, конечно же, совершали ошибки, но на ошибках же этих и учились. После трагедии 1717г. русские военачальники уже никогда не доверялись клятвенным заверениям азиатцев, не шли на разделение войска, как это их просили, например, при занятии Кульджи. Был, правда, один случай с небольшим, человек в 50, отрядом подполковника Рукина на Устюрте, но это и всё, а подобных случаев могло быть и гораздо больше. Но пример Бековича прочно, навсегда, врезался в память русских генералов.
Такие же выводы были сделаны после зимы 1839–1840гг., когда русские потеряли примерно столько же, сколько и в 1717г. После того зимнего похода, крупные контингенты войск, на дальние расстояния по пустыням зимой, никогда не ходили. Были, конечно, различного рода поиски и походы, совершаемые в зимнее время, но ходили сравнительно небольшие отряды, специально подготовленные, и на относительно короткие расстояния. За все последующие десятилетия ведения боевых действий в Средней Азии, 1717 и 1840гг. в тех масштабах, больше никогда не повторялись.
Начиная с 1860г., с вторжения кокандцев в Алатавский округ, в войсках стало практиковаться составление и действие сводных отрядов. Так, например, в отряде Колпаковского, были роты 8го и 9го батальонов, а не весь какой-нибудь батальон целиком. Тогда, наверное, это получилось вынуждено, затем впоследствии это стало своего рода системой, лишь Скобелев во 2й Ахалтекинской экспедиции старался этого избегать и, по мере возможности, сводил роты одного батальона вместе. Вероятно, такая система составления сводных отрядов, имела какое-то преимущество, иначе за неё так долго не держались бы. Война шла на ограниченном театре военных действий, условия, да и противник, были специфическими, отряды 1–2 тысячи считались уже большими, командовали ими полковники, а то и генералы, роты действовали, зачастую, самостоятельно. Всё это наверно и привело к мысли о создании именно сводных отрядов. Иногда в отряде из 6 рот, были роты трёх, а то и четырёх батальонов, командовал ими генерал, который в нормальной, если можно так выразиться, европейской войне, командовал бы дивизией, а это 64 роты.
Азиатские же правители и военачальники, выводов из боевых столкновений с русскими, почти ни каких не делали. Из боя в бой повторялась одна и та же картина, и как итог – один и тот же результат. Русские в бою несли минимальные потери, азиаты очень ощутимые, войска их рассеивались, но ненадолго, через месяц – другой всё повторялось сначала. В следующей главе это особенно будет заметно.
Оружие на этом первом этапе, у них никак не совершенствовалось, как они стреляли из фитильных ружей в солдат Бековича-Черкасского, из них же, из таких, продолжали палить и по войскам Перовского, Колпаковского, а затем и Черняева. Это говорит о полном у них отсутствии серьёзности в понимании современной ситуации. Лишь потом уже, в бухарской армии, у кокандских инсургентов в 1875–1876гг., у текинцев, появятся если и не современные винтовки, то, по крайней мере, к ним близкие.
Вот и всё, что можно вкратце сказать в заключение этой главы, принимая во внимание специфичность предлагаемой темы. Было принято решение о создании сплошной оборонительной линии со среднеазиатскими ханствами. Войска, тогда ещё называемые оренбургскими и сибирскими, к наступлению были готовы. Опыт у генералов, офицеров и солдат уже имелся достаточный. Всё было готово, но то, что произошло потом, в 1864–1865гг., ошеломило всех и, в первую очередь, самих русских, начиная от высшего командования и кончая последним зауряд-прапорщиком. Но об этом уже в следующей главе.
Глава II
Наступление России на Среднюю Азию
Часть I. Действия против Кокандского ханства
а) Поход на Аулие-Ата и на Азрет
Действия русских войск в 50-нач.60х гг. XIXв., создание ряда укреплений и фортов и, особенно занятие Ак-Мечети, отодвинули границы России далеко на юго-восток. Была организована новая оборонительная линия – Сырдарьинская. В 1858г. по этой линии имелось всего три укреплённых форта. Форт № 1 или Казалинск, находился при самом впадении Сырдарьи в Аральское море, крайнем вниз по течению был форт № 3, или форт Перовский, позже Кзыл-Орда в Казахстане. Расстояние между ними было 316 вёрст или 337 км. Посередине этих фортов был форт № 2. (60, с.841). И это всё. Сырдарьинская линия на форте Перовском и оканчивалась, и далее до крепости Верный, шли сотни вёрст никем не охраняемого степного пространства, через которые в русские пределы постоянно вторгались различные дикие орды. И в 1863г. встал вопрос о необходимости замкнутии, соединении в одну линию, передовых укреплений оренбургского и западносибирского ведомств, т.е. создание сплошной укреплённой линии от Казалинска до Верного. (32,с.219; 60,с.840). Таким образом, началось русское наступление на Среднюю Азию. И первым под удар попадало Кокандское ханство, как непосредственный среднеазиатский сосед России. Кроме того, оно представляло выгодный плацдарм для последующей борьбы с Бухарой и Хивой. Боевые действия против Кокандского ханства можно подразделить как бы на два этапа. Первый, это 1864–1865гг., когда были завоёваны северные и часть центральных его районов, затем последовал перерыв, во время которого Россия нанесла поражение Бухаре и Хиве и, второй этап – 1875–1876гг., годы Кокандского восстания, по ликвидации которого, Кокандское ханство 19 февраля 1876г. было вконец упразднено, и на месте его остатков была образована Ферганская область в составе Туркестанского генерал-губернаторства. И поэтому в данной главе, следуя хронологии событий, действия против Коканда будут рассматриваться в двух частях, первой и пятой.
Для осуществления плана боевых действий было решено наступать с двух направлений одновременно, с западно-сибирского и с оренбургского. Соответственно было сформировано два отряда.