Не наш папочка. Я вас нашел

А там же кошелек, деньги, без которых даже в аптеку не заедешь. Что ж, придется возвращаться.

— Алис, Мирон, сейчас заедем на мою работу, нужно забрать мамину сумочку, и сразу домой. Потерпите?

Смотрю в зеркало заднего вида и понимаю, что им совсем плохо. Что же делать? И оставить даже не на кого!

Ничего не остается! Нужно ехать обратно.

Везу детей к Егору, радуясь, что мужчина уехал на несколько дней. Не думаю, что ему бы понравилось то, что я притащила своих детей к нему, да еще и болеющих. Приезжаю к дому и оглядываюсь назад. Мирон заснул, а Аля совершенно позеленела.

— Мамочка, меня тошнит!

Бегом выскакиваю из машины и вынимаю дочку из кресла. Алису тут же рвет. Когда в желудке у нее уже ничего не остается, она безвольно виснет у меня на руках.

— Мамочка, можно поспать немного? Твой начайник не будет лугаться? Мне кажется, я не смогу плоехать в машине ни минуты.

— Да, конечно, зайчонок. Конечно, не будет!

Вынимаю Мирона и несу двоих малышей в дом. Не зная, где у Егора спальня, я боюсь залезть на чужую территорию, поэтому отношу детей в ту комнату, которую мне сегодня открыли. Похоже, там никто не жил до этого, поэтому ничего не случится, если мы там переночуем. К тому же вещей в комнате нет, порядок не нарушим.

Я раздеваю детей и, порывшись в аптечке Егора, нахожу нужные лекарства от температуры. Дав детям выпить по таблетке, я раздеваю их до маечек с трусиками и, постелив на диване, укладываю спать. Сама же сажусь на пол рядом, каждые три минуты щупая лбы двойняшек.

«Надо бы вызвать скорую или детского врача…» – мелькает мысль. Но температура начинает падать, и я, расслабившись, сама засыпаю прямо на полу, оперевшись на край дивана.

Просыпаюсь, уже когда на улице непроглядная ночь. Дети сопят мирно и тихо, жар прошел. Но что меня разбудило? Встаю и, протерев глаза, слышу какой-то странный звук снизу. Проснуться быстрее мне не помог бы даже кипяток, вылитый на голову. Я аккуратно выхожу из комнаты, стараясь не шуметь, и тихонько спускаюсь на звук. Тут же из темноты показывается мохнатая фигура Лойса. Глажу его по загривку: мой мальчик тоже услышал шум и вышел защищать меня. Луна освещает лестничные пролеты, но дальше внизу ничего не видно. Неужели грабители?

Мы спускаемся на второй этаж, и темнота полностью окутывает нас. Вдруг неожиданно загорается свет, и я вскрикиваю, закрывая рот рукой.

— Мария? — удивленно спрашивает Егор.

Как он здесь оказался? Он же должен был уехать на несколько дней. Что я ему скажу…

— Что вы здесь делаете? Я думал, вы забыли закрыть дом или сюда пробрались грабители.

— Я… — тяну, не зная, что сказать.

— Мамочка? Мне страшно, ты где? — звучит тоненький голосок Алисы сверху.

Я перевожу испуганный взгляд на хозяина дома, а тот мне отвечает откровенно удивленным.

— Это ребенок? Мария, здесь ваши дети? — повышенным тоном спрашивает Егор, и я просто на грани обморока.

Боже, как ему все объяснить?