Налоги, которые не мы выбираем

Как налоги стали налогами

Налоги старше государства и древнее денег. Раздел на «личное» и «общее» появился раньше обмена «своего» на «чужое». Из налогов выросли учет, статистика и экономическая наука в широком смысле слова. Налоги уничтожили абсолютизм и заменили свободы граждан на права налогоплательщиков.

Подоходный налог вывел государственную власть за территориальные пределы государства.

Прогрессивный подоходный налог превратил брак в торговый контракт и сделал из семьи частное коммерческое предприятие.

Прогрессивный подоходный налог, дополненный системой налоговых льгот, превращает одностороннее налоговое обязательство частного субъекта перед государством в «дорогу с двусторонним движением», на которой каждый из участников этого движения на условиях установленных законом, может занимать как полосу «дебета» (должника), так и полосу «кредита» (кредитора).

Прогрессивный подоходный налог с льготами, переведенный на современные информационные технологии, превращает односторонний налоговый контроль (со стороны государства) в двусторонний финансовый контроль (с подотчетностью каждой стороны перед своим оппонентом) и создает основу для перехода к индивидуализированному налогообложению (для каждого налогоплательщика – своя налоговая «система»).

Что такое налог и надо ли с ним бороться

Начнем с определения «налога». Юристы обычно определяют налог как «платеж», историки – как «дань», «побор», «оброк», экономисты и социологи – как «взнос», «ставка», «пошлина», «пожертвование», и т. д. Известно и множество названий «налога»; только на руссом языке их не менее десятка: дань, мыт, пошлина, сбор, акциз, подать, налог, и т. д. И в современном обиходе в разных языках названия налогов отражают традиционные взгляды на их происхождение: contribution, impot, rate, tax, и т. д.

В нашей практике принято пользоваться определением «налога», содержащимся в Налоговом кодексе РФ (статья 8 НК РФ), которое далеко от сути этого понятия и неграмотно с точки зрения правил словоупотребления. «Платежи», если говорить по-русски, не «взимаются», а «вносятся» или «производятся»; «в целях обеспечения деятельности государства» – неверно по существу, поскольку все налоги, упомянутые в НК РФ – нецелевые, к тому же и сборы от них могут использоваться, например, на погашение государственного долга, на взносы в международные организации или даже на помощь другим государствам; а что касается утверждения, что налоги взимаются «в форме отчуждения… денежных средств», то далее в НК РФ про «отчуждение» уже ничего не говорится, а в статье 23 НК РФ просто сообщается, что «налогоплательщики обязаны… уплачивать законно установленные налоги».

Разумеется, для правильного понимания налогов вся эта казуистика, основанная на смешении нормативно-административного и формально-юридического подходов, ничего не дает. На самом деле, «налог» – это отношение, которое определяется следующими тремя необходимыми и достаточными условиями, или свойствами налога: односторонностью, обязательностью и регулярностью.

Действительно, «налог» – этот отношение, в основе которого лежит налоговое обязательство. И это «налоговое обязательство» применительно к каждому конкретному виду налога может существенно различаться – например, дополнительно к уплате налога могут вводиться требования к прохождению определенной регистрации (налогоплательщика, объекта обложения), к ведению учета, составлению отчетности, предоставлению определенной информации налоговым органам, и т. д.

При этом «налоговое обязательство» может «закрываться» также разным способами: уплатой денежных средств, взаимозачетом, передачей имущества, и т. д.

Теперь о «свойствах» налога.

«Односторонность» – поскольку «налоговое обязательство», как постоянный ток, действует только в одну сторону: налогоплательщик должен платить налог государству и ничего не может требовать или просить взамен этого налога.

«Обязательность» – поскольку в налоговых отношениях нет никакого элемента «договорного» или «условного» характера. Есть закон, определяющий конкретные условия применения данного налога, и налогоплательщик должен просто исполнять требования закона. Точка.

«Регулярность» – поскольку всякий налог предполагает регулярность, повторяемость его применения – в той мере, в какой регулярность определяет характер общественных нужд, сложившийся в данной общности людей.

Отсюда формулируем общее, простое и достаточно полное, для любых целей, определение налога – обязательный взнос на общие нужды.

И теперь мы увидим очевидное.

Что уже в самых первобытных племенах и родах имелись общие потребности: бытовые (общий костер, обеспечение питанием и уходом больных, раненых, стариков), религиозные (общие жертвы богам и содержание шаманов, жрецов, и т.д.), военные (поддержание общего запаса стрел, копий, и т.д.), и другие.

И что каждый «производительный» член такой общности был обязан часть своего «продукта» вносить в общую «казну», на общественные нужды. И что «обязательность» таких взносов определялась нормами и обычаями, которые имели уж никак не меньшую силу, чем законы, действующие в современных государствах.

И что действовавшему тогда порядку обеспечения указанных общественных нужд ничуть не мешало то, что эти взносы производились не в деньгах, а в натуральном виде: углем, мясом, рыбой, зерном, металлами, и т. д.

Что же касается учета, то уже у древних египтян (т.е., порядка 4,5 тыс. лет назад) был бог Тот, «отвечающий» за письмо, счет и мудрость. И этот бог выполнял функции статистика («измеривший землю» и «сосчитавший все, что на ней») и плановика-экономиста (отвечает «за доходы на земле и на небесах»). И все это – для выполнения главной целевой установки своей деятельности – исчисления и сбора налогов («справедливый в счете, понимающий вещи, считающий дань»).3

И мы видим, что еще задолго до Адама Смита древнеегипетский бог Тот (или тот, кто записал за ним его указания) определил основные принципы налогообложения: полнота учета (налогоплательщиков и объектов обложения), справедливость, экономическая обоснованность налогообложения («понимающий вещи»). И к этому «пониманию вещей» дается и конкретизация – что для целей налогообложения надо знать, что такое «доход», как в теории («на небесах»), так и на практике («на земле»). Добавим, что супругой Тота считалась богиня Маат, отвечающая «за истину и порядок» – вот и еще один, четвертый, принцип налогообложения, определяющий его эффективность.

Адам Смит, напомним, среди своих «принципов налогообложения» выделял определенность основных параметров налога, удобство его уплаты, «экономичность», для налогоплательщика, условий применения каждого налога и пропорциональность размера налога в отношении доходов налогоплательщика. И если взять только эти принципы, то мы можем предположить, что древним законодателям они были известны лучше, чем современным.

Так, налоговые инспектора древности не гнушались сбором налога в том натуральном продукте, которым располагал налогоплательщик и не ленились дойти до его дома, чтобы забрать свою долю налога. Сейчас налогоплательщика заставляют крепко посидеть над отчетностью и еще поискать надежного способа доставить свои деньги до государственной казны.

А первый принцип А. Смита вообще достаточно спорен: сейчас вообще-то среди ученых и политиков распространено убеждение, что справедливости распределения налогового бремени среди налогоплательщиков более соответствует как раз не пропорциональность, а прогрессивность налогообложения.

И мы безусловно деградировали, по сравнению с древними, по второму принципу А. Смита – известности и доступности для каждого налогоплательщика правил исчисления и уплаты каждого налога. Конечно, сейчас для налогоплательщиков не составляет труда найти любые законы и правила налогообложения в письменном виде, есть еще и Интернет, но вот разобраться и даже просто прочитать эти документы, чтобы понять, какие из них касаются данного налогоплательщика, а какие – нет, достаточно трудная задача. Не случайно, в западных странах многие налогоплательщики не могут заполнить свои налоговые декларации без помощи профессиональных консультантов по налогам.

И это касается не только людей, вообще далеких от финансовых знаний. Не так давно в Великобритании разгорелся серьезный скандал – когда публике стало известно, что министр финансов этой страны – вообще первый начальник во всей британской налоговой системе – оказывается, нанимает профессионального консультанта для составления своей налоговой декларации. При этом он, конечно, выбирал из лучших и оттого – не самого дешевого. И что больше всего всех возмутило – что он эти немалые затраты представил к компенсации за счет казны (т.е., всех остальных налогоплательщиков) в качестве части «своих необходимых профессиональных расходов»!

И в России мы тоже давно уже идем по этой «дорожке». Крупные предприятия вынуждены содержать десятки и сотни счетных работников и бухгалтеров, чтобы только соблюдать все правила ведения налогового учета и составления налоговой отчетности. И особенно это бремя ощутимо для средних предприятий и малых фирм производственного профиля. Если в Германии, например, один налоговый консультант легко справляется с подготовкой налоговой отчетности для 30—40 предприятий малого бизнеса, то у нас часто только для копирования документов для налоговой инспекции приходится держать особого работника.

Отметим и еще один важный принцип, который А. Смит почему-то не потрудился особо выделить – хотя уже для законодателей Древнего мира он был хорошо известен. Это – запрет на применение двойного налогообложения. Сейчас этот запрет-принцип широко и грубо игнорируется. К примеру, в странах Западной Европы прибыль предприятий подвергается двойному налоговому гнету: налогом на прибыль и налогом на добавленную стоимость (в состав налоговой базы НДС входит и прибыль), не двойному, а даже тройному налогообложению подвергаются заработки работников предприятий (подоходный налог, социальные сборы, НДС). В РФ дело обстоит еще хуже: для предприятий действует тройное налогообложение (к известным двум налогам плюс еще налог на имущество), а для заработков работников нет даже того смягчающего общую налоговую нагрузку на труд, каким является в развитых странах необлагаемый налогом минимум дохода.

Но в чем мы, конечно, выигрываем перед Древним миром – так это в квалификации и профессионализме работников налоговых органов. Правда, у этого добра есть и худая сторона: наши налогоплательщики за таким подъемом профессионализма явно не поспевают. И тут наше время с Древним миром даже трудно сравнивать: если в те «седые» времена рядовой налогоплательщик мог запросто пойти в суд с жалобой на «несправедливое обложение» его налогом, то сейчас без адвоката он и близко к суду не подойдет, а жалобу на «несправедливость» у него даже и не поймут.

Но египетские боги и по этому важному направлению, каким является в целом вся сфера «налогового администрирования», смогли набрать несколько выигрышных очков перед нынешним временем: выводя на высший уровень знания и мудрость писцов, способных досконально понимать и исполнять все вышеизложенные предписания божественной супружеской пары, закон устанавливал, что их деятельность «не должна быть обложена налогами; на (их работу) нет обложения».4

И вот, Греция, 4-й век до нашей эры – Солон вводит взимаемый на ежегодной основе денежный налог на капитал. В основе его лежал старый налог на земельную собственность, который в период Пелопонесской войны был модифицирован в чрезвычайный, временный налог на общую сумму имущества налогоплательщика, включая товарный и денежный капитал, получивший название эйсфора (военный налог). Солон сделал этот временный налог постоянным. При этом десятина как вид налога осталась – но только как чрезвычайный вид налога, вводимый во времена войн.5

Налоговая база нового налога определялась в зависимости от размера имущества налогоплательщика, ставка налога устанавливалась в процентах. Налогоплательщики объединялись в группы («симмории») – обычно из ста лиц, примерно равных по своему имущественному состоянию, для которых устанавливалась общая сумма налогового платежа, которая затем распределялась между ними по принципу пропорциональности. При этом наиболее состоятельные из этой группы лиц нередко брали на себя уплаты больших сумм налога, чем причиталось с них на основе принципа пропорциональности; соответственно, для других налогоплательщиков, входивших в эту же группу, размеры налоговых платежей уменьшались. Кроме того, примерно с 362 года до нашей эры в Афинах были выделены триста наиболее состоятельных граждан, которые обязались ежегодно вносить в казну авансом полную сумму этого налога, за всех его плательщиков – с тем, чтобы последние затем компенсировали им уплаченные за них суммы налога. Но есть основания полагать, что не все должники достаточно аккуратно выполняли эту свою обязанность, и «расклад» налога по факту еще более склонялся в счет этой группы состоятельных налогоплательщиков.6

Таким образом, в новом налоге уже вполне ощутимо проявлялась идея прогрессивности налогообложения (к этому следует добавить, что граждане, имеющие имущества на сумму менее 2 тысяч драхм (эквивалент примерно 11 кг серебра), от уплаты этого налога освобождались – как видим, полный аналог современного необлагаемого минимума).

Еще более подчеркнутым характер прогрессивности в налогообложении в Древней Греции показывает существование так называемых литургий. Под «литургиями» понимались личные материальные повинности, которые возлагались на наиболее состоятельных граждан, располагающих имуществом на сумму более трех талантов. Среди наиболее известных литургий можно назвать «хорегию» (организация хора и оплата его выступлений), «гимнасиархию» (оплата тренировок и соревнований борцов), «архитеорию» (обязанность за свой счет выступать представителем государства на официальных мероприятиях в других странах), и т. д. Наиболее обременительной считалась «триерархия» – обязанность полностью снарядить для военных действий мроское судно. Но при этом было установлено, что никто не может исполнять две литургии в один год или одну и ту же литургию два года подряд. Вместе с тем, обещание провести литургию – и затем не выполнить свое обещание считалось большим бесчестьем, как и вообще любые попытки обойти положения налоговых законов. В этих случаях власти, при полной поддержке общества, широко приняли весьма жесткие карающие санкции – вплоть до конфискации имущества.7

Демократический характер древнегреческих государств-полисов отражался также в широком распространении в них добровольных пожертвований в пользу государства и в практике проведения подписок на государственные займы. Например, некая Никарета из Феспии ссудила городу Архомену на проведение праздника Памбойтии сумму в 18 833 драхмы – без процентов, на срок проведения празднеств, под личные гарантии поручителей —«отцов города».8 И, как сообщает Аристотель, в Греции появились и первые «негативные (отрицательные) налоги»: за участие в народных собраниях граждане получали из государственной казны по 1 драхме – в обычном собрании, и по 1,5 драхмы – в главном собрании.9

В эллинистическом Египте уже появились и налоги на отдельные виды доходов: так, в 3-м веке до нашей эры в Египте взимался налог на доход от сдачи в аренду помещений – по ставке в 5% от суммы этого дохода. Уже был необлагаемый минимум – поскольку налогом облагались только собственники недвижимого имущества и предпринимательских (пускаемых в финансовый и торговый оборот) денежных капиталов и уже имела место дифференциация налоговых ставок в зависимости от вида дохода (пока без применения шкалы прогрессии роста налоговых ставок).

Эллинистический Египет отличался также и замечательными инновациями в сфере налогового администрирования. Так, в отношении натуральных податей в Египте была введена практика откупов – при которой государством назначались, из состоятельных граждан, откупщики, в обязанности которых входил сбор продуктов в счет натуральных податей, их переработка и продажа розничным торговцам, и затем передача выручки в государственную казну при этом государственные чиновники строго контролировали как статьи издержек таких откупщиков, так и цены, по которым они реализовали переработанную продукцию.

В эллинистическом Египте был создан и первый в истории налоговый кодекс – «Податный устав Птолемея Филадеьфа». Хотя до нас он дошел в неполном виде, поражает его вполне современная структура и четкость изложения установленных норм и правил.10

Первая часть – то, что сейчас называется «налоговое администрирование» – Раздел 1. «Сдача налогов на откуп». В этом разделе четко прописан порядок заключения договоров на откуп налогов, перечислены права и обязанности всех сторон по договорам, определена ответственность за своевременную передачу собранных налогов в государственную казну (в случае «утайки» налогов – штраф в пятидесятикратном размере). Установлены даже твердые размеры оплаты труда работникам, нанимаемым откупщиками (инспекторов (контролеров), сборщиков налогов, их помощников, учетных работников, и т.д.).

Отметим, что царским чиновникам особой статьей предписано принимать от откупщиков суммы собранных налогов строго в соответствии с договором и с выдачей письменных расписок (никаких «откатов» и никаких «левых» платежей). При этом государственным чиновникам и судьям категорически запрещено заниматься откупом налогов.

Вторая часть – Раздел 2. «Апомойра» – объединяет в себе вопросы оценки налоговой базы, ведения налогового учета и начисления налогов. В этом разделе указаны налоговые ставки (одна шестая – от произведенного вина и продукции садоводства и десятина с урожая других культур), расписан порядок реализации откупщиками продукции, собранной в счет налогов, и методы контроля за этими операциями. Установлено, что если продукты проданы по ценам, выше указанных договором откупа, то прибыль делится между откупщиком и казной в пропорции, определенной договором. В случае же продажи с убытком, вся его сумма относится на счет откупщика.

Четко произведено функциональное распределение обязанностей всех участников налогового процесса: налогоплательщики должны регистрировать свои участки и свои производительные мощности по производству вина одновременно в государственном реестре («у царских писцов») и у откупщиков; царские писцы проверяют отчетность откупщиков на соответствие числу налогоплательщиков (по зарегистрированным участкам и производственным мощностям); царские казначеи принимают налоговые платежи и контролируют результаты реализации собранных в счет налога натуральных продуктов откупщиками. Характерно, что храмы, имеющие право на сбор налогов на своих «подведомственных» землях, также обязывались представлять государственной казны точные сведения о объемах полученных натуральных податей (вина) и денежных платежей (серебряной монетой).

Третья часть, Раздел 3. «Монополия на масло», определяет механизм действия государственной монополии в отношении растительных масел. Установлено, что производители различного рода растительных масел (сесамного, шафранового, кротонового, тыквенного, льняного и лампадного) обязаны продавать его государству по твердым ценам. Скупать масло в счет таких обязательных поставок должны налоговые откупщики. Государство затем передает собранное масло для продажи через частных торговцев – но не выше нормативных максимальных цен, устанавливаемых ежегодно государством. Государство также берет на себя обязанность снабжения производителей необходимым семенным материалом.

При этом за государством закреплена и монополия на импорт масла. В случае контрабанды масла из-за рубежа или тайной переработки семени на масло, или приобретения масла у других лиц, кроме зарегистрированных частных торговцев, устанавливалось наказание в виде конфискации всей партии масла, а также наложение штрафа в 3 таланта и при неплатежеспособности виновного – тюремное заключение. использования

Интересно также привести нормы, противодействующие проведению злоупотреблениям правом проведения «выездных» проверок налоговыми откупщиками: если в результате обыска никаких нарушений или контрабандных товаров не обнаружено, то проверяемый налогоплательщик имеет право потребовать от откупщика принесения «клятвы» (присяги) – в храме или царском суде – что обыск производился на законных основаниях и «без примеси» каких-либо «посторонних соображений». Если же такой клятвы откупщиком не будет совершено либо непосредственно в день обыска, либо на следующий день, то откупщик должен будет уплатить налогоплательщику компенсацию в размере двойного стоимости товара (продукта), который предполагалось найти в результате проведенной поверки.

В Египте была также реализована идея единого государственного (царского) банка. Этот банк – под перенятым у греков названием «трапезы» – подчинялся непосредственно министру финансов, его отделения были во всех городах и даже в крупных деревнях страны. Через отделения этого банка собирались все налоги, проводились все операции в связи с арендой имущества, выплата окладов чиновников. Царский банк также проводил и операции по приему частных вкладов и выдаче кредитов. Операции по обмену иностранной валюты на местные деньги производились по единому твердому курсу, установленному государством, при этом операции с иностранной валютой были закреплены монопольно за центральной конторой этого банка, расположенной в Александрии.11

Древний Рим открыл эпоху строго кодификации законодальества: уже во 2—1 веке до н.э. в нем сложилась стройная система правовых норм, составившая сохранившее значение до сих пор «римское право». В 6-м веке н.э. в Византии эти нормы были сведены в едином документе, получившим название «Кодекс Юстиниана». До нас дошли также сочинения ряда авторов, писавших на темы управления и финансов. Наиболее известны сочинения Катона Старшего (234—149 гг. до н.э.).

Катон Старший еще задолго до физиократов выступил с тезисом, что единственный «правильный источник» богатства – это ведение сельского хозяйства, он также составил список 10 правил («заповедей») «достойной жизни человека», и первая из них – обязанность зарабатывать деньги. При этом профессиональное занятие торговлей (чревата излишними рисками) или денежными операциями (ссуды под проценты – неблагопристойное дело) Катон совсем не жаловал и в своей законодательной практике выступал за повышение цен на предметы роскоши и применение прогрессивного налогообложения.12

Отметим также, что и современная статистика выросла из учета земель (земельные кадастры) и проведения описей населения (цензов). И характерно, что и те, и другие имели своей первоначальной причиной именно налоговые цели.

В Древнем Риме первая перепись населения была проведена Сервием Туллием в 550 году до нашей эры – и дальше такие переписи проводились регулярно до 72 года уже нашей эры. При этом римские переписи населения имели строго имущественный характер: все свободные граждане Рима (рабы учитывались только как их «движимое имущество») делилось на 5 групп (сословий) в зависимости от своего имущественного положения и в учетные книги вносились сведения об имеющемся недвижимом имуществе, товарных запасах, домашнем инвентаре, драгоценностях и даже об одежде. Фактически каждый подлежащий переписи римский гражданин одновременно представлял и свою «налоговую декларацию» – причем вся эта процедура проходила гласно, на Марсовом поле, в установленный день, перед собравшейся публикой и после принесения письменной присяги на заявлении цензору об истинности и полноте всех сообщаемых сведений.13

Государственный бюджет в Древнем Риме в части доходов большей частью состоял из натуральных податей (tributum), поэтому широко была распространена система откупов. С появлением монет (монета – в честь богини Юноны – Монеты, или «Советницы») стали взиматься и налоги в денежной форме (vectigalia). В 3-ем веке нашей эры в Риме был введен подушевый имущественный налог, который был впервые распространен и на женщин (по половинной ставке). Император Август ввел также налог на наследства – по ставке в 5% от суммы чистой стоимости передаваемого имущества. В 403 г. до н.э. был введен также налог на бездетных граждан.