Джамбул

Всего лишь надо жизнь прожить, чтоб знать наверняка,

Кто другом верным был тебе, а в ком ты не узнал врага…

Пролог

«– Джамбу-у-у-л!!! Беги!!!

Егор останавливается и оборачивается, пытаясь разглядеть хоть что-нибудь в непроглядном дыму.

– Артем! Ты где?! – кричит он в ответ, вглядываясь в душный, наполненный огнем и пеплом сумрак.

Сквозь грохот взрывов и автоматных очередей невозможно понять, откуда кричат. Он срывается и бежит туда, в самое пекло, чтобы помочь командиру.

– Уход-и-и-и!!! – снова раздается голос Артема где-то совсем близко.

И тут прямо рядом с Джамбулом разрывается снаряд…»

Егор вскочил и сел на кровати, потер рукой лицо, пытаясь прийти в себя. Сколько еще это будет продолжаться? Столько лет прошло! Ведь он не мог спасти его. Ведь не мог? Ему был всего двадцать один год. Едва окончил военное училище – и сразу в атаку. Нет, он не боялся, просто опыта было мало, вернее не было совсем. Только что теперь корить себя? Друга не вернешь…

Он глянул на ходики, висящие на стене. Полшестого. Ну почему ему не спится? На работу только к девяти, но он все время просыпается в такую рань. Что поделать, армейская привычка, да и в зоне поднимали ни свет ни заря.

Егор встал и заходил по комнате, шлепая босыми ступнями по прохладному деревянному полу. Стоп! Он вдруг остановился. А откуда грохот? Только сейчас он понял, что грохот был не во сне, а наяву, от которого он и проснулся.

Осторожно отогнув край занавески, выглянул во двор. Тишина, в предрассветных сумерках ничего не видно, лишь над лесом светлеет горизонт, задавая ранний июньский рассвет. Тихо ступая, Егор вышел на крыльцо и так же беззвучно спустился по ступеням.

Обошел небольшой двор, заглянул в сарай. Кажется, все в порядке. Обернулся и кинул взгляд в сторону колодца, тут же заметив, что дверца его открыта, а рядом валяется ведро. Так, источник «взрыва» найден. Кто-то хотел попить воды? Но, уронив ведро, испугался грохота и убежал?

Егор подошел ближе и огляделся. Пожал плечами – никого. Он поднял ведро, закрыл дверцу и повернул щеколду. Тут-то и увидел, что прямо за колодцем кто-то лежит. Были видны только ноги, вернее две маленькие ступни в туфлях.

Если бы он был девчонкой, то точно отпрыгнул бы от испуга и закричал, но у него лишь подпрыгнуло сердце. Слегка. Он ничего не боялся, даже женщин! Хотя женщин, пожалуй, побаивался. Странные они, непонятные, и все как одна боятся его. А он их. Вот такая незадача. Не к месту вспомнилась бывшая жена, пожалуй, она единственная не боялась. Как только его посадили, она тут же подала на развод и выписала из квартиры. Без страха и смущения. А ведь прожили они вместе два года, и любовь была. Кажется…

Он выкинул неуместные мысли из головы и наконец решился подойти ближе.

Перед ним лежала женщина в красивом, но ужасно грязном платье, колготки разодраны, на коленках ссадины, лицо закрыто темными спутанными волосами…

– Эй, – тихо позвал Егор и невежливо ткнул босой ногой в туфлю.

Женщина лежала неподвижно. Нет, нет, нет! Только не это! Что-то похожее уже было и закончилось очень плохо! Шестью годами за непреднамеренное убийство…

– Э-эй, – снова позвал он и склонился ниже. – Вы слышите меня?

Наконец она тихо застонала и повернула голову, прядь волос упала, открыв лицо. Глаза незнакомки были закрыты, от виска тонкой струйкой стекала кровь…

Только этого не хватало! Джамбул выпрямился и замер, прислушиваясь. Предрассветную тишину нарушали лишь редкие крики птиц…

Глава 1

Противно лязгнул ключ в замке, и тут же с жутким скрежетом открылась дверь камеры.

– Джамбаев, с вещами на выход.

С одной из кроватей не спеша поднялся здоровый, широкоплечий мужик, молча накинул тюремную куртку, вытащил из-под нар видавшую виды спортивную сумку и, махнув рукой сокамерникам, вышел следом за конвоем.

– Заключенный Джамбаев Егор Айдарович, статья 109…

– Да брось, Джамбул, – перебил начальник колонии Сиротин Геннадий Павлович и протянул руку. – Здорóво, присаживайся.

– Здорóво, Палыч, – ответил тот на рукопожатие и улыбнулся, – никак приказ пришел на меня?

– Да, – вздохнул Сиротин, – как ни жаль расставаться с тобой, а ничего не поделаешь.

Егор хмыкнул и глянул в зарешеченное окно.

– Неужели всё? Свобода.

– Слушай, а может, останешься? А? Да не бойся, ничего строить больше не будем, – успокоил Палыч, перехватив хмурый взгляд бывшего заключенного, – найму тебя дом мой охранять, а? Секьюрити будешь, – засмеялся начальник.

– Не, Палыч, прости, не могу остаться, – скупо улыбнулся Егор.

– Что, все-таки поедешь правду искать? Все надеешься, что оправдают? Так уж шесть лет отсидел, все до единого денечка. Как говорится, от звонка до звонка. Или в армию вернуться хочешь?

– Не знаю пока, – насупился Джамбул. – Но, конечно, хотелось бы узнать, кто меня подставил и зачем.

– Вот надо оно тебе? Живи дальше, наслаждайся свободой, тебе ж всего тридцать восемь.

Егор усмехнулся.

– Да. Всего…

– И в армию, может, тоже не стоит? А? Я вот ушел сюда и нисколько не жалею.

Джамбул хмыкнул. Хороший мужик майор Сиротин, когда-то они были однополчанами. И вот как жизнь повернулась: он – зэк, а майор – начальник колонии.

– В армию-то уже поздно, да и не возьмут, сам знаешь… Да ты не переживай за меня, устроюсь. Но для начала друга разыщу.

– Так и не пишет?

– Нет, боюсь, не случилось ли чего? Надо выяснить. Да и, честно говоря, больше мне ехать некуда. В воинской части остались знакомые, но не настолько близкие, чтобы заявиться к ним прямо с зоны.

– А на родину? В Казахстан?

– А, – отмахнулся Егор и нахмурился, – кто меня там ждет? Родителей нет в живых, отца давно схоронил, а мать… Не дождалась… Даже попрощаться не смог… А братьев, сестер нет…

– Да знаю я, все о тебе знаю, Егор, – ободряюще похлопал по плечу Палыч. – Значит, в Питер?

– Ага.

– Кстати, Рома Старков звонил, интересовался, скоро ли выйдешь.

Егор вскинул глаза:

– Давно?

– Так с неделю назад.

– А ты что сказал?

– Сказал как есть – приказ пока не пришел.

– Хорошо. Внезапность не помешает. А где он сейчас работает, не знаешь?

Сиротин пожал плечами.

– Пару лет назад, кажется, в органах работал, но недолго, ушел, а куда, не знаю…

– Ладно, найду. Пожалуй, с него и начну.

– Думаешь, замешан в твоем деле?

– Нет, конечно, но наверняка что-то знает. Мы же вместе были, когда… когда все случилось. Если бы не его показания, мне бы лет пятнадцать припаяли. Надеюсь, подскажет, с чего начать.

– Думаешь?

– Уверен. Мы с ним воевали вместе, потом в одной части служили под Питером. Друзья-однополчане, одним словом. Как, впрочем, и с тобой. – Джамбул с теплотой взглянул на Сиротина, помог он ему здесь здорово.

– Ну ладно, – Сиротин поднялся, – ты, если что понадобится, не стесняйся, обращайся. И помни, здесь тебе всегда рады. – Палыч весело засмеялся, обнял Егора и похлопал по плечу.

Тот шутку не воспринял, глянул сурово из-под кустистых бровей:

– Ты не обижайся, Палыч, думаю, больше не увидимся.

– А и ладно, иди с Богом, – разрешил Сиротин и, опомнившись, протянул конверт. – Да, вот, документы не забудь, и деньги тут, немного, но пригодятся.

– Да зачем? – запротестовал Егор.

– Слушать ничего не желаю! – категорично заявил Палыч и зычно крикнул в сторону двери: – Стрельцов!

Тут же в дверь заглянул конвойный.

– Отвезешь на станцию – и быстро назад, – коротко приказал начальник.

Егор еще раз пожал Сиротину руку, обнял на прощание и последовал за конвойным.

Глава 2

– Сдаем белье, кто еще не сдал?! Побыстрее! Поезд прибывает на конечную станцию! Через пять минут Санкт-Петербург! – бегала по вагону суетливая проводница.

Поезд замедлил ход и наконец остановился.

Егор спрыгнул с подножки и, поставив дорожную сумку на перрон, запрокинул голову. Вдохнул полной грудью утренний и прохладный майский воздух. Вот она, свобода!

В который раз он вот так смотрит в небо и улыбается как идиот? В двадцатый. Нет, в тридцатый. С тех пор, как вышел из ворот колонии, не может нарадоваться бескрайнему небу и простору. И улыбается, как малолетний пацан на первой прогулке после ветрянки. Детский сад, честное слово.

– Ну чего встал, бугай?! – сердито гаркнула позади тучная тетка с кучей клетчатых сумок. – Людя́м пройти нельзя! Время-то не казенное!

– Это точно, – буркнул Егор и посторонился, отставив в сторону свою полупустую сумку.

– Все в город прутся! – не могла угомониться тетка. – Тут прожить не знаешь как! Каждый день на рынке с утра до ночи, а они тут туристами налегке разъезжают! Понаехали тут!

Проходя мимо огромного запыленного окна, Егор глянул в отражение, критично осмотрев свою почти двухметровую фигуру. А что? Может, и сойдет за туриста?

На деньги, что дал Сиротин, он еще там, в Белозерске, купил нормальную, человеческую одежду: джинсы, рубашку, куртку. Потом зашел в парикмахерскую, подстригся, но с бородой расстаться не решился. Казалось, борода защищает. От глаз чужих, а может, от самого себя. Да. Так лучше. Сам себя не узнаёт, и вид грозный, как раз то, что нужно.

Не любил он людей и не доверял с некоторых пор…

У выхода из вокзала Егор поймал первое попавшееся такси и назвал адрес. Он помнил его наизусть, и немудрено, за шесть лет выучил надпись на конверте: «Санкт-Петербург, улица Есенина, дом 19, корпус 2, квартира 23, Микоян М. В.».

Он стоял, задрав голову, но на этот раз смотрел не в небо, а на высотный дом, пытаясь угадать, за каким из этих окон живет его верный, старый друг. Интересно, Мишка его узнает? Ведь шесть лет не виделись. Узнает, чертяка, улыбнулся Егор, куда ж он денется? Лишь бы был дома.

Он нашел нужный подъезд, но войти не смог, дверь была под кодовым замком. Пришлось подождать минут пять, пока кто-нибудь из жильцов выйдет или войдет. Наконец раздался писк домофона, и из дверей вышел мальчик лет десяти.

– Эй, парень, двадцать третья квартира в этом подъезде? – спросил Егор, придержав дверь, чтобы та не закрылась.

– Здесь, – ответил пацан, с подозрением посмотрев на дядю-великана.

– Спасибо, – подмигнул тот и вошел в подъезд.

Минут десять прошло, прежде чем Егор отчаялся. Дверь двадцать третьей квартиры никто не открывал. Он звонил, стучал и даже кричал через дверь: «Миха! Мишка, ты дома?»

И когда совсем отчаялся и собрался уходить, вдруг приоткрылась дверь напротив, и раздался звонкий мальчишеский голос:

– Дяденька, а вам кого?

Джамбул обернулся, пытаясь понять, откуда раздается речь.

– Вы к Мишке, что ли?

Егор перевел взгляд вниз и наконец увидел источник звука – из дверей, высунув веснушчатый нос, смотрела рыжеволосая девчонка, на вид лет восемнадцати, невысокая, щуплая и по-мальчишески нескладная.

– А ты кто? – грубовато спросил любопытную соседку Егор.

– Так Женька я, соседка Мишкина. То есть Евгения Степная.

– Степная? – поднял брови Егор.

– Ну, фамилия моя Степная. А что? – Девчонка задрала курносый нос и грубовато спросила: – А вы-то кто?

Она недобро смотрела на здорового дядьку с черной бородой и колючим взглядом. Ходят тут всякие!

Егор даже растерялся от такого напора.

– А я Джамбул.

– Джамбул??? – Девчонка отпустила дверь и попятилась, дверь со скрипом открылась и ударилась в стену. – Так вы тот самый Джамбул?

– Что значит «тот самый»? – свел брови Егор.

– Так Майкл про вас все говорил! Какие вы друзья с ним по жизни, рассказывал. Тыщу раз, наверное, слышала рассказ, как вы с ним в горы за мандаринами ходили, а потом всей ротой в очередь стояли… Ну, неважно, – смутилась Женька и неожиданно заплакала. – Джамбул, а вы мне поможете?

Тот с непониманием посмотрел на веснушчатое лицо и быстро-быстро моргающие васильковые глаза.

– Что сделать-то? Табуретку починить? – усмехнулся Егор.

– Если бы! Стала бы я из-за табуретки слезы лить, – Женька шмыгнула носом, – тут дело посерьезнее будет.

– Да неужели? – рассмеялся Егор, редко кому удавалось так его рассмешить.

Женька на секунду прекратила лить слезы и выдала:

– Мишка пропал.

– Как пропал? – насторожился Егор. – Так вот почему от него давно писем не было. И как давно он пропал?

– Два месяца ни слуху ни духу. – Женька скривилась и снова заревела. – Я не знаю, что мне де-ела-ать.

– Да успокойся ты, расскажи толком.

– Заходите, – с готовностью пригласила Женька, мгновенно перестав рыдать, схватила дядьку за рукав и втащила в квартиру.

Кое-как развернувшись в тесной прихожке, Егор разулся и скинул куртку.

– Проходите, не бойтесь, – успокоила девчонка, – родичи на все лето на дачу съехали. А я тут одна хозяйничаю.

– Да я вроде не боюсь, – пожал широкими плечами Егор и несмело шагнул в комнату.

Оглядев небольшое пространство, заставленное техникой: компьютерами, ноутбуками, прочими железяками, и вдобавок увешанное проводами, он вдруг догадался:

– Так ты тоже хакер? Как и Мишка?

– Да, – обернулась Женька, поспешно убирая с единственного кресла разные компьютерные железки, – то есть, нет, конечно. Я честный программист, – заверила она. – Мы с Майклом в одной конторе работали. Это я его устроила. У него как армейский контракт закончился пять лет назад, так я его и пристроила, – Женя села на диван и грустно вздохнула, – устроила на свою голову.

Он посмотрел на нее оценивающе.

– На работу? А лет-то тебе сколько?

– Двадцать пять, – шмыгнув носом, с гордостью сообщила девица. – Вообще-то мы с Мишкой… В общем, любовь у нас… намечалась. – Она снова скуксилась, собираясь пустить слезу.

А он усмехнулся: во Миха дает! Хотя он младше Егора на шесть лет, кажется. То есть ему сейчас… Егор посмотрел в потолок, вспоминая математику. Тридцать два.

Тогда ничего, наконец согласился он с выбором друга и только сказал:

– Ясно… А почему ты говоришь «устроила на свою голову»? Думаешь, его исчезновение как-то связано с работой?

– Думаю, да… Ой, вы присаживайтесь, – опомнилась Евгения, показав на хлипкое старенькое кресло.

Джамбул подошел, потрогал кресло: выдержит ли его комплекцию? И, успокоившись, сел.

– Ну так что там с работой?

– Так это… Я даже не знаю, можно ли вам говорить.

– Говори уже! Если, конечно, хочешь, чтобы я помог.

– Так тут такое дело… Выполнял он кое-какие задания для начальства. Я иногда ему помогала. Но он использовал меня вслепую, – поспешно заверила она. – Только я ведь не дура глупая, – глубокомысленно изрекла Евгения, сделав серьезное лицо. – Короче, не очень там все было законно.

– Понятно, – пробубнил Егор, задумавшись.

На самом деле ему ничего не было понятно.

Вдруг Женька подскочила и, встав на цыпочки, посеменила к дверям.

Егор поднялся и вслед за ней тихо вышел в прихожую.

Девчонка стояла и смотрела в глазок, при этом вытянув назад руку и оттопырив указательный палец, тем самым подавая знак: «тихо» или «стоять». Джамбул понял и замер.

– Кто там? – шепнул он, не выдержав напряжения.

Женька, не отрываясь от глазка, призывно махнула ему рукой.

– Вот, сами посмотрите, – одними губами сказала она и уступила место у глазка, – это бандиты, точно вам говорю.

Джамбул наклонился и глянул. У дверей Мишки стояли двое молодых мужчин вполне приличного вида и вроде не вызывали никаких подозрений. Ровно до тех пор, пока один из них не прижал ухо к Мишкиной двери, а потом не достал отмычки и не стал ковыряться в замке. Второй в это время с беспокойством смотрел по сторонам.

– Да, ты права, – выпрямился Егор и пошел за Женькой в комнату.

– Я же говорила! – гордо сказала она, словно ее обвиняли в обмане.

– Ты их знаешь?

– Не-а, все время разные приходят, и довольно часто. И всегда ведут себя тихо и осторожно. Я даже не всегда слышу. Это только вы вели себя как слон в посудной лавке… Простите, – хихикнула Женька из-за столь подходящего сравнения.

– А у тебя, случайно, нет ключа от его квартиры? – не обращая внимания на ее слова, думал о своем Егор.

– А что? Поселиться там хотите? – спросила догадливая девица.

На самом деле Джамбул действительно надеялся остановиться на время у друга, пока не найдет работу и подходящее жилье, но Жене в этом не признался. Тем более Мишки нет, а стало быть, и ему здесь делать нечего.

– Еще не хватало! – ответил он. – Сама говоришь, сюда постоянно кто-то ходит. А я, бывший зэк, в чужой квартире буду жить?

– Тогда зачем?

– Было бы здорово посмотреть, что они хотят там найти, – мечтательно изрек он. – Может, приблизились бы к тайне его исчезновения.

Женька виновато опустила глаза.

– Было бы здорово. Но потеряла я ключ, вернее, сам-то ключ есть, а вот код… Я его забыла.

– Ну как же так? – с досадой хлопнул по колену Джамбул.

– Так Майкл менял его один раз в месяц, попробуй упомни!

– А зачем ему код? Ключа недостаточно?

– Недостаточно. У него там в компах много всякой инфы хранится.

– Так. Это уже интереснее. Не за ней ли недруги лезут в квартиру?

– За ней, точно! – тут же согласилась Женька и вытаращила глаза. – А что, если он какой-нибудь крутой компромат накопал на какого-нибудь крутого чела?! И теперь скрывается. Он же знаете какой крутой хакер!

Егор вздохнул:

– Знаю.

Он сам надеялся на волшебное умение друга добывать информацию. Но девица права, Мишка, похоже, попал в беду.

– Ладно, пойду я. А ты запрись на все запоры и никому не открывай. Поняла?

– Я взрослая, самостоятельная женщина, уж как-нибудь разберусь, – с апломбом заявила Евгения.

– Слушай, взрослая женщина, ты бы кого попало в дом-то не пускала, – невежливо возразил Егор со смешком. – Тем более ходят тут всякие подозрительные личности.

– А я и не пускаю никого.

– А меня? Я вообще-то зэк. Бывший, но все равно. И вид у меня далеко не мирный.

– Так вы пароль назвали, – безапелляционно сказала Женька.

– Пароль? Какой пароль?

– Джамбул. Это для меня как пароль.

Егор улыбнулся: смешная, давно его так никто не веселил.

– Ладно, пока.

– Ну вы, если что, заходите.

Джамбул встал и вышел в прихожую, Женя за ним.

В этот момент в дверь позвонили…

Глава 3

– Открывай, – едва слышно прошептал Егор и встал за шкаф, стоящий в прихожей.

Женька кивнула и решительно подошла к двери:

– Кто там?

– Пожалуйста, откройте. Это ваши соседи снизу.

Девушка смело открыла: а чего ей бояться, когда за шкафом такой огр прячется?

– Здравствуйте, что-то я не припомню таких соседей снизу, – подбоченилась Евгения, изображая серьезность.

Двое молодых мужчин, тех самых, что копались в Мишкином замке, топтались на пороге и пытались заглянуть внутрь.

– Вы позволите войти?

– Нет, не позволю. Муж спит, ему в ночь на работу. Он в ФСБ работает, если что, – на полном серьезе заявила Женька, двинув ногой кроссовки сорок шестого размера, стоящие у дверей. – Так из какой вы квартиры, говорите? Я на восьмом этаже всех знаю.

– Вообще-то это мы хотели задать вам пару вопросов, – грозно заявил тот, что на вид был постарше и посерьезнее.

ФСБ их почему-то не напугало, отметил Егор, изо всех сил стараясь сделать невозможное – слиться со стеной.

– Тогда надо было представиться офицерами полиции, оперативниками или судебными приставами хотя бы, – засмеялась умная девица.

Егору хотелось треснуть этой девице по затылку, чтобы без надобности не злила непрошеных гостей. Не хватало ему в первый день приезда с ходу в драку влезть!

– Девушка, вы извините моего товарища, – встрял второй, подобрее, – мы живем внизу, прямо под двадцать третьей квартирой, – кивнул он за спину.

– И что?

– Так у нас в кухне с потолка вода капает, а здесь никто не открывает, – снова махнул он в сторону Мишкиной двери. – У вас, случайно, нет ключа? Знаете, соседи иногда оставляют друг другу.

– А! Так что же вы молчали? – сообразила Женька и с готовностью достала телефон. – Я сейчас аварийную службу вызову, они придут с представителями власти и все проверят, и у вас, и у соседа. А ключа у меня нет, извините, мы с мужем не настолько близки с соседями напротив.

– Нет, нет! – запротестовал добрый «сосед» и сделал два шага назад. – Не стоит беспокоить аварийную службу из-за такой ерунды. У нас не так уж и сильно течет. Так, капает немного. Сами справимся. Извините!

Он откланялся и пошел вниз по лестнице, второй со злостью зыркнул на бойкую девицу и направился следом за товарищем.

– Ну как хотите.

Женя закрыла дверь и выдохнула.

– Фу-у-у, кажется, пронесло.

Егор вышел из укрытия и закричал на нее громким шепотом:

– И это ты называешь «самостоятельная, взрослая женщина»?! Разве не понятно, что намерения у них далеко не добрые? А если они вернутся, когда меня не будет?

– Ну чего вы так разошлись-то? Ничего же не случилось. А они засветились, поэтому больше не придут.

Да, она права, согласился про себя Егор, надевая куртку и обуваясь.

– И все-таки это безрассудно. Другие придут, и ты снова откроешь?

– Нет, – замотала головой Евгения, – если вас здесь не будет, я побоюсь открывать.

Егор покачал головой и вздохнул: ему надо свои дела решать, а тут девица несмышленая.

– Ладно, пойду.

Он сердито посмотрел на нее, потом глянул в глазок и тихо открыл дверь.

Выйдя на лестницу, он прислушался. Подошел к Мишкиной двери, приложил ухо, потом поднялся на этаж выше. Тишина. Наконец он вышел на улицу и, усевшись на скамейку возле детской площадки, задумался. И что теперь? Куда идти? Где жить? А главное, где Мишка? Он определенно нуждается в помощи. А может, просто скрывается от кого-то, как сказала Женя? Но как это выяснить, он не знал.

Егор попытался припомнить, к кому еще он мог бы обратиться в этом городе. Оставался только Старков Ромка, с которым они шесть лет назад вместе служили. Но у Егора не было его телефона. Он на всякий случай достал свою старенькую мобилу и посмотрел контакты: Мишкин, Палыча и еще нескольких ребят-сокамерников, с кем подружился за годы отсидки.

Джамбул в который раз набрал номер Мишки. Но результат был неизменным – «телефон абонента выключен или находится вне зоны действия сети». А он так надеялся, что Майкл поможет разыскать Старкова, устроиться на работу и жилье подыскать по сходной цене. Егор достал старенький потертый лопатник, который ему подарил все тот же Палыч, и заглянул в него. Да, негусто, ну еще кое-что в сумке припрятано. Но хватит этого в таком городе максимум на неделю-другую.

Просидев примерно с час, Егор почувствовал голод. Конечно! Последний раз он не очень калорийно позавтракал булкой с чаем ранним утром в поезде. И было это… пять часов назад. Он глянул на командирские часы – еще один подарок… Старого и очень верного друга, Артема Орловского, командира и наставника. Каждый раз, глядя на эти часы, он вспоминал давний бой… Ладно, не до воспоминаний сейчас.

Оглядевшись, Егор встал и направился к ближайшему супермаркету, издали привлекавшему внимание красной вывеской. Надо купить еды, сесть где-нибудь подальше от людских глаз и подкрепиться. И газету не забыть купить. До вечера надо найти и снять комнату, чтобы перекантоваться несколько дней. А потом, может, работу найдет, вон, хоть дворником. Джамбул глянул на чернявого щуплого паренька, махавшего метлой возле магазина. Или грузчиком. Хотя нет, в магазин с его справкой вряд ли возьмут. Ну ничего, все наладится, успокаивал он себя. А там и за поиски Мишки можно приняться.

Еще не забыть бы в полицию сходить, на учет встать, хотя в городе это будет трудно сделать, вздохнул Егор. Опять же Мишка бы помог или Старков. Но они пока недоступны, а значит, и с полицией надо повременить. Прописка у него была, но в общежитии гарнизона, в воинской части, что находилась в Ленинградской области. Теперь и части-то такой нет.

Ладно, решил он, будем решать проблемы по мере их поступления.

Через десять минут, накупив разных красивых упаковок с сыром, колбасой, хлебом, а также прихватив пару бутылок воды и пачку газет, Джамбул направился в ближайший сквер.

Вновь проходя мимо Мишкиного дома, он неожиданно зацепился глазом за двоих парней. Один из них был ему уже знаком, тот, который злой. Второй был новенький, совсем невзрачный и худосочный, но в руках он держал очень приметный чемодан. Егор сразу понял, что чемоданчик с инструментами. Он сам с таким имел дело, когда помогал Палычу строить дом.