Спасти мир и всё-таки жениться

— Вы погибнете через шесть дней.

— Опять?

— На этот раз окончательно.

— В прошлый раз тоже обещали.

— Вас убьёт король Тарас.

— Я уже победил его.

— Нет. Он вас пожалел.

Тарас повернулся к двойнику.

Король стоял возле корабля.

— Правда?

— Да.

— Обидно.

— Хотите повторить?

— Потом.

— Не будет потом.

— Тогда тем более потом.

Верховный Согласователь поднял папку.

Из неё вырвались чёрные нити.

Они отличались от серебряных нитей прежней системы. Те заставляли человека выбрать правильное.

Чёрные просто забирали варианты.

Тарас хотел вытащить меч — и забыл, зачем.

Мира собиралась бросить камень — но обнаружила, что никогда не поднимала его.

Вера шагнула к Эрасту — и осталась на месте, потому что в этой версии решила не вмешиваться.

Белые исполнители взяли его под руки.

— Он не управляет решениями, — понял Серафим. — Удаляет события после того, как они произошли.

— Точнее, до того, как вы успеваете их запомнить, — сказал старый Эраст.

Козёл бросился к папке.

Верховный Согласователь отвёл её.

— Не ешьте.

— Почему?

— Опасно.

— Тогда вкусно.

Ардеина схватила козла хвостом.

— Не сейчас.

— А когда?

— После спасения мужа.

Козёл оглянулся:

— Я муж.

— Привыкай.

Белая дверь закрылась за Эрастом.

Он оказался в комнате без стен.

В центре стоял стол.

На столе — две папки.

ЖИЗНЬ ДО ВЕРЫ.

ЖИЗНЬ ПОСЛЕ ВЕРЫ.

Старый Эраст вошёл следом.

— Выберите.

— Что?

— Одну жизнь.

— Зачем?

— Чтобы определить момент, в котором вас следует удалить.

— Я не буду выбирать.

— Тогда начнём с первой.

Старик открыл папку «Жизнь до Веры».

Перед ними появились годы.

Детство.

Учёба.

Работа.

Одиночество, которое Эраст называл порядком.

— Если удалить встречу с Верой, — сказал Верховный Согласователь, — вы не создадите правило о доброй воле. Не освободите первую систему. Не откроете дорогу к свадьбе.

— А миры?

— Часть погибнет.

— Сколько?

— Два.

— Какие?

— Восьмой и Девятый.

— Неприемлемо.

— Тогда вторая папка.

Он открыл «Жизнь после Веры».

Сцены пронеслись быстрее.

Межа.

Архив.

Город без ошибок.

Кафе.

Нулевой День.

Свадьба.

Смерть Веры.

— Если удалить вас за минуту до церемонии, миры сохранятся. Вера выживет.

— А кто займёт моё место?

— Я.

— И женитесь на ней?

Старик молчал.

— Вы пришли не устранить ошибку, — понял Эраст. — Вы хотите прожить мою жизнь заново.

— Я хочу сделать правильно.

— То есть иначе.

— Да.

— Вы вернёте Веру.

— Да.

— Но для неё вы будете человеком на сорок лет старше.

— Я стану моложе.

— И не расскажете?

— Это не имеет значения.

— Для вас.

Старик отвернулся.

— Она выбрала меня.

— Тогда. До того как погибла.

— А сейчас?

— Сейчас она не знает, кем вы стали.

В комнате появилась Вера.

Не настоящая.

Воспоминание старого Эраста.

Молодая, без седой пряди.

— Эраст, — сказала она. — Вы опоздали.

— Я вернулся.

— Зачем?

— Исправить.

— Меня?

— Решение.

— Моё?

— Да.

Воспоминание улыбнулось:

— Тогда вы вернулись не ко мне.

Старик закрыл папку.

Женщина исчезла.

— Она никогда этого не говорила, — произнёс он.

— Но могла.

— Поэтому неправильные варианты опасны.

— Поэтому вы их боитесь.

Верховный Согласователь подошёл ближе:

— Вы ещё не теряли её.

— Не терял.

— И считаете себя сильнее.

— Нет.

— Когда она умрёт у вас на руках, все ваши рассуждения закончатся.

— Возможно.

— Тогда зачем сопротивляетесь?

Эраст посмотрел на две папки.

— Потому что вы не пытаетесь спасти Веру.

— Что?

— Вы пытаетесь спасти себя от человека, которым стали после её смерти.

Старик ударил его.

Эраст упал.

На губе появилась кровь.

— Наконец-то, — сказал он, поднимаясь, — поступок без предварительного расчёта.

Верховный Согласователь посмотрел на собственный кулак.

Чёрная нить появилась над рукой.

Попыталась удалить удар.

Старик остановил её.

— Оставьте, — сказал Эраст. — Вам полезно помнить.

Глава 43

Спасательная операция без спасаемого

После ареста Эраста руководство перешло к Тарасу.

Это решение никто не принимал.

Просто остальные успели отойти.

— Значит, план такой, — сказал он. — Врываемся во вневременную тюрьму, освобождаем Эраста и возвращаемся.

— Как туда попасть? — спросила Мира.

— Через дверь.

— Где дверь?

— Найдём.

— Как?

— Откроем все.

Директор покачал головой:

— Вы не можете вскрывать помещения института.

— Эраста похитили.

— У него есть пропуск?

— В тюрьму?

— На выход с рабочего места.

Маргарита Петровна достала журнал.

— Кунилин не оформил отсутствие.

— Значит, он по-прежнему числится в кабинете? — спросила Вера.

— Да.

— Тогда можно найти его через табель.

— Теоретически.

Они поднялись в отдел кадров.

Табель висел на стене.

Напротив фамилии Кунилина стояло:

ПРИСУТСТВУЕТ.

МЕСТО НАХОЖДЕНИЯ: НЕ ОПРЕДЕЛЕНО.

— Нужна отметка времени, — сказал Серафим.

Козёл откусил слово «не».

Надпись изменилась:

МЕСТО НАХОЖДЕНИЯ: ОПРЕДЕЛЕНО.

На стене появилась стрелка.

Она указывала на шкаф с личными делами.

Тарас открыл его.

Внутри находилась комната без стен.

Эраст стоял за столом напротив своей старой версии.

— Нашли, — сказал Тарас.

— Как? — спросили оба Эраста одновременно.

— По табелю.

Настоящий Эраст кивнул:

— Разумно.

Старик нахмурился:

— Невозможно.

— Документы не врут, — сказал Тарас.

— Постоянно, — возразила Маргарита Петровна. — Но делают это официально.

Белые исполнители появились вокруг.

Тарас бросил меч Эрасту.

Тот поймал рукоять.

— Что вы предлагаете?

— Освобождаться.

— Куда?

— Потом решим.

Чёрные нити рванулись к ним.

Одна удалила шаг Тараса. Он снова оказался у двери.

Вторая удалила огонь Ардейны раньше, чем он достиг исполнителей.

Третья попыталась убрать козла.

Козёл исчез.

Через секунду вернулся.

— Почему? — спросил Согласователь.

— Не событие, — ответил козёл. — Состояние.

Он вцепился зубами в чёрную нить.

Та задрожала.

Козёл начал жевать.

Окружающие забытые события возвращались.

Тарас снова шагнул.

Ардеина выдохнула пламя.

Мира бросила камень.

Герцог Равельский наконец вырвался из-под надзора Маргариты Петровны и ударил белого исполнителя.

— У вас не подписан допуск! — крикнула она.

— Я предпочту казнь браку с вами!

— Отказ зафиксирован.

Белые стены загорелись.

Старый Эраст поднял чёрную папку.

— Прекратить.

— На каком основании? — спросил настоящий.

— Вы не понимаете, что освобождаете.

— Себя.

— Причину войны.

— Войну начинаете вы.

— Я её заканчиваю заранее.

Тарас подошёл к старому Эрасту:

— Ваша проблема в том, что ты прожил сорок лет без меня.

— Вы погибли.

— Надо было вернуть.

— Я пытался.

— Плохо.

— Я построил Межу заново. Перебрал тысячи реальностей.

— И не нашёл?

— Нашёл.

Старик открыл папку.

Внутри Тарас сидел в маленьком доме у моря.

Живой.

Счастливый.

Рядом была Мира.

— Почему не забрали? — спросил настоящий Тарас.

— Вы не захотели.

— Я?

— Сказали, что это не ваш Эраст.

— Правильно сказал.

— Я мог заставить.

— Но тогда ещё не умел?

— Тогда ещё не считал это допустимым.

Тарас закрыл папку.

— Значит, ты стал Согласователем не после смерти Веры.

— А когда?

— Когда решил, что живой человек обязан быть тем, кого ты потерял.

Старик посмотрел на него.

— Вы всегда говорили глупости.

— Иногда попадал.

— Редко.

— Поэтому больнее.

Чёрные нити ослабли.

Настоящий Эраст взял Веру за руку.

— Уходим.

— А он?

— Останется.

Старик стоял среди горящей комнаты.

— Если я останусь, будущее произойдёт.

— Возможно.

— Вера умрёт.

— Мы постараемся предотвратить.

— Вы не сможете.

Настоящая Вера подошла к нему.

Старик отступил.

— Не бойтесь, — сказала она.

— Я не боюсь.

— Я вижу.

— Вы не моя Вера.

— Именно. Поэтому послушайте.

Она коснулась его щеки.

Старый Эраст закрыл глаза.

— Той Веры, которую вы хотите вернуть, больше нет. Даже если измените прошлое, она станет другим человеком.

— Пусть.

— А вы?

— Что я?

— Кем останетесь вы, если отнимете у себя всё прожитое горе?

Он не ответил.

— Иногда боль — не наказание, — сказала Вера. — Это след человека, которого мы не согласились забыть.

Она вернулась к двери.

Старик смотрел ей вслед.

— Через шесть дней начнётся война, — сказал он.

— Тогда приходите помогать, — предложил Тарас.

— Вы мне доверяете?

— Нет.

— Зачем зовёте?

— Недоверие не мешает сотрудничеству. Мы с Эрастом так много лет живём.

Они вышли.

Комната закрылась.

Верховный Согласователь остался один.

На столе лежали две папки.

Он медленно написал на третьей:

ЖИЗНЬ, КОТОРУЮ НЕЛЬЗЯ ИСПРАВИТЬ.

И впервые не открыл её.

Глава 44

Кольцо, которое отказалось надеваться

До войны оставалось пять дней.

До свадьбы — шесть.

Эраст вернулся к работе.

Он считал это естественным.

Директор — нарушением режима после похищения.

— Вам положен отгул, — сказал он.

— Не требуется.

— Тогда напишите отказ.

— От чего?

— От положенного отгула.

— Если он положен, от него можно отказаться без заявления.

— Без заявления нельзя подтвердить, что вы отказались.

— Просто не предоставляйте.

— Тогда я нарушу ваше право.

— Я не возражаю.

— Письменно.

Тарас наблюдал с дивана.

— Миры рушатся, а вы спорите об отгуле.

— До их разрушения пять дней, — ответил директор. — Успеем.

Вера, Мира и Надежда изучали свадебные кольца.

После распада серебряной сферы девять миров вернули свои кольца. Но кольцо Земли оставалось в институте.

Оно лежало на столе и отказывалось надеваться.

Тарас пробовал первым.

Кольцо увеличилось и соскользнуло.

Мира надела — стало размером с браслет.

Вера — сжалось до булавки.

Эраст даже не прикоснулся.

— Почему? — спросила Надежда.

— Не вижу необходимости.

— Оно может показать будущего супруга.

— Тем более.

Козёл попытался съесть кольцо.

Оно превратилось в намордник.

Ардеина засмеялась.

Козёл обиделся и ушёл под стол.

Серафим положил ладонь на световой обод.

— Оно ждёт владельца.

— Кто является владельцем мира? — спросил Тарас.

— Все живущие.

— Тогда пусть каждый наденет по очереди.

— Нас миллиарды.

— До свадьбы успеют не все.

Кольцо поднялось.

Расширилось до размеров комнаты.

Внутри появились лица людей.

Тысячи.

Миллионы.

Каждый говорил о своём будущем.

Одни хотели безопасности.

Другие — свободы.

Кто-то мечтал о богатстве.

Кто-то — о покое.

Кто-то хотел вернуть умерших.

Кто-то — забыть живых.

Голоса сливались.

— Оно не может выбрать представителя, — сказал Эраст.

— Раньше выбрало вас, — заметила Вера.

— Ошибочно.

Кольцо вспыхнуло.

Перед Эрастом появилось обручальное кольцо обычного размера.

— По-моему, не согласно, — сказал Тарас.

Эраст не двигался.

— Наденьте, — попросила Вера.

— Зачем?

— Чтобы узнать, с кем вы должны вступить в брак от имени Земли.

— Я ни с кем не должен.

— Боитесь?

— Нет.

— Тогда наденьте.

— Это слабая аргументация.

— Но действует.

Эраст взял кольцо.

Оно было тёплым.

На внутренней стороне появилась надпись:

СОГЛАСЕН ЛИ ЭРАСТ АКАKИЕВИЧ КУНИЛИН

ПРЕДСТАВЛЯТЬ ВОЛЮ МИРА?

— Нет, — сказал он.

Кольцо погасло.

Все удивились.

— Сработало? — спросил Тарас.

— Видимо.

Надпись появилась снова:

ОТКАЗ ПРИНЯТ.

УКАЖИТЕ ДРУГОГО ПРЕДСТАВИТЕЛЯ.

Все посмотрели на Тараса.

— Нет.

Кольцо погасло.

— Удобно, — сказал он.

Мира взяла.

— Нет.

Вера повторила:

— Нет.

Надежда тоже отказалась.

Серафим.

Директор.

Маргарита Петровна.

Герцог Равельский отказался особенно громко, потому что считал Землю слишком бедным приданым.

Кольцо переходило из рук в руки.

Никто не соглашался решать за весь мир.

Наконец оно оказалось перед Зинаидой Львовной.

Комиссия всё ещё проверяла три миллиона прибывших.

— Согласны? — спросил Эраст.

— Нет.

— Почему?

— Представительство не входит в должностные обязанности.

— Назначить вас приказом?

— Кто подпишет?

— Я.

— У вас нет полномочий.

— Директор?

— Учреждение закрыто.

— Совет миров?

— Не зарегистрирован на Земле.

Тарас улыбнулся:

— Нашли человека, которого даже Эраст не может назначить.

Кольцо дрогнуло.

На нём возникло:

ПРЕДСТАВИТЕЛЬ НЕ НАЙДЕН.

МИР ПРИЗНАН НЕДЕЕСПОСОБНЫМ.

— Это плохо? — спросила Мира.

Серафим прочитал продолжение:

ДО НАЗНАЧЕНИЯ ОПЕКУНА.

— Кто будет опекуном? — спросил Тарас.

В кабинете появилась Вера Согласовная.

То есть Надежда.

Но теперь она снова была похожа на идеальную Веру.

— Я, — сказала женщина.

Настоящая Надежда стояла рядом с Мирой.

Обе версии посмотрели друг на друга.

— Кто вы? — спросила Надежда.

— Та, которой ты должна была стать.

— Я отказалась.

— Неправильное решение не отменяет правильного результата.

Двойник взял кольцо.

Оно наделось.

На стене появилась запись:

ОПЕКУН МИРА БЕЗ МАГИИ НАЗНАЧЕН.

СЕМЕЙНЫЙ СТАТУС: НЕ ЗАМУЖЕМ.

ТРЕБУЕТСЯ СУПРУГ-СОПРАВИТЕЛЬ.

Идеальная Надежда посмотрела на Эраста.

— Через шесть дней вы женитесь на мне.

Вера Сергеевна придвинула чашку ещё левее.

— Попробуйте дожить.

Глава 45

Женщина, которой принадлежала Земля

Идеальная Надежда начала управлять миром с бытовых мелочей.

Сначала запретила дождь по выходным.

Потом перенесла пробки на ночное время, когда большинство людей спало.

Затем установила обязательное хорошее настроение по понедельникам.

Именно последнее вызвало первые беспорядки.

Люди выходили на улицы с улыбками и плакатами:

ВЕРНИТЕ НАМ ПРАВО НЕНАВИДЕТЬ УТРО.

ПОНЕДЕЛЬНИК БЕЗ СТРАДАНИЙ — НЕ ПОНЕДЕЛЬНИК.

МОЁ ПЛОХОЕ НАСТРОЕНИЕ — МОЙ ВЫБОР.

Тарас прочитал надписи.

— Зря она начала с понедельника.

— Почему? — спросил Серафим.

— Есть вещи, которые нельзя реформировать без революции.

Идеальная Надежда сидела в кабинете директора.

Сам директор находился в приёмной.

— Почему я должен ждать? — возмущался он.

— У неё совещание, — объяснила секретарь.

— Со мной?

— Без вас.

— По какому вопросу?

— О вашем дальнейшем использовании.

Директор повернулся к Эрасту:

— Это вы её назначили?

— Нет.

— Тогда почему она в моём кабинете?

— Кольцо признало её опекуном.

— У неё есть приказ?

— Нет.

Директор распахнул дверь.

— Освободите помещение!

Идеальная Надежда подняла взгляд.

— Вы больше не директор.

— Кто решил?

— Мир.

— Где протокол?

— Решение принято автоматически.

— Значит, незаконно.

— Закон изменён.

— Когда?

— За секунду до вашего вопроса.

Директор замолчал.

Потом вернулся в приёмную.

— Кунилин.

— Да?

— Спасайте мир быстрее.

Идеальная Надежда вызвала Эраста.

Он вошёл вместе с Верой, Тарасом, Мирой и настоящей Надеждой.

— Я приглашала одного, — сказала опекун.

— Они сопровождают.

— Зачем?

— Не доверяют.

— А вы?

— Тоже.

Она указала на кресло.

— Садитесь.

Эраст остался стоять.

— Через шесть дней начнётся война. Земле требуется соправитель.

— Выберите другого.

— Кольцо выбрало вас.

— Ранее оно выбрало меня представителем. Я отказался.

— Поэтому теперь вы подходите идеально.

— Логика отсутствует.

— Человек, который не хочет власти, меньше склонен злоупотреблять ею.

— Значит, вы заставите его принять власть?

— Ради общего блага.

— Тогда злоупотребление начинается до назначения.

Идеальная Надежда улыбнулась:

— Вы поэтому мне нравитесь.

Вера кашлянула.

— Расчётно, — добавила опекун.

— Уже лучше, — сказала Вера.

На столе появилась карта войны.

Отделённые реальности окружали девять миров. Во главе их стоял Верховный Согласователь — старый Эраст.

— Он атакует через пять дней, — сказала идеальная Надежда. — Только объединённая Земля сможет удержать границу.

— Почему?

— Ваш мир расположен в центре Межи.

— Кто его туда поместил?

— Вы.

— Когда?

— После свадьбы.

— Которой ещё не было.

— Поэтому она обязательна.

Тарас поднял руку:

— У меня вопрос.

— Вы не приглашены.

— Поэтому вопрос хороший. Почему Верховный Согласователь хочет уничтожить молодого Эраста, если свадьба сделает его Верховным Согласователем?

Идеальная Надежда замолчала.

— Не рассчитано? — спросил Тарас.

— Противоречие временной линии.

— А проще?

— Если свадьба состоится, старый Эраст появится. Если он убьёт молодого, свадьбы не будет и он исчезнет.

— Значит, он не хочет свадьбы.

— Да.

— А вы хотите.

— Да.

— Тогда вы враги?

— Временно.

— Согласователь против Согласователя?

— У нас разные методы.

Тарас повернулся к Эрасту:

— Женись. Они уничтожат друг друга.

— Нет.

— Тогда не женись. Тоже уничтожат.

— Очень полезный совет.

Настоящая Надежда подошла к своему двойнику:

— Почему ты считаешь себя мной?

— Я лишена неправильных решений.

— Значит, в тебе нет ничего моего.

— Ты была создана для Эраста.

— Была.

— Твоё предназначение не изменилось.

— Изменилось, когда я выбрала имя.

— Имя выбрали за тебя.

— Мне предложили. Я согласилась.

— Это одно и то же.

— Нет.

Идеальная Надежда встала.

Две женщины были похожи, но теперь различие стало очевидным.

У одной лицо сохраняло безупречное спокойствие.

Другая злилась.

— Докажи, что ты отдельный человек, — сказала опекун.

— Как?

— Прими решение, которого не приняла бы я.

Настоящая Надежда подумала.

Потом поцеловала Тараса.

В кабинете стало тихо.

Очень тихо.

Тарас не двигался.

Мира не двигалась тоже.

Только камень в её руке медленно поднимался.

Надежда отступила.

— Доказано.

Мира бросила камень.

Тарас успел пригнуться.

Камень попал идеальной Надежде в лоб.

Кольцо слетело с её пальца.

— Я целилась не в неё, — сказала Мира.

— Зато получилось полезно, — ответил Тарас.

— Почему вы его поцеловали? — спросил Эраст.

— Вы бы разрешили?

— Нет.

— Поэтому.

— Мне можно было сообщить, — сказал Тарас.

— Тогда решение стало бы согласованным.

Мира шагнула к нему:

— А сейчас оно станет последним.

Тарас попятился.

— Это была демонстрация свободы.

— Я продемонстрирую последствия.

Кольцо Земли покатилось по полу.

Козёл выскочил из-под стола и проглотил его.

Все замерли.

— Выплюнь! — крикнул Эраст.

Козёл икнул.

За окном исчезло небо.

Земля пропала с карты миров.

Серафим побледнел:

— Он съел её связь с Межой.

— Это хорошо? — спросил Тарас.

— Теперь враги нас не найдут.

— Значит, хорошо.

— И мы не найдём остальные миры.

Ардеина ударила супруга хвостом.

— Выплюнь!

— Не могу.

— Почему?

— Большое.

— Ты ел целые дни!

— Они плоские.

Институт содрогнулся.

За окном вместо Москвы появилась темнота.

Земля выпала из мироздания.

На стене зажглась надпись:

МИР БЕЗ МАГИИ НЕ ОБНАРУЖЕН.

СТАТУС: ПРОПАВШИЙ БЕЗ ВЕСТИ.

Тарас выглянул в окно.

В темноте плавали потерянные носки, забытые имена, несказанные слова и одна библиотечная книга, которую кто-то не вернул в 1987 году.

— Где мы? — спросила Вера.

Маргарита Петровна открыла справочник:

— За пределами случившегося.

— Можно вернуться?

— Да.

— Как?

Она перевернула страницу.

— Мир должен доказать, что его кто-нибудь ждёт.

Все посмотрели в темноту.

Связи с другими мирами не было.

— А если не ждёт? — спросила Мира.

— Тогда Земля останется здесь.

— Навсегда?

— Пока её не забудут окончательно.

Козёл лёг под столом.

— Хорошо, — сказал он. — Тихо.

Эраст посмотрел на исчезнувшую карту.

До войны оставалось пять дней.

До свадьбы — шесть.

А мира, который требовалось спасать, больше нигде не было.

Глава 46

Место, куда исчезают потерянные вещи

За пределами случившегося не было времени.

Однако рабочий день продолжался.

Директор выяснил это по табелю. Напротив фамилий сотрудников по-прежнему автоматически проставлялись часы.

— Значит, учреждение существует, — сказал он.

— Или табель, — ответил Эраст.

— Без учреждения?

— Некоторые документы переживают организации.

За окнами плавала темнота.

В ней медленно вращались вещи, исчезнувшие из реальности.

Один носок.

Чемодан без ручки.

Связка ключей.

Золотая корона.

Несколько кораблей.

Чья-то первая любовь в синем пальто.

Двадцать семь минут, потерянных во время скучного совещания.

И множество обещаний, которые люди дали себе первого января.

— Богатое место, — сказал Тарас.

— Это не вещи, — объяснил Серафим. — Это всё, что перестали искать.

— А носки?

— Особенно носки.

Тарас открыл окно.

Воздух не вышел.

Холод не вошёл.

Всё, что перестало принадлежать реальности, больше не подчинялось её законам.

Он протянул руку и поймал носок.

— Мой.

Мира осмотрела находку:

— Откуда знаешь?

— Дырка знакомая.

— Выбрось.

— Я только нашёл!

— Именно поэтому вещи и пропадают. Хотят начать новую жизнь, а ты возвращаешь.

Эраст изучал надпись на стене:

МИР ДОЛЖЕН ДОКАЗАТЬ, ЧТО ЕГО КТО-НИБУДЬ ЖДЁТ.

— Как доказать ожидание? — спросил он.

Маргарита Петровна открыла справочник.

— Требуется свидетельство ожидающей стороны.

— Связи с другими мирами нет.

— Можно использовать предмет, который помнит владельца.

— Предметы помнят?

— Люди постоянно оставляют в них часть себя.

— Например?

Маргарита Петровна указала в темноту.

Среди потерянных вещей плавал третий меч Тараса.

— Опять, — сказал он.

— Он принадлежит Ладену, — заметила Элеонора.

— Я его получил там.

— И трижды потерял.

— Значит, хорошо знает дорогу.

Тарас высунулся из окна.

Меч находился далеко.

Ардеина увеличилась, но крылья в темноте отказались создавать подъёмную силу.

— Здесь невозможно летать.

— Почему? — спросил козёл.

— Нет воздуха.

Козёл шагнул за окно и пошёл по пустоте.

— И земли нет, — заметила драконица.

— Мне всё равно.

Он дошёл до меча, взял зубами и вернулся.

— Почему он может? — спросила Вера.

— Козлы не знают физических законов, — сказал Тарас.

— Знаем, — возразил козёл. — Не соглашаемся.

Элеонора коснулась меча.

Лезвие вспыхнуло.

Внутри металла появился Ладен.

Князь Северин стоял в зале Совета и смотрел на пустое место, где раньше находился переход на Землю.