Любовь под звуки рока

Ася

Обычно я писала силуэты или пейзажи, особенно мне полюбились водопады с разбивающимися каплями о речную гладь необычайных голубо-бирюзовых переливов и яркой сочной зеленью вокруг.

Но сегодня у меня на заказе портрет мужчины.

Это был необычный заказ для меня, но я решилась взять его, так как на одну стипендию студентки художественного института не проживешь. А родители давно перестали помогать мне, были свои причины на это. Младшему брату требовалось дорогостоящее лечение, и родители все силы и средства положили на оплату его болезни. Я переехала в Питер в прошлом году из Орла и сняла небольшую квартиру в центре Северной столицы. В самом центре столицы у Невы. Мой выбор пал на светлую квартиру с балконом, на котором было так много растений, что практически невозможно было на него выйти. Хозяйка жила в Берлине, поэтому я с ней общалась исключительно по вотсапу, переводя ежемесячно небольшую оплату за проживание. Меня зовут Ася Белова, мне двадцать один год, и я художница. Этим делом я хочу продолжать заниматься всю жизнь и зарабатывать.

Когда я впервые взяла в руки фото, которое прислала заказчица, я сразу влюбилась в мужчину, изображенного на нем. Эти небесно-голубые глаза были грустны, но в то же время в них пронизывалась глубина. Небрежная щетина, которая обрамляла четкий треугольный подбородок, и чувственные губы, до которых хотелось дотронуться пальцами.

Но я знала, что музыкантам доверять нельзя. Никаких больше парней из мира секса и рок-н-ролла.

Я все еще помнила горечь от обиды и разочарования, когда Макс, мой бывший парень, мне изменил. И до сих пор перед глазами всплывают флешбэки той картины, что я увидела. Девушка, сидящая на нем сверху, абсолютно голая…

Я знала, что этот заказ – подарок на годовщину отношений от девушки, но тем не менее не могла не думать об этом мужчине. Я знала его. Он был весьма популярным музыкантом в Питере и состоял в рок-группе «Ракета». Так уж случилось, что помимо творчества в направлении художества меня еще интересовала всегда музыка. Я не могла жить без нее. Она буквально всегда была рядом: в моменты, когда мне грустно или когда я безумно счастлива, когда я пишу очередной заказ или когда мне нужно выучить материал для экзамена. Музыка составляла часть моего настроения и вела меня за собой. Музыка лечила меня от болезней и укрывала от всех невзгод. Она даже помогала мне пережить расставания. Знаете, это когда ты несколько дней подряд лежишь пластом, не вставая с кровати, не принимая душ, ревешь в подушку или объедаешься шоколадом и чипсами под просмотр любимых ТВ-шоу или фильмов. Так вот, на третий день таких моментов я включала во все динамики свою любимую музыку и начинала танцевать. И все одиночество и боль как рукой снимало. Я начинала светиться изнутри и чувствовать себя гораздо лучше. Так я и поняла, что музыка навсегда в моем сердце.

Заказ нужно было отдавать уже завтра, а картина еще не готова. Я вздохнула, отложив кисти и краски в сторону, и закурила. Курение мне помогало расслабиться и давало возможность подумать о чем-то отвлеченном, например, о том, какой фон выбрать, чем задекорировать финальный результат и какая рамка картине лучше подойдет. А так я практически не курила, не считая моментов, когда писала картины.

Порой я могла укутаться в плед и сидеть у окна, попивая горячий шоколад, размышляя о том, что же меня на самом деле привело к искусству. Я никогда не обладала даром рисования, и многолетние попытки научиться делать хоть что-то достойное в художественной школе не увенчались успехом. Но я упорно рисовала днями и ночами, оттачивая различные техники. Не всегда все шло хорошо, я бросала картину посреди работы, потому что мне не давалось написать пену морской волны или не нравился переход в небе, тогда я возвращалась к картине через день, два или даже неделю.

Сегодня был не такой случай – я не могла отложить работу, так как завтра мне уже нужно было отдавать результат, поэтому я сидела перед холстом до трех часов ночи, пока не осталась довольна результатом.

Ник

Я сидел вместе со своей девушкой в кафе, отмечая свою первую годовщину. Достал из кармана красную коробочку, и глаза Лили увеличились в размере.

Наверное, она думает, что там кольцо!

Лиля буквально засияла, она начала улыбаться, еле сдерживая за улыбкой счастье этого момента. Она уже мысленно сказала «да» и приняла подарок. Я невольно ухмыльнулся этому моменту.

Аккуратно открывая коробочку, Лиля еле сдержала разочарование, проскочившее в ее взгляде, – ведь в коробке лежало совершенно не кольцо, а подвеска в виде ангела с нежно-розовым камнем в виде сердца. Довольно милое украшение, но совсем не то, чего она ожидала на их годовщину.

– Поможешь надеть? – попросила она меня.

– Конечно. Тебе нравится? Мне показалось, что она тебе подойдет, такая же утонченная, как и ты, – застегивая на тонкой шее девушки подвеску, уточнил я у нее.

Лиля была моделью. Она была высокая и худая, так как все модели сидят на строжайших диетах, чтобы с ними поддерживали контракты их агентства. У нее были светлые волосы и ярко-голубые большие глаза, которые в сочетании с пухлыми губами сводили буквально всех мужчин с ума. Она знала о своей привлекательности, и что ей особенно делать ничего не нужно – лишь поправить прядь волос у лица и слегка прикусить нижнюю губу – и все, что она захочет, будет у ее ног.

– Очень красивая! Ты знаешь мой вкус, милый, – поцеловала она меня в щеку. – Мой подарок будет с минуты на минуту, его принесут в кафе.

И как только она проговорила это, в зал кафе открылась дверь.

Я поднял взгляд к открывающейся двери в кафе и обомлел. Передо мной стояла невероятной красоты девушка. Но не той красоты, как у Лили, с модельными параметрами, а милая девушка с розовыми волосами, которые струясь опускались на хрупкие плечи. Она была невысокой и выглядела как школьница. В руках она держала огромный квадратного размера холст.

Каково мое удивление было, когда она прямиком направилась к их столу. И я смог разглядеть ее получше. Тонкие черты лица, маленький аккуратный нос покрыт веснушками, которые добавляли ее внешности милости. При этом у нее были пухлые губы, огромные, как блюдца, зеленые глаза и бледная кожа.

– Здравствуйте, извините за опоздание, добиралась подземкой с другого конца города. Надеюсь, вам понравится конечный результат, – вручила она картину Лиле.

– Дорогой, это твой подарок, – чмокнула она меня в щеку, – открывай, ну же.

– Спасибо, – не отводя взгляда от Аси, только и смог я произнести.

Я начал разворачивать синего цвета оберточную бумагу, в которую девушка упаковала холст. Изображение привело в дикий восторг, который я едва смог сдержать.

– Это невероятно, очень талантливо! – рассматривая свой портрет, крикнул я. – Спасибо вам.

– Меня зовут Ася, обращайтесь! Это был мой первый портрет, и я очень переживала за результат и понравится ли он вам. Но если все отлично, то я пойду, – смущенно ответила девушка, и щеки ее запылали. Она смотрела на меня, а я на нее, и не знал, как сделать так, чтобы эта девушка осталась с нами подольше.

– Ася, присядьте к нам, может быть, вы голодны? Хочется вас поблагодарить за такой труд и немного пообщаться по следующему заказу, – указал я на третий свободный стул.

Лиля нахмурилась, но ответила:

– Да, Ася, присаживайтесь, вам еще так долго добираться назад, посидите немного с нами, выпейте чаю или кофе, – любезно пробурчала моя девушка, хотя в глазах ее читалось недовольство.

Но меня это не волновало. Я нашел повод познакомиться с этой милой художницей, и я его не упущу.

Ася кивнула и присела.

– Кофе или чай? – спросил я весьма дружелюбно и жестом позвал официанта

– Чай с молоком, пожалуйста, – сказала девушка подошедшему официанту.

– Будете десерт? – уточнил заказ официант.

– Нет, спасибо, только чай.

Официант откланялся и ушел за заказом. Возникла небольшая пауза. Я понял, что рассматривал девушку, сидящую напротив. Ее веснушки на носу, тонкий овал лица, чувственные губы и красивые зеленые глаза. Словно трава в поле, освещенное ярким летним солнцем. Они будто переливались от травяного насыщенного в едва уловимый, но яркий цвет зелени.

Тишину за столом нарушила Лиля.

– Ник, ты, кажется, хотел обсудить новый заказ для художника, – она обратилась ко мне и положила руку на колено.

Я не смутился, но кинул на подругу обжигающий взгляд, давая понять, что это движение было лишним. И ничего не сказал. Она верно истолковала мой взгляд и быстро убрала руку.

– Да, все верно. Ася, можно вас так называть?

– Да, ведь это мое имя, – поправила ярко-розовую прядь, упавшую на лицо, девушка и улыбнулась.

– Меня зовут Ник. У моего друга на той неделе будет праздник. Я бы хотел подарить ему что-то действительно значимое, и, мне кажется, одна из ваших картин была бы кстати. Он музыкант. Возможно, вы слышали о группе «Ракета», – я пристально посмотрел на девушку, слегка с прищуром.

Интересно, узнает ли она меня.

– Если честно, никогда не слышала. Мне не близок такой стиль музыки. А в каком стиле картину вы бы хотели сделать? Я просто рисую в основном пейзажи, иногда берусь за другие направления, но крайне редко.

– Думаю, что Фрэду понравится морской пейзаж, он обожает море. Сможете нарисовать картину на свой вкус, чтобы это было полным сюрпризом и для меня в том числе?

– Да, конечно, – отпила глоток сладкого чая Ася.

Я уставился практически не мигая на девушку, что-то в ней было обворожительно таинственное, и мне нравилось это. Она была тактична, обращалась уважительно на «вы», видимо, рабочая привычка, но в то же время была одета в свободного фасона белую футболку, черные леггинсы и косуху с заклепками. На ключице виднелась тату в виде ключа с бантом. Так по-рокерски, но не знает нашу группу. Странно. Что же ты скрываешь, Ася?

– Спасибо за чай и за новый заказ. Уточните, пожалуйста, дату и место проведения торжества для доставки. Мне пора ехать, – доставая из сумки смятые две купюры, проговорила девушка.

– Не стоит, наш счет уже оплачен. Лиля передаст мне ваш номер, и я напишу к вечеру подробности о заказе, – махнул я в сторону рукой и подмигнул девушке.

Лиля побагровела, но не проронила ни слова. Улыбнулась, кивнула и попрощалась с художницей, а затем обратилась ко мне:

– Тебе нравится портрет? По-моему, очень реалистично вышло, особенно мне нравится этот взгляд, – она провела пальцем сперва по картине, потом коснулась моих губ.

Я поцеловал девушку в знак одобрения подарка. Мне действительно понравилась картина. Она смогла передать через обычный портрет теплую атмосферу, и это пленило еще больше. Хотелось всматриваться в него и искать для себя новые смыслы.

– Слушай, а не слишком ли будет, если я повешу свой же собственный портрет у себя в квартире?

– Мне кажется, что для такого популярного музыканта не может быть чего-то «слишком», – повела вверх плечом девушка.

– Ты права. Нам пора, я вызову такси, тебя подброшу домой и поеду на студию. Сегодня записываем новый сингл.

– Хорошо, милый.

Мы вышли из кафе и сели вместе в такси, целуясь на заднем сиденье.

Ася

Я стояла поодаль и смотрела, как уезжает такси с мужчиной ее мечты. Конечно, рок-группу «Ракета» я знала не понаслышке и вообще была диким фанатом рок-направления и практически не пропускала концерты своих любимых групп. Мне с трудом удалось выдержать этот вопрос во время нашего чаепития, чтобы не заликовать и не показаться безумной фанаткой. Но я была таковой всю свою жизнь.

Однажды мне удалось попасть на концерт этой популярной группы в Санкт-Петербурге. Но признаться в этом Нику я не смогла. Я не смогла сказать ему, что узнала его еще по фото, что влюбилась, как только фотокарточка попала ко мне в руки, и только из-за этого и поехала отдавать заказ самостоятельно. У него есть любимая, и потому возникшие у меня чувства должны быть закрыты на замок в моем сердце. Я не должна о нем думать и даже мечтать. Но, черт возьми, он сегодня мне напишет…

Я точно знала, кому предназначается подарок Ника, – барабанщику их команды Фрэду. Они были лучшими друзьями со школьной скамьи, и даже их семьи породнились. С детства их семейства закатывали просто умопомрачительные вечеринки. Родители Фрэда были весьма обеспечены, и поэтому пресса не обходила стороной любое мероприятие в загородном доме родителей. Потому я и была наслышана, что скоро очередное пати по случаю выпуска нового альбома. Родители барабанщика всегда поддерживали любовь сына к музыке, ему не приходилось сбегать из дома, доказывая им, что он может прожить самостоятельно без их покровительства и начинать всю жизнь с нуля: без денег, связей и друзей. Как это часто бывает в семьях знаменитых музыкантов.

А дядя Фрэда был продюсером ребят, который и помог ему собрать команду после очередного прослушивания и устроить карьеру их группе. Тогда им было по семнадцать лет, когда все это закрутилось. Сейчас они выступают на известных площадках, гастролируют по городам и вообще на слуху у каждой девчонки от шестнадцати до тридцати лет. Фанаток у ребят хватает, вот и я не стала исключением. Очередная фанатка.

Ник

Моя жизнь была чередой разочарований и преград. Своего успеха я добился сам, хоть и не без помощи друга. Так вышло, что однажды мы просто дурачились и играли на школьных инструментах в актовом зале. Но потом я пристрастился к гитаре и начал писать стихи. Мой товарищ Фрэд тогда еще не знал, что его лучший друг начал серьезно заниматься гитарой, так как думал, что это лишь мальчишеское баловство и во что-то серьезное оно не выльется. Но когда я принес ему стихи, он проникся каждым словом и сказал, что попросит отца помочь с раскруткой их группы.

Спустя два года они смогли найти нам в команду фронтмена и вторую гитару, а позже уже обзавелись и техническими специалистами, охраной и даже частным самолетом для комфортного перелета без столкновений с кучей фанатов.

Наша карьера шла в гору. Мы записали уже две пластинки, которые практически сразу стали хитами, и их крутили из каждого утюга. Нашу музыку крутили по радио, приглашали в туры по городам, а фанаты не давали прохода, писали во все социальные сети парням, и мне в том числе, признавались в любви, даже создавали фан-страницы. Такая популярность нравилась не всем в команде. Я предпочитал спокойствие, и потому ходил практически везде в очках и бейсболке.

А Фрэд, напротив, был привыкшим к популярности и повышенному вниманию к его личности с детства, поэтому не сопротивлялся, а, наоборот, принимал как должное эту сторону популярности и, надо сказать, пользовался ей на всю катушку, зажигая по вечерам то с одной длинноногой фанаткой, то с другой. Я только успевал замечать его очередную фанатку с пышными формами и белоснежными волосами. Все-таки Фрэд предпочитал определенный типаж девушек.

Я приехал на студию, где уже вся команда во главе с менеджером меня ждали для записи новой песни, которую написали на днях.

Ребятам очень понравились стихи, в которых была и боль от неразделенной любви, и счастливый конец, и они предложили сразу, не откладывая, записать в студии, чтобы успеть ее представить на вечеринке у Фрэда.

– Привет, оболтус, – потрепал по голове старого друга Фрэд.

– Ник, он тебя треплет как котенка, – засмеялся в голос фронтмен их группы Алекс.

– Отвали, Ал, – грозно посмотрел, отряхиваясь от Фрэда.

– Как отметили с Лилей вашу годовщину? Когда свадьба? – вмешался второй гитарист их бэнда Шок.

– Я не дарил кольцо, какая свадьба? – вытаращился я на ребят.

– Ого, и как Лиля отнеслась к тому, что осталась без кольца в этот день? Мы думали, что у вас любофффь, – передразнил Фрэд и изобразил поцелуй с руками вместо лица партнера.

Парней очень позабавил этот жест, и они все заржали как кони, хватаясь за животы. Я просто вздохнул и подошел к менеджеру нашей группы и по совместительству дяде Фрэда.

– Борис, все готово для записи? Можем начинать?

– Да, конечно, Ник. Я хотел еще обсудить с тобой твою личную жизнь после работы, зайди ко мне в кабинет позже.

– Это какая-то проблема? Почему меня все дергают по моим отношениям? – в моем голосе появилась капля раздражения, и, кажется, Борис это услышал.

– Нет, просто хочу обсудить действие контракта и ваше поведение на публике. Для образа вам нужно оставаться холостыми, с кучей девушек-фотомоделей рядом, без привязки к отношениям и браку. Под этими условиями все подписывались, я надеюсь, нарушать их не придется? – укоризненно глянул он на меня.

– Будь уверен, все схвачено. Жениться я вообще не планирую, – успокоил я менеджера группы и похлопал его по плечу.

Ребята прошли в комнату звукозаписи и принялись за работу. Шумно обсуждая, что нужно добавить в мелодию, кто когда вступает из гитаристов, и весело хохоча, когда кто-то из них обрывал момент.

Менеджер похлопал Алекса по плечу и взглянул на всех ребят:

– Вы отлично потрудились, можете идти по домам и набираться сил. Скоро предстоит турне по городам. Завтра пришлю подробности и билеты.

– До завтра, Борис! Не забудьте, что завтра у меня вечеринка, и мы вас ждем.

– Отлично, я приду, – помахал менеджер и вышел из студии.

– Что насчет того, чтобы отметить сегодня нашу успешную запись, предположим, в клубе «Гадкий койот»? – обратился к парням барабанщик, надевая свою косуху.

– Я, пожалуй, пас, дружище, – ответил я первым. – Пойду отсыпаться, несколько дней подряд Лиля выпивала из меня все соки.

– Что такое? Она тебя затрахала? – заржал Алекс.

– Причем в прямом смысле, – усмехнулся я и кинул рукой в знак прощания и вышел.

– Не хвастайся! – крикнул вслед Фрэд.

Выйдя из студии, я закурил. Сегодня мне не хотелось возвращаться домой, а хотелось прогуляться до дома пешком, тем более что жил я совершенно случайно всего в паре кварталов от студии. И думал я, как ни странно, о художнице, которую увидел в кафе.

Вспоминая, как мило она общалась, поправляя прядь розовых как закат волос, мне захотелось с ней поговорить. Она хранит какую-то тайну. Ее рокерский стиль одежды, несколько тату, которые я успел разглядеть, пока она пила чай с молоком. Кто вообще пьет чай с молоком? Она очень необычная, надо написать ей по картине. Я же обещал.

И, подумав об этом, достал свой новенький смартфон.

Привет, адрес, куда нужно привезти картину, пришлю позже. Как там написание морского пейзажа?

Ася

Я как раз сидела за холстом, когда мой телефон завибрировал на столе и свалился с него. ЧЕРТ!

Это было СМС от Ника.

СМС в полночь?

Немного помедлив, я все-таки принялась печатать ответ:

Привет, я как раз сижу за холстом, осталось пару штрихов и дождаться, когда высохнет, чтобы вставить в рамку. Жду адрес.

Можно заехать посмотреть? – пришел незамедлительный ответ от парня.

Вы заказчик, поэтому возражать я не буду.

Выезжаю, кинь адрес.

Я улыбнулась и отправила адрес. Потом спешно встала к зеркалу и взглянула на себя. Все руки в краске, даже на волосах есть следы от рабочего процесса. На мне надета простая черная футболка и фартук для творчества, чтобы не запачкалась одежда.

Волосы были собраны в высокий хвост, но при этом не аккуратный и вылизанный, а скорее, наоборот, растрепанный и с петухами. Я взглянула на себя еще раз и подумала, что оставлю все как есть. Нечего красоваться перед тем, с кем я не смогу быть никогда.

Пока я ждала Ника, мне пришло СМС от моей подруги детства Ксюши. Ксюша была чуть ли не единственной подругой. Мы много вечеров проводили вместе – то за домашкой, то за разговорами про парней.

Привет, малая, не спишь? — светилось на экране сообщение.

Она всегда называет меня так. Потому что у нас разница в возрасте полгода. Я уже привыкла к этим ее выходкам.

«Начинается, – подумалось мне, – щас наверняка меня куда-нибудь позовет».

Не сплю, жду мужчину, – ответила я подруге, чтобы подколоть. Пусть сидит теряется в догадках, про кого я пишу.

ОООО, и кто же этот несчастный? – кинула она мне в ответ и приправила кучей смайлов со знаком вопроса.

Мой клиент, забудь, он по работе.

Что значит по работе? Приезжать в полночь по работе никто не будет. Зажги с ним, детка! У тебя после Макса вообще никого не было, так и сдохнешь старой девой с кошками вокруг, – посоветовала мне подружка и отправила еще три скобки, означающие улыбки, и один смущенный смайл.

Это не в моем стиле, тем более у него есть девушка!

Не стена, подвинется.

Ксюша, ты чего хотела? – перевела я тему.

Я хотела тебя позвать в клубешник потрясти булками, чтобы привлечь какого-нибудь самца на твои аппетитные формы. Хватит сидеть дома как затворница, только и делая что рисуя. Но раз ты занята, то я позову Юльку. Адьес, крошка! Завтра жду подробностей о вашей бурной ночке! – попрощалась подруга с девушкой и выслала еще кучу смайлов с рукой в форме ок и каплями.

Картины пишут, а не рисуют, – только и смогла выдать я на ее замечание.

В дверь позвонили, и я отвлеклась от пришедшего сразу же ответа подруги.

На пороге стоял Ник. Он был в черной рубашке, которая подчеркивала его ровный загар и упругие бицепсы. Невольно мой взгляд упал на них, и я представила, как он прижимает ее к стене, как касается этими сильными и мужественными руками талии, обхватывает бедра. Все-таки у меня чертовски долго не было мужика.

Его волосы были слегка растрепаны, но уложены гелем, что придавало образу рок-стара еще больше чувственности.

– Эм, ничего, что я в домашнем? Ты застал меня за работой над картиной, – смущенно проговорила я и уставилась вниз. – Проходи, будешь чай или кофе?

– Кофе, черный.

Ник

Я прогуливался по улице, которая вела к дому, когда вдруг понял, что хочу увидеть еще раз девушку, написавшую его портрет. «Была не была, – подумалось мне, – если она не спит, то поеду к ней». И, к своей удаче, девушка не спала, так как работала над моим заказом для Фрэда.

Я в ту же минуту вызвал такси и направился по адресу. Именно там и располагался ее дом. Жила она в центре Питера, в укромном дворике была старинная парадная. Дом слегка облупился, что придавало ему скорее элегантной старины, нежели древности и трухлявости. Вообще дома в Питере были весьма красивыми, несмотря на то, что практически все были еще старинных построек, и большую часть не реставрировали, оставляя этот дух девятнадцатого века.

Девушка жила на пятом этаже, судя по расположению квартир, а дом был настолько стар, что в нем не было лифта. Поднявшись на нужный этаж, я перевел дух, отдышавшись.

Что я ей скажу?

Вернее, что она подумает обо мне. Я пришел к ней в ночи.

Ася встретила его в рабочем фартуке, накинутом на обычную футболку и короткие шорты. Она вся была испачкана краской, без макияжа, но такая милая. Я сразу бросил взгляд на длину шорт, они слегка прикрывали бедра, и в его голову проникла мысль о том, как я вожделенно ее целую, руками касаясь бедер. Пришлось отмести от себя все пошлые мысли, чтобы у меня не встал.

Девушка выглядела слегка смущенной, на коже появился румянец. И это прибавляло ей привлекательности и даже какой-то детской непосредственности. Я отвык от таких девушек.

Обычно среди фанаток либо совсем подростки, либо силиконовые куклы, как называл их Фрэд. Абсолютно все с огромным количеством хирургического вмешательства и потерявшие всякую индивидуальность девушки, которые готовы на все, чтобы провести ночь со звездой. Интереса у меня они абсолютно никогда не вызывали, но развлечься с подобными девушками я порой мог. Мог, до встречи с Лилей.

Она была из обеспеченной семьи, и мы довольно долго просто общались как друзья, пока она не приехала как-то ко мне ночью и они не переспали. С тех пор наш роман закрутился, и вроде бы она нравилась мне, и до сегодняшнего дня я даже не сомневался в этом. Но волею судьбы девушка-художница застряла в моей голове и совершенно не планировала из нее выходить. Поэтому я здесь стою как придурок ночью в коридоре незнакомки.

И вот уже сидя у нее на кухне и попивая кофе в полной тишине, я смотрел на нее, а она на меня, казалось, не мигая.

– У тебя очень уютная квартира, давно в ней живешь? – я решил начать с тривиальных тем, чтобы как-то начать разговор.