- -
- 100%
- +
Глава 1
Я стояла в кабинете ректора, и просто не знала, куда себя деть. Мне до жути хотелось, чтобы все мои “подвиги” за прошедшие дни мне озвучивал кто-нибудь другой, но только не он.
– Таким образом, Алиса, ваше поведение никак не увязывается с принятыми в нашей академии нормами приличия и морали, – продолжал отчитывать меня ректор. – А, кроме того, тот факт, что я знаю ваше имя – уже не хороший для вас сигнал.
Ненавижу этот ковёр. Я ненавидела его всего несколько раз, а уже успела так невзлюбить. А если подумать, нравилось ли мне вообще хоть что-нибудь в этой мрачной комнате?
Письменный стол с бумагами, удобное рабочее кресло, тёмно-фиолетовые занавески в цвет сумрака, окутывающего академию. И эти ледяные синие глаза ректора Лютариона, что смотрели на меня с нескрываемой злобой. Нет, в этой комнате мне совершенно ничего не нравилось.
– В нашей академии, – воскликнул вдруг ректор, ударяя кулаком по столу, – не принято швырять стульями в профессоров!
Тут мне было нечего возразить.
– Но… он сам попросил меня продемонстрировать свои способности! – нашлась я. – Никто его за язык не тянул!
– Он ждал от вас базовых заклинаний первой ступени! – чеканил ректор. – Но никак не столь банальных фокусов с физикой.
– Да, но вы хоть знаете, что он сказал про мою фигуру? – продолжала отстаивать я свою позицию.
– Это не имеет значения, – тут же возразил он. – Почему нельзя вести себя скромнее? Ни одного студента вашей академии я не видел столько, сколько теперь вижу вас!
– Разве это так уж плохо? – искренне удивилась я. – Да и не так уж и много.
– Вы сорвали занавески в коридорах академии, – начал перечислять он.
– Я же говорила, – ответила я, – у вас слишком мрачно. Немного солнца никому не повредит! А, кроме того, они совершенно нарушают всю концепцию мрачных коридоров. Вычурно и непристойно. Нужно что-нибудь поживее.
– Ваше недовольство очередью в столовой тоже не осталось без моего внимания, – продолжил ректор.
– Но ведь с этим, и правда, надо что-то надо делать! – возмутилась я. – Так и умереть с голоду не долго, а у меня времени на это нет.
– Вы так же позволили себе спорить с нашим преподавателем об исторических несоответствиях в наших учебных материалах! – настаивал он.
– У вас там написано чёрти что! – ответила я, – Всё было совсем не так!
– Да откуда вам-то знать, как оно было?! – повысил голос он.
Лютарион рывком встал из-за стола, и его тёмная мантия с золотыми узорами вдруг резко очертила его широкие плечи, сделав силуэт ректора куда внушительнее. Я едва сдержалась от того, чтобы тут же не попятиться назад. И судя по его взгляду, он прекрасно понимал, какое впечатление он производил. Впрочем, чего ещё можно было ожидать от ректора академии Тёмных искусств, как не пассивных угроз на физическом уровне?
Но этот взгляд! Куда же мне деться от этих грозных глаз? Если бы это хоть что-нибудь решило, я бы не раздумывая, швырнула стулом и в ректора тоже. Бросила взгляд на кресло ректора и закусила губу.
– Профессор Ринтейл уже не молод, – продолжил он, – и ваша глупая выходка лишила студентов такого грамотного преподавателя.
– Он что – умер? – холодок пробежался по моей спине.
– Разумеется, нет, – нервно махнул рукой Лютарион. – Однако теперь я не могу не дать ему столь желанный для него отпуск по здоровью. А кто предмет вести будет – вы?!
– А ведь я тебе говорил, – раздался голос Тропуса возле моего уха, – следовало взять чуточку повыше, тогда профессору точно была бы крышка.
– Замолчи! – шикнула я на фамильяра.
Ректор перевёл взгляд на Тропуса.
– Изгоните своего фамильяра, – приказал ректор, – немедленно!
Я знала, что некоторые из Тёмных умеют не только видеть чужих фамильяров, но и слышать их речь. Так что не особо удивилась словам ректора.
Я сосредоточилась, и произнесла фразу изгнания. Тропус тут же исчез.
Ректор смерил меня недовольным взглядом, и выдохнул.
– Неужели, – снова заговорил он, – то, о чём я вас просил, такая сложная задача?
“Терпи. Молчи. Не стоит. Он и сам знает, что ты тут не причём” – повторяла я про себя мантру спокойствия и отрешенности.
Неприятная тишина зазвенела в кабинете, словно никого в академии и не было.
– Я просил вас о таком пустяке! – продолжил он, повысив голос, и я вдруг почувствовала себя маленькой девочкой, готовой вот-вот расплакаться. – Просто набраться терпения, и подождать, пока в вашей академии закончатся восстановительные работы! А вы что?
– А что я? – осторожно спросила я.
– А вы даже здесь умудряетесь спорить! – воскликнул он.
– Я вовсе не спорила с вами, ректор, – возразила я. – Я показывала вам события с моей точки зрения!
– У меня и своих дел по горло, – продолжил он, игнорируя мои слова. – Мне собственных студентов хватает, а тут ещё адепты вашей академии, которых делом занять нужно. Только ваших подвигов мне и не хватало!
Он устало выдохнул и замолчал.
– Так устройте бал! – предложила я. – Это займёт сразу всех.
На секунду он задумался над моими словами.
– Бал?! – возмутился он, – Вы хоть представляете себе, сколько это потребует времени и сил?
– Разумеется, представляю, – ответила я. – Но вам и самому было бы полезно сходить на подобное мероприятие. Развеяться, отдохнуть, нервы подлечить…
– Так, идите на занятие! – с раздражением сказал ректор, указывая пальцем на дверь.
– Но на сегодня занятия окончены! – удивилась я.
– Тогда просто – идите! – с нажимом проговорил он. – И сделайте так, чтобы я вас больше не видел и больше вас не встречал. Иначе эта встреча будет для вас роковой.
– Уж постараюсь! – ответила я.
Изобразив на своём лице обиду, я гордо вышла из кабинета ректора.
– Молодец! – проговорил фамильяр, нахально материализовываясь где-то за моей спиной, – даже дверью хлопнула на прощанье!
Глава 2
Дверь резко захлопнулась, и я тут же упал в кресло. Ох, только этого мне и не хватало! Разве не достаточно мне было своих проблем? Так нет ведь, теперь и проблемы академии Светлых искусств будут висеть и на мне тоже.
В самом деле, куда мне девать пол армии Светлых адептов, да ещё и так, чтобы никто из них раньше времени не умер, свернув не в тот коридор? И о чём только думают в Министерстве?
– Только-только я от бродящей по академии лошади избавился, а теперь это! – возмутился я.
– Ты же знаешь, – послышался знакомый женский голос, – это глупые традиции адептов. Ты и сам не раз баловался подобными выходками.
Как вообще можно было направлять такое количество учащихся сюда, где одна только техника безопасности идёт целый месяц? Кто-нибудь точно умрёт, и тогда…
Взрыв в академии Светлых, конечно, фальсификация. Тут идёт игра, и игра довольно грязная. Разумеется, они хотят увидеть то, как я с треском провалюсь, и тогда у Министерства будет повод меня отстранить.
Впрочем, до смертей, скорей всего не дойдёт, стены академии не убивают, они поступают иначе.
А ещё эта девчонка, что стала для меня настоящим проклятьем. Ах, чёрт, никак не могу сосредоточиться на деле.
Что ж, нужно привести в порядок все бумаги, и найти того, кто сможет организовать и безопасность, и порядок.
Что там говорила Алиса? Бал?
Минуточку. Почему это я называю эту адептку по имени? Меня совершенно не должно волновать её имя.
Итак, бал. Что за нелепость! Какой ещё бал в нашей академии? У нас тут не сказочные замки, и принцесс отродясь не водилось.
Я встал из-за стола и подошёл к окну. Тяжёлые тучи застилали небо, но дождя пока не было. Фиолетовая дымка послушно окутывала стены академии, надёжно защищая её от любых вторжений извне. Забавно, что несколько десятков порталов могли запросто разгромить эту иллюзию безопасности.
– Что ты про это всё думаешь, Фрея? – со вздохом спросил я.
– Я вижу, – раздался вкрадчивый голос моего фамильяра, – что тебя сильно волнует… текущее положение дел, хозяин.
– Ещё бы! – ответил я, вглядываясь в хмурый горизонт. – Какие у тебя есть соображения на этот счёт?
– Разумеется, некоторые соображения у меня есть, хозяин, – ответила она.
– Прекрати играть со мной, Фрея! – предупредил я. – Я сейчас не в настроении, чтобы тянуть из тебя информацию. Мне уже хватило одного диалога.
– О, да, – согласилась она, – я тебя понимаю. Что ж, я предлагаю тебе совместить приятное с полезным. Эта девочка предложила тебе не такую уж и плохую идею.
– Нет, – отрезал я, – это вздор! Ты забыла, где мы находимся? Нас поднимут на смех. Кто вообще в этом будет участвовать?!
– Ты, – ответила Фрея. – Как первое лицо Тёмной академии, только ты и можешь по-настоящему влиять на здешнюю моду. Если делать это с умом, перед тобой открываются горизонты возможностей, Лютарион.
Тишина наполнила комнату. Я возмущённо уставился на своего фамльяра. Она села на своё излюбленное место – край моего стола, и внимательно посмотрела на меня.
– Ну, уж нет! – покачал головой я. – Заняться мне больше нечем, кроме как вальсировать среди разодетых в пух и прах адептов.
– Твоя воля, твоё право, – отозвалась Фрея, положив ногу на ногу. – Только знай, что этого было бы вполне достаточно, чтобы твои адепты тоже приняли участие в бале. А, кроме того, это хорошая перспектива хоть немного сблизить и Тёмных, и Светлых.
Фрея – уникальный фамильяр, доставшийся мне от моей бабушки. За годы, проведённые вместе, она не раз выручала меня из самых затруднительных ситуаций, так что иногда её помощь бывает сложно переоценить. Кроме того, она отлично разбирается в устройстве академии, и иногда может здорово помочь с бумагами.
Внешний вид Фреи не нуждается в переменах. За годы, проведённые вместе, её образ устоялся окончательно: это симпатичная девушка в деловом платье и на чёрных каблуках. Милое личико и чёрные волосы – так нравится ей представлять свой образ, и я нисколько не возражаю.
Я задумался над текущим положением дел. Действительно, за последние несколько дней в моей академии произошло уже с десяток стычек моих адептов с адептами академии Светлых. Семь случаев окончились взаимными угрозами, в двух случаях – сработали заглушающие чары, а виновница последнего так и осталась без наказния. Наказанным оказался лишь профессор Ринтейл, хотя судя по его приподнятому настроению, только это происшествие и отделяло его от хорошо проведённой недели отдыха.
А что, собственно, я мог тут поделать? Имея дело со Светлыми, разве не стоило ждать нечто подобного? Да и как я мог наказать ту, которая так блестяще продемонстрировала свои навыки атаки? А раз так, значит, в своей академии её успеваемость находится на достойном уровне. Не послать ли запрос ректору Мираксе, чтобы узнать чуточку больше? Столько времени прошло, а бумаг на адептов всё ещё нет. Хотя нет, не стоит. У неё сейчас и без того слишком много дел. Впрочем, не исключено, что позже я воспользуюсь этой возможностью.
– Я подумаю над этим, – ответил я фамильяру, и направился к своему столу.
Фрея победно улыбнулась, скрываясь в сумрак, чтобы не отвлекать меня от рутинной бумажной работы.
Глава 3
Как можно быть таким грубым? Что я ему сделала? Я шла по извилистым коридорам академии, обдумывая разговор с ректором. Белые мантии, словно одинокие лучики света, иногда мелькали среди скопления фигур Тёмных адептов. Знакомых лиц, как назло, не попадалось, правда и взаимного интереса ко мне со стороны Светлых я не наблюдала. Зато Тёмные с любопытством поглядывали как на моё лицо, так и на моё любимое белое платье.
А что? Я ведь не виновата, что меня отправили сюда без надлежащей формы! Хотя в нашей академии и форма была отменена, многие всё равно продолжили её носить, потому что находили её и стильной, и удобной.
Впереди была столовая. Я решила заглянуть внутрь, и с удовлетворением отметила, что очереди не было. Не знаю, моих ли это было рук дело, но количество поваров заметно возросло.
Я встала к одному из свободных окон, и вскоре коренастый мужчина в чёрном переднике выдал мне поднос с несколькими контейнерами. Я поблагодарила его и, бросив взгляд на занятые столы, направилась к выходу. Стены, цвета разбавленного кофе, и тёмно-синие столы навивали на меня тоску. Можно ведь было и занавески подобрать в цвет, и освещение обыграть грамотно, а они… глаза б мои не глядели!
Ничто не предвещало беды. Я уже была у самого выхода, когда одна из Тёмных адепток случайно, а может быть и нарочно, толкнула меня в плечо. Она сухо извинилась, но этого толчка было вполне достаточно, чтобы моя нога, так не вовремя ступившая на нечто скользкое, на миг вышла из-под моего контроля.
Да, подобные нелепости я только в книжках и читала, и даже там это никогда не выглядело смешно. И вот теперь мне представилась возможность вживую убедиться в этом. Я нелепо растянулась, а содержимое моего подноса равномерно распределилось по полу за моей спиной.
Пара недовольных голосов дала мне понять, что моя неприятность коснулась и их тоже. Действительно! Чёрный кофе в моём стакане в совокупности с широкой дугой моего падения имел хороший потенциал для поражения. Подумаешь, горе! Скажите спасибо, что моя кружка улетела не так и далеко.
По залу пробежался хохот. Я лежала на полу и совершенно не хотела вставать. А зачем? Нелепый юмор будет жить ещё долго, а значит, мне нечего делать в этом мире.
Вдруг надо мной возникла довольно крупное лицо, которое я уже однозначно где-то видела. Точно, это был тот самый повар, на которого я не обратила внимания.
Я вгляделась в его лицо, и он застенчиво улыбнулся.
– Прошу вас, – протянул он мне свою руку. – Не стоит лежать на холодном полу, сударыня.
Его голос звучал заботливо, и сначала я даже не поняла, что говорил он это мне. Но не с полом же он разговаривал, в самом деле! Нехотя, я подала ему руку, и он галантным и удивительно осторожным движением поднял меня на ноги.
Какие сильные руки, оказывается, у местных поваров! На вид ему было лет за сорок, но как обстояли дела на самом деле – понять было сложно. С Тёмными вообще ничего простого не бывает.
На голове у него не было ни единого волоска. Не голова, а поверхность лакированного стола какая-то. Доброе лицо слегка портил выдающийся крупный нос, но спокойные серые глаза исправляли положение.
– Будьте осторожны, – проговорил он, не переставая мне улыбаться, – Я не всегда смогу быть рядом.
Он взял новый поднос с контейнерами со стола, стоящего неподалёку, и протянул его мне.
– А вам бы хотелось быть рядом, когда я падаю? – удивлённо уточнила я.
– Если вам так необходимо падать, то должны же мои руки для вас быть предпочтительнее пола? – ответил он.
– Ну, знаете! – наигранно возмутилась я, и приняла поднос. – Не того дерева я фрукт!
И развернувшись, пошла в свою комнату.
– Он смотрит тебе в след, – заговорщески сообщил Тропус, едва я вышла из столовой. – Хоть бы столом в него швырнула, в знак признательности!
– Зачем? – спокойно ответила я фамильяру. – В серьёзные игры играют не так, Тропус. И я думаю, что этот человек достаточно умный, чтобы это знать.
– Можно подумать, – ответил фамильяр, – что ты знаешь, как в них играть.
– А я и знать не хочу! – отрезала я. – Отстань!
Тропус лишь неодобрительно зацокал.
Подходя к своему временному жилищу, я вновь вспомнила ректора. Подумаешь, какие проблемы были у этого человека! А как насчёт меня? Как быть со мной? Ведь что я, что остальные студенты Светлой академии, никто из нас не имеет никаких шансов связаться со своими близкими и родными ещё как минимум несколько недель! Сами они, разумеется, могут и порталами воспользоваться, и письма отправлять, куда вздумается. А что делать нам? У нас эти знания на каждом шагу не даются! Как ректор не понимает, насколько это тяжело?
Войдя в свою небольшую комнату, я огляделась. За эти дни, что я провела тут, стены моего временного жилища почти перестали вызывать отторжение. Тут мне не в чем было упрекнуть академию – моя комната вмещала в себе всё, что только могло понадобиться для учёбы и отдыха. Большой письменный стол со стулом стояли слева. В нём было три ящика, но я ими не пользовалась. Рядом стоял небольшой шкаф, куда в обычных обстоятельствах нормальные люди помещают свою одежду. Все мои платья и туфли остались в Светлой академии, а потому в шкаф я иногда отправляла Тропуса, если тот мне сильно надоедал. Кровать стояла напротив небольшого окна, и иногда я засыпала, глядя на звёзды. Их завораживающий вид частенько помогал не хуже снотворного, так что проблем со сном у меня не было.
Я поставила контейнеры на стол и задумалась. А ведь поднос нужно было вернуть!
– Куда это ты собралась? – осведомился Тропус, едва я вновь вышла из комнаты.
– Сделать предложение повару, разумеется, – ответила я, и направилась в сторону столовой.
Едва я вошла, как откуда-то слева вынырнул силуэт в чёрном переднике.
– Я ждал вас, – проговорил повар, улыбаясь мне во весь рот.
– Могли и не дождаться, – улыбнулась я в ответ, отдавая поднос. – Я чудом об этом вспомнила.
– Надеюсь, – заметил он, – вы вспоминали не только о подносе.
Я глубоко вздохнула и направилась к выходу.
– Постойте! – окликнул меня он. – У меня есть кое-что для вас. Никуда не уходите!
Он быстро шагнул на кухню, и вскоре вернулся, держа в руках небольшую коробочку.
– Это – вам! – торжественно произнёс он.
– Что это? – спросила я. – Кольцо?
– Десерт! – ничуть не смутившись, ответил повар. – Я знаю, как вам не хватает десертов из вашей академии, и этот определённо вас порадует.
Я думаю, что об этом знали многие. По крайней мере, если ректору передали про мои замечания относительно очередей, то уж про десерты и подавно.
– Спасибо! – поблагодарила я и приняла коробочку с угощением.
– Заходите ещё! – бодро произнёс он на прощанье, и я вышла из столовой.
– Очень интересно, – прокомментировал Тропус.
Я как раз сворачивала налево, к лестницам на третий и четвёртый этаж академии, когда внезапно на меня налетел какой-то белобрысый адепт. Мы нелепо столкнулись лбами, словно два школьника. Мой фамильяр неприятно захихикал, за что я была готова его убить. А главное – я чуть не выронила коробочку с десертом!
– Ай! – воскликнул адепт, потирая ушибленный лоб, но тут же спохватился, – ты не ушиблась?
– Немного, – ответила я.
Разумеется, это был местный Тёмный адепт. И, судя по его чёрной мантии с красными узорами, это был или отличник, или отменно защитивший честь академии в каких-либо соревнованиях.
– Прошу меня извинить, – проговорил он, обезоруживающе улыбнувшись. – Я бываю таким неловким, когда тороплюсь. Терпеть не могу опаздывать!
– Я тоже, – сдержанно согласилась я.
Всего одна секунда потребовалась ему, чтобы оценивающе скользнуть по моей фигуре заинтересованным взглядом.
– Я – Армандел, адепт третьего курса, – представился он.
Я оглядела его с ног до головы, решив, что лишнее знакомство с Тёмным мне не повредит.
– Алиса, – ответила я, и тут же добавила, – у вас тут очень мило. Особенно если убрать тёмные шторы, перекрасить стены, и заменить всю мебель.
Армандел деликатно пожал плечами. Видимо, он был не вполне согласен со мной.
Это был высокий и стройный молодой человек моего возраста.
Белые короткие волосы выгодно выделяли его на фоне чёрной массы других адептов. Внимательные светло-серые глаза участливо смотрели на меня. Немного вздёрнутый нос и тонкие насмешливые губы завершали образ.
– Да, должно быть, после Светлой академии вам не привычно. – сказал он.
– Ты прав, я тут ещё не вполне освоилась, – согласилась я. – Но думаю, что очень скоро изучу всё вдоль и поперёк.
– Разумеется, – согласился он, – чувствуй себя как дома.
Я поблагодарила его и направилась к себе в комнату.
– Он тоже смотрит тебе в след, – лукаво проговорил Тропус.
– Ну и что? – ответила ему я. – На меня смотрит пол академии, моё платье сверкает, словно морская гладь под полуденным солнцем.
– Так-то да, – согласился фамильяр, – просто этот очень уж смотрит…
Десерт от повара и правда оказался волшебным. Заварной крем и взбитые сливки, щедро приправленные кусочками фруктов, просто таяли во рту. А внутри, внутри скрывались сладкие, хрустящие, обжаренные орешки!
– Этот лис рассчитывал, что ты будешь думать о нём, пока ешь этот десерт, – заметил Тропус, с недовольством глядя на угощенье.
Но он ошибся, думала я вовсе не о нём.
Глава 4
Перед сном я вспоминала прошедший день, и, как ни странно, сердитый овал лица ректора. Его чёрные волосы до самых плеч, властный взгляд. Его грозную фигуру.
– Что ты про него думаешь? – спросила я Тропуса, мерно покачивающегося из стороны в сторону в воздухе.
– Странный тип, – ответил он. – У него сильная аура, возможно, тебе стоило бы его опасаться.
Я кивнула. Должно быть, мой фамильяр был прав.
Тропус – мой самый близкий друг. Я знаю, что так бывает у многих, но мой фамильяр действительно заботится обо мне, иногда даже слишком. Он похож на небольшого чёртика, и ему нравится этот облик. Сам он ростом чуть больше кошки, зубы острые, когти длинные, кожа красная. А глаза! Его нахально-бесстыжие оранжевые глаза – это просто что-то с чем-то! Он мог бы и вовсе не говорить ни слова, а оскорблять только одним взглядом. Но не меня, потому что он прекрасно знает, что я подобного поведения не потерплю. А вот к чему я отношусь боле спокойно, так это к его речи. Должно быть, привыкла, не иначе.
Сон долго ждал, когда мои мысли станут более туманными и тягучими, чтобы тихо опуститься на меня, и заставить погрузиться в тёмную дымку.
Утром я обнаружила себя совершенно выжатой. И всё из-за того сна, что снился мне этой ночью. Он был кошмарным и волшебным одновременно.
Я плыла на корабле через океан, и дурные ощущения не оставляли меня ни на минуту. Что-то должно было произойти, что-то нехорошее.
Я не могла никому открыть своих опасений, суровые матросы подняли бы меня на смех.
Однако вскоре случилось то, чего я так опасалась – буря настигла наш корабль. Поднявшийся ветер свистел столь грозно, что его невозможно было перекричать, а гигантские волны стали падать на палубу, словно исполинские льдины. Шторм застал меня на краю капитанского мостика, и я, вцепившись в рядом висевший трос, держалась изо всех сил.
Меня мотало из стороны в сторону, пока матросы тщетно пытались совладать со стихией. Но действовали они беспорядочно, ведь у руля никого не было.
И вот когда небо потемнело настолько, что свет отошёл к самому горизонту, в проёме палубы мелькнула мускулистая фигура капитана. Он вышел на палубу и стал отдавать приказы матросам. И когда капитан оглянулся, я поняла, что он пришёл сюда ради меня. Он пришёл спасти меня, защитить. Сильный ливень не давал разглядеть мне его лицо, но губы… его хорошо очерченные губы я видела, словно он был рядом. Эти губы шептали мне сладкие слова: “ничего не бойся моя девочка, я с тобой”
Вскоре шторм стих. А когда уверенной походкой капитан направился в мою сторону, я вдруг обнаружила, что этим капитаном был ректор академии.
Он подошёл ко мне и встал рядом.
Как и в лучших традициях подобных снов, рубашка на нём была расстёгнута. Его спокойный взгляд, полный силы и тепла смотрел прямо на меня.
Внезапно он вытянул руку вперёд и властным движением притянул меня к себе за талию. Я охнула, и наши лица оказались совсем близко друг к другу. Несколько секунд он ещё смотрел на меня, словно бы любуясь моими глазами, а затем его губы накрыли мои, а потом…
Впрочем, вскоре моё ошеломлённое сознание не выдержало всей абсурдности ситуации, и повелело мне проснуться.
Нехотя, я поднялась на ноги. Судя по свету из небольшого окна, время для пробуждения было подходящее.
– Уж не знаю, что тебе снилось, – проговорил лукаво Тропус, – но твои вздохи заставили меня изрядно побеспокоиться.
– Мне приснился кошмар, – развернулась я и сурово посмотрела на фамильяра. – Если ещё раз ты будешь за мной шпионить, я тебя накажу.
– Больше не буду, – заверил меня Тропус, нахально подмигивая. – Не сомневаюсь, что это было страшно.
Задержавшись у зеркала, я оценила последствия столь экзотического сна. Мешки под глазами, волосы в беспорядке, бледное лицо.
– Красивая, красивая! – убедительно льстил мне фамильяр. – Твои милые глазки кого угодно наповал сразят.
– Много ты понимаешь, Тропус! – фыркнула я, но всё же слова фамильяра заставили меня улыбнуться.
Я взяла в руки расческу и стала приводить голову в порядок. Своими светлыми волосами я почти что гордилась, а потому расческа у меня всегда была под рукой. Убедившись, что отражение в зеркале меня устраивает, а так же собравшись с мыслями, я вышла в коридор Тёмной академии.