Звездный странник – 6. Океан
- -
- 100%
- +
Сергей только закатил глаза, не зная, что и сказать.
– Да испокон веков так было! – тоже вдруг закричала она и ее грудной низкий голос громогласным эхом разнесся по всем уголкам ее жилища.
Сергей невольно отпустил ее руку.
– Не от нас это зависит, – буркнула она, продолжая легко распарывать брюхо, но так, чтобы не повредить кровеносные сосуды, поэтому крови на столе было мало. – Так ведь было во веки веков.
– Но ему же больно? – попробовал возразить он.
– Ну и что? А так ведь мясо потеряет свою ценность! – снова не удержалась сирена, повышая голос. – У меня здесь что – аптека, склад полезных витаминов?! – Она вопросительно посмотрела на Сергея, невольно нависнув над ним и сжимая в руке нож. – Нет у меня такого склада! Ты пойми своими мозгами, в конце-концов! Мой склад – вот он! – решительно ткнула она в тюленя. – Больше мне взять все это не откуда!
Сергей только отвернулся.
– Я смотрю, хорошая у вас жизнь, в твоих краях, – скривилась она, вонзая нож, и визг животного больно ударил по ушам, и еще больнее – по сердцу.
И Сергей поспешил скрыться на пирсе.
7.
Он сел на крепительный кнехт. Невольно схватился руками за голову.
Блин! Во что я влип?! Куда я попал?! Дикое средневековье! Отрезание яичек для своего здоровья. И наверняка – купание в крови где-то совсем рядом!
Сергей напрягся. А мне-то что в этом случае делать?
Вдруг из воды высунулась барракуда. Удивленно посмотрела на него. А может, наоборот, ожидала приказов. Ничего не дождавшись, исчезла в глубине.
А Сергей решил – суровая проза жизни имеет свои законы. И нечего ему тут указывать, как им жить.
Услышал шаги. Сирена. Невольно напрягся, принципиально не оборачиваясь. Сирена замерла в проеме. Молчала. Молчал и он, почему-то съежившись и согнувшись. Сердце его бешено стучало. И как только он осознал это, он тут же резко выпрямился, гордо поднимая голову.
– Ужин готов, – тихо сказала сирена. – Не хочешь тюленя – не ешь. Но питаться все равно ведь надо.
Сергей кивнул и она, вздохнув, тихо ушла.
Он посидел еще немного, но потом понял, что обижает ее своим поведением, что лезет со своим уставом в чужую многотысячелетнюю жизнь.
Встал. Решительно вошел в зал. Прошел по мягкому ковру, огибая кресло.
8.
Вошел на кухню.
Сирена сидела за столом и отрезала от большого копченого куска мяса тоненькие пластинки. На звук шагов она не обернулась.
Тюленьи яички есть она не стала. И даже не выложила на стол. Хотя ведь сама говорила, что их надо есть свежими – только тогда будет реальная польза.
Сергей замер в дверях.
– Слушай, – виновато пробормотал он пересохшими губами, глядя на согнутую спину морской сирены, также испещренную шрамами. – Ты меня извини. Я был неправ.
Сирена замерла.
Он приблизился к ней и, извиняясь, положил руки на ее лопатки. Она только кивнула, поспешно продолжив нарезать мясо. Кинула срезанный ломтик в тарелку, в которой таких ломтей было уже с приличную горку, пододвинула эту тарелку в сторону Сергея.
– Ешь, пока горячее, – сухо произнесла она.
Сергей сел возле тарелки. Потом посмотрел на сирену – что-то в ее голосе и позе ему совершенно не понравилось.
Но сирена тут же отвернулась.
И тогда он торопливо вышел из-за стола и поспешно приблизился и встал перед ней. Твердо взял ее за скулы, повернул к себе, пристально глядя в голубые глаза. Сирена не сопротивлялась. Глаза ее были мокрыми и красными. Сердце у него защипало.
– Извини, – ткнулся он своим маленьким лбом в ее большой лоб.
Неловко обнял ее за широкие плечи. И она еще более неловко прикоснулась к нему пальцами.
– Ерунда, пройдет, – пошептала она, невольно шмыгнув носом.
Сергей отстранился и старательно, пальчиками, промокнул уголки ее глаз. Она добросовестно замерла, только виновато моргая время от времени.
– Ну все, – сказал он, отстраняясь. – Обещаю больше так себя не вести. И давай ужинать. А то остынет.
Сирена вздохнула, выпрямляясь и снова берясь за нож и мясо.
– Я тоже обещаю так себя не вести, – виновато произнесла она. – Ты уж прости меня.
И Сергей не стал говорить, что как раз ее-то вины здесь и не было. И мало того, ее последнее замечание его добило. Это ведь аналитика для разума достаточно высокого порядка!
Сергей сел на свое место. Взял вилку.
Ужинали они молча, почему-то стараясь не смотреть друг на друга, и чувствуя себя ужасно виноватыми.
9.
После ужина сирена молча помыла посуду, а Сергей лег на диванчик, укрывшись с головой.
Он постарался уснуть, огородившись от всего случившегося, и решив обдумать все это завтра с утра. Но из головы все не выходил взгляд "тюленя" и его затяжной визг. Впрочем, а ты сам чем лучше? – одернул он себя. – Ее-то действия жизненно необходимы – лекарство, лакомство, это редкость – понять можно. А ты-то сам? Убил людей Дрейпера, случайных патрульных… Спал с женщинами из корысти, обманывая их… Давор в конце-концов… Интересно, поняла бы меня сирена? Осудила? Впрочем, Сергей почувствовал – рассказывать ей про это он точно не будет.
Вдруг скрипнула кровать. Сирена встала. Неуверенно приблизилась к нему. Присела на корточки.
– Извини меня, – пробормотала она, удивляя Сергея – он не узнавал в ней женщину-воина, решительно режущего еще живую плоть и получающую удовольствие от этого. – Но у меня обстоятельства. Я понимаю – у тебя есть самка. И я не прошу тебя бросать ее. Я прошу только о помощи. Понимаешь, нельзя мне сейчас в Королевство! Слишком много еще неостывших недоброжелателей.
– И ты пойми, нет никакой гарантии, – устало ответил он, высовываясь наружу.
– Мы с тобой одного вида… Все шанс… Давай попытаемся? – печально донеслось из темноты.
Сергей присел на диване.
– Тебе это так сильно надо? – требовательно спросил он. – Прямо жизненно необходимо?
– Очень, – понуро кивнула она. – Не сдам в срок ребенка – опала. А приеду в королевство – точно не доберусь до биореактора.
– Как так тебя угораздило? – решил уточнить он. Мысль про биореактор ему нравилась гораздо больше. К тому же он совсем не понимал ее, ее чувств, желаний и проблем.
– Хамства не люблю, – коротко ответила она понурившись. – И барских замашек… Навязали мне в гвардии одну начальницу… – Сирена учащенно задышала, явно снова переживая прошедшее.
Хорошо ей говорить – помоги, с горечью подумал он. Да у меня просто все съежится, когда я хотя бы прикоснусь телом к этой гигантской скале мышц.
– Так как? – совсем тихо спросила она.
Опала, она во всех мирах – не очень хорошо, подумал Сергей. А в этом – и подавно.
– Это будет непросто, – ответил он. – Возможно даже – ничего не получится…
Он еще не договорил, как услышал в темноте, как поспешно раздевается сирена.
Заставить ее вести по моему усмотрению, чтобы совсем не ощущать этого гигантизма, и тогда можно будет представить кого-то другого… – быстро соображал он. – Но вот кого?
Сергей понял, для "этого" представить он сможет только Элору. Только к ней у него самое нежное и незатухающее влечение. Но представлять ее в подобной ситуации – подло. Сергей растерянно свесил с дивана ноги. Не будем никого представлять, злясь на себя, твердо решил он. Считаем, что я – спасатель, помогающий гибнущей цивилизации. А не помогу – цивилизация исчезнет. Сергей усмехнулся – миссионер своего рода… Вот я уже скатился и до ролевых игр.
– Что мне делать? – торопливо и с каким-то даже испугом, почти заискивающе зашептала в темноте морская сирена. – Мы же с тобой не в воде. Там ведь все по другому.
Ну да, действительно, вспомнил Сергей школу и биологию – спаривание дельфинов и китов.
– Ложись на кровать на спину, – скомандовал он. – И ноги раздвинь пошире.
В темноте зашуршало.
– Я готова, – тут же послышался еще более испуганный голос.
Сергей вздохнул, совершенно не представляя, как можно заняться сексом с женщиной, которая почти вдвое больше тебя! Ему почему-то вспомнился Свифт, его Гулливер среди озабоченных великанш. Не совсем, конечно, та же ситуация – во всяком случае никто из них в свое влагалище его не сможет запихать. Но и все же… Великаншы ведь делали с Гулливером вообще все, что только взбредало им в голову.
В темноте забрался на кровать, кое-как пристроился между высокими, словно айсберги, коленями. Снова вздохнул, чувствуя себя маленьким клопиком. Естественно, ничего у него не напрягалось, а только наоборот, съеживалось. Сергей лег на сирену и она тут же задрожала, сдавленно застонав. Сергей только поморщился.
– И не вздумай сжимать ноги. Ни в коем случае! – поспешно добавил он, ощутив справа и слева метровую сталь мышц.
– Клянусь! – тут же горячо воскликнула сирена, еще сильнее раздвигая свои огромные ноги.
А Сергей, подумав, как бы это все-таки возбудиться, попытался взять ее за грудь – вдруг это поможет? Но каждая грудь была больше футбольного мяча – кисть просто физически не обхватывала такой шар и зацепиться ему было не за что.
Да и груди к тому же тоже были все в шрамах. Что никак не помогало.
Пришлось взять ее за соски, которые были сантиметра три в диаметре.
Она тут же застонала. Уже гораздо сильнее.
Ну да, совсем уже грустно подумал он, за соски ее брали только другие сирены – а это совсем не те ощущения.
Впрочем, не видя в темноте реальных размеров женщин, Сергею, под возбуждающие тихие стоны удалось сосредоточиться, с усилием направив кровь к органу, и он наконец-то ввел член, с удивлением почувствовав, что внутри у нее все такое тугое, хотя при таких размерах, должно быть рассчитано на соразмерные члены. Или у них все уже успело атрофироваться?
Он невольно тряхнул головой, прогоняя глупые мысли. Это говорило только о том, что ей туда никто никогда не вводил толстые предметы. А может вообще ничего ей туда никогда не вводили, и это все у нее – в первый раз.
* * *
А потом, после бурной страсти со странными стонами, прерываемые дикими криками, Сергей, уставший, встал с кровати – все-таки отдал много сил, борясь с ее руками и ногами, которыми она порывалась обхватить его, стиснуть, сжать в объятиях. Сейчас сирена лежала неподвижно и ее приоткрытые глаза заволокло туманом. Сергей зашел в ванную, устало ополоснулся под душем. Хоть бы она забеременела и отстала от меня, недовольно подумал он – все-таки, оказывается, это довольно неприятно, когда тебя используют.
Вернулся. Сирена по-прежнему лежала с широко раздвинутыми ногами. К его удивлению она спала.
– Подвинься, – недовольно пробурчал Сергей, подумав, что теперь, наверное, он может спать на ее кровати. Но это будет полным унижением его достоинства, почему-то решил он.
Она мгновенно проснулась. Воин однако, мельком подумал Сергей, хватило и пяти минут, чтобы восстановить силы.
– И что теперь надо делать дальше? – спросила она в легком недоумении, зачем-то хватая своими огромными ручищами его поникший член, который от этого прикосновения сьежился еще больше.
– Да ничего, – пожал он плечами, стоя у кровати и ожидая, когда сирена освободит ему место. – Через месяц, возможно, будешь беременна. Если нет – придется повторять.
– А ты, значит, будешь отцом моего ребенка? – спросила она, на удивление очень ласково и нежно поглаживая его член своими огромными пальцами
– Выходит так.
– Оригинально! – озадачилась сирена. – Это же совсем иная жизнь! Даже и не представляю!
– Согласен, – только и нашел что сказать Сергей. – Двигайся давай, – нетерпеливо добавил он – в каменном помещении было довольно прохладно.
– Ложись на меня, – предложила она, слегка убрав одеяло в сторону и слегка притягивая его к себе за член.
– Зачем это? – насторожился он, переминаясь с ноги на ногу на каменном полу, и придерживая правой рукой ее руку. Он почему-то боялся, что она вдруг просто оторвет его орган – вон сколько силы!
– Продолжим, – просто сказала она.
Сергей непроизвольно хмыкнул.
– В отличии от вас, женщин, нам, мужчинам, необходимо время, чтобы набраться сил, – сказал он, решительно подталкивая сирену к стенке кровати и ложась на освободившееся место.
– Сколько? – спросила она.
– Часа два-три, – ответил он, укрываясь одеялом.
Сирена задумалась.
– Странные какие-то ощущения, – наконец сказала она. – Ничего не понимаю. Как так? – она повернулась к Сергею. – Расскажи, как вели себя другие самки?
– Другие самки тут не при чем, – ответил Сергей, глядя на лежащую рядом двух с половиной метровую девушку, и поражаясь размерам ее глаз. – Все, что происходит в первый раз, вызывает странные ощущения.
Сирена молчала, глядя на Сергея, почти нависнув над ним.
– Значит, в следующий раз ощущения будут совсем другими? – спросила она.
– Наверняка, – пробурчал он. Разговор этот ему не нравился.
Сирена задумалась. Легла на спину. Молчала.
– А теперь что? – тихо спросила она.
– Будем спать, – ответил он. – И сил наберемся, и твое здоровье пойдет на поправку.
– Я что-то не хочу, – покачала она головой. – И вообще, что-то я слишком быстро пошла на поправку, – с сомнением произнесла она. – Ты – знахарь?
– Нет, конечно, – ответил он. – Закрой глаза и замри. Уснешь.
Сирена, легко скользнув через него, встала с кровати, ушла в ванную.
Уставший Сергей быстро перебрался на свой диванчик и мгновенно задремал.
Но не надолго.
– Слышь, проснись, – ткнула она ему в плечо.
– Ну? – насупился Сергей, просыпаясь.
– Мне почему-то понравилось чувствовать твое тело, – тихо произнесла морская сирена. – Можешь лечь со мной? – попросила она, окончательно смутившись смущением огрубевшего воина.
– На кровать?
– Ну да.
– Нет, – отрицательно покачал он головой. – Ложись лучше ко мне.
Она легла, сворачиваясь маленьким калачиком и тут же скользнув рукой ему на живот.
– Положи руку на сосок, – попросила она, укладываясь. – Прижмись плотнее.
Он послушно прижался к этому огромному, но все же девичьему телу. Взял ее крепкую большую пуговку.
– Крепче.
Он сжал пальцы посильнее.
– Вот так хорошо.
И девушка-гигант мгновенно уснула.
10.
Он открыл глаза и увидел в изголовье кровати Озу. Она мягко улыбалась и неторопливо гладила его волосы. И такое вдруг облегчение навалилось на Сергея! Как хорошо, что на самом деле она осталась жива! Ему даже и спрашивать не хотелось о том, как она выжила в подземке – и так ведь видно – вот же она! Рядом с ним! Живая! Стоит, улыбается! И все просто замечательно в этом мире!
– Ты все-таки не погибла в подземелье, – выдохнул он.
– Нет конечно! – по-детски фыркнула она. – Ты же сам видишь?!
Так хорошо Сергею давно уже не было.
И он проснулся с радостным ощущением. Сначала ничего не мог понять в темноте.
Так это только сон, наконец сообразил он и черная пелена камнем опустилась на его душу.
Плотно закрыв глаза, он повернулся спиной к массивной сирене и снова уснул.
Глава 4.
1.
Резкими энергичными гребками он приблизился к берегу, опередив рыжую девицу в веснушках, которая старательно работала руками и ногами, и даже какое-то время его опережала.
– Я победил! – радостно закричал он, выскакивая на берег и устремляясь к костру, возле которого кашеварили Женька и Капитан.
– Так нечестно! – еще более радостно закричала рыженькая, выскакивая следом и стараясь его обогнать по песку. – Тебя сирены научили плавать! А меня – нет! Несправедливо!
И тут Сергей резко обернулся.
– Так, девушка! – напрягаясь, воскликнул он, бледнея. От его радости не осталось и следа. – Откуда ты знаешь о сиренах?
Рыженькая испуганно напряглась, быстро озираясь, и он понял. Она – совсем не та, за кого себя выдает. Сергей метнулся к девушке. Но в этот момент что-то черное возникло между ними.
Вот зараза! – только и выдохнул Сергей, падая на землю, и черная плотная пелена, сковывая его движения, решительно опустилась на него.
Его разбудил толчок в плечо, возвращая к действительности.
Сергей растерянно раскрыл глаза, не понимая еще, где он находится, и с кем надо бороться.
– Давай еще, – услышал он голос сирены. – Твои силы наверняка восстановились. Я засекала время.
Сергей старательно протер глаза, собираясь с мыслями.
– Да рано еще, – возмутился он, потягиваясь и растираясь – от тесноты бока болели.
– Я уже два часа не сплю, – просительно произнесла она. – Мне почему-то плохо.
– Так часто нельзя, – морщась, произнес он.
– А ты видел крегов в брачный сезон? – с жаром, сдавленно воскликнула сирена. – Они вообще совокупляются несколько недель подряд! С небольшими перерывами!
Сергей скосил глаза на сирену. Вот ведь хорошая женщина, подумал он, честная, искренняя… Ей бы такого же мужа, только посильнее ее и повыше. А у меня уже есть жена… Интересно, что она сейчас делает? С кем она? В чем ее трудности?
– Давай договоримся, – начал он, стараясь говорить мягко, но твердо, перехватив ее руку, которая собиралась обхватить его член. – Без нужды этим не заниматься.
– Какие "без нужды"?! – удивилась она, почему-то скрипнув зубами.
Глаза – мутные.
– Я и так вся извелась. Больше не могу терпеть! Ну, пожалуйста!
Сергей опешил, растерянно глядя на девушку, в которой он все это время видел только мускулистого воина.
– Мне нужно как минимум еще с час отдохнуть, – решил он слегка отодвинуть неизбежное.
Сирена согласно кивнула, явно довольная тем, что через час уж точно все случится во второй раз.
– Слушай! – вдруг воскликнула она, лихорадочно блестя глазами. – У нас что получается – семейная жизнь?! – обалдело посмотрела она на него сверху вниз.
Он только пожал плечами.
– Тогда мне нужна новая наколка! – воскликнула она, явно приняв его жест за согласие. А может согласия ей и не требовалось.
Сергей вопросительно посмотрел на нее.
– Я прочитала, что в глубокой древности, если сирена выходила замуж, то ей делали специальную татуировку, – краснея, радостно, словно молоденькая невеста, сообщила она. – Тогда для меня это был пустой звук. Но вот теперь я наконец-то поняла, как все это серьезно! И важно!
Она как-то по-детски подбежала к шкафу, включила по дороге свет, быстренько его открыла, еще более быстро порылась, и также бегом вернулась обратно, неся старую книгу в руках, торопливо листая ее на ходу.
– Вот, смотри! Такая должна быть, – сунула она книгу ему в руки.
И пока он глупо пялился на страницы, сирена, словно девочка, легко убежала в кладовку, долго там чем-то гремела, и в конце концов также легко, фактически паря на цыпочках, прибежала обратно, держа коробку в руках.
– Вот, здесь все для наколок! Справишься? – радостно поинтересовалась она, быстро расставляя на столике глиняные тарелки и кружки. На тарелки она из коробки аккуратно выложила приборчик и бутылечки, а также достала разные карандаши, стилосы и еще что-то длинное и тонкое, которое она распихала по кружкам согласно одной ей понятной логике.
– Да уж как-нибудь разберусь, – пошел у нее на поводу Сергей, видя, что с таким необузданным энтузиазмом справиться просто невозможно.
Да и одной наколкой больше, одной меньше, роли это для ее тела не играет.
– Вот здесь! – ткнула она себе в правую щеку.
Села на пол, облокотилась на кровать, прижав к ней затылок. Послушно замерла, словно школьница на уроке.
Сергей взял с тарелки прибор. Посмотрел на рисунок в книге – он был нарисован голубой краской. Среди тюбиков выбрал подходящий. Наполнил прибор.
– А у тебя что за наколки? – мимоходом поинтересовался он, закрывая баллончик с краской.
Сирена только поморщилась.
– Молодежные банды, продвижения по армейской службе, прочая шелупонь, – недовольно ответила она.
Сергей взял с кровати раскрытую книгу.
– Держи, – сунул он.
Сирена послушно, словно пай-девочка, взяла книгу и старательно держала ее так, чтобы Сергею как можно лучше было видно.
Он посмотрел на карандаши в одной из кружек. Выбрал такой, какой в его детстве называли химическим. Послюнявил грифель и, приблизившись к сирене, принялся наносить рисунок на ее щеку, то и дело сверяясь с книжным оригиналом.
Огромная сирена замерла. И даже закрыла глаза. И была такой беспомощной, такой паинькой, что Сергей просто умилялся. И поражался тому, что сейчас он из нее мог вить все что угодно – она будет послушна любому его желанию, и к тому же выполнит его с огромной радостью! Ведь она – жена! И она выполняет приказы не кого-то там, а собственного мужа!
И Сергею вдруг стало тоскливо. Ей все это аукнется, с горечью осознал он. И всему виной буду только я.
– Глянь в зеркало, – наконец произнес он, сделав последний штришок. – Все нормально?
Сирена тут же распахнула свои огромные глазища, светящиеся изнутри ангельским счастьем, радостно подскочила с пола, с книгой в руках подбежала к зеркалу, быстро сравнивая рисунки. И еще более радостно, почти пританцовывая, вернулась обратно, снова плюхнувшись на пол.
– Все здорово! – выдохнула она, не в силах справиться с распираемым счастьем. Глаза ее помокрели. – Начинай.
Она быстро закрыла глаза, почему-то вздохнув при этом. Замерла, словно партизанка на допросе.
Сергей тоже почему-то вздохнул, беря с тарелки прибор.
Посмотрел по сторонам. Ничего подходящего не нашел. Тогда он поднес прибор к краю кровати. Нажал на скобку. Дернулась игла. Он посмотрел на результат – все нормально, щеку девочке он не повредит.
И тогда Сергей плотнее придвинулся к сирене, зачем-то положив левую руку на ее широкий лоб. Сирена снова вздохнула. Он поднял приборчик. Аккуратно приставил к рисунку на щеке. Выровнял. Осторожно нажал на скобку. Щелчок. Сирена вздрогнула. Но на самом деле – чуть заметно. По крайней мере прибор с места не сдвинулся.
На второй, пока еще все-также неуверенный, укол она вздрогнула уже меньше. А на третий и все последующие вообще перестала обращать внимания, думая о чем-то своем и лицо ее светилось от внутреннего счастья.
Первая новобрачная в этом суровом мире! – с горечью подумал он, старательно обводя рисунок. – Недаром говорят, что общество, состоящее из одних только женщин, это общество змей, и законы там царят очень уж жестокие, змеинные. Во что я ее втянул?! Не было бы ей от всего этого только хуже! Я ведь себе потом этого никогда не прощу!
Но вот – последний укол.
– Готово, – произнес Сергей, кладя аппарат на тарелку.
Сирена тут же поднялась с пола, быстрым пружинистым шагом подошла к зеркалу, долго себя разглядывала, возбужденная.
2.
И в этот момент в прихожей звякнуло – два раза.
– У нас – гости, – тут же помрачнела сирена, дыхание ее мгновенно выровнялось и она снова стала похожа на жесткого воина. – Соседка-сирена, – добавила она. – Пойду, дам команду, чтобы пропустили.
Сирена скрылась в прихожей, и Сергей торопливо оделся, привел себя в порядок, убрал постельные принадлежности с дивана.
Сирена хмуро заглянула из прихожей, наблюдая за действиями Сергея о чем-то сосредоточенно думала. Поморщилась. Сергей поймал ее взгляд. Остановился, вопросительно спрашивая глазами – в чем дело?
– Ты ее не бойся, – почему-то пробормотала сирена, отходя в угол комнаты. – В обиду не дам.
Вот замечательно, озадачился Сергей. Хотя, если честно, здесь меня может обидеть любой ее обитатель. Сирена на самом деле была права.
Вскоре в комнату вошла совсем еще молодая высокая девушка в обтягивающем черном непромокаемом трико. С короткой рыжей стрижкой. Быстро огляделась неуловимым движением больших зеленых глаз (белки, впрочем, такие же голубые), даже не задержавшись на Сергее.
– Приветствую тебя, Тао, – произнесла она таким же низким голосом, направляясь к середине комнаты.
И Сергей вдруг поразился – оказывается ее зовут Тао! А он даже и не удосужился спросить!
– Привет, – кивнула сирена, двинувшись ей навстречу.
Встретились точно на середине. Пожали друг другу руки, причем – и правую и левую одновременно. Потом гостья посмотрела на поднявшегося со своего места Сергея.
– А это что за урод? – наконец искренне удивилась она.
– Это – мой гость, – поморщилась сирена. – Попрошу выбирать выражения. Что привело тебя ко мне?
Рыжая сирена присела в кресло, надменно блестя глазами.
– Просьба Королевы, – коротко ответила она. – Ты давно не выходишь на связь.
– Прибор сдулся, – поморщилась сирена, присаживаясь на диван к Сергею, словно беря его под свою защиту. – А так – китовый жир у меня заготовлен. Весь в контейнерах. Можно высылать буксиры.
– Я так и думала, – кивнула гостья. – Запасной прихватила. В прихожей лежит. – Это она про прибор связи, сообразил Сергей. – А где Грида? – Гостья вопросительно огляделась.