- -
- 100%
- +
Гамбургер1, король Кулина́рии, был мрачнее тучи. С самого утра он не выходил из столовой – и всё жевал и жевал бесконечные бутерброды. Слуги точно знали: жди беды.
– Вон, вон! Все – вон! – замахал король на опасливо заглянувшего в дверь шута Барбариску. – И позвать ко мне принца. Немедленно!
Какая же во дворце поднялась суматоха! Принца искали на галереях, в кладовке и даже на чердаке. «Принца Оливье к королю! Принца Оливье к королю!» – вразнобой кричали придворные, шумно топоча по аллеям старинного парка.
«Принца… лю-лю-лю…» – донесло эхо до берега заросшей речушки.
Принц Оливье вздрогнул и уронил коробок, из которого подсыпал марганцовку в подозрительную серо-буро-малиновую смесь, размазанную по стенкам фарфоровой королевской супницы. Коварный порошок просыпался на его белые носки, всё ещё порядком сырые после утренней прогулки на пруд, в гости к лягушкам – и проявился неожиданным узором из тёмных крапинок.
– Эх! Опять попадёт! – поморщился принц. – Два шампуня стащил для опытов – ещё бы ладно. Но супница2, марганцовка3 эта, из аптечки, и порох из оружейного погреба – и всё без спросу. А теперь и новые носки испортил! Попробуй-ка тут пластилин изобрести, в таких невыносимых условиях!
Оливье вздохнул и стал торопливо рассовывать мешочки с порохом по карманам своего, хоть и расшитого золотом, но страшно перепачканного камзола4.
Юный принц был любопытен и любил «похимичить». Всякий раз, когда ему удавалось улизнуть от взрослых, он спешил в этот укромный уголок дворцового парка, чтобы заняться любимым делом – опытами. Оливье толок, растирал, смешивал и нагревал всё, что ему под руку попадалось, с интересом наблюдая, что же из всего этого выйдет.
Сейчас он пытался получить пластилин из смеси яичного шампуня, глины и ещё каких-то секретных, ему лишь одному ведомых добавок.
А похищенный порох был припасён для маленького вечернего фейерверка.
«…ринца Оли… лю…» – опять донеслось из глубин парка, и Оливье, с сожалением покинув свой тайник под старой ивой, обречённо зашагал ко дворцу.
Глава 2, в которой раскрывается тайна Кулинарной книги
– Она пропала, сынок! А с ней и корона, и королевство, и ресторанчик для туристов, который мы собирались открыть на развалинах замка нашего прапрадедушки, – горевал король Гамбургер, шумно размешивая какао в огромной королевской чашке с короной.
– Ну вот ещё, папа! Стоит ли переживать из-за какой-то там супницы? – неуверенно махнул рукой принц. – Да отмою я её! Потом возьму и отмою.
Оливье уныло водил носком туфли по изученным до последних завитушек узорам дворцового паркета, как всегда ожидая грозы на свою взъерошенную голову. Эх, не везёт, не везёт… Ну разве объяснишь папе-королю, что супница была нужна для опытов? Да и пороху он совсем чуть-чуть утащил, всего на крошечный салютик – бах-бах! Взрослые такие непонятливые…
– Супница? При чём здесь супница, сынок? – тяжело вздохнул король. – Пропало наше сокровище, наша Кулинарная Книга!
– Вот ещё сокровище, ха-ха! – каши-простокваши! Да мы и без книги вашей кулинарской с голоду не умрём.
Ура! Похоже, на этот раз гроза прошла стороной: надо же – папу волнует всего лишь потерянная книга! Взрослые такие смешные: вечно они беспокоятся о какой-то ерунде.
Но королю случившееся ерундой не казалось.
– В этой пропавшей книге, сынок, заключена волшебная сила, – грустно улыбнулся Гамбургер. – Думаю, пришло время раскрыть тебе Великую Королевскую Тайну! Так слушай же.
И король начал свой рассказ.
История Кулинарной Книги.
Давным-давно, когда у нашего королевства ещё и названия-то не было, правил здешними землями жестокий герцог Па́прика. Он вёл непрерывные войны с соседями и казнил своих подданных из-за любого пустяка. Чуть что – р-раз! – и голову долой.
Всем до чёртиков надоела такая жизнь, заговорщики даже хотели отравить герцога, да так и не собрались.
И вот однажды пролетала через эти края добрая фея Суфле́. Присела она отдохнуть у фонтанчика в дворцовом саду. Герцог заметил её – и тут же приказал: «Эй, стража! Немедленно казнить нахалку!»
Фея ужасно рассердилась! Она могла бы мигом превратить герцога в жабу или паука. Но, по доброте своей, делать этого не стала. «Ничего, герцог Паприка, – подумала она, – на каждого злодея найдётся верное средство, стоит только поискать…»
И придумала вот что.
Фея Суфле была редкой лакомкой. И готовить умела превосходно – не волшебной палочкой, а своими собственными фейскими ручками. И все кулинарные рецепты она старательно записывала, так что целая Кулинарная Книга накопилась.
Взяла фея из этой книги рецептик и быстренько спекла пирожок. С чем и из чего – никто толком не знает, но герцог Паприка как съел тот пирожок, так и призадумался.
– Надоело мне всё это, – устало вздохнул правитель, – на троне сидеть, головы рубить… Разве это жизнь?
И решил Паприка остаток дней провести в путешествиях. А перед отъездом обязательно, хотя бы разочек ещё, отведать такого же волшебного пирожка. Но придворные повара, как ни старались – угодить герцогу не могли: не было у их пирожков того особенного вкуса…
Понял герцог, что толку от слуг не добьёшься, и объявил Большое Кулинарное Состязание. Его указ гласил:
Мои подданные и чужестранцы!
Тот, кто испечёт пирог, достойный моей герцогской похвалы – сразу получит в награду трон и все владения. Сохранность головы всем добровольцам гарантируется.
Много смельчаков тут же поспешило ко двору герцога Паприки. Были среди них и благородные принцы, и отважные искатели приключений, и ловкие жулики, и знаменитые кулинары и пирожники – да и много прочего люду.
День и ночь не стихала на окрестных кухнях суета, день и ночь дымили печи, гремели сковороды и противни – день и ночь пеклись пироги, пирожки и пирожные.
Одни участники кухонного турнира5 вовсе не умели готовить, другие, напротив, творили настоящие кулинарные чудеса. Но герцог лишь морщился и презрительно пожимал плечами.
Придворные, слуги, дворцовые кошки, собаки и даже лошади с утра до вечера объедались пирогами, крендельками и булочками – и казалось, этому не будет конца.
Фея Суфле украдкой тоже следила за состязанием. Имелось у неё Волшебное Стёклышко: стоило лишь глянуть сквозь него на любого человека – и он был как на ладони, со всеми своими достоинствами и недостатками. А фея, разумеется, не могла допустить, чтобы трон достался кому попало: она искала человека надёжного. Но одни виделись ей в Волшебном Стёклышке слишком жадными, другие – чересчур заносчивыми, третьи – ленивыми и безответственными, четвёртые – попросту глупыми. Короче, у всех отыскивался какой-нибудь серьёзный изъян.
И вот когда фея уже отчаялась отыскать достойного человека, прибыл издалека молодой пастух по прозвищу Горбушка. Хотя он пас овец высоко-высоко в горах, указ герцога дошёл и до него: решил пастух тоже попытать счастья.
Фея и без Волшебного Стёклышка увидела сразу, что этот юноша словно светится добротой, что душа его чиста, а ума, воли и сил ему не занимать.
– Ты будешь новым правителем, Горбушка! – сообщила пастуху радостная волшебница.
– Хотелось бы, сударыня, – заметил рассудительный юноша, – но для этого я должен сперва победить в Кулинарном Состязании.
– Победить в нём не сможет никто, – призналась хитрая фея, – если только я не помогу. Всё дело в особенном рецепте – рецепте волшебного пирога моей бабушки, а он известен лишь мне. Пирог этот называется Пирогом Прозрения, и тот, кто откусит от него хоть кусочек, узнает своё истинное призвание.
– Как это – призвание? – мигом перебил короля неугомонный Оливье.
– Ну это… это когда человек точно знает, для чего он живёт на белом свете. И вместо того чтобы заниматься всякой ерундой, делает своё настоящее дело, – объяснил король Гамбургер, – то единственное, от которого радуется сердце.
– Например, путешествует?
– Бывает и так, – кивнул король. – Но слушай дальше, сынок.
«Я испеку такой пирог, чего бы это ни стоило!» – воскликнул решительный Горбушка, и они с феей взялись за дело. Всё шло, точно по волшебству: мука взлетала невесомыми облачками, белки́ взбивались в нежную снежную пену, тесто пыхтело под руками, как сонный кот, объевшийся сметаной. Наконец пирог зарумянился и испёкся в горячей печи – но то, что придавало ему волшебную силу, для всех так и осталось тайной.
И вот пирог подали правителю.
– Да-да, это он, именно он! – обрадовался герцог Паприка.
Он обнюхивал печёное сокровище и причмокивал, в предвкушении его чудесного вкуса.
– Ты победил, Горбушка! Раньше я ни за что не отдал бы свой трон и даже отрубил бы тебе голову, но теперь у меня другие интересы, – с этими словами герцог уселся в заранее приготовленную карету и отбыл в Бесконечное Путешествие, наслаждаясь в дороге вкусом несравненного пирога.
А новым правителем, конечно же, стал Горбушка. И довольная фея Суфле подарила ему на память свою чудесную Кулинарную Книгу.
Горбушка прекратил все беззакония в государстве, помирился с соседями – и правил так спокойно и мудро, что объединил под своей защитой множество земель и сделался в конце концов королём обширной страны Кулинарии.
С тех самых пор и проводятся в нашем королевстве Большие Кулинарные Состязания, а королями здесь становятся лишь их победители, – закончил Гамбургер свой долгий-долгий рассказ.
– Ну, не быть мне королём, это уж точно! – весело воскликнул принц Оливье. – Уж кто-кто, а я в этом кухонном состязании никогда и ни за что не победю!
Король Гамбургер лукаво прищурился:
– Ты думаешь, Оливье, все наши старые короли были искусными поварами? Вовсе нет. Но всем им помогала Кулинарная Книга, некогда дарованная феей Суфле. Каждый, в чьи руки попадала эта чудесная книга, вмиг делался Великим Кулинаром – и разумеется, мог победить в любом кулинарном состязании! Много лет волшебная книга тайно передавалась по наследству, от старого короля – к новому. Но теперь она похищена, похищена! Боюсь, коварный похититель собирается завладеть и самим королевским троном!
Расстроенный король огорчённо затряс головой и разом отхлебнул добрых полчашки напрочь остывшего какао.
– Не грустите, папа! Я знаю, кто нам поможет! – вскричал сообразительный принц – и так радостно хлопнул себя по бокам, что его набитые порохом карманы оглушительно затрещали. – Нам нужен мой добрый дядюшка! Дядя Маседуа́н!
Тут же, словно в ответ на его призыв, послышался грохот – и откуда-то сверху, едва не зацепив рукавом своего длинного одеяния пыльную дворцовую люстру, рухнул прямо в парадное золочёное кресло родной брат короля – волшебник Маседуан.
– Вот вы, дядюшка, как, – обрадовался принц Оливье, – вовремя появились!
Глава 3, в которой начинается Большое Кулинарное Странствие
В руке у волшебника была старая лейка, на голове – его любимая потрёпанная шляпа.
– Я как раз поливал цветочные клумбы в своём саду, когда услышал, как кто-то зовёт меня, – пояснил Маседуан, втискивая лейку между многочисленными тарелками с недоеденными бутербродами на длинном королевском столе.
Оливье всё ещё не мог опомниться: появления дядюшки каждый раз приводили его в восторг.
– Как это вы, дядя, умеете: там – и сразу же тут? Вы что, через крышу вошли?
– Мгновенные перемещения – это просто, – усмехнулся волшебник, ловко выбирая листья и птичьи перья из своей взъерошенной бороды, – это быстрее ветра! И гораздо проще, чем то, что ожидает тебя, мой любопытный племянник. Но мне кажется, что на этот раз именно твоё любопытство тебе и поможет…
– О чём это вы, дядя, толкуете, не понимаю? У нас тут, знаете, такие дела…
– Знаю, знаю! – прервал племянника Маседуан. – Мы, волшебники, всегда в курсе тех мелких неприятностей, которыми судьба щедро награждает род людской, чтобы заставить его ленивых представителей высунуть нос из тёплой норы и хоть иногда сделать что-нибудь полезное.
Оливье растерянно поморгал: дядя-волшебник любил изъясняться длинно, замысловато и порой не слишком понятно.
– Так-так… Выходит, вы, дядюшка, всё уже знаете? И знаете, кто стащил нашу Кулинарскую книгу? – подскочил от нетерпения принц. – Вы мне только скажите, а уж я ему задам каши-простокваши!
Оливье запрыгал на месте и угрожающе замахал кулаками – точь-в-точь взбесившаяся ветряная мельница.
– Для мыслящего человека драться – последнее дело, – с трудом сдерживая улыбку, пристыдил его дядя; затем волшебник обратился к своему брату-королю: – А кухонную книгу позаимствовала драгоценная сестрица Ботви́нья, недобрая, мягко говоря, волшебница. Просто-напросто она хочет посадить на королевский трон своего сыночка Кетчупа, нашего милейшего племянника. Ничего нового, братец, дело в королевских семьях обыкновенное.
– Кетчупа? – возмутился король Гамбургер. – На мой трон?!
– Как?! Кетчупа – и на трон?! – вторил отцу Оливье. – Хорош король, нечего сказать! Да он только и знает, что пузыри из жевачки надувать!
Выпалив это, принц мигом прикусил язык: он и сам любил тайком от взрослых надувать из жевательной резинки липкие пузыри. Но болвана Кетчупа на трон – это уж слишком.
– А как сестрица Ботвинья узнала о Кулинарной Книге? – король был озадачен. – Это же секрет, важная государственная тайна…
– Вообще-то мы, волшебники, даже недобрые, кое-что можем, – скромно улыбнулся Маседуан. – Для нас не существует никаких тайн.
– Кетчупа на трон! – всё не унимался рассерженный принц. – Да он же только и знает, что целый день сосиски с кетчупом жевать!
– Странный вкус, – вздохнул король, – вот уж вовсе не королевский. Но чего от бедняги хотеть, с таким-то именем? Ведь наша сестрица Ботвинья, прямо скажем, всегда готовила отвратительно.
– Зря вы так, зря: сосиски тоже бывают хороши! Особенно когда проколдуешь весь день, проголодаешься, как всамделишный людоед, – с этими словами волшебник выбрал на фарфоровом блюде самый аппетитный многоярусный бутерброд с зеленью, сыром, грибами и помидорками – и облизнулся, прикидывая, с какого конца лучше бы от него откусить. – Дорогие родственники, мой план таков: мы вместе изготовим новую волшебную книгу.
– Новую?! Но разве это возможно? – вскричали в один голос принц и король.
– Для нашего брата, волшебника, ничего невозможного нет, – с набитым ртом пробубнил дядюшка; он замолчал ненадолго, с удовольствием жуя и причмокивая, а потом продолжил: – Любой предмет можем мы наделить волшебной силой, будь то хоть чёртик на резиночке, хоть кухонный справочник. Так что дело теперь лишь за новой кулинарной книгой.
– И кто же её для нас напишет? – уныло поинтересовался Оливье.
Волшебник Маседуан загадочно улыбнулся и похлопал принца по плечу:
– А написать её должен именно ты, мой любознательный племянник. Таково главное условие.
– Я? Как это – я?! – взвился принц. – Да я во всей этой кухонной ерунде разбираюсь, как ёжик в геометрии!
Король Гамбургер же от удивления вовсе онемел.
Дядюшка стряхнул хлебные крошки с синего бархата своей широченной мантии6 и важно поднялся с кресла. Принцу показалось, что волшебник вдруг вырос на целую голову!
– Слушай, принц Оливье, – торжественно произнёс Маседуан, – в твоих чумазых руках находится судьба твоей страны! Ты и только ты – как указывают мне звёзды – должен, не медля, тем более что теперь каникулы, отправиться в Большое Кулинарное Странствие. Я дам тебе Волшебного Проводника, который укажет путь через леса и горы, приведёт к интересным людям и чудесным приключениям. И всюду будешь ты, принц, узнавать что-то новое и записывать всё – желательно без ошибок – вот в эту книгу.
Тут волшебник извлёк откуда-то из бесчисленных складок своего одеяния и вручил племяннику… самую обычную школьную тетрадку в слегка помятой обложке.
– Ну и книга, смех один! А этот где… ну ваш таинственный проводник7? Где же он? – неугомонному принцу уже не терпелось отправиться в путь, навстречу обещанным приключениям.
Волшебник улыбнулся, взял со стола лейку и вылил из неё немного воды прямо на узорчатый королевский паркет. Король Гамбургер хотел что-то возразить, но небольшая лужица вдруг засветилась, собралась, подпрыгнула – и повисла в воздухе сияющим хрустальным яйцом.
– Знакомьтесь: это – Волшебное Яйцо, – сообщил дядюшка Маседуан, очень довольный глуповатым видом своих изумлённых родственников. – Оно и будет твоим проводником, Оливье.
Что ж, пора было в путь. Принц вымыл руки, побросал в свой рюкзачок кое-что, по его мнению, крайне необходимое в дороге: спички, рогатку, круглое зеркальце от старого микроскопа, складной ножик, карандаш – и, конечно, новую книгу.
Потом попрощался с родными – и покинул родной дворец.
Глава 4, проходная
Волшебное Яйцо плыло по воздуху, покачиваясь и мягко сияя в изумрудной зелени леса. Принц Оливье неторопливо следовал за ним, насвистывая на ходу не слишком умело и сбивая палкой листья с придорожных кустов. Начинающий путешественник ровно в полдень покинул свой дом, и теперь, когда близился вечер, принцу казалось, что он уже целую вечность топает по этой дороге, ведущей от дворца в таинственную даль.
Остался позади старинный парк и зелёные склоны холмов, усыпанных заплатками огородов. Остался позади мостик через весёлую речку Па́току и пёстрые домики кулинарских деревушек – но Волшебное Яйцо не задерживалось нигде.
Лишь сейчас, войдя под своды тенистого леса, принц ощутил непривычную усталость. А ещё ему ужасно хотелось есть. Он еле плёлся, с завистью поглядывая на своего неутомимого проводника.
– Конечно, чего ему, яйцу, будет, да к тому же ещё и волшебному! – грустно размышлял юный путник, прислушиваясь к нарастающему бормотанию в своём пустом желудке. – Как бы мне лучше к нему обратиться? Эй, Яйцо? Нет, звучит как-то грубо. Хм… Любезное Яйцо? Или – уважаемое? Да, уважаемое, пожалуй, сойдёт…
Принц замедлил шаг и откашлялся.
– Хм… кхе-кхе… Послушайте, уважаемое Яйцо!
Волшебное Яйцо его не замечало, и Оливье остановился.
– Уважаемое Яйцо! Не согласитесь ли вы… сделать передышку, что ли?
Но Волшебное Яйцо знай себе двигалось вперед.
– Так нечестно! Я устал! – начал ныть принц. – Ноги гудят! И я есть хочу!
Но Волшебное Яйцо – ноль внимания.
Тогда и Оливье сердито замолчал.
Быстро темнело. Солнце мелькало уже не над головой, а сбоку, за стволами деревьев. Вскоре скрылось и оно. Если бы не тихое сияние безмолвного проводника, измученный принц давно плёлся бы наугад.
Внезапно Волшебное Яйцо скользнуло на землю, сверкнуло – и замерло. Оливье сонно огляделся. Он был внутри какого-то сарая, в который забрёл в полудрёме – да сам и не заметил, как.
В углу громоздился ворох сена. Принц рухнул на него – и мгновенно заснул.
Глава 5, в которой и куры ошибаются
«Цыпа-цыпа-цыпа! Цып-цып-цып!»
Голодному принцу снилось, что он – большая белая курица. И вот ему принесли целую миску вкуснейшей каши! Но только-то он расправил крылья и подлетел к ней, собираясь клевать – как сразу проснулся.
Утреннее солнце светило сквозь щели в старых досках. А вокруг Оливье суетились… самые настоящие куры. Они топтались и кудахтали, нетерпеливо поджидая свою кормилицу. «Цыпа-цыпа-цыпа! Цып-цып-цып!» – весело покрикивала она совсем рядом, за стенкой курятника.
Принц вскочил, удивлённо осматриваясь: «Где это я? Как я сюда попал? И куда подевалось Волшебное Яйцо?»
«Цып-цып-цып!» В дверном проёме показалась маленькая тётушка-колобок в белоснежном чепце с оборками и пышных ситцевых юбках.
– Э-э-э, да у нас тут, похоже, вылупился цыплёночек! – воскликнула она неожиданным басом, привычно засыпая в кормушку курам распаренное пшено. – Доброго утречка, сударь мой! Я – матушка Мела́нж.
Хозяйка курятника приветливо улыбнулась:
– А вас, дорогой гость, как звать-величать?
– Оливье. Просто Оливье, – скромно ответил принц. – Я… я… Я – путешественник.
Оливье вертел головой, немного озадаченный пропажей своего волшебного проводника.
– Хорошее это дело, путешествовать. Цыпа-цыпа-цып! Кыш-ш-ш! – весёлый басок хозяйки слышался то из одного угла курятника, то из другого: матушка Меланж собирала яйца в круглую корзиночку.
– Я вообще-то не один путешествую, – продолжил принц Оливье. – У меня тут ещё попутчик был. Он, знаете, немного странный… Скорее, и не попутчик даже, а вещь такая… волшебная, в общем, вещь.
– Вещь? Уж не эта ли? – пробасила хозяйка, сгоняя с Волшебного Яйца куру-наседку. – Глупая-глупая кура! Интересно, какого-такого цыплёнка собиралась она высидеть из хрустального яйца? Уж не саму ли Жар-Птицу?
Матушка Меланж рассмеялась громко и заразительно.
– Это оно, оно! Моё Волшебное Яйцо! – обрадовался принц, поспешно пряча в карман драгоценную находку.
– Вещь нашлась – вот и славно! Пойдёмте-ка, сударь, в мой домик. Я угощу вас завтраком, а вы мне расскажете, куда путь-дорогу держите в такой чудно́й компании.
Глава 6, в которой омлет Омлету счастье приносит
На плите потрескивала сковородка, масло на ней скворчало, передразнивая поющий на разные лады пустой желудок принца. Голодный странник ёрзал от нетерпения: ему казалось, что минуты тянутся особенно долго. Он уже поведал матушке Меланж и о пропаже Кулинарной Книги, и о коварной тётушке Ботвинье.
– Да-а, – басила хозяйка, звякая посудой, – ну и нахалка же эта Ботвинья! И сынка её, Кетчупа, обжору и поросёнка, мы тоже отлично знаем. Но сейчас, сударь мой, давайте забудем обо всех неприятностях. Милости прошу завтракать!
С этими словами матушка Меланж водрузила на стол большущую сковороду. Оливье даже присвистнул от восхищения: золотой омлет сиял, как солнце. В центре его украшало красное колёсико помидора, вокруг выстроились аппетитными рядами кубики ветчины, стручки молодой фасоли, кружочки колбасы, зелёные горошины. А на границах омлета, как сторожевые башни, красовались поджаристые гренки.
– «Принц Омлет»! – представила хозяйка и, заметив удивление гостя, добавила: – Это же король омлетов! Вы, сударь мой, разве не знаете его истории?! Так слушайте сейчас же!
И пока принц – урча, как довольный кот – уплетал огромный кусок вкуснейшего омлета, матушка Меланж рассказала вот что.
История принца Омлета
Жил в соседнем королевстве – знаете, в том, что начинается у ручья, сразу за старой мельницей – красавчик-принц. Его отец, тамошний король, больше всего на свете любил хорошо поесть. Даже при виде румяной мордашки своего новорожденного сына он весело воскликнул: «Какой вкусненький у меня сыночек! Вылитый омлет поджаристый!»
Так малыша и назвали.
Принц Омлет с малых лет страдал из-за своего имени. Дети дразнили его «гоголь-моголем», «мокрой курицей», «тухлым яйцом». И даже «желтком».
А известные хулиганы, Борщ и Свинина, чуть завидев принца, кричали: «Принц Омлет, в скорлупу одет!» – чем, конечно, доводили беднягу до слёз. Поэтому принц ненавидел все омлеты, яичницы, яйца – и даже кур. Он сторонился людей и рос один-одинёшенек. Когда же пришла ему пора жениться, принц заявил, что не женится ни за что на свете. «Не хватает, чтобы меня дразнила ещё и жена», – грустно добавил он.
Но король и королева настаивали, ведь королевству был нужен наследник. И тогда принц кое-что придумал.
«Пусть все девушки-невесты жарят для меня омлеты. Обещаю, что женюсь на той, чей омлет мне понравится», – заявил принц своим родителям, посмеиваясь украдкой, так как был уверен, что этого не случится никогда.
Тут же принцессы и баронессы, графини и герцогини поспешили к королевскому двору, надеясь выйти замуж за красавчика-принца. Но большинство из них вовсе не умело готовить и ни с чем отправилось восвояси. Лишь три заморские принцессы, Карамель, Ириска и Джемма, рискнули всё же попытать кухонного счастья.