Реставратор

Часть 2

Войдя в кабинет полковника, Макс увидел Ирину. Она сидела за столом, рядом с Журовым и делала заметки в лежащей перед ней записной книжке.

Женщина не поднимала глаз от блокнота и Максу удалось обстоятельно ее рассмотреть.

После их разговора накануне, он пытался разобраться в собственных мыслях. Ему не удавалось избавиться от неприятного ощущения, оставшегося после их первой встречи. Он вспомнил детскую игрушку с падающими снежинками. Домик и несколько елочек в стеклянном шаре. Если потрясти ее, внутри начиналась настоящая метель. Снежинки поднимались вверх, заполняя все пространство шара. Домик и деревья с трудом просматривались. Его воспоминания об их знакомстве были этими снежинками. Они затмевали собой все. И пряничный сказочный домик, и нарядные елочки. Все новое, что он узнавал о ней, вызывало его интерес, но пока с трудом просматривалось сквозь пелену неприятных воспоминаний.

Несмотря на неприязнь к новой коллеге, Макс наблюдал за ней и не находил к чему придраться. Сегодня день выдался слишком теплым для сентября и она была одета в легкомысленное цветастое платье. В материалах Макс не разбирался. Он не знал из чего оно сшито. Наверное из чего-то качественного. Материал струился, как ручеек обтекая тело своей хозяйки. Прижимаясь к самым интимным местам, подчеркивая их и выставляя на всеобщее обозрение, в то же время сохраняя целомудренность женщины. Макс поймал себя на том, что он смотрит на нее не отрываясь. Он поспешно отвел взгляд, пытаясь вспомнить как давно прилип к ней глазами. Он осмотрел комнату. Вроде никто не заметил его повышенного интереса.

Вошел хозяин кабинета и, осмотрев присутствующих, неспешно занял свое место. За столом сидели все, за исключением Маковского. Он застрял в дверях, продолжая эмоционально разговаривать с кем-то по телефону. Макс обратил внимание, как пристально Ирина смотрела на Виктора. Не сумев взять в толк в чем причина такой заинтересованности, он отвел взгляд. Наконец, Маковский закончил разговор, прошел в кабинет и сел рядом с Аликом.

Лесин обвел глазами присутствующих, чуть дольше задержавшись на Максе.

— Прежде всего хочу представить вам Ирину Михайловну. Я попросил ее помочь нам в расследовании и она любезно согласилась. Ирина Михайловна психолог и специалист по субъектам с отклонениями в психике, и, что самое главное, по маньякам и серийникам.

Во время представления Макс скептически сжал губы и покачивал головой.

— Очень приятно,— сказал Маковский и пожал плечами.— Этот скульптор псих? Ничего не понимаю в психах. Они непредсказуемы. Мне больше нравится, когда все просто. Один мерзавец украл у другого. Или злой жуткий парень сорвался с катушек и перестрелял друзей-подельников. В таких случаях я по крайней мере знаю, что делать, куда идти и кого искать. С психами у меня был небольшой опыт. И всегда в этих случаях я, словно, был в темной комнате с завязанными глазами.

— Я здесь для того, чтобы помочь вам с этим разобраться.

Эти слова Ирины Вересовой вызвали на лице у Макса кривую ухмылку.

— И каким бы смешным это вам не казалось, у меня достаточно большой опыт по работе с... психами, как вы их называете.

«Очевидно, она заметила мою улыбку»,— подумал Макс,— «Ну, и черт с ней»._

— И что скажет нам специалист по психам?— спросил он вслух.

— Скажу, что нравится вам или нет, но я сижу здесь и пытаюсь работать с вами. И причина этому как раз в том, что вы ничерта не понимаете в психах, как тут прозвучало меньше минуты назад. И еще скажу, что вместо того, чтобы тратить время на подобные проблески ума, которые вам самим кажутся незаурядными или, как сейчас говорят, очень крутыми, мы бы могли приступить к работе и не терять время попусту.

— Ирина Михайловна права,— поддержал психолога полковник,— давайте займемся делом.

— И почему мы должны этим заниматься,— спросил Маковский,— когда даже официальные органы от этого отказались?

Лесин покраснел и оперся руками о стол, готовый ответить не самым нежным тоном. Но его остановил взгляд психолога и ее ладонь, слегка оторванная от стола и обозначающая, что она сама хотела бы ответить на этот вопрос.

— Пропал человек,— сказала она и вытащила фотографии статуй из Летнего сада и из некрополя,— с высокой долей вероятности не он один. И все, что мы имеем, только это.

Она толкнула фото в сторону Маковского. Те плавно проскользили по столу и остановилась у рук Виктора.

— Насколько я понимаю, ваше агентство взялось за это дело, потому что официальные органы отказались. Потому, что они не видят здесь преступления. Или не хотят видеть. Разве вам не хочется понять, что тут произошло?

Макс отвернулся к двери, чтобы никто не заметил его улыбку. Ему понравился дерзкий отпор, который дала им эта девица. Грамотно, четко, без тени смущения. Не спасовав перед возрастом и опытом. Неприятным оказалось лишь то, что он оказался для нее по одну сторону баррикады с Виктором Маковским.

— И чем вы можете нам помочь?— не унимался Маковский,— вы ясновидящая? Взглянув на эти фотографии, вы можете сообщить, где прячется сумасшедший скульптор?

— Нет, этого я не могу.

Маковский оглядел присутствующих, чуть дольше остановившись взглядом на гостье и на хозяине кабинета.

— Тогда, какая польза от вас группе профессионалов?

Макс с интересом ожидал ответа женщины. Он знал о предыдущем опыте работы Ирины. Маковскому это было неизвестно. «Сейчас она начнет тыкать Маковскому в физиономию своими достижениями и отношением к великому ФБР».

Но, к удивлению Макса, Ирина не упомянула об этом. Несмотря на то, что Маковский откровенно пытался задеть ее, голос Вересовой звучал также спокойно, как в начале разговора.

— Я могу описать преступника по его действиям, жертвам, уликам,— заговорила она.— Меня учили понимать природу человека и его поступков. Я могу подмечать то, что не видят другие.

— И как вы это делаете?

Ирина вопросительно взглянула на Лесина. Полковник кивнул.

— Виктор, вы можете ответить мне на несколько вопросов?

Рука Маковского взметнулась в приглашающем жесте.

— Мы были с вами знакомы раньше?

— Нет. Я впервые увидел вас в этом кабинете несколько минут назад.

— Перед тем, как войти в кабинет, вы говорили по телефону. Верно?

Виктор кивнул.

— Я могла слышать ваш разговор?

— Нет,— снова сказал Маковский,— я был далеко от вас и говорил тихо.

— Вы говорили с женой. Обсуждали покупку новой стиральной машины. Причем, накануне вы с ней остановили свой выбор на хорошей и недорогой, а сегодня ваша жена решила поменять решение. Очевидно, нашла что-то получше и подороже. Вас расстроило ее решение. Но тем не менее вы договорились, что вечером рассмотрите новый вариант. Для себя же вы решили во что бы то ни стало убедить ее остаться на предыдущем выборе. Вы считаете смену настроения жены обычной блажью.

Все с интересом наблюдали за Маковским.

По мере ее рассказа челюсть Виктора медленно опускалась.

Тем временем Макс поднялся из-за стола и подошел к окну, посматривая в него, не отвлекаясь от происходящего в кабинете.

Когда Ирина закончила, Виктор не смог оторвать от нее удивленного взгляда.

Все было настолько очевидно, что никому не пришло в голову проверить у Маковского правильность догадки психолога.

Но на этом Ирина не остановилась. Она несколько секунд изучала Виктора взглядом.

— Кстати, я ни с кем не говорила о вашей жене. Можете спросить своих коллег. Если не ошибаюсь,ее зовут Алина.

— Как вы это делаете?— спросил ошарашенный Маковский.

В ответ Ирина пожала плечами и улыбнулась.

— Впечатляет,— сказал Макс. Все повернули головы к нему.— Мне это напоминает фокус с исчезновением монетки, который показывают доверчивым детям. Но наша гостья не экстрасенс, не медиум и не прорицатель. Не нужно представлять все эти трюки ни магией, ни великими научными достижениями. Что-то похожее способен сделать любой здравомыслящий человек с каплей наблюдательности.

Макс пригласил всех подойти к нему и, указав на стоявшую у обочины пару, попросил внимательно к ним приглядеться.

Парень стоял с девушкой. Они просто разговаривали без проявления особых эмоций. Через минуту Макс сообщил, что эта пара в ближайшем будущем разбежится. Они недавно познакомились по ее инициативе. Он ей нравится, а инициатором расставания будет он. Она пытается выйти за него замуж и форсирует события. Она прямо в этот момент сказала, что пора бы им пойти в ЗАГС, чем только ускорила расставание.

После рассказа Алик выскочил из кабинета и через несколько минут вернулся ошарашенным. К тому времени парень уже распрощался с девицей. Алик побеседовал с ним. Все, что Макс рассказал о них, за исключением некоторых неточностей, было верно.

— Вы очень наблюдательны и умеете делать правильные выводы из подмеченного,— заметила Ирина.

— Я об этом и говорю. Тут нет ничего сверхъестественного. Обычная наблюдательность за языком тела.

Все присутствующие смотрели на этих двоих, как на волшебников.

— Наблюдательность? Язык тела?— произнес Лесин.— Не знаю, как вы это делаете, но в наших глазах, я имею в виду простых смертных, вы выглядите колдунами. Не поделитесь ли секретом?

— Наша уважаемая Ирина Михайловна, возможно, не захочет делиться профессиональными секретами,— усмехнулся Макс.— А мне нечего скрывать.

Перед тем, как продолжить, он обвел всех глазами.

— Девушка стояла, наклонившись к нему, он, откинувшись назад. Она приближалась к нему очень близко. Ему это мешало. Она нарушала его пространство. Он непроизвольно скрещивал руки и старался отступить. Он чувствует себя с ней дискомфортно. У нее широкие свободные жесты, а он прижимает руки к телу.

Она с надеждой в глазах и мечтательной улыбкой взмахивала руками, показывая одежду невесты, платье и фату. А он в этот момент сделал резкое движение головой в сторону.

Закончив, Макс взглянул на Ирину.

Она приняла эстафету.

— Максим Юрьевич прав, мимика и жесты могут выдать нас с головой.

— Но, как вы определили, что Виктор говорил о стиральных машинах?

— Это оказалось не самым сложным. Крутящее движение ладонью, затем он указал в противоположные стороны и в конце концов характерное потирание большим пальцем по среднему и указательному. Виктор объяснял жене, что барабан одинаково крутится в обеих машинах и он не видит смысла переплачивать.

Все взглянули на Маковского. Виктор кивнул после короткой паузы, во время которой он очевидно, пытался взять себя в руки.

В этот моменту у Ирины зазвонил телефон. Она извинилась и поднялась из-за стола. Вернувшись через несколько мгновений она снова извинилась.

— Прошу меня простить, но я должна уйти,— сказала она, прервав перешептывания и смешки. Затем подошла к Лесину, что-то шепнула ему и, попрощавшись вышла из кабинета.

После ее ухода Лесин объявил короткий перерыв.

— А теперь я бы хотел узнать ваши мнения по поводу работы Ирины Викторовны с нами по этому делу,— сказал он, когда все вернулись.

За участие психологини в расследовании высказался Алик Томич. Журов воздержался, объяснив это тем, что не ему принимать участие в решении подобных вопросов. Против оказались Виктор и Макс, которого вновь не порадовала солидарность с Маковским в этом вопросе.

— Я всех выслушал,— подвел итог Лесин,— Ирина будет работать с нами.

Макс вскинул брови.

— Но, я не слышал, чтобы кто-то, кроме Алика, был за это решение.

— Я же сказал, что послушал всех,— отрезал полковник,— спасибо за ваши мнения, но в моей фирме решения принимаются не коллегиально. Свое решение я сообщил. Совещание закончено.

Полковник окликнул Макса, последним выходившего из кабинета. Тот задержался в дверях.

— Подойди.— Лесин сидел, откинув мощное тело на спинку кресла, придав лицу загадочное выражение.

— Знаешь, что она сказала мне перед уходом?— спросил он, когда Макс приблизился.— Она попросила передать, что ты ошибаешься, если считаешь, что только тебе дано добиваться результатов.

Лесин лукаво улыбнулся.

— По-моему, ты ей нравишься.

* * *

Акре, около 1286 года

— Маэстро де Брейль!

Служанка по приказу госпожи проводила художника в центральный зал. Обстановка поразила художника пышностью и великолепием. Окна, разделенные на множество мелких стекол, были необычно велики. Дневной свет, проникавший через них в комнату, освещал внутреннее убранство. Массивный стол, отделанный шлифованным мрамором. Таких де Брейль не видел даже во дворцах. Деревянные скамьи, сундуки с окантовкой тонкой кузнечной работы. На выступе стены глиняные плошки для освещения.

Все это могли позволить только царственные особы и самые богатые горожане. Она относилась ко вторым. Ее отец, составивший огромное состояние на торговле, по большей части вином и специями, был одним из богатейших людей Акре и членом городского совета.

— Маэстро де Брейль!

Вошедшая в зал с этими словами хозяйка дома в тот же миг затмила собой всю небывалую роскошь помещения. Золотистые волосы, схваченные обручем на высоком лбу, едва прикрывали оголенные плечи и оттеняли тонкую шею, словно выточенную из белого паросского мрамора.

Верхнее платье из шелка цвета натуральной охры стягивало тонкую талию и пышно ниспадало книзу.

Она опустилась на скамью и остановила взгляд на художнике. В ее глазах не было и тени смущения.

— Я благодарна вам, за то, что вы откликнулись на мою просьбу.— Не дав ему произнести полагающиеся случаю комплименты, она продолжила.— Вы принесли то, о чем я просила?

Де Брейль склонил голову. По просьбе хозяйки он захватил немного набросков.

Жак развернул несколько рисунков на темы из писания. В его мастерской не оказалось никаких других готовых работ.

— Я слышала о вас лишь восторженные отзывы. Мне говорили, что так передать все нас окружающее на плоской поверхности не способен ни один из живущих ныне художников. Теперь, даже видя всего лишь наброски, скажу, что все, кто живописал ваши работы, восхщались справедливо. Они даже лучше, чем я предполагала.

Де Брейлю польстили слова красавицы Габриэллы.

Он склонился в глубоком поклоне.

— Не согласились бы вы нарисовать меня?

— Не уверен, что смогу передать вашу красоту.

— Думаю, в любом случае вы это сделаете лучше, чем кто-либо другой.

— Почту за честь.

— Но, есть кое-что, отравляющее мне жизнь.

— И кто посмел так огорчить вас?

— Я сказала ни «кто-то», а «что-то»,— уточнила она с невеселой улыбкой.

— Что же это?

— Красива ли я?

— Вы прекрасны.

— Мне многие это говорят,— она потупила взор,— но, моя красота не идеальна. Взгляните. — Она чуть повернула головку.

Он рассмотрел родимое пятно, столь ненавистное своей хозяйке и едва заметно нахмурился.

— Чудо искусства в том, что от художника зависит, что будут видеть люди на его картинах.

Габриэлла Катто расхохоталась так, как престало бы простолюдинке, но не знатной особе.

Де Брейль сдержанно улыбнулся.

Он испытывал симпатию к этой молодой женщине. Его искушенный взгляд художника радовали идеальные линии бровей и носа, приводили в восторг изгибы груди и бедер, восхищал цвет глаз и волос. Она была поистине прекрасна. Если бы не это пятно…

* * *

На душе у Ирины скребли кошки. Ей уже давно не приходилось быть в роли испытуемой. Вновь чувствовать себя девчонкой на экзамене. В который раз доказывать, что она на что-то способна. Ирина находила эту ситуацию неприемлемой и это не давало ей покоя. И кто являлся причиной этого. Она начала перебирать в уме определения, которые описали бы этого человека. Чванливый, надменный, высокомерный? У Ирины кончились эпитеты. А, вот еще — самовлюбленный. Если признаться самой себе, она не была уверена, что все эти слова подходят Максу Кону. Она не так хорошо его знала. Вернее, не знала вовсе. Но так, как на этот момент он был единственным, кто портил ее жизнь, Ирине очень хотелось, чтобы все эти определения ему подходили. Она готова была признать, что он был привлекательным мужчиной, но такое отношение к ней затмевало собой все. И что она, в конце концов сделала? При знакомстве повела себя излишне заносчиво? Возможно. Ну и что. Он мужчина и мог бы быть немного снисходительнее. Какой же он на самом деле? Ирина не могла его понять и это ей мешало. Но коль скоро он оказался ее врагом… Нет, враг — это слишком… Недоброжелателем. Надо было постараться узнать его получше. Тогда она сможет его понять и подобрать ключи к этой неприступной особе. Может быть вызвать к себе интерес. Нужно ли ей это? Она не знала. Но сдаваться Ирина не собиралась.

Выяснив, что Лесин на месте, она через двадцать минут была у него.

Он сидел за столом, перебирая бумаги.

— Леонид Семенович, мне нужно с вами поговорить.

Лесин оторвался от документов и указал ей на стул напротив себя.

— Расскажите мне о нем. Я не могу пробиться через стену, которую он выстроил вокруг себя. И даже моя интуиция ничего мне не подсказывает. Какой он? Он хороший?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.