Сиф. Книга 3. Спасти разум в галактике

Удар звезды ниже пояса

Реализовать своё желание уйти в отпуск, мне так и не удалось. Но моё состояние, а самое главное, настроение, с получением хороших известий от Роса, командира сверхсветового корабля №20, резко пошло в гору. По крайней мере до прибытия Роса к своей бывшей планете, у меня было время расслабиться и заняться своими личными делами. Одно только меня напрягало, что капитан Рос нарушил моё указание и вышел на связь с нами непосредственно из звёздной системы, в которой произошла авария корабля №19-1717, а не из звёздной системы Зела. Это позволит космическим пиратам, если конечно они есть, засечь координаты нашей солнечной системы. Но буду надеяться, что наличие таких пиратов, это просто моя выдумка.

Когда Рос, со своей эскадрой из трёх кораблей прибыл к своей з везде, которая и уничтожила жизнь на его родной планете, Адам просветил его уже более подробно о произошедшей трагедии, и о последнем приказе его командира о назначении его Командующим Космического флота Алании.

Ещё до прибытия Роса к своей планете, я решил, что дальнейшие действия своей эскадры должен определять сам Рос, и Адам со мной сразу согласился. На мой взгляд было всего два варианта плана – дождаться времени прибытия алан на свою новую планету Зора, Звёздной системы №125-2525, и только потом лететь к ним, либо лететь сразу сейчас, чтобы к их прилёту оборудовать хоть минимальную инфраструктуру для приёма и жизни переселенцев. Эти предложения Адам и отправил Росу.

Но Рос выбрал третий вариант – сначала лететь на ближайшую базу КНАС, для ремонта кораблей №19 и №23, пострадавших от техногенной катастрофы в звёздной системе №445-1919. Мы с Адамом ещё не знали подробностей случившегося, поэтому и не предполагали такой вариант. На это решение, я предложил отправить Росу сообщение, которое сочинил и передал Адаму в устной форме, будучи в душе.

«Жду вашего прибытия в звёздную систему Сола (так они именуют наше Солнце) №129-2121 в точке Лагранжа №2 системы Земля – Луна, Администратор КНАС – Сиф».

Когда я увидел это сообщение Адама, просто обалдел от такого нахальства. Он опять подставляет меня, прячась за мою спину. До этого, он все сообщения подписывал своим позывным.

Мне скоро опять предстоит торжественная встреча с инопланетянами, и я наконец увижу живых алан. Правда церемония будет печальная, нам предстоит захоронить и отдать последние почести погибшему экипажу корабля №19. Мы уже с Адамом решили, что их поместим в Некрополе на Эвересте, вместе с экипажем и пассажирами №23.

Сегодня Адам сообщил мне, что №20-ый со своим экипажем, и погибшим экипажем №19, прибывает завтра. Корабль №19-ый через три дня, а №23 через шесть – они прибудут под управлением своих автопилотов. Церемония встречи состоится в одном из залов базы КНАС на Луне. Мне нужно прибыть туда завтра к 14*00 по Москве.

И вот я, в своём ещё юношеских времён сером костюме, который единственный оказался мне в пору, остальные болтались на мне как на огородном пугале, в чёрной рубашке и тёмно-коричневым галстуке стою в большом зале, куда привезло из шлюза меня знакомое кресло. Ровно в 14*00 в зал, тихонечко, низенько влетает (колёс у неё нет и у меня такое впечатление, что она вползает) большая сфера. Нижняя часть полусферы непрозрачна, а верхняя, прозрачная, и мне хорошо видны сидящие рядами в креслах фигуры людей. Сфера приседает на пол, сминая нижнюю часть полусферы, верхняя, прозрачная, тем временем просто исчезает, и передо мной на полу стоят несколько рядов кресел, с сидящим в них экипажем прибывшего корабля. Я, уже как бы привыкший к чудным возможностям сфер, поражён такой плавной и торжественной метаморфозой её преображения. Один из сидящих поднялся и подошёл ко мне. Это был стройный мужчина ростом намного выше меня, одет в синий комбинезон, как у военных лётчиков, без каких-либо знаков отличия, шевронов, значков и медалей, которые так любят наши военные. Фигурой и лицом он напоминал мне больше спортсмена, молодого чемпиона-олимпийца, чем инопланетянина с далёкой планеты. Он представился и произнёс совсем короткую речь:

- Капитан корабля 20-1717 – Рос. Прибыл из исследовательской экспедиции. По пути домой, по твоему указанию, принял участие в спасении кораблей 19-1717 и 23-1717. Поступаю в твоё распоряжение, вместе с экипажем. Мы доставили 30 тел погибших товарищей экипажа №19-1717.

Затем он встал рядом со мной. Видимо настала моя очередь, что-то сказать. От волнения, а больше от сопереживания за трагическую судьбу, выпавшую на их долю, у меня отнялся язык и горький комок в горле мешал мне говорить. Но, что-то надо было сказать, и я, не придумав ничего другого, повернулся к Росу и обнял его, прижав к себе сколько было сил. Он стоял как каменная статуя, не шевелясь и не делая попыток освободиться от моей хватки. И тут члены его экипажа стали вскакивать со своих мест, подбегать к нам и каждый пытался обнять всех вместе и каждого. Образовалась просто куча мала. Все разом загомонили о чём-то мне непонятном, затем немного расступились, и каждый хотел меня хотя бы потрогать. Затем мы с капитаном уселись напротив друг-друга в креслах, и он спросил, когда и где мы проводим в последний путь его товарищей. Я рассказал ему о построенном пантеоне, и мы договорились, что завтра организуем траурную церемонию. За эту ночь Адам организует доставку туда капсул погибших.

Для проживания прибывших, Адам расконсервировал часть жилых помещений базы. Я и не подозревал, что здесь есть многочисленные комфортабельные номера для проживания прибывающих экипажей. Настоящая гостиница, вместимостью почти на две тысячи человек. Есть кухонный, блок, где по индивидуальным заказам готовится еда и подаётся точно в указанный срок специальным устройством в каждый номер. В следующий раз, когда меня достанет суматошная жизнь на Земле, приеду сюда и в полной тишине, и спокойствии буду проводить своё свободное время, и здесь меня никто не достанет.

Траурная церемония прощания прошла тихо, без слёз и речей, под ту же заунывно-тягучую, но приятную музыку. Кроме меня присутствовал весь экипаж корабля №20. Я, сразу после церемонии попрощался с экипажем, договорившись, что через несколько дней, после того как они отдохнут и придут в себя, я устрою желающим экскурсию на Землю, а позже обсудим планы на будущее.

После прибытия кораблей №19 и №23, Адам передал мне полный отчёт о катастрофе №19, а также доклад Роса о его спасательной операции. Эти доклады и отчёты, подробно зафиксированные автопилотами и командирами кораблей, представляют из себя в целом настоящий приключенческий роман, правда с трагическими последствиями. В них очень много технических подробностей и терминов, поэтому я приведу здесь сокращённые тексты сообщений и докладов капитанов из автопилотов их кораблей, без терминов и специфических подробностей.

Отчёт капитана №19-1717, Рема:

«На второй год нашей экспедиции, по обследованию планет, пригодных для жизни алан, мы направились в звёздную систему №445-1919. У меня на борту 6 членов экипажа и 24 исследователя. После выхода из режима сверхсвета на границе звёздной системы, мы перешли в точку Лагранжа №1, между звездой и планетой Села. С одной стороны, ярко светила звезда, с синеватым оттенком излучаемого света, с другой висел диск красивой голубой планеты, покрытой тёмно-синими водами океанов с зелёными континентами и маленькими островами, над которыми плавали голубые облака. Вид её был чарующе-прекрасным, особенно в сравнении с нашей каменистой планетой Алой.

Я на пяти сферах отправил группу исследователей на поверхность планеты, а сам с экипажем занялся профилактическим сканированием систем корабля. Пятеро членов экипажа в двух сферах работали с наружи, а я в рубке управления. Через семь часов после прибытия всё окружающее пространство вдруг озарилось ярким сиянием, ИИ автопилота зафиксировал чудовищное высокоэнергетическое излучение. По моей предварительной оценке, взорвалась Сверхновая звезда, на удалении от нас всего 0,7 световых лет. Вот такой неожиданный смертельный удар, ниже пояса, мы получили от соседней звезды.

Почти все внешние блоки автопилота отключились, но материнская сфера центрального ИИ системы управления осталась в норме, она находится в центре корабля с мощной противорадиационной защитой. Все, кто находились за бортом и на планете погибли. Я получил тоже облучение не совместимое с жизнью, но был ещё в работоспособном состоянии.

Первым делом, я дал задание сферам вернуть всех моих товарищей с планеты и с поверхности корабля на борт. Но связи не было и пришлось за ними посылать специальную противорадиационную сферу. Эта сфера была предназначена для поиска и добычи радиоактивных материалов, поэтому имела дополнительную защиту, и единственная не пострадала. Управление всех служебных роботов корабля тоже не работало. Мне пришлось дать задание сфере сначала собрать и запрограммировать новых роботов из состава оборудования грузового отсека.

После эвакуации погибшего экипажа на борт и размещения их в капсулы, я попытался отправить сообщение домой на базу флота, но наружная антенна дальней связи не работала. У меня ещё хватило сил выдать спецсфере задание на ремонт антенны и передачи аварийного сигнала на базу. Надеюсь добраться до своей капсулы, прощайте… капитан Рем».

Отчёт капитана №20-1717, Роса:

«Мы закончили обследование очередной звёздной системы и собирались возвращаться домой на Базу. Буквально перед входом на сверхсвет приняли послание №23-1717 и затем необычный, ответ №19. Прибыли на указанную точку, но там уже никого не было. После вашего послания отправились к аварийному №19-1717. Вышли из сверхсвета на границе звёздной системы. Сканирование показало, что посторонних объектов нет, в точке Лагранжа №1 висят два наших №19 и №23. В этом пространстве был повышенный, но не опасный для нас, уровень радиации. На наши запросы корабли не отвечали. Я выслал разедсферу, для их обследования. Оказалось, что оба корабля находятся в законсервированном, спящем состоянии, что необычно, так как такой режим применяется только при длительных стоянках дома на Базе.

Наши роботы проникли в №23, применив непосредственный вход в систему автопилота. Я через них отключил режим консервации и через пять часов сканирование показало, что корабль полностью исправен и готов к полёту. С кораблём №19, было хуже. У него были отключены, а часть из них, выведены из строя, внешние блоки автопилота, но антенна была исправна. Видимо сообщение передавала сфера своим передатчиком, с использованием антенны дальней связи корабля, поэтому передача велась без шифрования открытым кодом и не соответствовала протоколу.

После ремонта мы, по-вашему указанию, все отправились на свою базу. Просмотрев архив спецсферы, мы поняли, что произошло. Когда экипаж погиб, сфера, по заложенному заданию, исправила антенну, передала два сообщения, истратив 98% своей энергии. При такой потери энергии, она, по протоколу, выдала себе команду перехода на спящий режим и консервацию, чтобы сохранить 2% для связи и включения. Но эту команду восприняли и автопилоты обоих кораблей и тоже перешли в режим консервации, в том числе отключив и дальнюю связь…»

Прочитав эти доклады, я понял, что, начитавшись фантастики о космических пиратах, я через чур перестраховался и чуть не загубил два корабля. А суперумный железяка-Адам, этого не понял, послушал мои дурацкие разглагольствования о мнимых угрозах, и пошёл у меня на поводу. И вот такие два баламута управляют сверхтехнологичной базой КНАС, да ещё пытаются диктовать свои условия другим. Похоже не только мне, но и Адаму пора на пенсию. Видимо, пришло время вытащить из одного из прибывших кораблей резервную современную материнскую сферу, на две тысячи лет более продвинутую, и установить её на КНАС вместо Адама, обозвав её новым позывным, например – Ной. А мне и менять ничего не надо, просто дать пинка и отослать к себе домой варить борщ детям и выносить по вечерам мусор.

Адам сдаёт полномочия

Не успел я допить свою утреннюю пол-литровую чашку кофе, как меня вызвал Адам:

- Капитан Рос попросил меня организовать встречу с Администратором КНАС, для дружеской беседы и обмена мнениями по дальнейшим планам.

Уже прошло два дня после траурной церемонии прощания с экипажем корабля №19. Действительно, пора встретиться, как я и обещал им. В этот раз встречу нужно организовать не в официальных, тем более не в траурных рамках церемонии, а в свободной и непринуждённой атмосфере. Для поддержки моего волнительного состояния, неуверенности и даже страха оказаться примитивным и недоразвитым представителем низшего уровня цивилизации, решил пригласить с собой Рэда с Коброй. Пусть они разделят со мной эту непосильную ношу ответственности представителей Земли. И я отправил Адаму свои предложения:

- Готов завтра к 12*00 прибыть на базу КНАС. Прошу подготовить нам для совместного просмотра видео материалы о Земле и жизни людей, и то же самое о планете Алан. Я буду со своими помощниками.

Адам не стал в этот раз кочевряжиться на счёт моего статуса и соответствия протоколу моих помощников, и сразу, без задержки ответил:

- Хорошо.

Я позвал к себе Рэда и Кобру. Они уселись на моём диване и молча вопросительно упёрлись в меня напряжёнными взглядами. Они прекрасно понимали, что просто поболтать ни о чём, я их не позову, и видимо ожидали от меня очередное дурацкое, нереальное предложение. Но когда я выдал им своё совсем простое, ни к чему не обязывающее предложение поучаствовать вместе со мной в дружеской встрече с инопланетянами, они расслабились, посмотрели друг на друга и улыбнулись. Напряжение на их лицах спало, и они на перебой стали расспрашивать о подробностях предстоящей встречи. Я на все их вопросы ответил одной фразой:

- Встреча будет проходить в абсолютно свободном формате дружеского общения.

Уже уходя, Кобра предложила взять с собой и Грин. Я решил, что чем больше нас будет, тем меньший груз ответственности ляжет на мою непутёвую голову и сразу согласился. Когда мы уже все собрались для отлёта, я поразился, насколько разным, просто противоположным был выбран каждым из нас стиль одежды. Я одел опять свой серый костюм с галстуком, только в этот раз рубашка у меня была синяя. Рэд был в джинсах и белой рубашке на выпуск. Кобра – в строгом чёрном деловом брючном костюме, с белой рубашкой и небольшим галстуком, в виде коричневого платочка, а Грин надела лёгкое, красивое, ярких расцветок, нарядное платье. Я в нерешительности остановился перед автодомом, оглядывая их наряды. Сначала у меня было возникло желание всех отправить переодеться в одежду одинакового стиля, но постояв в раздумьях пару минут, махнул рукой и полез за руль мерседеса. Действительно, это даже хорошо, придаст встрече ещё более свободный характер. Да и пусть наши гости, хотя бы в одежде, увидят разнообразие в жизни людей.

Два часа полёта пролетели совсем незаметно. Грин, первый раз попавшая с нами в космос, громко верещала, не-то от страха, не-то от восхищения. Я никогда не мог понять и разобрать от чего женщины кричат – от страха, возбуждения, желания, отторжения, восторга или злости…

В шлюзе нас ждала уже сфера, типа автобуса. Мы уселись в её мягкие удобные кресла и поехали по коридорам КНАС в жилую зону пришельцев. В большом зале, напоминающий кинотеатр, в креслах, расставленных по всему помещению без какого-либо порядка, сидели тридцать инопланетян – аланов. К моему удивлению, они вообще были одеты легко и непринуждённо – в коротких шортах и облегающих коротких маечках разных расцветок. Только на капитане Росе, были светлые брюки и белая рубашка.

При нашем появлении они молча дружно встали, подняв вверх одну руку. Мы прошли в центр зала, где для нас стояло четыре пустых кресла. Рядом со мной сидел капитан Рос. Я встал, представился своим настоящим именем. Мои спутники удивлённо посмотрели на меня, подумав вероятно, что даже перед ними я скрытничал, не сообщая своё имя, а тут распустил сентиментальные слюни и разоткровенничался.

Я предложил посмотреть видео материалы о нашей жизни, и их бывшей планете, а после просмотра просто ответить на вопросы друг друга.

Из кадров видео хроники, мы наконец увидели, как выглядит их планета и их жизнь. Всё сильно отличалось от нашей Земли и нашей жизни. Их планета Ала была на 20% больше Земли, на столько же больше была и сила гравитации. Ала имела три континента, 75% её поверхности занимали водные просторы. Вся суша представляла собой тёмно-серые и тёмно-коричневые каменистые горные пространства, покрытые скудной растительностью. Городов, в нашем понимании у них не было. По всем материкам, на мой взгляд совершенно хаотично, по склонам, вершинам и ущельям гор были разбросаны индивидуальные одноэтажные домики и большие, видимо общественные, здания. Каждый дом имел свой энергоблок, чем обеспечивалась его полная автономность. Дорог и других магистралей не было, только узкие тропинки, видимо для прогулок, в районе каждого строения. Всё, как пассажирское, индивидуальное так и грузовое сообщение на планете осуществлялось по воздуху. В любой уголок планеты можно было добраться за несколько десятков минут. Густые зелёные, видимо искусственно выращенные насаждения, были видны только вокруг частных домов и больших зданий. Всё производство было размещено под землёй.

Оригинально и просто у них решалась проблема питания, при разбросанных по всей планете жителей в своих домиках. На подземных предприятиях централизованно выпускалась специальные брикеты биомассы, которую жители загружали в свои домашние кухонные комбайн на несколько лет его работы. Алану нужно было только попросить комбайн приготовить обед к нужному сроку, выбрав его из меню, в котором было более тысячи блюд.

Среднегодовая температура на поверхности составляла 20*С, в отличии от наших 15*С. Численность населения Алании была около 950 миллионов. Вследствие катастрофы их осталось всего около одного миллиона.

После окончания предложенных Адамом видео, которое длилось примерно два часа, наша компания, каким–то естественным, непредусмотренным образом, разбилась на четыре группы вокруг каждого из нас, и все о чём-то оживлённо лопотали. Глядя на эту феерическую картину, я удивлялся – ну я-то знаю их язык и могу свободно на нём разговаривать, а они-то ни бум-бум, а как-то всё-таки умудряются как-то общаться.

Мы с капитаном Росом уединились в отдалённый угол зала и обсудили наши планы. Я сразу отметил, что решение будет принимать он, а я, как Администратор КНАС, во всём ему буду помогать. Затем спросил его, не хотят ли они, что бы мы устроили им экскурсию на Землю. Подумав минуту, он ответил, что этот вопрос они уже обсуждали, но решения ещё не приняли. Дело в том, что у нескольких членов экипажа родственники сейчас летят на новую планету и они стремятся как можно быстрее вылететь на неё, чтобы подготовить прибывающим приемлемые условия для жизни. У остальных родные, как и у него, все погибли, и они не совсем ещё в порядке.