Развод в 45 Хозяйка заброшенного имения

Развод в 45 Хозяйка заброшенного имения

Дверь бесшумно открылась, и в комнату без стука вошла главная горничная.

— Его Светлость приказал вам спуститься к гостям, — холодно сообщила она.

Её слова неприятно резанули мой слух.

Приказал...

Словно бы я не жена, а прислуга какая.

Шейн, конечно, был человеком властным, и его слово имело существенный вес, но он всегда проявлял учтивость ко мне. За двадцать лет брака я привыкла к деликатности мужа даже в тех ситуациях, когда наши мнения расходились.

Наш брак был построен на уважении. На понимании. На любви.

По крайней мере, я так считала.

И чтобы Шейн приказывал мне...

Никогда.

Мелькнула мысль, что я, возможно, ослышалась. Но выражение лица горничной не оставляло сомнений. Она знала, что говорит.

— Что-то случилось? — спросила с тревогой. — Почему Его Светлость сам не поднялся ко мне?

Так повелось, что мой супруг часто отсутствовал дома. И в этом не было вины самого Шейна, скорее его драконья ипостась требовала свободы. Требовала войн и сражений. Захвата новых земель.

Бывало, он покидал меня на целые месяца, но всякий раз, возвращаясь, Шейн первым делом поднимался в наши покои, а уж после мы вместе спускались к гостям.

Сегодня был тот самый день, когда он вернулся с победой из очередного похода. С самого утра в доме шли приготовления: слуги сновали по коридорам, вычищая каждый угол до блеска, повара, взмокшие от жара печей, колдовали над изысканными блюдами, способными удовлетворить даже самые взыскательные вкусы, а садовники украшали террасы цветами, собранными в нашем саду.

От меня же лишь требовалось довести свой образ до идеала, чем я, впрочем, и занималась последние несколько часов.

Шейн хотел, чтобы внешностью я ни чем не уступала высокорожденным драконессам. Но куда там. Как бы я не старалась, не умасливала кожу маслами, не втирала в неё травяные отвары, чтобы придать ей тот самый благородный отлив, которым так гордились драконицы, я так и осталась жалкой стареющей человечкой, которой вскоре исполнится сорок пять.

"Ты — украшение этого дома, — любил повторять муж, даря мне при этом очередное сапфировое ожерелье... или баночку с омолаживающим кремом. — Твой образ должен соответствовать статусу..."

Иногда я сравнивала себя с новогодней ёлкой, увешанной дорогими игрушками. Не скажу, что мне это нравилось, но таковы были правила этого мира. В Райнерии не ценился ум, духовное развитие или умение поддержать разговор, здесь ценилась твоя внешняя оболочка и каким резервом магии ты обладала. И чем дороже ты выглядела, чем большим даром владела, тем больше привилегий у тебя было.

Но, не смотря на все эти человеческие мелочи в виде морщин и прочих несовершенств, я ни разу не услышала упрёков от Шейна.

Он любил меня. По-своему, конечно. Но любил.

— А вы спуститесь, как было велено господином, — неожиданно нахально ответила горничная. — И сами всё увидите.

Я удивлённо вскинула брови и смерила горничную непонимающим взглядом.

Её дерзкий тон перенёс меня на много-много лет назад, в те времена, когда Шейн только объявил о нашей помолвке. Тогда прислуга ни в какую не хотела признавать меня — иномирянку, обычную человечку с ничтожным даром, своей госпожой. Да что там говорить... Не только прислуга, но и семья Шейна, его друзья и вся знать в округе, все они смотрели на меня с брезгливым пренебрежением.

Всё изменилось, когда я подарила Шейну наследника.

Наш сын был истинным потомком древнего рода. В его жилах текла кровь драконорожденных, что существенно укрепило моё положение в Райнерии. Теперь уже не только Шейна, а нас обоих стали приглашать на званые вечера, где драконессы уже не так рьяно воротили носами при виде меня, а их мужья больше не смотрели на меня, как на мерзкого дождевого червя.

Я думала, что те времена, когда я была для них простой смертной, далеко позади. Верила, что за прошедшие годы мне удалось добиться не только признания, но и их уважения.

Выходит, я ошибалась?

1

В груди неприятно кольнуло. Что-то явно было не так. Шейн никогда бы не позволил, чтобы кто-то из слуг разговаривал со мной в подобном тоне. Обычно, он на корню пресекал любые попытки неуважения ко мне, да так, что потом месяц икалось.

А тут… горничная, выказывающая неприкрытое пренебрежение, да еще, судя по её дерзкому тону, с согласия своего господина?

Горничная, заметив моё замешательство, самодовольно усмехнулась, развернулась и пошла к выходу. Подавив в себе желание окликнуть её, вернуть и напомнить кто перед ней, я дождалась, когда она закроет дверь, после поднялась и подошла к большому ростовому зеркалу, висевшему на стене.

Из отражения на меня смотрела шатенка с тонкими чертами лица. Не смотря свой на возраст я могла смело заявить, что всё ещё оставалась очень красивой: выразительные глаза, острые скулы, аккуратный носик и чувственные губы. Да, годы оставили свой отпечаток в виде едва заметных морщинок в уголках глаз, но они лишь добавляли моему облику зрелости, шарма. Изящная шея, лебединой грацией переходящая в покатые плечи, тонкая талия и широкие бёдра завершали картину. Можно было сказать, что я осталась довольна увиденным, но что-то в собственном облике смущало меня.

Присмотревшись, я поняла — взгляд.

Потухший. Усталый. Наполненный равнодушием.

Шейн постоянно твердил, что главное в драконах — уверенность и огонь в глазах.

Огонь, который говорит о той властной породе, что струится в их крови. Но где ее взять, эту породу, если ты всего лишь смертная человечка по воле судьбы оказавшаяся в магическом мире?

По прошествии стольких лет я и сейчас ясно помнила тот самый день, когда очнулась в Райнерии посреди багрянного леса.

Полностью обнажённая и дрожащая от холода.

Я не помнила, как там оказалась. Но помнила из-за кого...

Но даже сейчас, когда, казалось бы пол жизни уже миновало, я заставляла себя не думать о них.

Не вспоминать.

Испуганно вздрагивая от каждого шороха, я несколько дней пробиралась сквозь чащу в поисках выхода. Но... так и не выбралась из неё. Вконец, обессилев от жажды и голода, я просто сдалась. Упав на холодную землю, я взмолилась о смерти, но Шейн нашёл меня раньше костлявой.

И не только нашёл, но и забрал с собой.

Так началась моя новая жизнь — жизнь в мире драконов.

Шейн много рассказывал мне о Райнерии, о ее законах и обитателях. Но больше всего он говорил о драконах – о их величии, их силе, их предназначении. Он уверял меня, что в будущем я сумею пробудить в себе драконью ипостась, но время шло, а я так и оставалась простой человечкой.

Да я даже магией практически не обладала!

Я видела, как его семья, друзья, смотрят на меня — надменно, с высока, словно на ничтожную букашку, и только Шейн верил в меня и продолжал возиться с пустышкой-иномирянкой.

Вскоре наша дружба переросла в отношения, а после того, как Шейн узнал, что я в положении, он, не смотря на осуждения окружающих, женился на мне.

Так я и стала матерью наследника, женой драконьего лорда и, наконец, хозяйкой этого дома.

Поправив сверкающее ожерелье на шее и бросив последний оценивающий взгляд на своё отражение, я направилась к выходу.

2

Терзаемая дурными предчувствиями я спустилась по лестнице, миновала холл и свернула в коридор, ведущий к главной зале. Именно там сегодня, по случаю возвращения Шейна, было устроено пышное торжество.

Торжество, которое, судя по звукам доносящейся музыки, началось без меня.

Возможно раньше такое открытое пренебрежение, задело бы моё самолюбие, но сейчас, одна только мысль, что Шейн сейчас там, ждёт меня, заставляла позабыть обо всём.

Не стану скрывать, за то время, что Шейн отсутствовал дома, я дико соскучилась по супругу. Каждая минута, проведённая в этом доме без него казалась мне вечностью. И дело было не только в том, что я безумно любила мужа, а в том, что в его отсутствие мне элементарно не было с кем даже поговорить. За прошедшии двадцать лет у меня так и не появилось в этом мире подруг, а слуги попросту были не настроены вести разговоры со своей госпожой.

Единственной отрадой для меня был сын Дарок, но мальчик вырос и задушевные беседы с матерью стали ему не нужны.

И если бы не моё небольшое хобби, в которое я с головой погружалась когда Шейна не было дома, то я бы просто рехнулась от одиночества.

Огромный приусадебный сад стал моим спасением. Там я пропадала с утра до вечера, занимаясь совсем не тем, чем соответствовало бы заниматься супруге дракона. Знатные драконессы проводили свободное время за вышиванием шелком, плетением интриг и обсуждением модных нарядов. Я же предпочитала копаться в земле, высаживая диковинные сорта роз, которые, благодаря моему дару, благоухали на всю округу.

О, мой дар - это отдельная история.

Когда я впервые оживила сломанный увядший цветок своей магией, едва ли не расплакалась от счастья. Для меня, обычного человека, который и магии-то никогда не видел, это стало грандиозным событием. С тех пор я не боялась браться даже за самые безнадежные растения, зная, что смогу вдохнуть в них новую жизнь. Наш сад разрастался, превращаясь в настоящий рай. Он стал моим "детищем", моей гордостью. И даже драконы, обычно равнодушные к подобным проявлениям красоты, невольно замедляли шаг, проходя мимо чарующих клумб.

В моей памяти до сих пор свежи воспоминания тех дней, когда я впервые открыла магический дар у себя. Я радовалась, словно ребёнок, и взахлёб рассказывала Шейну о тех растениях, что мне удалось оживить. Мужчина слушал и снисходительно улыбался. В тот момент я ещё не понимала, как глупо выгляжу со стороны, ведь только по прошествии нескольких месяцев, я стала невольной свидетельницей одного очень даже неприятного разговора, который шёл обо мне. Тогда-то я и узнала, какой ничтожный дар, по меркам драконов, достался иномирянке. То есть мне.

Я не стала обижаться на мужа за то, что он не сказал мне этого сразу, а просто перестала делиться с супругом своими "победами" и посещала сад лишь тогда, когда Шейн уезжал.

Но сегодня он здесь. Дома. А значит, я вскоре увижу его.

Желая, как можно скорее оказаться рядом с супругом, я ускорила шаг.

И чем ближе я подходила, тем отчетливее слышала смех и оживленные голоса.

Получается, я не ошиблась. Веселье давно уже началось. Только вот почему Шейн не пришёл в наши покои, так и оставалось для меня загадкой.

Загадкой, которую я готова была разгадать. Прямо сейчас. В эту минуту.

На пару секунд останавливаюсь у высоких двустворчатых дверей и глубоко вдыхаю, пытаясь успокоить бешено колотящееся сердце, напускаю на губы фальшивую улыбку, предназначенную гостям, и только после вхожу в залу.

Стоило мне это сделать, как в тот же момент я ощутила на себе множество взглядов.

Цепких. Оценивающих. Пробирающих до мурашек.

Подавив в себе желание передернуться от омерзения, я, продолжая притворно улыбаться, медленно пошла через гостей в поисках мужа.

И вскоре я увидела его.

Шэйн, как всегда, был великолепен. Высокий, широкоплечий, с гордой улыбкой победителя, он стоял в центре залы, а взгляд его серых пронзительных глаз лениво скользил по толпе.

Рядом с Шейном стоял Дарок. Сын уже увидел меня и теперь неотрывно смотрел в мою сторону. Его взгляд был наполнен смятением, страхом и… мольбой, словно бы он не хотел, чтобы я вообще здесь находилась.

В груди похолодело.

Теперь я уже была точно уверена, что в нашем доме или в нашей семье что-то произошло.

Что-то, от чего Дарок хочет меня отгородить.

Обогнув очередную стайку разряженных драконесс, я увидела, что с другой стороны от Шейна стоит незнакомая мне девица. Молодая и очень красивая. Фарфоровая кожа, золотые вьющиеся волосы, пухлые губы и огромные голубые глаза, наполненные огнём. Тем самым, который говорит о породе.

В тот момент я ещё могла придумать объяснение тому, с какой целью высокорожденная драконица стоит рядом с Шейном. Но вот почему она держит моего мужа за руку?

Этому у меня объяснения не было...

От автора

Дорогие читатели!

Добро пожаловать в мою новую историю)

Добавляйте книгу в библиотеку, ставьте звёздочки и не забывайте про комментарии.

Всё это очень мотивирует автора на скорейшее написание новых глав :)

А здесь можно подписаться на автора:

https://litnet.com/shrt/lody

Так же хочу сообщить вам, что история пишется в рамках литмоба

Хозяйки гиблых мест

Вас ждут 12 книго сильных духом девушках, способных возродить то, что уже казалось погибшим. И это я не про либидо красавчиков, тут само собой, это я про гиблые земли, чёрные пустоши, болота, пустыни и разрушенные замки.

3

Увиденное настолько поразило меня, что я сбилась с шагу и едва не врубилась в проходящего мимо лорда.

— Осторожнее, леди Валерия, — произнёс он и смерил меня взглядом, в котором читалось не то удивление, не то презрение.

— Простите, милорд, — останавливаясь, с трудом выдавила из себя, не в силах отвести взгляда от руки супруга, в которой по-хозяйски устроилась изящная ладонь драконицы.

Мужчина хмыкнул и отступил в сторону, освобождая мне путь.

— Ох уж эти неуклюжие человечки, — раздалось насмешливое за спиной, но я даже не обернулась и продолжила идти в сторону мужа.

В голове пульсировала лишь одна мысль: "Что происходит?"

Где-то в глубине души я уже знала ответ. Просто не хотела признавать этого. Не хотела верить в то, что Шейн предал меня. Променял на другую. Но то, что я видела перед собой, говорило об обратном.

Когда до парочки оставалось рукою подать, Шейн, наконец, увидел меня. В его глазах промелькнула та нежность, с которой он всегда смотрел на меня. Губы его дрогнули, и он тепло улыбнулся.

На мгновенье я даже поверила, что всё хорошо, что ничего не изменилось и Шейн верен мне, но стоило мне опустить взгляд и увидеть их переплетённые пальцы, как иллюзия самообмана с треском разбилась о чудовищную реальность. От осознания, что тот, кого ты долгие годы так сильно любила, предал тебя, в голове зашумело, в глазах потемнело, а к горлу подкатил ком тошноты.

Мне потребовалось приложить неимоверное усилие, чтобы не поддаться эмоциям и не разрыдаться прямо посреди залы. Только не сейчас. Не на глазах этой своры, которая только и ждёт, что слабая человечка сломается.

Несмотря на дикую боль в душе, я явственно осознавала, что не могу, да и не хочу показывать им свою слабость. Позже, когда останусь одна, я могу хоть сколько реветь, а сейчас мне нужно держаться. Сохранять лицо, так бы назвал это Шейн.

Глубоко вздохнув, я выпрямила плечи, подняла подбородок и, с осанкой королевы, подошла к мужу и его спутнице.

— Валерия, дорогая, — Шейн, наконец, выпустил из своей руки ладонь драконицы. Он подошёл ко мне, обнял и, коснувшись губами виска, прошептал: — Я так рад видеть тебя.

Его слова прозвучали как насмешка, как удар под дых. Рад видеть? После того, как он выставил меня на посмешище перед всем высшим обществом, после того, как продемонстрировал свою связь с этой… драконицей? О боже, какой абсурд!

Застыв изваянием в объятиях мужа, я больше не чувствовала ничего.

Внутри была пустота.

Невыносимая. Отчаянная. Леденящая пустота.

Но Шейн, словно бы не замечал моей холодности. Он отстранился и, взяв меня за руку, потянул за собой.

— Я уже представил Мелиссу гостям, но ты тоже должна познакомиться с ней... — Шейн с обожанием посмотрел на златовласую девушку. Посмотрел так, как когда-то смотрел на меня. — Это Мелисса Браун. Дочь лорда Северных земель. И она... моя истинная пара.

В голосе Шейна звучала неподдельная радость, словно бы он наконец добрался до той желанной игрушки, в которую ему запрещали играть.

"Истинная пара…" — эхом отдалось в голове.

Слова Шейна, будто осколки стекла, вонзились в самое сердце.

И каждый из них резал безжалостно, оставляя за собой кровоточащие следы.

Я затуманенным взглядом посмотрела на мужа. Неужели он не понимает, какую боль причиняет мне своими словами? Глаза Шейна сияли от счастья. Нда... Похоже, действительно не понимает.

— Я рада за тебя, муж мой, — это всё, что в тот момент я могла произнести.

Но Шейн остался доволен. Коротко кивнув мне, он выпустил мою руку и, взяв под локоток свою новую пассию, громко, да так, что звуки музыки померкли на фоне его голоса, произнёс:

— А теперь давайте отпразднуем это! Воздадим дань нашей победе!

Я смотрела, как они проходят мимо меня, как Шейн, склонив голову, что-то шепчет своей истинной, видела, как она игриво улыбается ему в ответ и чувствовала, как привычная жизнь распадается на осколки.

4

Я настолько была разбита, что не сразу услышала, как Дарок зовёт меня.

— Мама? — повторил он и коснулся моего плеча.

Я вздрогнула и повернулась к сыну. Мнепотребовалось несколько секунд, чтобы сфокусировать взгляд на его лице.

Дарок. Наш сын. Высокорожденный. Он был, как две капли воды похож на отца. Только вот характером пошёл в меня. Слишком мягкий нрав. Слишком доброе сердце. Вообщем, слишком человечным он был. В свои двадцать лет Дарок уже сумел пробудить вторую ипостась и научился в совершенстве владеть своей магией. Шейн пророчил ему великое будущее и то, что случилось сегодня, не должно было разрушить его.

— Как ты? — с беспокойством спросил он.

— Всё хорошо. — прошептала я, стараясь, чтобы голос звучал ровно. Получилось не очень.

Дарок нахмурился, внимательно изучая моё лицо.

— Как-то не похоже, — пробормотал он.

Я попыталась напустить на губы улыбку, но получилось лишь болезненное подобие.

Но, несмотря на это, я, с настойчивостью утопающего, повторила:

— Нет, правда, всё хорошо.

— Пойдём отсюда, мам? — неожиданно предложил Дарок. — Я провожу тебя в комнату и побуду с тобой пока... пока всё это не закончится.

"Это никогда теперь не закончится," — хотела ответить я, но вместо этого произнесла:

— Ты же знаешь, мы не можем уйти. Отцу это не понравится. Особенно, если уйдёшь ты. И в этом Шейн будет прав. В такой значимый для него день, он бы точно хотел, чтобы ты, Дарок, был рядом с ним.

— Но, мам… — начал он, но я прервала сына, положив руку ему на запястье.

— Тшшш... — покачала головой. — Я всё решила.

Дарок вздохнул и бросил короткий взгляд на усаживающихся за стол гостей, затем вновь посмотрел на меня. В его глазах было столько сочувствия, что на мгновение я почувствовала, как рушится возведенная мной стена безразличия. Захотелось прижаться к сыну, уткнуться в его плечо и выплакать всю ту боль, что разрывала меня изнутри. Но я не могла. Не сейчас. Не здесь. Нужно было держаться ради него, ради себя, ради приличий, в конце концов.

Я слегка сжала его запястье, стараясь передать сыну всю свою любовь и благодарность без слов.

Дарок всё понял, кивнул и, взяв меня под руку, повел к гостям.

Когда мы подошли к нашим местам, я на мгновенье оторопела и в замешательстве остановилась.

Во главе стола сидел Шейн, а по правую руку от него расположилась его драконица-златовласка. Девушка сидела на том самом месте, которое по праву принадлежало мне. Его жене.

Холодная волна прокатилась по телу, замораживая остатки чувств. Не знаю, чтобы было со мной не будь Дарока рядом. Возможно, я бы так и стояла, смотря на соперницу.

Но голос сына вырвал меня из оцепенения.

— Садись сюда, мам, — он отодвинул для меня стул, по левую руку от Шейна.

Благодарно кивнув ему, я заняла предложенное мне место и уставилась затуманенным взглядом в пустую тарелку.

Тогда, я уже пожалела, что не поддалась уговорам Дарока и не ушла в свою комнату. Так глупо и омерзительно я не чувствовала себя очень и очень давно.

Но отступать было поздно. Уж раз я села за стол, то должна была просидеть за ним хотя бы до того момента, пока гости не покончат с едой.

В какой-то момент я ощутила себя самозванкой, случайно попавшей на этот торжественный пир. Каждый звук за столом казался мне громом. Голос Шейна, лёгкий смех Мелиссы, звон столовых приборов и даже приглушенные голоса наших гостей — всё это резало слух и подчеркивало мою отчужденность.

Я чувствовала, как на меня смотрят. Не только Шейн и его новая пассия, но и все остальные присутствующие. Видимо, драконицы и их высокородные лорды с нетерпением ждали моей реакции. Что я скажу? Что сделаю? Разобью тарелку? Вылью вино на голову разлучнице? Устрою скандал?

Но я не собиралась давать им этого зрелища. Я была слишком разбитой и не видела смысла распыляться на бессмысленные выяснения отношений.

Я просто хотела, чтобы этот вечер поскорее закончился.

И, наконец, это случилось.

Когда слуги начали убирать пустые тарелки, я встрепенулась и подняла взгляд на супруга.

— Извини меня, Шейн, но мне что-то не хорошо. Я, пожалуй, пойду, — тихо сказала, дождалась одобрительного кивка, и только после поднялась из-за стола со словами: — Желаю вам приятного вечера, господа.

Затем, едва заметным движением руки остановила Дарока, собирающегося последовать вместе со мной, и, с трудом передвигая ногами, направилась к выходу.

Я плохо помнила, как вышла из залы. Не помнила, как добралась до покоев. И совсем не помнила, как провела несколько часов в своей комнате, сидя на кровати и смотря в одну точку перед собой.

В себя пришла лишь тогда, когда дверь распахнулась и в комнату вошёл Шейн.

Маски сняты

Мазнув отстранённым взглядом по лицу Шейна, я вновь уставилась перед собой. Я не хотела смотреть на него. Не могла.

Шейн подошёл и остановился напротив.

— Ты в порядке? — спросил так, словно бы действительно переживал за меня.

Я медленно покачала головой, не в силах произнести ни звука. Тогда он сел рядом и взял меня за руку, но я быстро отдернула её. Его прикосновения вызвали у меня дрожь отвращения. Перед глазами навязчиво маячило воспоминание, как в его ладони лежит чужая рука. Тонкая, холёная, с изящными пальчиками, увенчанными аккуратными ноготками.

Шейн раздраженно выдохнул.

— Что случилось, Валерия? К чему эта драматичная сцена?

Я едва не задохнулась от возмущения. Он ещё спрашивает?

Пересилив себя, я наконец, повернулась к супругу.

— Ты действительно не понимаешь? — увидев, как он в ответ едва заметно покачал головой, я не выдержала и сорвалась: — Ты привёл в дом другую, Шейн! И не просто привёл, а сделал это на глазах у всех, словно хотел показать всем им, что я ничто для тебя. Своим поступком ты унизил меня! Растоптал... Предал...

Голос сорвался, превратившись в болезненный хрип.

Шейн нахмурился, а в его глазах я увидела полное непонимание.

— Я думал ты будешь рада за меня, — Шейн встал и начал нервно расхаживать по комнате. Он выглядел растерянным и виноватым, но в его глазах горел огонь непонятного мне восторга. — Ты просто не понимаешь, Валерия, каково это найти свою истинную...

Ну да... Разве мне понять, ведь моя ипостась так и осталась равнодушна к моим призывам.

— ... Это как обрести недостающую часть себя! — между тем с горячностью продолжал говорить он. — Это как вдохнуть полной грудью, когда несколько часов не дышал. Это как увидеть насколько прекрасен мир после долгих лет слепоты...

Я застыла, не веря своим ушам. Недостающую часть себя?

— Значит, все двадцать лет я была для тебя лишь временным заполнением пустоты?

Шейн остановился и с укором посмотрел на меня.

— Не говори так, Валерия. Я любил тебя... И сейчас люблю. А она... она это другое. Мой дракон звереет рядом с Меллисой. Он тянется к ней. И я не могу, да и не хочу противиться этому. А ты, как любящая жена, должна была меня понять... К тому же, ты всегда знала, что это может произойти. Ты должна была подготовиться, а не устраивать на пустом месте скандал.

Что ж... В последнем Шейн не соврал. Он рассказывал мне истории, как его предки, уже отчаявшись встретить истинную, на пике лет всё же обретали свою пару. Тогда им словно срывало крышу. Они отказывались от всего, что связывало их с прошлым. И не важно, что это было: семья, жена или дети. Но тогда я не воспринимала слова мужа всерьёз. Я не думала, что это произойдёт с нами. С кем угодно, но только не с нашей семьёй! Да даже если б я знала, что это случится, разве можно вообще подготовиться к предательству любимого человека? Невозможно конечно. Ты или любишь, или всю жизнь трясешься от страха, боясь его потерять.