На Алтай. Не путеводитель

АВИАЗВЕНО ОТВАЖНЫХ ПЕРВОЛЕТЧИКОВ

Про Альпиниаду 1935 года я давно знаю, меня не взяли на восхождение, посвященное 50-летию альпиниады в 1985 году, и с тех пор мне все интересно про героическое массовое восхождение на высочайшую вершину Алтая в 1935 году.

Недавно знакомый пилот вертолета напомнил, что в альпиниаде участвовали самолеты.

– Во! – Сказал я и решил найти имена отважных летчиков.

Альпиниада прошла удачно, на седло Белухи поднялось 83 человека и на восточную вершину 43 человека. В деле первоклассного технического оснащения альпиниады помощь оказал нарком обороны маршал Ворошилов, отдавший приказ о выделении для обслуживания альпиниады авиазвена. В экспедиции участвуют два самолета. Пока мне не удалось найти марку самолетов.

1 июля к Белухе вылетело звено самолетов Н-ской авиачасти. На самолетах – бензин, запас продовольствия, оружие, аэрофотоаппаратура, запасные части. Оба самолета держат курс на юго-восток в направлении на Белуху. Полтора часа полета: 30 минут по прямой вдоль реки Катунь, над озером Кулагаш, разворот на север и по ущелью Аргута – обратно. Цель – изучить район и сфотографировать Белуху с севера. Расчет пути: 160 километров. Высота предельная.

«Белуха величаво росла перед глазами, седло обрывалось грандиозной отвесной стеной. От нее сползал язык ледника, из которого рождался поток. Мы были среди первозданного хаоса мощного горного мира. Высота Белухи более 4600 метров, а мы на высоте лишь 3600 метров. Техник Попов, как и вчера, докладывает о готовности материальной части к полету. 3 июля мы совершили первый полет. За первым – второй, третий, четвертый, пятый и еще десять. Общая продолжительность пребывания самолетов в воздухе составила 70 часов». Из отчета Д. И. Мухина.

Вот имена героических авиаторов: Григоренко, Мухин, Чурилин и Гущин.

Авиазвено отважных летчиков альпиниады провело аэрофотосъёмку района Белухи.

Не обошлось без ЧП. Заболел геолог А. Мако, а у Е. Оглоблиной, был раздроблен палец руки. На помощь пришла авиация, доставившая обоих в больницу.

21 июля над Ойрот-Турой ныне Горно-Алтайск пролетели самолеты, участвовавшие в штурме Белухи. С самолета сброшена с вымпелом следующая записка: «Работу закончили. Летим в Новосибирск. Сядем в Бийске. Засняли вашу область с воздуха от Белухи до столицы Ойротии. Всем привет. Штурман Мухин».

Союзкинохроника решило снять первую краевую альпиниаду по восхождению на Белуху, для киножурнала. Возможно, где-то сохранилась кинохроника этого подвига.

Для подготовки заметки я использовал литературу:

Коптелов А. «В горах Алтая». М.: Мол. гвардия, 1937.

Коптелов А. «Снежный пик»: (повесть). Барнаул: Алт. кн. изд-во, 1953.

Третьяков Ю. «Штурм Белухи»: Советская Сибирь. 1985.

Интересно, почему мне не снятся полеты на вертолете? Последние годы я очень часто летаю.

УЛУ АРДЖАН – ВЛЮБЛЕННЫЙ ДРАКОН

Давно это было, когда горы были маленькими, а по морю плавали рыбы размером с остров и по небу летали драконы размером с гору. На берегу большого озера жила бедная девушка. Была она сиротой, работала на жадного бия, который все время унижал ее.

По вечерам, закончив всю работу, которой не было конца и края, выходила она на берег озера и мечтала о счастливой жизни, о том, как встретит доброго парня, и уедут они на его пестрой кобыле в далекий край, в долину, где не будет жадного бия.

Однажды, когда она тихо плакала на берегу, из тумана появился парень. Был он стройным и широким в плечах. Улыбнулась ему девушка, ответил приветливо парень, присел рядом, и они долго смотрели на воду.

– Как зовут тебя красавица? – спросил он.

– Самыш, – ответила девушка и потупила взор, – а как тебя зовут?

– Арджан – ответил парень.

Стали они каждый вечер встречаться и сидя на берегу озера мечтать о прекрасном будущем. Однажды не пришла Самыш на берег. Опечалился парень, долго ждал любимую, глядел на воду. Только на седьмой вечер прибежала Самыш и сказала, что жадный бий решил выдать ее замуж за старого шамана, который приготовил за нее большой калым.

Обнял Арджан девушку и сказал, что знает, как быть. Откупятся они от жадного бия.

– Чем же? – Спросила Самыш.

– Я дам ему золото, которого хватит на сто лет. Приходи завтра, но только ничего не бойся.

На следующий вечер пришла Самыш на берег, стала ждать Арджана. Вдруг услышала она страшный свист, как будто тысяча уток летели с юга, как будто сто тысяч кедровок пролетели над ней. Повернула она голову и увидела дракона. Сел он перед ней и сказал:

– Принес я золото для выкупа, оно в правой руке моей.

Поняла Самыш, что передней ее Арджан, обрадовалась. Но в этот момент из-за камня Караташ выскочил страшный шаман, ударил в бубен, почернело небо, поднялся сильный ветер, озеро покрылось волнами, грохнул гром, и сверкнули молнии сто раз во все небо.

– Быть тебе камнем на веки вечные! – крикнул шаман. Превратился Аджарха в гору.

– А тебе быть рекой с водой холодной! – наскочил шаман на Самыш. Превратилась она в речку.

Только через много лет нашли люди на реке Калычак, в правой руке дракона золото, а на левой его руке блестит его коготь, это водопад Эстюба. Не успел дракон раздавить жадного бия. Стала голова дракона горой Карабель, а хвост его упал в воду пологим мысом Янскоч. До сих пор страшный шаман следит за молодыми, смотрит на устье реки Самыш с горы Чеп-ту. Останавливаются люди, видят в камнях лицо старого алтайца и верят в страшного шамана. А Самыш и прижимается щекой к своему любимому Арджану.

Мало кто может увидеть дракона, превращенного в горы, но кто знает, тот помнит, что жадность погубила большую любовь.

Береги любовь смолоду, а деньги в старости.

СКАЗ ПРО МЫС АЙРАН, ЗАЛИВ КАМГА И ПОДВОДНЫЙ ХРЕБЕТ НА ТЕЛЕЦКОМ ОЗЕРЕ

Огромный змей выполз однажды из земли, и прошипел:

– Проглочу я солнце, проглочу луну.

Испугались люди и звери. Разбежались, спрятались, кто куда смог и стали ждать, что будет.

Ползет страшный змей по земле, шипит, поедает скотину домашнюю, которую не успели люди спрятать в укромные ущелья. Трясутся люди от страха, не знают, что делать.

Прибежала маленькая девочка к могущественному шаману, что жил на берегу озера в самом дальнем углу самого большого залива и стала просить

– Помоги нам кайрыкан (милостивый) кам. Все боятся. Огромный джилан (змей) проглотит всю скотину, а потом сожрет солнце и луну. Как жить будем?

Посмотрел на нее могущественный шаман и сказал:

– Зови меня внучка просто, как родного, дедушка Мамат. Помогу я людям, только принеси мне кислого молока два ведра, буду духов кормить.

Убежала девочка, а старый шаман стал готовиться, достал бубен и колотушку. Взял зеркало медное самое древнее и начистил его. Взял посох, с которым не расставался уже стопятсот лет. Надел костюм, на котором бубенцы, камушки и раковины. Надвинул шапку свою шаманскую на глаза и стал ждать.

Пришли из ближайшего аила люди, принесли два ведра кислого молока, стал камлать дедушка Мамат. Брызгал айраном в разные стороны света, на землю и в небо. Стал дымом священного арчына (можжевельника) знаки писать, закружились духи помощники, заплясали горы. Стукнул кам посохом о землю, превратилась его корявая палка в вилы, в рогатину, с какой на медведя ходят. Глянул кам в зеркало через плечо и увидел огромного джилана, который ползет между гор и глазами желтыми сверкает. Понял, что силен змей, убить его нельзя, сам Эрлик хан его послал, что бы люди боялись и приносили ему жертвы кровавые; коней, коров да овец черных. А против Эрлика, никакой шаман не устоит.

Размахнулся кам и воткнул вилы так, что с одной стороны остался хвост огромного змея, а с другой голова. Прижал кам его к земле, а убивать не стал.

Закрутится джилан, изворачивается, тогда кам Мамат ударил в бубен, раздался гром, ударил еще раз, сверкнула молния. И огонь небесный превратил змея в камень.

Прошел миллион лет и многое забыли люди, но стоит на Телецком озере большая скала у самого входа в залив Камга, что переводится – река шамана. Скалу эту называют Айран, и значит это вилы. Долгое время не ведали люди, что поперек Алтайского моря, великого Золотого озера лежит хребет. Теперь-то ясно, что это змей – джилан, которого дедушка Мамат превратил в камень.

До сих пор алтайцы, когда грянет гром и сверкнет молния, говорят

– Это Тенгри-Кайракан могущественный шаман и охотник, став божеством неба охраняет людей от напасти Эрлика, который, то змея нашлет на людей, то дракона Андалма-Муус, то зловредного Дельбегеня.

А ученые, узнав про подводный хребет в Телецком озере, назвали его именем Софьи Григорьевны Лепневой (1883—1966гг.) – советского энтомолога и гидробиолога, крупнейшего специалиста по биологии и систематике ручейников, доктора биологических наук. Не знал исследователь Телецкого озера Валентин Васильевич Слелегей про шамана, был он славный советский ученый.

А в названиях местных сохранилась память народная. Вот такая сила устного народного творчества. А то?!

Сам все придумал.

АЛТАЙСКАЯ ДУХОВНАЯ МИССИЯ – ЦИТАТЫ И ПРЕДПОЛОЖЕНИЯ

«От перевоза дорога идет по правому берегу Чулышмана», так начинается одна из глав заметок ученого путешественника В. И. Верещагина.

Интересно заметить, что название Чулушман, Челушман, Чолышман, Чулышман не только все по-разному пишут, но и переводят. Одним из первых переводчиков был основатель Алтайской Духовной Миссии преподобного архимандрита Макарий Глухарев и первый крещеный инородец Чевалков Михаил Васильевич (1817—1901 гг.), ученик основателя Алтайской Духовной Миссии архимандрита Макария Глухарева. В возрасте 17 лет он поступил на службу в Алтайскую Духовную Миссию. С 1844 по 1869 год состоял в Урсульском отделении Миссии в должности толмача. Одновременно занимался переводами Священного Писания на алтайский язык, писал стихи, басни. В 1870 году Преосвященным Платоном, епископом Томским и Семипалатинским, рукоположен во диаконы. В 1877 году возведен в сан священника с назначением в Чулышманское отделение Алтайской Духовной Миссии, где прослужил до 1889 года и был уволен за штат 23 августа 1901 года. Про отца Макария и Чевалкова написано несколько книг, эти две фигуры основа миссионерства на Алтае.

Чулышман большая река впадает в Телецкое озеро, которое находится почти в центре Горного Алтая, юго-восточная Сибирь, 500 км до Барнаула. Первые русские в этом районе появились в 1640 годах, это были сибирские казаки, но к тому времени здесь давно жили люди. Кто и как давно первым стал жить в этой долине?

Исследователи, историки и археологи выдвинули несколько версий и привели массу любопытных фактов. Список литературы может быть внушительным, а имена авторитетны. Самые известные памятники: захоронение Кудырге и Пазырыкские курганы. Так что место, о котором далее пойдет речь, давно и хорошо было известно.

Еще из записок Верещагина: «Мимо монастырской пасеки и кожевенного завода и вскоре приводит к монастырским воротам.

Маленький монастырёк расположен среди леса на берегу Чулушмана и состоит из небольшой церкви и нескольких домиков с кельями. Братия всего 40 человек. Чулушманский Благовещенский монастырь устроен купцом Мальковым. Мальков пожелал загладить свои грехи богоугодным делом – деятельностью на пользу распространения Христианства. Он отправился в Санкт-Петербург, с помощью некоторых влиятельных лиц получил от синода книжку для сбора пожертвований. Собранные деньги присвоил, а вместо монастыря была устроена только одна церковь. В 1864 г. была произведена нарезка земли монастырю.

Теперь монастырь владеет обширными земельными угодьями: лесами, лугами и пахотной землей около 3000 десятин. В настоящее время вся долина Чулушмана от Телецкого озера верст на 35—40 вверх по Чулушману и часть долины Башкауса принадлежит монастырю. Инородцы пользуются землей, уплачивая определенную сумму и за пашни, и за пастьбу скота. За десятину земли под пашню платится 10 рублей, за пастьбу скота по 20 копеек с головы крупного и по 4 копейки с головы мелкого скота, за место, занимаемое юртой – 1 руб., срубленное дерево – 50 копеек, за право рубить дрова – 1 руб. с хозяйства и т. д. и это в местности где пуд соли стоит 2 руб. Плата, взымаемая монастырем за пользование земельными угодьями, сильно стесняет инородцев. Многие даже ушли с монастырских земель. При таких условиях просветительская деятельность монастыря равна нулю».

Просветительская деятельность миссионеров стала главной темой духовных историков настоящего, дневниковые записи служителей Алтайской духовной миссии, их подробные отчеты начиная с 1880 года полны статистики о количестве учеников в миссионерских школах.

Большое количество записок оставил священник Михаил Тырмаков который 14 февраля 1893 г. был рукоположен во диакона, а 14 августа 1894 г. – во священника; и до 1909 г. служил в Чулышманском отделении Алтайской Духовной Миссии, пример из его отчета за 1905 год «Чолышманское отделение в нынешнем году разделено начальником Алтайской Духовной Миссии на два отделения – Улаганское и Чолышманское. В Чолышманском отделении язычников, русских и раскольников нет. Население составляют новокрещенные инородцы 1-й и 2-й Чуйских волостей и ново крещённых соёнцев – всего 1010 душ обоего пола».

Соёнцами (соенцами) именовали предков нынешних тувинцев. Тува была захвачена Маньчжурской (Цинской) династией Китая в середине 18 столетия в процессе военного разгрома Джунгарии. Тува находилась под властью Китая до 1911 года. Далее Тырмаков докладывает: «При обозрении аилов* (Аил, Айыл – деревня, селение.) в прихожанах особенно выдающихся пороков не заметно. Богослужения посещают охотно. Проповеди и наставления слушают внимательно. В печальных случаях и болезнях всегда обращаются к миссионеру. Служат молебны и поминают усопших. Живущие вдали от храма и от священника сами собираются к больным и молятся Богу. Нужды благотворения исполняют посильные. В нравственном отношении в сравнении прежних лет по принятии христианской веры оказываются несравненно мягкими, благосклонными, так что сутяжничества, барышников, воров и буянов почти совсем не стало; хотя и кто поссорится, то [во] время говения перед исповедью мирятся.

Внешний быт прихожан от прежнего несравненно улучшился. Достаточно развито хлебопашество, сенокошение, чего прежде совсем не знали, умножилось скотоводство и промышленность, так что все трудятся по силе и возможности. Жить начинают оседло, у многих выстроены дома, амбары и летники. В хозяйственном отношении почти у каждого имеются сохи, бороны, сани, литовки и серпы, чего прежде не знали и не употребляли. Повсеместно видны клади хлебов и зароди сенов.

О материальных нуждах их открыто при стане приходское попечительство. В нынешнем году весною по крайней нужде семян взаимообразно по ново крещённым роздано было 200 пудов хлеба, что и поддерживало сев, и сделало бедноту с насущным хлебом.

О лечении больных: за неимением аптеки пособия бывают лишь в некоторых случаях – пользуются от местного миссионера.

В июле месяце сего года Чолышманское отделение посетил Его Преосвященство, Преосвященнейший Иннокентий, епископ Бийский, начальник Алтайской Духовной Миссии. Его Преосвященство сделал распоряжение мне с псаломщиком отправиться за границу Китайской империи в Алаш и Кемчуг для наставления и требоисправления от падших, от Православной Церкви новокрещенных соёнцев».

Священник Тырмаков и путешественник Верещагин описывают один и тот же исторический период лето 1905 г. у последнего так: «Правда, здесь все инородцы крещены, но конечно же они в принципе остались теми же темными язычниками».

Религиозная история местных жителей довольна запутана, территория долины реки Чулышман оказалась между устойчивыми группами, проповедующими традиционный шаманизм, некий буддизм – ламаизм, принесенный китайцами и бурханизм проявившийся в начале 20 в. как попытка реставрация самобытной духовной школы.

«Вообще монастырь является печальным памятником алтайской миссионерской деятельности, – продолжает Верещагин, – Нас, случайных посетителей монастыря, неприятно поразило насколько коммерческий характер его, с нас за все брали весьма высокие цены. Какая разница с гостеприимными монастырями европейской России.

Источником доходов монастыря служит кроме земельных угодий, арендуемых инородцами маслодельный и кожевенный заводы, рыбная ловля на Телецком озере, скотоводство: 30 лошадей, около 150 голов крупно-рогатого скота, стада овец и, отчасти, хлебопашество. Есть небольшая пасека. В будущем предполагается устроить дачи, завести кумыс, организовать переезд через Телецкое озеро в монастырских лодках».

Плавание по Телецкому озеру всегда было затруднительно, есть несколько удивительных описаний свидетелей путешествия по озеру на гребных лодках. История первого парового судна не менее завлекательна и, опять же, непосредственно связана с миссией.

Из миссионерских записок: «Главной причиной наших затруднений служит Телецкое озеро, по которому мы ведем свои сношения с главным станом Миссии и местами с русским населением, куда по необходимости мы должны обращаться за всякой нуждой в жизни, так как в самом Чолышмане, находившемся почти в первобытном состоянии, человеку, мало-мальски привыкшему к оседлой жизни, не найти ничего из произведений промышленности, необходимых человеку.

Плавание по Телецкому озеру в зимнее время есть своего рода подвиг, требующий немалой доли отваги, так как, кроме опасности утонуть, здесь возможно замерзнуть или умереть от голода по расходовании провизии, если не перестанет погода, продолжающаяся иногда до 30 дней. Случались не с одним такие сидения в зимнее время. Застигнутые «верховкою», не успевшие добраться до рассчитанной пристани, путешественники высаживаются по большей части на голый камень, где пронизывает их и день и ночь неутихающий ветер, оглушает шум озера все время, пока приходится дожидаться тихой погоды, которая наступает в лучшем случае чрез 7 и 8 дней»

Митрополит Макарий утвержден наместником Чулышманского Благовещенского миссионерского монастыря 14 ноября 1864 года.

В том же 1864, а затем в 1867—1868 годах находился в Петербурге для напечатания, составленного им первого «Алтайского букваря» и богослужебных книг на алтайском языке.

С июня 1868 по декабрь 1869 год в сотрудничестве с проф. Н. И. Ильминским, Макарий занимался подготовкой к печати составленной алтайскими миссионерами первой грамматики алтайского языка и был избран членом Совета переводческого Братства Св. Гурия (Казань). 13 марта 1875 года определен помощником начальника Алтайской Духовной Миссии, возведен в сан архимандрита, а 29 декабря того же года назначен начальником Алтайской Миссии, он пишет письмо министру путей сообщений: «Ваше Высокопревосходительство, милостивый государь!

В горах Алтая в течение свыше семидесяти лет среди полудиких аборигенов распространяет свет веры христианской Алтайская Духовная Миссия. Трудами членов этой Миссии христианство, а с ним вместе – начала русской культуры проникли до пределов монгольских, до границы Китайской империи. Во весь долгий период существования Миссии тружеников ее встречали нужда, беды и разного рода препятствия. В борьбе со всем этим многие из них совершенно потеряли здоровье, преждевременно состарились, а некоторые, не в силах будучи бороться с непосильными трудами и препятствиями, оставляли свое высокое служение и возвращались к более спокойному образу жизни на Руси. Громады Алтая с головокружительными подъемами и спусками, бурные реки, стремительные потоки, лесные трущобы, узкие на краю обрывистых скал тропинки («бомы») или едва заметные дорожки среди каменных россыпей или по косогорам – вот пути, по которым доводится миссионерам совершать свои поездки. Случается, что миссионеру для достижения какого-либо пункта является необходимость применять разные способы передвижения: верхом на лошади, пешком по камням или на лодке. Но и таковые способы передвижения не всегда и не везде возможны. Есть местности, где миссионер и юная паства его бывают совершенно заперты, разобщены с остальным миром почти треть года.

В юго-восточной части Алтая, среди отрогов Саянского хребта, находится озеро Телецкое (Алтын-Куль). В него впадают быстрые и многоводные реки: Чолышман, соединившийся с Башкаусом, Камга и множество других горных речек, часто падающих в озеро с огромной высоты; а из озера получает свое начало река Бия. Длина Телецкого озера – около 100; ширина – от 3 до 8 верст; глубина – до 70 сажень. Берега по большей части скалисты. Озеро это во всю длину свою лежит на пути в миссионерский Чолышманский мужской Благовещенский монастырь и миссионерский стан Усть-Башкаус. Берега озера для какого бы то ни было путешествия недоступны; один путь – озеро. Но оно бушует и осенью, и зимою; застывает не каждый год, иногда – через два, три года. Нужда служебная заставляет миссионера и в бурю плыть. Бывают случаи, что пловцы в позднюю осень, застигнутые бурею, кое-как добираются до скалистого берега, сидят там неделю, две и больше в ожидании, пока притихнет буря. Томимые голодом, они съедают все, что можно есть, даже старые кожи животных. Насельники чолышманские, инородцы двух Чуйских волостей, терпят крайнюю нужду в самом необходимом. Бурное озеро не пускает к ним русские товары: хлеб, соль, порох, свинец, табак и т. п. в течение 3—4 месяцев и более, так что местные цены на эти продукты поднимаются невероятно, например, хлеб (ячмень) – до 3 рублей пуд. Правда есть иной путь в Чолышманский монастырь, по Чуйскому тракту, чрез Онгудай, но этот путь, большею частью вьючный, крайне неудобен от множества горных перевалов, опасных «бомов» через бурные реки Катунь и Башкаус; притом он длиннее первого пути (через Телецкое озеро) почти на 300 верст.

Почти все население двух чуйских волостей исповедует ныне православную веру христианскую. Можно надеяться, что свет этой веры в недалеком будущем проникнет и к соседнему народу – монгольскому. Много предстоит трудов в этой части Алтая миссионерам-проповедникам. Великую христианско-просветительскую службу совершает устроенный в этой местности за Телецким озером, в долине Чолышмана, Благовещенский монастырь и миссионерский стан с детским приютом и школой для инородческих детей. Неоценимую пользу они приносят здесь как единственные культурные пункты в этом глухом и далеком краю. Великим препятствием к развитию этого края, богатого всяческими дарами видимой природы, а еще более богатого душами истинно преданного вере христианской и Государю православному русскому народа чуйского, народа доброго, честного, детски-простодушного, трудолюбивого и способнейшего, служит отсутствие путей сообщения, крайне неудобные, примитивные способы переезда чрез Телецкое озеро.