Двенадцать месяцев. Апрель. Когда земля просыпается.

Глава 4

Апрель. Когда земля проспыается.

К апрелю снег отступил. Не ушёл совсем — в лесных оврагах ещё лежали серые сугробы, под елями белели холодные островки, а по утрам лужи схватывались тонким ледком. Но стоило солнцу подняться над лесом, как лёд начинал звенеть и ломаться.

Капель теперь не считала капли. С крыш текло ручьями. По склонам бежала мутная вода, несла прошлогодние листья, хвою, щепки. Заводской пруд потемнел, река поднялась, подмыла снежные берега и с шумом ломала остатки льда. Воздух тоже сделался другим. Пахло мокрой землёй, корой, дымом и чем-то зелёным, ещё невидимым. На берёзах набухли почки. По утрам кричали птицы. А на солнечных камнях впервые появились маленькие ящерки. Егорка одну увидел возле дома и сразу побежал к Прохорычу.

— Появились!

— Кто?

— Ящерки!

Старик усмехнулся:

— Значит, земля отогрелась.

— Хозяйкины?

— А ты у них спроси.

Егорка хотел было засмеяться, но Прохорыч говорил совершенно серьёзно. На следующий день они отправились к реке.

— Вешняя вода пошла, — сказал старик. — Теперь смотреть надо в оба. Весной вода всякую тайну наружу вымывает.

Дорога раскисла. В колеях блестела вода, сапоги вязли в глине. Там, где ещё неделю назад лежал сугроб, теперь чернела мокрая земля. Лес тоже просыпался. Сосны стояли тёмные, но у берёз веточки уже сделались красноватыми. Возле талых пней пробивалась первая зелень. Из-под корней журчала вода. В одном месте Егорка остановился. На солнечном камне сидели три ящерки. Одна зелёная. Другая синеватая. Третья золотистая, будто песком присыпанная.

Егорка присел. Ящерки не убежали.

— Прохорыч…

Старик приложил палец к губам. Тут зелёная ящерка юркнула между камнями. За ней вторая. Потом третья. И вдруг из-под камня будто зелёный огонёк блеснул Егорка поднял голову. На противоположном склоне стояла женщина. Платье на ней переливалось зеленью — то тёмное, как еловая хвоя, то светлое, как первая весенняя трава. Хозяйка Медной горы. Вокруг неё по прогретым камням бегали ящерки.

— Ну что, Егор, — сказала она, — зимой мои места смотрел, весной воду слушал. А теперь что искать пришёл?

Егорка уже знал, что с Хозяйкой торопиться не следует. Подумал и ответил:

— Хочу увидеть, как земля просыпается. Хозяйка улыбнулась.

— Это увидеть труднее, чем золото.

Она хлопнула в ладоши. Ящерки разбежались. И там, где только что лежали серые камни, показалась узкая щель. Из неё текла вода. Совсем прозрачная. Не такая, как мутные апрельские ручьи. Вода стекала по камню, и под ней открывались зелёные, красные, голубоватые жилки. Будто сама гора на минуту приоткрыла свою внутренность.

— Зимой камень молчит, — сказала Хозяйка.

— Весной вода его речь наружу выводит.

Егорка протянул руку. Но вспомнил Серебряное копытце, Огневушку и Голубую змейку — и не коснулся. Хозяйка кивнула:

— Запоминать научился. И исчезла. Только ящерки ещё некоторое время грелись на камнях.

Прохорыч подошёл ближе.

— Что показала?

— Камень под водой.

— А брать разрешила?

— Нет.

— Значит, опять правильно.

Пошли дальше. Возле реки грохотало. Вода несла льдины, сучья, старые брёвна. На повороте одно бревно зацепилось за другое, потом третье, и уже через минуту поперёк течения вырос целый затор.

— Вот тебе апрельская работа, — сказал Прохорыч. — Весной река сильнее человека. Тут сперва думай, потом руки пускай.

Они долго смотрели, как рабочие баграми разворачивают брёвна. Егорка заметил одного старого сплавщика. Тот не суетился. Все тянули бревно в одну сторону, а он вдруг ткнул багром совсем в другое место. Бревно повернулось. Затор дрогнул. Вода подхватила лес и понесла дальше.

— Видел? — спросил Прохорыч.

— Видел.

— Вот это и есть живинка.

— Какая?

— В деле.

Егорка не понял. Старик поднял с земли сучок.

— Один человек сто раз сделает — всё как положено, а работа будто мёртвая. Другой возьмётся — и сразу поймёт, где повернуть, где придержать, где вовсе не мешать. Вот это и есть живинка. Без неё мастера не получится. Егорка вспомнил Данилу и Каменный цветок.

— Значит, Данила тоже живинку искал? Прохорыч подумал.

— Он красоту искал. А это ещё труднее.

К вечеру возвращались через лес. Солнце уже садилось, но воздух оставался тёплым. Между деревьями лежали длинные золотистые полосы света. С мокрых ветвей падали тяжёлые капли. Вдруг Егорка заметил возле корней старой сосны что-то голубое. Наклонился. В земле лежал камешек. Небольшой, гладкий. Чистого голубоватого цвета. Егорка не тронул.

— Прохорыч, смотри. Старик присел рядом. Долго разглядывал.

— Странный.

— Ключ земли?

Прохорыч улыбнулся:

— Настоящий Ключ земли не нам с тобой угадывать. Про него старики говорили: до срока никому не дастся.

— А когда срок придёт?

— Тогда сам в руки попадёт.

Егорка ещё раз посмотрел на камешек. В это время из-под соснового корня выбежала зелёная ящерка. Села прямо возле него. Потом ударила хвостиком по земле — и камень куда-то исчез. Будто его и не было. Егорка засмеялся:

— Значит, рано.

— Видать, рано, — согласился Прохорыч.

Апрель между тем всё прибирал зиму. Каждый день снега становилось меньше. На пригорках показалась прошлогодняя трава. В ложках зазеленели первые побеги. Берёзовые почки раскрылись, и лес покрылся лёгкой зелёной дымкой. Даже гора изменилась.Зимой она была белой и молчаливой. В марте по ней бежала вода. А теперь из-под снега вышли камни — мокрые, тёмные, блестящие. Егорке стало казаться, будто гора сама поворачивается к солнцу. Однажды он спросил:

— Прохорыч, а Каменный цветок весной расцветает?

Старик засмеялся:

— Каменный-то? Ему что январь, что апрель.

— Почему?

— Потому что настоящая красота не по календарю живёт.

Потом подумал и добавил:

— Только человеку весной легче её понять.

— Почему?

Прохорыч показал вокруг. На ручей. На набухшие ветки. На зелёную траву между камнями. На солнце, которое золотило мокрую землю.

— Потому что всё кругом показывает, как из малого большое выходит. Вчера ветка голая была — сегодня почка. Сегодня почка — завтра лист. Камень тоже так понимать надо. Не ломать его по своей прихоти, а увидеть, что в нём самом спрятано.

Егорка долго молчал. А потом поднял с земли простой серый камень. Не золотой. Не малахитовый. Совсем обыкновенный. Повернул к солнцу. На одном краю появилась тоненькая зелёная жилка. Егорка улыбнулся. Теперь он начинал понимать, почему Прохорыч ещё зимой говорил: «Самое время смотреть».

В январе лес учил его терпению. В феврале земля показала скрытое тепло. В марте вода открыла дорогу. А апрель принёс другое чудо. Не то, которое вспыхивает огнём или рассыпается самоцветами. А тихое. Почка раскрывается. Ящерка выходит на тёплый камень. Река освобождается ото льда. И человек вдруг замечает в простом камне то, чего вчера не видел. Это и была та самая живинка. Маленькая. Почти незаметная. Но без неё ни весны не бывает, ни настоящего мастерства.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.