Устать друг без друга

А машина с Лаурой тем временем приехала на пристань и подъехала к причалу. На причале Лауру вывели из машины.

И она увидела слегка покачивающийся на воде белый катер, на котором стоял Александр. И Александр увидел, что Лаура ничуть не удивилась.

В его голубых глазах была необъятная грусть, рукава белой рубашки закатаны выше локтя, его светлые волосы трепал тихий ветер. Она не видела его сто лет.

У Лауры был заклеен рот, люди Александра подвели ее к катеру.

– Я же запретил вам заклеивать ей рот! – заорал на своих людей Александр.

– Мы на всякий случай, хозяин, – ответили ему.

Лаура была спокойна. И так как у нее были связаны руки, то Александр взял ее за локти и помог ей подняться на катер.

Он поддерживал ее до тех пор, пока она не оказалась рядом с ним. Лаура шла сама, она совсем не сопротивлялась и вообще не выражала никаких чувств.

Но с тех самых пор, как только Александр взял ее за локти, как только он до нее дотронулся, Лаура закрыла глаза и так и шла с закрытыми глазами.

Как только Лаура оказалась в катере, Александр дал знак, и человек, стоящий у руля, завел мотор, и катер резко поплыл в сторону открытого океана. Александр продолжал одной рукой придерживать Лауру, чтобы она не упала, а другой рукой он стал осторожно отклеивать пластырь у нее со рта.

Александр медленно вел рукой по лицу Лауры, по ее губам. Лаура стояла с закрытыми глазами, ей и не надо было их открывать, она впитывала прикосновение Александра, его дух, его плоть каждой порой, каждой клеткой своего тела и лица.

Александр мог обнять ее, пока у нее были связаны руки. Но именно потому, что у нее были связаны руки, он этого сделать не посмел.

Его рука, отклеивающая пластырь, медленно двигалась от одного края губ Лауры до другого.

И этот миг соприкосновения, почти слияния каждой клетки одного человека с каждой клеткой другого человека был очень долог и безумно бесконечен. Но один только этот миг мог бы вместить в себя годы и месяцы серой и безмятежной жизни.

И тот человек, в жизни которого хоть один раз был этот миг, мог бы вполне считать себя счастливым.

И как только Александр отклеил последний дюйм пластыря, Лаура еще немного постояла, медленно приходя в себя, а потом открыла глаза. Надо было заканчивать с этой сказкой без счастливого конца.

Александр был близко-близко, он был близко как никогда. И Лаура ясно видела все его крохотные морщинки около глаз и маленькие складки у губ.

Он был безумно красив, и его любил весь город, но он только ее, Лауру, связал и притащил сюда, на катер, и смотрел на нее так, как будто только от нее и зависела вся его дальнейшая жизнь, его счастье и мечты.

Они оба молчали, они не высказывали никаких чувств и эмоций, и даже по их глазам невозможно было понять то, что в данный момент было у каждого из них на душе. И было видно только одно.

Было видно, что эти два человека очень, очень устали друг без друга.

Александр наклонился к рукам Лауры и стал развязывать ее руки. Его непослушные белокурые волосы развевались на ветру, и легкий запах его волос смешивался с солнцем, ветром и солеными брызгами океана.

Лаура отрешенно смотрела на Александра, хотя его волосы порой касались ее губ, и только краткий миг расстояния отделял Лауру от того, чтобы пустить все на самотек и припасть губами к этим непослушным его волосам.

Александр развязал Лауру, он взял ее руки в свои ладони и поднял на Лауру глаза.

– Ты извини, что все так получилось, – сказал Александр Лауре, – но нам ведь нужно было с тобой поговорить, ведь так?

Он даже не успел закончить свою фразу, потому что Лаура уже пришла в себя от своего долгого и безмятежного сна.

Она наотмашь ударила Александра. Но на него это никак не подействовало, он даже не зажмурился, как будто только этого и ждал.

Тогда Лаура изо всей силы толкнула его в грудь. Но Александр был сильный и большой, и это тоже бы на него никак не подействовало.

Но в этот самый момент человек, стоявший за рулем катера, забыл все инструкции о сохранении полнейшей невозмутимости во время своей работы и оглянулся, чтобы посмотреть, что же там такое все-таки происходит за его спиной между Лаурой и Александром.

И тотчас же катер сильно дернуло куда-то в сторону. И от этого рывка, а одновременно от удара Лауры Александра бросило к другому борту, ведь он совсем не держался. И падая, он сильно ударился головой.

Лаура тоже упала, но не сильно и не больно, а увидев, что с Александром, она в ужасе закричала.

Человек, стоявший за рулем, срочно остановил катер и подбежал к Александру. Он повернул голову Александра, и они с Лаурой увидели кровь на его белокурых волосах.

Лаура от ужаса не могла вымолвить ни слова, но Александр уже в следующую секунду открыл глаза.

Он увидел склонившееся над ним перепуганное лицо своего работника.

– Послушай, друг, – сказал ему Александр, – ты не мог бы оставить нас наедине?

– Конечно, конечно, – закивал работник Александра и проворно выпрыгнул за борт катера.

На лету, правда, он успел схватить спасательный круг.

Александр привстал и посмотрел на Лауру.

Но Лаура к тому времени уже успела прийти в себя. И выражение ее лица вновь стало надменным и равнодушным.

– Это кто тебе сказал, – холодно спросила Лаура, – что нам с тобой нужно о чем-то разговаривать?

Александр вздохнул.

– Я понимаю, Лаура, – сказал Александр, – что для того, чтобы вернуть тебя, мне надо пройти все круги ада. Но будь уверена, что я сделаю это ради тебя.

– И кто сказал тебе, что мне нужны такие жертвы от тебя? – ядовито спросила Лаура.

Александр не успел ничего ответить, потому что они услышали шум мотора и увидели вертолет, который летел от города в их сторону.

Лаура посмотрела на Александра и явила улыбку на своем каменном лице.

– А вот и мой эскорт, – сказала Лаура, – и ваше время, молодой человек, к сожалению, истекло.

Александр встал с пола, подошел к панели управления катером и открыл один из ящиков. Он вытащил оттуда банку с водой, открыл ее, сделал несколько глотков, а оставшуюся воду медленно вылил себе на голову.

Он очень сильно ударился, у него болела голова, и по лицу его потекли розовые ручейки.

Затаив дыхание, Лаура смотрела на Александра.

Но как только он повернулся в ее сторону, она быстро перевела взгляд. Лаура стала махать вертолету, который был уже совсем близко.

Но вертолет почему-то не стал подлетать к катеру, а завис в воздухе на некотором расстоянии от него.

– Все, она здесь, на катере, мы ее нашли, – передали по рации охранники Грега Бенито своему хозяину.

– Она с Александром? – спросил их Грег, который предпочел волноваться дома, на крыше своего роскошного особняка.

– Да, она с Александром, – сказали Грегу его охранники.

– Я так и знал, – сказал Грег, – все в порядке, возвращайтесь.

– Но она нам машет, – сказали Грегу его охранники.

Грег подумал.

– Возвращайтесь, – сказал он чуть позже, – надо же им когда-то обо всем поговорить.

Вертолет висел на одном месте и не думал подлетать к катеру. Лаура огляделась в поисках того, чем бы можно было помахать, чтобы ее лучше заметили, но так ничего и не нашла.

Тогда Лаура сняла с себя майку и осталась только в лифчике и джинсах. Она стала махать вертолету своей майкой.

Но вертолет еще повисел некоторое время в воздухе, а потом резко развернулся и полетел обратно к городу.

– Вот олухи, – воскликнула Лаура, – вот недоумки!

Александр печально за ней наблюдал.

– Скажи, – сказал Александр чуть позже, когда Лаура немного успокоилась, – ты меня действительно за человека не считаешь, что позволяешь себе разгуливать передо мной в таком виде?

– Да, не считаю, – набросилась на него Лаура, как будто она только этого и ждала и как будто она только для этого и сделала то, что сделала, – я тебя ни за кого не считаю, – сказала она, – ты – никто, и я вообще не знаю, кто ты такой.

Тогда Александр подошел к Лауре, взял ее за плечи и сильно встряхнул ее.

– Я – Александр, – сказал он ей. – Я непонятно как попал в этот мир и неизвестно когда уйду из него. Но я выбрал тебя и только тебя из всех людей на этой земле, и это за мной ты пошла на край света три года назад.

Лаура не могла перевести дыхание, пока он держал ее в своих руках.

– Вот и надо было воспользоваться моментом три года назад, пока я была молода, неопытна… и пока я поверила тебе, – сказала Лаура.

Александр смотрел ей в глаза.

– Но я не собирался пользоваться моментом три года назад, – сказал Александр.

– А что же ты тогда собирался делать три года назад? – спросила Лаура.

Александр молчал.

– И не смей больше никогда ко мне прикасаться, – сказала тогда Лаура, резко освобождаясь от его рук, крепко держащих ее за плечи, – не смей, – добавила она.

Лаура отошла от него подальше и стала надевать свою майку. Александр не мог не смотреть на нее.

Лаура поймала его взгляд.

– И смотреть на меня не смей! – заорала она. – И вообще, мне уже надоела вся эта история.

Лаура надела свою майку и подошла к щиту управления катером. Она повернула ключ и включила мотор.

Александр подошел к Лауре и повернул ключ обратно, выключив тем самым катер. А потом вообще вытащил ключ и выкинул его за борт.

Лаура опешила, но уже в следующий миг она схватила спасательный круг и тоже бросилась к борту.

Александр поймал ее за талию, выхватил у нее из рук круг и тоже выбросил его за борт.

Он держал Лауру крепко-крепко, и это было самое крепкое в их жизни объятие. И оба они на какой-то миг просто задохнулись от такой своей непомерной близости и резко прижались друг к другу.

Но уже в следующий миг Лаура вновь пришла в себя и сильно ударила Александра локтем в живот. Александр отпустил ее.

Лаура отскочила от него и закричала:

– Я же сказала, не смей ко мне прикасаться!

– Хорошо, – спокойно сказал Александр, – я больше не буду к тебе прикасаться.

Лаура убрала с лица растрепавшиеся волосы.

– Тогда зачем ты меня здесь держишь, – сказала Лаура, – отпусти меня.

Катер слегка покачивался на волнах, Александр прислонился к борту.

– Мне надо с тобой поговорить, – сказал Александр.

– Что ты хочешь мне сказать? – спросила Лаура.

– Что ты нужна мне, – сказал Александр.

Но Лаура не намерена была сдаваться ни сейчас, ни когда бы то ни было.

– На это ты мне уже намекнул, – сказала Лаура, – я это уже поняла, и мне на это глубоко наплевать. Что дальше?

– Лаура, – сказал Александр, – я очень перед тобой виноват, и мне уже никогда не искупить свою вину, но ты должна дать мне шанс, ты должна мне поверить.

– Я поверила тебе три года назад, я была твоя с головы до пят, и сердцем, и душой, чего же ты тогда испугался? – сказала Лаура.

Александр тяжело вздохнул.

– Ты была еще совсем ребенком, – сказал ей Александр.

Лаура немного помолчала.

– И ты не знал, что со мной делать? – спросила Лаура.

Александр покачал головой.

– Я тогда не думал, что с тобой делать, – сказал Александр.

– А надо было хорошенько подумать об этом, прежде чем приглашать меня с собой на край света, – тут же перебила его Лаура.

– Я просто знал, – сказал Александр, – что ты создана только для меня.

– А когда ты бросил меня в той гостинице, – спросила Лаура, – ты тоже ни о чем не думал?

– Нет, – сказал Александр, – как раз тогда я очень и очень много обо всем думал.

Лаура усмехнулась.

– И к какому же выводу ты пришел? – спросила Лаура.

– Что ты не поймешь меня, если я попытаюсь тебе что-нибудь объяснить тогда, но я был уверен, что ты поймешь все со временем, – сказал Александр.

– Ты боялся ответственности, – сказала Лаура, – боялся, что тебе надо будет еще долго и нудно ждать, пока я повзрослею.

– Нет, – сказал Александр, – все не то.

– Что же тогда? – спросила Лаура.

– Мне надо было сделать это ради нас, – сказал Александр.

– Уйти от меня ради нас? – сказала Лаура.

– Так получилось, – сказал Александр.

– Ты говоришь о своей работе? – спросила Лаура.

– И про это тоже, – сказал Александр.

– Да, – сказала Лаура, – со временем я узнала, что тебя тогда не отпустили и что ты должен был отработать еще три года, а не то я не увидела бы тебя уже больше никогда, но все это ты должен был объяснить мне сам тогда же, три года назад.

– Как видишь, – сказал Александр, – я не смог.

– Но ты мог хотя бы написать мне записку, – сказала Лаура.

– Записку я тоже так и не смог написать, – сказал Александр.

– Да, – грустно сказала Лаура, – быть может, я тебя слишком сильно тогда идеализировала. Но только для того, чтобы не сделать того, что ты сделал, совсем необязательно быть самым идеальным человеком на земле.

– Я же сказал тебе, что если уж ты так и не поняла меня до сих пор, то уж тем более не могла бы понять меня тогда, – сказал Александр.

– А как ты не понимаешь, – закричала Лаура, – что я и сейчас точно такая же, какая была и тогда! И мозгов у меня столько же, сколько было и тогда, мне не удалось купить за эти годы их еще ни фунта. И точно так же, как тогда я больше всего на свете хотела, чтобы рядом со мной был ты и только ты, точно так же…

Лаура осеклась.

– Что точно так же? – скрестил руки на груди Александр.

– Точно так же я сейчас знаю одно, – сказала Лаура, – что теперь я тебя ненавижу.

Лаура вкладывала в каждое слово все свои чувства. Каждое ее слово било его наотмашь.

– Если бы я попытался объясниться с тобой тогда, – сказал Александр, – то в твоих глазах я бы выглядел просто трусом.

– А кем ты получился теперь? – спросила Лаура.

Александр опустил голову.

– Никем, – сказал Александр.

– Так, значит, мы пришли к выводу, что ты – никто? – спросила Лаура.

Он вновь посмотрел на нее.

– Да, наверное, для тебя теперь это так, – сказал Александр.

– И я очень рада, – сказала Лаура, – что ты наконец-то это понял.

Александр опустился на пол катера, прислонился головой к его борту и закрыл глаза. У него болела голова, и он устал от своей безысходности.

Лаура тоже села на пол, достала сигареты и закурила. Исподлобья она смотрела на Александра, Бог мой, как давно она его не видела.

Александр открыл глаза.

– Детям нельзя курить, – сказал Александр.

И тут уж Лаура опять сорвалась и на этот раз очень сильно.

– Не смей со мной так разговаривать! – закричала она на Александра. – Не смей! Ребенок, который когда-то поверил тебе и пошел за тобой, остался в той затрапезной гостинице, где ты его бросил три года назад. Можешь спросить об этом портье, который дежурил там в ту ночь. А если ты уже позабыл его гнусную рожу, то можешь поехать туда и посмотреть на нее. А заодно расспросить, может он тебе расскажет, что же стало тогда с тем ребенком, который отправился за тобой на край света и которого ты так беззаботно бросил.

– Лаура, – сказал Александр.

– И я больше уже не Лаура! – орала на него Лаура. – Я тоже теперь – никто, и это благодаря тебе я тебя теперь так сильно ненавижу. И это благодаря тебе у меня теперь в груди каменное сердце, а если ты мне не веришь, то я могу тебе его показать.

И Лаура встала с пола и быстро подошла к ящику, из которого Александр доставал себе банку с водой, и схватила нож, который лежал там. И этим ножом Лаура со всей силы полоснула себя по груди.

Но она не рассчитала того, что нож был слишком острый, и у Лауры на ее белой майке выступила красная вертикальная полоса.

– Что ты делаешь! – закричал Александр.

Он вскочил с пола и рванулся к Лауре.

Лауру всю передернуло от резкой боли, которая продолжала нарастать и затмевала, как грозовая безмерная туча, весь мир вокруг.

Но Лаура все-таки попыталась еще улыбнуться и сказать:

– Ну вот, теперь хорошо… – И стала падать.

Александр подхватил ее на руки.

– Лаура, милая, – сказал Александр.

Лаура уже была белая, как смерть.

– Ты мог хотя бы написать записку, – еле слышно сказала Лаура и потеряла сознание.

Александр положил ее на пол и стал рвать свою рубашку, делать из нее жгуты и пытаться перевязать Лауру. Но это было сделать очень трудно, потому что вся ее грудь теперь была в крови, и откуда именно она текла, было понять уже невозможно.

Александр бросился к рулю катера и только тут вспомнил, что ключа больше нет. Он стал искать запасной ключ, он выкидывал все из ящиков на пол катера, но никакого запасного ключа тоже не было.

Яркое солнце стояло в зените, и на синем небе плыли ослепительно белые облака.

Словом, все было прекрасно и, как обычно, неповторимо в тот день, когда Александр мог снова вот-вот потерять свою Лауру. Но только теперь он мог потерять ее окончательно и навсегда.

И Александр схватил лом, который был прицеплен к борту катера, и стал разбивать приборную панель и замок зажигания. И он разворотил, в конце концов, там все и нашел нужные провода и соединил их.

И катер завелся, и Александр резко повел его к берегу.

Лаура лежала позади него у борта, перевязанная рубашкой Александра, и она была бледная-бледная. Почти такая же, как и белый катер Александра.

– Ребенок, – говорил ей Александр, – потерпи, пожалуйста, совсем немного.