Сияй

© Александр Дмитриевич Касагов, 2026

ISBN 978-5-0071-3220-6

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

СИЯЙ

если надо объяснять — то не надо объяснять

Содержание

1. Грохот тишины

2. Серое поле мака

3. Сказочная тюрьма

4. Сладкая свеча

5. Там, где горит свеча

6. Коридор пустых картин

7. Кладбище потухших свечей

— — Грохот тишины

Когда-то их мир был ярким, солнечным рассветом, разгоняющим туман сомнений. Они гуляли, как дети в раю, — смеялись, говорили о звёздах и о том, как до них дотянуться. В их глазах отражался свет заходящего солнца, а воздух вокруг был полон тепла и обещаний. Молчание было мягким — уютным пледом под зимней звездой.

Но время шло. Между ними начали расти стены — незаметные, но бескрайние.

Сначала — забытые взгляды. Потом — забытые слова. А потом — безмолвие, которое становилось всё тяжелее, сжимая сердца, как оковы. Город, когда-то пылавший красками, стал блеклым и серым. Будто туча поглотила солнце.

Чем больше они молчали, тем труднее было говорить. Их квартира превратилась в тюрьму — четыре стены, держащие их, как затворников, лишённых воздуха. Часы текли в тишине. В такой тишине, что она ревела громче любой бури. Сквозь этот рев они слышали только ритм собственного дыхания и эхо утерянных слов.

Они смотрели друг на друга — надзиратели и узники в одной камере. И не произносили ни слова. Потому что каждое слово стало болью.

В этой безмолвной, грохотной тишине родилась правда: их любовь умерла. Заживо утонула в собственной скорби.

В ночи под полную луну оставалась только грусть, отражённая в их глазах. Каждая стена, каждое прикосновение — прощание. А вокруг — тишина. Неслышимая, ужасающая, разрывающая покой на куски. Та тишина, что звучит громче любого крика. Потому что её невозможно услышать — она сразу въедается в сердце.

И вдруг они поняли: всё из-за молчания. Молчащие стены. Молчащие сердца.

Остался только тихий грохот внутри. Их нерушимая тишина.

— — Серое поле мака

Среди полей мака я заметил тебя, а в твоих глазах отражалось небо — такое же безмятежное и бесконечное, как наши мгновения. В тот день солнце светило так ярко, что казалось, весь мир остановился, чтобы запомнить наш век — мгновение счастья, короткое и дорогое. А ночь в твоих объятиях пролетала за миг — словно тень, растворяющаяся в тишине.

Первый дождь смыл краску с мака, оставив лишь блёклое напоминание. И я понял: даже самые яркие краски не вечны. Чувства могут исчезнуть за один миг, оставив после себя пустоту.

Но я всё равно помню тот день и твои глаза — отражение неба, которое больше никогда не будет таким же. В тот дождь я потерял тебя и себя. Наши образы исчезли в каплях, что смывали краски с мака.

Не видел слёз твоих, пока не увидел в своих отражение серого неба — ту бездну, что осталась внутри. В этом сером небе я узрел свою пустоту и понял: потерял не только тебя, но и часть себя.

Осталась лишь тень того солнечного дня и воспоминания о том, как мы были близки к вечности — хотя бы на мгновение.

— — Сказочная тюрьма

Не помню, сколько я тут.

Не помню, как я здесь очутился.

Помню только, что сам себя сюда посадил,

сам одел эти наручники

и закрыл свою клетку.

Я помню, как жил.

Я был энергичен и весел,

как на американских горках —

поднимаясь к вершинам и смеясь на спусках.

Много было эмоций — и страшных, и радостных.

Мир казался ярким и понятным,

но густые рамки

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.