Звездный странник – 6. Океан
- -
- 100%
- +
Вдруг к нему приблизилась одна из барракуд, держа в пасти небольшую рыбину. Подплыла к торпеде сирены, ткнулось носом куда-то ей в бок, и тот час открылась створки. Барракуда сунула туда рыбину и створки закрылись.
Однако! – подивился Сергей, в душе радуясь тому, что на сегодня еда у них все-таки будет.
И пока они плыли, барракуды натаскали еще несколько рыб.
И когда Сергей, решив, что по времени они должны были уже подплывать к дому, а ничего подобного не видно, и перед тем, как заняться приведением сирены в чувство, включил рентгеновский диапазон, совсем-совсем вдалеке с огромным облегчением увидел знакомую ему скалу и грот.
Дома он кое как затащил сирену в зал. Торпеды оставил плавать в подводной гавани, не зная, что с ними делать.
Раздел девушку. Напрягшись, кое-как уложил на кровать. Аккуратно промыл и перебинтовал раны, смазывая их мазью. Потом, приложив руки, старательно лечил.
А потом, усталый, принял душ. Прополоскал свою новую одежду. Развесил ее в сушилке. Лег. И тут же уснул, забыв про выловленных рыб.
3.
– Так ты – самец?! – вдруг проснулся он от ее сдавленного вскрика. Раскрыл глаза, пытаясь понять, в чем проблема и ошарашенно озираясь по сторонам.
Он лежал на диванчике, голый – так как вся одежда висела на просушке.
Одеяло сползло с него на пол. И сирена возвышалась над ним. Тоже голая. Тело – в шрамах. Волос на лобке нет, как, впрочем, и подмышками – наверное атрофировались за ненадобностью.
– И что? – растерялся он, хватая одеяло с пола и поспешно укрываясь.
С минуту сирена растерянно смотрела на Сергея, стоя рядом. Видно было, что после сна она чувствует себя гораздо лучше.
– Самец кого? – вдруг тихо вымолвила она. – Где твои самки?
Прикрываясь одеялом, он торопливо оделся и, злясь на эту ситуацию, исподлобья взглянул на сирену.
– Я – ваш самец, – несколько наивно ответил Сергей, совершенно не подумав о дальнейшем.
Сирена удивленно вздернула свои длинные тонкие брови.
– Что значит "Ваш"? – грозно спросила она, еще более грозно нависая над ним с высоты своего роста. – Хочешь сказать, что ты меня можешь покрыть?
Сергей растерялся еще больше, глядя на ее правую руку, судорожно поглаживающую рукоять хлыста, висевшего в изголовье кровати.
– Запросто, – выпрямившись, с вызовом произнес он.
– То есть у меня от тебя могут родиться дети? – спросила она с легким недоумением, приседая на пол на шкуру и скрестив длинные ноги.
– Скорее всего, – ответил он, ощущая какую-то неуверенность. Что-то было не так.
– И как это делается? – еще более озадаченно спросила сирена.
– Также как и у вас.
– У нас – биореакторы, – просто ответила она, пристально глядя на Сергея своими огромными глазами.
– Ясно, – кивнул он, в душе ожидая чего-то подобного. – Ну, а у других животных видела как?
– Конечно! У меня же киты, да и стаи крегов не раз наблюдала в брачный период.
– Ну вот примерно также.
– Как это? Не пойму. Можешь не говорить так много слов, а просто показать?
– Как это? – на это раз растерялся Сергей.
– Как только что говорил. Самец и самка. Самец – это ты. Самка – это я, – просто сказала сирена, по-прежнему сидя на полу. – Давай, командуй, как там и что, а я уж как-нибудь разберусь…
– Зачем это тебе? – совсем растерялся Сергей, с опаской глядя на девяносто килограмм двух с половиной метрового тела. Что за муха ее укусила? – озадаченно подумал он. Заниматься сексом ему совершенно не хотелось, тем более – с ней. С такой гигантшей.
– Я должна родить, – просто ответила она. – Королевский налог. Но для зачатия необходимо ехать в столицу. А я, как видишь, не могу.
Собственно, вопрос, подумал он, а мне-то, женатому человеку, жена которого – лучше всех на свете, мне зачем это надо?
Сергей отрицательно покачал головой.
– Давай лучше поедим, – предложил он. – С утра ничего не ели.
– Давай, – легко согласилась сирена.
Они перебрались на кухню. Здесь была ее стихия и Сергей сел в сторонку, чтобы не мешать, но и в то же время иметь возможность помочь – нахлебником ему быть не хотелось. Выдвинув ящик с последним уловом, который она уже сама выгрузили из торпеды, сирена, после придирчивого осмотра, вытащила тушу существа, похожего на тюленя. С громким шлепком бросила его на широкий разделочный стол. Словно пушинку, взяла мощный тесак. Примерившись, нанесла первый короткий удар. Брызнула кровь.
Замерев, Сергей смотрел на сирену, как она ловко орудует тесаком и кинжалом, разделывая несчастную тушку, пачкаясь в крови и ни сколько от этого не страдая, а наоборот, получая явное удовольствие, не в силах скрыть улыбку на лице – мол, мясом теперь мы надолго обеспечены. Богиня войны, только и подумал он, Афина Паллада… Дикая морская амазонка!
Между тем, покончив с разделкой и убрав лишнее, она насадила отборные куски мяса на вертел и, наклонившись, расположила его где-то в глубинных ящиках. Щелкнула тумблером. Что-то внутри зашумело.
Сергей ради интереса попереключался на разные спектры зрения, изучив ящик с вертелом и подведенные к нему коммуникации. Одним белым пятном в замысловатых внутренних схемах жилища сирены стало меньше.
Она рассеяно посмотрела по сторонам, мелькнув взглядом в сторону Сергея, который мысленно гадал – на него она тоже выделила порцию, или это все ей одной? Вернулась к хранилищу, присела, принялась сортировать свежий улов, раскладывая по ячейкам, одни из которых оказались холодильными камерами, другие – чем-то вроде коптилен, только с разной коптящей начинкой, а назначение остальных он не понял.
– Помощь нужна? – спросил Сергей, который чувствовал себя неловко – неприятно, когда тебя кормят, а ты ничего не делаешь.
Сирена только отрицательно покачала головой, не оборачиваясь и решительно ворочая тяжелыми рыбьими тушами.
Вскоре что-то звякнуло и сирена тут же закрыла все ячейки и, перебравшись на корточках к плите, надела толстые рукавицы. Достала скворчащий вертел с мясом тюленя, с которого обильно капал жир. Перенесла его на стол, поставив на специальные распорки.
Голодным я точно не останусь, уже боле радостно подумал Сергей, выжидая команды – вдруг здесь принято перед едой читать молитвы или как-нибудь задабривать морского бога, например.
Выдвинув ящик стола, сирена бросила на стол ножи, ложки и вилки, размеры которых впечатляли. Ножи – словно кинжалы или короткие мечи, вилки – словно боевые трезубцы гладиаторов, а ложки больше походили на здоровенные черпаки или небольшие весла.
Села. Воткнув вилку в ближайший кусок, она ножом быстро отсекла изрядный ломоть мяса. Решив, что команда на трапезу дана, Сергей, быстро схватив нож и вилку и последовал ее примеру.
Мясо к его удивлению оказалось очень нежным и сочным.
Основательно насытившись, Сергей перебрался на диван, сквозь широкий проем бесмысленно наблюдая, как сирена занимается уборкой в столовой. Сюда – остатки пищи, сюда – грязную посуду и вилки с ложками. Ножи же вытерла отдельно и с большей любовью и заботой – все-таки воительница!
Потом обернулась к Сергею, и в ее взгляде он прочитал свой приговор.
Опять за свое, только и вздохнул Сергей, поспешно отводя глаза – вдруг пронесет? Невольно вспомнились дриады, Лаборатория-Z – миры разные, а проблемы одни и те же. Впрочем, основное предназначение женщины – это потомство, и как ни крути, все равно упрешься в эту проблему.
Поколебавшись, она тряхнула короткими волосами и решительно подошла. Молча легла на пол возле дивана, на бок, со сдвинутыми ногами – мол, как и морские животные. Подумав, стянула с себя штаны – до колен, обнажив рубцы шрамов.
– Так не получится, – невольно произнес Сергей, лежа на диване и без всякого любопытства наблюдая за действиями сирены.
– Меня тоже сомнение взяло, – озабоченно согласилась она, вставая на коленки и поворачиваясь лицом к Сергею, – уж больно твой коротковат. Не может такой дотянуться. А как тогда?
– Наверное, будет проще лечь на спину, раздвинув ноги, – посоветовал он.
Она тут же легла, слегка развела ноги в стороны и вопросительно посмотрела на Сергея. Ну как?
Сергей вздохнул, отрицательно покачав головой.
– Шире.
– Чтобы ты смог поместиться? – наконец догадалась она.
Он кивнул. Русалка раздвинула ноги так, как ни одна земная женщина не смогла бы проделать, и он вдруг почувствовал отвращение – не к ней лично, а к тому, что она требует, и к себе заодно. Сергей замер, не зная, как сказать ей об этом. Какое-то время сирена лежала совершенно неподвижно, и даже казалось – не дышала, отстранено глядя куда-то вверх и в сторону. Но потом перевела взгляд на Сергея, и тут же резко сдвинула ноги. Поспешно села, натягивая штаны.
– Ерунда какая-то, – пробормотала она, явно краснея и отворачиваясь. Застегнула ремень. Замерла.
Какое-то время сирена сидела на полу совершенно неподвижно. Также неподвижно лежал и Сергей, думая только об Элоре, и пытаясь понять – где же ее искать в этом мире? Ну хорошо, взволнованно рассуждал он, она появилась в океане, также как и у меня у нее появились жабры. Но ведь это и все! Никто ведь ее не ждал здесь, не встречал. А ей также требуется защита. Значит кто-то ее явно подобрал, защитил, как и меня, укрыл от опасностей. Но как найти этого "кого-то"? Средство связи сирены?
Он только было раскрыл рот, как морская сирена, почувствовав состояние Сергея, молча встала, и также молча ушла на свое место.
4.
Его хлопали по плечу, ему сочувственно улыбались, его неуклюже подбадривали, почему-то отводя глаза в сторону.
– Сам понимаешь, надо, – прозвучало над ухом.
Сергей и сам откуда-то понимал, что действительно надо, и ничего тут не поделаешь.
Вздохнув, он, словно скалолаз, полез на каменного идола, в душе совершенно не понимая, как же с ним можно заняться сексом.
И вот он почему-то уже на самой вершине. А здесь – песок, речные волны, накатывая, играют прибрежной галькой, мальки снуют у самой поверхности туда-сюда, неподалеку – заросли густого кустарника.
– Серж, уху помешай, – услышал он женькин голос.
Обернулся. Астронавигатор "Атланта" неуклюже чистил картошку, подняв глаза на Сергея – по-прежнему озорные, с наглой лукавинкой.
– Сбежит же! – взмахнул он очищенной картофелиной и бросил ее в котелок. Послышался "бульк", брызги полетели в разные стороны.
Сергей посмотрел на расстеленную на песке плащ-палатку. Нашел ложку с привязанным к ручке длинным прутиком. И в этот момент он боковым зрением осознал, что из воды кто-то осторожно вынырнул, и также осторожно выходит на берег. Прямо к ним. Кто-то чужой…
5.
Сергей проснулся от скрипа. По привычке замер, не показывая вида, что проснулся. Прислушался. Сирена бродит по помещению. Бесцельно. Не спится ей что-то, подумал Сергей, собираясь снова уснуть. Но тут она, судя по характерному скрипу, подошла к оружейной. Сергей насторожился. Невольно поискал глазами, чем защищаться. Но потом обругал себя. Зачем? Меня убить? Так ведь она могла проделать это сто раз. Да и не нужно ей оружия – и голыми руками сломает мне позвоночник. Так что спи. Убьет – так убьет, что тут поделаешь?! А не убьет, так хоть высплюсь.
И он расслабился, задремал. Но тут сирена приблизилась в его кровати, неуклюже потопталась на месте, явно не зная, как себя вести дальше, потом решительно откинула его одеяло, присев на край кровати.
– Ну? – спросил Сергей, не меняя положения и даже не поворачивая головы.
– Мне мысли разные покоя не дают, – сконфуженно пробормотала сирена, почему-то торопливо забираясь под его одеяло и ложась рядом, в тесноте диванчика придавливая его к спинке.
Диванчик хрустнул.
Тело девушки было мускулистым и горячим. И она не знала, куда деть свои руки.
– Слушай, – зашептала она, невольно прижимаясь к нему еще плотнее. – Никак не могу выкинуть из головы… Как же всё это происходит? Что ощущается? И почему у нас сейчас все по-другому? Неужели у нас раньше были самцы? И если так – то как же мы с ними жили? И куда они все подевались? И почему?
Сергей вздохнул – прощай сон, хоть он и был не очень-то приятным.
– Тут я ничем помочь тебе не могу, – сказал он, ловя сирену за талию, чтобы она не упала – тесно все-таки. – Я ведь вообще ничего про вас не знаю. Но, согласись, – почему-то перешел он на шепот, – что исходя из твоего строения, было время, когда твои глубокие предки зачинали детей несколько иначе, чем вы сейчас. Просто потом что-то случилось и пришлось искать другой выход.
Она приподнялась, явно стараясь в темноте разглядеть его лицо. Сергей переключился на инфракрасный – действительно, смотрит. Явно озадаченная, задумалась о чем-то. Наверное, она в темноте видит лучше меня, подумал он, возвращая зрение на нормальное.
– В твоих словах есть доля истины, – наконец пробормотала морская сирена, чуть слышно дыша ему в лицо. – Наверное, так и было.
Она снова задумалась, зачем-то положив руку ему на живот, а Сергей, наоборот, тут же перестал держать ее за талию. Как-то все идет не так, неправильно, подумал он. Ну и влип же я в историю.
– А ты занимался этим с другими сиренами? – тихо спросила она, круговыми движениями поглаживая его живот. И эти круги становились все больше и больше.
– Занимался, – честно ответил он, стараясь поймать ее руку в самый нижней её фазе. И не успел.
– Как странно, – сказала она, обхватывая его быстро уменьшающийся член своими огромными пальцами. – Непонятные ощущения. Отчего так?
– Наверное, рефлексы из глубины веков, – ответил он, для страховки держа её за ту руку, что была внизу, но не рискуя ее убрать – сил у нее все-таки поболе будет, может чисто случайно и оторвать. Она-то, конечно, извинится, а мне что потом делать?
Ее лицо вдруг стало медленно приближаться к нему.
– Послушай, – торопливо произнес он. – Я все хотел спросить – не попадалась ли тебе сирена с темными длинными волосами, с голубыми белками глаз и примерно моего роста? – Он замер в ожидании ответа – а вдруг она знает?
Замерла и она. Потом отрицательно покачала головой.
– Это рост ребенка, – сказала она, мягко работая пальцами, словно мяла пластилин. – Таких маленьких сирен у нас нет.
Надежда на быструю встречу с Элорой угасла в самом зародыше.
– Это твоя самка? – сухо спросила сирена, напрягшись.
Напрягся и Сергей. Кивнул.
– И я ей верен, – добавил он.
– Как кнорры, – кивнула она, вроде успокаиваясь – ситуация ей была вполне знакома и понятна.
Вот странно, подумал Сергей, в мире Леса тоже было существо с таким названием. И там тоже был мир женщин.
– Завтра поплывем с инспекцией косяков омуля, – произнесла морская сирена. – В их краях появилась стая кнорров, против которых барракуды бессильны. Необходимо прогнать.
И она ушла на свою кровать.
Глава 3.
1.
Вновь они вдвоем рассекали просторы океана. Большую часть пути они проделали на скоростных торпедах, и теперь искали врага, который был скрыт от локации скоплениями рыб. Сирена легко и свободно плыла впереди, слегка извиваясь гибкими неуловимыми движениями. Ну-у, я так никогда не смогу, подумал он, держась за скобы торпеды и неуклюже труся следом. Так изгибаться, наверное, могут только одни женщины.
Огромное облако серебристого косяка неожиданно выплыло из водяного сумрака, стремительно надвинувшись на них по всей видимой высоте – от верха и до низа. Сергей притормозил, боясь врезаться в эту стену, казавшуюся сплошным монолитом, чуть колыхавшуюся в морских течениях. Но не успел – торпеда медленно вплыла в косяк, который тут же прогнулся ближними рыбинами, действительно похожими на омуля, но только раз в пять крупнее. Образовался грот и Сергей медленно вплыл внутрь, и свет вокруг него тут же померк. Впрочем, сирена решительно устремилась вперед, разрезая косяк, и С
ергей, естественно, последовал за ней.
2.
Проткнув косяк насквозь, Сергей в рентгеновским диапазоне сразу увидел три огромные туши. Он хотел было показать на них сирене, но она, явно пользуясь эхо-локатором, уже смотрела в ту сторону. Сирена махнула рукой и барракуды веером ушли вправо и влево, охватывая акул в кольцо.
– Надо накостылять вожаку, и тогда они уйдут, – процедила сквозь зубы сирена, посмотрев на Сергея и вдруг резко устремилась прямо на кнорров.
Сергей на своей торпеде – следом, старясь не отставать и нервно поглаживая рукоятку с красной кнопкой.
Акулы, лениво шевеля огромными плавниками, неторопливо разворачивались в сторону пришельцев. И тот час маленькая ракета устремилась на них, огненным вихрем прорезая воду.
Самая большая акула подалась было в сторону, но ракета также свернула со своего пути, неумолимо приближаясь к вожаку, который перестал вдруг вальяжно двигаться и, резко взмахнув огромным хвостом, ускорил свое движение. И тот час на его пути взорвались гранаты, поставленные барракудами. Сирена не хотела, чтобы кнорры расползлись по сторонам, где их потом трудно будет вылавливать по одиночке. Она жаждала угнать их всех как можно дальше отсюда.
И Сергей, поймав в прицел второго кнорра, самого здорового из двух оставшихся, также нажал на красную кнопку.
И тут же он вдруг услышал, как закричала третья акула. И он почему-то был уверен, что она – самка, и что она предупреждала своих о новой опасности.
3.
– Не знаешь, а есть где-нибудь суша? – вдруг поинтересовался Сергей, глядя на зеленое небо. Ни облачка, ни видимых спутников планеты, ни птиц.
– Что это? – переспросила сирена, лениво вытаскивая нож.
Они лежали на поверхности океана, качаясь на легкой волне, сняли шлемы, отдыхали, готовились пообедать.
– Ну, например, скалы, выступающие из воды, но только их очень много, – нехотя пояснил он, уже, впрочем, догадываясь об ответе.
Сирена ножом аккуратно и ловко сняла шкуру с омуля и принялась срезать тонкие ломтики филе. Отрицательно покачала головой.
– А разве так бывает? – спросила она, подавая Сергею сырое мясо.
– Бывает, – ответил он, взяв ломтик филе и ожидая действий сирены.
Сирена обмакнула свой ломтик в океанской воде, немного побултыхала, а затем свернула в трубочку и принялась есть. Сергей поступил точно-также. Мясо оказалось вкусным, нежным и сладковатым, приятно тающим во рту.
4.
Вдруг сирена резко встрепенулась, прислушиваясь к каким-то щелкающим звукам, доносящимся из шлема, плавающего рядом с ней.
– Стая тюленей решила полакомиться нашей рыбкой, – недовольно буркнула она. – Я сейчас.
И, нацепив шлем, исчезла в глубине.
Сергей остался на поверхности. И ему вдруг стало как-то сразу неуютно. Почему-то сразу же почудилось, что кто-то снизу, из тьмы, стремительно приближается к нему – огромный и зубастый. И он тут же переключил диапазон зрения на рентгеновский. Близко никого не было и сразу же стало спокойнее. Но новый дискомфорт был в том, что не было видно никакой опоры для тела – Сергей просто висел в пространстве на высоте более трех километров. И ему стало панически казаться, что сейчас он полетит вниз, к очень далекой земле. И побороть эти свои ощущения он никак не смог. И он снова переключился на нормальное зрение.
Вскоре появилась сирена, выскочив на поверхность на своей торпеде, к которой было привязано существо, похожее на тюленя. Оно было живое и судорожно билось, пытаясь вырваться из пут.
– Ну что? Домой? – спросила морская амазонка, снимая шлем.
Сергей кивнул и сирена, снова надев шлем, решительно развернулась, уходя на глубину. Сергей, быстро подхватив свой шлем, устремился следом за ней.
Погружаясь все глубже и глубже, он видел, как плененное несчастное животное судорожно трепыхалось на привязи, резко мотаясь из стороны в сторону.
– Аккуратнее. А то убьешь свою добычу, – произнес Сергей.
– Пусть подергается! – весело ответила сирена, явно получая удовольствие. – Мясо вкуснее будет!
– Зачем он тебе живой? – заступился за тюленя Сергей. – Добей!
– Не скажи, – недовольно ответила сирена. – Свежая печень и желудок – это и лакомство и лекарство. А яички – это вообще страшный деликатес! Мне просто повезло, что он так близко подпустил. Иначе живым бы не взяла!
Дома, в своей гавани, сирена, скинув костюм и ласты фантастически мгновенно, словно выскользнув из них, обнаженная, первым делом быстро спустила вниз один из свисающих крюков, просто потянув за него. Решительно зацепила его за нижнюю челюсть тюленя. Отпустила. И туша тут же поднялась вверх. Причем тюлень все это время верещал, дергался и извивался.
Сергей растерянно посмотрел на сирену, которая была просто счастлива.
5.
– Нас с тобой ждет ужасный деликатес! – радостно, словно маленькая девочка, подмигнула она. – Ты такого и не ел еще никогда. Пальчики оближешь!
Сирена просто светилась от какого-то внутреннего неземного счастья. И Сергей невольно поморщился.
Между тем сирена руками подвела свою торпеду к пирсу и пристегнула к местным защелкам. Сергей, действуя по образцу, проделал тоже самое.
Потом сирена устремилась в душ, по дороге убрав в шкаф свое оружие.
Сергей, скинув свою одежду, которая, кстати, была его единственной, бросил ее в угол, собираясь потом прополоскать ее в пресной воде. Мокрыми босыми ногами ступил на ковер в зале, который тут же высушил его ноги. Прошел до оружейного шкафа, убрал гарпун, которым он так и не воспользовался, в соответствующую ячейку.
– Самец, иди сюда! – вдруг громко позвала его сирена из ванной.
Сергей, голый, явился на зов.
– Нам лучше ополаскиваться сразу вдвоем, – произнесла сирена, стоя под выключенным душем. – Экономия пресной воды, – добавила она, освобождая ему место рядом с собой.
Требование было вполне логичным и Сергей, предварительно сбегав на пирс и забрав свою одежду, встал рядом с сиреной, стараясь не глядеть на нее. Женское тело, испещренное шрамами, бинтами и наколками – это зрелище, которое вызывает необычайно острую жалость, граничащую со слезами. Одежду он бросил под ноги – сама пополоскается.
Сирена включила воду. Сначала потекла холодная вода, но потом она медленно потеплела и стала вполне приемлемой. Тем более, что сам Сергей, не разобравшись толком в управлении душевой кабинкой, ополаскивался холодной.
Сирена сунула в руку Сергея вихотку и кусок мыла. Струи воды не охватывали все пространство целиком, а только середину, и Сергею пришлось пару раз прижаться к сирене, чтобы как следует намокнуть. Великанша, впрочем, совсем не обратила на это внимания, энергично натираясь.
Сергей невольно ожидал от нее сексуально-активных притязаний, но гигантская амазонка на этот раз почему-то была пассивна.
Потом сирена выключила вводу.
– Ну все, намыливаемся, – скомандовала она.
И Сергей добросовестно намылил свою вихотку, которая была с него ростом, поэтому и намыливал он ее очень долго.
А потом они принялись за помывку. И ему пришлось всерьез опасаться, как бы она локтем не заехала ему в голову.
А потом они молча ополоснулись.
Сирена первой выскочила из душа, завернувшись в просторное покрывало – их много висело на крючках.
Сергей, оставшись один, уже неторопливо, без волнений, прополоскал свою одежду в остатках воды на дне кабинки. Выжал ее. Взял еще одно покрывало и тоже старательно, как мог, упаковался в него.
Вышел из душевой. Прошлепал через зал. Развешал в сушильной камере свою одежду.
Резкий душераздирающий визг заставил его буквально подпрыгнуть. Он стремительно влетел на кухню. И замер, ошарашенный.
6.
Сирена, пристегнув ремнями живого тюленя к разделочному столу, неторопливо, с видимым удовольствием, вскрывала тело несчастного животного.
– Ты что делаешь?! – закричал он, подбегая и хватая ее за руку с ножом.
Она удивленно посмотрела на Сергея. Впрочем, рука ее совсем не дрогнула, продолжая по инерции медленно вспарывать несчастного зверька.
– Надо вырезать член и яички – это большое лакомство! От живого все гораздо вкуснее, – растерянно пояснила она. – Да и гораздо полезнее. Сам попробуешь и поймешь.
– Да нельзя издеваться над живым существом! – продолжил кричать он, что есть силы давя на ее руку, и даже оторвавшись ногами от пола, впрочем, без всякого результата. – Мы же – люди! Не звери, не первобытные обезьяны! В нас же должно быть что-то человеческое! Что отличает нас от всех остальных животных?! Иначе какие-же мы люди?!
Она растерянно смотрела на него.
– Так добей его, чтож с живого?! – воскликнул Сергей, не в силах выдержать разумный детский взгляд животного, полного боли и мольбы.
– Нельзя, – отрицательно покачала головой сирена. – В том-то все и дело – вырезать надо у живого. Иначе не так вкусно будет. И не так полезно.