Устать друг без друга

Глава 4

И уже через час Лаура была в самолете, который действительно вез ее на самый край земли. Лаура летела туда, где решил скрыться от всего мира самый идеальный человек, который только раз в жизни совершил одну-единственную ошибку, и которому не было прощения уже больше никогда.

Лаура была не одна, она была со своими охранниками, которые и договаривались обо всех технических вопросах. Они летели сначала на одном самолете, потом на другом, потом на простом вертолете, а потом на вертолете военном.

Этот военный вертолет и доставил их прямо на закрытую военную базу одного маленького недружелюбного государства. Где, в силу различных обстоятельств своих переломанных жизней предпочли отдаться во власть судьбы множество молодых людей чуть ли не со всего света.

У Лауры были все пропуска, ее деньги делали свое дело. И к вечеру она уже входила в казарму, полную молодых людей, которые расслаблялись после напряженного дня.

Лаура вошла в казарму, и ее обитатели тут же побросали свои дела и вывернулись в сторону Лауры. Со всех сторон послышались свистки, а кто-то из смельчаков уже спрашивал:

– Уж не ко мне ли ты, куколка?

На что Лаура вытащила из своей маленькой дамской сумки внушительную пачку денег и сказала:

– Я прошу вас всех на некоторое время освободить помещение.

Молодые люди слегка опешили.

– А что ты будешь делать, куколка? – спросили Лауру.

– Мне нужно поговорить с одним человеком, – сказала Лаура.

– И кто же этот человек? – спросили Лауру.

– А вот ты выйди, – сказала Лаура вопрошавшему, – а он останется.

И молодые люди, немного посовещавшись, решили выйти из казармы. По дороге они, разумеется, не забыли прихватить деньги из рук Лауры.

Александр сидел у окна.

Лаура могла и не смотреть в его сторону, она и так знала, что он там. Она чувствовала его.

Он смотрел на Лауру недоверчиво и затравленно, он не ждал от нее ничего хорошего. Он прекрасно понимал, что его круги ада на этой земле еще не пройдены.

И Лаура не преминула ему на это указать.

– Привет, – весело сказала Лаура.

Александр ничего ей не ответил.

– Я тебя надолго не отвлеку, – сказала Лаура, – мне дали всего несколько минут.

Лаура пошла в его сторону. На ней было длинное темное платье, отросшие волосы были собраны в строгую прическу.

Лаура была серьезна и уверена в себе. И Александр знал, что она уже давно стала взрослой, и произошло это без него.

Она остановилась рядом с ним.

– Я тебе кое-что привезла, – сказала Лаура.

Она достала из сумки какие-то бумаги.

– Вот, – сказала Лаура, – приглашение на мою свадьбу.

Лаура уже поняла, что Александр не будет ей ничего отвечать. И поэтому она поставила приглашение на тумбочку возле кровати и повернула его так, чтобы было лучше видно.

На Александре была темная форма, пуговицы рубашки были расстегнуты до самого живота. Его белокурые волосы еще больше выгорели, а таких тончайших морщинок у глаз не было ни у кого другого на свете.

Никого дороже этого человека на этой земле у Лауры никогда уже не будет.

– А вот еще, – сказала Лаура и положила на тумбочку другую бумагу, – это отказ от твоей дарственной, тебе же надо будет где-то остановиться, когда ты приедешь в наш город, да и мне это не к чему.

Александр молчал. Он просто смотрел на ее уставшее лицо, на ее тонкие руки.

Быть может, именно такими вот, обычными и повседневными, как эта тоненькая девушка, и являлись когда-то глубоко верующим людям их бессмертные богини.

– А если ты думаешь, что я над тобой издеваюсь, – сказала Лаура, – то это не так. Дело в том, – продолжила она, – что мой Грег сидит в тюрьме, и я осталась совсем одна, и меня некому вести под венец.

Все эти слова Лаура сказала грустно-грустно.

Александр не сводил с Лауры глаз. Но он так и не пошевелился, не встал с кровати и ничего не ответил ей.

Лауре все это стало порядком надоедать, она растерялась.

– И я обращаюсь к тебе потому, что ты не чужой мне человек, – сказала Лаура, – по крайней мере, я так думаю.

Александр молчал. Она видела, как крохотная жилка бешено билась у него на виске.

– Правда, у меня еще вроде есть бабка в Италии, – сказала, немного подумав, Лаура, – но ее я вряд ли в ближайшее время найду, да и не согласится она вести меня под венец, зачем ей это.

По лицу Александра ничего невозможно было понять.

– Там написано число и время, – сказала Лаура, показывая на свое приглашение, – так что не подведи меня, на свадьбу собрался весь город, а я знаю, что у тебя еще не подписан постоянный контракт, так что тебе ничего не стоит приехать, ведь так?

Александр продолжал молчать.

Лаура еще немного помедлила, а потом сказала:

– Ну, пока. – И направилась к выходу.

Лаура была на пределе, ей казалось, что еще несколько секунд, и она просто умрет от безысходности и отчаяния.

И тут дверь в казарму отворилась, и в комнату вошел один из командиров. Это был толстый и неуклюжий человек.

– А где все? – удивленно спросил он, оглядывая пустую казарму.

Лаура подошла к нему вплотную, с силой взяла его за ремень брюк и резко притянула к себе.

– А меня тебе недостаточно? – заботливо спросила она.

Тот несколько опешил.

– А вы не… – ошарашенно спросил толстый человек, показывая пальцем на Александра.

– Нет, – сказала Лаура, – мы не. Ну что, ты согласен? – спросила она толстяка, прожигая его взглядом.

– О да, конечно, – быстро ответил тот.

И Лаура вывела его за собой на улицу, по-прежнему держа за ремень.

А когда они вышли на улицу, толстяк спросил Лауру:

– Ну что, ко мне?

И он показал пальцем в сторону свой отдельной палатки.

– Нет, ко мне, – сказала Лаура и показала на вертолет, стоявший тут же.

– О, – сказал толстяк – это будет даже еще интересней.

Толстяк помог Лауре сесть в вертолет и ввалился туда сам. Лаура знала, что вся эта сцена прекрасно видна из окна, возле которого остался Александр.

Но она не знала, что он давно опустил голову и больше уже никуда не смотрел.

И когда вертолет поднялся в воздух, Лаура протянула толстяку пачку денег и сказала:

– Когда вернешься обратно, скажешь тому человеку у окна, что все прошло просто великолепно.

Толстяк очень удивился, а потом сказал:

– Ну что ж, пойдет и это.

И Лаура знала, что он, когда вернулся обратно, именно так все и сказал. Подобные люди обычно дисциплинированны.

Но то, что Александр в сердцах дал своему командиру по физиономии, когда тот еще даже не успел договорить, Лаура могла только догадываться.

Глава 5

Никто в городе не знал, куда уезжала Лаура в эти дни. Но после того как она вернулась, все сразу поняли, что быть большому сюрпризу.

Лаура вернулась в город и сразу же назначила день свадьбы.

И моя тетушка, и моя мать тут же судорожно бросились к нашим шкафам, под завязку набитым всевозможной ерундой, подбирать себе подобающие такому событию праздничные веселые наряды.

– Ах, какое счастье, – говорила моя тетушка Мэгги, пританцовывая в нашей гостиной и примеряя на себя очередное ужасно не модное сейчас платье, – я еще никогда не была на свадьбе, на которую собрался весь город, наверное, это будет безумно интересно.

Моя мать мало разделяла ее радость.

– Моя оболочка безудержно стареет, – мрачно говорила моя мать, тщательно разглядывая себя в наше большое зеркало и пытаясь прикрыть свою неотвратимую старость каким-то очередным безвкусным нарядом.

Но моя тетушка не переставала радоваться жизни.

– Ну что ты, такая ерунда, – говорила тетушка моей матери, – повеселимся на свадьбе, а уж потом будем дальше заниматься собой и своими проблемами.

Мою мать не очень-то легко было вывести из такого увлекательного плохого настроения.

– Никакие праздники и радости нам уже не помогут, – говорила тетке моя мать.

– Ну что ты, – радовалась тетка, – они хоть на какое-то время нас отвлекут.

– Что-то я не припомню, чтобы хоть кто-то считал свою собственную неотвратимо надвигающуюся старость какой-то ерундой, – мрачно говорила моя мать.

– Что-то я не припомню, чтобы вас хоть кто-то приглашал на эту свадьбу, – сказала им я.

Тетушка застыла в своем очередном танце в немом упреке.

– Розмарин, – сказала мне моя беззаботная тетя, – ты слишком серьезна для своего возраста. Если постоянно думать только о плохом, недолго и свихнуться.

– Каждому свое, – сказала я.

– Свали все заботы со своих плеч и порхай, как мотылек, – посоветовала мне тетя, – а уж мы-то о тебе позаботимся.

– Нет уж, спасибо, – сказала я, – я не могу вверять свою жизнь кому попало.

Из верхних комнат нашего дома доносился страшный топот. Это две наши ненормальные бабки тоже собирались на свадьбу и вовсю тренировались танцевать вальс.

И вот через несколько дней настал день свадьбы.

Владельцем местной кондитерской фабрики были арендованы все рестораны города. Еще накануне он доставил туда свои огромные торты, чтобы народ смог от всей души поесть, а заодно оценить его вкусную продукцию во всей ее красе.

Городская церковь была украшена цветами, а очередь к ней начала формироваться еще в три часа утра. Ближе к полудню к церкви подъехали счастливые жених и невеста.

Лаура была прекрасна в своем дорогом белом платье, а сын владельца местной кондитерской фабрики – на редкость задумчив и серьезен. Он все никак не мог сложить в своей голове весь, неожиданно вдруг свалившийся на него, огромный капитал.

Жених отправился ждать невесту у алтаря, а Лаура осталась в своей машине, окруженной охранниками. Через некоторое время Лаура вышла из машины, и ее провели к входу в церковь.

Лаура зашла в церковь и остановилась у входа. Ее не видела ни толпа с улицы, ни люди, собравшиеся внутри церкви.

Отовсюду стал просачиваться слух, что к алтарю Лауру поведет сам Александр. Никто не знал, откуда этот слух, но все затаили дыхание.

Время шло. Жених нервно теребил цветок в петлице, а его практичный отец держал на лице сахарную улыбку для гостей.

Лаура не двигалась с места. Только охранники, стоявшие рядом с ней, видели, что она находится на грани обморока.

Но они тоже ничего уже не могли сделать. Ведь это был выбор самой Лауры, и ничто уже нельзя было никому изменить.

И тут вдруг на горизонте появился старый Николас Фарли.

Он был тщательно причесан и одет в шикарный фрак, интересно, где он его выкопал? Он прошел сквозь толпу по маленькой узкой дорожке к церкви и подошел к Лауре.

Он улыбнулся Лауре своей счастливой и беззаботной улыбкой.

– Ну что, ребенок, – сказал он ей, – ты осталась совсем одна, но если ты готова опереться о локоть старого, никому не нужного отшельника, то я смогу проводить тебя куда угодно.

Лаура подняла на него глаза.

– К алтарю, пожалуйста, – сказала Лаура.

Николас Фарли наклонился к ней поближе.

– Ты уверена? – спросил мой дед.

Лаура еле заметно кивнула.

– Да, – сказала она.

И мой дед, Николас Фарли, старый бродяга и отщепенец, которого никто уже давно не воспринимал всерьез, подставил ей свой локоть и повел по ковровой дорожке прямо в неизвестность.

Толпа народа в церкви безмолвно взирала на церковный свод. Всем казалось, что сейчас разверзнутся небеса, появится Александр и положит конец всему этому фарсу.

Но чуда не происходило. Лаура, опустив голову, медленно шла навстречу своей беде.

– Ты так же великолепна, как и прекрасная Розмарин в то самое время, когда она сбежала от меня к твоему непутевому деду, – сказал Лауре старый Николас Фарли.

Торжественность момента была несколько сбита, в дружных рядах зрителей чужого горя пробежал заразительный смешок.

– А разве не вы были всю жизнь в нашем городе самым непутевым? – спросила Лаура.

Мой дед рассмеялся.

– Ну что ты, – сказал мой дед, – до твоего деда мне всегда было очень далеко.

Лаура тоже улыбнулась. И все увидели, что она, и правда, была сегодня великолепна.

И все вдруг вспомнили, что она действительно внучка прекрасной Розмарин.

– Ну что, – спросил ее мой дед, – пойдем дальше?

– Давайте попробуем, – сказала Лаура и оглянулась.

– Он не придет, – сказал мой дед.

– Вы так думаете? – спросила Лаура.

Она уже ничего не боялась, мой дед был молодец. В нужный момент он оказался нужным человеком.

Но ведь именно так и бывает тогда, когда ниоткуда ничего хорошего уже не ждешь.

– К сожалению, я в этом больше чем уверен, – сказал мой дед, – но ты прекрасно и без него можешь не совершать никаких глупостей.

– Но я уже их совершила, – сказала Лаура.

– Из любой ситуации всегда есть запасной выход, – сказал мой дед.

– Но я не вижу никакого выхода, – сказала Лаура.

Они уже почти приблизились к алтарю.

– А вот мы сейчас у батюшки и спросим, – сказал мой дед, старый Николас Фарли, – скажите, святой отец, у вас здесь есть запасной выход?

– Да, конечно, – сказал святой отец.

– И вы нам его покажете? – спросил его старый Николас Фарли.

– Да, конечно, – сказал святой отец, – он вот там, за теми иконами.

И он показал куда-то вбок.

– Идем, дитя мое, – сказал Лауре мой дед Николас Фарли.

И они с Лаурой вышли из церкви, пройдя мимо батюшки, который ничему не удивился. Потому что он тоже жил в этом городе и тоже был в курсе сложившейся ситуации.

Жених же, как раз наоборот, был просто наповал сражен всем происшедшим. Он, как рыба, раскрыл рот и чуть ли не падал в обморок, потому что как раз к этому времени он наконец-то уже сложил в уме весь сбежавший от него капитал.

– Только на нашей фабрике выпускаются самые вкусные на побережье торты и пирожные! – не растерявшись, стал восклицать отец жениха, пока собравшаяся толпа народа не разошлась по домам и люди не позабыли о его существовании навсегда.

Охранники Лауры Бенито объявили собравшимся в церкви людям, что праздник сегодня состоится, Лаура дарит этот день людям, и во всех ресторанах города накрыты для всех собравшихся столы, и места хватит абсолютно всем желающим.

И этот день закончился фейерверком, брызгами шампанского и битой на халяву посудой. И все говорили друг другу, что это был не самый плохой в их жизнях день, и он наверняка войдет в историю нашего города.

Глава 6

На следующий день в городе наконец-то появился Александр.

Никто не знал, что он приехал в город. Об этом узнала одна Лаура, когда рано утром, еще в постель, ей принесли от него записку.

«Ты, кажется, любишь записки?» – было написано в ней, и ниже было написано всего только одно слово: «Прощай».

С диким криком Лаура выскочила из постели.

Она выбежала из своей комнаты и бросилась к окну в гостиной. Из этого окна был виден океан и часть территории белоснежного дома Александра.

И Лаура увидела поднимающийся в небо вертолет. Вертолет поднялся высоко в небо, туда, где облака еще только озарялись первыми лучами солнца и куда уже не долетали птицы, и его огромный пропеллер вдруг перестал вращаться.

На несколько мгновений вертолет завис в воздухе, а потом стал падать. И оглушительная тишина была над городом, и эту тишину вдобавок еще заволок черный туман: Лаура упала в обморок.

Лауру привели в сознание ее охранники. Когда она открыла глаза, ей тут же сказали:

– Он жив, его увезли в больницу.

Лаура резко встала и, хотя перед ней все еще сильно кружился мир, направилась к выходу из дома.

В больнице Лаура прорвалась в палату Александра через кордон врачей и медсестер. Александр лежал на высокой кровати, он был белый, как сама смерть.

Лаура бросилась к нему, она припала к нему, еще никогда она так ясно не осознавала, как тонка и прозрачна была невидимая нить, связывающая с этим миром человеческую жизнь.

Лаура припала своим лицом к животу Александра, к его теплой руке, в которую были воткнуты большие иголки от капельницы. Как маленький обиженный ребенок, Лаура отчаянно уткнулась лицом в тот мир, который еще жил и дышал для нее на высокой больничной кровати в той части вселенной, где находился один никому не известный, богом забытый городок.

И сквозь оглушительную тишину и черноту к Лауре стали просачиваться какие-то звуки, которые каким-то неизвестным странным способом потихоньку превращались в слова. И хотя эти слова были еще не совсем понятны на слух, разум Лауры уже определял их смысл.

– Лаура, успокойтесь, ничего страшного с ним не произошло, – услышала Лаура сквозь плотную густую пелену, – у него просто сильнейшая контузия.

Почва под ногами у Лауры стала возвращаться на место, и Лаура уже смогла оторвать себя от белой, теплой и живой руки Александра.

– Контузия? – еле слышно произнесла Лаура.

– Да, контузия, – сказали Лауре, – ему просто повезло с вертолетом.

Лаура оглянулась. Перед ней стоял заведующий больницей и еще несколько дежурных хирургов.

– То есть как повезло с вертолетом? – не поняла Лаура.

– Сэр Валентино подарил ему этот вертолет последней экспериментальной модели, – пояснил заведующий, – но Александр об этом не знал.

– И что? – сказала Лаура.

– Когда отключается двигатель, вертолет в ту же секунду заполняется воздушными подушками, – сказал Лауре заведующий, – и чем меньше людей в нем находится, тем лучше, а так как он был совсем один, подушки смогли заполнить собой большее пространство и тем самым спасти его жизнь.

– Так, значит, с ним ничего не случилось? – сказала Лаура.

– Ну почему же, – сказали Лауре, – у него очень сильная контузия, он до сих пор без сознания, и хотя ни один его орган не пострадал, все равно всю неделю он должен будет провести без движения, соблюдая строгий больничный покой.

Лаура встала с пола. В последний раз она посмотрела на Александра.

– Передайте, пожалуйста, ему, когда он очнется, – сказала Лаура врачам, – что я навсегда уехала к своей бабушке в Италию выращивать виноград.

И Лаура вышла из палаты.

Заведующий больницей вышел вслед за ней.

– Я же не могу вами одними заниматься всю жизнь, постоянно вас обоих спасать от бесконечных несчастных случаев, вы должны помириться, почему это понимают все, кроме вас двоих? – сказал он вслед Лауре.

Лаура остановилась и оглянулась.

– Именно потому, что все остальные в этом ни черта не смыслят, – сказала Лаура и ушла.

Дома Лаура стала собирать чемодан.

Куда она собиралась, не знали даже ее охранники. Но на всякий случай они стали тоже паковать свои пожитки.

За окнами особняка был очередной славный солнечный день, и легкий ветер покачивал белые волны на синем теле океана.

И когда уходящее солнце стало собирать свой последний свет с розовых скал и синего леса вдали, Лаура села в свою машину.

Ее охранники поспешили за ней, но Лаура их остановила.

– А вы со мной не поедете, – сказала она им.

– Мы не только поедем вслед за вами, – сказали ей охранники, – но и не отстанем от вас ни на шаг.

– Но я пока не в Италию, – сказала Лаура, – вы же видите, я даже чемоданы с собой не беру.

Но охранникам это не показалось слишком убедительным, и они все же поехали вслед за Лаурой. А через некоторое время, увидев, что она подъехала к дому Александра на краю города, охранники почтительно остановились невдалеке от его ворот.

Лаура вышла из машины. Она прошла по каменной дорожке и вошла в дом Александра.

Она никогда здесь не была, но сейчас не сдержалась, ей это было нужно. Ведь она действительно собралась уехать из этого города навсегда.

Лаура прошлась по комнатам. В белоснежной гостиной висел ее портрет, возле которого Лаура остановилась в раздумье.

Все в доме было строго и лаконично, не было ни излишества, ни роскоши. И было видно, что быт – не самое важное в жизни живущего здесь человека.

Лаура поднялась на второй этаж и вошла в большую спальню. Огромная деревянная кровать казалась неким живым оазисом, мирным пристанищем для уставшего в этом тяжелом мире бренного человеческого тела.

Лаура подошла к кровати и легла на нее. Лаура не могла больше ни жить, ни думать, ни дышать. Она закрыла глаза и приникла лицом к прохладному покрывалу, накрывавшему эту большую кровать.

Она хотела бы впитать в себя запах ее хозяина, раствориться в его оболочке, стать единым целым с его плотью и его душой. Но все это было не так-то просто сделать в этом мире, где уже были установлены однажды принятые законы, и еще ни одному человеку не удавалось этим законам противостоять.

Где-то далеко внизу хлопнула дверь. Лаура подумала, что это ее охранники, что она уже очень долго отсутствует, и они, обеспокоенные, пошли ее искать.

Лауре не хотелось вставать и возвращаться во внешний мир. Она не могла собраться с силами, она потеряла нить времени.

Прийти в себя ей все-таки пришлось, когда она услышала, что дверь в спальню резко отворилась. Лаура вскочила.

На пороге комнаты стоял Александр.

Он облокотился о косяк двери и смотрел на Лауру. Верхние пуговицы на его рубашке были расстегнуты, рукава закатаны выше локтя, он сложил руки на груди.

Александр молча смотрел на Лауру, он не сказал ни слова, и бесконечная усталость была на его лице. Лаура не могла сдвинуться с места.

Александр медленно пошел к ней.

Лаура не могла произнести ни слова, она все еще стояла на кровати. Александр подошел к ней вплотную, крепко взял ее за талию своими самыми сильными в мире руками и прижал ее тело к своему лицу.

Лаура не могла дышать.

– Я убью себя, – с опозданием сказала Лаура.

Александр посмотрел на нее.

– Если что? – хриплым голосом спросил Александр.

– Если ты до меня дотронешься, – сказала Лаура.

– А меня? – спокойно спросил Александр.

– И тебя тоже, – сказала Лаура.

– А всех остальных людей? – спросил Александр.

– Я серьезно говорю! – закричала Лаура. – Не смей меня несерьезно воспринимать!

Александр грустно улыбнулся.

– В этом мире просто нет такого другого человека, воспринимающего тебя более серьезно, чем я, – сказал он ей.

Лаура снова попыталась вырваться из сильных рук Александра, но он не дал ей этого сделать, он держал ее очень крепко.

– Отпусти меня, – срывающимся голосом сказала Лаура, но он и не думал это делать.

Александр с силой положил ее на кровать. Лаура вырывалась, Александр крепко ее держал.

– Что ты делаешь? – сказала Лаура.

Александр был безумно близко, так близко он еще не был никогда.

– Я хочу быть с тобой, – сказал Александр.

Он тяжело дышал, на лбу его выступили еле заметные капли холодного пота, ведь он был только что из больницы.

– Ты не хочешь быть со мной, – сказала Лаура.

– Я хочу быть с тобой, – сказал Александр, – и я уже устал тебе это доказывать.

Лаура продолжала вырываться. Но Александр был безумно сильный, и у нее ничего не получалось.

– И что ты намерен теперь делать? – сказала она.

– Быть с тобой всю жизнь, – сказал Александр.

Лаура расхохоталась.

– Да ты же уйдешь, – сказала она, – тебе же ничего не стоит уйти от меня.

– Не уйду, – сказал Александр, – я никогда не уйду от тебя.