Террористы. Восстание Разина и Пугачева, декабристы, «Народная воля» и другие
- -
- 100%
- +
Со времен императора Павла I в Сибири быстро росло количество ссыльнопоселенцев. Были созданы Сибирская, Тобольская, Иркутская губернии, Якутская область, организованы Западно‑Сибирское и Восточно‑Сибирское генерал‑губернаторства с центрами в Омске и Иркутске, вошедшие в историю как «места отдаленные и не столь отдаленные». К середине XIX века в состав России вошли Нижнее Приамурье, Уссурийский край, Сахалин, были образованы Камчатская, Приморская, Амурская и Забайкальская области. Великий подвиг российских землепроходцев и мореходов в Сибири и Дальнем Востоке навсегда обеспечил развитие и благосостояние Российского государства.
В 1661 году московские власти решили пополнить истощенно‑разворованную государственную казну и заодно улучшить экономическое положение в стране. Проект окольничего Федора Ртищева предусматривал увеличение ценности ходивших по царству монет. Ртищев предложил чеканить деньги из меди одинаковой формы и величины с серебряными и вводить их в оборот по одной цене с ними. Поначалу это принесло значительную выгоду казне, но вскоре все закончилось Медным бунтом 1662 года. В городском восстании как в капле воды отразилось основное противоречие московской политической жизни – правильная идея, несшая благополучие и процветание государству и народу, с помощью ближнего окружения правителя и его холопов быстро превращалась в свою противоположность.
От Ртищева проект тут же передали тестю царя Алексея Михайловича. Боярин Милославский выпустил медных монет намного больше, чем требовалось. Он чеканил новые деньги не только из государственной, но и из собственной меди, и неизвестно, каких монет было больше. За взятки Милославский позволял чеканить медь всем, кто этого хотел. Глядя на царского родственника медные деньги начали подделывать и посадские жители. Медные деньги не стали строить ничего, и возмущенные москвичи в июле 1662 года пошли в царскую резиденцию Коломенское просить управу на бояр. Бунт кроваво подавили стрельцы, давно выполнявшие в Москве полицейские функции, а своего тестя царь, конечно, наказывать не стал. Восставших москвичей убивали то ли сотнями, то ли тысячами. В толпе было много любопытных, включая детей, и им просто отрезали уши. Царя попросили о милосердии, и Алексей, которого по‑холопьи называли «Тишайшим», милостиво разрешил отрезать детям только одно ухо. Медные деньги, правда, пришлось отменить, но генеральная репетиция бунта Стеньки Разина была проведена.
Все посольства в Москве докладывали своему начальству, что у Тишайшего нет умных и что‑нибудь понимающих советников. Об Алексее Михайловиче писали, что царь так проникся властолюбием, что не мог терпеть ни малейшего сопротивления своим хотениям. Сам царь объяснял это словами: «таково наше житие – вчера здоровы, а сегодня мертвы». По царству заходили послания, что «великому непотребству в стране корень Москва». В начавшейся в 1670 году крестьянской войне восставшие вместо экономических требований выдвинули политические требования – впервые в российской истории.
В 1667 году сорокалетний донской казак Степан Разин совершил успешный разбойническо‑грабительский поход с Дона на Волгу. Два года он грабил волжские суда и побережье Каспийского моря. Население уже так ненавидело совершенно зарвавшихся бояр и приказных, что помогало разбойникам, лишь бы они грабили угнетателей, а самих бандитов называло удальцами и мстителями. После двух лет грабежей и разбоев Степан Разин открыто выступил против самодержавия. По Московскому царству в больших количествах распространялись его воззвания: «Всем вам воля! Идите, куда хотите. Кто хочет идти со мной – будет вольный казак. Я пришел бить только бояр и богатеев, а с бедными и простыми людьми готов, как брат, всем поделиться. Мы должны стоять друг за друга душой и телом, чтобы истребить изменников‑бояр, сбросить с себя ярмо рабства и стать вольными людьми. Не должен ни один человек принуждать гнуть спину на другого, быть в кабале, крепостной неволе и нищете».
Разин грабил Поволжье и разбил несколько стрелецких полков, посланных против него. Он предлагал стрельцам переходить на его сторону, а несогласных убивал и их были сотни. За два года Разин понял, что власть его просто боится, а в народе стали думать, что донской атаман – сила, раз с ним так считается Москва, что для нее было совсем нехарактерно. Толпа стала называть главного разбойника «батюшкой Степаном Тимофеевичем» и опускаться перед ним на колени. Разин решил, что он народный вождь и защитник обиженных. В доказательство этого он во время очередной гомерической попойки на воде утопил в Волге обиженную и беззащитную пленницу, над которой до этого долго измывался. Через двести лет некто Д. Солодовников написал песню «Из‑за острова на стрежень». Песней восхищались и повсюду бесстыдно пели, гордились ей как проявлением народного духа почти сто лет. В песне пелось, как веселый и вдребезги пьяный здоровенный и обвешанный оружием мужик‑атаман ни за что, ни про что убил совершенно беззащитную персидскую пленницу‑княжну. Понятия добра и зла поменялись местами совсем не в 1883 году. Народ пел о убийстве беззащитной девушки и почему‑то не считал это позорным.
Астраханский воевода вместо того, чтобы унять атамана, написал ему письмо, чтобы он прекратил грабежи. Разин ответил ему: «Вы смеете мне грозить немилостью. Я не боюсь ни воеводу, ни того, кто повыше его. Воевода дурак и трус. У меня силы и власти больше, чем у него. Я не холоп, а вольный человек .Я расплачусь в этими негодяями, как следует расплачусь». Разин вызвал у населения чувство бунта.
В мае 1670 года Степан Разин решил открыто атаковать самодержавную власть: «хотели мы Москву взять и всех бояр и дворян и приказных людей перебить на смерть, убить мирских кровопийцев, вывести воевод на Руси и бояр на Москве». Восстание донского атамана отличалось размахом, массовостью, длительностью и напряженностью. Разинцы взяли Царицын, Камышин, Астрахань, Самару, Саратов, Арзамас, Пензу, Тамбов. Везде убивали воевод и приказных, жгли царские документы, грабили богатых. Во всех взятых городах Разин вводил выборное самоуправление и по всей России рассылал прельстительные письма: «Я пришел дать вам волю! Братья! Мстите вашим мучителям, что хуже турок и татар держали вас в рабстве. Я иду истреблять бояр, дворян, приказных людей, установить по всей Руси казацкое житье и сделать всех людей равными». Против него царские полки воевали как бы нехотя, многие стали переходить на сторону Разина. Атаман не хотел становиться самозванцем, а говорил, что в борьбе с боярами и дьяками его поддерживали царь и патриарх. Атаман обманывал народ, но не переживал по этому поводу. Его восстание охватило большую территорию, на которой дрались четверть миллиона человек. Населению царства понравилась идея всеобщего равенства и раздела имущества богатых между бедными. Все грабили всех и восставали за царя и атамана против бояр, жгли поместья и усадьбы и убивали дворян.
В августе наконец царь собрал пятидесятитысячное дворянское ополчение и в начале октября 1670 года разинцев разбили под Симбирском. Разин бежал, а брошенных им мужиков каратели гроздьями вешали и отправляли на плотах по Волге в Каспийское море. Казнили виновных и невиновных, всех, кто попадался под руку. Обильно пролитая кровь участников первой крестьянской войны заливала ее последние вспышки, оставаясь в памяти народа, передававшего из уст в уста о казни Степана Разина на лобном месте в Москве в июне 1671 года. Луна, казацкое солнце, больше не светила донскому атаману. Мужики не захотели ловить с ним журавля в небе, за которого можно было сложить голову. Бояре давали им на земле полудохлую синицу, и менять полухорошую жизнь на возможную смерть было совсем не просто. Через тридцать лет стаи журавлей и навсегда без большого риска для жизни народу предложил Петр Великий, но даже этот фантастический гений только полным напряжением своих неимоверных сил смог сдвинуть Россию с места на дорогу благополучия и процветания.
XVIII век: Петр Великий, Полтавская битва, Екатерина Великая и Емельян Пугачев
Младший сын Алексея Тишайшего Петр получил власть в семнадцать лет с большим риском для жизни. Его спасло то, что еще много лет назад он создал свою гвардию – Преображенский и Семеновский полки. Гвардейцев было всего три тысячи, но их хватило для того, чтобы победить полностью деградировавших двадцать тысяч стрельцов во главе с сестрой Петра I. Новый государь навсегда запомнил жаркое лето 1689 года: «едва ли кто из государей сносил столько бед и напастей, как я».
Полтора года Петр путешествовал по Европе, научился кораблестроению и морскому делу, изучал десятки ремесел. Европейские впечатления обогатили и изменили его духовный мир. Более всего третьего Романова поразили технические достижения европейских стран. В конце XVII века Московское царство с гениальным государем поразительно быстро стало становиться Российской империей. Петр I знал, что иностранные дипломаты писали домой о допетровских нравах на Руси:
«Правление у их тираническое и варварское. Все московитяне без малейшего уважения к их личности находятся под гнетом жесточайшего рабства, а крестьяне доведены до такой бедности, что ничего не имеют, кроме изорванной одежды. Они утоляют голод ржаным и пшеничным хлебом, бобами, чесноком и водой. Вельможи нагло требуют все, что увидят. Между военными начальниками принимается в уважение род, а не опытность. То, что московитяне изгоняют все знания, происходило из‑за самих государей, которые опасаются, что подданные наберутся в них духа свободы и восстанут, чтобы сбросить деспотическое иго. В кабаках пьянствуют до последнего. Они пьют не процеживая сквозь зубы, а глотают всей глоткой, точно быки и лошади, и не перестают пить, пока не перестанешь наливать».
Петр начал перестраивать управление государством, изменил даже летоисчисление и календарь. Целью его политики стала борьба за выход к Балтийскому морю, возврат древних русских прибалтийских земель у Финского залива, в Смуту захваченных Швецией.
В 1700 году началась русско‑шведская Северная война, продолжавшаяся двадцать лет. Победы шведских королей Густава‑Адольфа и Карла X принесли их армии европейскую славу. Балтийское море являлось внутренним морем Швеции, полностью контролировавшей северную морскую торговлю, приносившую колоссальную прибыль. Россия примкнула к антишведскому союзу Дании, Саксонии и Польши и вступила в войну, имевшую для нее грандиозные последствия. После нескольких лет противостояния шведский король Карл XII во главе своей армии в январе 1708 года начал поход на Москву. Судьба создаваемого Петром государства должна была решиться в июне 1709 года у маленькой деревни, находившейся в пяти километрах от древнего украинского города Полтавы.
Армия Москвы до Петра I была в ужасающем состоянии, инженерное и артиллерийское дело находилось в полном упадке, военное искусство атаки и обороны существовало в младенческом состоянии. Пехота в сражении только оборонялась, конница с ужасным криком бросалась на неприятеля, стараясь прорвать фронт. Если неприятель опрокидывался – Москва побеждала. Если враги держались твердо – конница пряталась за пехотой и «гуляй‑городом». В случае победы противника не преследовали, а просто грабили его территорию.
По уставу 1682 года русское войско состояло из девяти корпусов – сорока солдатских полков численностью шестьдесят тысяч воинов, двадцати стрелецких толков в двадцать тысяч стрельцов, тридцати тысяч рейтар и тридцати тысяч дворян и детей боярских, казачьих полков. Войско было временным, нерегулярным, призывалось в военное время и содержало себя за свой счет. Русская армия была небоеспособна.
Западноевропейские государства уже давно имели многочисленное, хорошо обученное и дисциплинированное регулярное войско. Военное искусство Тюренна и Вобана довело тактику войны до высочайшего уровня, если так можно сказать о массовом убийстве. Регулярная шведская армия создавалась почти два века – с 1520 до 1696 года. За это время она провела десятки войн, приобрела большой опыт и разработала эффективную тактику ведения боя. Шведская промышленность делала отличное оружие, значительная часть которого шла на экспорт.
Шведская армия формировалась из добровольцев и рекрутов, набиравшихся из девяти военных округов. Была создана королевская гвардия и мощная артиллерия. Ядро армии составляли шведы, но в солдаты принимали немцев, французов и англичан. Большую часть пехоты составляли мушкетеры, стрелявшие залпами. Конные кирасиры к саблям вместо пик получили короткие карабины, а драгуны – мушкеты. Артиллерия, стрелявшая ядрами и картечью, была легка и подвижна. Пехота вместо глубокого строя становилась в шесть шеренг, во время стрельбы – в три шеренги. Конница с места атаковала в карьер тремя волнами. Солдаты были хорошо накормлены, одеты и обуты. Полк состоял из трех батальонов, в которых было семьсот мушкетеров, шестьсот пикинеров и два орудия. Батальон состоял из четырех рот, один строился впереди, два сзади. Пехота располагалась в центре боевого порядка, кавалерия – на флангах. Легкая артиллерия находилась во фронте, тяжелая сводилась в батареи и становилась в центре и на флангах. Сзади всегда располагался резерв. Подобное построение войск обеспечивало сильнейший первый фронтальный удар, но было не так эффективно на пересеченной местности.
Шведская армия насчитывала семьдесят тысяч солдат. Была создана централизованная система снабжения войск со складами продовольствия, базами и коммуникациями. Шведский солдат ежедневно получал восемьсот грамм хлеба и четыреста грамм мяса. Двадцать пехотных и восемь рейтарских полков квартировали в Швеции, семь пехотных и четыре рейтарских полка – в Финляндии. По военной реформе 1680 года периодические рекрутские наборы были заменены воинской повинностью, по которой определенное число крестьянских дворов выставляло одного солдата. Крестьяне обеспечивали солдат домом, двором и обмундированием, а вооружение и амуниция выдавалось государством. Солдаты из одного региона сводились в один полк, носивший название региона.
В 1697 году шведским королем стал юный Карл XII, который, по выражению У. Черчилля, «не признавал никаких законов, кроме своих прихотей». Он прекрасно знал воинское искусство Александра Македонского и Юлия Цезаря, больше всего в жизни любил воевать, был властен, упрям, страха смерти не знал, искал опасностей, был исключительно упорен при достижении поставленной цели, энергичен, неутомим, воздержан, великолепный тактик, но не являлся проницательным и вдумчивым стратегом, не обладал прозорливостью великого полководца и самонадеянно презирал своих врагов, не считаясь с их достоинствами. К 1700 году шведская армия и очень сильный флот из сорока линейных кораблей насчитывали сто тысяч солдат и матросов.
Во главе пехотного полка армии Карла XII находились полковник, подполковник, майор, квартирмейстер, пасторы, писари. Полк из тысячи четырех сот солдат делился на четыре батальона мушкетеров, гренадеров и пикинеров. Двадцатью четырьмя ротами полка командовали капитаны, лейтенанты, прапорщики, унтер‑офицеры и капралы, один капрал командовал двадцатью четырьмя рядовыми солдатами.
Кавалерийский рейтарский полк имел разный количественный состав, обычно в пятьсот всадников, и состоял из двух эскадронов, в каждом из которых было четыре отделения, роты. Рейтарским полком командовали полковник, подполковник, майор, ротмистры, лейтенанты, корнеты и капралы.
Артиллерийские полки состояли из рот, минерных команд, походных лабораторий. В пехоте и кавалерии были полки лейб‑гвардии. Карла XII постоянно охраняли двести гвардейцев‑драбантов. Рядовой драбант имея звание ротмистра, лейтенант приравнивался к полковнику, капитан – к генерал‑майору. Мушкетеры и гренадеры были вооружены мушкетами со штыками, стрелявшими на двести метров, и гранатами, шпагами. Кавалеристы имели шпаги‑палаши, кремниевые пистолеты и карабины. Шведские пушки стреляли картечью на двести пятьдесят метров. Армия снабжалась из постоянных складов, армейского обоза и с помощью реквизиций.
В сражении Карла XII использовал линейную тактику. Перед боем солдаты строились в две полковые линии, батальоны стояли в четыре или шесть шеренг. Солдаты стояли плотно друг с другом, соприкасаясь локтями. Скорострельность мушкетов была один выстрел в две минуты. Одновременно стреляли три шеренги – первая с колена, вторая и третья – стоя. Карл XII требовал стрелять не раньше, чем солдаты различали белки глаз солдат противника, а затем яростно атаковать со штыками и шпагами.
Кавалерия Карла XII атаковала эскадронами, выстроенными двумя или тремя шеренгами в виде плуга. Всадники в атаке не стреляли, а скакали с палашами наголо, в плотном строю «колено в колено». Если артиллерия противника не рассеивала эскадроны, то они врезались страшным тараном во вражеский строй. Все шведские солдаты были великолепно обучены тактике боя, превосходно стреляли и фехтовали, легко производили перестроения во время атаки и держали сомкнутый строй. Ярко выраженная наступательная тактика содействовала созданию неслыханного до того времени боевого духа армии. Солдаты под непрерывным обстрелом не отвечая на огонь двигались вперед на пистолетный выстрел, стреляли и со штыками наперевес врывались в ряды противника, делали в них огромные бреши и обращали врага в бегство. Темп атаки был очень быстрым. Пехоту с флангов поддерживали кавалеристы, перед боевым столкновением переходившие с рыси в галоп. Арлтиллерия обстреливала укрепления, шанцы и редуты врага.
Быстрая пехотная атака «локоть в локоть» с кавалерийской поддержкой «колено в колено» была изобретением Карла XII. Шведская армия была колоссальной боевой машиной, которую не мог остановить никто, во главе с талантливым тактиком‑королем. Вот с таким сильнейшим противником сознательно столкнулся Петр Первый. Времени у царя было немного, но российскому гению его хватило.
Проблем в московском войске было больше, чем не‑проблем. Отсутствовало единство военной организации, система формирования, обучения, снабжения войск, была очевидна значительная техническая и культурная отсталость. Национальных офицерских кадров почти не было. В 1699 году Петр создал российскую регулярную армию и флот. Он создал несколько дивизий с десятками полков, реорганизовал стрелецкие и старые солдатские полки. Петр собрал из московских архивов и со всего мира военные уставы, внес в них тысячи изменений и написал свой устав, который постоянно совершенствовал. С помощью рекрутской повинности Петр создал регулярную профессиональную армию, систему военного управления и хозяйства, снабжавшую войска обученными кадрами, оружием, обмундированием, жалованьем и провиантом. К 1708 году мобильная и маневренная армия Петра I, уже побывавшая в нескольких сражениях, могла поспорить в бою со шведской.
Полевая русская армия состояла из двух гвардейских, тридцати пехотных и четырех гренадерских полков – около шестидесяти тысяч воинов, вооруженных ружьями со штыками, гранатами и ручными мортирками. Армия строилась в линейный боевой порядок и вела стрельбу шеренгами и залпами, потом атаковала. Дальность стрельбы из гладкоствольных кремниевых ружей была двести метров, скорострельность – один выстрел в минуту. У солдат было по тридцать патронов, на полчаса – час боя.
Драгунская кавалерия Петра состояла из трех конно‑гренадерских и тридцати драгунских полков. Каждый полк имел по пять эскадронов по две роты в каждом, всего тысяча двести всадников. В полку было сорок офицеров и восемьдесят унтер‑офицеров. Драгуны были вооружены палашами, пистолетами и карабинами. Конница могла не только прикрывать фланги, но и выполнять самостоятельные задачи, действовать в конном и пешем строю, совершать рейды в тыл противника. Петр разработал атаку на полном скаку с ударом холодным оружием.
Артиллерия новой русской армии состояла из полков, каждый из которых имел четыре канонирские, четыре бомбардирские и инженерные роты. Тридцать два орудия одного полка обслуживали четыреста воинов с четырнадцатью офицерами. Это был любимый род войск Петра, знавшего артиллерию и фортификацию в совершенстве. Он калибровал орудия, что намного усилило огневую мощь русской армии. Петр всегда строил укрепления полевого типа – редуты и ретраншементы. Он никогда не воевал по шаблону. Кроме полков, имевших по тысяча двести воинов, Петр создал бригады, быстро решавшие тактические задачи. Устав третьего Романова обязывал воинов биться честно и грозно. Главной чертой военной стратегией Петра I была ее решительность. Для тактики новой русской армии были характерны маневренность, взаимодействие трех родов войск, способность вести боевые действия ночью на пересеченной местности. Примером стойкости русских войск стала защита Петербурга в 1705 и 1708 годах шведов.
К 1703 году Петр почти отбил побережье Балтийского моря и быстро строил в устье Невы свой небывалый город Санкт‑Петербург, ставший гордостью будущей империи. Летом 1705 года шведский корпус генерала Майделя на двадцати кораблях начал атаку на любимый город Петра. Королевская морская пехота попыталась высадиться на остров Котлин, но тут же была сбита резкой русской атакой. Шведская эскадра была разогнана кронштадскими мортирами, и ей не помогли триста пятьдесят пушек. Шведы высадились вдали от Петербурга и атаковали город вновь и вновь, но русские воины не сдвинулись с места, помня слова великого Александра Невского, бившего шведов на этом же месте половину тысячелетия назад: «Отступать некуда, умирай, где стоишь!» Никто из русских солдат не отступил, а шведы потеряли около тысячи солдат и откатились от города на Неве.
В 1708 году четырнадцать тысяч шведов генерала Любекера штурмовали Санкт‑Петербург. На каждого русского приходилось по десять шведов, но гарнизон генерала Апраксина дрался насмерть, выставив штандарт «Победить или умереть!» В критический момент штурма, когда героизм и отчаянное мужество русских бойцов могли быть подтверждены только их гибелью, над стенами Петербургской крепости вдруг разразился ужасающий ураган, поддержанный небывалым морозом в сорок пять градусов по Цельсию. Потомков викингов унесло от города, защитники которого не умели произносить слово «отступление». С этих времен в русской армии стали в таких случаях говорить: «Нас мало, зато в бою тесно не будет!» Счастливый царь выбил медаль «За спасение Санкт‑Петербурга» и наградил ей невских героев. Через год шведская коса со всего размаха врезалась в русский камень, и имя ему было Петр. Исторические источники не говорят, спокойно ли спал шведский король Карл XII перед Полтавской битвой. Но совершенно точно известно – король не знал, что утром впереди зелено‑лазоревой линии русских войск в атаку на него пойдет сама шведская смерть.
Петр I сам выбрал место генерального сражения недалеко от Полтавы. Тыл его войскам прикрывал обрывистый берег реки Ворсклы, левый фланг защищал Яковицкий лес, тянувший до самой Полтавы. Правый фланг был открыт, а перед фронтом русской армии находилось ровное поле около двух километров в глубину. За полем стоял Будищенский лес, разделенный с Яковицким лесом полем около километра. Только здесь шведские войска могли пройти для атаки русской армии. Петр построил на этой полосе укрепленную линию из шести редутов, расположив их друг от друга на расстоянии двести метров ружейного выстрела. Перпендикулярно к ним были построены еще четыре почти квадратных земляных укрепления – редута, два из которых к началу битвы закончить не успели. В русской армии было сорок две тысячи воинов – пятьдесят восемь батальонов пехоты, семнадцать кавалерийских полков, и семьдесят в пушки. Шведская армия насчитывала тридцать две тысячи солдат. У шведов было сорок пушек, но в битве стреляли только четыре орудия. Артиллерия Карла XII, не придавшего ей должного значения, имела достаточно пороха и около сотни выстрелов на каждое орудие. Утверждение шведских историков о том, что королевским пушкам нечем было стрелять, не соответствует действительности.
К ночи 27 июня 1709 года на передовой позиции у Петра находилось десять редутов с большим гарнизоном, за которыми развернулись семнадцать кавалерийских полков А. Меншикова. Русская армия с полевой и полковой артиллерией находилась за ними в укрепленном лагере. У Петра была сильная позиция.
К вечеру 26 июня Карл XII в первой линии в четырех глубоких колоннах выстроил свою пехоту. Во второй линии в шести колоннах расположилась конница. Два батальона пехоты, шесть эскадронов конницы и три тысячи казаков бывшего украинского гетмана И. Мазепы, переметнувшегося к Карлу XII, у Полтавы прикрывали обоз и лагерь и переправу через Ворсклу ниже Полтавы. Утром 26 июня Карл XII был ранен русскими казаками в ногу и битвой руководил лежа. Карл XII обратился к войскам: «Идите туда, куда ведет вас слава!» Петр I сам объявил свой приказ русским воинам: «Вы сражаетесь за Россию, за Отечество и вас не должна смущать слава непобедимости неприятеля!» Несколько пушек Петр поставил в редутах, а в укрепленном лагере встали пятьдесят полковых и тридцать полевых орудий. Всей русской армии даже не пришлось участвовать в битве. Генералы попросили Петра I в бою не участвовать, но царь только отмахнулся.