Зачистка под ноль

У Игоря Великанова голова гудела колоколом. Он дико вымотался за последнее время. Воспользовавшись минутным затишьем, откинулся в кресле, прикрыв глаза, пытаясь восстановить в памяти последовательность событий и прикидывая, как же все докатились до жизни такой.

Можно было констатировать неоспоримый факт – полиция и разведка проспали все, что только могли. Еще две недели назад стали приходить агентурные сообщения, что группа террористов готовится высадиться в Тунчжае. Эта информация успешно утонула в бюрократическом болоте. А шахиды тем временем обстоятельно и неторопливо собирались на свой джихад.

Ранним утром террористическая группа на утлом суденышке покинула небольшой порт на побережье Бангладеш. Через час боевики пересели на судно, принадлежащее спонсору теракта. А еще через сутки сошлись в море с суньямским рыболовецким судном с претенциозным названием «Лотос Востока». Его капитану были обещаны неплохие деньги за сущую безделицу – доставить нескольких человек на побережье близ Тунчжая – промышленной и деловой столицы Королевства Суньяма.

На «Лотос Востока» перебросили груз – упакованные в индивидуальные полиэтиленовые пакеты автоматы Калашникова, пистолеты калибром девять миллиметров, ручные гранаты, сотовые телефоны с SIM-картами и IED, взрывчатку.

С легким заработком у капитана рыболовецкого судна как-то не срослось. Его команду из пяти человек под угрозой оружия перевели на судно террористов, где и был произведен расчет весомыми свинцовыми монетами. Капитану удалось прожить немного дольше. Ровно столько, чтобы провести судно шестьсот пятьдесят километров до прибрежных вод близ Тунчжая.

Когда до прибрежной полосы оставалось четыре километра, одному из террористов показалось, что маячивший вдалеке военный корабль движется им наперерез. Нужно было что-то срочно предпринимать. Старший группы сообщил по спутниковому телефону в Пакистан, что, скорее всего, они попали в поле зрения военно-морского флота. В ответ поступил приказ: убить капитана и высаживаться на берег. Что и было незамедлительно исполнено.

Тело капитана бросили в моторном отсеке. Боевики уселись в резиновую лодку и десантировались на городской пляж. Там, разбившись на группы, тяжелыми шагами, таща на себе груз оружия и взрывчатки, двинулись каждый по заранее определенному маршруту, который перед этим изучили досконально. Как у торпед, у них была одна задача – поразить цель, и не важно, что для этого самому нужно расколоться на мелкие осколки. Задача фугаса – нести смерть.

Эти двенадцать человек знали, что доживают последние часы. И были горды этим. И неестественно, жутко спокойны. Именно таким должно быть слепое орудие…

Игорь невольно вздрогнул, когда опять послышались затертые и обшкуренные наждаком эфира голоса. Переводчик стал переводить новый разговор.

– В вашем отеле три министра и один секретарь кабинета, – твердил издалека пакистанский инструктор. – Мы не знаем, в какой они комнате.

– Это хорошая новость, – отвечал старший терроргруппы.

– Найдите этих трех-четырех людей. Возьмите их. И затем во весь голос заявите, что мы хотим от этой страны.

– Молитесь, братья, чтобы мы нашли их.

– И еще сделайте вот что. Бросьте одну-две гранаты в военных моряков и полицейских, которые собрались снаружи. Они под окнами.

– К сожалению, я не могу определить, где они.

Полковник Вин криво улыбнулся:

– Ничего у них не выйдет. Военных там давно нет. И не было. Наши люди в укрытии, их не достать гранатами.

– Ну, хоть в чем-то террористы ошиблись. А то пока у них все шло безупречно, – съязвил Великанов и заработал недобрый взгляд заместителя руководителя штаба.

После высадки террористов на берег события развивались как в дешевом блокбастере. Боевики с «Лотоса Востока» и еще трое соратников, просочившихся в город самостоятельно, тупо пошли валить все, что движется. Все живое должно стать неживым – это незамысловатая мечта любой торпеды, хоть железной, хоть живой.

Пятеро проникли в самый фешенебельный отель города пятизвездочный «Гранд-Империал». Прошли туда незатейливо – через служебный ход, походя расстреляв скучающего дежурного сотрудника службы безопасности. Дальше их путь лежал через кухню в ресторан. Ступив на красный ковер, они сразу открыли беспорядочную стрельбу в стиле «на кого бог пошлет». Кровь хорошо впитывается в красное ковровое покрытие… Затем потребовали, чтобы владельцы американских и британских паспортов отошли в сторону, и повели их на верхние этажи, по пути расстреливая всех встречных. Когда добрались до верхних этажей, за ними уже было почти полсотни трупов.

Вторая группа захватила отель «Алмаз Суньямы». Там действовали так же незатейливо – врывались в номера и расстреливали постояльцев. Боеприпасов и гранат хватало с лихвой.

Еще двое террористов навестили еврейский общинный центр «Единство». Истребили всех, кто оказался на тот момент в здании – пятерых израильтян и подданную Нидерландов, – и забаррикадировались там.

Двое боевиков отдались азарту свободной охоты. Спокойно, ничего не опасаясь, они шли по городу и нажимали на курок, как терминаторы, не оборачиваясь на стук падающих тел. Расстреляли фешенебельное кафе. Бросили гранату и дали пару очередей по верующим, собравшимся на молитву у буддистского храма. Заглянули на железнодорожный вокзал, где в течение нескольких минут методично расстреливали многолюдный зал ожидания, и напоследок бросили в него несколько гранат. Изрешетили пятерых полицейских, прибывших на микроавтобусе на звуки выстрелов. И дальше передвигались по городу уже на трофейном полицейском автобусе, причем так и возили с собой на заднем сиденье двух истекающих кровью офицеров полиции.

Их маршрут легко было проследить по кровавому следу. Обстреляна больница. Расстреляна толпа возле кинотеатра. Пули косили без разбору – монахов, уличных торговцев рисовыми шариками, велорикш… Потом боевикам не повезло – на хвост села полицейская машина. Один террорист был прошит автоматной очередью, колеса микроавтобуса прострелены. Из врезавшегося в столб микроавтобуса оставшийся в живых шахид вышел с поднятыми руками. Когда к нему приблизились трое возбужденных, размахивающих оружием полицейских, шахид в лучших традициях американских вестернов выхватил пистолет и расстрелял их почти в упор. Среди погибших был руководитель антитеррористической службы страны, решивший лично принять участие в ликвидации террористов. Но тут боевику не повезло – он не ожидал, что на него набросится разъяренная толпа. Его повалили на землю. От самосуда его спасли подоспевшие патрульные. По дороге в госпиталь он был абсолютно спокоен и шептал что-то про волю Аллаха. Он стал единственным смертником, которого удалось взять живым.

Примерно так обстояли дела на сегодняшний день. Террористы закрепились в отелях, отгородившись щитом из заложников. Время от времени выдвигали совершенно безумные и невыполнимые требования, типа воцарения ислама во всем мире и освобождения всех томящихся под игом неверных мусульман. Иногда хотели и что-то более конкретного. Но Великанов был уверен, что все это не так и важно. Эти люди просто хотели уйти в райские кущи, прихватив с собой на тот свет как можно больше народу. Для самих себя они уже были мертвы.

Началось все для Игоря Великанова два месяца назад. Тогда он, бывший майор спецназа ВДВ, а позже «дикий гусь», свободный наемник, непревзойденный специалист по спецоперациям в любых широтах, получил задание от «Пирамиды» – прибыть в столицу Суньямы, среднего размера государства в Юго-Восточной Азии, раскинувшегося на полуострове Индостан. Там его ждал контракт с Вооруженными силами на должность зарубежного военного советника по вопросам формирования сил специальных операций.

Королевство Суньяма… Что это за страна такая – он представлял не слишком хорошо. Знал только, что она находится на берегу Индийского океана, там относительно развитая пищевая, сталелитейная и нефтеперерабатывающая промышленность, несколько достаточно приличных курортов и бесчисленное количество пагод, монастырей, буддистских святынь. Да, это вам не африканская Верхняя Джумба, где он был последние годы примерно в таком же качестве – консультанта Министерства обороны по спецоперациям. Увидеть там туриста можно было, только упившись до зеленых чертей и исключительно в собственном воображении. В общем, по сравнению с прошлым местом службы Суньяма представала истинным раем. То, что здесь водятся сепаратисты, отряды наркоторговцев и прочие злодеи, Великанова не смущало – в Азии все это элемент местной экзотики и на повседневную жизнь особо не влияет. Так что он надеялся вернуться к цивилизации, отдаться всей душой достаточно нудной и скрупулезной работе по формированию боевых подразделений. После стрессов последнего времени, когда ему пришлось сыграть не последнюю роль в свержении людоедского режима Вамбы Кагаме в южноафриканской Республике Маканга и разгроме подпольной бактериологической лаборатории, настала пора перевести дух и немножко успокоить нервы.

Десантные подразделения и часть быстрого реагирования Суньямы, которым предстояло стать основой спецназа, Великанов застал в плачевном состоянии. Конечно, с тем убожеством, что он увидел по приезде в Африку, не сравнить, но и до мировых стандартов далековато. И Великанов занялся привычным делом – отбором кандидатов, подготовкой учебной базы, вносил предложения по структуре и принципам работы подразделений. Все его инициативы восприняты были руководством Министерства обороны достаточно прохладно, и непонятно становилось вообще, зачем им советник, к мнению которого никто не собирается прислушиваться. Благодаря энергии Великанова, напору и врожденному дару убеждения дело постепенно начало сдвигаться с мертвой точки, но крайне медленно, со скрипом. Из Центра не было никаких вестей. В общем, он попал в какое-то сонное царство. И жаркое. Хотя и не Африка.

Что «Пирамиде» понадобилось в Королевстве Суньяма – Великанов не имел никакого понятия. Вообще он предпочитал не заморачиваться подобными вопросами. Москве виднее. «Пирамида» ничего не делает просто так. Учитывая ограниченные ресурсы, своих агентов она расставляет только в тех регионах, где разыгрываются ставки в геополитической игре. Значит, спокойной жизни здесь не будет. Однако он уже успел привыкнуть к сонной рутине. А то, к чему привыкаешь, начинает казаться незыблемым и вечным. Ну кто мог вообразить, что начнется такое!

Когда на головы правительства Суньямы обрушилась катастрофа в лице безумных шахидов, зарубежного специалиста до кучи привлекли в штаб по урегулированию кризиса. Может, чего-то посоветует дельного. Зря, что ль, его кормят! И там Игорь Великанов вскоре понял, каков он из себя, настоящий бардак.

Бардака в своей жизни он насмотрелся немало – и во время войны в Чечне, и в повседневных буднях Российской армии. Но на Руси бардак привычен и естественен, как восход солнца, и ведет он в конечном счете только к победам русского оружия. Конечно же, непревзойден в своем совершенстве бардак в Африке, но там первобытный строй. А чтобы достаточно развитое государство демонстрировало подобную беспомощность и дезорганизацию, чтобы полтора десятка вооруженных до зубов отморозков поставили на уши миллионный город, как в компьютерной игре расстреливая с равной эффективностью мирных граждан, религиозных деятелей, полицейских и военных… Это с трудом укладывалось в голове.

Никаких формализованных планов по реагированию на подобные эксцессы в Суньяме не было в помине. Накладки следовали за накладками. Единственная в стране контртеррористическая полицейская группа, специализирующаяся на освобождении заложников, располагалась на другом конце страны – а это два часа лета на самолете. Из-за бюрократических проволочек и нежелания брать на себя ответственность только через несколько часов на высшем уровне было принято решение о ее переброске. Но самолета военно-транспортной авиации не нашлось. Великанов на месте здешних силовиков просто реквизировал бы первый попавшийся гражданский лайнер, плюнув на все политические и финансовые последствия – обстоятельства были чрезвычайные. Но у руководства спецслужб даже не было полномочий для переговоров об использовании лайнера коммерческой авиакомпании. Наконец, спецназовцы дождались прибытия военного транспортника. К объектам, захваченным террористами, бойцы добирались на автобусах по запруженным улицам миллионного Тунчжая еще пять часов!

Все это время городская полиция Тунчжая и военные больше глазели на происходящее, чем предпринимали какие-то меры по нейтрализации противника.

Сотовую связь в городе не отключили, и при атаках на отели террористы спокойно поддерживали связь со своими инструкторами в Пакистане по телефону.

Поскольку полиция так и не смогла обеспечить оцепление районов проведения операции, праздношатающиеся вблизи объектов жители завалили эфир сообщениями и звонками с мобильных телефонов, подробно рассказывая об увиденном кому ни попадя, вплоть до указания позиций снайперов. Это позволяло боевикам быть в курсе происходящего, ибо они располагали техникой, непрерывно сканирующей эфир. А в Пакистане пособники террористов мониторили Интернет, оперативно сообщая новые данные оттуда. Пакистанские инструкторы стремились к тому, чтобы террористы захватили некоторых важных лиц в правительстве Суньямы в заложники, и вполне грамотно давали целеуказание. Не скупились и на другие ценные советы. В одном случае определили направление, куда надлежало швырять гранаты в собравшихся людей. В другой раз отдали конкретный приказ открыть огонь по левому крылу отеля «Гранд-Империал», где было много достойных целей.

Хорошо еще, силовики изыскали возможность организовать полноценные мероприятия по радиоперехвату, и сейчас в штабе операции имелась возможность слушать переговоры террористов с их хозяевами. От этих переговоров кровь стыла в жилах.

Недавно спецназ, наконец, занял позиции у отеля «Гранд-Империал», потом блокировал «Шератон» и еврейский центр. Но полной информацией не располагал никто. Сколько убитых? Сколько заложников? Точное расположение террористов? И, главное, что, черт возьми, делать?!

Тем временем в мире бушевала дипломатическая буря. Валом шли ноты, обращения, заявления, требования стран, чьи граждане попали в заложники, пустые и истеричные причитания ООН. Призывы освободить всех и сразу, чтобы ни один волос не упал с голов невинных граждан иностранных государств. Желательно, чтобы и террористы тоже не пострадали, поскольку виновными людей может признать только суд. И весь этот нестройный хор звучал под аккомпанемент периодически раздающихся выстрелов, уносящих жизни новых жертв.

– Сколько у вас заложников? – продолжались переговоры в эфире.

– Пятеро местных. Был один из Бельгии. Мы убили его. Его очень трудно было контролировать.

– Надеюсь, среди них нет мусульман?

– Нет, ни одного.

– Тогда убей их.

Выстрелы. Очередные заложники убиты.

Представитель правительства в штабе – сухощавая, строгая, вероятно, крайне стервозная, в строгом синем костюме дама опять выдала длинную тираду о необходимости срочно спасти невинных и покарать виновных, при этом не упустила возможности ткнуть силовиков лицом в грязь. После ее привычной агитационной пламенной речи взял слово представитель антитеррористического центра Главного управления полиции. Водя указкой по громадному телевизионному экрану, на котором застыло изображение отеля «Гранд-Империал», он пафосно заверял в успехе своего плана по освобождению заложников. План включал высадку с вертолета, штурм из помещений снизу – и много чего другого.

– Мы раздавим их одним хлопком, как мерзких кровососущих насекомых! – воскликнул офицер.

По мнению Великанова, после того что наворотили его коллеги, полицейскому следовало быть скромнее в высказываниях. Но говорить этого он не стал, а просто указал на несколько несуразностей в представленном плане и выразил озабоченность:

– Необходима дополнительная разведка. Нет точных данных о количестве и расположении заложников. У ваших бойцов даже нет поэтажного плана помещений.

– Пора действовать, – нахмурился представитель полицейского антитеррора. – Они справятся. Может, ваши африканские подопечные и могли заблудиться в двух комнатах, наших бойцов мы учим ориентироваться с ходу в любой ситуации.

– Плохая подготовка – будут жертвы, – предостерег Великанов, сдерживаясь, чтобы не обругать упертого болвана.

– Время, время, – воскликнула представитель правительства, за которой было последнее слово. – Мы не можем ждать. Это мировая политика. Мы должны продемонстрировать решимость бороться с любым врагом и защитить наших и иностранных подданных. Начинаем…

Как Великанов и ожидал, спецназовцам не удалось и дальше продемонстрировать высокие образцы профессионализма. Высадка на крышу захваченного «Гранд-Империала» прошла через пень-колоду. В распоряжении спецназа имелся один маленький вертолет, и пришлось делать три рейса, чтобы высадить всю группу. Фактор внезапности был утрачен. Воспользоваться первыми этажами отелей, где не было террористов, спецназовцы в полной мере не смогли. В результате началась осада помещений, пошли вялые перестрелки, которые непозволительно затягивались. Одним броском заложников освободить не удалось. И началось самое худшее – позиционная война, прикрытие заложниками.

Вот тут и выяснилось, что террористы превосходят спецназ в оборудовании и вооружении. Они были на голову выше по средствам связи, имели космические снимки местности. Спецназовцы же пялились, ломая глаза, в устаревшую оптику, не в силах различить, где шахид, а где заложник. Но больше всего взбесило Великанова, что с наступлением темноты боевые действия пришлось приостановить. У террористов наличествовали приборы ночного видения, а у спецназовцев они отсутствовали. Это было вообще за гранью понимания!

У русского специалиста чесались руки – хотелось самому идти в бой. Он знал, как все сделать. Но при своем статусе не имел ни на что права. Его выводило из себя собственное бессилие. Ему оставалось только выслушивать переговоры доблестных воинов Аллаха да сжимать кулаки.

Террористы, с минимальными потерями отбившиеся от первого натиска спецназа и получившие несколько часов передышки, опять переговаривались со своим командованием в Пакистане:

– Спецназ расставил снайперов. Утром они опять пойдут на штурм. Что делать?

– Брат, ты должен сражаться. Это вопрос престижа ислама. Сражайся так, чтобы твоя борьба стала блестящим примером. Будь сильным во имя Аллаха. Ты можешь почувствовать усталость или сонливость, но солдаты ислама должны оставить все позади, своих матерей, своих отцов, свой дом. Брат, ты должен сражаться во имя победы ислама. Будь сильным.

– Иншалла!..

Через двое с половиной суток после первого прозвучавшего выстрела все было закончено. Пейзаж после битвы был жутковатый. Искореженные машины. Кровь на улицах Тунчжая. Разгромленные фешенебельные отели. И мертвые тела.

На разминирование отелей саперы потратили еще несколько суток. Террористы оставили массу закладок. В числе прочего они минировали трупы, вставляя гранату с выдернутой чекой в рот убитого человека.

В общей сложности погибло более двухсот человек и почти полтысячи ранены. Такой акции террора страна еще не знала. Шахиды демонстративно куражились над местными властями и мировым сообществом.

– Разных видел отморозков, – сказал Великанов, выйдя по защищенной кодированной спутниковой линии на связь с куратором из «Пирамиды». – Но это нечто из ряда вон выходящее.

– Подробнее, пожалуйста, – потребовал куратор. – Можно с лирическими отступлениями. Нам необходима полная, пусть эмоциональная, картина с точки зрения очевидца.

– Я не поэт, но я скажу стихами, – усмехнулся Великанов. – Я насмотрелся всяких шахидов, но эти другие. В их действиях было что-то совершенно нечеловеческое, холодно-рациональное. Будто и не люди действовали, а компьютер.

– Внушает. Продолжай в том же духе…

– Складывалось впечатление, что они – лишь элементы программы, направленной на уничтожение людей. Для них смерти просто нет. Только цель – убей неверного.

– Прям Скайнет. Судный день…

С дотошностью вытянув из Игоря мельчайшие подробности, куратор изрек:

– Дело ясное.

– И что тебе ясно?

– Что дело темное… Жди указаний.

Указания последовали на следующий день. Великанову велели принять участие в расследовании инцидента – договоренность с соответствующими спецслужбами Суньямы достигнута, что само по себе было удивительно. К таким вопросам иностранных специалистов обычно не допускают. Но «Пирамида» не переставала удивлять бывшего майора-десантника своими возможностями.

– Нас больше всего интересует методика подготовки террористов, – сообщил куратор. – И зацепки – кто и как умудрился им так проштамповать мозги. Это очень важно. Очень…