Адам Тадеуш Станислав Нарушевич. Переводы стихов

;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;

В) МЕТАФОРЫ-ЗАГАДКИ

"CIAL TWORCA KLAMLIWY" (творец тел обманчивый)

РЕШЕНИЕ ЗАГАДКИ: художник. Эпитет klamliwy (лживый, иллюзорный) указывает на природу живописи — искусство создаёт на плоскости иллюзию объёма и жизни, "обманывая" глаз. Связь с Солнцем: свет делает возможным восприятие цвета и формы.

"KRAGLE SIE ZLOTO WIJAC NIEUSTANNYM RUCHEM" (круглое золото, извивающееся неустанным движением)

РЕШЕНИЕ: монеты в торговом обороте. Глагол wijac (извиваясь, как змея) передаёт идею циркуляции капитала. Возможна (но не доказуема текстологически) ассоциация с колесом Фортуны — символом переменчивости богатства.

;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;

2. Просветительские элементы

НАУЧНАЯ КОНКРЕТНОСТЬ:

ГЕОЛОГИЯ И МЕТАЛЛУРГИЯ: Sposobi gnusne zuzle i bryly niezgrabne / Na kosztowne kanaki, na kruszce powabne (превращают косные шлаки и неуклюжие глыбы в драгоценные материалы и привлекательные металлы)

Примечание: kanaki — дорогие восточные ткани (от французского cannecan); возможно, метафорически — любые драгоценности, созданные с помощью солнечного тепла.

АСТРОНОМИЯ: pewnym trybem lata i wieki prowadzil (точным порядком годы и века ведёт) — отсылка к ньютоновской механике.

ДИДАКТИЗМ: поэма не только хвалит, но и объясняет — типичная установка Просвещения.

;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;

3. Неоклассические черты

АНТИЧНАЯ МИФОЛОГИЯ:

Srebrnowlosa jutrzenka (сребровласая Аврора) — римская богиня зари

Kloto — греческая мойра, прядущая нить судьбы

РИТОРИЧЕСКИЕ ФИГУРЫ:

АНАФОРА: Stad... stad... stad... (отсюда... отсюда...) — риторическое нагнетание, усиливающее идею Солнца как первопричины.

АМПЛИФИКАЦИЯ: каталог благ цивилизации (строки 27-36) — нарочитое перечисление для создания эффекта изобилия.

;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;

V. ИСТОРИЧЕСКИЙ КОНТЕКСТ

1. 1772 год: политическая катастрофа

5 АВГУСТА 1772 — подписание первого раздела Речи Посполитой. Россия, Пруссия и Австрия аннексируют около 30 процентов территории (211 тысяч квадратных километров с населением 4 миллиона человек).

Нарушевич — член Комиссии народного образования (создана в 1773), сподвижник короля Станислава Августа Понятовского, участник проекта модернизации Польши.

;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;

2. Возможный политический подтекст

ВАЖНО: это интерпретация, не констатация факта.

Строка "Powraca luby pokoj" (возвращается желанный покой) после описания бури может читаться как мольба о стабилизации Речи Посполитой. Но в тексте нет прямых политических аллегорий — Нарушевич остаётся в границах космологического гимна.

БОЛЕЕ НАДЁЖНАЯ ИНТЕРПРЕТАЦИЯ: В год хаоса поэт утверждает неизменность божественного порядка — Солнце продолжает восходить независимо от человеческих катастроф.

;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;

3. Религиозно-философская позиция автора

Нарушевич — иезуит (до роспуска ордена папой Климентом XIV в 1773), позже епископ. Его мировоззрение:

ФИЗИКОТЕОЛОГИЯ (Бог познаваем через изучение природы — популярная в XVIII веке концепция, восходящая к Роберту Бойлю и Уильяму Дерхэму)

НЬЮТОНИАНСТВО (законы природы = проявление божественного Разума)

КАТОЛИЧЕСКАЯ ОРТОДОКСИЯ (Бог = не только "часовщик", но личностный Промысл)

;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;

VI. ФИЛОСОФСКИЕ И ТЕОЛОГИЧЕСКИЕ ОСНОВАНИЯ

1. Эклектическая космология

Нарушевич не следует строго одной астрономической системе, а синтезирует элементы:

АРИСТОТЕЛЕВСКО-ПТОЛЕМЕЕВСКАЯ МОДЕЛЬ:

Lotnych duchow (лёгких духов) — отсылка к теории "двигателей сфер" (intelligentiae moventes).

КОПЕРНИКАНСТВО:

W posrzodku ich wodza zlotego posadzil (в их середине золотого вождя поставил) — гелиоцентризм.

НЬЮТОНОВСКАЯ МЕХАНИКА:

Pewnym trybem (точным порядком) — закон всемирного тяготения.

РЕЗУЛЬТАТ: барочный эклектизм, где наука иллюстрирует мудрость Творца, а не отменяет Его.

;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;

2. Теодицея: проблема зла

ВОПРОС: Если Бог всеблаг, почему существуют тьма, бури, морозы?

ОТВЕТ В ТЕКСТЕ:

Зло = отсутствие блага (privatio boni — томистская концепция). Тьма не сотворена, а наступает при отсутствии Солнца. Бог не творит зло, но попускает циклическую смену света и тьмы для:

Поддержания природного порядка (смена сезонов)

Напоминания человеку о зависимости от Творца

Это созвучно оптимизму Лейбница ("Теодицея", 1710): зло необходимо для полноты и гармонии мироздания.

;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;

3. Эстетическая теология

КРАСОТА КАК ДОКАЗАТЕЛЬСТВО БОГА (аргумент от дизайна):

Радуга (luk z farb uwity cudnych) — природное искусство, превосходящее человеческое

Художник, подражающий природе, подражает Богу

ТРИ УРОВНЯ ТВОРЧЕСТВА:

БОГ — творит бытие из ничего (ex nihilo)

ПРИРОДА — производит формы по заложенным законам

ИСКУССТВО — имитирует природные формы (mimesis)

;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;

VII. ОБРАЗНАЯ СИСТЕМА

1. Солнце-монарх

АТРИБУТЫ:

Karocy zlocistej (золотая колесница) — триумфальный въезд

Tron (трон) + Majestat (Величие как придворный)

Wodza zlotego (золотой вождь) — военная иерархия

ПОЛИТИЧЕСКИЙ ПОДТЕКСТ: Солнце = образ идеального правителя — справедливого, неподкупного, всеблагого. В эпоху кризиса абсолютизма это имплицитная критика земных монархов.

;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;

2. Солнце-воин

ВОЕННАЯ ЛЕКСИКА:

Bystrym upierzone ogniem jasne prety (оперённые стремительным огнём ясные стрелы) — лучи как оружие

Roty cieniow brudnych wiona (роты грязных теней бегут) — тьма как разбитая армия

Барочная батальная аллегория: космос = поле битвы Света и Тьмы (влияние концепта militia Christi).

;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;

3. Солнце-демиург

CIAL TWORCA KLAMLIWY — Солнце позволяет художнику творить. Но только Бог творит истинно (из ничего); искусство — klamliwy (иллюзорно), ибо создаёт видимость, не сущность.

ПЛАТОНОВСКАЯ ИЕРАРХИЯ:

Идея (Бог) — Вещь (природа) — Образ вещи (искусство) — трёхступенчатое удаление от истины.

;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;

VIII. ИНТЕРТЕКСТУАЛЬНОСТЬ

Библейские источники

КНИГА БЫТИЯ 1:

"И сказал Бог: да будет свет" — Солнце как инструмент творения.

ПСАЛОМ 18 (19):2-7:

"Небеса проповедуют славу Божию... Он поставил в них жилище солнцу" — прямой прототип структуры гимна.

КНИГА ПРЕМУДРОСТИ СОЛОМОНА 13:5:

"От величия красоты созданий сравнительно познаётся Виновник бытия их" — физикотеологический аргумент.

;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;

Литературные параллели

ЛОМОНОСОВ. "УТРЕННЕЕ РАЗМЫШЛЕНИЕ О БОЖИЕМ ВЕЛИЧЕСТВЕ" (1743):

Уже прекрасное светило

Простёрло блеск свой по земли

СРАВНЕНИЕ:

Ломоносов: акцент на научном познании (описание солнечной поверхности).

Нарушевич: акцент на космическом порядке и человеческой этике (неблагодарность).

ВЫВОД: Нарушевич барочнее (больше метафор), Ломоносов рациональнее.

;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;

МИЛЬТОН. "ПОТЕРЯННЫЙ РАЙ" (III, 1-12) — ИНВОКАЦИЯ К СВЕТУ:

Hail holy Light, offspring of Heav'n first-born...

ОБЩЕЕ: свет как первое творение, посредник между Богом и миром.

РАЗЛИЧИЕ: Мильтон акцентирует моральную драму (грехопадение), Нарушевич — космический порядок (гармония сфер).

;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;

IX. ХУДОЖЕСТВЕННАЯ ЦЕННОСТЬ

Сильные стороны

СИНТЕЗ ЭПОХ: барочная метафорика + просветительская дидактика + неоклассическая форма.

МАСШТАБ: от физики до теологии в 84 строках.

РИТМИЧЕСКОЕ МАСТЕРСТВО: тринадцатисложник создаёт торжественность без монотонности.

ФИЛОСОФСКАЯ НАСЫЩЕННОСТЬ: каждая метафора имеет теологическое обоснование.

;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;

Особенности восприятия

Барочная амплификация (каталог благ, строки 27-36), избыточная с точки зрения современной эстетики, в XVIII веке была знаком учёности — приём copia verborum (обилие слов) как демонстрация эрудиции автора.

Дидактизм финала (строки 81-84) выражен прямолинейно — типично для оды XVIII века с её установкой на моральное поучение.

Архаичная лексика: kanaki, zuzle, kluba требуют комментария для современного читателя.

;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;

X. МЕСТО В ПОЛЬСКОЙ ЛИТЕРАТУРЕ

Значение

"Гимн Солнцу" — вершина польской религиозной оды XVIII века, стоящая в ряду:

САРБЕВСКИЙ (XVII век) — неолатинская ода

НАРУШЕВИЧ (1772) — синтез барокко и Просвещения

КАРПИНЬСКИЙ ("Утренняя песнь поселянина", 1792) — сентиментализм

ВЛИЯНИЕ: Нарушевич задал стандарт "учёной поэзии" для польского классицизма.

;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;

XI. ЗАКЛЮЧЕНИЕ

"Hymn do Slonca" — философская поэма, соединяющая:

НАУКУ (астрономия, оптика, геология)

ИСКУССТВО (барочная эмблематика, неоклассическая риторика)

РЕЛИГИЮ (физикотеология, теодицея)

ВОЗМОЖНО — утешение нации в год политической катастрофы

Это одна из последних попыток европейской культуры синтезировать научное и религиозное мировоззрение в рамках поэтического текста. После Нарушевича эти сферы разойдутся окончательно (романтизм секуляризует природу, позитивизм — науку).

Поэма остаётся непревзойдённым образцом польской одической традиции — по силе метафор, философской глубине и формальному совершенству.

;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;

Автор анализа: Даниил Лазько

Дата: 2025

Источники:

Текст оригинала: poezja.org

История польской литературы. Том 1 / Ред. И. К. Горский. Москва, 1968

Ломоносов М. В. Избранные произведения. Москва-Ленинград, 1965

Поэзия польского Просвещения / Сост. А. В. Липатов. Москва, 1975

Примечание: специальных монографий о Нарушевиче на русском языке мало; анализ основан на текстологическом разборе оригинала и сравнительно-историческом методе.

Поэтический перевод версия 2 буквальная выполнил Даниил Лазько с польского языка на русский язык:

Гимн Солнцу.

Адам Нарушевич (1772)

Душа всего, что в мире разлито широко,

Перстень десницы Божьей, дар Предвечного ока!

Ты — океан сияния, чей луч неугасимый

Струится от престола, веками нерушимый.

Творец земных плодов! Твоею дланью щедрой

Наш дольний мир приемлет жизнь, и блеск, и светлость недр.

Твоей улыбкой властной земля, дотоле бедна,

Встаёт, и молодеет вновь, родит, дыша;

А жизненным лучом насквозь пронзённой силой

Из недр упорных дивные являет клады.

Ты, вознося по небу колесо вращенья,

Часам летучим чертишь грань, предел теченья:

Пред колесницей шествует на скакуне прекрасном,

Жемчуга рассыпая по пути багряном,

Заря сребровласая, росой стезю смягчая:

Тебя величье, пышность, блеск и слава окружают.

При троне Величавость поступью степенной —

Куда очей возвесть не смеет смертный бренный.

Из колесницы златой обильная Плодовитость

На землю сыплет урожай: плоды, зерно, цветистость.

И всё, что дышит и живёт — летящее, плывущее,

Ходящее — в хвалу тебе струит благое чувствие.

Твои стремительные, огнём оперённые стрелы,

Пронзая твердь земли и бездн морских пределы,

Из косных шлаков и руды, из каменных громад

Готовят ткани дивные, металл и камней клад.

Отсель художник-чародей на полотне искусный

Творит безмолвный мир живой, обманчивый и чудный;

Отсель кузнец орудия потребны добывает;

Отсель пахарь на ниве урожай взращает;

Отсель роскошество свой блеск надменно множит,

Отсель трудом людским и дивным изобретеньем

Златой кругляш вращается в движенье неустанном,

Торговой цепью вяжет мир разноязычных стран.

Без солнца всё объято сном, недвижно, мертво,

Когда дыханьем Арктики мороз засыплет твердо;

Всё застит мгла жестокая, владычица страхов чёрных,

И кажется: весь мир к пучине первой возвращён.

Но лишь блеснёшь ты кротким и ласкающим лучом,

Природа вся живей идёт торжественным строем.

Играют реки, вырвавшись из ледяной неволи,

Деревья в пёстрых ризах — вся краса, вся перемена;

Зеленеют поля, сбросив снежное бремя

С хребтов своих, и кормят стад блуждающее племя.

Сама Клото; на быстрых волнах, несчастьем чреватая,

Хоть роет мокрые гроба, морское дно взрывая,

Не столь жестокой кажется, надежду возвращая,

Когда с востока лик твой ясный рассмеётся.

Всё пред тобой склоняется: пускай неистовствует буря

И чёрной тучей день застит, завесой небо хмуря;

Пусть мечет молниями, пусть грохочет устрашающе,

Грозя земле трепещущей крушеньем всеобъемлющим;

Лишь лук нацелишь на неё, из красок дивных сплетённый —

И мигом мчатся прочь полки теней нечистых, грязных,

Приходит мир желанный, и из чащи тёмной

Пастух стада выводит на простор свободный.

Но Ты, о Творче Вышний! что деянием чудесным

Украсил для нас небо сонмом звёзд нетленных,

И в их средине Вождя златого утвердил светило,

Чтоб вёл года и веки чредой неизменно, —

Какую за то примешь Ты от смертных бренных славу?

Какой язык деянья рук Твоих по праву

Воспеть достойно сможет? Твоей предвечной сути

Премудрость правит всех небес круговращенья путь.

Ты, крылья лёгких духов бременем отягчая,

Одним даёшь шпоры, другим узду вручая,

Чтоб, в воздухе чертя круги разнообразны,

Являли зрелище стихиям поднебесным красны.

Без Промысла Твоего хоть на мгновенье краткое —

И целый мир покрылся бы руиной шаткой;

И разнузданные сферы, как буйные кони,

Во тьме первичных стихий исчезли б в бездне, в тони.

Коль человек неблагодарный, о Владыко,

Таит в устах хвалу чудес Твоих глубоко, —

Само Тебя, от южных стран до северной оси,

Небо своего Творца хвалами вознеси!

;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;

ПРИМЕЧАНИЕ ПЕРЕВОДЧИКА

;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;

Это вторая, буквальная версия перевода "Гимна Солнцу".

Первая версия (адаптированная):

http://stihi.ru/2025/12/03/5849

ФИЛОСОФИЯ ЭТОГО ПЕРЕВОДА:

Данная версия максимально сохраняет буквальное

значение каждого слова оригинала и язык русской

поэзии XVIII века, жертвуя современной понятностью

ради исторической аутентичности.

КЛЮЧЕВЫЕ ОТЛИЧИЯ ОТ ПЕРВОЙ ВЕРСИИ:

"Дольний мир" — архаизм, означающий "земной мир"

(в противоположность "горнему" — небесному)

"Засыплет твердо" — буквальная передача польского

"zaśnieży" (засыплет снегом), а не "сковал"

"Несчастьем чреватая" — точный перевод "w klęski płodna"

(плодная бедствиями), без пояснения о Клото

"Владычица страхов чёрных" — сохранение барочной

персонификации тьмы, вместо "мать страхов"

"Чредой неизменно" — архаизм XVIII века вместо

более понятного "неуклонно в ряд"

ДЛЯ КОГО ЭТА ВЕРСИЯ:

- Филологи и исследователи польской поэзии

- Ценители классической русской оды XVIII века

- Читатели, изучающие историю перевода

КАКУЮ ВЕРСИЮ ВЫБРАТЬ:

Если вы хотите ПОНЯТЬ Нарушевича — читайте первую.

Если хотите УСЛЫШАТЬ его язык эпохи — эту.

Обе версии созданы одним переводчиком и представляют

два разных подхода к переводу классической поэзии:

буквализм vs адаптация для современного читателя.

;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;

;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;

ПРИМЕЧАНИЯ

;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;

Адам Нарушевич (1733–1796) — польский поэт, историк,

епископ смоленский. Один из крупнейших деятелей польского

Просвещения. «Гимн Солнцу» (1772) — вершина его

поэтического творчества, эталон польской оды эпохи барокко.

Перевод выполнен александрийским стихом (6-стопный ямб

с парной рифмовкой) — точным эквивалентом польского

тринадцатисложника.

;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;

СЛОВАРЬ АРХАИЗМОВ

;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;

Десница — правая рука (символ божественной силы)

Дольний мир — земной мир (противоп. горний — небесный)

Дыша — старая форма деепричастия от "дышать"

Стезя — путь, дорога

Отсель — отсюда

Косные — твёрдые, неподатливые

Клото; — одна из трёх мойр (богинь судьбы), прядущая

нить человеческой жизни

Величавость — здесь: персонификация божественного величия

Тонь — морская глубь, пучина (редк.)

Златой кругляш — монета (метафора торговли)

Поднебесные стихии — стихии, находящиеся под небесами

Чреда — порядок, череда, установленный ход

;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;

ИСТОРИКО-ЛИТЕРАТУРНЫЙ КОНТЕКСТ

;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;

Нарушевич писал оду в эпоху, когда польская поэзия

переходила от барокко к просветительскому классицизму.

«Гимн Солнцу» соединяет барочную космическую образность

(персонификация абстракций, каскады метафор) с

просветительской идеей разумного миропорядка.

Текст создан в год первого раздела Речи Посполитой (1772)

и отражает трагический оптимизм эпохи: вера в Промысл,

в упорядоченность космоса, в прогресс (упоминание торговли,

ремёсел, науки).

Влияние: немецкая поэзия барокко (Грифиус), французская

ода (Лебрён), русская традиция (Ломоносов — Нарушевич

читал его в польских переводах).

;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;

Источник польского текста:

https://poezja.org/wz/Adam_Naruszewicz/29815/Hymn_do_Slonca

;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;

;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;

© Перевод, примечания и комментарии — Даниил Лазько, 2025

Источник: poezja.org

;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;

К ОТЕЧЕСТВУ

Адам Нарушевич (1771)

Перевод с польского: Даниил Лазько https://stihi.ru/2025/12/07/7095

ПРЕДИСЛОВИЕ

В ночь на 3 ноября 1771 года группа конфедератов Барской конфедерации совершила дерзкое покушение на короля Станислава Августа Понятовского. Монарх был похищен из королевской кареты на улицах Варшавы и увезён в лес под Марымонтом. Через несколько часов король сумел бежать от похитителей и вернулся во дворец.

Это событие потрясло Европу. Польский поэт и историограф Адам Нарушевич, близкий к королю человек, написал оду «Do ojczyzny» («К Отечеству») — страстный гражданский манифест, в котором осудил анархию Речи Посполитой и воззвал к национальному единству.

Ода написана польским силлабическим 13-сложником (7+6 с цезурой) с парной рифмовкой — польским вариантом александрийского стиха, восходящего к французской классицистической традиции. Нарушевич, получивший образование в иезуитских школах, блестяще владел античной риторикой и библейской образностью, что отразилось в насыщенности текста мифологическими и религиозными аллюзиями.

Перевод выполнен русским шестистопным ямбом с парной рифмовкой (AABB) — силлабо-тоническим эквивалентом александрийского стиха, использовавшимся Ломоносовым и Державиным в торжественных одах. Архаизмы и церковнославянизмы употреблены намеренно для воссоздания атмосферы эпохи классицизма.

---

ВАЖНОЕ ПРИМЕЧАНИЕ О СТРОФЕ 13

Упоминание «Корана» в тексте является политической метафорой, а не критикой ислама как религии.

Барская конфедерация получала военную помощь от Османской империи (1768–1774), что в глазах католической Европы XVIII века рассматривалось как союз с «иноверцами» против христианского мира. Нарушевич, будучи католическим епископом, использует конфессиональную риторику для обличения политического предательства заговорщиков, а не для межрелигиозной полемики.

Это сатирический приём, типичный для европейской литературы XVIII века (Вольтер, Свифт, Поуп). Аналог в русской поэзии — Пушкин называет гетмана Мазепу «Иудой» в «Полтаве», имея в виду государственную измену, а не религию.

---

ТЕКСТ ПЕРЕВОДА

К ОТЕЧЕСТВУ

...En, quo discordia cives

Perduxit miseros!

Вергилий

Ужели мало бед, страна моя родная,

Что, тысячи мечей в груди твоей вонзая,

Враги влекут тебя к погибельным краям,

На поругание и в дар чужим землям?

Ужели мало ты, чрез гордость и раздоры,

Явила для Европы ужасные укоры?

Что под луной нигде примера нет, как тут:

Где вольность есть разврат, а смутою живут?

Иль надобно еще, после скорбей горючих,

Снести удар тебе от выродков могучих,

И ради шайки той, разбойников чумных,

Пятно стыда носить в веках, в краях родных?

Взгляни: в столице грех творится беззаконный!

Стыд пишет, мысль дрожит, и льется плач бездонный!

Наместник Божий где? Отец твой и оплот?

Какой жестокий рок его от нас влечет?

«Где царь?» — сенат гласит, главой осиротелый,

Зовёт и кмет, зовёт и рыцарь, прежде смелый,

Зовёт родня, челядь зовёт, едва дыша,

Зовёт разумная, живая всяка душа.

Где царь твой? Это ли его охрана встала?

Мушкеты и клинки, и блеск зловещий стали!

Сей трон ли? Звероложе, бор угрюмый, тёмный;

В крови одежда вся, не в пурпуре нетленном.

В чело, что увенчать короной ты желала,

Рука язычника железо вонзала?

И длани, что лили щедрот поток благой,

Терзает хищный сброд преступною толпой?

Как волк, что алчет крови невинного ягненка,

Ползет на брюхе в тьме и выжидает тонко,

И хоть пастух не спит, и стража начеку,

Уносит жертву в лес, к кровавому леску; —

Свирепей, чем зверье, разбойничья громада

Похитила, увы, пастуха у стада,

У верных отняла надежду и покой,

Монарха, что служил гражданству всей душой.

Что скажет мир, узрев, как в лоне, столь священном,

Гнездятся дикари с гуроном неизменным?

Что, дикость воскресив лесов уединенных,