- -
- 100%
- +
Второй интересной личностью в группе был Шамиль, татарин из большой и крепкой семьи, по возрасту ровесник Виктора (поступал до армии, потом после и добился своего!).
Шамиль был нашей подружкой, особенно когда исключили Виктора, и он остался единственным мальчиком в группе. При нем велись девчачьи разговоры, не стесняясь, подтягивали сползающие колготы, жаловались на личную жизнь и всегда получали мужской совет. После сдачи почти каждой сессии мы шли к нему домой всей гурьбой, чтобы отпраздновать событие, и мне безумно нравились эти походы.
Родители, Шамиль и его брат с семьей жили в огромной четырехкомнатной квартире напротив церкви, где венчался Пушкин. Место было козырное, папа когда-то работал слесарем, получил комнату в коммунальной квартире, и потом по ходу рождения четверых детей им добавляли комнаты, и скоро вся квартира стала принадлежать их клану.
Я, выросшая в большой семье, очень тосковала по дому, где несколько поколений жило вместе, где вся большая семья собиралась за огромным столом и всем было здорово вместе.
У него была потрясающая мама!!! Мы оставались часто с ночевкой (я, Лариса, Тамара и Ирина). Она выдавала нам по ночной рубашке, вкусно кормила блюдами татарской кухни, а поздно вечером гадала. На иголке и кольце предугадала, что у Ларисы и Тамары будет по одному мальчику, а на мне иголка упорно стояла в центре кольца и не двигалась. Она дипломатично прерывала гадание и говорила, что устала.
Детей в моей жизни нет, предсказания сбылись.
Нам всем было очень непросто работать и учиться в таком сложном вузе. Девочки и Шамиль жили с родителями, у них всегда были тарелка супа и теплый дом. А я жила в общежитии, сама готовила, сама стирала и убирала, на коленке готовила уроки, когда девочки, с которыми жила в одной комнате, рано ложились спать. Часто доучивала что-то на кухне.
Новое общежитие
Общежитие на улице Ватутина (трехкомнатную квартиру) вскоре закрыли, и нас переселили в ведомственный дом ЦК КПСС на ул. Давыдковской. Это был огромный 20-этажный дом для сотрудников структуры, и под общежитие отдали весь третий этаж (это был первый жилой этаж дома). Там были шикарные трех- и четырехкомнатные квартиры.
Я сначала жила с девочками в одной комнате, а потом как секретарю комсомольской организации позволили жить одной в самой большой комнате – она была больше 20 квадратных метров, с огромным балконом с видом на лес и забор сталинской дачи.
По утрам меня будили соловьиные трели, а иногда и пение солдат из военной части в нашем лесу, когда на построении они пели песню про тех самых соловьев.
На работу ходили пешком минут 15, работали посменно, часто в две смены, а если совсем не повезло и не было няни, то оставались и в ночь.
Меня даже на сессию не всегда отпускали, тогда я просила ребят пропустить меня на сдачу утром первой, а потом бежала на смену, когда все шли праздновать.
Курсы гидов-переводчиков при «Интуристе»
На третьем курсе иняза студентам из хороших (как мы шутили – пролетарских) семей предлагали попробовать себя в учебе для дальнейшей работы в определенных структурах.
Я начала учиться на этих курсах. Это было шикарной школой жизни. Нас учили видеть больше всех, слышать больше всех и запоминать больше всех.
Память развили колоссально!! И фантазию!! Плюс умение импровизировать, строить беседу, получая массу нужной информации.
На экзамене дали две картинки (мне досталась кукла и книга «Конституция СССР»), и нужно было составить плавный рассказ минут на 10, начиная с любой их них.
Еще мне нравилось перечисление слов в определенной последовательности.
Когда тебе называют пару десятков слов, и ты тут же повторяешь их в такой же последовательности. Методика уникальная, но пусть это будет моим секретом.
Я называла 22 слова после одного перечисления, хотя могла бы точно больше, если бы не перегруз умственной деятельности студента.
Одновременно с этими курсами в инязе набирали на курсы «Интуриста». И я решила, что там мне будет интереснее и хорошо для будущей работы.
Это было судьбоносное решение и очень правильное. Туризм стал в будущем делом моей жизни!!
Учиться на курсах было безумно интересно, да еще и на живых немцах и австрийцах сдавать экзамены.
На экзамене мне достался самый сложный кусок экскурсии по городу – от Дома Пашкова до Маяковки. Нужно было очень быстро на немецком языке давать массу информации, и не все студенты успевали ее проговорить (наизусть и в микрофон при группе живых туристов). Когда на светофоре у гостиницы «Националь» автобус замирал минуты на 2 на красном свете, нужно было быстро понимать, о чем рассказывать. У нас были даже специальные заготовки «светофорных» вставок – о чем говорить, если горит красный, и о чем, если зеленый. Смешно вспоминать, но все было пронизано политикой. Австрийцам на красном, я рассказывала, как ценится у нас обувь фирмы «Hoegl»!!! Я и сегодня хожу в сапогах этой марки и радуюсь жизни (уж больно их колодка подходит моим ногам).
Работа в «Спутнике»
В моей группе в детском саду был мальчик Пашка – умный и хулиганистый, но я обожала именно таких. У них уже в 4—5 лет невооруженным взглядом была видна харизма.
Я с детками делала пальчиковую гимнастику, начиталась, что на кончиках пальцев находятся рецепторы, которые отвечают за способности говорить на иностранном языке.
Подбирала стихи (писала их сама и разучивала упражнения).
Однажды его отец увидел, как я занимаюсь, и спросил, говорю ли я на языке каком-нибудь? Папа Пашки, оказывается, работал большим начальником в Бюро молодежного туризма «Спутник» и предложил мне поработать сопровождающим на немецких группах.
Это была классная школа и практика для языка!
Моя история со «Спутником» закончилась тем, что я готовила для них группу гидов-переводчиков с немецким языком.
1987 год
Поездка на Кавказ с однокурсниками
Мы окончили иняз, я очень хорошо сдала все экзамены и пригласила своих двух подруг-однокурсниц (Ларису и Тамару) полететь со мной на Кавказ и отметить это грандиозное событие!
Тамара к этому времени уже успела выйти замуж за Игоря, и он полетел с нами.
Девчонки были в восторге от Кавказа, гостеприимства моей семьи, разносолов, песен по вечерам, восходов солнца, смотреть которые они вставали в 5 утра… и, конечно, от гор.
Мы часто выезжали в горы просто подышать запахом полыни, собрать полевую землянику, на шашлыки или прокатиться по Военно-Грузинской дороге.
Папа задал очень опасный вопрос в первый день: «Что-то они все у тебя уж больно бледненькие. Надо бы гемоглобин повысить…» И с этого дня на столе всегда стояло лекарство для повышения того самого гемоглобина.
Должна честно сказать, что «лечились» все трое очень усердно и все время удивлялись мне, как можно не пить такое домашнее вино. А я до сих пор за вечер могу выпить полбокала и остаться довольной жизнью. Люблю полусладкие домашние вина, как дома.
Вино в моей семье делал дед, папа и брат делают до сих пор.
Мы много фотографировались, потом сделали массу слайдов и часто их пересматривали.
По сей день, когда собираемся, вспоминаем, какое это было классное путешествие.
Работа в «Интуристе»
(истории гида-переводчика)
Сразу после окончания иняза я стала подрабатывать гидом-переводчиком в «Интуристе».
Началась совершенно другая жизнь!
В гимназии меня отпускали за свой счет на все каникулы, и летом я улетала с клиентами из «Интуриста» по разным маршрутам.
Молодых и незамужних отправляли в Среднюю Азию и Сибирь…
А иногда были и спаренные маршруты: сначала Азия (Ташкент – Самарканд – Бухара), а оттуда через Ашхабад летели в Сибирь на маршрут Братск – Иркутск – Хабаровск.
В чемодан нужно было собрать вещи на температуру от +16 до 45 градусов…
Мне очень нравилась Средняя Азия. Видно, сказывалось рождение на Востоке.
Со мной в каждой поездке происходили какие-то истории. Я часто летала по данному маршруту со швейцарцами, видно, они мне по судьбе даны. Больше всего меня поражало в них то, что каждый говорил на 3—4 языках, и свободно.
Однажды была уникальная семья. Дети задавали вопрос бабушке на немецком, она могла ответить на французском, тут же подходил папа и норовил ответить раньше бабушки по-итальянски… Мама вклинивалась вообще на непонятном мне языке, который, оказывается, назывался ретороманским.
Мне стала интересна эта страна, почему жители так свободно говорят на разных языках.
Меня эта страна до сих пор поражает, восхищает, не отпускает…
Удивляюсь всему и всем… Как вся страна, с 7 млн жителей (половина жителей Москвы!), так благополучно живет, не имея ни полезных ископаемых, ни выдающихся гениев…
Имея 4 государственных языка и массу различий в нравах, обычаях, кухне – они так мирно уживаются.
В каждом из 26 кантонов – своя конституция, свои законы и свои порядки…
Чтобы построить наземный переход, вся деревня собирается и голосует! Там, конечно, легче навести порядок, чем у нас…
В одном из кантонов на востоке страны (Аппенцель) до сих пор голосуют на главной площади рукой и голоса считают вручную!
А женщины в Швейцарии получила право голосовать лишь в 1971 году!!!
Страна уникальна во всем!!! И надо же было так случиться, что мне посчастливилось в Швейцарии работать гидом… все не случайно в жизни! Но!! Об этом позже и подробно расскажу! Количество историй, которые со мной там приключались, тоже не маленькое.
1988
Приключения швейцарцев в Средней Азии
Однажды я работала с очень необычной группой из Швейцарии.
Из двадцати человек девять было франкоговорящих, остальные немецкоговорящие.
Фирма заказала переводчика с немецким языком, а их руководитель переводил с моего немецкого на французский.
Бедные швейцарцы, говорящие по-французски! Я переводила процентов 80 от того, что говорили местные гиды, потому что они не могли говорить маленькими предложениями, а шпарили целыми текстами, в которых была масса восточных невыговариваемых имен, дат и событий. И все это под палящим солнцем и в жуткой духоте (при +50 в тени!)
Вот где моя память тренировалась запоминать и голова кипела!!
Швейцарский руководитель группы переводил с моего немецкого на французский, и бедные девять человек получали в итоге около 60% всей информации.
Сначала был Ташкент. Мне очень понравился город своим колоритом!!
Везде лежали горы арбузов и дынь, продавали лепешки, которые пахли настоящим хлебом, торговцы были в цветных халатах, город весь был необычно ярким и вкусным.
Только морковь, которая лежала горами, не была яркой, она была просто желтой.
Руководителя звали Урс, в переводе со швейцарского диалекта – «медведь». Он абсолютно не оправдывал свое имя. Был стройным и подтянутым. Немного старше меня.
В первый вечер он пригласил меня пойти куда-нибудь в хороший бар и что-то выпить.
В нашем отеле такого бара не было, и мы решили поехать на такси в другое место.
На выходе из отеля стояло много таксистов. Он галантно открыл мне дверцу первой машины, а я в это время стала спрашивать у таксиста, поедет ли он в тот отель, куда мы намеревались (т.к. это было очень близко, и в нашей юности таксист мог запросто сказать, что ему не по пути).
Урс искренне не понимал, что происходит и почему я хожу от машины к машине и никто не едет… и каждый раз спрашивал: «Это же такси? Почему он не едет туда, куда нужно мне?»
Как объяснить швейцарцу, что таксист ждет «жирный кусок», т.е. того, кто сейчас выйдет из отеля и поедет в аэропорт или в соседний кишлак… а 10 минут езды ему не интересны.
Как-то однажды, гуляя с группой немцев по пешеходному Старому Арбату, я пыталась объяснить, что кофе продается только вместе с бутербродом с икрой… поэтому это так дорого, а просто кофе выпить нельзя… сейчас и нам уже тяжело это понять.
Но такова история нашей эволюции!
Разъяренный Урс спросил, что нужно сделать для того, чтобы поехать! Я сказала, что просто махнуть рукой, и первый, кто остановится, точно нас довезет!
Уже прошли те времена, когда мы машем рукой. У нас у всех в телефонах приложения всех возможных компаний такси, а тогда было все «вручную»…
Мы доехали до бара, и… сейчас вы точно будете улыбаться больше чем от истории с маханием рукой для поиска такси.
Урс заказал мне банку кока-колы, потому что только этот напиток был охлажден.
Я увидела конструкцию банки и поняла, что я впервые должна открыть этот сложный механизм… понятия не имея, как это сделать. Чтобы не опозорить всю великую страну и не показать свою дремучесть, я отказалась от холодного напитка!!!
Хотя пить на сорокоградусной жаре хотелось безумно…
Я успокоила себя тем, что умные аксакалы пьют все-таки чай, чтобы утолить жажду, и гордо сделала заказ.
На следующий день мы наслаждались городом, его жизнью, едой и достопримечательностями.
Вечер был свободным, и я решила погулять по базару, потому что с детства безумно люблю эту атмосферу!! С бабушкой и дедом в Моздоке в Осетии мы ходили на базар каждую субботу. Это был ритуал. Деда знал весь город, все с ним чинно здоровались, что-то быстро обсуждали, потом мы покупали вкусности и запасы продуктов на неделю. Мне доставалась сахарная вата и безумно вкусный чебурек с поджаристыми зазубринками по краям. Их жарили прямо при тебе, и слюнки стекали, пока шел процесс.
Я повторяю этот ритуал даже сейчас, когда редко бываю у брата в гостях на том самом базаре.
Дед умел торговаться, делал это с душой и с шармом. Я, к сожалению, не переняла у него этот дар. Но!!! Мне торговцы сами все дают в подарок. Это продолжается и сейчас.
Когда семья торговцев дает мне еще мальчика-подростка, который несет покупки до машины, то я всегда вспоминаю эту историю с базаром в Ташкенте.
Итак!!!
Только я вышла из отеля, как около меня нарисовались две швейцарки немецкоговорящие и одна франкоговорящая. Слово «базар» поняли все и решили присоединиться ко мне.
Я совершенно забыла о том, что не имею права это делать. За каждым гидом был закреплен товарищ из органов. Выходить с иностранцами по личным целям за пределы отеля было запрещено…
Но!! Желание окунуться в атмосферу детства было сильнее меня…
Я и сейчас ухожу с рынка, когда заканчиваются деньги в кошельке. У меня там открывается страшная покупательная способность. Я обожаю беседовать со знакомыми торговцами о жизни, смотреть, как они с улыбкой достают припасенный для меня кресс-салат, т.к. оставляют мне заначку, они взвешивают мне яблоки и персики только жесткие, потому что я люблю именно такие, кладут всегда мне что-то в подарок (лимон, пучок редиски или вкусный азербайджанский чай)…
До рынка было совсем недалеко. Мы ходили по рядам, покупали вкусный виноград и вдруг, один из седых продавцов спросил откуда мои гости. Я ответила, что из Швейцарии.
Видно, эта страна была для дедушки не знакома, но показать этого он не мог.
«А! Из Швеция!! Знаем, знаем! Возьми, красавица, арбуз для гостей!»
Арбуз был таких размеров, что им можно было бы накормить всю маленькую Швейцарию.
Мои глаза, видно, так округлились, что дедушка Али все понял и говорит: «Я дам тебе свой внук, он поможет!»
Процессия – я, три мои туристки и внук с арбузом – двигалась дальше по рядам базара.
В конце ряда брат дедушки Али, который торговал дынями, приметил внука и спросил: «Откуда гости?» Меня не удивило, что он знал тоже только Швецию… но тут же предложил подарить гостям дыню…
Я не успела округлить глаза, увидев размеры дыни, как около меня стоял второй внук и уже держал маленькую тележку, в которой лежал сладкий подарок.
Процессия – я, три мои туристки, внук с арбузом и внук с дыней – двинулась к выходу с базара.
Проскочила мысль, есть ли у дедушки Али еще один брат… и мысль почти воплотилась в жизнь.
Племянник дедушки узнал внука и спросил: «Откуда гости?» Не уверена, что и он знал название моей любимой горной страны…
Племянник Саид был на стареньких, но очень стильных «Жигулях». Фары были из цветного стекла, радиола по последней моде и чехлы на зависть всем.
Арбуз и дыню положили аккуратно в багажник, меня и двух худых швейцарок усадили на заднее сиденье, третья села впереди и долго искала ремень безопасности. Внуки были за ненадобностью отпущены к дедам…
Я уже строила планы на вкусный арбуз и душ в своем гостиничном номере… но даже предположить не могла, чем закончится мой вояж на базар.
По дороге в гостиницу мы проезжали так называемый Дом счастья. Там полным ходом шла свадьба. Яркие наряды гостей и восточная музыка мне казались просто сказкой.
Я не успела моргнуть глазом, как племянник выгрузил нас из машины, и через минуты три я сидела за столом со стороны невесты, а мои соратники по базару на стороне жениха.
Как вы уже поняли, ушли мы оттуда не быстро… нас накормили, напоили, мы долго и с азартом танцевали, около 12 ночи «Жигули» подъехали к отелю в центре Ташкента.
С одной стороны здания семенил туда-сюда Урс, а с другой мой зоркий взгляд увидел представителя органов, которому утром я должна была написать отчет о содеянном.
Арбуз и дыню я одна лихо подхватила в обе руки и играючи донесла до номера.
Убедилась лишний раз, что рекорды бывают от стресса…
Я не спала почти всю ночь, уже прощалась с любимой работой, а утром не придумала ничего умнее, как пойти на кухню и попросить разрезать арбуз и дыню красиво, когда они лежат как целые, а на самом деле разрезаны на квадратики. Так могут только в Азии!!
Когда утром я зашла в ресторан с подносом, на котором был заветный арбуз, то все о нем уже знали и дружно на двух языках обсуждали наш вояж на базар.
Это была сенсация!! Самым крутым событием путешествия. Жизнь разделилась на «до» и «после».
До базара она показалась всем скучной и обыденной!
Вся группа нахваливала меня за арбуз и дыню, Урс упорно молчал и дулся…
А я упорно думала, как дипломатично написать в отчете, почему пошла с иностранками по неутвержденному маршруту… и как стоять на ковре в кабинете у начальства в Москве.
То ли арбуз был волшебный, то ли Урс смилостивился, то ли парень оказался местный нормальный и не капнул на юную переводчицу… в общем, все обошлось, и я продолжала работать.
С этой группой было много историй… поэтому она так ярко сидит в моей памяти.
После Ташкента был Самарканд. Город мне безумно понравился, он весь был какой-то величественный, большой и загадочный… город с историей.
И, как всегда со мной, у меня и в этом городе приключилась история…
Урса клиенты просили все время заказать что-то дополнительное для осмотра.
И я, естественно, исполняла все желания клиентов.
Вечером следующего дня решили поехать на светомузыкальное представление на площади Регистан. Я должна была найти автобус на 15 человек и забронировать места на самом спектакле.
Сейчас бы у меня минут 10 заняло заказать автобус в чужом городе (сотый раз пишу для молодежи – Интернета не было!!!!), а в те забытые 80-е я совершенно случайно нашла свободного водителя с автобусом. Договорилась с ним о времени, собрала деньги и отдала ему после обеда всю сумму за трансфер туда и обратно, а еще пачку сигарет «Мальборо» (по тем временам это как кусок золота в руках у простого самаркандского водителя).
В назначенное время водителя у входа в отель не оказалось… оставалось минут 20 до представления. Урс ходил зеленого цвета, а свой цвет лица я даже описать не могу.
И вот тогда он произнес мне гениальную избитую фразу: «Запомни раз и навсегда: сначала услуга, потом деньги! Я хочу ехать, и ты должна сделать все возможное! И сама оплатить еще раз автобус, с клиентов я не буду больше собирать деньги».
Меня сейчас точно бы взяли в ряды сотрудников МЧС… я в экстремальных ситуациях соображаю еще быстрее, чем обычно. Я метнулась в номер, собрала все чаевые в валюте, которыми меня, слава Богу, никогда не обижали, и через 10 минут все уже сидели в автобусе.
Что я только не передумала про первого водителя, была уверена, что меня не могут подвести восточные люди… и я не могла ошибиться в нем.
Уже практически подъезжая к площади, мы увидели сломанный автобус и водителя, который его чинил. Увидев нас, он бросился ко мне, извинился, отдал все деньги и, смущаясь, попросил разрешения оставить себе подаренную мною пачку сигарет.
Я тут же прочла лекцию Урсу, что у нас все люди честные, и готова была разрыдаться от счастья.
(Эх, если бы у нас тогда были мобильные телефоны… сколько бы нервов можно было сэкономить…)
Вокруг медресе Улугбека и двух минаретов (которые напомнили мне руки верующего, просящего о чем-то у высших сил) стояли скамейки, на них сидели туристы, основная масса – иностранцы, и мы – гиды, каждый на свой язык переводили то, что говорил таинственный голос ведущего.
Небо раскрасилось в красный цвет, лучи прожекторов играли друг с другом, и вдруг величественный мужской голос медленно произнес: «Я… старый… Регистан»… (Мурашки до сих пор.) От имени первого лица посредством разноцветных лучей и голоса нам поведали историю Самарканда.
Вечером наступила прохлада, в городе было спокойно и тихо…
В отель добрались ближе к полуночи без приключений.
На следующее утро мы полетели из Средней Азии (через Ашхабад по тем временам) в Сибирь. Представляете, каково было после 50 градусов в тени оказаться в тайге, где было градусов 16. Разные часовые пояса, разные температуры, разные менталитеты людей в регионах. Мне было непросто. Надо было одной в незнакомых городах ориентироваться, находить решение в сложных ситуациях и с улыбкой на лице не опозорить страну и показать, что мы лучшие в мире.
В маршруте значились города Братск – Иркутск – Хабаровск. Из Иркутска в Хабаровск ехали три дня на поезде. Нас вкусно кормили в ресторане поезда, но после Средней Азии и каждодневного поедания плова все хотели картошки и европейской еды… Повара очень старались, но картошка была припасена только для супа и пюре. Надо было видеть взгляды туристов, когда мы проходили помещение, где стоял мешок с вожделенной мечтой…
Все жили в купе по двое, мне «повезло» больше всех…
Я разместила группу, познакомилась с проводницей и только потом пошла искать свое купе.
Вспомнилась немая сцена из фильма «Джентльмены удачи»… когда Леонов сидит в камере, и заходит толпа осужденных, с ужасом видя монстра перед собой…
Вот что-то подобное испытала и я.
Войдя в купе, я увидела мужчину небольшого роста, всего в наколках и в той же позе, что герой артиста Леонова. Он недавно освободился и возвращался на родину. В руках мой новый сосед держал огромную финку, которой красиво резал яблоко и отправлял себе в рот ровные и сочные кусочки…
Я считала, что я не из робкого десятка, но тут пришлось в себе засомневаться…
Я еле проглотила слюну от страха, а мой сосед по купе расценил это как голод и предложил мне яблоко! Минуты две рука к яблоку не тянулась, а потом голова сообразила, что надо устанавливать контакт сразу, ведь нам еще трое суток ехать вместе!!!
Мне даже удалось изобразить улыбку, сказать спасибо и как меня зовут…
К вечеру меня мучил один единственный вопрос, только не смейтесь!
«Он все-таки мужчина и чужой… бигудюшку на челку накрутить, когда лягу спать, или не смущать его?..»
Сейчас, спустя много лет, я иногда поражаюсь себе: как в молодой девочке сочеталось умение решать глобальные вопросы, которые не каждому взрослому были по зубам, тихая сентиментальность и провинциальное воспитание.
Сосед оказался нормальным человеком. Финку доставал еще один раз и то по делу.
В моей группе была очень смешная туристка (франкоговорящая, похожая на Фрекен Бок из мультика про Карлсона)…
Она однажды очень громко сетовала на что-то, когда поезд остановился посреди тайги и объявили, что выходить нельзя – просто вынужденная остановка 10 минут. Мы увидели неземную красоту! Огромные желтые и оранжевые лилии, высокие и сочные, росли вдоль дороги и покрывали огромную территорию.
Мой сосед терпел пару минут ее возгласы, а потом резко спросил: «Чего бабка кудахчет?» Пришлось привлекать Урса, чтобы понять суть кудахтанья на французском. «Бабка» хотела лилий, и не просто цветы, а луковицы, чтобы привезти их домой.
Сосед после слов перевода соображал минуту, быстро выскочил из вагона, поддел финкой почву, и штук 5 луковиц тут же были в его руках.
Француженка светилась от счастья, проводница даже не успела закричать на него, а он уже был героем дня!!!
Так мы и ехали все три дня… дружно, с сюрпризами и впечатлениями.
В соседнем купе ехали две молодые девушки, естественно, на второй день пути мы сидели все вместе, включая Урса, и болтали о жизни. Я, конечно, переводила на обе стороны.