Дорога к рыцарству

Глава вторая. Высокородная леди

Свет горел в небольшом помещении возле кухни, в котором девушки-служанки собирались по вечерам – кто-то из них мыл посуду, кто-то шил, кто-то вышивал на пяльцах, одни приходили просто поболтать, другие – поделиться секретами с подругами. Феофан представил меня девушкам как гонца из столицы, а сам пошёл искать охранников, так как собирался ещё до полуночи сжечь останки Серафима. Я порывался пойти с ним, но старик заверил меня, что с кремацией справится сам, а отдать дань уважения другу я смогу завтра в склепе.

Как только за стариком захлопнулась дверь, меня сразу окружили вниманием и заботой. И хотя ужин в замке давно прошёл, специально для меня повариха подогрела суп, порезала овощи, достала из чулана вяленое мясо и сыр. Пока я ел, девушки-служанки вскипятили воды и наполнили в банной комнате большую деревянную круглую бочку. Меня допытывали насчёт столичных новостей. Я не отмалчивался и подробно рассказал о последних событиях в столице, о битве на рыночной площади, рассказал о своем путешествии к замку, о встрече с метаморфами и гибели друга. Девушки были благодарными слушателями и лишь изредка перебивали меня, вставляя свои реплики и комментарии. Видимо, тут, вдалеке от Холфорда, жизнь текла вяло и размеренно, и любые новости вызывали интерес.

Одна из девушек, рыжая кудрявая красавица Лиана, осторожно поинтересовалась, надолго ли я прибыл в замок. И когда я ответил, что приехал по поручению герцога Кафиштена и, не исключено, что останусь тут навсегда, девушки явно обрадовались и начали перемигиваться и шептаться между собой.

Впервые за много дней я наелся до отвала. После того как я насытился, большой хихикающей толпой служанки проводили меня в банную комнату и навязчиво предлагали мне помочь искупаться. Мне стоило больших усилий выпроводить их всех из комнаты. Девушки были явно разочарованы моей стеснительностью, но принесли мне свежую длинную рубаху, подштанники и широкое полотенце, а мою грязную одежду взяли в стирку. Мне было обещано, что к рассвету вся одежда будет отстирана, открахмалена и поглажена.

При мерцающем свете тусклой лампы я закрыл входную дверь на крючок и блаженно погрузился в горячую воду. К моим услугам имелась лохматая мочалка и большой кусок пахнущего ромашками мыла. Я быстро вымылся, а потом ещё долго нежился в горячей воде, не желая выходить. Лишь опасение, что я могу уснуть от усталости прямо здесь, в ванной, заставило меня пошевеливаться. Я вытерся, надел оставленную мне одежду, накинул сверху плащ и вышел в коридор.

Пока я мылся, девушки уже разошлись по своим комнатам. На кухне оставались только Лиана, которую я сразу выделил и запомнил благодаря яркой внешности, и ещё одна девушка с длинными русыми волосами (она представлялась, но я, признаться, забыл её имя). Моя одежда, уже постиранная, сушилась на бельевых верёвках. Служанки сообщили, что могут постелить мне в свободной комнате в западном крыле, также есть подходящие комнаты в южной части замка. Обе девушки ожидали моего выбора. Я поинтересовался, какая разница в расположении комнат.

– В западном крыле живут неженатые охранники замка и некоторые мастеровые из числа простолюдинов. В южном крыле более просторные комнаты и большинство из них свободные, там обитают дворяне, старый маг, а также начальник охраны, – пояснила мне Лиана.

Я задумался. С одной стороны, я не был дворянином. С другой стороны, и рядовым охранником замка тоже не был. Наверное, лучше было сразу показать свои большие амбиции, чем понизить свою планку в глазах других.

– Я заночую в южном крыле замка, – ответил я, поднимая свои сумки.

Лиана, как мне показалось, огорчённо вздохнула. Её подруга, наоборот, заметно повеселела, взяла корзину с постельным бельём и масляный фонарь и вызвалась проводить меня до комнаты. Я пошёл за ней по тёмным коридорам.

Внутренняя планировка замка была весьма мрачной и запутанной – винтовые лестницы, узкие проходы, в которых было сложно разминуться двум встречным. Это была скорее крепость, чем замок. Моя провожатая уверенно провела меня по тёмным переходам и вывела в широкий хорошо освещённый светом факелов коридор.

– Это – жилой этаж южного крыла. Комнаты все здесь пустуют, кроме самых дальних. В одной живёт брат управляющего со своей семьей, в других – главный егерь и престарелая сестра герцога со своей нянькой. Этажом выше занята всего одна комната, в которой живёт начальник охраны. А в верхней башне проживает старый маг Феофан.

– Какое тут запустение, – удивился я.

– Это так, – грустно согласилась девушка. – Раньше, говорят, замок бурлил жизнью. Герцог давал балы, тут постоянно проживало множество гостей. Но в последние годы здесь мало обитателей.

– И давно ты тут живёшь? – поинтересовался я.

– Да практически всю жизнь. Я родилась в деревне неподалёку от замка. Но когда мне было пять лет, случился неурожайный год – из-за дождей погибли посевы, а запасы зерна в амбарах подмокли и испортились. И в ту голодную осень родители обменяли меня на два мешка пшеницы – и от голодного рта избавилась ещё до наступления суровой зимы, и заодно зерна для посева раздобыли. С тех пор я прислуживаю в замке – стираю, мою полы, помогаю на кухне, набираю по утрам чистую воду из колодца. Я считаю, что богиня Фаэтта была ко мне благосклонна, так как работа в замке намного легче, чем у меня дома. Там всё лето от зари до зари приходится в поле работать, а весь остальной год с утра до ночи прясть пряжу.

Девушка прервала свой рассказ и остановилась у одной из дверей, поставила корзину с бельём на пол, достала большой чугунный ключ и попробовала открыть замок. Она с минуту пыталась провернуть его в замке, но у неё ничего не вышло.

– Замок заело, редко им пользовались в последнее время, – извинилась служанка.

Я сам попытался провернуть ключ, но это оказалось нелегко. Когда же я надавил изо всех сил, раздался хруст, и большой ключ сломался у меня в руке. Я с виноватым видом отдал девушке головку ключа, а стержень остался торчать в замке. Девушка удивлённо и испуганно повертела обломок в руке.

– И что нам делать? – спросила она меня. – У меня нет других ключей.

– Не переживай, – постарался я успокоить её и осмотрел дверь и замок.

Дверь не производила впечатления надёжной – старые доски, рассохшийся косяк. Пожалуй, я смог бы её выбить с двух-трёх ударов ноги. Хватило и одного удара – дверь распахнулась, глухой звук прокатился по тёмному коридору и породил гулкое эхо. Я несколько запоздало испугался, что на шум выбегут разбуженные недовольные обитатели, но никто в коридор не вышел.

Девушка взяла фонарь и первой прошла в темноту. Я подобрал свои сумки и последовал за ней. Большое холодное помещение из нескольких комнат – прихожая, с одной стороны дверь в санузел с настенным умывальником и дырой в каменном полу, другая дверь ведёт в большой зал, за которым находится спальня. Окна занавешены тяжёлыми плотными шторами. На стенах – старые выцветшие гобелены, несколько больших батальных полотен не очень умелого художника. Голова оленя с массивными рогами, большой треугольный щит с гербом Кафиштенов – коршун или сокол расправляет крылья на фоне крутой скалы. Всё это смотрелось весьма таинственно и фантастически в свете маленького переносного фонаря.

Моя провожатая достала из верхнего ящика огромного старинного комода свечи, вставила в большой подсвечник. Зал осветился и показался даже уютным. Я скинул свои сумки в углу и уже внимательнее осмотрелся. Из мебели тут имелся большой круглый стол, на котором пылилась ваза с давно засохшими и осыпавшимися цветами, несколько грубо сколоченных стульев, широкая лавка. Большой камин, рядом с которым стояли длинная кочерга и ведро с деревянными щепками. Я подошёл к окну и отодвинул плотную пыльную штору. Моему взору открылось узкое мутное окно. За окном виднелись горы, поросшие густым лесом и освещённые серебристо-зеленоватым светом малой луны.

Пока я рассматривал окрестности, девушка унесла подсвечник в спальню, где быстро и ловко постелила постель. Потом достала тряпку и стала тщательно протирать пыль со стола и стульев. Я за этот бесконечный день нечеловечески устал и с трудом скрывал зевоту. Но служанка всё никак не уходила. Тогда я прямым текстом попросил её оставить меня, так как я страшно устал и просто падаю с ног. Девушка помедлила немного и, покраснев, спросила:

– Извини, Пётр, но можно я ещё немного побуду с тобой? Просто здесь в замке скучно, новые люди появляются очень редко. Да и, признаюсь, мои подружки сейчас сидят и обсуждают – сумею ли я тебе понравиться. Надо мной все девушки будут смеяться, если я упущу такой шанс и не смогу поближе познакомиться с красивым парнем…

Я показал ей надетое на палец колечко:

– Ты очень симпатичная девушка, и я бы с удовольствием проболтал с тобой хоть до самого утра, но у меня есть невеста. Уверен, она будет не в восторге, если узнает, что я ухаживаю за другими девушками.

Но служанка нисколько не смутилась:

– Сегодня все девушки первым делом обратили внимание на обручальное колечко Амины на твоём пальце. Но ведь это колечко ничего не значит. Никаких обязательств. Это лишь знак, что какой-то девушке ты понравился, и она повела тебя в храм.

Я внимательно рассмотрел свою собеседницу – красивое лицо, стройная фигура, длинные русые волосы. Без всякого преувеличения, служанка была симпатичной, даже красивой. А я ведь даже имени её не запомнил. Девушка ждала моего решения.

– Сегодня я реально устал. Я вот-вот свалюсь…

– Но может, в другой раз мне можно будет зайти? – служанка явно расстроилась, в её глазах появились слезинки.

Мне стало стыдно за своё поведение – ну, что мне трудно уделить толику внимания девушке?

– Да, в другой раз я с удовольствием уделю тебе столько времени, сколько ты сама захочешь, – успокоил я собеседницу.

– Ловлю тебя на слове, – хитро улыбнулась ночная посетительница и, пожелав мне спокойного сна, закрыла за собой дверь.

Проснулся я от ощущения, что кто-то находится в спальне и наблюдает за мной. Открыл глаза и убедился, что чувства меня не обманули: на краю кровати сидела рыжая Лиана. Заметив, что я проснулся, она улыбнулась:

– Вставай, лежебока! Уже утро наступило. Скоро завтрак, и ты рискуешь его проспать.

– Что ты тут делаешь? – удивился я.

– Принесла твою одежду, отстиранную и отглаженную, – Лиана указана рукой на вешалку с моими вещами. – Налила чистой воды в умывальник. Далинка рассказала, что ты дверной замок сломал, поэтому я не стала стучаться и тебя будить.

Кое-как я собрался с мыслями. Вчерашнюю девушку, оказывается, звали Далинка, нужно запомнить. Я присел на кровати и вспомнил, что из одежды на мне только панталоны. Неудобно как-то при девушке разгуливать в нижнем белье.

– Может, теперь ты выйдешь, чтобы я мог одеться? – спросил я.

– Ой, какой стеснительный! Иди, умывайся, я отвернусь. Мне просто ещё тут пыль нужно вытереть, полы вымыть и вообще у тебя в комнатах прибраться.

Я встал и протопал к умывальнику. Привёл себя в порядок, вернулся в гостиную и заметил, что Лиана во все глаза рассматривает меня:

– А что значит татуировка с вепрем? – спросила она. – Оскаленный вепрь – знак четвёртого полка Холфорда, я там служил десятником. Но кое-кто обещал отвернуться, – напомнил я любопытной служанке.

– Да чего тебе стесняться! – искренне удивилась Лиана. – С такой фигурой любая девушка Эрафии может быть твоей, только пальцем помани.

– Скажешь тоже… – окончательно смутился я. – Да и вообще у меня невеста есть.

– Странно было бы, если бы у такого красивого парня не было девушки. Но твоя невеста далеко, да и колечко богини любви Амины ничего не значит. Так что будь готов к тому, что местные красавицы будут тобой интересоваться, – хитро улыбнулась Лиана.

– Это я уже заметил, – согласился я, облачаясь в отглаженную одежду.

Лиана осмотрела меня, поправила плащ и сказала:

– Могу дать тебе совет, как стоит себя вести со здешним управляющим Липляром. Совет очень полезный, но не бесплатный. Недорого. Всего один поцелуй.

Я улыбнулся этой забавной шутке. Но, оказалось, что Лиана не шутила:

– Чем я хуже Далины? С ней-то ты вчера целовался. Не отпирайся, она всем уже разболтала. Всего один поцелуй, и я расскажу, что нужно говорить Липляру, чтоб произвести благоприятное впечатление.

Я не стал ничего доказывать и спорить. Действительно, разве это трудно – поцеловать разок такую красивую девушку, тем более ради собственного блага. Я шагнул к ней и поцеловал в губы. Девушка обняла меня за шею и поцеловала в ответ, впившись губами.

Когда Лиана оторвалась, она выглядела довольной, как наевшаяся сметаны кошка. И дала мне отличный совет перед встречей с Липляром: выглядеть как можно более простым и глуповатым, эдаким тупым солдафоном. С её слов выходило, что управляющий с очень большим подозрением относится ко всем, кого герцог направляет в замок. Подозревает в них соглядатаев, которые будут следить за ним и контролировать его работу. Он их побаивается и при первой же возможности старается избавиться от этих людей, отослав куда подальше. Возможно, у Липляра имелась какая-то причина опасаться проверяющих, хотя Лиане об этом ничего не было известно. Так или иначе, неприязнь управляющего к слугам, нанятым герцогом в столице, давно была подмечена всеми обитателями замка.

Управляющего я нашел в северном крыле замка, обращённом к реке. Здесь были самые высокие башни и три жилых этажа. Меня сразу удивило, насколько северная часть замка отличается от остальных. Высоченные потолки, на полу ковры, на стенах – картины и оружие. Все коридоры были освещены фонарями и патрулировались стражей, сновали многочисленные слуги. Пожалуй, это крыло напоминало дворец, а не мрачную крепость.

У входа в кабинет управляющего стояли двое хмурых охранников в латных доспехах, вооружённые длинными пиками. Они перегородили крест-накрест дверь оружием и поинтересовались целью моего визита. Я ответил, что прибыл по приказанию герцога, после чего охрана меня пропустила.

Липляр с первого же взгляда произвёл на меня отталкивающее впечатление. Это был невысокий толстячок с заплывшими жиром бегающими злыми глазками. Он принял меня, не вставая с высокого кресла, напоминающего трон. В его жестах, тоне, взгляде ощущалась угроза всем, кто хоть на секунду усомнится в его высоком положении. Рядом с креслом Липляра стоял тощий длинный мужчина в дорогой одежде держа в руках перо и свиток бумаги. Я по-военному приветствовал управляющего, поклонился второму присутствующему, чётко представился и передал запечатанный тубус с письмом от герцога.

Липляр небрежно сорвал печать, несколько раз перечитал письмо, потом свернул в трубочку и уставился на меня своими пронзительными глазками:

– От самого герцога, говоришь. Что в тебе герцог нашёл такого, чтоб отослать к нам аж из самой столицы?

– Не могу знать, благородный господин! – рявкнул я так, что даже эхо прокатилось в коридоре за открытой дверью.

– А сам как думаешь? Ведь не каждого же нанимает такой влиятельный человек, как герцог Кафиштен, – продолжал допытываться толстяк.

– Ему понравились моя сила и отвага! Герцог видел, как я сражался на Арене против трёх мечников и победил. Не каждый воин из городской стражи способен на такое! – я бахвалился своими успехами, надеясь, что не переигрываю.

Толстяк скрестил пальцы на животе и переглянулся с присутствующим в комнате мужчиной. Тот едва заметно кивнул управляющему.

– Допустим. Но в письме упоминается твой спутник. Где он?

Я опустил глаза и совсем другим тоном, выражающим скорбь и боль утраты, проговорил:

– Он погиб. Совсем немного не дошёл до вашего замка. Был съеден метаморфом здесь, неподалёку, возле реки. Но мой друг отомщён. Коварный монстр был убит магом по имени Феофан Алхимик.

– Феофан? Надо же, держит ещё марку старик. Герцог написал, что направляет тебя для присмотра за своей дочерью высокородной леди Камилеттой. Тебе сказали, что ты уже пятый, кого герцог нанимает на эту должность?

– Никак нет, благородный господин. Мне никто не говорил об этом. И лишь вчера, когда я уже прибыл в замок, мне сказали, что у герцога дочка, а не сын.

Липляр весело рассмеялся, долговязый господин тоже выдавил подобие улыбки. Потом управляющий ещё раз перечитал письмо, посмотрел на меня и спросил:

– Значит, ты думал, что станешь оруженосцем у молодого дворянина. А вместо этого придётся играть в куклы с девчонкой-истеричкой. Как это похоже на герцога – нанять простачка, наобещав ему невесть чего!

Я молчал, утверждать очевидное было незачем.

– По твоему акценту понятно, что ты не коренной житель Холфорда. Однако служил в столице… Странно всё это. Откуда же ты родом?

Разговор пошёл по скользкому руслу. Мне за время жизни в Холфорде не раз приходилось рассказывать про своё детство, но моими собеседниками обычно были простые солдаты, а не такой хитрый и осторожный тип. Я внутренне напрягся, постаравшись сохранить внешнее спокойствие.

Я заученно, в который уже раз за последние полгода начал рассказывать о себе:

– У нас в посёлке, у Малых Граничных Холмов, девчонка по имени Ленка-Фея стала странной. Друид посмотрела на неё и сказала, что у нее открылся магический дар, и ей нужно идти в Холфорд учиться на магичку. Фея подговорила меня и ещё одного парня по имени Серый Ворон пойти с ней за компанию. Родители нас благословили, и мы втроём самостоятельно прошли через лес, через большое болото и вышли к горам. Дорога была трудной и опасной, но в итоге мы добрались до Холфорда. Ленка-Фея поступила на обучение в Академию Магии, мой друг нашел работу в городе, а я смог поступить в городскую стражу и вскоре стал лучшим из новичков и получил звание десятника. Дальше случилось так, что я повздорил с наглым десятником из другого полка, а он взял и вызвал меня на поединок на Арене. Этот десятник оказался благородных кровей, из семьи Армазо.

– Армазо? – искренне удивился молчавший всё время человек с бумагой. – Странно, что кто-то из Армазо рискнул выйти на Арену один на один с серьёзным противником.

– Так он и не рискнул. Перед началом боя выяснилось, что правила изменили, и против меня на поле выйдут сразу трое гладиаторов.

Мои собеседники переглянулись, долговязый улыбнулся и развёл руками – мол, всё было предсказуемо. Липляр тоже усмехнулся:

– Вот это уже похоже на Армазо.

– Со мной на Арену пришёл друг из полка, он вызвался стать моим секундантом. И мы вдвоём победили трёх опытных противников. Трибуны были в восторге, а среди зрителей находился герцог Кафиштен, он всё видел своими собственными глазами. После боя герцог нашёл нас и предложил поступить к нему на службу, обещал оплату впятеро больше, чем в городской страже. Мы сразу согласились, и нам было велено отправляться в замок Древний Брод. Это было четыре дня назад. И вот вчера вечером я добрался сюда, а мой друг погиб по дороге.

– А сколько ты получал в городской страже? – поинтересовался худой мужчина.

– Как десятнику мне полагались два цехина в день, – честно ответил я.

– Хорошо, слушай внимательно, – Липляр откинулся на спинку кресла. – Воля герцога для меня закон, и если высокородная леди Камилетта Кафиштен согласится, чтобы ты стал её пажом, получишь обещанные герцогом деньги. Если же она не одобрит тебя в качестве пажа, я найду тебе другое применение в замке, люди тут нужны. Только оплата будет скромнее – по три цехина в день. Познакомься, это казначей Мильхель, – Липляр указал на худого мужчину, – деньги слугам он выплачивает каждый Большой Выходной.