Скриптоносец. Книга первая. Бес – Лукавый

Пролог с Фантомом

– Н-да, уж. Зря я повёлся… – пробормотал я с безнадёгой в интонации, и с тяжестью на душе. – Сдался мне этот эпичненький прыжок с Чёртова Мостка – чего и кому доказал, спрашивается? – продолжил я стенания с упрёком на судьбу, пребывая в духе всепоглощающего упадка настроения.

– А всё Витя… Зараза. М-м-лин. Со своим – слабо, да слабо… Это в полночь-то, повернувшись двенадцать раз перекинуться через перила. Ещё и задом наперёд… Бл… Мать её, тьфу! – я выругался и сплюнул.

– Всё логично. Ведь, по преданиям-то тем, берущих начало со старо-бородатых времён – этот Чёртов Мосток звали Калиновым… – зловещим шёпотом припомнил я древние россказни про мост с которого сиганул, и поёжился. – Б-рр…

А что? Бормотать и ворчать – это вполне адекватная и предсказуемая реакция нормального человека на внезапные изменения привычного окружения. Как в моём конкретном случае, когда был с друзьями у речушки с антикварным мостиком и ба-а-у! Вот я сижу на незнакомой скамеечке, и в незнакомом же парке… М-мм…

– Молодой человек? – строгий мужской голос вернул мою запрокинутую голову, занятую пессимистическим мыслительным процессом, в нормальное вертикальное положение. – Объясните причину нарушения комендантского часа! – тот же голос из темноты обозначил мне суть своего обращения.

– Э-эм… – протянул я, совершенно не представляя, как реагировать.

Наверняка я заимел глупый вид. Собственно, оно и понятно, я же и в ус не дую о каком-то там комендантском часе, введённом в моём родном городе.

Пока я боролся со ступором, без особого успеха в сим деле, хозяин строгого голоса появился из тени.

Естественно, я занялся его изучением. Кстати, совсем не единственного из персон, представших передо мной в этом ночном парке. Или сейчас чересчур поздний вечер – не суть.

Результат первого визуального знакомства с ночными визитёрами представился мне шифером, начавшем слетать с моего охреневающего чердака. Это образное сравнение реакции мозга, как наиболее близкое по сути.

А как прикажете мне реагировать на явно военных людей, одетых в незнакомую форму? Даже не в форму, а во что-то из разряда историко-футуристического бреда сумасшедших фантастов, наделённых больным воображением!

Вдаваться в подробное изучение совсем мелких деталек внешнего вида хмурых вояк нет смысла, но самое основное я подметил и отметил.

Итак, штаны и обувь – это галифе с сапогами, укомплектованными блестящими шпорами. На широкоплечих торсах я вижу мундирные пиджаки бардового цвета, тюнингованные двумя рядами серебристых пуговиц. Воротники стоечкой. На головах красуются широкополые шляпы с перьями и бантами, или подобием бантов завязанных из суровых верёвок, какие бывают у шерифов в боевиках.

Оружие? Х-мм, пока не наблюдается, но оно однозначно имеется, если следовать логике. Ведь передо мной явно какая-то военизированная группа…

– Чего молчите, молодой человек? – у старшего иссякло терпение в ожидании моих ответных реплик.

В принципе, я действительно довольно долго отмалчиваюсь. Посему нет предпосылок к взаимным упрёкам патрульному. Он же патрульный, как не крути. И его упоминание о комендантском часе – это опять же гирька на чашу весов к версии о патрульных.

– Дык, я это, ну-у… – промямлил я невнятный набор из слов и развёл руками, продолжая сидеть на лавочке.

– Встаньте, молодой человек, – он сопроводил своё обращение соответствующим жестом. – Предъявите к осмотру Единую Метку Великого Эфира! – требовательно договорил дядька и приблизился на пару шагов.

Ну, а я впал в конкретное замешательство, гадая о чём сейчас идёт речь, и имея лишь сплошной хаос в башке!

Какая нахрен метка и где её брать? Какой ещё, к чертям собачьим, Великий Эфир?

Тем не менее я поднялся, исполняя требование дядьки, и имея в уме только одну мысль. А именно – я конкретно встрял! И никаких вариантов ответных действий у меня нет, как и членораздельных, внятных объяснений.

Посему, мне остаётся только одно – стоять, моргать с глупым видом и гадать о финальном исходе общения.

К старшему подошёл патрульный помладше и что-то прошептал на ухо своему командиру, при этом не брезгуя периодически бросать на меня косые взгляды. Ну, а я предсказуемо насторожился, небезосновательно опасаясь какой-нибудь откровенной бяки в отношении себя.

– Извините меня, молодой человек, – старшой подобрался и расправил несуществующие складки одежды. – Я искренне сожалею, что не представился, – зазвучали слова в более дружелюбной, даже в снисходительной манере.

– Да ничего, – пожал я плечами, пока не понимая причины перемен в отношении себя. – Служба…

– Я рад, что Вы правильно меня понимаете, – продолжил старший непонятного патруля. – Вечерние сумерки всему виной, – добавил он в оправдание.

– Бывает, – вклинил я ещё одну ничего не означающую реплику с пониманием в контексте.

А может его любезность – это начало конкретного наезда военных? А кто его знает, какая ответственность наступает в случаях нарушения комендантского часа?

И вообще, то что я вляпался в конкретную непонятку уже является неоспоримым фактом. И с чем связана данная ситуация – я не представляю от слова «вовсе».

– Старший Вечернего Разъезда Городского Приказа Контроля Магических Конфессий, подпоручик Уланов! – гордо, с безупречной выправкой, типа врождённой привычки, отчеканил дядька и щёлкнул каблуками.

При этом финальном действии его шпоры звякнули, добавив в официальное представление чуточку пафоса, как по мне. А двое его подчинённых не отстали от своего командира, и вторили звоном шпор со щёлканьем каблуков, подчеркнув важность момента.

– Согласно Губернского Указа, граждане не должны препятствовать представителям служб Контроля Магических Конфессий в установлении принадлежности граждан к одной из Трёх Сил! – с толикой торжественности выдал спич подпоручик.

– У-гу, я согласен! – я не задумываясь среагировал на явный призыв к неоказанию сопротивления.

Однако, жизнь моя легче вовсе не стала, даже несмотря на сказанное командиром конфессионального патруля. Нулевая информативность.

– В таком случае, – своевременно продолжил служивый, не скрывая признаков удовлетворения, – представьте на обозрение свои предплечья, – попросил он, а не приказал, что было бы уместнее на мой взгляд.

Особо никакого подвоха в завуалированном требовании подпоручика я не почувствовал, посему засучил рукава ветровки по самые локти и предъявил руки на обозрение.

Старший разъезда напряг зрение и занялся скрупулёзным изучением, а двое его подчинённых стали одаривать нас косыми взглядами, никак не маскируя своего любопытства к итогам изысканий. При этом, у меня сложилось стойкое ощущение того, что нарушители комендантского часа – это большая редкость, и относятся к какому-то из ряда вон выходящему событию. К нонсенсу!

В довесок к их нездоровому интересу меня вдруг напряг хмурый взгляд подпоручика, явно не видящего того самого, должного найтись у меня на руках. Вот я и молчу, не имея понятия, что будет дальше и какую линию поведения мне стоит избрать.

Между тем старший разъезда закончил осмотр и перевёл взгляд с рук на меня. На моё лицо, то есть.

В выражении служивого я прочёл взгляд недоумения и затруднения. Он, похоже, и сам не понимает к какому результату пришёл. Одно предельно ясно – к нестандартному результату в своей богатой практике. И сейчас дядька вспоминает все пункты в инструкциях, положенных к исполнению в данной конкретной ситуации, но не знает, что это за ситуация такая.

– Кх-кх-м! – кашлянул подпоручик в кулак, разминая связки и собираясь с мыслями для выдачи новой порции информации.

Я же благоразумно воздержался от озвучивания целого вороха своих наводящих вопросов. Занял позицию смиренного ожидания, так сказать, ибо ничего не понимаю в происходящем с самого момента появления на лавочке в незнакомом парке.

Перед началом спича командир разъезда переглянулся со своими помощниками тем самым взглядом, ясно отражающим название произведения одного известного автора – «Что делать?»

– Согласно инструкции Вечерних Разъездов, – наконец-то заговорил подпоручик, приняв стойку со вскинутым вверх подбородком, – Вы, молодой человек, подлежите временному задержанию и будете доставленные в городской пункт содержания! – он определил следующий этап действий в моём отношении. – Уж не обессудьте, – добавил подпоручик уже менее строго и чуть разведя руки в стороны. – А там уж знающие люди во всём разберутся.

Я согласился с ним, но только сдержанным кивком. Мало ли, вдруг разговаривать вовсе запрещено в моём положении задержанного, что повлечёт за собой применение каких-нибудь неприятных санкций. Типа водружения на руки наручников и кандалов на ноги – всякое может быть.

В итоге, я имею сплошной хаос в башке из разрозненных мыслей. Я вообще, в своём ли городе нахожусь, или из психушки во двор погулять не вовремя вышел? Какой нахер патруль в наше спокойное время? Что за Указы с Приказами Разъездными? Магия и Конфессии… Что за бред подростка, перечитавшего на ночь всяких книжек и фильмов пересмотревшего!

Тем не менее, я накинул на лицо покерфейс, твёрдо решив придерживаться линии ожидания развязки. Которая, следуя абсолютной жизненной логике, обязательно случится и внесёт зёрна ясности в мои перепаханные эмоции.

Между тем, невзирая на ход моих путанных мыслей, дискуссия наша продолжилась.

– Прошу Вас, – нарочито вежливо заговорил подпоручик, указав рукой направление мне за спину и чуть в сторону.

– Угу, – я ограничился односложной репликой со скромным кивком повиновения.

Прямо сейчас задать смелый вопрос «А куда?» я счёл неуместным решением. Подожду, так как всё становится слишком запутанным, фантастическим и… М-да, и абсурдным.

Старший Разъезда проводил меня взглядом, учтиво пропуская немного вперёд вслед за своими подчинёнными, которые двинулись по аккуратной тропинке, посыпанной мелким гравием и облагороженной рядами цветов по бокам.

– Кстати, молодой человек? – старший разъезда не позволил мне впасть в раздумья о своём положении. – Возможно мне кажется, однако Вы выглядите немного подавлено, – проявил он небывалые высоты догадливости. – Вас что-то тревожит? Что произошло?

И что ответить? Мне придётся срочно родить правдоподобную версию и озвучить её, стараясь быть убедительным.

– Вы не поверите! – я приступил к импровизации.

– Постараюсь! – подпоручик немедленно подбодрил меня.

– Так вот, очнулся я значит на лавочке, без малейшего понятия о том, как на ней оказался, – самозабвенно проговорил я начало животрепещущей истории, по сути являющимся и её концом.

– Х-мм? – позади раздался ожидаемый полувздох недоверия. – Может у вас, молодой человек, на теле есть повреждения? Синяки, свежие ссадины? – старший приступил к выяснению истины.

– Знаете, я пока не анализировал своё физическое состояние, – я сокрушённо продолжил рожать легенду о внезапном приступе амнезии. – Только-только очухался, а тут – бац! И вот они, Вы. Хотя, знаете, э-ээ… – я помассировал голову в районе затылка, – вот тут вот – побаливает, – в этом я ему не соврал, так как и вправду ощущаю шишку на голове от возможного удара обо что-то в воде.

– Ну ничего-ничего, – отечески-сочувственный тон зазвучал из уст старшего. – Там, в нашем пункте, Вас хорошенечко осмотрят, – подпоручик прямо-таки осчастливил меня. – Враз все напасти выявят!

Странно, но на этом наш разговор-дознание завершился и вновь воцарилось молчание, нарушаемое лишь скудным позвякиванием шпор на сапогах моих провожатых.

Мы практически вышли из парка к дороге, где я собрался познакомиться с архитектурой мест в коих оказался, но мои планы вероломно нарушились. Начало твориться нечто невообразимое и конкретно хреновое. Я даже не сразу отнёс происходящее к реальности, ну и среагировать адекватно не смог. Хотя, что такое адекватность в моём случае? Хрен его знает!

Зловещий рык из глубины парковой зоны мгновенно застудил кровь в моих жилах.

– Замри! – старший разъезда процедил указание сквозь сжатые зубы.

Я итак замер. В принципе, никаких отдельных указаний для меня и не требовалось, ибо всё тело словно окаменело при звуках утробного рычания кого-то настолько опасного, что не передать словами и мудрёными выражениями.

Смертельная опасность ощущается даже без конкретных знаний о хозяине рыка. А, собственно, и визуальная картинка лишняя применимо ко мне.

Размазанная тень-силуэт неведомого хищника пронеслась в поле моего зрения с неестественной скоростью. Такое ощущение сложилось, или аналогия с тёмным фантомом. Призрачные очертания зверя, а это несомненно зверь, бросились прямиком через заросли кустарников, присутствующих в парке в изрядном изобилии. Пока бесцельно, но это временно, как мне кажется.

Фантом коснулся ствола крупного тополя. Я машинально сконцентрировал внимание на месте касания и поёжился. Неконтролируемая волна судорог пронеслась по моему телу. Это рефлекторная реакция организма с воспалённым до одури сознанием сказывается, не иначе. Ведь в месте касания силуэта и ствола дерева появились распаханные борозды от серьёзных когтей. И счастье мне в том, что я их не вижу.

Хр-р… Ба-бам-шь-шь…

Рухнул срезанный клён, стоящий в нескольких метрах от тополя.

– Хрена-се! А ноготки у этого призрака вовсе не призрачные… – ошарашенно прошептал я и скосил взгляд в сторону своих конвоиров.

Похоже, что и они не горят острым желанием поздороваться с призраком.

Вши-и-их…

Звук клинка покидающего ножны завершился появлением самого оружия в руке подпоручика.

Щёлк! Кл-лац…

Почти сразу же я уловил лязг затворов и щелчки предохранителей. Эти звуки тяжело не узнать из-за засилия оных во многих фильмах с уклоном боевика. Да и оружие – а вон оно, предстало моему обозрению, заняв положенные места в руках солдат патруля.

На конструкцию я пока не обращаю внимания по понятной причине сложности ситуации. Да и тёмное время не способствует детальной оценке огнестрела вояк. Главное – оно есть это оружие, а о его результативности в применении говорить не то чтобы сложно, а вообще невозможно. Кстати, супротив пистолетиков сабелька старшего покруче выглядит.

– Бли-и-н… И чем мой скворечник загружен? – пробормотал я с нескрываемой досадой. – Тут нам амба глобальная намечается, а я – чёрте о чём…

Ба-а-ба-мц!

Фонарный столб рухнул навзничь, добавив к атмосфере парка характерные звуки творящегося хаоса разрушений. И как стремительно это исчадие перемещается! Хрен поймаешь, если, конечно же, придёт в голову такая бредятина.

Я собрал всю свою волю в кулак и перевёл внимание с вероятного места появления фантома на подпоручика с патрульными. Господа бардовомундирники так и остаются недвижимыми, ощетинившимися личным вооружением.

Да и что толку от их оружия? Ка по мне – никакого на первый взгляд. Однако, я не отметаю варианта с достатком огневой мощи. Всё может быть в новом мире, похожем на бред сивой кобылы.

По результатам своей сверхскоростной мыслительной деятельности и основываясь на поведении бравых вояк, я склонен остаться каменным истуканом и не отсвечивать. Не привлекать внимания призрачного хищника, если коротко.

– Не вздумай даже моргнуть, – нервно и очень тихо предупредил подпоручик, словно прочтя мои мысли. – А ещё лучше – постарайся набрать воздуха в грудь и не дыши, – посоветовал явно бывалый боец, наверняка не единожды оказывавшийся в аналогичных жизненных передрягах.

Я не успел как следует испугаться, когда в следующую секунду появилось ОНО. Именно ОНО, так как иного определения ЭТОМУ я дать не в состоянии…

Размазанные очертания чего-то ужасного замерли напротив и я почувствовал невыносимый запах затхлости и сладковатый смрад гнили. Противно настолько, что едва хватает усилий сдержать тошноту, рвущуюся наружу изо всех сил. Наверное, именно так пахнут трупы, оставленные под палящим солнцем на долгое время.

Исчадие оскалилось. Насторожилось и потянуло носом, медленно поворачивая уродливую голову в мою сторону. Фантом открыл мне вид на клыки, длинные и загнутые внутрь пасти. Шкура у исчадия рваная, а в прорехах видны белёсые кости и мышцы с сухожилиями. Я словно в кабинет анатомии заглянул, с ожившим экспонатом из реквизита к какому-то апокалиптическому фильму.

Глаза этого нечто сильно утоплены в глазницах. Уши прижаты, если такое название органов слуха применимо к огрызкам в определённых местах головы. Шерсть вздыблена на всём протяжении позвоночника, доступного для моего обзора.

Короче, я обобщу для себя – хрень полная, та ещё, кровожадная.

Мёртвый взгляд безжизненных глаз начал проникать в моё воспалённое сознание. Скорее всего я ощущаю дыхание самой смерти, пришедшей за мной из самого раскалённого АДА. Однако, всё резко изменилось и провидение не оставило меня одного. Что-то явно случилось с исчадием, но вопрос остаётся – что именно?

Тварь резко отпрянула от меня, как здоровый человек от прокажённого. Попятилось задом через кустарник и скрылось в ночи, как фантом – мёртвый призрак.

Звенящая тишина оглушила меня, а рассудок остался на месте лишь чудом. Пи-пе-е-ц!

Глава 1. Новые лица и откровения

– Эй, парень! Па-ре-е-нь? – из состояния откровенной прострации меня вывел старшой, а точнее сказать – грубо выдернул, тряхнув за плечо.

– А-а-а? – я среагировал, но чересчур тормознуто.

– Ты как, спрашиваю? – подпоручик без раздражения повторил своё обращение.

Причём, взгляд умудрённого жизнью бойца изменился. Сейчас он источает не отеческое участие, а явный испуг с одновременным удивлением, адресованным мне, как к не растерзанному тварью по неведомой случайности.

Делаю вывод – мне не просто повезло, а свезло невероятно. Это как обрыв верёвки на виселице при непосредственном акте повешения.

Пока мысли вихрем несутся в сознании, подпоручик Уланов продолжает добросовестно гипнотизировать меня, ожидая ответа. А двое его подчинённых затеяли меж собой сеанс обмена многозначительными взглядами, словно знают чего-то.

Такое поведение служивых Приказа Контроля Магических Конфессий показалось мне странным. Это как минимум.

– Интересуетесь, как я? – начал я отвечать нарочито безмятежно. – В принципе, э-ээ, – я вознёс взгляд к тёмным небесам ночи, – живой, если вы о здоровье. А если Вас интересует более развёрнутый ответ, то с ним у меня затруднения вырисовываются, – дал я честный ответ не кривя душой.

– Вы в этом абсолютно уверены? – подпоручик одарил меня взглядом глубокого недоверия с прищуром. – Я про здоровье, а не про эмоции, – он счёл необходимым конкретизировать свой интерес.

– Определённо – да! – уверенно заявил я и нацепил на лицо выражение неустрашимого героя, это как минимум.

Похоже, что мой ответ отчасти удовлетворил Старшего Разъезда. Подпоручик кивнул своим мыслям и развернулся к подручным, заодно отправляя свою сабельку в ножны.

Задатки современности в окружении и сабля с двумя револьверами у патрульных очень сложно уложить в голове. Такая несопоставимость смущает меня, но не настолько уж сильно, чтобы углубиться в поиск внятных обоснований.

Я просто отложу это мероприятие на потом. Например, до прибытия в пункт временного содержания. А лучше совсем до лучших времён – как пойдёт.

Интересно, а я не покажусь совсем странным, если спрошу у служивых о монстре? Вопрос ещё тот! Могут и в местную дурку отправить. Это в том самом случае, если все знают о твари, а я о ней в ус не дую, образно выражаясь.

Да, собственно, мне предстоит довольно-таки долго и нудно во всём разбираться, а сейчас стоит просто присматриваться и прислушиваться, укладывая в голову побольше информации. Логично? Вполне!

Кстати, всё это время погода менялась, и к этому моменту город накрыло туманом, и достаточно густым, чтобы затруднить обзор архитектуры, на который я так рассчитывал. Ну ничего. Успею ещё. Ведь пока нет никаких предпосылок к моему возвращению в привычную реальность. Да и с моста снова прыгнуть никак не получится по банальной причине незнания его местонахождения.

Исходя из перспектив задержаться, я нисколечко не расстраиваюсь из-за появления тумана на улицах города. Как по мне – так даже лучше. По той причине, что днём созерцать окружение гораздо сподручнее и продуктивнее, чем ночью-то. А архитектура? А она никуда до утра не денется!

Итак, пребывая в состоянии глубокой задумчивости, мы достигли места парковки служебного транспорта Разъезда. Я сразу отметил существенную деталь, заключающуюся в сходстве увиденного средства передвижения с привычными мне автомобилями.

Четыре колеса, а что скрывается под капотом – не имею понятия…

– Прошу Вас, молодой человек, располагайтесь! – сдержанно скомандовал подпоручик и открыл заднюю дверь.

Причём, таким образом это сделал, вернее, в ту сторону распахнул, которая противоположна привычному. Как в ретро-автомобилях давних времён. Например, царских или послевоенных. Мелочь конечно же, но звоночек в мозгах прозвенел – тут всё не так и не то, к чему я привык.

Я вполне удобно разместился на заднем сидении, в аккурат между бардовомундирниками. Старший Разъезда занял место водителя, коснулся приборной панели кончиком пальца, причём не в каком-то конкретном месте, а наугад. И, что вполне предсказуемо, приборная панель, или то, что ею является, засветилась неестественными цветами. Проявилась вся информация о средстве передвижения, не говорящая мне ничего знакомого, даже отдалённо.

В принципе, ничего особо сверхъестественного я в этом не вижу. Да и в салоне, вроде как, всё привычно. Но вот суть отображаемой информации мне пока не ясна, да и видно плохо с заднего кресла-дивана.

Единственное, что я засёк пока мы не двинулись, так это те самые единицы измерения, относимые к топливу. Почему именно к нему? А потому, что это единственный индикатор, снабжённый хоть какой-то шкалой от ноля до полного. Это если авто заправляют, а не заряжают энергией от какой-нибудь хитрой розетки, как вариант.

Сами единицы измерения для меня не знакомы. Это могут быть и объёмы и чёрт знает что. Вольты какие-нибудь вместе с амперами, или давление газовых смесей. А ещё я не услышал характерного звука, извещающего о запуске двигателя, как и щелчков переключения скоростей. Да и подёргиваний никаких не ощутил при трогании с места или во время езды.

Подводя предварительный итог своего первого знакомства с местным средством передвижения, говорю себе смело – я мало что почерпнул по технической части! Вот такой вот вердикт.

Что касается улиц с архитектурой домов? Х-м… А тут мне туман все карты попутал! Ни хрена не увидел. Одни очертания, да и те смутно виднелись и только вблизи. Зато дорожное покрытие оказалось без явных изъянов, типа ям и проплешин. Даже «лежачих» полицейских нам не попалось.

– Подъезжаем, – старший разъезда однословно довёл информацию для меня. – Сейчас быстренько оформимся и пойдёшь себе спать до утра.

– Н-да уж, – к разговору присоединился один из патрульных, тот что сидит слева от меня. – Для нашего постояльца компанию составишь, – продолжил он с оптимизмом. – Ночка не длинная, ведь лето к разгару идёт. Так что, пройдёт времечко не заметишь, а утречком и домой.

Угу, ему хорошо говорить, а дом-то мой существует?

– Хорошо бы, – проговорил я тоном спокойствия, оставив тревожные мысли в себе. – Кстати, а что за сосед мне достанется? – поинтересовался я чисто для поддержания разговора.

Именно в этот момент автомобиль заметно замедлил движение, а подпоручик открыл ветровик, просто проведя ладонью вниз перед стеклом.

Сказать, что я удивлён – значит ничего не сказать! Я впал в ступор такого ошеломляющего масштаба, что не пером написать, не в тик-токе нащёлкать. Степень аута вплотную приблизилась к порогу госпитализации, но я стиснул мысленно зубы и в очередной раз собрал всю свою волю в кулак. Короче, не доставил своим собеседникам счастья и радости от наблюдения моей внешней реакции.

Правда я слегка дёрнулся, но на это никто не обратил внимания. А пытливость моего ума сработала моментально и предсказуемо – я решил повторить трюк подпоручика со стеклом. Посему, прежде чем выйти из патрульного транспорта вслед за бойцами, я повторил манипуляцию старшего со стеклом.

Сработало! Собственно, а на что я надеялся? Вопрос с риторическим уклоном.

Выгрузку из авто я не удостоил вниманием, как и прогулку по коридорам Пункта Временного Содержания. А всё из-за чего? Да по банальной причине переизбытка разных эмоций совершенно другого направления.

Например, где же всё-таки я? Ну, а вопрос «почему?» в данном контексте ставится в самый конец нескончаемой очереди.