Растяпа. Мотылек

Короче, дни были не самые лучшие в моей жизни. Ночами вставал, садился за писанину, но не писалось: в ушах стучало, трудно дышалось, а голос разума был слаб. За открытым окном, занавешенным сеткой, разноголосый хор ночных насекомых. Пробирало прохладой, мурашки тревожили спину, а онемевшие со сна мышцы пробуждались к жизни. И не было никаких сил о чем-то думать и брать в руки ручку…

Так хотелось зажмуриться, надеясь, открыв глаза, увидеть, что все плохое улетучилось. Как в детстве…

Но то, что тревожило и не давало творить, было из взрослой жизни – его не запрячешь в глубь сознания, как старую мебель в заброшенный сарай. Оно существовало независимо от коварства Касаткина – живое, изменчивое, непредсказуемое. Даже в спальне своей я чувствовал некое присутствие. Что бы то ни было, оно не исчезало, и спрятаться от него невозможно. Оно пришло по мою душу, оно преследовало меня – безжалостное, неумолимое…

Оно – это недоверие к людям.

Выходил из дома и бродил по улицам весь обиженный и униженный – со стороны похожий на неприкаянного вампира. В лес бегал, лиственнице плакался. Еле как отпустило. Двигаться все равно надо – скоро новый выпуск газеты.

Однажды направил стопы свои в санаторий «Урал». Причем «направил стопы» в буквальном смысле – пешком пошел. Погодка прекрасная! 15 км – не дистанция! За обочиной благоухает природа. Птички поют. Знак дорожный предупреждает – «Осторожно! Дикие животные». К счастью, не хищные. Иду себе и иду, никому не мешаю. На разбойника не похож – одет прилично, в руке дипломат. С каждым новым километром растет уверенность, что я двигаюсь вперед, оставляя неудачи свои позади. Бодрый оптимизм мой не был основан ни на фактах, ни на разумных логических выводах, и порождало его лишь отчаяние. Обуреваемый желанием забыться, я шел себе и шел по дороге в санаторий «Урал».

Джип крутой тормозит. Мужик с мужественным лицом.

– Далеко собрались, молодой человек?

– В санаторий «Урал».

– И я туда же. Садитесь – вдвоем веселей.

Я отшвырнул ветку цветущей сирени, которую понюхивал на досуге, забрался в машину. Вывернув джип с усыпанной гравием обочины, мой благодетель выехал на полотно дороги и придавил акселератор.