- -
- 100%
- +
Глава 1
Предисловие
Я лежу на огромной кровати, где легко могли бы поместиться пять человек и не помешать друг другу. Мои запястья в синяках от сильной хватки монстра, что удерживал их. Мои длинные светлые волосы раскиданы по подушке. На бледной, почти белой коже краснеют следы его рук. Всё моё тело болит и ноет. Но больше всего болит там, между ног. Мои слёзы и мольбы о пощаде не волнуют этого монстра. Надо мной нависает чудовище…
Его покрытое шрамами и татуировками тело бугрится накачанными мышцами. Его зеленые, пугающие и обжигающие ненавистью глаза смотрят на меня без капли сочувствия. С коротко остриженных русых волос стекают капли воды. После того, что он сделал со мной не более получаса назад, монстр ушел в купальню. Пока его не было, я горько плакала. Звать на помощь бесполезно. В его замке мне никто не поможет. Тут я всего лишь рабыня, вещь, игрушка для утех господина! Он встал на колени у моей головы. Его огромный, мясистый половой орган пару раз дёрнулся у моего лица в новой волне возбуждения.
– Открой рот. – приказал монстр своим твёрдым, злым и не терпящим возражений голосом.
Я подчинилась. А что ещё мне остаётся? Как только я попала в этот ад, в сам Измор, где царят демоны и монстры, мне сразу же дали понять, моя жизнь ничего не стоит. Я жива, пока мой господин и хозяин готов содержать меня. Он вошёл в мой рот резко, до самого корня. Отключаю все эмоции и просто жду, когда это закончится…
Глава 1
– Амайя, где ты? – зовет отец.
– Я здесь, папа! – я мчусь из своей комнаты отцу навстречу и весело хохочу, уворачиваясь от няньки.
Замира, моя нянька-кормилица, растила меня с младенчества. Моя мать умерла в родах, и Замира была со мной с тех пор, как отец дал ей это задание. Моё имя – Амайя, буквально означает "Конец жизни", подразумевая, что мать отдала жизнь ради моего рождения. Сейчас Замира заставляет меня одеваться, как подобает "деве благородных кровей". Мне же нравится простая и удобная одежда. А ещё дева благородных кровей не скачет галопом, не охотится и не владеет оружием! Короче, меня растили как мальчишку-сорванца, и вдруг решили перевоспитать. В итоге на мне длинное платье в пол с не до конца зашнурованным корсетом. А волосы, обычно аккуратно собранные в две толстых косы, распущены и развиваются за спиной непослушной копной.
– Амайя, у меня к тебе разговор. – отец крутится на месте, стараясь успокоить меня.
Я скачу вокруг него, а Замира носится следом.
– Подожди, милая. – папа поймал мою руку и потянул меня за стол. – Нужно поговорить.
– Что такое, папа? – встревожилась я.
Отец смотрит серьёзно, и меня это беспокоит. Седые брови сведены вместе. В густой светлой бороде с проседью видны поджатые губы. Он главный в нашем поселении. Герх! К нему приходят за советом. Он помогает решать споры. И он же, если это понадобиться, вершит суды.
– Я ходил к Шие.
Моментально напрягаюсь. Терпеть не могу эту старуху! Шия, местная повитуха, лекарка и по совместительству шаманка. А еще, как по мне, она шарлатанка!
– Зачем же ты к ней ходил? – уточняю с тревогой.
– Ты уже взрослая, дочка. Твои сверстницы все давно замужем.
Откинувшись на спинку стула, закатываю глаза. Начинается!
– Твою руку просили многие мои войны и достойные Герхи соседних поселений. – отец говорит с нажимом, снова пытаясь меня убедить. – Тебе пора определиться с выбором.
– Пап, может, отложим этот разговор? – улыбаюсь, стараясь перевести всё в шутку.
– Нет, милая! Послушай. Я уже не молод. Силы покинут меня рано или поздно. Мне нужно передать тебе своё правление. Но пока ты дева без опоры, этого сделать никак нельзя. Твой брат погиб, и теперь все заботы лягут на твои хрупкие плечи. Тебе необходим супруг! Чтоб править без страха.
– Я не хочу замуж. Мне хорошо в твоем доме! Да и потом, ты еще очень даже крепок здоровьем. Не беги на погребальный костёр раньше времени.
– Шия видит, что твоя судьба решится уже скоро. Что тебя ждет великое будущее! И что моя жизнь закончится с этим решением. Я готов, доченька. Я очень хочу воссоединиться с твоей матерью.
– Пап, я не вижу ни одного из местных мужчин своим суженным. Так что тебе придётся пожить подольше, чтоб увидеть, как вершится моя судьба. – отрезаю с улыбкой. – А Шие давно пора на покой! Ее ворожба пугает народ! Да и потом, Замира тоже может видеть будущее по картам, может назначить ее шаманкой вместо этой старой карги? – смеюсь я.
Обычно папу легко сбить с данной темы. Стоит только рассмешить его, и можно не волноваться по этому поводу. Я действую по уже отлаженной схеме.
– Прекрати! – отец ударил по столу ладонью, заставляя меня вздрогнуть. – Я абсолютно серьёзен! Боюсь, случится беда! Шия встревожена не на шутку! Думаю, её тревоги касаются именно тебя…
С улицы донесся колокольный звон, означающий "опасность". Мы с отцом одновременно вскочили со своих мест.
– Драгуны! Драгуны! Бегите! – послышались крики за окном.
Драгуны, варвары из чужой страны. Я слышала, что они совершают набеги на небольшие княжества. Но эти нападения всегда были далекими, у северных границ. Так далеко они еще не заходили. Эти дикари грабят, убивают и насилуют! А тех, кто выживает, они угоняют в рабство.
– Папа… – зову растерянно, но отец уже надевает своё боевое одеяние и хватает меч.
– Беги, дочка! – приказывает он.
С улицы доносятся звуки борьбы. Звон металла и крики раненных, напуганных людей. Замира и служанка хватают меня за руки и тащат к противоположной двери.
– Пойдем, милая, бежим! – увещевает нянька.
В страхе за отца, за свой народ, кричу и вырываюсь, стараясь добежать до отца.
– Папа! – взываю к родителю.
Прошло не больше минуты с первого колокольного звона, и вот отец уже готов к бою. Он направляется к двери, но останавливается, поняв, что я сопротивляюсь Замире. Отец пересек залу и подошел ко мне. В его синих глазах нет страха, только холодная решимость. Он притягивает мою голову и целует меня в лоб.
– Беги, дочка! – снова приказывает он. – Охрана защитит тебя и выведет из поселения. Я верю в пророчество Шии. Тебя ждет великое будущее! И, похоже, судьба твоя уже вершится! Я передам твою любовь маме.
С этими словами он толкает меня в объятия Замиры. Та вцепляется в меня мертвой хваткой и тащит за дверь. Последний раз я вижу отца с мечом в руках, выходящим на бой.
– Папа! Нет, Замира, отпусти меня! – визжу, вырываясь изо всех сил, но Замира все тащит меня к дальней двери.
– Пойдемте, госпожа! Нужно бежать!
Вокруг какофония звуков. Крики боли и страха, звон металла о металл. Трое воинов, что должны оберегать меня, тут же встают перед нами с Замирой.
– Защищайте свою госпожу! – приказывает нянька, и мы начинаем продвигаться к южным воротам града.
С востока доносятся звуки боя, и уже через минуту нас накрывает орда неприятеля. Охрана готова пожертвовать жизнью за меня. И в итоге так и случается. Нас окружает толпа варваров. От страха я плохо соображаю. Меня трясет, и все лица сливаются в одно жуткое пятно ужаса! Вынимаю свой клинок, что подарил мне отец три года назад на моё пятнадцатилетие, в надежде защититься. Замира делает то же самое. Мы крутимся на месте, стараясь найти выход, но его нет. Варвары все в крови. Глаза у них бешеные! Словно они и не люди вовсе! Подонки смеются и улюлюкают, загнав нас, как дичь на охоте. Один из дикарей схватил меня со спины, и его руки грубо сжали мою грудь! Я достаточно высокая по женским стандартам, но эти монстры такие огромные, что рядом с ними мы с Замирой кажемся детьми. Как учил меня отец, замахиваюсь правой рукой и бью клинком в левую подмышку подонка. Туда, где нет брони. Хватка ослабевает, и как только я отскакиваю, варвар падает на землю, истекая кровью. Остальные дикари двинулись на нас.
– Не сметь! Не смейте прикасаться к моей госпоже! – Замира пытается прикрыть меня своим телом.
Но что две женщины против толпы чудовищ? Замира замахнулась на ближайшего дикаря, но у нее тут же выбили клинок. Подонок схватил мою няньку за горло, явно намереваясь задушить беднягу. Мои запястья снова со спины схватили сильные руки. Кричу от отчаянья и злости и пытаюсь сопротивляться, но и мой клинок летит на землю. Я лягаюсь и, похоже, попадаю своему мучителю промеж ног. Новый взрыв хохота, и я чувствую на своем теле сразу несколько пар рук. Надрывно кричу, но их это только раззадоривает. Дикари мнут мои груди, бёдра, ягодицы.
– Не смейте! – кричит Замира. – Нет! Моя госпожа!
Вдруг в круг дикарей входит ещё один варвар. Огромное, накачанное тело покрыто шрамами и кровью. Коротко остриженные волосы, наголо выбритые на висках, обнажают татуировки. Густая борода его отливает рыжиной. Взгляд его светлых глаз, прикованный ко мне, не выражает ни тени жалости, только явную заинтересованность. Обстановка меняется. Варвар молча подает знак рукой, и остальные тут же затихают.
– Госпожа говоришь? – спрашивает он Замиру, все так же не отводя от меня взгляда.
Мерзкие твари, которые только что лапали мое тело, отошли в сторону, оставив меня стоять перед своим лидером. Это именно лидер, тут нет сомнений. Я тоже не отвожу глаз. Я должна быть храброй и стойкой. Именно так меня воспитывал отец. Мужчина указал на мой клинок, лежащий на земле весь в крови. И ему тут же подали его. Взгляд варвара перешел с меня на моё оружие. Он с любопытством, почти любовно погладил сталь, осмотрел эфес. На золотой рукояти горят переливы драгоценных камней. Отец сам изготовил мне этот подарок. Тонкий клинок – колённая сталь, искусно выгнут в форме клыка и заострен с обеих сторон.
– Хорошая работа, дорогая вещь. – похвалил варвар и снова с любопытством уставился на меня. – Так кто же ты? Одета как простолюдинка, но чистая, ухоженная.
Он обернулся к Замире и оглядел её с ног до головы. Этот человек двигается плавно, словно зверь. Хищник на охоте. Я молчу, не зная, как лучше поступить. Судя по всему, сопротивление воинов подавлено. Шум борьбы почти стих. Значит, отец уже мертв. Он бы не сдался в плен. Нужно как-то исхитриться и покончить с собой. Это лучше, чем то, что ждёт, если я останусь в живых.
– Что же ты молчишь, госпожа? – криво усмехнулся варвар.
Гордо расправляю плечи. Решив умереть, я перестала бояться. Пусть убьёт меня. Он не достоин ответа. Он лишь дикарь, что грабит и убивает. Мужчина глянул на ближайшего ко мне варвара, и в этот же момент мне прилетела хлесткая пощёчина. Падая на землю, больно обдираю руки и колени. В голове зашумело, а глаза заволокла пелена.
– Нет! – протяжно взвыла Замира. – Не смейте! Умоляю, не бейте мою девочку!
Варвар не обратил внимания на мольбы женщины.
– Отвечай на мой вопрос! – потребовал он, всё в той же ровной интонации.
С вызовом смотрю в глаза главному варвару. Медленно поднимаюсь и сплёвываю кровь ему под ноги. Варвар даже не пошевелился, по толпе его сородичей проходит злобный ропот. Вокруг нас собралось уже множество воинов. Я улыбнулась, поняв, что нужно сделать. А потом и вовсе расхохоталась. Собравшиеся смотрят на меня недоуменно. И лишь их лидер продолжает изучать меня взглядом.
– Я дочь знахарки Шии! – выкрикиваю громко. – Я потомственная шаманка! И я ненавижу вас, дикари! – я всё так же обращаюсь к толпе, но смотрю в глаза их лидера. – И сейчас я проклинаю дом Драгунов! Да падёт на вас кара небесная! Да сгинет царство ваше в летах! – для пущей убедительности размахиваю руками, словно совершаю колдовство.
Моя аудитория начинает верить мне! Круг сужается, в толпе звучат призывы к убийству. Я всë так же настырно гляжу в глаза главаря.
– Да погубит ваш род моё проклятие! Да падут все, кто служат дому Драгунов! Да настигнет вас смерть, медленная и мучительная!
Лидер перевёл взгляд мне за спину и молча кивнул кому-то. К моему горлу тут же приставили клинок. Хорошо, чего же вы ждёте? Варвар снова смотрит на меня изучающим взглядом. Выставив вперёд подбородок, обнажая шею, продолжаю сыпать проклятья. Заткнуть меня он сможет, лишь убив. Главарь повернул голову набок, словно интереснее ничего не видел. А потом перевёл взгляд мне за спину и кивнул. Я возликовала, готовая к смерти! Но не прекратила свою игру, чтоб у него не было возможности передумать. Лезвие уже немного прорезало кожу…
– Нет! – протяжно взвыла Замира и пала на колени у ног главного варвара. – Умоляю! Она не шаманка! Не шаманка! Амайя – дочь Герха! Пощадите её, молю Вас! – Замира рыдает и причитает.
– А ты кто? – презрительно оттолкнул он Замиру.
– Я нянька её, господин! Я её с рождения знаю, не шаманка она! Молю Вас, пощадите девочку!
В глазах главаря мелькнуло понимание. Он взмахом руки остановил моего убийцу и снова уставился на меня. Я же не могу поверить, что Замира не позволила мне умереть.
– Значит, дочь самого Герха, да? – он задумался. – В клетку её, вместе с нянькой. – вдруг приказал главарь. – Остальных рабов связать в цепочку. Будут идти пешком, как и другие. А эту, – он снова посмотрел на меня, – я подарю Грэйдону.
– Нет! – закричала я и начала вырываться.
Здоровяк, что удерживал меня, не ожидал такой прыти, и я умудрилась выскользнуть из его хватки. Упав на землю, я увидела второй шанс для своего избавления. Клинок Замиры все так же лежит на земле. Не такой красивый, как мой собственный, но очень острый! Перекатываюсь, извалявшись в грязи, и, схватив клинок, приставляю его к горлу, стоя на коленях. Прощальных слов не нужно. Один взмах, и я умру. Кто-то успевает раньше меня. Чувствую тяжелый удар по голове, и в глазах темнеет…
Глава 2
Прихожу в себя уже на корабле. Голова раскалывается от боли. На затылке, похоже, здоровенная шишка. Вместо подушки лежу на коленях Замиры. Она гладит мои волосы, обтирает меня мокрой тряпкой, плачет и причитает, молясь богам. Осознание приходит мгновенно. Я помню всё, что происходило в нашем граде. Слёз нет. Просто смотрю в одну точку и мечтаю разучиться дышать. Смерти отца я не видела, но точно знаю, он уже с мамой. Иначе не может и быть. Как же я хочу к ним. Через некоторое время снова проваливаюсь в забытье.
– Амайя, милая! – слышу голос мамы и кручусь на месте в поисках неё.
Какое странное место. Вокруг лес, деревья, кусты, трава, но всё словно ненастоящее. Свет слишком яркий, а звуки приглушённые, будто слышу их из-под толщи воды.
– Амайя! – оборачиваюсь на голос отца, прозвучавший уже звонче.
Вот он! Стоит в тени большого дуба и улыбается мне, расставив руки для объятий. И я бегу к нему. Слёзы счастья и облегчения текут из глаз.
– Папа! – прижимаюсь к отцу и рыдаю от радости.
– Милая! – меня обнимает мама.
Я смотрю на неё и любуюсь! Утопаю в блаженстве маминой любви. Как же я мечтала хоть разок взглянуть на неё, и вот мама передо мной. Она такая красивая, молодая и живая!
– Мама! Как же я скучала!
– Я знаю, детка. И я скучала. – нежный голос мамы успокаивает, обволакивая невиданным ранее блаженством.
– Привет, мелкая! – обернувшись, вижу старшего брата.
Он стоит, опершись на ствол дерева, и улыбается.
– Евсей?!
Моя семья! Мои родные! Неужели я воссоединилась с ними? Больше нет печали и боли. Больше нет разлуки и смерти. Моя семья вместе в этом странном и новом мире. Впереди открывается просвет, и я вижу огромное поле, сплошь усеянное злаками. А за ним, о дивный мир, открывается вид на огромный водоём! Вода сверкает на солнце и манит прохладой.
– Ну что, сестрица, наперегонки?
Мы с Евсеем часто соревновались, и сейчас во мне снова пробудились озорство и соперничество. Качаю головой, не желая отходить от матери с отцом, но мама меня подбадривает.
– Иди, милая, мы будем ждать тебя здесь.
И я пускаюсь за братом вдогонку. Бегу быстро, но Евсей уже далеко.
– Подожди, Евсей! – кричу, задыхаясь.
– Ну что, мелкая, ноги коротковаты? – хохочет брат, подначивая меня.
Всё бегу, но уже понимаю, мне его не догнать. Евсей далеко впереди, почти утопает в мареве, исходящем от водоёма. Останавливаюсь, чтоб перевести дух, и оглядываюсь на родителей. Они там, под деревом. Стоят, обнявшись, и машут мне с улыбкой. То ли усталость, то ли неверный свет вокруг играет с моим зрением, но тени вокруг дуба начинают сгущаться. Мама с папой словно и не замечают этого. Они продолжают смеяться и махать мне. Меня пугают эти тени, и я кричу. Кричу изо всех сил, чтоб предупредить их, но это бесполезно. Мой голос слаб и не долетает до родных.
– Мама! Папа!
Меня накрывает тьма, поглотив всё вокруг. Я снова кричу, зову родных, но меня никто не слышит. Слёзы льются сплошным потоком, и мне уже ничего не разглядеть.
В следующий миг прихожу в себя уже в клетке. Моё лицо мокрое от слёз. Взгляд, затуманенный видением, фокусируется на чём-то, и только через несколько секунд, наконец, понимаю, на чём. Толстые, тяжелые прутья перекрывают путь к побегу. Люк для выхода высоко над головой. На петле висит огромный замок. Повозку по земляной, неровной дороге тянет крупный конь. Вокруг поля и леса, уходящие далеко за горизонт. Следом плетутся мои соплеменники. Молодые мужчины, юные женщины и дети от семи лет и старше. Те, кто, по мнению захватчиков, смогут пригодиться. Множество людей, не только из нашего поселения. Сотни и сотни несчастных, кому не повезло сбежать или умереть. Они связаны друг с другом, а по бокам едет охрана. Не сбежать. Некоторых из девушек я узнаю. Работницы из нашего дома, дочь кузнеца, а там дочь мельника. Девушки измождены и истощены. В глазах пустая безысходность. Далеко за горизонтом встает яркое солнце. В деревьях поют ранние птицы, в кустах копошатся мелкие звери. Жизнь продолжается. Мир просыпается от ночной дрёмы. А мне хочется лишь одного: провалиться обратно в темноту и уже не проснуться…
В город мы попадаем примерно через полтора часа после восхода. Каменные стены возвышаются над нами так высоко, что можно поставить шесть или семь домов друг на друга, чтоб сравняться с верхушкой стены. Мы въезжаем в огромные, тяжелые ворота. Толпа видит нашу процессию и расступается, глазея на нас и аплодируя своим войнам. Эти люди радуются возвращению варваров, даже не задумываясь о том, что натворили их мнимые герои.
– Треклятые дикари. – презрительно выплевывает Замира.
Я смотрю по сторонам и удивляюсь. В моем представлении нас везли в грязное поселенье, где грязные существа в шкурах животных убивают друг друга за место у костра. То же, что я вижу, не укладывается в голове. Каменные дороги и мостовые, дома, построенные в три, а то и в четыре этажа. На улицах чисто. Люди, одетые так же, как в любых цивилизованных городах, спешат по своим делам. Это большой город и, без сомнения, богатый. Хотя последнее неудивительно. Варвары грабят все поселения, что встречают на своем пути. Они, как саранча, оставляют после себя лишь руины и смерть. А всё присвоенное добро стекается сюда. Ненавижу этот город и этих людей!
– Эту девку я заберу, а остальных на невольничий рынок. Посмотрим, сколько можно выручить за этот товар. – говорит главарь дикарей, поправляя вожжи своего коня.
Остальные зовут его Кирор или коротко Кир. Но он недостоин называться по имени! Дикарь, варвар, монстр – самые подходящие названия для этого существа! Товар – вот кто мы для него. Даже не рабы – вещи! Подонок!
– А со второй что делать? – интересуется кто-то.
Вцепляюсь в Замиру мёртвой хваткой, словно она часть меня. Нянька обняла меня и снова горько заплакала.
– Оставьте её. – приказывает Кирор. – Девке понадобится помощница, а как помрёт, решим, что делать с нянькой.
Как помру… Значит, меня всё-таки убьют? Это хорошо. Но почему не сделали этого раньше? Зачем такие хлопоты? Кто такой этот Грэйдон? И что он со мной сделает, прежде чем я умру?
– Куда вы нас везёте? – мой голос охрип от долгого молчания.
– В свой дом для начала. Тебя нужно привести в порядок, прежде чем я подарю тебя господину. – равнодушно говорит Кирор. – Так, как есть сейчас, не годится.
– Что, банта не хватает? – произношу с презрительной улыбкой.
– Молчания не хватает. – в той же манере отвечает варвар. – Пока ты молчала, меня это устраивало больше.
Он направил коня дальше, вглубь города, и наша повозка двинулась следом.
Наш дом был большим по сравнению с окружающими. Но то, что предстало перед нами, когда мы проехали по парковой дорожке, больше походило на небольшой замок. Высокие кованые ворота с красивыми, мастерски изготовленными вензелями. Деревья и кустарники, остриженные в причудливых формах. Белые статуи, изготовленные так, что кажутся живыми. Большие каменные арки, высокие окна. Три этажа. Дом смотрится очень внушительно. В длину и высоту тут бы поместились восемь или даже десять моих домов. Зачем ему такой замок? У этого Варвара большая семья? Мы объехали дом по кругу и остановились у задней двери. Вот это уже больше похоже на настоящий вход в жилище. Кирор спешился. Дверь отворилась, и появилась невысокая пожилая женщина в длинном, болотного цвета платье, белом чепчике и засаленном переднике.
– Мой господин, вы вернулись! – на лице женщины отразилась счастливая улыбка.
Мне было странно видеть, что эта милая, на первый взгляд, старуха так рада видеть варвара, что убил множество людей. Кирор подошел к женщине и по-родному нежно обнял её. Это тоже не укладывается с образом того чудовища, что отправил множество женщин на невольничий рынок.
– Йорда, старушка! – любовно обратился он к женщине. – Как тут дела? Всё ли в порядке в доме?
– Всё хорошо, мой господин. Йорда за всем приглядывала. Марала очень скучала по Вас и сейчас, наверное, уже не находит себе места. Идите же скорее, обнимите наложницу.
– Сейчас, только разберусь с делами.
– Поручите всё мне, господин. Йорда всё сделает.
Кирор, наконец, словно вспомнил о нас с Замирой. Он обернулся и встретился со мной взглядом, а потом обратился к старухе:
– Эта девушка – мой подарок Грэйдону. Её необходимо привести в порядок. Помойте её. И, Йорда, она должна выглядеть как подарок, достойный короля.
– Хорошо, господин. Всё сделаем. – проскрипела старуха.
Кирор снова посмотрел на меня. Я не ела уже несколько дней. А воды давали мало, хватало лишь промочить горло. Мои губы потрескались. Провожу по ним сухим, шершавым языком, но это не приносит результатов.
– И ещё, Йорда.
– Да, господин?
– Накормите обеих женщин.
С этими словами Кирор ушел, оставив нас на попечении старухи. Йорда смотрела на меня пару секунд, словно решая для себя что-то, а потом кивнула охранникам. Двое здоровяков поняли старуху и направились к нашей клетке. Один забрался на верхушку и, повозившись с замком, отпер его.
– Давай, вылезай. – грубо приказал мужлан, протягивая мне руку.
Мы с Замирой вжались в угол. Клетка – не самое лучшее место. Но тут мы были в относительной безопасности. Теперь стало страшно покидать что-то, что пугает не так сильно, как неизвестность снаружи.
– Не дурите! Я не хочу спускаться туда сам! – рычит дикарь.
Он ухмыльнулся. Его взгляд не сулит ничего хорошего, и, думаю, лучше подчиниться. Я с трудом поднялась на ноги и сделала шаг к люку. Замира схватила меня за локоть.
– Госпожа…
– Не бойся. Ничего они нам не сделают. – твердо говорю кормилице и добавляю уже громче: – Я же подарок для Грэйдона.
Я смело протянула руку варвару. Он обхватил запястье и легко вытянул меня наружу. А потом так же легко передал второму охраннику. Тот поставил меня на землю, и я, пошатнувшись, тут же оперлась о повозку. Ноги совсем онемели и не держат меня. Не только от голода и обезвоживания, но и от долгого нахождения в одной позе. Когда Замира оказывается рядом, нас грубо подталкивают вперед и ставят перед старухой Йордой. Женщина внимательно осматривает меня с ног до головы. Трогает мои волосы, потом цепкой хваткой сжимает подбородок и крутит мою голову, внимательно осматривая лицо.
– Рот открой. – приказывает она строгим голосом.
Я молча подчиняюсь, и старуха осматривает мои зубы.
– Неплохо. – резюмирует она. – Как зовут?
Я молчу. Она ведет себя так, словно лошадь на рынке покупает.