- -
- 100%
- +
Глава 5
Я собиралась отправиться на лекцию по Общей психологии, когда вдруг в конце коридора увидела силуэт ректора. Он быстро шёл в мою сторону, и его хмурый взгляд не предвещал для меня ничего хорошего. Боже, ну что на этот раз? Я ведь ещё ничего не сделала, даже выйти толком не успела из комнаты.
– Вы! – приказал он мне, приблизившись, – следуйте за мной!
Отойдя за угол, он остановился, и резко развернулся ко мне. Его синие глаза властно смотрели на меня.
Сама не знаю почему, но я вдруг испугалась, что мои колени начнут предательски дрожать.
– Опять вы! – возмущённо проговорил он.
– Да… – услышала я свой растерянный голос. – Я…
– Как вам не стыдно? – полушёпотом отчитывал меня ректор, под любопытствующие взгляды адептов.
– Почему это мне должно быть стыдно, ректор Лютарион? – поинтересовалась я. – Я даже ещё сделать ничего не успела!
– Вы только посмотрите, как вы одеты, – он указал пальцем на моё платье. – Этот… ваш… неподобающий… во всех смыслах вид…
Он то смотрел на меня, то тут же отводил взгляд, словно бы боясь обжечься. И его сбивчивая речь вызывала недоумение.
– Это моё любимое платье! – возмутилась я.
– В подобном наряде вы не можете ходить по нашей академии! – продолжал он. – Так совершенно невозможно работать!
– Но ведь вы работаете в своём кабинете! – растерянно ответила я. – А я хожу тут…
– Вот именно! – повысил голос он. – Пока вы тут ходите в таком виде, я совершенно не могу работать!
– Что же мне, по-вашему, в штору завернуться? – уточнила я, оглядываясь.
Он нервно выдохнул.
– Вот что, – сказал ректор, – я написал записку в Отдел снабжения, и попросил выдать вам подходящую мантию. Идите туда сейчас же, и впредь, будьте любезны, появляться в более пристойном виде! Идите!
И он указал рукой в сторону отдела снабжения.
Мне ничего не оставалось сделать, как повиноваться его приказу. В конце концов, должна же я иметь хоть что-нибудь для смены.
– И ещё, – окликнул меня ректор, – когда вы закончите, зайдите ко мне в кабинет.
Я рассеянно пообещала зайти, и пошла в сторону Отдела снабжения. Цепь коридоров академии казалась бесконечной. Я то и дело натыкалась на бродящих адептов, у которых узнавала примерный маршрут. Благодаря первокурсникам, я окончательно заблудилась в этом лабиринте, однако на выручку мне пришли адептки второго курса. Их принадлежность ко второй ступени обучения была видна по обилию белых росписей на чёрной мантии.
Они поглядывали на меня, сдержанно хихикая.
– Дверь открывай в чётную минуту! – крикнула мне в спину довольно милая девушка моих лет. – Иначе попадёшь в библиотеку.
Вот уж по-настоящему пугающая перспектива. Однако поскольку часов на мне отродясь не водилось, а проклятый фамильяр из помощи мог только тонко поглумиться, дверь пришлось открывать наугад.
Внутри комнаты было просторно и светло, хотя окон нигде не было видно, но ровный дневной свет падал откуда-то сверху, словно бы потолок был из стекла. У стен стояли коробки, а сразу напротив входа стройными рядами стояли стеллажи с разной одеждой.
Внезапно чей-то силуэт вынырнул из угла комнаты, и я вздрогнула.
– Вам чего? – вместо приветствия спросила меня преклонных лет женщина в чёрной мантии и белом переднике.
Волосы у неё были убраны в старомодную укладку, на носу сидели крупные очки.
– Мне нужна форма, – ответила я. – Ох и напугали вы меня!
– Ах, – всплеснула руками женщина, – ты, значит, новенькая?
– Вроде того, – согласилась я.
– Тогда проходи, – улыбнулась женщина, поманив меня за собой к стеллажам, – не стесняйся. Я уж было подумала, что ты из этих.
– Из каких – “из этих”? – уточнила я.
– Из мёртвых, – ещё шире улыбнулась женщина, и тут же сменила тему, – меня можешь называть Золией. Я заведую местным хозяйством.
– Очень приятно! А я Алиса, из Светлой академии, – отозвалась я, – неужели я и правда так похожа на мёртвую?
– Ну… – замялась она. – Если твоя бледность передаётся по наследству, то нет.
Золия тщательно оглядела меня и несколько раз обошла вокруг.
– Так-так, – проговорила она себе под нос, – всё ясно.
Бодрым шагом она направилась к стеллажам, я нехотя пошла следом.
– На какой минуте ты открыла дверь? – спросила между делом Золия.
– Не знаю, – пожала плечами я, – у меня нет часов.
– Зря, – укоризненно покачала головой она, – тут ведь не курортная зона, дорогая. По некоторым коридорам в некоторые часы лучше не гулять. И тем, кто не придерживается этих правил, живётся не сладко.
– Мне сказали, – вспоминала я, – что дверь надо открывать в чётную минуту.
Она вдруг остановила свои поиски, и с сожалением посмотрела на меня.
– Ох уж эти студенты! – укоризненно проговорила Золия, – лишь бы над новичками поиздеваться!
Из её дальнейших слов я сделала вывод, что открой я дверь в ту минуту, когда мне было сказано открывать дверь, я бы попала в кабинет профессора Бальтроса, который занимается преподаванием Метаморфоз, и обычно бывает в облике дракона. И что этот профессор терпеть не любит этих дурных розыгрышей.
– Подобные шуточки над новичками – негласная каноничная традиция – объяснила мне заведующая Отделом снабжения.
Традиция, которая меня лишь чудом миновала.
С одной из полок она достала чёрную мантию и протянула её мне.
– Вот, – улыбнулась она, – твой размер.
– Спасибо, – вздохнула я и приняла мантию. – А можно две?
Я ожидала осуждения с её стороны, но Золия лишь лукаво улыбнулась.
– А ты хорошенькая, – сказала она, снова копаясь на полке, – Держи! На всякий случай.
Она протянула мне ещё две мантии.
– Спасибо, – с восторгом проговорила я. – А то ваш ректор совсем меня замучил из-за внешнего вида.
– А-а, – понимающе протянула она, и повела меня к одному из столиков в комнате.
Там стоял чайник, и несколько кружек с довольно симпатичными чайными ложечками. Золия взяла синюю чашку, и налила туда кипятка из чайника. Размешав содержимое чашки, она протянула её мне.
– Ты выглядишь усталой, дитя моё. Выпей, – улыбнулась она, – и тебе станет немножечко легче.
– Выпей, – передразнил её мой фамильяр, – и все твои беды перестанут тебя тревожить. Навсегда.
Я взяла тёплую кружку в руки, и вдруг поняла, насколько мне хотелось сейчас с кем-нибудь поделиться своими неприятностями. Из кружки пахло горячим шоколадом, я не смогла найти причины не попробовать напиток.
Он оказался очень вкусным. Так хорошо приготовить горячий шоколад умела только мама.
– Между прочим, – многозначительно заметила Золия. – Наш ректор, господи Лютарион, довольно одинокий человек.
В моей голове возник лишь один вопрос, но я не стала его задавать, чтобы не обидеть заведующую. Вопрос звучал так: зачем она говорила это мне?
Ласковый взгляд старческих глаз заставил меня улыбнуться.
– Скажите, – спросила я, – вы со всеми новенькими такая добрая, или только со мной?
– С теми, – кивнула она, – кто действительно в этом нуждается. Когда-то в этой академии учились и мои дети, и я хорошо знаю, как непросто бывает новичкам.
Я поблагодарила её за столь тёплый приём.
– Заходи, если что-то понадобится, – сказала Золия на прощанье.
Итак, ректор Лютарион был одиноким человеком. Ну и что? С его-то манерами общаться – неудивительно!
Я вышла из Отдела снабжения, и направилась в свою комнату.
Примерив на себя новую мантию с белыми узорами, пересекающими её спереди, я обнаружила, что в новом наряде я выгляжу очень даже неплохо. Волосы я собрала в хвост.
Что ж, раз уж на лекцию я всё равно уже не успела, тогда сделаем то, о чём меня попросил ректор.
Я снова вышла из комнаты и направилась к кабинету Лютариона.
Глава 6
Где ещё я могла натворить бед, и за что ещё меня можно было отчитать, я не знала, но была точно уверена, что такой человек, как этот ректор, непременно найдёт.
Постучавшись, я зашла внутрь. Лютарион сидел в своём кресле, и, увидев меня, словно бы обрадовался.
– Вот! – одобрительно протянул он, оглядывая мой новый образ, – совсем другое дело! Ваш вид сразу внушает уважение. А если ещё капюшон наденете…
– Вы для этого позвали меня в свой кабинет? – уточнила я. – Чтобы поглумиться над моим внешним видом?
– Ну почему же! Не только, – сказал он, и поднялся с кресла. – Я обдумал ваши слова насчёт бала, и счёл их вполне приемлемым решением.
Я кивнула. Всё логично.
– А потому, – продолжил он, – я поручаю все заботы и приготовления к балу вам.
– Мне?! – изумилась я.
– Да, – подтвердил он.
– Но у меня нет на это времени! – запротестовала я. – Мне надо ходить на занятия, я и так многое пропустила!
– Это не проблема, – заверил меня ректор. – Я договорюсь с некоторыми преподавателями, и они не будут требовать от вас слишком многого. Впрочем, наши профессора и так не ждут от ваших сокурсников глубоких знаний в наших областях.
Он снова оглядел меня с ног до головы, словно бы теперь у него было такое право.
– Хорошо, – согласилась я, – я попробую.
– Однако это вовсе не означает, – предупредил меня Лютарион, – что вам вовсе не нужно посещать занятия. Надеюсь, это понятно?
– Понятно! – ответила я, – А где именно будет проходить бал?
– Ах да, – спохватился он, – идёмте!
Мы вышли из кабинета, и он повёл меня в дальние уголки академии, где я до сих пор так ни разу и не была.
Адепты охотно здоровались с ректором, расступаясь в сторону, а на меня никто и не думал обращать внимания. Я превратилась в одну из них. В какой-то степени это было даже хорошо.
Несколько раз мы сворачивали, и всякий раз перед этим Лютарион останавливался, и доставал из кармана круглые часы на цепочке.
– Запомните, адептка, – говорил он, вглядываясь в циферблат, – наша академия – не то место, где можно позволить себе беспечность.
– Это я уже поняла и без вас! – ответила я. – Впрочем, если задуматься, то и благодаря вам тоже.
Он кинул на меня удивлённый взгляд и тут же перевёл его обратно.
– Ходить сюда без моего сопровождения запрещено! – прокомментировал он. – Тому, кто ослушается этого запрета, уготовано удручающее времяпрепровождение. Об этом вы узнаете на технике безопасности.
– Вот не умеете вы ограждать от опасностей, ректор! – рассудительно заметила я. – Реши вы, наоборот, заманить их – это возымело бы эффект.
– Не понял вас, – удивлённо проговорил ректор и уставился на меня.
– Если бы вы сказали, что за этим поворотом адептов ждут углублённые знания об Истории академии, – объяснила я, – или особенности Династического древа основателей и Великих магов прошлого, а так же практические занятия по благоустройству академии, то никто сюда никогда бы и не пришёл. В вашей академии и так слишком загруженная программа.
– Ваш юмор мне по душе, – отозвался ректор, однако ни единая мышца на его лице не дрогнула.
Наконец, я увидела то, что не могло быть ничем иным, как вход в бальный зал. Высокие изящные двери обещали, что за ними я увижу то, что тронет моё сердце.
Ректор вставил ключ и повернул его. Замок с неохотой поддался, и дверь распахнулась.
Мы вошли внутрь, и я огляделась.
Мрачный просторный зал с высокими окнами и сваленными в углу стульями, внушал уныние. В воздухе летала пыль.
– Вот из этого, – сказал Лютарион, обводя зал руками, – нужно сделать нечто более пристойное.
– Мне понадобятся помощники! – заявила я.
– Берите, сколько необходимо, – ответил он. – Разрешение на командование процессом у вас есть.
– Но мне может понадобиться и ваша помощь, – уточнила я.
– Помогу по мере возможностей, – кивнул ректор.
– Значит, – улыбнулась я, – я смогу покомандовать… и вами?
– Сможете, – ответил он мне прямым взглядом без тени улыбки, и я смутилась.
– Мне, как минимум, – поспешила объяснить я, – понадобится, чтобы вы иногда меня сюда приводили. Ох уж мне все эти ваши сложности с коридорами! Неужели такие опытные и могучие основатели вашей академии не могли справиться с одной единственной задачей?
– С какой задачей? – нахмурился ректор.
– Сделать так, – ответила я, – чтобы коридоры вели исключительно туда, куда им надлежит вести.
– Так ведь так оно и есть! – уверил меня ректор. – Просто посещение некоторых областей академии для не подготовленных адептов грозит смертью.
– Очень интересно! – горько покачала головой я. – Но было бы значительно лучше, если бы дорога, по который мне нужно было бы пройти, извините, в душ, была бы логичной.
Его лицо стало задумчивым, будто бы он пытался что-то вспомнить.
– Ректор? – позвала я, забеспокоившись.
Лёгкий металлический звон вывел его из оцепенения, заставив вздрогнуть.
– Ох, – выдохнул он, поднимая ключ с некогда белого мраморного пола. – Пойдёмте отсюда.
Мы вышли из зала и направились обратно. Лютарион шёл довольно быстро, и вёл меня вперёд. Уже сворачивая к проходу к лестницам, я увидела впереди нечто жуткое.
По коридору бродила светлая полупрозрачная тень.
– В чём дело? – спросил Лютарион, участливо оглядываясь на меня.
– Вот в этом, – указала я пальцем на бесплотную фигуру.
И хотя я слышала, что Тёмная академия вмещает в себя и не такие сюрпризы, легче от этого не становились.
– Пойдёмте! Это всего лишь призрак, – ректор попытался меня успокоить, – их у нас тут много.
Успокоить не удалось.
– М-много? – уточнила я.
– Ну что вы, как маленькая! – возмутился он. – Да, много! Если в вашей академии не водятся призраки, так это ещё не означает того, что у нас не принято почитать прошлое.
Он взял меня за руку и повёл вперёд. Его ладонь была тёплой и мягкой на ощупь.
В один миг я словно бы перестала бояться. Подумаешь призрак! Сейчас я бы и дракона не испугалась.
Мы прошли мимо полупрозрачного силуэта, но тот никак не выказал к нам свой интерес.
Это оказалась длинноволосая женщина в платье. Черты её лица были размыты, но мне показалось, что ей было очень грустно.
– Вы её знаете? – шепнула я.
– Разумеется, – мрачно ответил ректор, останавливаясь у следующего поворота, – Это Коральдина, адептка нашей академии. Она была на четвёртом курсе, когда это случилось.
– Что случилось? – тихо спросила я.
– Она потерялась в коридорах академии, как и многие из них, – сказал ректор, и двинулся дальше. – Именно поэтому вам не следует бродить по здешним закоулкам без надлежащих об этом знаний. А потому всех, кто не будет посещать лекции профессора Лисандра, ждёт немедленное отчисление. И вас это касается в первую очередь!
Очень интересно, а чем это я была хуже других? Впрочем, этот вопрос я решила не задавать.
Пройдя немного подальше, ректор произнес:
– Призраки академии у нас, как часть отдельной культуры. Они довольно своевольны, и договорится с ними иногда бывает очень не просто. Но это вовсе не повод бояться их, Алиса.
Он отпустил мою руку, забрав с собой чувство защищённости.
– Я постараюсь, – ответила я, всё ещё не отошедшая от этого волшебного ощущения.
Однако следующая фраза ректора не просто вернула меня обратно, она сделала со мной нечто хуже:
– Будьте с ними добры, и всё будет хорошо. Всё-таки они ведь тоже захотят придти на бал.
Я с ужасом уставилась на ректора, но тот не спешил заверить меня в том, что это была лишь глупая шутка.
– Тогда может и фамильяров, и демонов, и оборотней позовём? – возмутилась я. – Я соглашалась не на такое безобразие!
Внутри меня тут же возникли образы грядущего бала. В приглушённом свете вальсировала нечисть, и её плавным неспешным движениям пытались вторить несколько неуклюжих пар оборотней с окровавленными мордами, и чёрными злыми глазами. Пол был грязный, потому что вервольфы наотрез отказывались надевать сменную обувь – они её призирали в принципе. Призраки в истлевшей одежде заполонили весь зал, являя собой все ужасы предсмертных мгновений, а в дальнем углу сиротливо стояла группка адептов, не смеющих даже помыслить о том, чтобы присоединиться к полуночной вакханалии.
– А на какое же безобразие вы соглашались? – ректор с любопытством взглянул мне в глаза, прерывая ход моих мрачных мыслей.
Боги, он что, улыбнулся? Этот человек действительно умеет улыбаться?
По всей видимости, да.
– Вам кажется это смешным? – тут же возмутилась я, и его улыбка погасла.
Мой последний вопрос оказался лишним.
– Ну, вот что, – начал он, и его сердитый тон тут же осадил меня. – Вы, верно, считаете, что я располагаю неограниченным запасом времени на то, чтобы убеждать вас в необходимости следовать заведённым правилам и традициям вверенной мне академии?
– Да нет, что вы… – запротестовала я.
Его глаза опасно сверкнули.
– Пока вы находитесь под моим… покровительством, – продолжил подбирать слова ректор, – вам следует поступать именно так, как я вам рекомендую. Мы не можем, и не будем ограничивать призраков в их желании посетить и без того довольно редкое событие. Работайте, Алиса! Я хочу от вас результатов!
Последнюю фразу он сказал как-то не естественно, будто бы и не то он хотел мне сказать. Тем не менее, следом за этим, он оставил меня, резко развернувшись, и направившись к своему кабинету.
Глава 7
Не в силах больше находиться рядом, я оставил адептку, и почти бросился в сторону своего кабинета. Однако, не дойдя несколько метров до своего кабинета, я свернул в сторону спортивного комплекса, который обычно пользовался не большим спросом среди адептов нашей академии. А, кроме того, обязательные занятия по физической подготовке у нас проходили довольно редко, а потому зал со всевозможным спортивным инвентарём очень часто пустовал, если не считать иногда забредавших сюда призраков.
Вот ведь нахальная девчонка, что вообще она себе позволяет! Я зашёл внутрь просторного помещения и махнул рукой в сторону фонарей. Тёплый свет осветил пустой зал.
Я направился к складу, где стояло то, что мне было нужно: в дальнем углу стояла невзрачная коробка, из которой торчало с десяток одинаковых шпаг. Я взял свою – ту самую, металл тупого лезвия которой был в засечках.
Какого труда стоили мне эти жалкие десять шпаг! Я мог потребовать и сотню, и даже тысячу, но мне нужен были лишь десяток, для личного пользования. Министерство, разумеется, не одобрило мои устремления приобщать молодёжь не только лишь к искусству магического характера, но и к благородным традициям прошлого. А потому, за одну только возможность держать здесь эти жалкие и примитивные орудия, я отдал много литров своей крови.
Но что ни сделаешь ради любимого дела.
– Составишь мне компанию, Фрея? – спросил я, разминая плечевые суставы.
Я знал, что она давно с любопытством наблюдала за мной из своего укрытия. Всё, что касалось моих разговоров с этой девчонкой, почему-то интересовало её.
– О, конечно, ректор Лютарион, – раздался голос фамильяра, добавив любимые моему уху слова прошлого. – Сочту за честь.
Образ Фреи тут же возник передо мной, и я одобрительно оглядел её. Белая роба, словно бы в противовес моей, подчёркивала в меру хрупкую фигуру моего фамильяра. Убранные в хвост волосы, решительный взгляд. Блестящая шпага в вытянутой женской руке. Всё это должно было заставить меня отвлечься от моих мыслей, однако на деле этого не происходило.
– Начнём? – спросила Фрея.
– Начнём!– согласился я.
Мы начали перебрасываться неспешными ударами в качестве разминки, однако вскоре мне это надоело, и я решил приступить к более серьёзным действиям. Шпагой я описал широкую дугу, однако Фрея была готова к этому, заблокировав мой удар.
Она тут же сделала выпад вперёд, который мог бы застать меня врасплох, если бы я не знал своего фамильяра настолько хорошо. Ударив по её шпаге сбоку, я тут же нанёс ответный удар наотмашь. Фрея уклонилась от него, и затаилась в ожидании нападения.
Мы, словно два тигра, готовые в любую секунду броситься на своего врага, ходили по кругу, неотрывно следя за шпагой противника.
– Ты думаешь о ней, – вдруг произнесла Фрея, делая новый выпад.
На этот раз парировать удар было значительно сложнее, и на какие-то доли секунд я всё же замешкался. Однако в последний миг металлический звон всё же раздался, и удар был отражён.
– Мне нет дела до этой девчонки! – процедил я, делая несколько быстрых наступательных ударов.
Бедной Фрее пришлось не сладко. Под натиском моей шпаги она отступала назад, с трудом блокируя мои удары, в которые я вложил всю свою силу и возмущение.
Несмотря на столь стремительную атаку, в лице фамильяра горел огонёк любопытства, всякий раз при виде которого, я крепко сжимал своим зубы от гнева.
Фрея сделала выпад вперёд, и я с лёгкостью отбил его.
Она вдруг рассмеялась.
– Ты можешь обманывать, кого угодно, – проговорила Фрея, – но только не меня. И не себя, хозяин.
Злость накатила на меня с новой силой, и я обрушил очередной шквал отточенных опасных ударов на Фрею, отчего она была вынуждена отступить к стене.
– Ты заблуждаешься, – угрожающе проговорил я, и одним мощным ударом выбил её шпагу из рук.
Та отлетела в сторону и со звоном ударилась об стену.
– Ох! – выдохнула Фрея.
Я приблизился к своему фамильяру, угрожающе глядя в её карие глаза. Моя рука упёрлась в стену, рядом с её головой, и я произнёс:
– То, что ты себе напридумывала, – сказал я, приблизившись к ней, – меня не касается.
– А если так? – спросила Фрея, и я тут же забыл, что хотел сказать.
Передо мной стоял не мой фамильяр, а Алиса, в своём белом платье, подчёркивающем её стройную обворожительную фигуру. Её светлые волосы спускались до самой груди, где висел небольшой медальон. И увидев её невинный взгляд зеленоватых глаз, аккуратный изящный носик, эти манящие губы, я обронил шпагу.
– Проклятье! – выругался я, и, бросив последний взгляд на образ Алисы, отправился в душевую.
Глубина выреза декольте была значительно больше, я был в этом почти уверен.
За спиной раздался смех моего фамильяра, которую за подобные проделки мне следовало бы серьёзно наказать. И в этот раз, и в предыдущие…
Но всякий раз, как доходило до дела, у меня рука не поднималась сделать это.
– Оставь меня, Фрея, – прошипел я, заходя в комнату с душевыми кабинами, – или я за себя не отвечаю.
– Конечно, – ласково отозвалась она, и добавила официальным тоном – Как прикажите, хозяин!
– Я позову тебя, когда ты мне понадобишься! – бросил я ей, и с силой захлопнул дверь.
Глава 8
Как только грозная фигура ректора скрылась из вида, ко мне подошёл Тёмный адепт.
– Привет! – сказал он, и я узнала в нём вчерашнего знакомого, Армандела. – Как твои дела?
– Не знаю ещё, – ответила я, посмотрев в сторону ушедшего ректора.
– Что, досталось от него, да? – с пониманием спросил он, участливо глядя мне в глаза.
– Да не так чтобы очень, – уклончиво ответила я.
– Тебе ещё очень повезло, – поговорил он, – некоторых студентов он ненавидит запросто так. Особенно девушек. Особенно таких красивых, как ты.
Это был комплемент, которого я едва не заметила. Однако когда я осознала, что Армандел испытующе смотрит на меня, словно бы ожидая ответа, я всё же немного засмущалась.
– Спасибо, – коротко ответила я, и тут же решила сменить тему. – Неужели он настолько плохой человек?
Сменила, так сменила. Выменяла “тёмное” на “чёрное”, так сказать.
– Про нашего ректора ходят разные байки, – заверил меня Армандел, – в основе которых лежат сплетни о его давно погибшей жене. Говорят, что он сам убил её, потому как всю свою жизнь был женоненавистником. Так что да, нашим девушкам в академии живётся не просто.
Я вздрогнула. Эта новость действительно потрясла меня.
– А кстати, – продолжил он, – у нас сейчас лекция по Метаморфозам. Не хочешь ли ты сходить на неё?
– А разве я могу? – удивилась я, вспоминая предмет, на который я бы могла ещё успеть. – У нас должны быть Основы пластики слов.
– Это дико скучно, – ответил он, пожимая плечами. – Многое из того, что действительно нужно усвоить – и так понятно на интуитивном уровне. А вот Метаморфозы – совсем другое дело. Сегодня сам профессор Бальтрос, мастер метаморфоз, будет вести у нас лекцию о перевоплощениях. Такое бывает не часто, а потому желающих посетить лекцию всегда предостаточно.
Он указал пальцем на дверь с табличкой, рядом с которой переговаривались Тёмные адепты.
Откуда-то издалека послышались приглушённые смешки, и Армандел тоже улыбнулся.
Я с сомнением посмотрела на дверь, и вдруг обнаружила, что я действительно хочу сходить на эту лекцию.
– Пожалуй, – согласилась я, – мне было бы интересно узнать что-нибудь необычное.