Логово

33

Кусты зашевелились. Миша открыл глаза и первым делом, вскочив на ноги, достал нож. Нажал на кнопку, лезвие сверкнуло от яркого света луны, что наконец-таки зависла на небе в полном своём объёме. Кусты вновь пошевелились, и кто-то должен был вот-вот появиться перед ним.

Перед тем как пойти в лес, Миша постарался успокоить бабу Валю. Та уговаривала его не делать каких-либо шагов, подвергающих его опасности, так как его отец совсем недавно так же пострадал.

– Порой всё тайное лучше всего оставить тайным и жить дальше! – говорила она. Возможно, Миша и мог бы абстрагироваться от происходящего. Вернуться, к примеру, туда, где прозябал, не живя, а просто-напросто существуя. Где-то внутри души он на самом деле уже был готов и к смерти, ведь после того, как ушёл Руслан, а затем мама, а теперь ещё и с отцом произошёл этот несчастный случай, который оставался под вопросом, будет он жить или нет, заставил его, несмотря ни на что, идти до конца. Пришла пора поставить точку в этом деле, иначе неизвестно, кто ещё может пострадать от рук этого человека. Да, именно человека, ведь вряд ли это был какой-либо дух или прочее. Баба Валя права лишь в одном, что все эти легенды о Фенрире, или как его там ещё называют, лишь сказки. Это человек однозначно, да ещё и тот, кто знает о его, Мишином, существовании и о том, что его беспокоит вся эта ситуация, так же как и его отца. Отец пострадал именно его отец, а это говорило лишь о том, что тот, по чьему замыслу всё это было устроено, попросту боится, что его раскроют. Миша много раздумывал все эти дни, углубляясь в историю, что изучал накануне, о том, что это всё длится с далёких времён, поэтому вывод он делал лишь один. Всё это переходит по наследству из поколения в поколение. Кто-то каким-то образом управляет этими волками и передаёт это учение своим детям, и сейчас, возможно, один из таких периодов, на который может повлиять именно он, Миша.

Вся эта ситуация с Ферниром, что снизошёл этой ночью и самостоятельно посетил его территорию, говорила лишь о двух вещах: что это живой человек, состоящий из плоти и крови, и что он явно знает не только Мишу, но и его семью.

– Баба Валя. Я разыщу его, для того чтобы поставить на всём этом точку!

– Миша, я очень тебя прошу. Не нужно этого делать. Просто продолжай жить, пусть всё идёт своим чередом.

Миша взял бабу Валю за руки:

– Я очень благодарен вам за вашу заботу. Вы очень много значите не только для меня, но и всей нашей семьи. Вы видели, как мы росли с Русланом, вы видели, как уходили мои родные. И после всего этого я понимаю, что у вас большое желание, чтобы я остался жив. – Миша улыбнулся. – Но я должен положить всему этому конец. Сегодняшняя ночь заставила меня понять, что это просто человек, поэтому нужно просто выследить его и остановить. И я намерен это сделать, в первую очередь, чтобы мои родные обрели покой.

Баба Валя зашмыгала носом, а по щекам покатились слёзы.

– Миша, позволь, тогда я благословлю тебя.

Миша кивнул в ответ.

Вернувшись в дом, он собрал все необходимые вещи в рюкзак. Баба Валя так же не отпустила его с пустыми руками и собрала ему с собой бутерброды. Как ни странно, но у Миши не было ни капли страха, на его лице даже блуждала улыбка, по-видимому, означающая, что всё-таки он не сумасшедший, каким считали его не только окружающие, но и он сам. Перед тем как покинуть дом, он вспомнил об отцовском ружье, что ему отдал напарник отца. Он подошёл к сейфу, достал двустволку и, проверив его, перекинул через плечо. Патронташа не было на месте, так как ему выдали лишь его, но в самом низу сейфа лежала коробка с патронами. Он прочитал на упаковке, что они заряжены дробью номер один, по-видимому, для охоты на лис и глухарей. Это было неважно, так как в любом случае ружьё не будет лишним.

Перед тем как выйти на улицу, он вспомнил ещё о том, что стоит отправить кошку на улицу.

– Муська! Кис, кис, кис!

Кошка мягко спрыгнула с кресла и подбежала к Мише, мяукнув.

– Беги на улицу!

Та посмотрела ему прямо в глаза и, подняв хвост, последовала его просьбе, подняв хвост торчком. Миша закрыл дверь на замок, затем спустился с крыльца и подошёл к калитке у забора. Он оглянулся, кошка сидела на крыльце и пристально смотрела на него.

– Охраняй дом!

В ответ, как бы это было ни странно, она мяукнула и не отвела ни на секунду взгляд от его глаз. Миша улыбнулся и, покинув территорию, направился в сторону леса, а именно по тому пути, по которому он ни разу не ходил после того, как не стало Руслана.

«Господь – Пастырь мой; я ни в чем не буду нуждаться:

Он покоит меня на злачных пажитях и водит меня к водам тихим, подкрепляет душу мою, направляет меня на стези правды ради имени Своего.

Если я пойду и долиною смертной тени, не убоюсь зла, потому что Ты со мной; Твой жезл и Твой посох – они успокаивают меня.

Ты приготовил предо мною трапезу в виду врагов моих; умастил елеем голову мою; чаша моя преисполнена.

Так, благость и милость твоя да сопровождают меня во все дни жизни моей, и я пребуду в доме Господнем многие дни».

Открыв псалом Ветхого завета, Баба Валя попросила прочесть Мишу эти строки вслух, перед тем как покинуть её дом. Он никогда не усугублялся в веру, нет, конечно, он был крещён и периодически ранее посещал церковь вместе с родителями до того момента, пока не потерял брата. После прочтения псалома он попытался вспомнить, где находится его крестик, но у него так и не получилось. Тогда он отверг всё, что связано с верой и Богом, а сейчас прочёл это только ради успокоения бабы Вали.

Подходя к лесу, он услышал чей-то смех, детский смех. Миша огляделся, никого, затем снова смех, и в момент осознания, что это воспоминание, у него закружилась голова, и он ухватился о ствол ближайшего дерева.

Они с Русланом не раз ездили на велосипедах именно в этом месте, ведь тут был самый короткий путь к лесному озеру, что кишело рыбой всех мастей. Купаться в нём было нереально, но вот постоять на берегу с удочкой было чудесным занятием, особенно в тёплой компании друг друга.

– Смелее, сын! – послышался голос отца, и Миша оглянулся. Никого, кроме поля и виднеющейся окраины их городка вдалеке.

Миша выдохнул и сделал шаг, будто пересекая границу, разделяющую реальность и то, в чём он жил сейчас. Страха не было, а на душе было лишь осознание того, что пришло время вспомнить всё, о чём он так рьяно пытался забыть…

34

Миша стоял в небольшом напряжении. Кусты шевелились, но на какого-то большого зверя это не было похоже, и Миша решил, что он вновь спит. Это напомнило ему недавний сон, когда в такой же точно ситуации выкатилась голова Алёши. На этот раз никаких голов не выкатывалось, а не спеша друг за другом вышли ежи. Миша улыбнулся и тихо выдохнул, глядя на то, как ежиха вела за собой трёх своих детишек. "Значит, я не сплю", – подумал он и повернулся в сторону того дерева, у которого он присел отдохнуть и тут же замер на месте.

"Твою ж мать!" – проговорил он про себя.

– Привет, привет!– Алёшина голова разместилась подмышкой у его же тела. Куски кожи, мышц и связок висели разорванными кусками, но кровь с них не стекала, по-видимому, свернувшись. Лицо, что находилось подмышкой, по-прежнему искривлялось улыбкой. – Думал, что это явь?– рассмеялся он. – Может, и явь. Видишь ли, тебе самому придётся ответить на этот вопрос.

– Что тебе?

– Что же так грубо, Миша. Я ведь прихожу из добрых побуждений. Ты не являешься членом моей семьи, поэтому моя доступность к тебе не имеет каких-либо ограничений, в отличие от твоих родственников. Так что тебе в любом случае придётся смириться с происходящим.

Труп присел на землю, и тело руками переложило свою голову на колени.

– Не возражаешь?

Миша помотал головой.

– Так что тебе нужно?

Алёшина голова вновь улыбнулась.

– Твои близкие волнуются и просили, чтобы я сопроводил тебя в этом нелёгком пути. Ведь ты сейчас балансируешь на грани между жизнью и смертью. Видишь ли, нет какой-либо судьбы, что предначертано нам. Всё это сказки. Есть лишь здравый смысл и ошибки, что мы совершаем и из-за которых можем остаться без головы на плечах. – Алёша рассмеялся, моментами похрюкивая, как обычно иногда делают подростки. – Ой, прости, и смех, и грех. В общем, Миша, я планирую сопровождать тебя, ну и если что, конечно же, первым принять в наш мир и привести к близким, если это произойдет. Для меня это будет большая честь!

"Здравый смысл! По-видимому, я напрочь его лишился!" – подумал Миша.

– Я рано или поздно проснусь, и ты исчезнешь!

Алёша вновь улыбнулся:

– А кто тебе сказал, что ты спишь? – после этих слов раздался гул, тот же самый, что Миша слышал той ночью. – Оглянись! Волки уже вышли на охоту!

Миша резко оглянулся, затаив дыхание. На том берегу он увидел два красных огонька, что смотрели прямо на него. Миша вновь начал потеть и двигаться вперёд спиной, пока не наткнулся о дерево.

Резко вскочив и открыв глаза, Миша ощутил, что вновь был весь мокрый. Солнце ещё только близилось к закату, а лес будто окутывал тишиной и безмятежностью. На озере по-прежнему был штиль, а небо, что приобрело ярко- алый цвет, будто свежая кровь, отражалось в нём. Не хватало лишь одного – пения и щебетания птиц не было. Что-то зашуршало, и Миша, всё ещё сидя на земле, обнаружил, что перед его ногами не спеша ходит ежиха и её трое ежат.

Вскоре ночь окутала лес, Миша успел пройти примерно около полутора километров, пробираясь по чаще. Зрение постепенно адаптировалось к темноте, и он продолжил путь. Да, в какой-то момент он подумал о том, что идти именно в ночь сюда было не очень хорошей идеей, но в то же самое время он понимал, что волки именно ночью выходят на охоту, а ему именно это и было нужно. Перед тем как отправиться в путь, Миша так же взял с собой налобный фонарик, правда, включить его в данный момент означало лишь выдать своё местонахождение, поэтому ему приходилось лишь ждать, пока луна не поднимется выше и не осветит большую территорию.

Вероятность того, что волки уже, скорее всего, на охоте была высока, в связи с чем Миша заострил свой слух на максимум и в любой момент был готов схватить ружьё и подстрелить парочку из них. Дробь в этом случае была как раз кстати, так как с дальнего расстояния была возможность не только завалить одного из них, но и также ранить и часть участников стаи, тем самым напугав их. Но как ни странно, в лесу, кроме звуков, издаваемых совами, ничего больше не было слышно. Пройдя ещё около пары километров в нужном направлении, на что очень надеялся Миша, он должен был оказаться на месте.

Выбрав место, где можно было разместиться, Миша отложил рюкзак и ружьё, после чего достал бумажную карту и смартфон, для того чтобы через одно из приложений и gps определить своё местоположение и убедиться, что он не сбился с курса.

"Место правильное", – подумал он, когда координаты сошлись с отметками на карте. Смартфон не ловил сеть, чему он ни капли не удивился, поэтому в случае неприятностей он останется один на один с тем, кто бы это ни был, и неизвестным количеством волков.

"Терять мне нечего" вновь подумал он, поставив смартфон на блокировку. От его света Миша немного потерял связь между зрением привыкшим к темноте и окружающим лесом.

Уперевшись спиной к дереву, он проморгался, после чего замер. Ему показалось, нет, нет. Вовсе не показалось, а он услышал вновь тот самый звук. Вызывающий и пронзительный звук рога, что доносился где-то издалека. Скорее всего, километрах в десяти от него, не меньше. Ведь в лесу звуки искажаются, но будь он ближе, это Миша бы понял.

"Значит, не привиделось! Но почему так далеко?" – Миша задумался и напряг голову. А затем всё понял. Когда он уснул в лесу, и его навестил Алёша, звук был настоящим, и, скорее всего, уже тогда волки вышли на охоту. "Так и есть, – подумал он. – И где же они сейчас?" Миша огляделся. Луна поднялась выше, и лес стал более видимым, но в то же самое время к нему пришло понимание того, что он тоже оказался на виду.

Дурацкая, дурацкая идея! Нужно было идти днём и осмотреться!

Ещё немного поругав себя, Миша немного успокоился. Ведь и вправду обратного пути нет, он сейчас здесь в лесу, и нужно было действовать, несмотря ни на что.

Он поднялся, надел рюкзак и перекинул через плечо ружьё, и вновь пошёл вперёд. На этот раз он оглядывался в каждое дерево, в каждую возвышенность, ведь именно здесь, на этой территории когда-то проходила добыча угля и шахты, что должны были быть уничтожены, так же находились в этом месте. Местность была скалистой, деревья, находящиеся на возвышенностях, казались безмерно высокими и завораживали, пока Миша не обнаружил то место, о котором он пытался забыть в течении пятнадцати лет.

Воспоминания начали приходить в его подсознание, будто грозовой фронт, бьющий молниями прямо в черепную коробку. Вспышка за вспышкой он начал вспоминать каждый свой шаг.

– Миша! – кричал Руслан. – Миша! – его слёзы, что отдалились по мере того, как эти звери уносили его.

Миша упал на колени и схватился за голову. Она начала раскалываться.

Вот он расправился с одним из них. Хромая, начал идти на зов Руслана и топот лап. Они будто окружали его, но почему-то не подходили, будто чувствуя, что он представляет для них серьезную опасность.

– Руслан! – произнёс он, держась за голову.

Снова вспышка. Кровь – несмотря на темноту, на земле он отчётливо видел кровь своего брата, что вела его по правильному пути. Боли в ноге он не чувствовал, он лишь шёл, держа нож в правой руке так крепко, что сталь и его плоть слились воедино.

– Нееет! – Миша упал на бок.

Снова вспышка. Волки, сидящие вокруг этого места, не двигались, будто замерли, как восковые фигуры. Они не реагировали на присутствие Миши, будто он не приближался. Миша подошёл ближе и увидел, на что они всё так смотрят. Его младший брат лежит в яме, именно в этой яме, что оказалась сейчас перед ним, и его руки и ноги обглоданы до костей. Спиной он облокотился на корень дерева, что до сих пор возвышалось перед ним. Волки замерли и наблюдают, а Миша будто слетел с катушек и начал подбегать к каждому из волков и бить с такой ненавистью, чувствуя каждый раз, как лезвие входит в их плоть, обдавая его руки и лицо тёплой кровью, но почему-то они не сопротивляются. Каждый убитый им волк не оказал ни единого сопротивления, они просто ждали, когда он отомстит, будто ради успокоения его души, что умирала вместе с его братиком. Они были готовы к смерти.

– Руслан! Руслан! – повторял Миша, лёжа на холодной, усыпанной хвоей земле.

– Так, так! – снова он.

Миша не вставал.

– Да, я понимаю, что тяжело, когда то, что пытался так рьяно забыть, вновь приходит. Оно возвращается, словно ураган, не оставляя никакой надежды для быстрого восстановления. Понимаю тебя, Миша.

Миша поднял голову и вновь обнаружил молодое тело без головы. Его руки были за спиной, и голова тоже, по-видимому, там. И Миша оказался прав, как только он подумал о своём предположении, тело повернулось спиной, и голова Алёши оказалась перед ним.

– Миша, ты что-то расслабился! Ты думаешь, что у тебя так много времени, чтобы просто так валяться здесь без дела? Давай вставай! Ты на правильном пути, осталось совсем немного, и ты доберешься до истины! Правда, это может лишить тебя жизни, но ты ведь знаешь, что я не дам тебя в обиду и препровожу тебя к твоим! Кстати, твой отец балансирует между вашим миром и нашим. Недавно виделся с ним. Он переживает за тебя и просил передать, что продолжает в тебя верить и что-то ещё! – один из пальцев постучал ему по подбородку. – Ах, да, он просил у тебя прощения за то, что не может помочь тебе в данный момент.

Миша проглотил ком в горле. И в то же самое время вновь раздался тот самый звук, но гораздо ближе.

Лицо Алёши приобрело испуганное выражение.

– Мииишшаа! – протянул он. – Лучше поторопись!

Миша оглянулся в сторону, куда смотрел Алёша, и увидел тёмное облако, что снилось в одну из ночей, когда с рассветом оно исчезло. Он открыл глаза, луна сместилась в сторону горизонта, и из-за стволов деревьев Миша увидел признаки восхода. Он огляделся и поднялся. Затем взглянул на часы. По-видимому, он проспал около трёх часов. Нужно было действовать, картинка в лесу была более просматриваемой, поэтому он, пропустив ту яму, пошёл дальше. Звуков приближающихся волков он не слышал. Проходя между невысоких скал, он практически всё время смотрел на их вершины, пока в какой то момент не споткнулся обо что-то и не упал. Оглядевшись, он не поверил своим глазам – то, обо что он споткнулся, было похоже на старинную деревянную шпалу, что немного торчала из земли.

Оказалось, что она там не одна. Некоторые из них было тяжело увидеть, но в действительности это и вправду были остатки от старой железной дороги, где, по-видимому, планировалось доставлять уголь до главной железной дороге, соединяющей в данный момент два мегаполиса.

Шёл он примерно метров шестьсот, дорога местами конкретно заросла не только кустами, но и деревьями и очень хорошо скрывала самое главное. Небольшой проход в пещеру был будто замурован кустами, за которыми явно следили, так как они были подстрижены так, чтобы ветки не могли выколоть случайно глаза.

"Логово!" – подумал Миша и перед тем, как войти, огляделся в последний раз…

35

Смартфон вновь завибрировал. На этот раз, по-видимому, появившаяся сеть сообщила не только Мише о том, что ему звонили, но и тем, кто пытался его найти, так же пришло уведомление.

– Да! Привет, Антох!

– Ты куда пропал? Мы тебя обыскались!

Миша сделал паузу.

– Алло, Миха! Ты слышишь?

– Да, я слышу. Я дома.

– Ты где был?– Антон явно был встревожен и говорил на повышенных тонах. -Твой отец скончался сегодня ночью. А с тобой было не связаться.

Миша потерял дар речи. Он видел в пришедшем уведомлении то, что пара-тройка звонков в это утро была из больницы, и будто чувствовал, что что-то было не так, поэтому не решался позвонить.

– Алло, Миша! Я приеду и отвезу тебя в больницу! Сам за руль не садись! Ты меня слышишь! Не садись и жди меня.

Вновь Миша выдержал паузу.

– Договорились.

Миша упал на колени в зале их дома. Ну вот и всё. Он остался один. В погоне за призраками он даже не смог быть рядом с отцом, когда тот умирал. Не держал его за руку. Да и на что он надеялся, он ведь был занят лишь своими личными делами, позабыв о том, кто действительно нуждался в том, чтобы он был рядом.

Слёз не было, о смерти отца ему совсем недавно сообщил Алёша и не забыл напомнить о том, что он последний представитель их рода, и что в принципе это неплохо, если вся семья воссоединится воедино, пусть и там, в загробном мире.

– Это всё сон! Просто грёбаный сон! – он прокричал эти слова и упал на пол, как и тогда в лесу, этой ночью. – Я просто сплю, нужно просто проснуться! Господи, что происходит!

Да, в это утро он бегом бежал из леса, падая и утопая в лужах и грязи, он вновь поднимался и бежал, ведь он действительно испугался. В том тоннеле, что он посетил, Миша столкнулся с неким из ряда вон выходящим, что заставило его убежать без оглядки, и первые мысли были лишь о том, что пора окончательно покинуть это место, раз и навсегда.

– Отец! Прости меня! – проговорил он и отключился.

Темнота, она поглотила его целиком и полностью. Долго не думая, надел налобный фонарь и двинулся в путь по сырому помещению. Стены были покрыты мхом, и складывалось ощущение, что темнота также воздействовала на его дыхательные пути. Что-то сковывало каждый вздох, и, возможно, это была сырость, но далее Миша понял, что это что-то иное. Он двигался не спеша и в узком закрытом помещении слышал лишь, как бьётся его сердце. Пройдя ещё метров десять, он увидел, что тоннель разъединяется на две части. Он остановился и прислушался. Справа отдалённо доносился некий звук. Чуть приглушённый, но явно очень что-то напоминающий. Он повернул в сторону звука, и по мере прохождения определённого пути звук усиливался. "Дизельный генератор!" – подумал он и ускорился.

Сделав ещё около ста шагов, Миша упёрся в решётку и, выключив фонарь, понял, что вдалеке видно слабое свечение, от лампочек. Звук генератора по-прежнему небольшим эхом доносился откуда-то издалека, и запах, к которому, казалось, он уже привык, усилился. На этот раз он понял, что пахнет собачьей шерстью, только вот вряд ли это были именно домашние питомцы, скорее, волки, что не давали покоя ему последнее время.

Он дёрнул за решётку, и, услышав звон, обратил внимание на цепь, что скрепляла ворота замком.

"Дальше точно не пройти!" – подумал он и притих, так как сквозь темноту, слабо освещённую, но всё же позволяющую видеть силуэты, он что-то приметил на полу. Миша включил фонарик, периодически прикрывая его рукой, начал освещать пол за решеткой. Кровь, что была запёкшейся, и фрагменты обглоданных костей покрывали практически всю близлежащую территорию. Мише поплохело, а в следующее мгновение он и вовсе упал, потеряв ориентацию, когда пасть незаметно подкравшегося зверя вцепилась в решётку, к которой он приблизился. Сидя на влажном полу и потеряв ориентацию, Миша судорожно принялся выключать фонарь. Волк яростно рычал и будто пытался вырвать решётчатые ворота своими клыками. Он был разъярён и будто в бешенстве.