Соблазн по ее правилам

Kianna Alexander

After Hours Agenda

Все права на издание защищены, включая право воспроизведения полностью или частично в любой форме.

Это издание опубликовано с разрешения Harlequin Books S. Α.

Товарные знаки Harlequin и Diamond принадлежат Harlequin Enterprises limited или его корпоративным аффилированным членам и могут быть использованы только на основании сублицензионного соглашения.

Эта книга является художественным произведением.

Имена, характеры, места действия вымышлены или творчески переосмыслены. Все аналогии с действительными персонажами или событиями случайны.

Охраняется законодательством РФ о защите интеллектуальных прав.

Воспроизведение всей книги или любой ее части воспрещается без письменного разрешения издателя.

Любые попытки нарушения закона будут преследоваться в судебном порядке.

After Hours Agenda

© 2023 by Eboni Manning

«Соблазн по ее правилам»

© «Центрполиграф», 2024

© Перевод и издание на русском языке, «Центрполиграф», 2024

Глава 1

Ния Вудсон наполнила бумажный стаканчик ярко-розовой жидкостью, сделала глоток и улыбнулась: клубничный лимонад оказался холодным и сладким.

Она была в гостиной роскошного дома, в котором ее брат Блейн жил со своей женой. Иден должна была родить в ближайшие дни, и все родственники, собравшиеся на вечеринку, пребывали в постоянном ожидании чуда.

Гостиная была украшена всеми оттенками розового в честь девочки, которая появится на свет совсем скоро. В этот прохладный ноябрьский день Ния выбрала розовое платье-свитер с длинными рукавами. Оно отлично сочеталось с коричневыми сапогами на плоской подошве и тонким кожаным ремнем на талии.

Ния отошла в сторону, размышляя о том, что из всех детей Вудсонов она единственная до сих пор не вступила в брак. Даже ее младший брат Майлз, который всегда избегал серьезных отношений, женился на прошлой неделе. Он и его жена певица Камбрия Хардинг-Вудсон сейчас наслаждались медовым месяцем на Мальдивах.

Ния была старшей, занимала должность генерального директора, в семье ее считали серьезной и организованной – той, у кого всегда все в полном порядке. И это касалось всех областей жизни: и бизнеса, и семейных дел.

До недавнего времени она не задумывалась о браке – работа была ее главной любовью и привязанностью. У нее не было времени на долгосрочные отношения. Все остальные члены семьи находили время для личной жизни, а она нет.

– Ты в порядке, сестренка?

Ния вернулась к реальности и кивнула сестре:

– Да, Тиган. Я в порядке. Просто витаю в облаках, как говаривала бабушка.

– Хм… – Младшая дочь из клана Вудсонов, казалось, не поверила старшей сестре. – Ну, если ты так считаешь… Возвращайся к остальным. Мы собираемся сыграть в одну игру.

– Иду!

Ния неохотно последовала за Тиган и села в кремовое кожаное кресло. Глядя, как кузина Иден, Эйнсли, несет поднос с детскими бутылочками, наполненными странной фиолетовой жидкостью. Ния поморщилась. Фу. Эти игры такие банальные!

Тиган хихикнула, взяв одну бутылочку с подноса.

– Если бы мама была здесь, она бы съела это.

– Ты права, – усмехнулся Гейдж, принимая бутылочку от своей жены. – Спасибо, Эйнс.

Эйнсли чмокнула Гейджа в лоб и пошла дальше с подносом.

– Когда мама вернется от тети Лори из Шарлотта? – спросил Блейн, одетый в розовую футболку с надписью «Будущий отец».

Ния пожала плечами:

– Я не знаю точно. Мама сказала, что вернется в город к гала-концерту.

Проведя рукой по своему большому животу, Иден заметила:

– Эдди прислала мне самую большую корзину с подарками, которую я когда-либо видела, а еще несколько очаровательных вещей для ребенка.

Иден выглядела такой милой в своем розовом цветочном платье с завышенной талией. В ее кудрях красовался венок из розовых роз.

– И я уверен, что это еще не все, – произнес Калеб, сидевший в кресле возле входа в столовую. – Эдди дрожит от волнения, когда рассуждает о своем первом внуке. Тот факт, что ее здесь нет, говорит о том, насколько она, должно быть, все еще зла на меня.

Ния вздохнула. Слова отца послужили напоминанием о разрыве между ее матерью и отцом и скандале, который стал его причиной. Перед отъездом из города Эдди постоянно требовала эмоциональной поддержки от старшей дочери, и хотя Ния скучала по матери, была все же рада небольшому перерыву.

Никогда не теряющая оптимизма Тиган сказала:

– Давай не будем застревать на этом, папа. Посмотрим, кто выиграет в этой игре.

Она подняла детскую бутылочку и встряхнула ее.

Ния взяла последнюю бутылочку с подноса и посмотрела на жидкость:

– Эйнсли, что здесь вообще налито?

Эйнсли рассмеялась:

– Это просто смесь клюквенного и виноградного сока.

Слегка успокоившись, Ния кивнула.

– Хорошо, вы все знаете, что делать! – Эйнсли подняла руку. – Посмотрим, кто быстрее прикончит бутылку. Никакого обмана, снимаем крышку или прокусываем дырку в соске. Ладно, бутылки вверх, ребята. На старт, внимание, марш!

Ния чувствовала себя нелепо, когда пила из детской бутылочки, но, поскольку на сегодняшней вечеринке все игры были одинаково глупыми, она не протестовала. Глядя на всех других взрослых, пьющих из своих бутылок, она расслабилась.

Через несколько мгновений Гейджу удалось опустошить бутылочку. Он так старался, что пластик треснул в его руках.

Эйнсли дала финальный свисток.

– Похоже, Гейдж – наш победитель!

– Победа за мной! – усмехнулся Гейдж, подняв пустую бутылочку над головой. – Никто в этой комнате не может похвастаться навыком питья из бутылки!

Блейн толкнул брата локтем, а Тиган чуть не упала со стула от смеха.

Вместо того чтобы слишком долго размышлять над словами Гейджа, Ния спросила сестру:

– Когда вернется Макс?

– Послезавтра! – Тиган расплылась в улыбке, вспомнив о своем муже Макстоне Маккойе. – Не могу дождаться!

Ния с трудом сдержала вздох – она была рада за сестру, однако радость эта имела оттенок… зависти?..

Спустя несколько часов Ния стояла у входной двери. Она уходила последней, хотя уже давно пресытилась игрой взрослых в детские забавы.

Иден держала ее за руку.

– Еще раз спасибо за кроватку. Очень нужный для нас подарок!

– Пожалуйста! Я увидела ее в магазине несколько дней назад и не смогла устоять. – Она сжала руку Иден: – Отдыхай, сестричка.

Блейн обнял жену за плечи.

– Не волнуйся, Ния. Я прослежу, чтобы она отдохнула.

– Да уж, не подкачай! – Ния хлопнула Блейна по плечу. – Я не хочу, чтобы Иден или ребенок подвергались стрессу.

– Да, мэм! – шутливо отсалютовал Блейн.

Выйдя на улицу, она подошла к своей машине.

Запустила двигатель, тронулась с места и влилась в поток машин.

Рассеянно просматривая свою ленту в социальных сетях, Пирс Гамильтон поерзал на жестком деревянном стуле. Он уже минут двадцать сидел в приемной больницы. Ему становилось скучно.

– Мама, как ты думаешь, они скоро тебя позовут?

Эверли, сидевшая рядом, кивнула:

– Я уверена, что скоро. Обычно они не отстают от графика.

Она провела рукой по своим коротким кудрям, слегка взъерошив их длинными красными ногтями. На ней были белая шелковая блузка с поясом, завязанным огромным бантом, твидовые брюки и ее любимые дизайнерские туфли на плоской подошве.

Эверли Гамильтон, выходя из дома, всегда выглядела так, будто собралась на показ мод. Глядя на нее, никто не догадался бы, что ей нездоровится.

– Расслабься, Пирс, – добавила Лондон, сестра-близнец Пирса. – Мы здесь давно не были. Кроме того, что может быть важнее здоровья мамы?

Пурпурные джинсы Лондон, футболка цвета фуксии и туфли-лодочки с леопардовым принтом полностью соответствовали ее смелому и взбалмошному характеру.

– Ничего, – проворчал он. – Думаю, я был бы более терпелив, если бы эти стулья не были такими жесткими. Это как сидеть на плоском камне.

Эверли рассмеялась:

– Ты прав. Я много раз жаловалась персоналу на эти стулья.

Пирс усмехнулся, обозревая зал ожидания. Его взгляд остановился на лице темнокожей женщины в противоположной стороне комнаты. Она без стеснения разглядывала его.

Лондон подтолкнула брата:

– Пирс, почему эта дама смотрит на тебя?

Он пожал плечами:

– Откуда мне знать?

Женщина встала и направилась в их сторону. Пирс заметил, что она сжимает в руке свернутый журнал. Остановившись в нескольких шагах от него, женщина спросила с сомнением в голосе:

– Вы Пирс Гамильтон?

Он кивнул:

– Это я. Мы знакомы, мисс?..

– Дежа. Меня зовут Дежа.

Она раскрыла журнал.

– Я увидела вас в этой статье, которую только что прочитала.

Пирс взглянул на фотографию из статьи о наиболее известных чернокожих бизнесменах Юга.

– О, ничего себе! Да, это я. Я и забыл об этой статье.

– Но вы совсем не изменились, – ухмыльнулась Дежа. – Мне кажется, на вас даже тот же костюм.

Лондон подавила смех.

Не обращая внимания на сестру, Пирс взглянул на свой ярко-синий костюм, который был сшит на заказ.

– Это один из моих любимых.

– Не хочу быть слишком наглой, но… – Дежа закусила губу. – Вы все еще не женаты?

В этот момент в холл вышла медсестра и позвала:

– Эверли Гамильтон?

Пирс откашлялся и добродушно улыбнулся.

– Я польщен, но боюсь, что мне нужно заняться мамой прямо сейчас. Вы меня извините?

Дежа кивнула и вернулась на свое место. Пирс и Лондон последовали за медсестрой, сопровождавшей их мать, в приемную клиники.

Вскоре все трое вошли в небольшую комнату для осмотра. Пирс и его сестра сели на два пустых стула в комнате.

Эверли сказала:

– Сынок, если ты будешь отказываться от каждого потенциального свидания, у меня никогда не будет внуков.

Пирс хотел закатить глаза, но знал, что на его мать это не подействует.

– О, ты продержалась целых пять минут, мама.

Эверли нахмурилась:

– Следите за своим тоном, молодой человек. Я просто поделилась мыслью.

Пирс посмотрел на Лондон. Та покачала головой, показывая, что не желает присоединяться к разговору.

– Я просто хочу, чтобы ты был счастлив, сынок, – настаивала Эверли. – Я хочу, чтобы вы оба испытали ту любовь, которая была у нас с вашим отцом.

Слезы навернулись на ее глаза, как это часто случалось, когда она говорила о покойном муже Филиппе.

Пирс почувствовал, как его сердце сжалось.

Дверь в смотровую распахнулась, и низкий голос вкрадчиво произнес:

– О, миссис Гамильтон, моя любимая пациентка!

Пирс наблюдал, как мать смахнула набежавшую слезу и изобразила радостную улыбку.

– Доктор Ричардсон, хитрый старый лис. Как вы?

Доктор Ричардсон, который последние пять лет был лечащим врачом Эверли, усмехнулся, садясь на табурет на колесиках.

– Я в порядке. Но меня беспокоят результаты ваших анализов.

Пирс напрягся:

– Что с мамой?

Лицо доктора Ричардсона, прежде радостное, стало серьезным.

– Я не очень доволен гемоглобином и холестерином, но они должны выровняться после изменения диеты. Что меня действительно беспокоит, так это ваша реакция на стресс-тест. Ваше сердце слабеет, Эверли.

Положив руку на грудь, она спросила:

– Что мне делать? Мне нужен новый рецепт или что-то в этом роде?

Доктор Ричардсон покачал головой:

– Я бы предпочел ничего не добавлять. Ваше кровяное давление повышено. На данный момент показатели не критичные, но мы должны следить, чтобы оно не стало выше.

Лондон выглядела совершенно растерянной.

– Если вы не хотите добавлять лекарства, что вы предлагаете?

– Эверли, вам нужно снизить уровень стресса. Значительно! – Доктор Ричардсон взглянул на листок, прикрепленный к его планшету. – Ваш организм просто не может выдерживать тот уровень напряжения, которое вы испытываете сейчас.

В наступившей тишине Пирс размышлял о словах доктора, надеясь, что мать прислушается к рекомендациям и делегирует ему хотя бы часть полномочий в «Гамильтон-Хаус».

Нахмурившись, Эверли коротко кивнула:

– Я постараюсь, доктор Ричардсон, признаю, что много работаю. Может, я возьму неделю отпуска.

Доктор Ричардсон улыбнулся:

– Это все, о чем я прошу!

Пирс сидел молча, пока доктор обсуждал с матерью ее лекарства и дозировки, а также давал советы по изменениям, которые ей следовало внести в рацион.

Он пытался сохранять спокойное выражение лица, хотя вел в душе воображаемый диалог с матерью, пытаясь убедить ее следовать советам врача. Эверли славилась упрямством. И он, и Лондон слышали сейчас советы доктора. Может быть, вдвоем они смогут убедить мать серьезнее отнестись к проблемам с сердцем.

Позже дома Пирс спросил:

– Что ты думаешь о предложениях доктора Ричардсона, мама?

Устроившись в своем любимом кресле, обитом розовым ситцем, Эверли проворчала:

– Ну же, Пирс. Я уже дважды прослушала лекцию. От доктора и от твоей сестры до того, как она уехала. Я не хочу выслушивать все это еще раз.

– Я не читаю лекции. Я просто пытаюсь понять, как ты себя чувствуешь.

– Я чувствую себя старой и усталой, – вздохнула Эверли. – Я прекрасно понимаю, что я не молоденькая попрыгушка, но я очень хочу жить.

Он подошел к креслу, в котором сидела его мать, и взял ее за руку.

– Мы с Лондон хотим, чтобы ты наслаждалась жизнью, вместо того, чтобы тратить свое время на работу и беспокойство о проблемах в офисе.

– «Гамильтон-Хаус» перешел ко мне от твоего отца. Я не допущу, чтобы его творение было растрачено впустую или чтобы им управляли не так, как следует, – отрезала Эверли.

Пирс кивнул, зная, что разговор окончен. Не было никакой возможности убедить мать изменить свое отношение к работе, по крайней мере, сейчас.

Глава 2

Налив себе кофе, Ния вошла в конференц-зал и направилась к столу. Утро вторника на удивление выдалось солнечным, и Ния чувствовала себя, как никогда, бодрой и энергичной, ей не терпелось приступить к работе. Она поставила бумажный стаканчик, сумочку и портфель на стол и отодвинула стул.

– Всем доброе утро!

Сотрудники, сидевшие за столом, ответили на ее приветствие.

Проверив время на телефоне, Ния сказала:

– Давайте начнем. Гейдж, можешь продолжать.

Поправив рукава своего темно-серого костюма, Гейдж встал.

– Всем доброе утро! Мой отчет из отдела эксплуатации будет довольно краток. Мы сократили количество предложений по новому зданию студии до трех компаний. Ния, у меня с собой эти три предложения, и я передам их тебе после встречи.

– Там есть чертежи? – спросила Ния.

Гейдж кивнул и с помощью пульта опустил проекционный экран.

– Да, полноразмерные чертежи. Мы сложили их вчетверо, чтобы они поместились в папках.

– Отлично! Мои глаза будут тебе благодарны.

Недавно Ния обнаружила, что ей нужны очки для чтения. В свои тридцать восемь она начала беспокоиться о здоровье глаз. Просмотрев краткий обзор трех предложений, Ния снова взяла слово:

– Спасибо, Гейдж. Тиша, какие новости из отдела финансов?

Тиша Льюис, давняя помощница Майлза, встала.

– Что ж, мисс Вудсон, Майлз утвердил бюджет на четвертый квартал перед отъездом в свой медовый месяц. Он также завершил проект бюджета на первый квартал, в котором предложил увеличить финансирование компании «404 Саунд».

Тиша передала Ние папку и включила презентацию с проектом бюджета.

– Спасибо, Тиша, я проверю цифры. Что-нибудь еще?

Покачав головой, Тиша вернулась на свое место.

Ния кивнула Тиган. Та встала и начала свой доклад:

– Мое предложение о программе стажировки для выпускников местных средних школ было согласовано и включено в предварительный бюджет на первый квартал. Сейчас я передаю его на твое окончательное одобрение.

Она протянула Ние блестящую фиолетовую папку.

– Дай-ка угадаю – от тебя никакой презентации?

– Презентации? Я лучше напишу побольше. – Тиган, садясь, передернула плечами.

Ния усмехнулась:

– Справедливо. Я не буду от тебя их требовать, поскольку твои документы обычно безупречны.

– Похоже, моя очередь, – объявил Блейн, встав со своего стула и откинув с лица длинные волосы. На нем были черные джинсы и черная футболка.

Ния улыбнулась:

– Мне нравится, что возвращение в семейный бизнес и нашу довольно сдержанную корпоративную атмосферу не заставило тебя отказаться от привычного дресс-кода.

Блейн усмехнулся:

– Ты меня знаешь. Кроме того, я слишком хорошо выгляжу в этой одежде, чтобы менять свой стиль. – Он прочистил горло. – Но вернемся к делу. В настоящее время я работаю с двумя новыми артистами, которые подписали контракт с нами в прошлом месяце, и я также рассматриваю небольшую компанию звукозаписи из Шривпорта, которую мы можем приобрести.

Он открыл собственную презентацию и дал краткую информацию о своих новых артистах, а также о компании звукозаписи, на которую положил глаз.

Ния улыбнулась:

– Я знала, что поступила правильно, создав отдел дочерних компаний и назначив тебя директором, Блейн. Ты проделал потрясающую работу.

– Рад, что ты признаешь мой успех, сестренка.

Подняв большой палец вверх, Блейн вернулся на место и передал ей бумаги.

Сложив все папки, Ния продолжила:

– На сегодня все. Увидимся снова на нашей последней встрече в этом году, которая состоится 5 декабря.

Все разошлись, за исключением Гейджа.

– Я готова изучить твои предложения, – сказала Ния, подходя к брату.

Подняв свой портфель, он ответил:

– Они здесь. Давай зайдем на минутку в твой кабинет.

«Что он собирается сказать?» – насторожилась Ния.

– Хорошо, давай.

Как только они оказались в ее кабинете, она жестом указала брату на стул возле своего стола.

– Хочешь рассказать мне, что случилось?

Гейдж откашлялся.

– Итак… Папа прислал меня сюда, чтобы кое-что тебе сказать. Но я собираюсь начать с небольшого личного сообщения.

– Поэтому он не пришел на собрание?

Присутствие Калеба не было обязательным, поскольку был почетным вице-президентом компании, но обычно он все равно присутствовал, чтобы быть в курсе всего, что происходит в «404».

– Да, я почти уверен, что именно поэтому.

Ния нахмурилась.

– Отец отправил тебя сюда вместо того, чтобы прийти самому? То есть ты должен в щадящем виде преподнести мне новости от него?

Гейдж издал нервный смешок.

– Подожди. В любом случае я просто хочу сказать, что супружеская жизнь прекрасна. Эйнсли и я безумно счастливы. Я уже говорил, что ей нравится ее новая работа в отделе кадров?

– Я в курсе. Я постоянно встречаю ее в здании, и мне, как генеральному директору, нравится, что она работает в отделе кадров. Эйнсли отлично подходит для этой работы.

Откинувшись на спинку стула, Ния сцепила руки за головой.

– Если ты закончил рассказывать мне то, что я и так знаю, можешь передать документы и просветить меня в отношении того, что папа сам не хотел мне рассказывать. Это так смешно! Папа слишком стар, чтобы заниматься такими вещами.

– Хорошо!

Гейдж открыл портфель и разложил бумаги на столе.

Глубоко вздохнув, он начал:

– У папы возникла блестящая идея создать что-то особенное для гала-концерта. Что-то, что, по его мнению, поможет ему вернуть расположение мамы.

Ния нахмурилась.

– Единственное, что действительно сработает, – это правда и готовность мамы принять эту правду, какой бы она ни была.

– Я согласен. Но ты же знаешь: раз уж папа решил, то уже не передумает.

– Люди говорят, что я унаследовала упрямство от него, – вздохнула Ния. – Что это за идея?

– Папа попросил меня сообщить тебе как можно меньше подробностей. Мне кажется, он думал, что твое любопытство может сыграть ему на руку. Это аудиовизуальный проект, который будет показан на проекционном экране во время гала-концерта.

– Это действительно все, что ты можешь мне сказать?

– Есть еще одна вещь. – Гейдж сделал паузу и нерешительно взглянул на нее. – Тебе придется поработать над этим с соответствующим специалистом, и папа уже все уладил.

– С Тиган? Она здесь технический специалист.

Гейдж медленно покачал головой:

– Нет. Это Пирс Гамильтон.

Ния оттолкнулась от стола и встала.

– Нет. Никогда. Я ни за что не буду работать с этим парнем.

– Папа сказал мне, что ты именно так и скажешь, но он уже…

– Пирс – эгоист. Он так самоуверен, что, скорее всего, я даже не смогу находиться с ним в одной комнате.

Гейдж откашлялся.

– Ну, об этом…

Включилось переговорное устройство на столе, и в кабинете раздался голос Алтеи, ассистентки Нии.

– Мисс Вудсон, Эверли и Пирс Гамильтон ждут вас в конференц-зале.

Ния уставилась на брата.

Гейдж развел руками:

– Поверь мне, я не имею никакого отношения к этому. Я всего лишь передаю тебе сообщение от нашего отца.

Нажав кнопку, Ния ответила:

– Скажи Гамильтонам, что я скоро буду.

Ние не понравилось, что ее застали врасплох, однако она была профессионалом и умела держать удар.

Пирс сидел рядом с матерью по правую сторону длинного полированного стола в конференц-зале «404 Саунд». Он совершенно не предполагал оказаться здесь сегодня.

Эверли обвела взглядом пространство.

– В последний раз, когда я была в этом помещении, настроение было совсем другим.

Он сразу понял, о чем она.

– Жаль, что ты не позволила мне и Лондон пойти с тобой в тот день для поддержки.

Эверли покачала головой:

– Для поддержки? Скорее для пущей драмы. Присутствие вас двоих здесь только усложнило бы ситуацию, а она уже была достаточно сложна. – Сложив руки на груди, она добавила: – Я прекрасно справилась сама.

– Справедливо.

Пирс снял черный пиджак и повесил его на спинку стула.

– И все же ты решила, что было бы неплохо поручить мне этот твой загадочный проект.

– У меня были свои причины оставить тебя дома в прошлый раз, а теперь у меня есть опять же свои причины просить тебя о помощи.

Пирс кивнул, но ничего не ответил.

Калеб Вудсон вошел в комнату и сел напротив них.

– Добрый день! Большое спасибо, что пришли.

– Все, что угодно, лишь бы сохранить наследие моего Филиппа, – ответила Эверли, кончиками пальцев коснувшись медальона на шее.

Пирс знал, что в этом золотом медальоне, усыпанном бриллиантами, находится свадебное фото его родителей.

Калеб улыбнулся.

– Я надеюсь, что этот проект принесет больше, чем просто положительный эффект.

Пирс погрузился в молчание, наблюдая за матерью и Вудсоном. Те явно что-то замышляли. Ему лишь оставалось выполнять их требования и стоически дожидаться развязки интриги.

Затем в комнату вошла Ния Вудсон, принеся с собой свежий аромат с нотками дыни и гардении. Пирс не мог удержаться от того, чтобы окинуть ее оценивающим взглядом. Уверенной походкой она прошла в комнату и, обойдя стол, села рядом с отцом. Она выглядела сдержанно и профессионально. Но ее красивое лицо было напряжено, что указывало на то, что она не в духе.

– Здравствуйте, миссис Гамильтон! – Ния остановилась и взглянула на него. – Привет, Пирс.

Ее сдержанный тон не ускользнул от его внимания. Он ответил подчеркнуто галантно:

– Всегда рад тебя видеть, Ния.

Она не ответила, вместо этого повернувшись к Калебу:

– Мне не терпится узнать, что происходит, папа.

– Да, хорошо. – Калеб встал. – Мы с Эверли пригласили вас сюда сегодня для обсуждения особенного проекта. Мы хотели бы, чтобы вы поработали вместе над созданием короткометражного ретроспективного фильма к юбилейному гала-концерту.

– Фильм расскажет полную историю компании от ее основания до настоящего времени, – добавила Эверли.

Пирс кивнул, теперь, когда понял, что происходит.

– И вы хотите, чтобы я работал над этим, потому что мой лучший друг – кинорежиссер.

– Верно. – Эверли коснулась его плеча. – И я знаю, что ты позаботишься о том, чтобы твой отец получил должные почести.

– Конечно.

То, чего ему не хватало в воспоминаниях об отце, мать компенсировала анекдотами и историями, которые она рассказывала за совместными обедами или когда они пересматривали фотоальбомы.

Ния снова заговорила:

– Это прекрасно. Но до гала-концерта осталось менее трех недель. Я надеюсь, что ваш друг-кинематографист тоже умеет творить чудеса.

Пирс усмехнулся.

– Известно, что он мастер своего дела.

– Хорошо. – Ния перевела взгляд на отца. – Я не понимаю, почему ты не обратился к Тиган. Такими делами занимается ее отдел.