Убей моего босса

Глава третья

Харриет приближалась к ней с широкой улыбкой на губах. Анна вдруг поняла, что никогда раньше не видела, чтобы директор издательства улыбалась. От улыбки ее плечи расслабились, а заостренные черты лица стали выглядеть менее суровыми. С улыбкой она больше походила на человека. Однако рубашка была все такой же белой и без единой складки, как и в прошлую их встречу. И сама Харриет размеренно и плавно двигалась в туфлях на высоком каблуке.

– Видела твое фото в Resume, – сказала она. – Классное.

Когда Анне позвонил один из журналистов смежного издания и попросил дать ему интервью, она подумала, что это розыгрыш. Через несколько дней в сети появилась статья. С общим фото ее и Дианы. А вчера в редакцию пришел печатный номер газеты. Подумать только – отныне ею интересуются представители СМИ. Анна скинула отцу ссылку на статью, и даже тот был впечатлен. Хотя раньше он только фыркал, когда она заговаривала про свою работу. Его интересовала только экономика, ну или, там, юриспруденция. Позвонила и поздравила с успехом мама. Хотя обычно они очень редко общались, особенно после того, как родители вышли на пенсию и переехали в Испанию.

Анна пыхтела все утро, выбирая в своем гардеробе самую красивую одежду. Наконец она остановила выбор на черном платье и лодочках на высоком каблуке, которые обычно надевала только по праздникам. Если бы она заявилась в таком виде на свое прежнее место работы, ее бы обсмеяли. Но зато высокие каблуки заставили ее выпрямить спину, а платье довольно удачно облегало ее фигуру. И то и другое шло ей, придавая соответствующий вид. Чтобы успеть уложить волосы, Анна встала на час раньше. Странное дело, но у нее было куда более приподнятое настроение, чем раньше. Матиас тоже проникся важностью момента и даже приготовил дочкам завтрак, чего прежде никогда не делал.

– Вот увидишь, здесь у нас по-настоящему дружный коллектив, – сказала Харриет.

Анна вспомнила слухи, ходившие в издательстве об этой редакции. Что-то не упоминалось там слово «дружный».

– Будет здорово с ними встретиться, – тем не менее бодро откликнулась она.

– Вот увидишь, они примут тебя с распростертыми объятиями. Ты, конечно, понимаешь, что всем им очень тяжело после того, что случилось с Сузанной.

Легендарная королева издательского бизнеса Сузанна, которая, собственно, и основала журнал Suzanna, полгода назад попала в дорожную аварию и теперь лежала в больнице с тяжелой травмой головы. Поздним вечером ее на пешеходном переходе сбила машина, совсем неподалеку от издательства. Чтобы полученные травмы как можно меньше отразились на головном мозге, врачи ввели ее в искусственную кому. Водителя машины так и не нашли, но, скорее всего, он был пьяный. Свидетели видели, как какой-то автомобиль умчался с места аварии. Происшествие получило широкую огласку в вечерней прессе. Вслед за этим возобновились дебаты о вреде спиртного и слишком низких штрафах за вождение в нетрезвом виде. Даже после того как об этой истории перестали писать в газетах, сотрудники продолжали вести разговоры о скрывшемся с места ДТП водителе, о том, что же там на самом деле произошло, как же теперь в ее отсутствие будет выходить журнал, и, пожалуй, прежде всего о том, как издательство справится с создавшейся ситуацией.

Врачам не удавалось привести Сузанну в сознание. По слухам, все попытки приводили к осложнениям и в конце концов им пришлось снова погрузить ее в кому. Анна вздрогнула, когда подумала об этом. Лежать как овощ на больничной койке – что может быть хуже?

Облегчение, которое они испытали, узнав, что Сузанна пришла в себя, вскоре сменилось новой тревогой, когда они услышали, в каком состоянии она находится. Она не ходила и едва могла выговаривать слова, утратила бо́льшую часть когнитивных функций и, кажется, ничего не помнила. Врачи опасались, что полученные ею черепно-мозговые травмы могут иметь необратимые последствия.

– Разумеется, многим сотрудникам не хватает их прежней начальницы, – продолжала тем временем Харриет. – А тут еще появление Дианы… Это было совсем непросто. Но теперь в их коллектив вольются свежие ресурсы в твоем лице. Ты поможешь им залечить раны. Твое пребывание здесь окажет на сотрудников совершенно иной эффект, нежели тот, которого сумела добиться Диана.

Анна пыталась сообразить, что Харриет имела в виду. Какой подтекст скрывался за ее словами?

Их провожали взглядами, пока они шли по офисному помещению мимо сидевших за перегородками редакторов различных изданий. С новой должностью и идущей рядом Харриет Анна сразу стала персоной, на которую обращают внимание. Как на солдата с модернизированным оружием в руках.

– Очень важно, чтобы ты понимала, в чем заключается твоя задача. Будь лояльной. К редакции и к Диане.

Харриет замедлила шаг. Анна почувствовала ее прохладную ладонь на своем плече.

– И ты всегда можешь обратиться ко мне за помощью. Я полагаюсь на тебя на все сто процентов.

Редакция Suzanna размещалась в дальнем углу офисного помещения и явно занимала куда больше пространства, чем остальные редакции. Здесь ощущалась настоящая роскошь. Панорамные окна щедро пропускали солнечный свет, падавший на письменные столы. На полу лежали дорогие ковры. Позолоченная напольная вешалка и складная ширма отделяли помещение от прочих редакций. На потолке висела гигантская хрустальная люстра.

«Должно быть, сотрудники Suzanna единственные во всем издательстве, кто работает под хрустальной люстрой», – подумала Анна.

Рядом с письменными столами стояли белоснежные диванчики и низенький журнальный столик. В больших напольных кадках росли деревца, среди которых выделялось апельсиновое дерево со спелыми оранжевыми плодами. Возле них на мозаичном столике были выставлены образцы косметической продукции, а табличка рядом призывала брать кому что нравится.

Когда они вошли, сотрудники редакции уже сидели на диванчиках. На журнальном столике дымились чашки с кофе, лежал багет, а рядом на блюде – нарезанная ломтиками дыня.

Взгляды всех собравшихся обратились к Анне.

– Я знаю, что все вы с нетерпением ожидали того момента, когда я наконец-то смогу представить вам нового сотрудника, – торжественно начала Харриет. – И вот она здесь, перед вами, ваш шеф-редактор. Анна, прошу – твоя редакция.

Анна обошла всех и пожала всем руки. Некоторых она уже знала, как, например, легендарного арт-директора Веронику Лансдоттер. Это была рослая женщина, не толстая, а скорее высокая и крепкая. Лет сорока – возможно, ровесница Анны, а может, на несколько лет моложе. Одета в сплошь черное, как крот, но на вид ужасно дорогое. Крупные складки одежды скрывали под собой идеальную кожу. Она отличалась той самой спокойной красотой, которой часто завидуют женщины. Она уже много лет трудилась в редакции в одной упряжке с Сузанной.

Ведущий редактор отдела красоты Стефани Странд – тоже знакомое лицо. Ее фотография присутствовала в каждом выпуске журнала и была в личном блоге на сайте. Небольшого росточка, худенькая, с прической под пажа и строгой челкой. Ее светлая кожа, темные глаза и темно-красные губы делали ее похожей на настоящую француженку. Когда она давала в социальных сетях консультации по макияжу, то зачастую сбивалась на французский, и Анна гадала: то ли это манера у нее такая, то ли она действительно француженка, несмотря на шведскую фамилию.

Остальных сотрудников она не знала вовсе либо видела только мельком. Сейчас, когда она смотрела на исключительно женский коллектив редакции вблизи, они больше не казались ей клонированными эльфами. Совсем наоборот. Они были очень разными, как внешне, так и по характеру.

Анна попробовала припомнить их имена. Заведующая редакцией Ева, которая была старше остальных, – возможно, ей было за пятьдесят. Верстальщица Катрин, долговязая и тощая, покраснела, когда здоровалась за руку с Анной. Ведущий редактор отдела моды Цисси говорила на южном сконском диалекте и выглядела почти раздетой в своей серой футболке и светлых джинсах. Впрочем, Анна догадывалась, что на самом деле одежда была безбожно дорогой и страшно модной. Ведущий редактор отдела репортажей Глория была похожа на рок-звезду из пятидесятых. Она носила черное приталенное платье, которое подчеркивало ее талию, и красную ленту в черных как смоль волосах. Татуировки на предплечьях резко контрастировали с ее добродушным лицом. Всем троим, Катрин, Цисси и Глории, на вид было лет тридцать – тридцать пять. Ассистентка София выглядела еще совсем юной, словно ей еще и двадцати не было. Возраст Эмили, опрятной стройной журналистки-стажерки, угадывался с трудом. Но Анна решила, что ей максимум двадцать пять. Она была одета в нейтральном стиле: черные брюки и голубая рубашка. Пепельно-серые волосы собраны в хвост. Говорила она мало. Сперва Анна решила, что всему виной застенчивость и неуверенность в себе, но, присмотревшись, она увидела, какой цепкий у Эмили взгляд и насколько тщательно она изучает всех и каждого.

– Добро пожаловать, Анна, – сказала Миранда, руководитель отдела рекламы. – Мы много о тебе слышали.

– Ага, очень много, – послышалось бормотание со стороны Вероники, которая сидела в углу, скрестив руки на груди.

– Да, и только хорошее, – добавила Миранда.

Ногти у нее были красные и длинные настолько, что царапали экран смартфона, который она достала, чтобы записать короткое совместное видео. Она попросила всех помахать руками в камеру и вообще выглядеть радостными.

– Хештег – #обеденные_посиделки_в_редакции, – пробормотала она, загружая видео в сторис соцсети, при этом едва ли не касаясь носом экрана.

Заведующая редакцией Ева наклонилась к Анне и громким театральным шепотом сообщила ей на ухо:

– У Миранды ужасно плохое зрение, но она слишком тщеславна, чтобы носить очки.

– Верно, к тому же у меня очень чувствительные глаза, поэтому линзы мне тем более не подходят, – охотно призналась Миранда.

Ева громко захохотала и, наклонившись вперед, взяла багет. Затем она нарезала его на тонкие ломтики и предложила всем желающим. Анна, поблагодарив, взяла, но потом увидела, что только она, Ева и Вероника взяли себе по кусочку. Остальные сидели, поклевывая ломтики дыни. Харриет, стараясь не привлекать к себе внимания, скромно устроилась в уголке. Анна украдкой поглядывала на нее. Казалось, директор издательства сознательно держится в стороне. Внезапно возле рта Харриет появилась суровая складка. Анна подняла голову. Цокая высоченными каблуками, в редакцию влетела Диана Грей.

– Всем привет, не ждите меня! – прощебетала Диана. – У меня сегодня просто улетное утро, вы даже не представляете! Столько дел, столько дел!

Щебетание вокруг столика стихло. Раздался резкий скрежещущий звук – это арт-директор настолько стремительно поднялась со своего места, что ударилась коленкой о журнальный столик и тот сдвинулся с места.

– К сожалению, я уже не успеваю выпить кофе, – сообщила Вероника, бросая быстрый взгляд на Анну. – Но теперь мы будем видеться с вами каждый день, так что еще успеем познакомиться друг с другом. Потому что вы-то, надеюсь, будете приходить в офис в нормальное рабочее время?

Анна не успела среагировать на это странное замечание, как перед ней уже стояла Диана Грей. Анна медленно поднялась, чтобы поздороваться.

Нет слов, чтобы описать ЭТО. Диана была подобна существу из мира грез. Неземное создание. Несмотря на то что Анна встречала ее раньше в коридорах и конечно же много раз видела по телевизору и в журналах, ей показалось, что сейчас она видит ее впервые.

Диана была хороша. Просто сказочно хороша. Словно звезда экрана. Голубые глаза ярко блестели. Маленький хорошенький вздернутый носик делал ее моложе. А уголки рта и глаз были слегка опущены вниз, придавая ее лицу печальное выражение. Анне вспомнилась белокурая принцесса из романа «Айвенго» Вальтера Скотта.

Та самая, что каждый первый день нового года соревновалась с куда более интересной Ревеккой.

Анна же всегда, равно как и все остальные, больше симпатизировала именно Ревекке.

– А, Анна! Ну наконец-то! Я с нетерпением ждала встречи с тобой! Будет так здорово работать вместе!

И прежде чем Анна успела сообразить, что ей делать дальше, Диана заключила ее в свои объятия. Худенькое, но хорошо натренированное тело прижалось к Анне, заставив почувствовать себя неуклюжей медведицей. Остальные молча взирали на них. Чем-то неуловимым повеяло в воздухе, но Анна не смогла понять, чем именно.

Наконец, когда Анне показалось, что объятия чересчур затянулись, Диана ослабила хватку.

– Ну и утречко, скажу я вам! Просто кошмар! Я с пяти утра на ногах!

Кажется, сейчас Диана обращалась ко всем сотрудникам – Анна успела заметить, как заведующая редакцией Ева закатила глаза, прежде чем отправить в рот еще один кусочек багета.

– Сначала у меня было просто суперское занятие йогой, потом завтрак с Seven sense, ну вы знаете эту новую классную марку, выпускающую продукцию для здорового питания…

Ева налила Диане чашку кофе, которую та взяла не глядя, и затараторила дальше:

– Миранда, ты должна с ними связаться, они просто обязаны разместить свою рекламу на наших страницах…

– У подобных фирм никогда нет денег на рекламу! – отрезала Миранда и откинулась на спинку диванчика.

– Да, но они все равно обожают наш журнал и поэтому пригласили меня на совершенно фантастический завтрак – так много чудесных фруктов и жутко вкусный чиа-пудинг… Я показала им свой блог и свою страницу в Instagram, и они предложили мне массу сногсшибательных совместных проектов.

– И при этом, конечно же, не заплатили ни одного эре, – пробормотала Миранда.

– О боже, какая же ты зануда! Я знаю, что наши читатели все равно их любят, а они любят нас. Идеальное сочетание.

И Диана, демонстративно развернувшись к Миранде спиной, глубоко вздохнула и завела еще один долгий обстоятельный рассказ обо всем, что происходило с ней после завтрака этим утром. Остальные молча слушали. Краем глаза Анна заметила, как Харриет ускользнула прочь.

– …А ведь даже на то, чтобы просто ответить на все приглашения, потребовалось ужасно много времени, они же мне проходу не дают! Кошмар – я даже не успела выложить фотки, которые сделала за завтраком!

«Кошмар – явно ее любимое словечко», – подумала Анна, но тут же устыдилась своей мысли. Ей не следует так быстро осуждать Диану.

– Кстати, я получила приглашение на премьеру нового фильма Алиции Викандер, – сообщила Диана. – Хочет кто-нибудь пойти со мной?

– Я хочу! – прямо-таки выкрикнула со своего места юная ассистентка София.

В помещении сразу стало тихо, и все разом уставились на девушку. Со своими пухлыми щечками и большими карими глазами она была похожа на ребенка. Диана холодно взглянула на нее, но ничего не сказала. Потом повернулась к Анне и положила свою руку поверх ее:

– Анна, не хочешь пойти туда со мной? В следующую пятницу. Сможешь?

Анна, не успев даже толком подумать, тупо кивнула. И попутно краем глаза заметила, каким пунцовым стало у Софии лицо.

– Ах, как же я рада! Я так рада, что ты здесь! – Диана вскочила с диванчика. – Прошу прощения, но сейчас я должна бежать. Мне столько всего нужно успеть. Была рада всех вас увидеть. Надо нам надо почаще устраивать такие посиделки – скажем, раз в неделю. Чтобы укрепить отношения в коллективе. Ева, ты ведь можешь это устроить?

И с этими словами Диана развернулась на каблуках и зацокала прочь. Ее чашка с кофе так и осталась стоять нетронутой на столе.

Глава четвертая

Спустя неделю Анна сидела перед зеркалом и не узнавала саму себя. Визажист накрасил ей веки и приклеил накладные ресницы, которые делали ее похожей на травести. На кожу нанесли специальную основу для макияжа, и теперь та была гладкой, как у младенца. Завитые волосы стали гораздо гуще благодаря фальшивым локонам, которые незаметно крепились к затылку под настоящими.

– Вот увидишь, ты мне еще спасибо скажешь, когда мы там окажемся, – заверила ее Диана. – Это просто кошмар, когда вокруг толпы фотографов, а ты не чувствуешь себя красивой.

Диана тоже без дела не сидела. Над ними колдовали два визажиста, и пока один из них заканчивал укладывать локоны Анны, второй красил ногти Дианы в ярко-розовый цвет.

Они находились в большой комнате отдела моды, располагавшейся в подвале. Несмотря на низкий потолок, помещение буквально ломилось от нарядов и многочисленных рядов обуви известных брендов. На столе стояло два больших зеркала, обрамленных электрическими лампочками, и сидящая перед ними Анна чувствовала себя звездой экрана.

– Вот! Думаю, это будет смотреться безупречно.

Ведущий редактор отдела моды Цисси картаво протянула на свой французский манер последнюю «р» и показала темно-синее платье.

– Да, это просто идеально. Платье с запа́хом – то, что нужно для твоей фигуры, Анна, и к тому же оно выгодно подчеркнет твою грудь, – согласилась с выбором Цисси Диана.

Вскоре появилась ассистентка София с парой черных лодочек на шпильках.

– Мне кажется, туфли вам тоже нужны, вы же не пойдете туда в этом…

Анна посмотрела на свои добротные ботиночки на удобном каблуке. Да, она права. В таких нельзя показываться на красной дорожке.

– Про эти туфельки… – Диана ткнула в лодочки в руках Софии, – я могу сказать только одно – вау! В них ты будешь сногсшибательной!

Анна покраснела, но понадеялась, что этого никто не заметил под всеми этими многочисленными слоями косметики.

Сама Диана выглядела просто шикарно. На ней был розовый брючный костюм из шелка, при движении красиво переливавшийся на свету. Крепкие руки обнажены, а волосы собраны в свободный вариант «ракушки».

Когда с макияжем и прической было покончено, Анна отправилась в туалет и переоделась там в синее платье и лодочки. Диана оказалась права: платье чудесно сидело на ее фигуре, буквально преображая ее. И туфли тоже были замечательные. Когда она открыла дверь и шагнула наружу, ее встретили аплодисментами. Цисси скрестила руки на груди и довольно кивнула.

– Ой, какая вы красивая! – восторженно воскликнула София.

Диана согласилась с ней. Она поправила подол платья на Анне и показала на ее лодочки.

– И не думай о том, как ты в них туда доберешься. Потому что машина доставит нас прямо к началу красной дорожки!

Анну тронула такая забота со стороны Дианы. Глаза главного редактора блестели, когда она смотрела на Анну. Было в ее взгляде что-то по-детски хрупкое и ранимое. Может, не так уж и просто быть Дианой Грей, такой известной и всеми обсуждаемой?

Накануне вечером Анна просмотрела блог Дианы и ее страницу в Instagram, чтобы попытаться понять, что представляет из себя ее новый главный редактор. Ей пришлось попотеть, чтобы отмести в сторону все эти публичные фото для СМИ. Но оставшиеся снимки были ужасно безликими. Бесконечные роскошные завтраки, встречи с известными людьми, фото со спортивных занятий, премьер и вечеринок в компании других звезд. Ничего личного. Был ли кто-нибудь из этих улыбающихся знаменитостей по-настоящему другом Дианы?

– А вы спросили разрешение у модельеров, прежде чем взять их одежду?

Анна круто обернулась. У нее за спиной стояла стажер Эмили.

– А визажисты? Кто станет оплачивать их работу? Издательство?

– Да ладно тебе, Эмили, – фыркнула Диана. – Это часть моей работы – ходить на такие вот премьеры.

– Прошу прощения, я только спросила. Я ведь только учусь, а не задавая вопросов, ничему не научишься. Верно?

– Страшно представить, чему вас там учат, в этой вашей школе журналистики, – презрительно бросила ей Диана, проносясь мимо. – Анна, ты идешь? Нас ждет такси.

Спускаясь на первый этаж, в лифте Диана разглядывала свое отражение в зеркале.

– Как же меня раздражает эта стажер, – пожаловалась она, не глядя на Анну. – Не понимаю, с какой стати мы должны терпеть эту особу в нашей редакции. Она же самая настоящая зануда. По-моему, ей не нравится то, о чем мы пишем. Я слышала от Стефани, что девчонка даже не знает, для чего нужна сыворотка. Зачем человек так рвется работать в модном женском журнале, если его не интересуют подобные вещи?

Анна покраснела. Она как-то тоже не следила за сыворотками, пока не начала работать в Suzanna.

– Но она, похоже, старается, – робко заметила она.

– Это Ева ее взяла, – сообщила Диана. – Она явно произвела на нее впечатление. Ну еще бы, такая серьезная и краси-ивая. – Диана презрительно протянула «и» в слове «красивая» и мотнула головой.

Лифт остановился, и Диана без всяких проблем двинулась на своих высоченных каблуках к вращающимся входным дверям. Ее шаги отдавались эхом в пустом гулком холле, и Анне почудилось, что даже фигура главного редактора окутана облаком спрея для волос.

В такси Диана села на заднее сиденье вплотную к Анне, так, что их бедра соприкасались друг с другом. Анна смутилась от такой близости. Диана казалась чрезмерно перевозбужденной, почти нервной. Почему? Ведь она ходила на эти премьеры чуть ли не каждый божий день. Во всяком случае, если судить по ее снимкам в Instagram.

– Как же здорово отправиться туда вместе с тобой. – Диана наклонилась к ней еще ближе, и Анна ощутила сладкий аромат ее духов. После улыбка Дианы погасла, и она опустила взгляд вниз, на свои руки. – Я хочу, чтобы ты знала, что я действительно очень рада тому, что ты здесь, со мной. Я чувствую себя такой одинокой. Но теперь мы станем вместе руководить журналом. И это замечательно.

Анна была явно тронута.

Когда они были уже почти на месте, Диана привычно расплатилась с шофером кредитной картой. А потом они вышли из машины, и Анну тотчас ослепили вспышки фотокамер и оглушили вопли фотографов, которые кричали шикарно одетым людям в очереди, чтобы те смотрели именно в их объективы. Вдоль красной ковровой дорожки была натянута красная веревка, а перед ней стояли секьюрити, которые сдерживали напирающую толпу зрителей. Анна заметила множество поднятых в воздух смартфонов. Визжали какие-то девчонки. Сигналила машина.

Диана подтолкнула Анну к очереди, и вскоре они оказались перед большим экраном, на котором появилось название фильма. Нервная девица в черном пиджаке и хрипящей рацией в руке замахала им, словно они были водителями, которым требуется помощь на парковке, и опустила руку, когда они встали ровно там, где нужно. И только тогда Анна обнаружила перед собой целую толпу фотографов. Объективы всех фотокамер смотрели прямо на них. Диана привычно улыбалась и позировала, поворачиваясь в сторону многочисленных голосов, которые выкрикивали ее имя:

– Диана, Диана, посмотри сюда!

– Улыбочку, Диана!

– Как зовут вашу подругу, Диана?

– Это Анна Флетчер, мой друг и коллега в журнале Suzanna. Она мой новый шеф-редактор, – сообщила журналистам Диана и крепко ухватила Анну за руку.

Друг и коллега. От этих слов Анна растрогалась. В следующую секунду нервная девица в пиджаке подтолкнула их ко входу в кинотеатр. Красная ковровая дорожка тянулась дальше. Вдоль нее стояли мужчины в цилиндрах и плащах. Куда ни глянь – сплошные знаменитости. Актеры, спортсмены, телеведущие, писатели, музыканты и композиторы. Все гости были в роскошных нарядах, и Анна с благодарностью подумала о тех, кто помог ей с одеждой, макияжем и прической. Раньше на подобных мероприятиях она всегда чувствовала себя не в своей тарелке. Не потому, что прежде ей не доводилось бывать на премьерах подобного калибра. Нет, речь шла о любой вечеринке как таковой. Но сегодня вечером все было иначе. Словно она отлично вписывалась. Непривычное чувство.

На высоких столиках стояли бокалы с шампанским, Диана подвела ее к одному и проследила, чтобы Анна тоже взяла себе бокал. Молодая женщина в короткой юбочке и куртке разносила на серебряном подносе крошечные канапе. Несмотря на обилие в зале известных персон, многие поглядывали именно на Диану. И Анна понимала почему. Та буквально сияла.

Какой-то мужчина пробирался к ним через толпу. Анне он показался смутно знакомым. Оказавшись рядом с ними, он взял Диану за руку.

– Диана, – проговорил он тихо.

Диана обернулась:

– А, Дэвид.

И в тот же миг Анна поняла, кто это. Дэвид Декер.

Известный медиа-магнат и председатель правления издательского дома Milles Media.

И по совместительству муж Дианы.

Он был великолепен. Коротко стриженные, чуть тронутые сединой на висках темные волосы. Угольный классический костюм и черные блестящие ботинки.

– А вы, должно быть, Анна, – сказал он, повернувшись к ней. Его протянутая для рукопожатия ладонь была большой и горячей. – Очень приятно встретиться с вами, Анна, я слышал о вас много хорошего.

Взгляд пристальный и изучающий. И когда только Диана успела рассказать ему про нее за столь короткое время?

– Анна – моя скала, – с гордостью сообщила Диана. – Я ей так рада. Я прямо-таки чувствую, как с ее появлением моя жизнь становится все легче и легче.