Моё сердце всегда с тобой
- -
- 100%
- +
- Тим..?- вырвалось у меня тихо, скорее для самой себя.
Он уже не смотрел на меня. Всё его внимание было приковано к мужчине. В следующую секунду Тим изменил направление и пошёл прямо к нему- уверенно, жёстко. Мужчина, почувствовав взгляд, поднял голову. Их глаза встретились.
Я осталась стоять с пакетами у ног, ощущая, как внутри поднималась тревога. За окном грохнул первый гром. И в этот момент мне показалось, что гроза началась не только снаружи.
Мужчина усмехнулся криво, почти с удовольствием, и сделал шаг навстречу Тиму, намеренно сокращая дистанцию. Его голос прозвучал громко и жёстко, без тени сомнения, будто он имел на это полное право:
- Снова ты, щенок? Следишь за мной? Прошлого раза было мало?
Слова повисли в воздухе, тяжёлые, колючие. Несколько человек поблизости обернулись, почувствовав напряжение, но тут же сделали вид, что им не до этого- уткнулись в телефоны, ускорили шаг.
Тим стоял неподвижно, только грудь поднималась чуть быстрее, чем нужно. Его кулаки были сжаты так сильно, что побелели костяшки. Я видела его таким впервые- не просто злым, а в ярости.
- Ты ответишь за то, что сделал, мразь. Думаешь я это всё так просто оставлю? Я найду этого ублюдка и собственными руками придушу.
Мужчина приподнял бровь, медленно оглядел Тима с головы до ног, оценивающе, снисходительно. В его взгляде не было удивления- скорее раздражённость.
- Снова угрожаешь, уродец? Тебе напомнить, чем закончились твои угрозы в последнюю нашу встречу? Не советую лезть к моей семье, иначе мне придётся объяснять тебе наглядно, например, на твоей девке, которая сейчас стоит за моей спиной, это ведь она?- он повернулся в пол оборота и помахал мне рукой, от чего у меня по телу побежали мурашки.
Тим бросил быстрый взгляд в мою сторону. В нём была какая-то тревога, смешанная с сожалением. Но и этого хватило, чтобы у меня внутри всё сжалось. Тим заметил это и мгновенно сделал полшага вперёд.
- Закрой свою пасть. Если ты или этот ублюдок хоть на метр приблизитесь к ней, я убью вас обоих, сяду, но избавлю её от этого кошмара.
Голос его стал тише, но в нём появилась настоящая угроза, холодная и прямая. Мужчина усмехнулся шире. Он выпрямился и расправил плечи. Они выглядели, как два хищника, столкнувшиеся на тесной территории.
- Держи свою шлюшку рядом и следи за её поведением, иначе сам знаешь о последствиях.
Мужчина резко развернулся, не дав Тиму ответить, и пошёл прочь. Тим взорвался. Я почувствовала это мгновенно- как вспышку, как волну жара. Он рванулся вперёд, будто всё его тело решило за него. В его глазах была чистая, неконтролируемая ярость.
- Тим!- крикнула я, почти не слыша собственного голоса.
Я бросилась за ним в последний момент и схватила за руку, вцепилась обеими руками, не думая о том, что он сильнее, что может не остановиться. Моё движение было резким, отчаянным.
- Тим, нет!- уже тише сказала я, почти ему в плечо.
Он дёрнулся, ещё шаг- и остановился. Я чувствовала, как под моей ладонью напряжены его мышцы, как дрожала рука. Он тяжело дышал, будто только что пробежал несколько километров. Несколько секунд он просто стоял, не оборачиваясь, словно боролся сам с собой.
Потом медленно выдохнул.
Плечи опустились. Кулак разжался. Он наконец повернулся ко мне, и я увидела в его взгляде то, что сменило ярость,- опустошение и усталость. Будто вся злость внезапно исчезла, оставив после себя только тяжесть.
- Прости..- глухо сказал он, не сразу находя мой взгляд.- Я.. сорвался.
Я не отпускала его руку, будто боялась, что если разожму пальцы, он снова исчезнет в этом состоянии.
- Что происходит..? Почему ты накинулся на него? Что он такого тебе сказал?- я накинулась на Тима с вопросами, сама того не понимая.
Тим провёл ладонью по лицу и, наконец, посмотрел на меня.
- Пойдём отсюда,- тихо сказал он.- Я всё тебе расскажу.
За окном дождь уже не просто шёл- он обрушивался стеной, словно небо решило вылить всё накопившееся сразу. Капли с силой били по стеклу, сливались в мутные потоки, за которыми город расплывался, теряя чёткие очертания. Раскаты грома прокатывались низко и гулко, а вспышки молний на доли секунд высвечивали мокрые крыши и дороги.
Мы с Тимом поднялись на второй этаж и зашли в небольшое кафе. Там было тепло, пахло свеже-молотым кофе и выпечкой, играла негромкая музыка- слишком спокойная для того, что происходило внутри меня. Мы выбрали столик у окна. Тим поставил мои пакеты рядом и сел напротив, опустив плечи.
Мы заказали кофе. Официант ушёл, и тишина между нами стала почти ощутимой. Я смотрела в окно, на дождь, потому что смотреть на Тима было трудно. Он сидел, сцепив пальцы, взгляд его был устремлён куда-то мимо столешницы. Челюсть всё ещё была напряжена, но злость ушла, оставив после себя что-то более тяжёлое- внутреннюю борьбу. Он явно хотел заговорить, я чувствовала это почти физически, но слова будто застревали у него где-то внутри.
Кофе принесли быстро. Я обхватила свою чашку ладонями, чувствуя тепло, и сделала маленький глоток, больше для того, чтобы занять себя.
Тим глубоко вдохнул, потом выдохнул, словно собираясь с силами. Он поднял взгляд, но не на меня- снова на окно, где молния вспорола небо белой трещиной.
Он уже было начал говорить, как нас прервал телефонный звонок из моего динамика от незнакомого номера.
- Слушаю вас, говорите.- я хотела поскорее закончить этот ещё не начавшийся разговор.
- Добрый день, Ульяна. Прости за беспокойство. Это мама Кристины Ветровой.
Моё сердце ухнуло куда-то в пропасть. Кого угодно я готова была услышать, но точно не её..
- Что вам нужно?- я нервно сглотнула.
- Мы решили продать Кристиночкину машину, и пока приводили её в порядок под задним сиденьем нашли твой телефон. Я на твоей страничке в соц сети увидела, что у тебя новый номер, решила вот сообщить. Когда тебе было бы удобно его забрать?
И тут я вспомнила, что так и не нашла свой телефон, на нём остались все фотки, контакты и важные заметки. А ещё я вспомнила, что Кристинина мама после того рокового дня много раз писала мне и просила прощения за свою дочь. Когда она узнала, что Крис чуть меня не убила, то попала в больницу с инфарктом.
- Думаю, через пару дней смогу его забрать. Спасибо вам, что сообщили. Всего доброго.
Я положила трубку, не дожидаясь ответа на другом конце провода. Не то, чтобы я ненавидела всю их семью, просто мне было неловко, общение с её матерью невольно возвращало меня на обрыв..
- Кто звонил?- Тим приободрился, услышав, что я закончила разговор.
- Представляешь, нашёлся мой телефон, он был у..
- Можешь не заканчивать предложение, я всё понял по твоему выражению лица. Я догадывался, что он мог быть в машине, просто решил не травмировать тебя, малышка..
Я удивлённо приподняла бровь и кивнула.
- Так на чём мы остановились? Ты расскажешь мне, что за конфликт у тебя с тем мужчиной?
Я взяла в руки чашку, сделала глоток и выжидающе начала смотреть на Тима.
- Уль, только не волнуйся, это был мой отчим..
Глава 6. Новые проблемы
Две недели назад
Зал был спрятан во дворах, в полуподвальном помещении старого здания. Снаружи- облупленные стены и ржавая дверь, внутри- запах резины, пота и пыли, въевшийся в бетон. Лампы под потолком давали жёсткий, холодный свет, от которого тени становились резче, а движения- честнее. Здесь не было зеркал и пафоса, только ринг, груши и тишина, нарушаемая ударами.
Тим стоял на ринге напротив Сани. Оба в бинтах, перчатки уже потемнели от времени и тренировок.
- Давай, не залипай,- бросил Саня, чуть улыбаясь.- Работаем.
Тим качнулся на носках.
Хук.
Джеб.
Апперкот.
Удары ложились чётко. Саня принимал их на защиту, уходил корпусом, отвечал коротко, без лишнего давления. Они дрались не как соперники, а скорее, как тренер и ученик.
Чаще всего Тим приходил именно к Сане, так как он уже три года занимался боксом на постоянной основе, и мог дать пару уроков. Саня взял на себя ответственность. За технику. За безопасность. И немного- за Тима.
- Левая проседает,- заметил Саня, пропуская джеб мимо лица.- Держи выше.
Тим кивнул и тут же пошёл в атаку, будто слова подливали масла в огонь. Он бил жёстче, быстрее, словно хотел выбить из себя что-то лишнее. Саня отступил к канатам, поймал момент и резко ответил по корпусу.
- Спокойнее,- хмыкнул он.
Раунд закончился. Они разошлись по углам, опустили руки, тяжело дыша. Пот стекал по вискам, капал на покрытие ринга.
Саня снял капу, прислонился к канатам и посмотрел на Тима внимательно- уже не как спарринг- партнёр, а как друг.
- Бро,- начал он небрежно, но голос стал серьёзнее,- ты не боишься, что Ульяна узнает истинную причину твоего рвения к боксу?
Тим замер. Он не сразу снял перчатки, просто смотрел в пол, сжимая кулаки, будто бой ещё не закончился. В зале вдруг стало слишком тихо- даже груша, раскачивавшаяся от сквозняка, перестала скрипеть.
- Не лезь.
Саня вздохнул, выпрямился.
- Я и не лезу. Просто волнуюсь. Ты и сам прекрасно знаешь, что то, чем ты занимаешься, опасно.
Тим медленно поднял голову. В его взгляде не было злости- только напряжение и что-то тёмное, глубоко спрятанное.
- Если она узнает,- сказал он после паузы,- всё полетит к чертям.
Саня кивнул.
- Тогда старайся бить хотя бы правильно.
Тим молча надел капу обратно и шагнул к центру ринга.
- Поехали,- сказал он.
И снова:
Хук. Джеб. Апперкот.
Тренировка закончилась ближе к ночи. В зале погасили часть света, бетон снова стал серым и пустым. Саня, уже в куртке, застегнул шлем, коротко махнул Тиму рукой и сел на байк. Двигатель зарычал глухо, по- живому, и через несколько секунд он исчез в тёмном проезде, оставив после себя запах бензина и эхо.
Тим пошёл пешком. Сумка была перекинута через плечо, бинты всё ещё тянули запястье, тело приятно ныло. Ночь была тёплая, но тревожная. Когда он свернул к своему дому, что-то внутри неприятно сжалось. У подъезда стояла машина. Слишком знакомая. Чёрная, ухоженная, дорогая- она резко выбивалась из дворовой темноты. Тим замедлил шаг ещё до того, как понял почему.
Дверь со стороны заднего сиденья открылась. Из машины вышла женщина. Альбина. Даже в полумраке он узнал её сразу- по прямой осанке, по уверенным движениям, по светлому пальто, неуместному для ночи и этого двора. Она захлопнула дверь, поправила волосы и на секунду замерла, оглядываясь по сторонам, будто проверяя, не видит ли кто.
Тим остановился. За рулём, в тени, остался он.
Человек, чьё имя Тим никогда не произносил вслух. Даже в мыслях старался обходить стороной. Его отчим. Тот, кого он называл только одним словом- урод.
Тим почувствовал, как мышцы непроизвольно напряглись, будто он снова стоял на ринге. Усталость исчезла, будто её и не было. В груди поднялось холодное, знакомое чувство- ярость.
Что ты здесь забыл?- мелькнуло в голове.
Посреди ночи. У его подъезда. Вряд ли соскучился по сестре..
Тим стоял в тени и наблюдал. Сумка тянула плечо, пальцы медленно сжимались и разжимались. Машина вдруг завела двигатель, глухо рыча, и медленно тронулась с места. В темноте двора почти никто не обратил на неё внимания- прохожих не было, свет фонарей рассеивался по мокрому асфальту. Но Тим видел всё. Каждую деталь, каждый жест. Его глаза сжались в узкую щель, сердце забилось быстрее, и по венам прокатилась адреналиновая волна- смесь ярости и холодного ужаса.
Машина проезжала мимо него. Заднее стекло с тонировкой чуть опустилось, и Тим увидел лицо. Сначала оно показалось ему чужим, и он моргнул, присматриваясь, пытаясь поверить своим глазам. Но потом мозг обработал детали- угол челюсти, взгляд, выражение. Он замер.
На заднем сиденье сидел Артём..
Слова застряли в горле, но ярость уже взрывалась внутри. Весь путь до того момента, все усилия, весь контроль- всё сгорело в мгновение. Сердце билось громче, дыхание стало резким. Он увидел человека, которому пожелал сгноить в тюрьме, живого и здорового на свободе..
Тим хотел выскочить к машине, крикнуть, что-то сделать, но тело не слушалось. Только глаза горели, и ладони бессознательно сжимали сумку. Вместо этого он рванул к подъезду. Поднялся в квартиру, бросил сумку с вещами на диван, схватил складной нож, ключи от мотоцикла и, не оглядываясь, вылетел на улицу. Кровь горела от ярости. Он не колебался ни секунды. Мотоцикл стоял весь в пыли, но заводился с привычным рычанием двигателя. Тим скинул с себя последние остатки усталости после тренировки и пулей помчался к дому Артёма, адрес которого всё ещё помнил. Каждое отражение в лужах, каждый фонарь, мимо которого проносился мотоцикл, пролетало мимо, как кадры замедленного фильма, но для него счёт был на секунды.
Дом, наконец, возник перед глазами- тёмный, как ждущая ловушка. Тим не тормозил, резко заглушил мотоцикл у крыльца и ворвался внутрь, толкая дверь плечом так, что она чуть не вылетела из петель. Внутри было пусто. Тишина давила на уши, пахло затхлым воздухом и старой мебелью. Каждый шаг эхом отдавался в пустых комнатах.
Он медленно, но настороженно двигался вперёд, прислушиваясь. И тут сзади раздались шаги- тихие, но уверенные, приближающиеся. Сердце сжалось, адреналин взорвался ещё сильнее, и он резко обернулся.
Темнота скрывала фигуру. И вдруг- удар по голове. Всё закружилось, мир сжался в чёрное пятно, оглушающий гул разлил пространство, дыхание сбилось, и тело рухнуло вниз, словно мёртвый груз.
Когда сознание вернулось, оно было словно через густую вату- голова раскалывалась, каждый звук резал как лезвие. Тим медленно открыл глаза и сразу понял, что привязан к стулу. Руки и ноги скованны прочными ремнями, спина жгла от боли.
Напротив него стоял отчим. В комнате был полумрак, только слабый свет лампы падал на его лицо, делая черты ещё более суровыми, угловатыми. За спиной отчима стояли два его «помощника», два амбала.
- Ты мне порядком надоел. Что, щенок, не сидится тебе в своей будке?- голос был холодным, скользким, наполненным угрозой.- Думал, я не увижу в зеркало заднего вида, как ты жмёшься в тени и следишь за мной? Знаешь, что бывает с теми, кто плохо себя ведёт?
Он сделал резкий жест рукой.
И два амбала, молча, схватили Тима. Стул заскрипел и рухнул, вместе с ним рухнул и сам Тим. Его тело ударилось о пол, боль пронзила каждую мышцу, но он не мог пошевелиться- ремни удерживали слишком крепко. Резкий удар, прямо по рёбрам, потом ещё и ещё.
Отчим шагнул ближе, опустил лицо почти к его, так, что Тим мог видеть холодные глаза, каждый мускул на лице словно был выточен из камня.
- Видишь, щенок,- прошипел он,- последствия всегда приходят за теми, кто лезет не в своё дело.
Тим сплюнул кровью на пол и поднял голову, насколько позволяли ремни. Голос его был сорванный, шипящий, но в нём не было ни капли сомнения- только гнев и ярость.
- Я найду его..- процедил он сквозь зубы.- И закопаю живьём. Ты не спрячешь этого ублюдка.
Слова прозвучали глухо, но в тишине помещения они ударили сильнее крика.
Отчим несколько секунд просто смотрел на него. Без эмоций. Потом тихо усмехнулся- коротко, неприятно.
- Всё ещё лаешь,- сказал он спокойно.- Эй, вы знаете, что делать.
Отчим не оглядываясь вышел из дома, оставляя за спиной амбалов и Тима в полуобморочном состоянии.
Тим не понимал, сколько прошло времени. Минуты? Часы? Всё смешалось в одну вязкую, тянущуюся пустоту. Он лежал на холодном полу, обездвиженный, с гулом в голове и странным ощущением, будто тело больше не принадлежало ему. Мысли приходили обрывками, всплывали и тут же тонули обратно во тьме.
Постепенно сознание начало возвращаться. Медленно, болезненно. Сначала- звук: глухая тишина, прерываемая собственным дыханием. Потом- холод, впивающийся в спину и ладони. Он попытался пошевелиться и с удивлением понял, что что-то изменилось.
Ремней не было.
Осознание пришло не сразу. Он с трудом согнул пальцы, проверяя, не обманывает ли его ощущение. Руки дрожали слушались плохо, но были свободны. Тим сделал глубокий, рваный вдох, от которого в груди вспыхнула боль, и зажмурился, пережидая головокружение.
Он медленно, через силу, полез в карман. Каждое движение отзывалось тупой болью. Пальцы нащупали телефон. Экран был треснут, но загорелся. Свет ударил по глазам, заставив застонать сквозь стиснутые зубы.
Тим открыл гео локацию. Нашёл контакт Сани. Нажал «отправить».
Шум в ушах нарастал, будто кто-то медленно выкручивал звук, и темнота накрыла его снова.
***
Прошло несколько дней. Для Тима они растянулись в одно длинное, мутное состояние- между болью, сном и короткими вспышками ясности. Пришлось обманывать Ульяну, будто он пропадал на работе. Голова всё ещё гудела, тело ныло, но главное- он снова мог стоять на ногах. Саня почти не отходил от него. Когда силы более- менее вернулись, они начали искать Артёма.
Неофициально. Осторожно. Через тех, кто что-то знал о нём. Спустя время они вышли на Назара, который, как оказалось, до сих пор поддерживал связь с Артёмом. И тогда они узнали главное: Кирилл всё зачистил. Быстро и эффективно. Его племянника выпустили из тюрьмы, все обвинения были сняты- будто их никогда и не существовало. Никто толком не знал, как именно ему удалось провернуть эту схему. Никто и не пытался узнать, так как деньги и связи всё решают.
И самое мерзкое- всё это было спланированно заранее.
В тот день, когда Тим видел Артёма в машине у своего подъезда, они приезжали к Альбине. Попрощаться. В ту же ночь Артём бесследно улетел за границу- по поддельному паспорту.
- Всё,- глухо сказал Саня, когда они наконец сложили картину целиком.- Мы в заднице.
Тим сидел молча. Он не бил кулаком по столу, не кричал. Просто смотрел в одну точку, стиснув челюсти так, что заходили желваки. Внутри было пусто и тяжело одновременно.
Найти этого ублюдка теперь было невозможно..
Глава 7. Сюрприз
Прошло несколько дней с того разговора с Тимом, а внутри всё ещё стояла тревога, словно холодный ветер пробегал по костям. Я ощущала себя на грани- то холод пробирал до самых пальцев, то жар поднимался волной, оставляя внутри дрожь и странное ощущение пустоты.
В голове постоянно крутились мысли, будто какая-то часть меня упорно возвращалась к одному и тому же. Возможно, это реакция на то, что этот негодяй Артём свободен, что он спокойно расхаживает по земле, возможно, даже выбирает себе новую жертву, и никто не может ему помешать. Но была и другая причина- Тим. Две недели назад, он всё время говорил о работе, о якобы загруженном графике, из-за которого мы долго не виделись.. А когда встретились, на его лице были царапины, на руках- синяки. Он говорил, что это травмы от бокса.
И теперь пазл сложился. Он скрывал происходящее, скрывал опасность от меня. Я понимаю это умом. Понимаю, зачем он так поступил. Он хотел оградить меня, не втягивать, не пугать, дать ощущение безопасности. Он выбрал молчание, как способ защиты. И, возможно, в его системе координат это было правильно.
Но чувства живут не в голове..
Обида внутри меня сильнее любых логичных объяснений. Она тихая, вязкая. Потому что дело не в том, что он попал в беду. Дело в том, что он не доверился. Он решил за меня. Снова. Решил, что я не выдержу правды, что мне лучше не знать. И этим будто отодвинул меня на шаг назад от себя.
Самое тяжёлое- это противоречие внутри. Я одновременно злюсь и боюсь за него. Хочу оттолкнуть- и в то же время убедиться, что с ним всё в порядке. Мне больно не от самой лжи, а от того, что в самый опасный момент он оказался один. И сделал меня чужой в этой части своей истории.
Из собственных мыслей меня вырвало короткое вибрирование телефона. Я вздрогнула, будто меня застали врасплох, хотя в глубине души знала- рано или поздно он напишет.
Сообщение было от Тима.
- Ну и долго ещё моя малышка будет обижаться?
В груди что-то болезненно сжалось. Не от нежности- от смеси злости, усталости и той самой обиды, которая никуда не делась. Это его «малышка» всегда действовало на меня безотказно. Раньше. Сейчас- только сильнее цепляло за живое.
Я свайпнула вверх и оставила сообщение непрочитанным.
Телефон погас, а внутри всё только сильнее закипало. Я не отвечала ему уже два дня. Не потому что хотела наказать. Я просто не знала, что ему сказать. Любые слова в голове либо звучали слишком резко, либо слишком слабо. Я всё ещё злилась. И боялась, что если начну говорить сейчас- скажу лишнее. Такое, что уже нельзя будет забрать обратно.
Когда мы обычно ругались, он никогда не бегал за мной. Не писал десятки сообщений, не звонил каждые пять минут, не ломал стены. Точнее, по началу ломал.. А потом стал делать одно и то же- ждать. Спокойно. Упрямо. Будто знал: я всё равно приду, когда остыну. Когда сама буду готова.
И именно это злило сильнее всего.
Я отложила телефон экраном вниз, будто так могла заглушить не уведомление, а собственные мысли..
***
Весь день я провела дома одна. Квартира была непривычно тихой, будто вымершей. Даже холодильник гудел как-то лениво, нехотя, словно тоже устал от этого затянувшегося одиночества. Пол года назад я была рада оставаться дома одна, позаниматься любимыми делами, а теперь было даже как-то тоскливо.
Альбины снова не было дома. Впрочем, это уже перестало удивлять. Я даже начала забывать, как она выглядит. Мы и раньше жили каждая своей жизнью, но сейчас её отсутствие стало почти абсолютным.
Я сидела с чашкой остывшего чая и думала о том, где она проводит время. Майские праздники- дни, когда люди обычно дома, с семьёй. Ещё и отец до сих пор в командировке. Слишком долго, если честно. И это странное совпадение- его отсутствие и постоянное исчезновение Альбины- начинало царапать сознание.
Я встала, прошлась по квартире, и непроизвольно зашла в их спальню. В комнате стояла странная, застоявшаяся тишина. Постель была аккуратно заправлена, покрывало лежало ровно, без единой складки- слишком ровно. Ни смятых подушек, ни следов чьего-то сна. В шкафу вещи висели неподвижно, будто их давно не трогали. Всё выглядело так, словно в этой спальне уже две недели никто не жил.
Это было.. странно.
Я огляделась ещё раз, внимательнее. Комната выглядела вычищенной, нейтральной, почти нежилой- как номер в отеле после уборки.
Я уже собиралась выйти, когда в голове вдруг всплыло воспоминание.
Полгода назад. Когда мы с Виолой искали ключи, я случайно нашла в ящике Альбины таблетки. Я тогда не придала этому значения, хотя мысль мелькнула: зачем ей это? Потом жизнь закрутилась, и я забыла.
А сейчас вспомнила.
Я подошла к тумбочке и открыла тот самый ящик. Он был почти пуст. Пара мелочей, какие-то бумаги, но таблеток там не было. Я застыла. В голове тут же закрутились вопросы- один тревожнее другого. Куда она их дела? Выбросила? Или.. использовала? Последняя мысль неприятно кольнула, и я тут же попыталась её отогнать.
Всё это странно,- подумала я, так как состав тех таблеток не внушал доверия..
Я закрыла ящик и вышла из спальни, чувствуя, как внутри поднималось глухое беспокойство. Слишком много странностей за слишком короткое время.
Всё это начинало складываться в картину, которую я пока не могла разглядеть полностью, но интуиция настойчиво шептала: это не просто совпадения.
Телефон снова завибрировал в руке- резко, неожиданно. Я вздрогнула. Увидев имя отправителя, я сначала даже не поняла, что смотрю на экран правильно.
Саня.
Я уставилась на это имя. Мы не общались уже давно. Совсем. Он не писал просто так, тем более- мне. Внутри что-то неприятно сжалось, ещё до того, как я открыла сообщение.
Я нажала.