Спасти мир и скоммуниздить огнедышку

ЛОГВИНОВ АЛЕКСАНДР

СПАСТИ МИР И СКОММУНИЗДИТЬ ОГНЕДЫШКУ

Юмористическое детективное фэнтези

Книга седьмая

Пролог

Ограбление, совершённое за несколько миллионов лет до появления собственности

Первого дракона украли в четверг.

Четвергов тогда ещё не существовало, поэтому преступление обнаружили значительно позже.

Не было также календаря, уголовного кодекса и специально обученного человека, который мог бы строго спросить:

— Где вы находились между сотворением мира и первым извержением вулкана?

Зато уже существовали подозреваемые.

Их было пятеро.

Первым был мужчина в помятом костюме, представившийся Эрастом Акакиевичем Кунилиным. Он утверждал, что не крал дракона, поскольку вообще не знал о его существовании.

Вторым был Тарас Ананиевич Тюлькин. Он заявил, что не совершал ничего противозаконного, а найденное при нём драконье яйцо приобрёл со скидкой у неизвестного пресмыкающегося.

Третьим оказался человек в сером пальто с большим количеством карманов. Он назвался Мегрэ Артуровичем Пуароновым и потребовал не трогать следы.

Следов вокруг не было. Земля ещё не успела затвердеть.

Четвёртым подозреваемым считался московский инкассатор Константин Сергеевич Броневиков. Он стоял возле бронированного автомобиля, наполовину погрузившегося в первозданную глину, и настаивал, что действует согласно маршруту.

Маршрут пролегал из Москвы в Москву и не предусматривал остановки за восемьдесят миллионов лет до открытия первого банковского счёта.

Пятой была огнедышка.

Она сидела на крыше броневика, жевала служебную инструкцию и делала вид, будто присутствует здесь совершенно случайно.

— Начнём с главного, — произнёс Пуаронов. — Кто видел момент похищения?

Все посмотрели на Тараса.

— Почему сразу я?

— Потому что у вас из кармана торчит хвост вещественного доказательства.

Тарас заглянул в карман. Хвост исчез. Из другого кармана показалась маленькая рогатая голова, чихнула пламенем и подпалила ему воротник.

— Это не доказательство, — сказал Тарас, прихлопывая огонь. — Это знакомство.

Огнедышка спрыгнула на землю, подошла к большому камню и вывела на нём когтем:

«МЕНЯ НЕ КРАЛИ».

Подумала и дописала:

«Я САМА ИХ СКОММУНИЗДИЛА».

Мегрэ Артурович снял шляпу.

— Господа, наше дело стало значительно хуже.

— Почему? — спросил Эраст.

— Потому что главная потерпевшая только что призналась в похищении подозреваемых.

Вдалеке загремело. По небу, которого ещё не было, прошла огненная трещина. Из неё показались тысячи драконов.

Они летели из будущего, чтобы убить единственную прародительницу своего вида.

Огнедышка посмотрела на Эраста.

— Только не говори, что нам опять нужно спасать мир, — попросил он.

Она открыла пасть и выдохнула аккуратное огненное слово:

«ДВА».

— Что два?

Рядом с первым миром начал рушиться второй.

Тарас снял обгоревший пиджак.

— Хорошая новость, Эраст. В названии книги сказано про один мир. За второй нам должны доплатить.

За несколько дней до этого всё было почти нормально.

Именно поэтому никто не насторожился.

Часть первая

Высшее образование низшей опасности

Глава первая

Университет, который окончили не все эпохи

Письмо из Воронежа пришло утром.

Оно лежало на кухонном столе между сахарницей и предупреждением Маргариты Всеволодовны о том, что мужчина после сорока обязан носить шарф, даже если находится дома.

На конверте было написано: «Эрасту Акакиевичу Кунилину. Лично. Срочно. До позавчера».

— Уже опоздали, — обрадовался Эраст.

— Не факт, — сказала Вера. — В прошлый раз письмо пришло через триста лет после отправления, а отвечать пришлось немедленно.

Обратный адрес занимал четыре строки: «Российская Федерация, город Воронеж, Воронежский государственный технический университет, лаборатория прикладной хронодинамики, дверь, которой вчера ещё не было».

— ВГТУ, — прочитал Тарас. — Серьёзное учреждение. Там умеют сокращать четыре слова до четырёх букв. Значит, и с пространством справятся.

Мегрэ Артурович Пуаронов вскрыл конверт пинцетом. Внутри находилось приглашение опознать принадлежащий Эрасту предмет, поступивший из прошлого. Согласно записке, Эраст должен был потерять этот предмет послезавтра и потому обязан был взять его с собой.

Из конверта выпала чёрная чешуйка размером с монету.

— Драконья, — сказал Эраст.

— Не совсем, — возразил Пуаронов. — Она принадлежит существу, которое драконом ещё не стало.

На поверхности чешуйки проступили слова: «НЕ ДАЙТЕ МНЕ РОДИТЬСЯ».

— Поезд через сорок минут, — сообщил Тарас.

— Откуда ты знаешь?

— Купил билеты вчера. Они были дешёвые.

Мегрэ Артурович убрал лупу.

— Значит, преступление уже началось.

Глава вторая

Билет в один конец с возможностью пересадки в мезозой

В поезде Тарас немедленно занял нижнюю полку, верхнюю полку и нравственное превосходство.

Пуаронов разложил на столике письмо, чешуйку и третий билет, на котором вместо станции назначения значилось: «Немножко до драконов».

Проводница проверила документы и спросила:

— Чай, кофе, конец цивилизации?

— Три чая, — сказал Тарас. — Конец цивилизации у нас с собой.

За окном появился огромный летающий силуэт. Он несколько секунд шёл рядом с поездом, а затем исчез, оставив на стекле подпаленную надпись: «НЕ ВЕРЬТЕ ПРОФЕССОРУ».

Дверь купе открылась. На пороге стоял высокий худой мужчина в очках и с портфелем, перевязанным электрическим проводом.

— Профессор Хронопятов, Воронежский государственный технический университет. Рад, что вы получили приглашение.

Все посмотрели на надпись.

— Это не про меня, — сказал профессор. — У нас тридцать семь профессоров.

— Сколько занимается драконами? — спросил Пуаронов.

— Официально ни одного. Неофициально тридцать шесть. Один занимается отчётностью.

Глава третья

Лаборатория, на которую не выделяли финансирования

ВГТУ встретил их кирпичными стенами и вахтёром, который не пропускал прошлое без документа, удостоверяющего эпоху.

Лаборатория находилась за дверью с табличкой: «КАФЕДРА ТЕХНИЧЕСКИХ СИСТЕМ, КОТОРЫЕ ЛУЧШЕ НЕ ВКЛЮЧАТЬ».

Внутри стояла установка из медных колец, кабелей и старого лабораторного стола. На экране светилась надпись: «До первого дракона осталось 2 дня 14 часов 08 минут».

Рядом лежало большое серое яйцо.

— Вот предмет, — сказал профессор.

— Но это яйцо.

— Пока да. Потом неприятность.

Тарас постучал по скорлупе. Изнутри постучали в ответ. На яйце возникли слова: «ТАРАС ДОЛЖЕН ДЕНЬГИ».

— Не моё, — быстро сказал он.

За стеной завыла сигнализация.

— Рано, — заметил Хронопятов.

— Что именно?

— Ограбление.

Глава четвёртая

Инкассаторы прибывают раньше денег

Во двор университета въехал московский бронированный автомобиль. Из машины вышли старший бригады Константин Сергеевич Броневиков, водитель Семён Аркадьевич Наличных и инкассатор Ирина Павловна Пломбина.

Их маршрут начинался у московского хранилища, сворачивал в тысяча девятьсот восемьдесят седьмой год и заканчивался возле лабораторного яйца.

В броневике находились семь сумок, адресованных «ПЕРВОМУ ВЛАДЕЛЬЦУ ДРАКОНА».

Яйцо раскололось. На пол выпало красное существо с прозрачными крыльями. Оно чихнуло, подожгло скорлупу и забралось в броневик.

Все семь сумок исчезли.

— Груз утрачен, — сказала Ирина Павловна.

— Он переместился в дракона, — возразил Тарас.

Огнедышка икнула расплавленной пломбой.

Экран сообщил: «ВРЕМЯ ПРОИСШЕСТВИЯ ОТМЕНЕНО».

Пол исчез. Лаборатория, люди и бронированный автомобиль провалились назад во времени.

Глава пятая

Время драконов и немножко до драконов

Броневик упал на землю, которая ещё не вполне решила стать землёй. По небу плавали существа, не определившиеся, будут они птицами или облаками.

— Мы попали в додраконовую эпоху, — сказал профессор.

Красная огнедышка взобралась на капот и издала первый в истории драконий рёв. Он получился писклявым и закончился икотой.

Под землёй ответили тысячи голосов.

На холме появились воины в каменных доспехах. Их возглавлял хранитель времени Архивулкан Первый.

— Вы похитили Священную Огнедышку!

— Она сама к нам залезла! — ответил Тарас.

— Тогда вы похитили её доверие!

Пуаронов спросил, когда произошло преступление.

— Завтра, — ответил Архивулкан.

— Значит, задерживать нас сегодня рано.

Воины согласились подождать.

Земля стала прозрачной. Глубоко внизу спали тысячи нерождённых драконов, а между ними стояла лаборатория ВГТУ, заброшенная за миллионы лет до своего строительства.

— Наша лаборатория ещё не построена, — прошептал Хронопятов.

— Зато уже заброшена, — сказал Тарас. — Всё по графику.

Глава шестая

Первый протокол последнего происшествия

Инкассаторы начали составлять протокол на единственном бланке. Местом происшествия указали «Не установлено», временем — «Отсутствует», похищенным имуществом — семь сумок и одну огнедышку.

Пуаронов осмотрел пломбу и синюю нить от сумки.

— Пломба расплавлена снаружи, но нить разрезана холодным предметом. Огонь использовали, чтобы скрыть вскрытие.

Огнедышка написала мелом на капоте: «ВЫ ЗАДАЁТЕ НЕ ТЕ ВОПРОСЫ».

— Кто попросил тебя залезть в броневик? — спросил сыщик.

Она ответила: «БУДУЩИЙ ЭРАСТ».

Из красного чайника Пуаронова появилась записка, написанная рукой Кунилина: «Не расследуйте похищение. Если найдёте виновного, драконы никогда не появятся. P. S. Тарасу деньги не давать».

— Теперь у нас есть подозреваемый, — сказал Пуаронов. — Вы. Только старше, опытнее и, вероятно, ещё более уставший.

Глава седьмая

Дорога в город, которого пока нет

До подземной лаборатории отправились на броневике. Огнедышка написала на стекле своё имя: Горислава.

За горизонтом вырос город из чёрного камня. У ворот работал банкомат, отвечавший каменным людям: «НЕДОСТАТОЧНО ИСТОРИИ НА СЧЁТЕ».

Над входом висела надпись: «ПЕРВАЯ ИМПЕРИЯ. ОСНОВАНА ЗА ТРИ МИЛЛИОНА ЛЕТ ДО СОБСТВЕННОГО ОСНОВАНИЯ».

Архивулкан уже ждал героев у ворот, хотя другой Архивулкан всё ещё ехал позади.

В городе стоял памятник Эрасту, Тарасу, Пуаронову и взрослой драконице. На постаменте было высечено: «ОНИ СПАСЛИ МИР, УКРАВ ТО, ЧТО НИКОМУ НЕ ПРИНАДЛЕЖАЛО».

Пуаронов постучал по камню. Изнутри ответили семь раз — по числу пропавших сумок.

— Деньги здесь, — сказал Тарас.

— Нет, — возразил Пуаронов. — Здесь стучит тот, кто их украл.

Статуя открыла глаза.

И весь город одновременно повернулся к героям.

Глава восьмая

Памятник, которому не понравились оригиналы

Каменный Эраст первым сошёл с постамента.

Он поставил ногу на мостовую, размял плечи и посмотрел на настоящего Эраста с неудовольствием художника, которому показали неудачный эскиз.

— Я выше, — сказал каменный двойник.

— Ты на постаменте стоял.

— И увереннее.

— Ты из гранита.

— Это не оправдание.

Каменный Тарас спрыгнул следом и сразу проверил карманы живого Тараса. Тот проверил его карманы в ответ. Оба остались недовольны результатом и заподозрили друг друга в сокрытии имущества.

Памятник Пуаронову не двигался. Он наблюдал.

— Почему ваша копия стоит? — спросил Эраст.

— Потому что хороший сыщик сначала позволяет подозреваемым совершить ошибку, — ответили одновременно живой и каменный Пуароновы.

Они посмотрели друг на друга.

Живой достал лупу. Каменный поднял каменную лупу, в которой ничего нельзя было рассмотреть, зато всё выглядело виноватым.

Из груди статуи Гориславы снова постучали.

Ирина Павловна Пломбина приложила ухо к камню.

— Семь коротких ударов, пауза, три длинных.

— Сигнал? — спросил Броневиков.

— Инкассаторский код аварийного вскрытия.

— Откуда вор знает код?

— Либо он инкассатор, либо слушал инструктаж.

Все посмотрели на Тараса.

— Я на инструктаже спал, — возразил он.

— Это алиби, — признал Пуаронов. — Слабое, но характерное.

Горислава приблизилась к каменной драконице. Та наклонила голову. Между их носами пробежала искра.

По статуе пошла трещина.

— Отойти! — скомандовал Броневиков.

Каменная грудь раскрылась. Внутри не было ни сумок, ни денег, ни вора.

Там находилась дверь.

На двери висела табличка ВГТУ: «АУДИТОРИЯ 404. ВХОД ВО ВРЕМЯ ЗАНЯТИЙ ЗАПРЕЩЁН».

— Аудитории с таким номером у нас нет, — сказал Хронопятов.

— Ошибка? — спросил Эраст.

— Нет. Номер зарезервирован для помещений, которые не найдены.

Каменный Пуаронов впервые шевельнулся.

— Не открывайте, — предупредил он.

Живой Пуаронов взялся за ручку.

— Почему?

— Потому что я уже открыл.

Дверь распахнулась сама.

За ней шёл экзамен.

Глава девятая

Экзамен по дисциплине, которой ещё не существовало

В аудитории сидели тридцать студентов.

Одни были людьми. Другие имели крылья, хвосты или по две головы, причём вторая голова обычно подсказывала неправильно. За кафедрой стояла пожилая женщина в строгом костюме и держала журнал толщиной с государственную тайну.

— Опоздали, — сказала она.

— Мы не студенты, — ответил Эраст.

— Это выясняется после экзамена.

На доске было написано: «ТЕОРИЯ ПЕРВИЧНОГО ПРИСВОЕНИЯ ДРАКОНОВ».

Ниже стоял вопрос: «Если дракон никому не принадлежит, кто обязан отвечать за причинённый им ущерб?»

Тарас поднял руку.

— Тот, у кого есть деньги.

Преподавательница поставила в журнал пятёрку.

— Единственный практический ответ за последние три эпохи.

Ирина Павловна предъявила удостоверение.

— Мы ищем семь служебных сумок.

— В аудитории запрещено пользоваться сумками, подсказками и будущим.

— А прошлым?

— Прошлое разрешено. Им всё равно никто не пользуется правильно.

Пуаронов прошёл между рядами. У каждого студента лежал лист с одинаковым заданием, но ответы появлялись раньше вопросов.

В последнем ряду сидел Архивулкан. На этот раз молодой, без седины и посоха. Он старательно выводил: «Первый дракон должен принадлежать Империи».

— Вы знакомы с этим человеком? — спросил Пуаронов профессора.

— В нашем времени нет.

— А в вашем университете?

Хронопятов присмотрелся.

— Это Аркадий Вулканович Архивов. Он учился у нас двадцать лет назад. Его отчислили.

— За неуспеваемость?

— За слишком раннюю успеваемость. Он сдавал экзамены до объявления программы и требовал диплом до поступления.

Молодой Архивов услышал фамилию, схватил лист и бросился к двери в конце аудитории.

Броневиков преградил дорогу.

Студент вынул из кармана маленькое зеркало.

В зеркале отразился старый Архивулкан с посохом. Отражение протянуло руку наружу, схватило Броневикова за ворот и отодвинуло его вместе с частью настоящего.

Архивов исчез за дверью.

На его столе остался разрезанный кусочек синей нити.

— Вот кто вскрыл сумки, — сказала Пломбина.

— Возможно, — ответил Пуаронов. — Но нить подбросил человек, желавший, чтобы мы так решили.

— Откуда вы знаете?

— Она лежит слишком удобно. Настоящая улика всегда прячется. Поддельная старается попасть в протокол.

Преподавательница закрыла журнал.

— Время вышло. Сдавайте работы и одного дракона.

Горислава прижалась к ноге Эраста.

Все двери аудитории исчезли.

Глава десятая

Пересдача с применением бронированного транспорта

— На каком основании вы требуете дракона? — спросил Эраст.

Преподавательница раскрыла журнал.

На первой странице стояла печать Воронежского государственного технического университета. На второй — герб Первой Империи. На третьей была фотография Эраста с подписью: «Сдал дракона добровольно».

— Я этого не делал.

— Пока.

— Тогда фотография поддельная.

— Фотографии не лгут.

Пуаронов наклонился к снимку.

— Лгут люди, выбирающие момент съёмки. У человека на фотографии четыре пальца.

Эраст пересчитал свои.

— У меня пять.

— Именно поэтому вам пока нельзя доверять.

Тарас подошёл к стене и постучал по ней.

— За стеной броневик.

— Откуда знаешь?

— Он работает. Московский двигатель слышно даже в доисторической эпохе. В нём особая тоска по пробкам.

Семён Наличных прислушался.

— Наш. Холостой ход немного завышен.

Он достал ключ зажигания и нажал кнопку.

Снаружи взревел двигатель. Стена задрожала. Из неё осторожно показался передний бампер, будто автомобиль сначала хотел убедиться, что въезд разрешён.

— Семён, — сказал Броневиков, — это несущая стена.

— Уже нет.

Броневик въехал в аудиторию. Студенты отодвинули парты, не прекращая писать экзамен. Две головы одного из них одновременно попросили подвезти до следующего века.

— Всем в машину! — приказала Пломбина.

Горислава прыгнула внутрь первой.

Преподавательница подняла журнал. Страницы вылетели и превратились в чёрных птиц. Они облепили двери, окна и радиаторную решётку.

— Задержать должников истории!

Тарас выглянул из люка.

— А срок исковой давности у вас есть?

Птицы замерли.

Преподавательница растерялась.

— Срок ещё не изобретён.

— Тогда изобретайте. Мы подождём в другом месте.

Наличных включил передачу. Машина пробила доску, пересекла нарисованную мелом схему эволюции и выехала через формулу, которая вела наружу.

Через минуту броневик мчался по улицам Первой Империи.

Позади росло число Архивулканов.

Их стало семеро.

Каждый держал по инкассаторской сумке.

— Груз обнаружен, — сказала Пломбина.

— Нет, — возразил Пуаронов. — Обнаружены его изображения.

— Почему изображения?

— Настоящие сумки тяжёлые. Эти Архивулканы бегут слишком весело.

Глава одиннадцатая

Семь сумок без единой копейки

Броневик остановился у здания, напоминавшего одновременно банк, крепость и деканат перед сессией.

Над входом было выбито: «ХРАНИЛИЩЕ НЕСЛУЧИВШИХСЯ ЦЕННОСТЕЙ».

— Наш груз там, — сказала Ирина Павловна.

— Прибор показывает другое, — возразил Хронопятов.

— Что?

Профессор повернул экран. Стрелка указывала на Гориславу.

— Все семь сумок находятся внутри неё.

Огнедышка возмущённо фыркнула и выпустила маленькое облако дыма в форме вопросительного знака.

— Она не могла их проглотить, — сказал Эраст. — Сумки больше неё.

— Внутренний объём дракона не обязан соответствовать внешнему, — пояснил профессор. — Иначе взрослые драконы никогда не смогли бы съедать столько рыцарей.

Броневиков открыл переносной сканер. Прибор подтвердил наличие семи пломб, но не обнаружил денег.

— Сумки внутри. Груза нет.

Тарас посмотрел на Гориславу с уважением.

— Молодая, а уже умеет отделять тару от содержимого.

Пуаронов положил перед драконицей три предмета: пломбу, синюю нить и чёрную чешуйку из письма.

— Что из этого принадлежит тебе?

Горислава коснулась чешуйки.

Она потемнела, выросла и превратилась в старую обгоревшую пластину.

— Это чешуя взрослого дракона, — сказал Эраст.

— Её взрослая чешуя, — уточнил Пуаронов. — Присланная ею самой из будущего.

Горислава кивнула.

— Зачем ты просила не дать тебе родиться?

Она написала когтем на пыльном крыле машины:

«ПОТОМУ ЧТО Я УЖЕ РОДИЛАСЬ».

— Убедительно, — сказал Тарас. — Второй раз действительно лишний.

Драконица продолжила:

«Я НЕ ПЕРВАЯ».

Профессор побледнел.

— Установка зарегистрировала её как первого дракона.

— Установка зарегистрировала первого предъявленного дракона, — сказал Пуаронов. — Чиновник и прибор отличаются только наличием кнопки отключения.

На крыше хранилища возник огромный силуэт. Чёрная драконица расправила крылья. На её груди отсутствовала одна чешуя.

Она была взрослой Гориславой.

Маленькая огнедышка смотрела на неё снизу.

Две версии одного существа одновременно зарычали.

Между ними лопнуло время.

Глава двенадцатая

Дракон, который пришёл забрать себя

Взрослая Горислава спустилась с крыши. От каждого взмаха её крыльев дома становились старше на сто лет, а потом снова молодели, потому что город не имел разрешения на реконструкцию.

— Отдайте детёныша, — сказала она.

Это были первые человеческие слова, произнесённые драконом. Они прозвучали торжественно, низко и немного обиженно.

— Вы хотите забрать себя? — спросил Эраст.

— Я хочу исправить ошибку.

— Какую?

— Своё рождение.

Маленькая Горислава спряталась под сиденьем броневика.

— Она с вами не согласна, — заметил Тарас.

— В молодости я часто ошибалась.

— А сейчас?

— Сейчас я ошибаюсь обоснованно.

Пуаронов не смотрел на дракониц. Его интересовала тень взрослой Гориславы. Она падала не назад и не вперёд, а внутрь хранилища.

— Вы пришли не за собой, — сказал он. — Вы пришли за содержимым сумок.

Драконица выпустила струю огня. Пламя обогнуло Пуаронова, потому что он заранее встал там, где его не должно было быть.

— Там находились не деньги, — продолжил сыщик. — Что перевозили московские инкассаторы?

Броневиков посмотрел на Ирину Павловну.

Она молчала.

— Пришло время снять ограничение, — решил старший бригады.

Пломбина достала из внутреннего кармана маршрутный лист.

— Мы перевозили семь первоначальных ценностей.

— Каких именно?

— Доверие, меру, обещание, память, имя, право выбора и стоимость.

Тарас пересчитал на пальцах.

— Денег действительно нет.

— Деньги появляются, когда люди договариваются о стоимости, — сказала Пломбина. — Сумки должны были доставить эти понятия в момент возникновения первого обмена.

— Но маршрут изменили, — понял Эраст. — Груз отправили к первому владельцу дракона.

— Без этих семи ценностей собственность превращается в захват, — сказал Пуаронов. — Архивулкан строит империю, где всё принадлежит тому, кто первым объявил себя хозяином.

Взрослая Горислава ударила хвостом по земле.

— Если ценности вернут людям, начнётся эпоха драконов.

— Почему?

— Потому что люди обменяют свободу на защиту. Драконы станут их оружием. Через тысячу лет мы сожжём половину миров.

— А если не вернуть?

— Люди сожгут их сами. Чуть медленнее и с большим количеством документов.

Эраст вздохнул.

— То есть хорошего варианта нет.

— Есть, — сказал Пуаронов. — Поэтому его тщательно скрывают.

Глава тринадцатая

Московское хранилище в доисторическом филиале

Дверь хранилища открывалась банковской картой.

Банковских карт ещё не существовало.

Тарас предложил свою скидочную карту магазина строительных материалов. Замок подумал, списал триста бонусов и пропустил их внутрь.

— Работает, — гордо сказал Тарас.

— У вас оставалось триста бонусов? — удивился Эраст.

— Теперь нет. Спасение мира постоянно разоряет.

В хранилище стояли пустые ячейки. На дверцах были написаны имена людей, которые ещё не родились. Ячейка Эраста оказалась открыта. Внутри лежал конверт с надписью: «НЕ ЧИТАТЬ ДО ГЛАВЫ ДВЕСТИ СЕМЬДЕСЯТ ВОСЬМОЙ».

Эраст потянулся к нему.

Пуаронов ударил его по руке линейкой.

— Почему нельзя?

— Потому что человек, написавший предупреждение, знал номер главы. Значит, он имеет доступ к рукописи.

— У нас уже был Последний Читатель.

— Читатель знает написанное. Этот знает ненаписанное.

Из глубины хранилища донёсся скрежет.

По полу двигались семь теней. Каждая тащила нечто невидимое. Тени приблизились к Гориславе и вошли в неё.

Драконица икнула. Рядом возникли семь сумок.

Все пломбы были целы.

Пломбина проверила номера.

— Это наш груз.

— Открывать нельзя, — сказал Броневиков.

— Почему?

— Получатель не установлен.

С потолка раздался голос Архивулкана:

— Получатель установлен. Первая Империя.

Стены хранилища превратились в зеркала. В каждом отражался отдельный Архивулкан: молодой, старый, каменный, крылатый, бородатый и один совсем маленький, но уже с печатью.

— Вас сколько? — спросил Тарас.

— Большинство.

— Из кого?

— Из себя.

Архивулканы протянули руки к сумкам.

Пуаронов закрыл глаза.

— Не двигайтесь.

— Почему?

— Среди отражений нет нашего.