Крестный. Восточная хитрость бандита

Пролог

Было около десяти часов утра, когда на просторный хозяйственный двор гостиницы «Эверест» медленно въехал «КамАЗ» с тентом.

Семиэтажное здание гостиницы располагалось на улице Корчагина, подъехать же к ее хозяйственным постройкам, примыкавшим к ней с обратной стороны, можно было с улицы Веселова, идущей параллельно улице Корчагина.

Большая часть двух– и трехэтажных хозяйственных построек гостиницы была отдана в аренду под складские помещения. Здесь же располагалась прачечная и еще ряд бытовых служб.

«КамАЗ», аккуратно сманеврировав, прижался своим задним бортом к одному из складов, коричневые ворота которого были широко раскрыты.

Водитель, остановив свой грузовик, вылез из кабины и подошел к двум мужчинам, стоявшим на входе в складское помещение.

– Сколько вам на разгрузку времени надо? – спросил шофер.

– Сейчас народ пригоним, минут за сорок управимся, – ответил невысокого роста крепко сбитый парень с копной кучерявых черных, как смоль, волос.

– Хорошо, я хочу сразу же в обратный путь отправиться, – произнес шофер и добавил: – Машинное масло высшего сорта упаковано в красные коробки. Они стоят вот здесь, вдоль левого борта, – водитель указал на левый борт своего грузовика.

– Понял, – ответил парень, которого звали Алик, и тут же спросил: – Сколько их?

– Как договаривались, десять коробок.

– Ясно, сейчас начнем разгрузку, иди пока отдохни.

Алик кивнул своему напарнику, тот быстренько удалился, появившись минуты через три в сопровождении пятерых мужчин, одетых в рабочие спецовки.

Грузчики, выстроившись по цепочке, стали быстро освобождать чрево «КамАЗа» от коробок, которыми он был забит до отказа.

Весь товар был предназначен для большого магазина, расположенного на первом этаже здания гостиницы. Здесь продавали машинные масла, коробки с запчастями и автомобильными аксессуарами.

Как и обещал кладовщик Алик, «КамАЗ» был разгружен меньше чем за сорок минут, после чего шофер, получив все необходимые документы, прыгнул в кабину грузовика и быстро вывел машину с гостиничного двора.

Приблизительно в это же время недалеко от ворот, ведущих в хозяйственный двор гостиницы, остановился автобус «пазик», пассажиров которого видно не было, так как окна тщательно скрывали занавески.

В салоне автобуса сидело человек двадцать вооруженных автоматами мужчин, одетых в камуфляжную форму, нашивки на которой свидетельствовали о том, что все они работают в налоговой полиции в подразделении физической защиты.

В штатские неброские костюмы были одеты лишь двое мужчин. Оба среднего возраста, тот, что немного постарше, был пониже ростом и поплотнее.

– Начинай операцию, Сидарук, – обратился он к своему коллеге в штатском, – действуй как договорились. Пару человек на входе оставь, и чтобы птица не вылетела из гостиницы. Остальные пусть оцепляют складские помещения. Подсобным хозяйством гостиницы можешь не заниматься, таких указаний нам не поступало.

– Ясно, товарищ полковник, – ответил Сидарук, – все сделаем.

– Давайте действуйте, не тяните время, – бросил полковник. Он посмотрел на часы и добавил: – А то наверняка наши ребята уже зашли в автосалон и казино.

Сидарук развернулся к сидящим наготове полицейским в камуфляже и скомандовал:

– Все, ребята, пошли! Действовать быстро и оперативно, всякое сопротивление жестко пресекать.

После этой команды полицейские, скрыв свои лица под вязаными шапками-масками, один за другим стали выбегать из автобуса, устремляясь в хоздвор гостиницы.

Полковник и Сидарук вошли во двор последними.

К этому времени камуфляжники уже положили лицом вниз всех кладовщиков, работающих на складах. Стоять остался лишь Алик, его поставили лицом к стене с широко раздвинутыми ногами.

Именно к нему и подошел полковник налоговой полиции и спросил:

– Вы здесь за старшего?

– Да, – ответил Алик, – на этом складе я.

– Моя фамилия Пустовойтов, я полковник налоговой полиции. Сегодня нашей службой у вас будет произведена проверка деятельности ряда фирм, работающих в гостинице, в том числе автосалона и автомагазина… Ведь именно автомагазину принадлежит ваш склад?

– Да, – ответил Алик и тут же спросил: – А полномочия для этого у вас есть?

– Конечно, есть, – криво усмехнулся полковник Пустовойтов.

В этот момент Пустовойтову что-то собщили по рации. Он, выслушав сообщение, развернулся к Сидаруку и сказал:

– Вот что, капитан, оставь здесь нескольких человек, и пойдем дальше в здание гостиницы, наши ребята уже работают и в автосалоне, и в казино.

После этих слов полковник в сопровождении капитана Сидарука и нескольких автоматчиков вошли в здание гостиницы с черного хода.

Прошло еще пятнадцать минут.

Полковник Пустовойтов находился в кабинете директора казино, когда туда вошел капитан Сидарук.

– Все, товарищ полковник, мы свою работу завершили, помещения всех запланированных для проверки фирм взяты под контроль.

– Проблемы были? – спросил Пустовойтов.

– Да, небольшие, – ответил Сидарук. – В автосалоне какие-то кавказцы не открывали дверь офиса, пришлось взломать ее.

– Ясно, – произнес полковник, – вызывай налоговых инспекторов, пусть вместе с нами поднимают деловые документы фирм и готовят изъятие. Хозяев фирм нашли?

– На месте их никого не было, им позвонили, сюда уже едут директор гостиницы Игнатов, директора казино Шевченко и директор автосалона Красницкий.

– Ну вот и хорошо, – удовлетворенно произнес Пустовойтов, – нам будет о чем с ними поговорить…

Глава 1

Фирменный поезд под названием «Дагестан», прибывший из Махачкалы, остановился на первом пути около часа дня. На перрон высыпала пестрая толпа, попутно выгружая тюки с товаром.

Значительную часть разношерстной публики составляли выходцы с Кавказа, одетые, как и подобает коммерсантам, неброско и практично.

В этот момент дежуривший на перроне сержант милиции, внимательно присматривающийся к прибывшим гостям города, выделил из толпы двоих кавказцев, одетых, в отличие от коммерсантов, в строгие дорогие костюмы темного цвета.

Один из них, тот, который выглядел старше, нес небольшой кожаный «дипломат», в руке другого была средних размеров дорожная сумка.

Повинуясь больше любопытству, нежели чувству профессионального долга, сержант двинулся навстречу кавказцам и, поравнявшись с ними, взял под козырек:

– Сержант Попов, – представился он, – с приездом вас… Документы ваши, пожалуйста.

– Спасибо, сержант, – ответил пожилой кавказец и, переложив «дипломат» из правой руки в левую, достал из бокового кармана пиджака удостоверение, протянув его милиционеру.

Тот молча взял документ и, бросив исподлобья короткий взгляд на кавказца, принялся изучать «корочки».

– Депутат! – с легким удивлением воскликнул милиционер, изучая депутатское удостоверение. – Хасимитов Саид Султанович?

– Да, так и есть, – улыбнувшись, ответил кавказец, – а это мой помощник, Магомедов Али Ахметович.

При этих словах пожилой кавказец кивнул на своего рослого спутника, тот, в свою очередь, с непроницаемым выражением лица достал из бокового кармана пиджака удостоверение и протянул его милиционеру.

Однако сержант уже убедился, что прибывшие гости города явно не его уровня люди, и, покачав головой, произнес:

– Не надо, – после чего переключил свое внимание на других приезжих.

– Послушайте, сержант, – обратился к милиционеру Хасимитов, – где у вас тут стоянка такси и долго ли ехать до гостиницы «Эверест»? Мы в вашем городе первый раз в командировке.

Сержант удивленно пожал плечами, вопросы показались ему немного банальными, поскольку таксистов на любом вокзале пруд пруди, и какая разница, сколько ехать до нужной гостиницы на такси.

Однако милиционер повернулся к собеседникам и ответил:

– Парковочная стоянка недалеко от вокзала, там вы такси легко найдете… До гостиницы «Эверест» на машине не больше десяти минут.

Пока Хасимитов беседовал с милиционером, его спутник украдкой наблюдал, как двое кавказцев крепкого телосложения, взвалив на плечи два клетчатых тюка с поклажей, прошли мимо них, направляясь к выходу с перрона.

Закончив разговор с милиционером и поблагодарив его за информацию, Хасимитов кивнул своему спутнику, и они не спеша также направились к подземному тоннелю, соединяющему перрон с площадью вокзала.

Оказавшись на площади перед вокзалом, кавказцы направились к длинной парковочной стоянке, где, помимо желтых такси с шашечками на борту, стояло немало частных машин.

Именно к одной из таких машин – темно-синей «Ауди» – и направились депутат и его помощник.

Когда они подошли к машине, из «Ауди» вылез высокий светловолосый парень спортивного телосложения. На нем были синие джинсы и черного цвета джинсовая рубашка, на ногах черные кожаные ботинки с модными тупыми носами.

– Здравствуй, Саид, – поздоровался блондин за руку с Хасимитовым, когда тот подошел к «Ауди».

– Привет, Андрей, – ответил ему Хасимитов и, повернувшись к своему спутнику, сказал: – Это Али – мой помощник.

Андрей и Али молча обменялись рукопожатиями.

– Прошу в машину, – пригласил кавказцев Андрей, усаживаясь за руль «Ауди».

Саид и Али уселись на заднее сиденье иномарки.

Последним усаживался Али. Перед тем как сесть в машину, он бросил взгляд на тех самых двух кавказцев, которые прошли мимо них по перрону с тюками на плечах. Последние садились в желтое такси, загрузив тюки в багажник.

– Куда едем? – спросил у Саида Андрей. – Сразу в гостиницу или на квартиру? Где ты решил остановиться на этот раз?

– Только не в «Эверест», – ответил Хасимитов и добавил с усмешкой: – Тяжело жить на вершине, особенно когда там вот-вот начнется война.

Андрей бросил на него пристальный, задумчивый взгляд и сказал:

– Наверное, я очень тороплюсь, но все же хочу знать: ты приехал сюда договариваться или воевать?

– Я приехал забрать свои деньги, – угрюмо ответил Саид, – и надеюсь, мне их отдадут по-хорошему.

– А если договориться не удастся? – спросил Андрей, внимательно всматриваясь в лицо Саида.

– Тогда я уеду, – ответил тот хладнокровно, – а здесь останется Али.

Андрей перевел взгляд на скуластое неподвижное лицо помощника Хасимитова. Взгляд его светло-серых, почти бесцветных глаз не выражал никаких эмоций, от этого взгляда Андрею даже стало немного не по себе.

Он ничего не произнес в ответ и отвернулся.

Повернув ключ зажигания, Андрей завел мотор и, аккуратно задним ходом выведя «Ауди» со стоянки, на большой скорости помчался по улице, идущей от вокзала.

– Как обстоят дела в «Эвересте»? – спросил Саид.

– Хорошей информации мало, – ответил Андрей, следя за дорогой, – однако все не так плохо, как может показаться на первый взгляд.

– Налоговая полиция вернула документы?

– Нет. Они продолжают работать с гостиницей, часть помещений по-прежнему опечатана, ни автосалон, ни казино не работают. Наехали также на часть других наших фирм, расположенных в гостинице «Эверест».

– Почему не дали денег налоговой, там что, теперь не берут? – с выражением неприязни на лице спросил Саид.

– Берут, – усмехнулся Андрей, – и мы дали.

– Тогда в чем же дело?

– Видимо, конкуренты дали больше.

– Больше, чем мы? – удивился Хасимитов.

– А почему бы и нет? – ответил Андрей. – Чего здесь удивляться, «Эверест» – лакомый кусочек для многих влиятельных людей в этом городе.

– Не такой уж и лакомый, – угрюмо огрызнулся Саид, – если бы не наш бизнес, крутых прибылей бы не было.

Андрей промолчал и на сей раз, не став спорить.

– А как твои отношения с Игнатовым и Шевченко? – неожиданно спросил Саид.

На сей раз нахмурился Андрей.

– Нормально, – ответил он, – хотя большой дружбы уже нет, однако мы все понимаем, что вляпались в большое дерьмо и выбираться из него надо всем вместе.

– Я хочу с ними встретиться сегодня же, – произнес Хасимитов.

– Конечно, – согласился Андрей, – они ждут тебя в шесть вечера.

Через несколько минут Андрей остановил «Ауди» около девятиэтажного жилого дома на улице Летунова. Он вынул из замка зажигания ключи от «Ауди» и, присовокупив к ним ключи от квартиры, протянул их Хасимитову.

– Эта машина оформлена на тебя, Саид, доверенность лежит в бардачке, можешь пользоваться ею, пока ты здесь. Квартиру я снял на четвертом этаже, двухкомнатную, номер восемьдесят два. Вас проводить?

– Спасибо, не надо, – ответил Саид, забирая у Андрея связку ключей, – скажи своим партнерам – в шесть вечера мы подъедем к гостинице.

– Хорошо, – сказал Андрей и вылез из машины вместе с кавказцами.

Саид и Али проследили, как Андрей, остановив проезжающее мимо такси, прыгнул в машину, махнув на прощание рукой, после чего кавказцы отправились во двор дома.

Поднявшись на четвертый этаж, Али взял ключи у Саида и, открыв металлическую дверь, первым вошел в квартиру.

Тщательно осмотрев все комнаты и убедившись, что никакой опасности для шефа нет, он дал знать, что Хасимитов может спокойно проходить.

Саид прошел в самую большую комнату и уселся в кресло, рядом с которым стоял телефонный аппарат. Саид кивнул на телефон и произнес:

– Проверь его, Али.

Али молча подошел к столику и, вынув из кармана перочинный ножик, стал развинчивать телефонный аппарат. Через десять минут он уже собрал его заново и произнес:

– Вроде все чисто, – и, посмотрев на своего шефа, неожиданно спросил: – Если ты не доверяешь Андрею, зачем мы здесь остановились?

– Мы не должны доверять никому, – ответил Саид, – наши дела потерпели серьезные неудачи, и пока мы не выясним, в чем здесь причина, нам надо вести себя очень осторожно, даже с Андреем.

– Ты думаешь, он недоговаривает всей правды? – спросил Али.

Саид усмехнулся.:

– Мы все недоговариваем правду, но при этом все хотим ее знать.

Саид поднял телефонную трубку и, набрав номер, произнес:

– Я могу услышать Александра Геннадиевича?.. Это Хасимитов говорит, Саид. Я был у него на приеме около года назад… Хорошо, я перезвоню попозже.

– Формально их в гостинице трое хозяев-совладельцев: Виктор Игнатов, Сергей Шевченко и Андрей Красницкий, – произнес Потапов, обращаясь к сидящему рядом с ним на заднем сиденье джипа Петру Костикову, – четыре года назад они стали владельцами гостиницы «Эверест».

– Откуда деньжишки? Ведь гостиница стоила немало? – спросил, улыбнувшись, Петр.

– Сложно сказать точно, – пожал плечами Потапов, – насколько я знаю, сначала они получили гостиницу в аренду. Затем, видимо, разворачивая свою деятельность, выкупили на аукционе акции «Эвереста». Говорят, что им в этом помогли кое-какие связи среди чиновников, занимающихся приватизацией. Поэтому заплатили они не слишком много… Но так или иначе оборотных денег все же им не хватало на развитие нового дела. Поэтому молодые бизнесмены брали кредиты, самый крупный дал наш «Дисконт-банк» под залог тридцати процентов акций гостиницы.

Потапов, затянувшись сигаретой, помолчал.

– Но, похоже, были еще кредиторы, рассчитываясь с которыми, также пришлось пожертвовать частью акций, – продолжил он после паузы.

– Так каково же на сегодняшний момент соотношение долей? – спросил Костиков.

– По моим данным, около шестидесяти процентов акций принадлежат Игнатову, Шевченко и Красницкому, по двадцать каждому. Тридцать находится в залоге нашего банка, еще десять принадлежат мелким акционерам.

– Но поскольку кредит «Дисконт-банку» не вернули, мы вполне можем считать себя акционерами? – предположил Костиков, вопросительно глядя на Потапова.

Тот в ответ промолчал, задумчиво разглядывая мелькающий за окном джипа уличный пейзаж.

– Что ты задумал, Сергей Владимирович, и какова моя роль в этой затее? – вновь спросил Костиков.

– Твоя роль, как обычно, заключается в том, чтобы представлять интересы нашей компании на совете директоров структуры, в которую мы внедряемся, – немного официальным голосом ответил ему Потапов.

– Значит, ты собираешься подмять под себя этот «Эверест»? – с усмешкой в голосе поинтересовался Костиков.

– Я собираюсь прежде всего получить свои деньги. Если они не отдадут кредит с причитающимися нам процентами, тогда мы возьмем то, что можно взять.

– Насколько я тебя понял, – произнес Костиков, – дела у этих парней идут сейчас далеко не блестяще. Я имею в виду троицу владельцев гостиницы. Такой вывод можно сделать хотя бы потому, что они не вернули вовремя кредит «Дисконт-банку».

– Еще два года назад их дела шли очень хорошо. Аренда номеров в гостинице, открывшееся казино и автосалон, расположенный на гостиничной территории, давали хорошую прибыль, – ответил Потапов. – Но за последний год все резко изменилось, что-то у них там не заладилось, они стали с трудом выплачивать проценты по нашему кредиту. Говорят, что еще больше влезли в долги. Отчасти ухудшению дел способствовали и проблемы с правоохранительными органами. Последнее тому подтверждение – наезд на ряд фирм, работающих в гостинице, налоговой полиции.

– Ты думаешь, что они кому-то перешли дорогу? – спросил Костиков.

– Все может быть, – неопределенно произнес Потапов, – это могут быть и происки конкурентов, и простая случайность. Ведь налоговики не всегда работают по заказам, – при этих словах Сергей усмехнулся, – у них есть и свой план действий… В любом случае нас это должно лишь подстегнуть к активным действиям, мы не будем дожидаться, когда эту структуру развалят и растащат по кусочкам. Тогда получить что-то, нам причитающееся, будет еще сложнее.

– Значит, ты предполагаешь все же предпринять жесткие действия? – спросил Костиков, слегка насторожившись.

– Скорее твердые, – улыбнувшись, поправил Потапов.

– Все, приехали, – неожиданно подал голос Костя Титов, сидевший рядом с водителем джипа. – Сейчас пять минут седьмого, нас уже должны ждать.

Джип остановился рядом с семиэтажным высоким зданием современной постройки. На самой вершине над крышей виднелось смонтированное панно с надписью: «Гостиница „Эверест“.

Потапов, Титов и Костиков вышли из машины, остановившейся прямо у входа в здание.

Справа на возвышенности располагался просторный широкий пандус, уставленный новыми и подержанными легковыми автомобилями. На этой площадке протекала работа автосалона, одного из самых крупных в городе.

– Красивое здание, – констатировал Костиков, – наверное, одно из самых дорогих в городе.

– Это, Петя, скорее красивая крепость, – усмехнулся в ответ Титов, – и штурм ее нам с тобой будет стоить дорого.

Потапов ничего не сказал и молча направился к входу в здание. Вся троица поднялась на лифте на третий этаж, где располагалась администрация гостиничного комплекса «Эверест».

Охранник, дежуривший в небольшом вестибюле на третьем этаже, узнав Потапова в лицо, произнес, обращаясь к нему:

– Вас ждут, проходите, пожалуйста, в комнату номер тридцать три.

В комнате номер тридцать три располагался зал для совещаний. Когда Потапов со своими спутниками вошел в него, народу там сидело уже достаточно. Кроме Потапова и его сотрудников, в комнате находилось еще семь человек.

Все они расположились в кожаных креслах вокруг длинного овального стола. Деловая встреча носила неформальный характер, поскольку на столе вместо деловых бумаг располагалась закуска и легкая выпивка.

– Сергей Владимирович, рады приветствовать вас, – поднявшись из-за стола, произнес среднего роста полный светловолосый мужчина, одетый в брюки и белую рубашку, при этом узел его модного цветастого галстука был сильно ослаблен.

Это был Виктор Игнатов – генеральный директор гостиничного комплекса «Эверест».

Рядом с Игнатовым сидел его деловой партнер – коммерческий директор гостиницы и директор автосалона Андрей Красницкий. Высокий спортивный парень, как всегда, подтянутый и деловитый.

Третий их партнер Василий Шевченко – очень худой парень с темными волнистыми волосами, зачесанными назад, – сидел напротив Игнатова. У него было угрюмое продолговатое лицо, при этом взгляд его больших черных глаз был шустрым и пронзительным.

В отличие от Красницкого, предпочитавшего спортивный стиль в одежде, на Шевченко были элегантный дорогой серый костюм в полоску, белая рубашка и галстук.

Присутствие еще четырех людей на этой встрече явилось для Потапова небольшой неожиданностью. Рядом с Игнатовым сидели двое кавказцев, один был худощавый пожилой мужчина солидного вида с доброжелательным улыбчивым взглядом. Его спутник был моложе и гораздо крупнее, он старался не смотреть на окружающих, устремив взгляд на свои лежащие на столе крупные руки.

Оба кавказца были совершенно не знакомы Потапову, он видел их впервые. Зато два других персонажа оказались знакомы не только Потапову, но и широко известны в городских бизнес-кругах под кличками Багай и Сурик. Оба сидели в дальнем от Потапова конце стола.

Антон Багаев и Сергей Суриков возглавляли две влиятельные в Заводском районе города криминальные группировки и даже среди лихих парней, которыми славился Заводской, сумели зарекомендовать себя как самые отчаянные и жестокие.

Но, похоже, действовали они с умом, так как за последние годы под их контроль перешло несколько крупных коммерческих структур не только в Заводском районе, но и в центре города, куда «заводскую шпану» серьезные люди старались не пускать.

Замашки «братков» из самого бандитского района ярче всего демонстрировал Багай: высокий, широкоплечий детина, стриженный так коротко, что издалека его светлую шерстку на голове можно было принять за лысину. На широкой груди, волосяной покров которой проступал из-под широко расстегнутого ворота шелковой рубашки, покоилась широченная, толщиной в палец, золотая цепь.

Багай развалился в кресле, широко раскинув ноги на полу, вальяжно разложив руки на подлокотниках.

В отличие от своего приятеля Сурик держался намного скромнее. По комплекции он был худощав, но очень жилист.

Одет Суриков был гораздо проще – в серые летние брюки и белую рубашку. Золотых цепей у него на шее не было, однако на левом мизинце блестел золотой перстень с крупным бриллиантом.

По всему видно, что физической силе и агрессивности он предпочитает интеллект как средство разрешения проблем.

Однако его спокойный, немного отстраненный взгляд мало кого вводил в заблуждение. Этот человек был способен на самые жестокие действия для устранения своих врагов и конкурентов.

Потапов и его спутники молча уселись за противоположный от Багая и Сурика край стола.

Наблюдавший за ними Игнатов готовился было продолжить свою речь, открыв тем самым обсуждение намеченных вопросов, но Потапов перебил его:

– Признаться, Виктор, я не ожидал, что количество собравшихся будет столь велико. Мне казалось, что наши с вами проблемы мы сможем обсудить в более узком кругу.

Игнатов слегка замешкался, он чувствовал скрытые претензии в словах Потапова.

– Честно говоря, – произнес генеральный директор, – мы посовещались и решили, что комплекс проблем, возникших в гостиничном комплексе «Эверест», будет лучше всего обсудить в расширенном составе, в присутствии всех заинтересованных в этом предприятии сторон.

– В таком случае тебе надо представить мне присутствующих. С некоторыми я вообще не имею чести быть знакомым, – при этих словах Потапов кивнул на скромно сидящих за столом кавказцев. – А с некоторыми из здесь сидящих, – при этом насмешливый взгляд Потапова устремился в дальний конец стола, где сидели Багай и Сурик, – я беседовал в свое время по сходной проблематике совсем в другом месте и совсем в другом стиле.

– Если мне не изменяет память, – вторил Потапову Константин Титов, – мы встречались с сидящими прямо напротив нас господами два года назад на Молочной поляне по поводу магазина «Бродвей». Господа, – это слово Титов произнес с деланым уважением в голосе, – проявили тогда несогласие с тем, что мы купили этот магазин, и активно убеждали нас отказаться от этой сделки.

– Да, да, припоминаю, – подтвердил сказанное Потапов, – помнится мне, тогда одним из аргументов наших собеседников было размахивание пистолетами перед нашими лицами.

– Ну-у, – протянул Титов, потирая руки, – с оружием им пришлось тогда расстаться, как, впрочем, и с несколькими зубами благодаря умелым действиям наших охранников. Пришлось еще кое-что предпринять, чтобы они хорошо запомнили, как надо вести себя в приличном обществе.

– Очень надеюсь, что это так и есть, Константин, – скептически произнес Потапов, – во всяком случае, мне хочется верить, что сегодня эти ребята пришли без «стволов».

Игнатов, слушавший диалог Титова и Потапова, неожиданно поднялся: