Пространство любви

– Не это ли ты ищешь, сэви Годива? – спросил он, улыбаясь на все свои зубы и вертя в руке мохнатое полотенце. Ориан чувствовал, как им овладевает необузданное желание, стоило охватить жадным взором всё то, что прятала от него под своими одеждами землянка.

Таня зажмурилась. Это невозможно! Просто не может быть правдой! Ей захотелось взвыть от досады.

А как все хорошо начинало складываться!

Ей так повезло тогда заметить в коридоре не очень короткий предмет, похожий внешне на большую заклепку, и с заостренным концом. Она умышленно споткнулась только ради того, чтобы подобрать эту вещь, когда ее вели по коридорам и рассказывали, что поместят в стеклянную капсулу. Охранники недовольно забурчали, поднимая девушку на ноги. Впихнув ее в эту колбу, они закрыли помещение с обратной стороны двери и оставили одну.

Только она хотела использовать свою находку, как капсула стремительно полетела вверх. На секунду Таня ослепла от океана огней, но потом выпрямилась и скрестила руки на груди. За то короткое время, что она торчала вверху, сумела увидеть, сколько претендентов собралось, чтобы получить себе новую игрушку. Ее глаза враз заметили варда Ориана. Он стоял в одних широких брюках, нагрудная пластина доспеха сверкала в лучах множества прожекторов, равно как и пластина, защищающая плечо свободной руки. Под его кожей при каждом движении бугрились и перекатывались мышцы. Он олицетворял собой уверенность и мужественность. От созерцания мужчины ее оторвал голос, потребовавший, чтобы она разделась. Еще чего!

Публика внизу словно взбесилась, а после отказа подчиниться острая боль от пронзившего ее тело разряда тока заставила в очередной раз проклясть космос. Снова последовал приказ раздеться, и Таня спустила с себя комбинезон защитной окраски. Не успела она что-либо предпринять, как колба резко упала вниз. Когда над головой девушки закрылся люк, она натянула одежду и осмотрелась. Помещение по-прежнему было пустым.

Таня достала свой драгоценный предмет, обвела по стеклу круг и, прикрыв локтем глаза, со всех размаха ударила острием в самый центр. Стекло треснуло, раскрошилось и вывалилось наружу мелкими кусочками. Проделав ту же манипуляцию еще ниже, Татьяна проделала достаточное по ширине отверстие, чтобы выбраться из капсулы.

Оставалось дело за малым. Глянув в смотровое дверное окошко, заметила охранников. Хоть они и пялились на экраны, где в самом разгаре шли бои, просто так мимо них не прощемиться. Мельком осмотрела комнату, задрала голову вверх и сморщилась. Кажется, очень скоро вентиляционные шахты станут ей домом родным. С трудом открыла решетку, ведущую в узкое прямоугольное отверстие, и влезла внутрь. Продвигалась чисто на интуиции, замирала и снова ползла. Пока не поняла, что под ней какое-то притемненное техническое помещение. Прислушалась, осторожно, стараясь издавать меньше звуков, открыла решетчатую дверцу и выбралась из шахты. Дверь помещения оказалась не запертой, и девушка вышла в коридор, где мигали неисправные лампочки. На счастье, камер не наблюдалось.

Перевести дыхание у Тани получилось после взлома замка на входной двери. Ночной воздух остудил влажное лицо, впереди огнями сверкал городок. А там уже пришлось прятаться от камер за деревьями и кустами, углами зданий и различными сооружениями. Теперь нужно было слиться с местным населением.

После непродолжительных поисков девушка набрела на убогий магазинчик старинных маскарадных костюмов. Дикость какая! Кто ж сейчас костюмами пользуется?! Хозяин – зиларец с пивным брюшком – таращился в экран, где разгорался самый настоящий скандал, коего не случалось за всю историю Арены, что-то чавкал и одновременно очень эмоционально вскрикивал. Улучив момент, пока зиларец подскочил и снова упал на диван, Таня тенью пробралась в его склад. Сначала она искала простое устройство, состоявшее из двух тонких браслетов, которые стоило надеть, задать программу и получить желаемый облик. Однако не найдя ничего похожего, девушка мысленно прокляла хозяина и принялась перебирать коробки и ящики, набитые хламом и бесполезными костюмами зиларцев, хоширимцев и каких-то неведомых ей существ. Наконец, она нашла, что искала и состроила кислую гримасу. Придется втискивать себя в древнее маскарадное одеяние. Но в ее ситуации не привередничают. Напялив тугой латексный костюм, которой словно вторая кожа, обтянул ее тело, Таня влезла обратно в свой комбинезон, а сверху надела самое безобразное тряпье, чтобы выглядеть, как старуха. Нацепив на лицо уродливую маску, поставив контактные линзы оранжевого цвета, Таня заплела косу и спрятала ее под головной убор.

В таком виде она преспокойно сняла себе номер в гостинице и не выходила оттуда два дня; еду заказывала в комнату. За это время она узнала, что улететь с Зилара возможно только на кораблях, находящихся в стыковочных отсеках на промежуточных станциях.

С трудом преодолевая поток инопланетных существ, рванувшихся к своим кораблям, ей удалось добраться до суборбитальной станции, чтобы с горечью узнать, что на одном корабле мест нет, другой уже улетел, третий направляется к черту на рога, а четвертый находится на другой станции.

Скрепя от досады зубами, Таня была вынуждена вернуться на планету, чтобы сломя голову нестись через весь городок и попасть на нужную станцию. Но и там ей пришлось выбирать – или оставаться или наниматься разнорабочей на грузопассажирское судно, которое в данное время загружалось новой партией товара и оказалось судном… вардов. Ну, конечно, мрачно подумалось ей, разве могло оказаться иначе?! Выхода у нее не было, ибо, если судить по информационной строке в ангаре, их корабль уже остался последним из отбывающих. А если она останется, ее рано или поздно вычислят, снова запрут в какую-нибудь клетку и, несомненно, выставят в качестве, если не живого приза, так уж товара точно.

Упрямый начальник рабочих долго не хотел брать ее на борт, утверждая, что она стара для тяжелых работ. Таня готова была кинуться на него с кулаками от отчаяния. К тому же от линз у нее жутко чесались глаза. Возможно, эти покрасневшие и слезящиеся очи-горе сыграли ей на руку. Харв – так звали начальника – сжалился над ней, спросил всего лишь имя и сунул на подпись электронный контракт. Чтобы скрепить договор, Таня приложила палец к отметке, а после туда поместили и зашифрованное изображение сетчатки ее глаза. И вот теперь она – престарелая женщина по имени Годива из расы сэви – простая уборщица.

Но как здесь оказался он?! Откуда здесь Ориан? Прикрыв глаза всего на секунду, она призвала себя к спокойствию. Нет ничего удивительно в том, что вард находится на корабле вардов. Ведь должен же он был на чем-то прилететь?

Но выть от досады и несправедливости жизни все равно хотелось невероятно.

Хотела сбежать от наглого самодовольного Ориана? Сбежала. Кто ж знал, что прямо к нему и вернется?! Его голос в ее каюте поразил как гром среди ясного неба. В глазах варда плескалось таинственное синее пламя, ничего путного ей не сулящего.

Татьяна пискнула и инстинктивно нырнула обратно, закрывая створки.

– Да кто ты такой? И что тут делаешь? – завизжала она, не веря своим глазам.

– Ну, – протянул он, – я как-то – капитан этого судна.

– Этого не может быть! Какое космическое свинство! – послышалось приглушенное ругательство.

– Выходи, Татьяна. Дверь тебя не спасет.

– Ни за что! – воскликнула она. – Убирайся.

Ориан вздохнул и легко распахнул дверь. Девушка попятилась, прижимая руки к груди.

В то же мгновение Таня почувствовала, как что-то сильное и горячее обхватило ее талию и прижало к телу варда. У нее едва не отвисла челюсть – она находилась в объятиях длинного хвоста.

– У тебя есть хвост?! – удивленно выдохнула она, совершенно забыв, что находится под его горящим взглядом без всего.

– Думаю, это самое малое, что тебя должно волновать в эту минуту, – задумчиво сказал он, жадно скользнув по ней глазами. Он хотел ее. Хотел тело, хотел душу и хотел ее сердце. Хотел ее всю. – Теперь ты – мой приз.

– Размечтался! – она старалась сбросить с себя тугие кольца его хвоста, но подвижная конечность будто дразнила ее, то поддаваясь на секунду, то вновь надежно сжимаясь вокруг нее. Да что ж за невезуха-то такая?!

Таня раздраженно зашипела, понимая, что ее попытки только забавляли варда. А когда он пристально, словно сканировал, медленно оглядел ее с головы до ног, задержав горящий взор на груди и животе, она вызывающе расправила плечи и возмущенно рявкнула:

– Хватит уже пялиться! Я не твой и ничей вообще приз. Я – свободный человек, так что советую тебе отпустить меня, – она, конечно же, не имела понятия, что может противопоставить сильному и излучающему сексуальность варду, но опускать руки в планы тоже не входило.

– А я думал, что ты – сэви, – снисходительно улыбнулся он.

– Да пошел ты! – буркнула она и принялась брыкаться и извиваться еще активнее, чем минуту назад.

Ориан как-то устало вздохнул, положил руки ей на плечи и резко развернул к себе спиной; его вездесущий хвост уже оплел ее запястья и поднял руки девушки над головой. Отчаянные попытки Татьяны выдернуть из крепкой хватки запястья весели Ориана, при этом решимость бороться до конца, невзирая на безуспешность своих действий, вызывали в нем уважение. Вард приблизился, освободил ее шею, плечи и лопатки от облепивших их светлых волос. Слегка склонившись к ней, он повел носом от плеча до самого уха вдоль шеи Тани, и как только божественный, только им воспринимаемый аромат его Избранной коснулся обоняния, ноздри его затрепетали. Дальше сдерживать себя Ориан был не в силах и отправил свои руки в изучающее путешествие по ее телу. Обе его ладони слегка провели по линии позвоночника, замечая, как девушка напряглась и застыла, затем поднялись к локтям, потом опустились от локтей до ее груди, осторожно обхватили округлые холмики, а чувствительные подушечки пальцев, будто легкие бабочки, обвели вокруг сосков несколько кругов. Горячие искры рассыпались внутри Ориана – настолько приятно оказалось касаться кожи девушки.

– Что ты себе позволяешь?! – захлебнулась Таня яростным возмущением, дернув пяткой назад и мечтая куда-нибудь попасть, да не тут-то было.

– Я тебе изучаю, – жарко задышал ей в шею Ориан, сжав ладонями небольшие аккуратные и упругие холмики.

– Ты…нет… пожалуйста… не нужно, – дыхание Тани сбилось, голос охрип. Теплые чуткие пальцы варда, словно знали, как подчинить себе ее тело, а заодно и волю. Собственное тело, наполненное новыми будоражащими ощущениями, предало ее. Волна дрожи прокатилась от груди до кончиков пальцев на ногах, наполнив низ живота незнакомой приятной истомой. Сбитая с толку, она не знала, как вести себя дальше. Щеки и уши горели так, что грозили истлеть мгновенно.

– Какая волшебная реакция, – промурлыкал Ориан, удивляясь, как тело девушки отзывается на его прикосновения и как его собственное остро реагирует на нее. Соски ее груди затвердели и сморщились, дыхание землянки участилось. Ориан самодовольно улыбнулся – девушке без сомнения приятны его ласки.

Паника снова завладела Татьяной, стоило горячим ладоням варда переместиться ниже. Она дернулась и втянула живот, но широкая ладонь мужчины, следуя за каждым движением ее тела, вжалась в него, захватив пальцами зону вокруг пупка. Ей не должно быть приятно, убеждала она себя. Но все в ней вопило от желания никогда не терять тепло волшебных ладоней варда. Закусив губу, она уже готова была признать свое горькое поражение. Но вновь собралась и мысленно отхлестала себя по щекам, чтобы прийти в чувство.

– Нет, не смей! Я не твоя собственность! – сиплый, чужой голос и очередная неуверенная попытка сопротивляться, заставила Таню зажмуриться. Может этот вард обладает гипнозом? Иначе куда делась ее воля?

– Если бы ты знала, как ошибаешься, – сладко и коварно прошептал он ей в ухо. – Ты – моя на все то время, что длится полет к точке твоего назначения. Ты передала мне право собственности на себя, когда подписала контракт. Это, м-мм… неожиданная и весьма приятная компенсация за сорванные бои, милая.

Самоуверенные нотки в его голосе вновь пробудили в девушке бунт.

– Но я не помню, чтобы в контракте были оговорены домогательства капитана, – заворчала она, голосом полным яда.

Он откровенно и широко улыбнулся. А у нее есть коготки. Ориан с трудом сдерживал растущее с каждой минутой желание; искушение овладеть землянкой стало настолько непреодолимым, что стало сухо во рту, а низ живота налился болезненной пульсирующей тяжестью. Ни одной даже самой опытной женщине не удавалось завести вот так, с полуоборота. Или же связь Избранных пар действует таким образом? Ориан не знал этого, зато понимал – он находится в шаге от пропасти. И готов был подчиниться своей звериной части натуры, оказавшейся такой ревнивой и эгоистичной. Однако нечто, такое трепетное и острожное, шевельнувшееся в его сердце, сказало, что силой он только оттолкнет от себя Татьяну.

Таня закусила губу, когда одна его ладонь огладила ее ягодицы, а другая плавно устремились к лобку. Прямо к самому сокровенному местечку, где сейчас сосредоточилось напряжение со сладкой истомой, прогнать которое оказалось невозможно. Мотнув головой, девушка сжала бедра что было силы, преграждая путь его ладоням.

– Так не пойдет, – шепнул он ей и легонько поцеловал чувствительную зону на шее.

Девушка охнула, когда сильная ладонь метнулась к внутренней поверхности ее бедра сзади, решительно проникла между ее ног, вынуждая развести их шире. Осторожные мужские пальцы толкнулись внутрь ее лона.

– Нет! – выдохнула Таня и натянулась, словно струна.

Таня вздрогнула, будто ожидала боли и замерла. Ориан, почувствовав ее испуг, переместил пальцы к комочку нервов и стал нежно растирать его. Чувственная ласка сделала свое дело, по коже девушки пробежала мелкая дрожь, живот напрягся, а на шее вздулась венка. Ориану нравилось тело землянки. Оно было податливым и отзывчивым, когда он касался самых потаенных мест, целовал ее кожу, гладил грудь. Реакция на его прикосновения оказалась именно такой, какой он и предполагал.

Таня судорожно втянула воздух и густо покраснела, ощутив, пульсацию между ног и как влага оросила пальцы варда. Она была растеряна и не совсем понимала, что с ней происходит. Места, которых касался Ориан, превратились в расплавленную лаву, посылая по всей крови возбуждающие импульсы. Ей казалось, будто теперь вард знает каждую чувствительную точку на ее теле. И в то же время его прикосновения были изучающими, нежными и осторожными. Сопротивляться не было сил, да и не хотелось. Хотелось чего чего-то другого, такого, которое сумело бы прекратить эту сладкую пытку.

Ориан коснулся губами мочки ее уха:

– Чутье меня не подвело, Таня. Ты еще никогда не было с мужчиной. Правда?

Ответ сорвался прежде, чем она успела что-либо сообразить и, непроизвольно выдохнув, зажмурилась:

– Да.

Удовлетворенное и тихое рычание завибрировало у щеки, распаленное дыхание обжигало. «Значит, только моя!» – ликующе пронеслось в мыслях Ориана.

Ладони варда неожиданно отлепились от запретных зон внизу ее живота, позволяя сжать ноги. Таня облегченно перевела дыхание, но руки ее по-прежнему были в плену его хвоста. Подняв голову вверх, она попыталась освободить запястья, и боковым зрением заметила улыбку варда. Слова протеста готовы были слететь с губ, но застряли комом в горле. Ориан медленно обошел вокруг нее, ладонь его следовала за ним, скользя по телу девушки.

– Послушай, может быть хватит,.. – начала было она, и, встретившись взглядом с ним, сглотнула. Он что-то задумал. Оставалось молиться, чтобы это оказалось не то, чего она боялась и не то, к чему только что этот самовлюбленный вард вызвал ее интерес. Проклятие!

Ориан пристально всмотрелся в пылающее лицо девушки, а потом опустил глаза на ее грудь. Она немного отличалась от строения груди их женщин: у женщин-вардов грудь не имела около соска ореола. Грудь же землянки вызывала у Ориана какой-то внутренний восторг. Не удержавшись, он нежно опустил ладони на холмики груди Тани. Голова его опустилась, губы медленно втянули в горячий рот одну из бусин, а кончик языка принялся водить по ней, пока та снова не сморщилась. Потрясающе!

– Ориан, прошу, не нужно, – хрипло взмолилась девушка, снова утопая в его невероятной ласке, сражаясь с одним единственным диким желанием выгнуться навстречу его губкам. Боже, что с ней творится?!

Совсем неожиданно он внял ее просьбе, и исследование завершилось. Руки ее обрели свободу, через секунду в них оказалось полотенце. Татьяна дрожащими руками обернула его вокруг себя и только титаническим усилием воли не упала на колени. Ей почудилось, что еще мгновение, и она позволит варду делать с ней все, что ему захочется. А главное, что захочется ей. Вспомнив, какие бесстыдные мысли посетили ее бедную головушку, она приложила ладонь к своей щеке, поражаясь самой себе.

Подняв глаза, она посмотрела на Ориана. Тот, казалось, потерял к ней всякий интерес и стоял, спрятав руки на широкой груди. Он выглядел глубоко погруженным в свои мысли. Таня изумленно открыла рот, не обнаружив и следа хвоста.

– Что ты хочешь, чтобы остаться со мной? – спросил Ориан.

– То есть? – Таня насторожилась. Ей определенно не нравилось выражение его лица и резкая смена настроения.

– Деньги, драгоценные камни, кредиты, планету, назови свою цену, чтобы стать моей, – прямо предложил Ориан. – Навсегда.

– Ты…серьезно?! – девушка едва не поперхнулась. Уж не ослышалась ли она? Он предлагает купить ее, как…проститутку? Брови Тани грозно сошлись на переносице.

Забыв себя, она коршуном подлетела к нему и замахнулась. Звук звонкой пощечины раздался в ее каюте.

– Убирайся! – вне себя прошипела она.

Ориан сначала было вспыхнул гневом, перехватил ее руку, а другой рассеяно потирал горящую щеку.

– За что? – искренне изобразив недопонимание, спросил он. Сузив глаза до щелок, он выжидал.

– За что?! И он еще спрашивает? – взвилась Таня. – Ты пытаешься купить меня? Я – не из тех продажных девок, с которыми ты привык иметь дело, понял? И твоей содержанкой быть не желаю!

– Это всего лишь выгодное соглашение.

– Выгодное для кого? – резко спросила она и вырвала свою руку.

Таня отошла на безопасное расстояние и внимательно следила за ним.

Брови Ориана изумленно выгнулись вверх. Видимо, все они не конца знали сущность землян и чего-то точно не понимали. Странно. Ведь их пытались убедить в том, будто землянки – податливые и неразборчивые, их легко купить. М-да, вероятно не всех. Татьяна вот его оскорбилась по-настоящему. Что ж, проверка пройдена.

– Знаешь, девочка, если бы ты не сбежала, то стала бы бесправной рабыней. Моей рабыней, – добавил он, приподняв уголок рта. Он хотел узнать, можно ли продавить ее волю. Боевая Татьяна возбуждала, интриговала и вызывала интерес, обостряя его инстинкты.

Она не обратила внимания на его последнюю фразу и огрызнулась:

– Раз на то пошло, то ты ни разу не выиграл меня!

– А ты хочешь, чтобы я за тебя дрался? – сверкнул он обезоруживающей белозубой и…клыкастой улыбкой, сделав шаг в сторону Тани.

Девушка потерла глаза и дернулась. Еще и клыки?!

– Да! – буркнула она. – Хотелось бы видеть, как тебе изрядно помнут бока.

– Ты, оказывается, кровожадная, – довольно хмыкнул он. – А почему ты решила, что я проиграю?

– Отвали! Вот выиграешь, тогда и поговорим.

– Ну-ну, – кивнул он головой и направился к двери.

А потом резко обхватил Таню за талию, крепко прижал к своему горячему телу. Его глаза минуту блуждали по ее лицу. И никому не известно, чего ей стоило выдержать откровенный и многообещающий взгляд Ориана. Она рванулась назад, однако широкая ладонь варда обхватила ее затылок и слегка запрокинула ей голову. Всего лишь через мгновение его губы захватили в сладкий плен губы девушки, жадно сминая их, прикусывая, заставляя рвано стонать от острого удовольствия, волной накрывшего ее разум и тело. Ориан отстранился, и ошеломленная Таня сумела едва слышно выдохнуть.

Спустя секунду Татьяна осталась в каюте одна. Активировав блокирующее устройство замка, она привалилась спиной к двери и сползла на пол. Этот неотразимый вард оставил ее наедине со смущенными чувствами и смятенными мыслями. Дрожащей и изнывающей от желания, будто его руки все еще касались ее кожи, вызывая новые волнующие ощущения.