Убей моего босса
- -
- 100%
- +
– Что скажете? Какой вам больше всего нравится? – Диана поедала снимки горящими глазами.
– Вот этот. – Вероника взяла одну распечатку.
На фотографии Диана в бирюзовом спортивном костюме сидела, упираясь одним коленом в пол и повернувшись всем телом к камере. Несмотря на слабую улыбку, она выглядела радостной. Рельефные мускулы на оголенных предплечьях и ярко-синие блестящие глаза.
Вероника права. Было в этом снимке что-то гипнотизирующее, что-то, что немедленно приковывало к себе взгляд. Диана выглядела на нем такой крепкой и бодрой. При взгляде на нее сразу хотелось заняться спортом.
– Тон одежды можно сделать более насыщенным, это усилит ее контраст с задним фоном и поможет выгодно подчеркнуть цвет твоих глаз, – предложила Вероника. – Думаю, взгляд у тебя здесь что надо. Вдохновляет на подвиги.
– Все-таки ты считаешь, что это должна быть спортивная фотография?
Диана выбрала несколько других снимков, где она была одета в повседневную, но модную одежду. На этих фотографиях она выглядела как топ-модель, но они и близко не были настолько хороши, как тот снимок, на котором остановила свой выбор Вероника.
– Я соглашусь с Вероникой, – быстро проговорила Анна.
Диана закусила губу и, склонив голову набок, внимательно поглядела на снимок, который предложила Вероника.
– Ладно, – наконец сказала она.
Ева и Вероника обменялись еще одним быстрым взглядом.
– Если мы берем это снимок на обложку, то мы должны изменить тему номера. Что-то про здоровый образ жизни, – решила Анна. – И тогда в самом журнале мы используем вот эти твои снимки. – Анна выбрала несколько распечаток с фотографиями. – А ты напишешь к ним текст, например, про твои маленькие хитрости, чтобы всегда оставаться в форме, идет? Мы тут набросали небольшой план. И решили, что переставим большой материал о занятиях спортом, который мы собирались напечатать в следующем номере, и возьмемся за него сейчас. Ева считает, что мы должны успеть по времени.
Диана кивнула. Когда она вновь посмотрела на Анну, ее глаза горели восторгом. Анна снова ощутила уверенность в своих силах. Она быстро пробежалась по всем пунктам плана и объяснила, в какой последовательности они должны идти в следующих номерах. Мимоходом поделилась другими идеями и замыслами, которые они успели набросать, сказала пару слов о тех, кто возьмется за их воплощение, и в довершение всего объяснила, как они собираются связать все материалы воедино в последующих номерах.
Краем глаза она заметила, что Ева покусывает кончики ногтей.
– …Таким образом, на сегодняшнем собрании редакции нам, по сути, больше нечего обсуждать. Остальное мы можем рассмотреть на следующей неделе. Ты согласна, Диана? – Анна завершила свой доклад и приблизилась к ноутбуку, чтобы поправить несколько деталей, которые, как ей показалось, были не совсем на своем месте.
Никто ничего не сказал. Диана продолжала стоять и молча смотрела на снимок, который они выбрали для обложки.
– Звучит неплохо, – промолвила она наконец. – Анна, ты проделала просто фантастическую работу! И все остальные тоже.
Анна заметила, как облегченно выдохнула Ева. Хотя Вероника, казалось, еще больше напряглась. Ева откашлялась.
– Очень хорошо. Тогда, прежде чем мы разойдемся по своим рабочим местам, может быть, поговорим немного о торжестве?
Она имела в виду торжественный прием, который журнал Suzanna устраивал каждый год для самых важных персон в издательской отрасли – рекламодателей и знаменитостей. Анна совсем об этом забыла. Они обговорили, кто и что должен делать перед и во время праздничного вечера, сколько бесплатных товаров будет лежать в корзинках с образцами косметической продукции и каких спонсоров им уже удалось привлечь.
– Миранда же ничего не делает, мне самой приходится искать всех спонсоров, – пожаловалась Диана и недовольно поджала губы.
Анна ничего не сказала, однако ей было известно, что доходы от продажи рекламы в последнее время упали ниже некуда. И она до сих пор не получила ни одного вразумительного объяснения на этот счет. Анна бросила взгляд на часы и предложила закругляться.
– О’кей, на сегодня хватит, – кивнула Диана.
Ева с облегчением встала из-за стола.
– Постойте-ка! Совсем забыла одну вещь. – Диана внезапно повернулась к Еве. – Я по поводу интервью с Ракель Стрем, которое запланировано у нас на этот номер. Статью придется выкинуть.
У Евы исказилось лицо, словно она получила пощечину. Заведующая редакцией медленно опустилась обратно на стул. Ракель Стрем на настоящий момент была самой известной шведской киноактрисой, и Анна знала, как радовалась Ева, когда журналу удалось заполучить эксклюзивное интервью с ней.
– Я вчера столкнулась с ней на пиар-акции, проводившейся для Академии стиля Rosenrummet в универмаге NK[1], – принялась объяснять Диана. – Ну что я вам скажу? Совсем нос задрала, даже со мной не поздоровалась. А потом я поговорила с другими, и мне сказали, что сериал, в котором она сейчас снимается, получил плохие отзывы у критиков. Короче говоря, все терпеть ее не могут. При таком раскладе мы никак не можем оставить ее в номере.
– Но журнал через несколько дней уйдет в печать, – попробовала возразить Ева.
– Замените интервью чем-нибудь другим. Как насчет тех прелестных снимков лаванды? Возьмите их. Получится просто чудесно.
– Но у нас нет подходящего текста. И потом, разве сейчас сезон лаванды? Читатели заметят отсутствие интервью в разделе репортажей. Мы не можем просто так наплевать на это, мы должны придерживаться нашей линии…
– О боже, к чему такая дотошность? Ведь самое важное в журнале – это его содержание. А не статейки о заносчивой звезде и ее провальном сериале. В общем, вы должны как можно скорее решить этот вопрос. Все только рады будут, что я вовремя обнаружила нашу оплошность. – Диана всплеснула руками. – Ведь в этом и заключатся моя работа – выходить в свет, узнавать последние новости и актуальные тренды. Вы же только и делаете, что сидите здесь у себя в редакции и медленно покрываетесь плесенью. Не то что я!
У заведующей редакцией был такой вид, словно она сейчас взорвется. Вероника тихо сидела, уставившись в стол. Анна открыла рот, чтобы что-нибудь сказать, но не успела, потому что в дверь внезапно постучали. В кабинет заглянула руководитель отдела рекламы Миранда. Ее тонкие светлые волосы торчали во все стороны. Даже она выглядела взволнованной.
– Диана, у тебя есть вечером свободное время? Тут сейчас звонили из Unicorn, производителя стиральных средств. Они хотят с нами встретиться! Речь идет об их новом стиральном порошке «Чистюля». Они хотят предложить нам сотрудничество. Можешь пойти со мной на встречу?
– «Чистюля»? – Диана с таким пренебрежением произнесла это название, словно речь шла о каком-то наркотике. – Нет, ни за что. Я никогда им не пользуюсь. Стиральные порошки наносят ужасный вред окружающей среде! Я даже не собираюсь…
– Да, но это же суперважный клиент, – перебила ее Миранда. – И теперь у нас есть шанс заполучить его. Думаю, они будут ужасно рады встретиться с тобой. Это очень важно. Может, они смогут прийти на наше мероприятие в качестве партнеров?
И Миранда с такой силой вцепилась в дверной косяк, словно речь шла о жизни человека. Диана же, казалось, совершенно не заметила отчаяния, написанного на ее лице, преспокойно достала из сумочки зеркальце и принялась изучать в нем свое лицо. Не спеша освежила помаду на губах. Почмокала ртом, после чего повернулась к Миранде.
– Нет, не могу, – сказала она. – У меня на вечер запланированы куда более важные дела.
– Я могу отправиться с тобой на встречу, – поторопилась добавить Анна.
Миранда благодарно сложила ладони.
– Я сейчас должна бежать, – сказала она Анне. – Но я тебе напишу, во сколько нас будет ждать такси.
Анна выключила демонстрационный экран и повыдергивала кабели из аппаратуры, пока Вероника лихорадочно собирала распечатки со стола.
Диана достала смартфон и принялась листать свои снимки в Instagram.
– А может, все-таки оставим интервью? – снова предприняла робкую попытку Ева.
Диана не спеша оторвала взгляд от экрана.
– Но ведь я же объяснила, почему этого не стоит делать, – медленно проговорила она ледяным тоном. – Должна же я здесь хоть что-то решать. Ведь это я главный редактор. Я должна отвечать за то, что мы публикуем. Вы и так распланировали все без меня на три номера вперед. Даже какой снимок мы возьмем на обложку. Так что не будем ссориться. Я этого не выношу.
Диана посмотрела на Анну и закатила глаза. После чего встала и, не произнеся ни слова, покинула переговорную комнату.
Глава восьмая
На плите стояла кастрюля с пастой. Желтые завитушки слиплись и покрылись пленкой. Рядом на сковороде лежали заветрившиеся кусочки колбасы. Края колбасных кружочков выгнулись вверх среди белых лужиц застывшего жира.
На вытертом досуха кухонном столе сиротливо притулились тарелка и стакан, рядом лежали нож и вилка. Анна бросила взгляд на часы, висевшие на стене. Почти девять часов вечера. За окном – непроглядная темень. В саду выл ветер и так яростно тряс ветками старой яблони, что было слышно даже на кухне. Сентябрь подходил к концу, и было ясно, что осень в этом году выдалась непривычно холодной.
Она опоздала к ужину на несколько часов. Уже в который раз. Ни Матиаса, ни Тесс, ни Алисы видно не было. Вместо того чтобы приступить к еде, Анна опустилась на стул. На нее тяжким грузом навалилась усталость.
После редакционного собрания Ева растеряла все свое самообладание и расплакалась, как девчонка. Анна пыталась хоть как-то утешить ее, но вскоре была вынуждена ее покинуть, чтобы отправиться вместе с Мирандой на встречу с потенциальным рекламодателем. Она поняла, что представители Unicorn были весьма разочарованы, увидев ее, а не Диану Грей, но все же переговоры прошли вполне успешно. Особенно когда они поняли, что именно Анна отвечает за журнал Suzanna, сайт и весь бизнес в целом.
Как там сказала на днях Вероника, когда они были в фотостудии? В чем заключаются твои рабочие обязанности?
Может, ей стоило быть более решительной на редакторском собрании? Сказать Диане, что нельзя за неделю до выхода номера выкидывать из него целую статью? Что это вредит репутации издания, вдруг актриса проболтается и пойдут слухи? И как отреагирует на это журналист, написавший материал? Или фотограф, который сделал снимки? Разве можно вот так запросто взять и наплевать на чужую работу, которая стоит денег?
– Ну что, ты наконец-то дома? – В дверях кухни стоял Матиас. – Время уже десятый час.
– Я знаю. Я не собиралась возвращаться домой так поздно, но на работе столько всего случилось.
– Ясно.
– Не сердись. Я же говорила, скоро все наладится. Сперва всегда тяжело.
– Хорошо-хорошо, я понял.
Повисла тишина. Вообще-то сначала Матиас был настроен более позитивно. Но, несмотря на то что она сразу объяснила ему, что работа будет отнимать у нее все время, кажется, он уже начал уставать от подобного положения вещей. «Это потому, что теперь твоя очередь заниматься домом и детьми, да?» – хотела спросить его Анна. Напомнить ему обо всех тех вечерах, когда он сам приходил домой поздно с работы, а она ждала его с готовым ужином. Но по выражению лица мужа она поняла, что подобный комментарий сейчас будет не слишком уместен. Поэтому она промолчала и взяла свой смартфон, чтобы проверить почту.
И увидела письмо от Евы, которое та разослала всем в редакции. В нем она сообщала, что заболела и не сможет выйти завтра на работу.
– Эй? Ты слышала, что я сказал? – Матиас повысил голос.
Анна вздрогнула. Оказывается, она так сильно задумалась, что не услышала, как он снова заговорил.
– Что?
– Тесс. С ней что-то происходит. В последние дни она ходит такая мрачная. Мне кажется, между ней и Ловисой что-то случилось. Должно быть, они поссорились.
Анна вздохнула:
– Ну что ж, даже лучшие подруги иногда ссорятся. С этим ничего не поделаешь, нужно просто пережить. Ты спрашивал, в чем у них там дело?
– Конечно же я спрашивал! Но она отказывается мне что-либо говорить!
– А злиться обязательно?
– Я не злюсь! Я просто переживаю.
– Скоро выходные. Что-нибудь придумаем. Всей семьей.
– На выходные приезжают мои родители.
Анна застонала. Она не ладила с родителями Матиаса и не делала из этого никакого секрета.
– Уж постарайся их выдержать. – Слова Маттиаса прозвучали сурово.
Анна не ответила.
– А о том, что в следующую субботу мы должны встретить Юнатана и Камиллу, ты тоже забыла?
– Нет… Или… Черт побери, об этом я тоже забыла. Ведь в субботу наш журнал устраивает торжественный прием. Меня не будет целый день и весь вечер тоже. Прости.
Муж вздохнул.
– Это очень важное мероприятие, оно бывает лишь раз в году. Я не могу его пропустить.
– Да нет, я понимаю, – покачал головой Матиас. – Просто очень неудобно, что приходится опять переносить встречу с ними. Ладно, я иду спать. Спокойной ночи.
Когда Матиас ушел, на кухне снова стало тихо. Стрелки часов приближались к половине десятого, и Анна вдруг поняла, что она до сих пор так и не поела. Сделав над собой усилие, она встала и взяла с плиты макароны с колбасой. С мгновение поколебалась, а потом заглянула в шкафчик над кладовкой. Все верно, там стояла початая бутылка с вином, оставшаяся с выходных. Пожалуй, она может позволить себе один бокальчик. Вообще-то пила она очень редко. И уж точно не по будням.
Она наполнила бокал красным вином и уселась за холодный ужин. Вино проскочило в желудок гораздо легче, чем паста. Пытаясь запихнуть в себя несколько вилок макарон, она снова достала смартфон и принялась просматривать ленту новостей в Facebook. Она просто поражалась своим приятелям, которые успевали делать длинные посты с интересными мыслями, прочитав которые, так и тянуло их обсудить. И всем остальным, которые с жаром рассказывали о походах в театр или вкусном ужине с друзьями в ресторане.
Ей самой в последние недели ни на что не хватало времени. Даже когда ей действительно было чем похвастаться в соцсетях.
Анна кликнула по полемической статье, которую настойчиво рекомендовал один ее знакомый. Начала читать, но всего через несколько предложений утратила нить повествования. Вернулась обратно и пристыженно лайкнула статью, хотя не смогла осилить ее даже наполовину.
Что-то заставило ее оторваться от экрана и поднять голову. На пороге кухни стояла Алиса. Серьезное детское личико в обрамлении тонких волос, большие серые глаза. Алиса обладала способностью передвигаться как призрак. Совершенно бесшумно. И столь же незаметно. Крохотное тельце выглядело совсем хрупким. Тесс тоже была маленькой, пока не достигла подросткового возраста и не вытянулась в длину и у нее не появились грудь, бедра и попа, но она никогда не была такой тщедушной, как Алиса. Кожа младшей дочери была настолько тонкой, что из-под нее просвечивали кости.
– Привет, старушка! – бодро сказала Анна.
Алиса стояла совершенно неподвижно и молча смотрела на маму. Анна почувствовала угрызения совести. Когда она в последний раз читала дочке книжку на ночь? Больше недели назад.
– Что, ты еще не легла?
Тонкие губы Алисы медленно раздвинулись, и с ее языка сорвалось еле слышное «привет». После чего дочка снова крепко сомкнула рот, словно решив не произносить больше ни звука.
– Разве тебе не пора уже спать?
Алиса едва заметно кивнула и, повернувшись к двери, исчезла в темной прихожей. Анне стало стыдно. В последний раз она видела дочку сегодня утром, да и то мельком, когда впопыхах собиралась на работу.
– Подожди, – крикнула ей вдогонку Анна.
Прошло несколько секунд, прежде чем Алиса вновь показалась в дверном проеме. По-прежнему ничего не выражающее лицо. Широко распахнутые глаза. Анна не могла понять, что творится у дочери в голове. Не похоже, чтобы она чего-то ждала, волновалась или хотела о чем-то спросить.
– Как прошел день? – спросила Анна.
– Хорошо.
– Ты была в школе? – Глупый вопрос. Конечно же, она была в школе. – Ты вернулась домой одна с продленки?
Дочка кивнула и открыла рот, словно собираясь что-то сказать. Анна подождала немного, но ответа не последовало.
– А Тесс к тому времени уже была дома?
– М-м… Наверное.
– Она покормила тебя?
Матиас и Анна следили за тем, чтобы дочка регулярно питалась, и попросили Тесс приглядывать за сестрой, чтобы та не забывала съедать что-нибудь днем после школы. Алиса такая худенькая, а ужинать они садились иногда очень поздно. Алиса чуть качнула головой.
– Нет?
– Я сама приготовила полдник.
– То есть, пока не пришел папа, ты была одна?
Алиса снова кивнула. Анна рассердилась. Она просто обязана поговорить с Тесс.
– А в школе ты сегодня с кем-нибудь играла?
– Я не играю.
– С кем ты общалась сегодня?
– С Сири.
Анна выдохнула. Она понятия не имела, кто такая эта Сири. Она почти ничего не знала о школьных друзьях Алисы. Но ее утешила мысль, что, по крайней мере, у дочки есть хоть кто-то. Порой она ловила себя на мысли, что им домой вообще никто никогда не звонит. Она даже подумывала о том, чтобы вовсе избавиться от стационарного телефона, поскольку все общение давно уже происходило по мобильным телефонам. Даже у Алисы был свой номер с тех пор, как на прошлый день рождения они подарили ей мобильник.
А если подумать, что вообще она знала о дочери и ее окружении?
– Я пойду спать, – сказала Алиса.
– Иди, но только сначала обними меня, – попросила Анна.
Дочка шагнула в кухню и на носочках приблизилась к маме. Худенькие ручки обвили Анну, и она снова поразилась своему тощему воробышку – настоящий заморыш. В груди больно кольнуло. Как сложится ее жизнь? Она взяла лицо дочери в свои ладони. Погладила ее по щеке.
– Завтра я постараюсь прийти домой пораньше, чтобы мы успели почитать на ночь сказку.
Глава девятая
Громкость звука зашкаливала. Гул голосов взлетал к огромным хрустальным люстрам, которые слегка колыхались под высоким сводчатым потолком. Торжественный ежегодный прием журнала Suzanna традиционно проходил в «Гранд Отеле». Сам воздух в этом огромном, отделанном позолотой помещении казался наэлектризованным. Анна редко бывала в «Гранд Отеле», а уж в этом зале и вовсе никогда.
Ей вспомнился рождественский ужин на террасе отеля, на который их пригласили родители Матиаса. Тот вечер нельзя было назвать приятным. Отец Матиаса, консервативный британец и по своей натуре крайне неразговорчивый человек, всегда старался избегать Анну, и, когда им пришлось встретиться за ужином, он был явно смущен. Свекровь же постоянно жалела своего сына за то, что ему досталась такая жена, которая не заботится о нем столь же рьяно, как это делала она.
– Но захочет ли Матиас так долго сидеть дома с малышкой? – возразила она, когда после рождения Тесс Анна поведала им, что они планируют разделить отпуск по уходу за ребенком.
О том, хочет ли сама Анна так долго сидеть дома, она не спросила. Свекровь не скрывала своего отношения к невестке, считая ее бездушной карьеристкой, которую не волнуют ни муж, ни дети. И пусть Анна потом сколько угодно могла смеяться над этими словами со своими друзьями, они все равно к ней прилипли. Наверное, потому, что свекровь была права. Она недостаточно много времени проводила со своими детьми.
Куда бы Анна ни поворачивалась, везде она видела шикарно одетых знаменитостей. Здесь были все, кто чего-то стоил в этом мире, и, казалось, они получали истинное наслаждение от пребывания среди себе подобных. Как будто их собственный статус взлетал еще выше, когда они получали подтверждение собственной значимости от других известных персон. «Словно павлины, красующиеся друг перед другом. Смотри на меня. Люби меня. Правда же, мы красивые?»
Воздух в зале был пропитан ароматами дорогого парфюма и ожиданием. Рядом с ней две юные девушки делали селфи.
Когда Анна соглашалась на эту работу, она плохо понимала, насколько сильно после этого изменится ее жизнь. Suzanna был не просто журналом, а целым миром. И отныне она являлась королевской особой в этом мире. Еще никогда в жизни к Анне не подходило столько людей, желающих познакомиться с ней, поговорить, вежливо посмеяться над ее порой не очень удачными шутками. Пьянящее чувство. Неужели это так просто? Достаточно получить новую работу. Положение в обществе. Натянуть на себя маскарадный костюм. Дорогие шмотки, дизайнерские туфли, профессиональный макияж, прическа и, превыше всего, шикарный титул. И вот уже все хотят быть ее друзьями.
Чуть в стороне, скрестив руки на груди, стояла стажер Эмили. Анна отметила про себя ее модный черный пиджак, серебристую юбку с пайетками и туфли на высоком каблуке. И все же что-то с ней было не так. Не то чтобы Эмили выглядела скучающей, скорее она – Анна с трудом могла подобрать подходящее слово – взирала на всю эту публику без особого интереса. Известные влиятельные персоны и актеры проплывали мимо нее, словно экзотические рыбки, но Эмили, казалось, не замечала их.
А потом она увидела, что стажер с кем-то разговаривает. Анна переместилась чуть в сторону, чтобы увидеть, кто же это, и узнала ведущего редактора раздела культуры Ванью Исакссон из крупной утренней газеты. Анна удивилась, увидев ее здесь, та обычно строчила культурно-полемические заметки, рецензировала исключительно небольшие по своему объему книги и всегда полагала, что нет ничего хорошего в коммерческих изданиях вроде Suzanna. Но вот она здесь, в «Гранд Отеле», на их торжественном приеме, и ведет задушевные разговоры с их стажеркой. Анна видела, как обе женщины близко наклонили друг к другу головы – Эмили что-то говорила и одновременно поглядывала по сторонам.
Они знакомы? Если подумать, то Анна ничего не знала об этой стажерке. И прежде всего, она не понимала, каким ветром ее занесло в Suzanna. Эмили не производила впечатление человека, которого интересуют диеты, мода и красота.
Анна направилась в их сторону, чтобы поздороваться, но, когда она оказалась на месте, редакторша со снобистскими замашками уже успела исчезнуть. Анна похлопала Эмили по плечу. Девушка обернулась и явно испытала облегчение, увидев перед собой свою новую начальницу.
– Здравствуйте, как настроение? – спросила Эмили.
– Все отлично. А ты как? Все нравится?
– Да, очень, все так круто, – отозвалась Эмили, но по какой-то неясной причине Анна не поверила ей.
Неожиданно раздавшееся глухое постукивание заставило зал утихнуть, кто-то щелкнул по микрофону и приглушил освещение. Режущий уши звук, похожий на скрип вхолостую крутящейся виниловой пластинки, наполнил помещение. Секунду спустя в динамиках оглушительно загремел трек «Run the world (Girls)» певицы Beyonce. Вышагивая в такт музыке, по маленькой лесенке на сцену поднялась Диана Грей. В голубом платье без рукавов с зауженной талией и широкой пышной юбкой из тюля она была похожа на принцессу. Волосы собраны в высокую прическу, а в ушах покачиваются тяжелые сверкающие серьги.
– Всем привет! – крикнула Диана в микрофон. – Добро пожаловать!
Гости вежливо зааплодировали.
– Меня зовут Диана Грей, и я главный редактор журнала Suzanna. Добро пожаловать в «Гранд Отель» на ежегодное торжество нашего журнала, на котором мы чествуем наших женщин. Потом что Suzanna всегда будет на женской стороне!
Новые аплодисменты.
– Что? Я вас не слышу! Ведь правда же мы стоим на стороне женщин?
На этот раз публика решила подыграть, и все дружно завопили: «ДА!». Диана взметнула руки вверх и исполнила на сцене несколько небольших танцевальных па. Публика заулюлюкала. Но тут Диана подняла ладони, снова заставив всех замолчать. Она подождала, пока в зале не воцарится почти полная тишина.
– Я говорю серьезно. Это действительно важный вопрос. Когда я стала главным редактором Suzanna, мне захотелось изменить ситуацию. Так много женщин каждый день сталкиваются с неприятностями. Здесь, у нас в Швеции, и за ее пределами. Это первостепенная задача для нас – поддерживать тех, кто не имеет права голоса. Поэтому все доходы от этого вечера пойдут на нужды невероятно важной организации, которая действительно борется за права женщин и защищает слабых. Организация «Сестринская община» помогает нуждающимся девушкам и молодым женщинам, попавшим в беду.
Диана сделала паузу и захлопала в ладоши, чтобы вызвать ответные аплодисменты у публики. После чего снова поднесла микрофон ко рту.
– Сейчас я хочу представить вам человека, который болеет за это дело всей душой и пожертвовал на него немало денег. Человек, которого я довольно неплохо знаю… потому что это мой муж.
Наступила короткая пауза, в зале послышались смешки.