Эпифаня открывает двери

Глава 11 Статуи в лесу

Работать пришлось действительно много. Под конец Эпифаня уже не ощущала той самой средневеково-рыцарской романтики, которую испытывала изначально. А ведь она представляла себе это немного по-другому. Тем временем готовка целого котла похлебки забрала столько сил, что и мгновения не оставалось на то, чтобы насладиться атмосферой. Она даже забыла вспомнить об Открывателе, что так и не появился, о своем мече и об эпидемии Ихса, героем которого она хотела стать. Любопытство так же задвинулось куда подальше. Чего уж говорить о необходимости выбираться из этого дикого времени?

Зато можно есть от пуза. Эпи умяла две плошки похлебки, и хотела было полежать и посмотреть на звезды. Но необходимость мыть посуду – важнее любых звезд.

Эпи хотела еще много чего спросить у Сони, но та куда-то пропала. А Вероника оставалась не лучшим собеседником. Так что ко сну Эпифаня отправилась изрядно уставшей и с целым возом вопросов, остающихся без ответа.

Спать пришлось тут же, на кухне, на большом мешке картошки. Жестко, но зато тепло.

Впервые за долгое время ей приснился кошмар: по лесу, хрипя и фыркая, пробирался черный волк, от морды до хвоста полностью сплетенный из теней. Он рыл носом лесную подложку, раскидывал лапами ветки и листья, ломал зубами молодые деревца. И вот он очутился на небольшой прогалинке, на которой оставались следы – две борозды, оставленные ногами падающего человека. Ее, Эпифанены, следы. Врывшись в них рылом, волк тяжело задышал, а затем поднял голову и завыл. Но завыл не по-волчьи. Так воют люди, пытающиеся сымитировать волчий вой. И тут Эпифаня разглядела его «морду»: косматая, с безумным взглядом и ужасным оскалом сумасшедшей улыбки. Это лицо Эпифаня уже видела – отражение в черном обсидиановом зеркале Открывателя.

Она проснулась не то от страха, не то от неожиданности, не то от реального волчьего воя, оглашавшего округу.

Тающая луна только-только успела дотронуться до верхушек елей, чтобы спрятаться в их густой зелени, как ее уже нагоняли первые лучи восходящего солнца. Ангельские волосы перистых облаков тут же вспыхнули алым, а небо из черного шелка обратилось сапфиром. Но, не смотря на красоту, чересчур прохладное утро не осталось безмятежным. Жители лагеря толкались, бормотали что-то и тревожно шептались друг с другом. Они поспешно собирали палатки и шатры, растаскивали тяжелые тюки и сворачивали флаги. Один толстый бородатый человек в монашеской рясе едва не споткнулся об Эпи, что живо заставило ее забыть об остатках сна. Он проворчал, достал откуда-то из рукава слишком уж современные для средневековья очки, одел их, прищурился сквозь них, поморщился, а затем, махнув на девочку рукой и схватив со стола длинный батон хлеба, поспешил скрыться.

– Ничего страшного! Я в порядке. – Саркастическим тоном кинула ему вслед Эпифаня.

Она потянулась, сладко зевнула и уже начала решать – умываться ей или же перекусить, как вдруг ее схватили за плечо и выдернули из-под кухонного шатра. Сегодня Вероника выглядела взволнованно.

– Это вас так волки напугали, да? – Спросила Эпифаня, осознавая все масштабы суеты, царившей здесь.

Но Вероника только зашипела на нее, приложив к губам палец. Эпи снова оглянулась: обстановка вокруг напоминала переполненный восточный базар с всякими диковинками. И зачем надо сохранять тишину, когда из-за постоянного шума даже собственных мыслей не слышно?

Народ тем временем собирался в центре лагеря возле импровизированного бревенчатого помоста, украшенного развивающимися желтыми флагами с изображением львиноголовой змеи.

– Войска вероломного барона Ховина пересекли реку Дзин у ее излучины. – Вещал с трибуны Морзий.

– Х… Ховин? – Эпи встала на месте, будто обеими ногами провалилась в сусличью нору, да так резко, что Вероника выпустила ее плечо и по инерции пробежала пару шагов вперед.

Вероника поспешила снова схватить девочку, чтобы продолжить тащить ее туда, куда ей было нужно. Но Эпифаня уже проталкивалась сквозь толпу к сцене.

– Ах, ты ж грязный вонючий и мерзкий… – Бубнила она себе под нос, лишь изредка впуская в рыжую голову мысль, что имя Ховин могут носить многие люди.

– …Они заняли Орлиный мост, и решили захватить Гномовы пастбища! – Громогласно оповещал лорд Морзий.

Его голос звучал красиво. Каждая фраза сотрясала воздух, сердце и душу. Каждое законченное им предложение порождало бурю оваций. Собравшиеся здесь люди, и не совсем люди, вскидывали вверх свое оружие и одобрительно кричали.

Кто-то особо воодушевленный речью командира даже подпрыгнул, толкнув бедром Эпи, и та упала на землю. Но это нисколько ее не отвлекло. Эпифаня только громко выругалась и продолжила двигаться вперед. Она проползла между ног впереди стоящих, и оказалось у самого помоста.

– …Вместе! Только вместе мы одолеем врага! Разгромим его и, если надо, вырвем победу зубами! – Прозвучало сверху. Там лорд Морзий демонстративно сжал кулаки, подчеркивая то самое «вместе».

– Да! – прокричала толпа.

– Да! – Взвизгнула Эпи, высоко подпрыгивая. – Надаем Ховину по ушам!

То ли Эпи кричала громче всех, то ли больше всех бросалась в глаза, но ее появление привлекло куда больше внимания, чем того требовалось. Люди слегка отступили от нее, замолчали, и теперь с недоверием смотрели на нее. Морзий тоже закончил речь и теперь с большим интересом наблюдал за ситуацией.

– Я что-то не так сказала? – Неловко спросила Эпи, втягивая голову.

– Попалась! – Раздался раздраженный выкрик, который сразу же снял неприятную молчаливую паузу. Люди сразу оживленно зароптали, возвращаясь к своим делам.

– И чего ты выскакиваешь? – Бубнила Вероника, вытягивая Эпи из толпы за руку.

– Ховин! – Пролепетала Эпи – С каких пор он барон?

– А с каких пор он не барон? – фыркнула девушка. – Ты так говоришь, что знаешь его!

– Ну, я.… Не совсем. – Вдруг Эпи вспомнила, что вокруг нее носятся рыцари и эльфы, что на дворе совершенно другое время, или же совершенно иной мир.

Тут не могло быть того самого Ховина, что некогда оставил ее в подземелье и сбежал с ценной книгой. Кстати, книга! Эта мысль подожгла воображение Эпифани, как искры поджигают сухую ветошь. Книга то не совсем обычная, не зря же ее даже хотел найти Открыватель! А что если в книге скрыт секрет, как перемещаться во времени и пространстве? А еще там подробно описывается, как стать бароном в средние века для чайников?

– А Ховин появился здесь так же как я? – Задумчиво поинтересовалась Эпи. – Как из ниоткуда?

– Еще, как известно, откуда! – бросила Вероника. – Он всегда тут был, чтоб его!

– А он случайно не выглядит, как гном в котелке?

Но на последний вопрос Вероника не ответила. Лишь посмотрела на Эпи взглядом, в котором отчетливо и по буквам читалось: «ЗАТКНИСЬ!». И Эпи решила послушаться немого совета.

Тем временем они дошли до самого серого и самого неухоженного из всех местных шатров, установленного кое-как на самом краю лагеря. Шатер, судя по всему, служил дровяным складом. Внутри оказалось тесно – и никакого света. Из соображений пожарной безопасности видимо. Да и кто в здравом уме умудрился поставить факелы, масляные светильники или захудалые свечи по соседству с ворохом сухих веток и грудой почерневших палений?

Пока Эпи в полутьме разглядывала таинственные очертания Хвороста, Вероника сняла с себя свою серую робу и оказалась в легком обтягивающем кожаном доспехе. Высокая и стройная девушка показалась Эпифане достаточно симпатичной. Она бы назвала ее еще и красивой, если бы Вероника улыбалась чуть-чуть чаще, чем никогда.

– Я настаивала, чтобы тебя взяли в Инквизиционный отряд… – Холодно произнесла Вероника.

– Инквизиционный?

– Те, кто будут отвлекать инквизицию. – Раздраженно объяснила девушка. – Но Морзий решил…

– Так мы идем на сражение с армией Ховина? – Глаза Эпи округлились.

– Не готова ты еще к такому. – Раздался певучий мужской голос.

У входа в дровяной склад появился Морзий. Рядом с ним стоял высокий эльф, облаченный в серый плащ и уже знакомый Эпифане развеселый охранник.

– Но если вы отдадите мне мой меч, – вежливо предложила Эпи, – то я могла бы сражаться под вашими флагами!

– Вот нет уж! Не стоит сражаться под моими флагами. – Небрежно отмахнулся лорд. – Это будет опасно как для тебя, так и для моих людей.

Он широкими шагами зашел внутрь и стал раскидывать аккуратно сложенную посередине поленницу.

– Морзий! – Негодующе спросил Эльф. – Ты берешь попаданку с собой? Мы же договаривались просто расспросить ее конкретнее.

– Уже расспрашивали. – Бросил Морзий, а затем он посмотрел на Эпифаню. – Про ключ узнаем чуть позже, верно, Эпи?

– Ключ? – ахнула Эпи. – Откуда вы…

– Ну, я ж не мог оставить незнакомку, появившуюся в самом опасном и загадочном месте этого мира, без присмотра? – Морзий ухмыльнулся уголком рта. – Соня, она моя сестра. Я приставил ее к тебе, так как думал что ты все-таки из Инквизиции.

– А, если я все-таки из инквизиции. – Эпи включила свое природное чувство противоречия.

– В инквизиции подготовились бы получше. А ты играешь не натурально.

Эпифаня несколько обиделась и надула губы. Она даже хотела что-то ответить, но раздался скрип – Морзий распахнул тайный люк, спрятанный под поленьями.

– Дамы вперед! – Улыбнулся он.

Внизу оказался узкий каменный тоннель, вымытый дождями в мягком песчанике. Любому человеку, оказавшемуся здесь, пришлось бы пригнуться и втянуть живот. Любому человеку, но не Эпифане. Та, благодаря своему малому росту, легко проходила где угодно.

Тоннель выходил в глубоком овраге, со всех сторон заросшем кустарником. Шум и гам лагеря остался позади, а впереди…

– А куда мы идем? – поинтересовалась Эпифаня, оглядывая уж слишком малые сумки, на спинах лорда Морзия, его охранника и эльфа. То, что идут они налегке могло означать лишь одно – идут они не так далеко. Или же только в один конец.

– Тихо! – выпалил Эльф сквозь зубы.

– Тссс! – прошипела Вероника сквозь пальцы.

– Счастье искать! – Усмехнулся охранник.

– Потом расскажу – не поворачиваясь к ней, выдохнул лорд Морзий.

– А почему вы не пошли в поход с вашими людьми? – Удивлялась Эпифаня. – Ведь там же войско Ховина.

– Войско, не войско… – Протянул охранник. – Да кому они вообще нужны?

– Отвлекающий маневр. – Коротко пояснил Морзий.

Девочке это все показалось крайне странным, но она решила промолчать до поры до времени.

Они долго шли вдоль оврага, затем выбрались в сосновой роще, спустились с изумрудного холма, поднялись вверх на другой, и очень скоро затерялись между стволов вековых дубов. Шли в полной тишине, шурша только травой, да ломая изредка ветки. И при этом не спешили, останавливались возле каждого куста, обходя проплешины, меняя направления. Эльф с веселым охранником каждый раз прощупывали кусты своими походными посохами.

– Вот же… – вдруг чуть не выругался себе под нос Эльф.

Но его тихий возглас заставил всех дернуться и оглянуться. Он достал свой посох, конец которого позеленел. Он выпустил несколько молодых веточек, на которых уже лопались почки и раскрывались крошечные белые цветы.

– Панацея… – Заключил эльф.

– Панацея – не проклятие! – Констатировал охранник.

– У тебя все не проклятие, Конан, – фыркнул Эльф.

– А у тебя все проклятие, Мовор. – Пожал плечами тот.

Остроухий Мавор открыл рот, чтобы оспорить, но Морзий звонко на всех присвистнул, жестом приказав всем присесть. И все тут же засели за ближайшим кустом.

Там, впереди, среди толстенных стволов деревьев мелькнул силуэт огромного чудовища. Эпи заворожено следила за каждым его движением, пытаясь выхватить как можно больше деталей: метра-полтора в высоту и столько же в длину, коричневый, как лесная подложка. Чудище ощетинилось во все стороны длинными опасными шипами. И лишь, когда тварь выбралась на прогалину, и золотые солнечные лучи заиграли на его шерсти, Эпи поняла, перед ней, в метрах двадцати, стоит почти обычный лесной еж. Только ну, очень огромный!

– Что с ним? – прошептала Эпифаня.

– Еж как еж. Просто у него ожирение! – Спокойно пояснил Конан.

– Проклятая, нечестивая тварь. – Мовор зловеще оскалился. – Черное пятно на этом мире, как и весь этот лес!

– А я думала, эльфы любят лес. – Недоверчиво спросила Фаня, которая знала все-все об эльфах из специальной литературы. – И все проявления живого мира?

– Много ж ты думала! – Ухмыльнулся Мовор, оглянувшись на девчонку особо неприветливым взглядом.

– Но…

– Тссс. – Прошипел остроухий. – Это не просто лес! Это нарушение естества!

– И этот лес создали люди из Ихса? – Хитро прищурившись, спросила Эпи. – Как?

Ее вопросы проигнорировали. Может, потому что пытались вести себя тихо вблизи с ежом-переростком, а может, потому что вообще не собирались разговаривать с такой малявкой, как она. А может, потому что откуда-то издалека прогремели очень странные раскаты грома. И это при ясном небе и безветренной погоде!

Эпи сглотнула. В последний раз звуки, раздававшиеся из неоткуда, не несли для нее ничего хорошего. Остальные члены команды оглянулись.

– Началось в подвале счастье… – Прошептал Конан. – Кажись, инквизиция с первыми отрядами столкнулась.

Морзий побледнел и сделался хмурым, как ночная гроза. Ничего не сказав, он только махнул рукой, приказывая двигаться. И они прошагали с сотню метров гуськом, а затем все разом встали и ускорили шаг, направляясь в чащу.

– Выбиваемся из графика. – Запыхавшись, доложила Вероника. – Часа на два!

– Знаю! – отвечал не менее запыхавшийся лорд.

Эпифаня же все глубже погружалась в трясину из вопросов. И они уже не звучали вежливо. В ее голове они стали напоминать взбесившихся шершней, бьющихся о черепную коробку изнутри: «Что происходит?», «Какая инквизиция?», «Куда мы идем?». И это было бы даже приятно, если бы не кусающее со всех сторон любопытство, засевшее где-то в крестце в виде огромного шила. Оно то и не давало ей дышать спокойно.

– А почему мы бежим от инквизиции? – не выдержала Эпифаня. – Мы же не делали ничего запрещенного! Ну, там колдовство или чуму.

– Может, потому что мы в Вечном Лесу? – Прохрипел Конан. – Это их вотчина. Ни лордам, ни даже царям сюда не дозволено входить.

– Из-за панацеи, или как там ее?

– Из-за Панацеи, из-за гигантских ежей. – Фыркнул через плечо Морзий. – Ты главное дыхание не сбивай – пригодится.

Во время бега трудно уследить за временем. Солнце за густыми кронами обратилось лучистым призраком, и лес раскрылся перед ними бесконечными изумрудными сумерками. И чем дальше в лес, тем гуще становилась эта таинственная темнота. В густых кустарниках загорелись волшебные огоньки светляков, глубокие ложбины заполнились странным голубоватым туманом. Только любоваться красотами времени не хватало.

Неожиданно густая чаща сменилась светлой рощицей, которую составляли странные серые деревца. Шорох редкой травы и треск сухих веточек сменился хрустом кристалликов гипса. Посередине рощицы высилось странное разрушенное сооружение – каменный круг, сложенный из ровных монолитных плит. Чуть поодаль, то там, то тут стояли статуи. Одни почти полностью утопали в земле и их покрывал толстый слой мха. Другие, напротив, выглядели так, словно неизвестный мастер высек их только вчера. И каждая статуя выполнена в мельчайших деталях – каждый волосок, каждый мускул под кожей различим.

Именно в этой рощице, под защитой огромных каменных мегалитов, и остановилась компания.

– Древний лесной храм? – Предположила Эпифаня, перебегая от одной статуи к другой, и вспоминая абсолютно все иллюстрации к ее любимым книгам. – Эльфийская работа? Мавор, это же сделали твои предки?

– Да нет же, никакие эльфы… – Возмутился остроухий.

Но Вероника поспешно закрыла ему рот ладонью, и криво улыбнувшись уголком рта, продолжила:

– Статуи гигантских ежей? Оленей и кабанов? Зачем такое делать эльфам?

– Ну, как зачем! – Словно первокласснице объясняла Эпи. – Эльфы же любят природу! А может у них есть, какие-нибудь священные лесные духи?

Мавор на это раздраженно прохрипел что-то весьма невнятное.

– А деревья? – Улыбнулась Вероника, постукивая по одному из серых стволов.

Деревья оказались мраморными.

– Даже листья у них из гипса! – Закончила Вероника.

– Может, так задумал архитектор? – Неловко обронила Эпи. – Все равно, вам виднее, это же вы с эльфами общаетесь только так. Я вообще не отсюда…

– Это не архитектура, Эпи – устало отозвался лорд Морзий, сбрасывая с себя походный рюкзак. – По крайней мере, все здесь, кроме каменного круга и может быть той головы.

Он указал на далекий неприметный валун, который действительно смотрелся на подобии большой уродливой головы. Эпи тут же подметила, что подобные валуны ей в жизни уже встречались.

– Что-то в лесу обращает эти штуки в камни. – Закончил за лордом Конан.

– А мы? Нас в камень не обратят? – взволнованно спросила Эпи. Перспектива стать поросшим мхом валуном ей не сильно прельщала.

– Вот не бойся, юная Эпи! – кивнул Морзий. – Мы останавливались здесь в прошлый раз. И, как видишь, все семеро живы и нормальной температуры.

– Нас же пятеро. – Эпи за секунду трижды пересчитала присутствующих. – А я тут впервой.

– Так еще и не вечер! – Развел руками Морзий. Сказал он это так, будто что-то скрывал, и чтобы смягчить момент тут же спросил. – Но ты хотела узнать, зачем мы тащим тебя с собой?

– Ага. – Закивала девочка.

– Ну, так вот, дорогу мы держим к самому центру Леса. К его Сердцу. Там, откуда он начинается…

– А что там, в Сердце? – Эпи заворожено открыла рот.

– Понятия не имею.

– Никто не имеет. – С садистской улыбкой встрял в разговор эльф. – Путь туда не близкий, по зачарованным тропинкам, по проклятым рощам. Если ты не знаешь дорогу и пойдешь напролом – станешь новой статуей и украсишь каменную рощу.

– А еще инквизиция. – Продолжил за Эльфом Конан, который ножом заострял найденную им в лесу ветку. – Они вечно следят за тем, чтобы никто не проник вглубь.

– Ух ты! – Протянула Эпи. – Правда, жуть! Но что если там несметные сокровища?

– А мы так и думаем. – Лорд Морзий лукавым взглядом оглядел свою компанию. – Иначе, зачем охранять туда проход? Но главное – это тайна!

– Тайна?

– Да! Тайна! Что создает чудеса Вечного Леса!

Воображение Эпифани тут же нарисовало ей картину исполинской черной башни, на вершине которой обитал темный колдун. Нет! Демон! Или Темный Лорд! Или же волшебный магический сундук?

– А знаешь что еще? – Морзий наклонился к девочке с загадочной улыбкой.

– Что? – Глаза Эпифани расширились, от нетерпения сердце замерло.

– Для продолжения истории – сходи и принеси воды. Мы остановимся здесь на ночь!

И с этими словами Эпифане был вручен походный котелок.

– Вода во-он там. – Указал в чащу Конан. – Дойдешь до дуба, похожего на монаха, свернешь налево вдоль пригорка, там будет источник. Не бойся, вода там обычная.

– А можно мне мой меч? – Девочка неловко улыбнулась и указала на поклажу лорда. Ее клинок все это время болтался на его рюкзаке.

– Нет. – отрезал тот. – Там ничего страшного. Ах да! Смотри под ноги: если увидишь поганку, растущую спиралью – не наступай! Ее споры заставят тебя весь день говорить задом наперед! Ну, все, удачи тебе с водяной миссией!

И девочка поспешила вперед. Уж очень ей хотелось узнать окончание истории. Только на мгновение она задержалась у каменной головы. Ощущение возникало, будто та медленно ползет, издавая едва различимые стоны.

Она скоро дошла до дерева, которое действительно напоминало огромного, скрючившегося под помятой рясой монаха. В его корнях маленькими пружинками торчали в разные стороны спиралевидные поганки, те, на которые Эпифане рекомендовали не наступать. Возле них она остановилась и аккуратно поддела их пальцами – пружинки закачались из стороны в сторону, но не лопнули, не освободили свои опасные споры. Закончив играться с довольно скучными грибами Эпи встала и пошла налево по направлению к воде. Но не успела она сделать и пятьдесят шагов, как в кустах неподалеку образовался ужасный силуэт. Огромная зверюга затаилась и уже готова совершить стремительный бросок, чтобы настичь свою жертву. Эпи автоматически отпрянула в сторону, выставив котелок впереди, как щит. И вот уже пасть монстра раскрыта, сверкают белые клыки. Но проходит мгновение, еще мгновение и ничего не происходит. Тварь все так же стоит на месте, расставив лапы и разинув пасть. Она не дышит, не шевелится. Эпифаня робко прокралась вперед, схватила первый попавшийся камень и зашвырнула им в монстра. Камень звонко стукнулся о тело чудовища, и снова наступила тишина. Тогда Эпи подкралась ближе, чтобы тщательнее рассмотреть существо. Так и есть – камень. Существо в три-четыре метра в высоту для крошечной Эпифани казалось настоящим колоссом. Огромная приплюснутая голова ящерицы с кривыми крокодильими зубами внутри, растопыренные в стороны мясистые лапы, грузный хвост с острыми хребтовыми пластинами. И крылья не слишком большие, чтобы такое чудовище смогло летать. Скорее для красоты. Эпифаня задержала дыхание и провела рукой по окаменевшей чешуе твари.

«Это же самый настоящий взаправдашний дракон!» – кричало что-то внутри нее. – «И самое главное он когда-то был живым, может даже огнедышащим! Ну, до того, как его обратили в камень?».

Подумав так, Эпи настороженно прислушалась к окружающим ее звукам. А вдруг такой дракон не один и где-то по лесу бродит еще такая же крылатая штуковина? А она, Эпи, даже меч не взяла! Но вокруг стояла мертвенная тишина. Даже голоса компании лорда Морзия растворились в лесной безмятежности, как сахар в воде.

Хрясь, и каменная чешуйка осталась в руке у Эпифани. Та попробовала поставить ее обратно, но камень к камню не прирастает, если конечно это не Виллар Мигос. Тогда Эпи спрятала ее в карман, о чем сразу же забыла.

Пустой котелок напомнил ей о ее миссии. Оно спустилась вниз, трусцой пробежала вдоль холма, ломая ветки чахлых кустарников. И вот уже зазвучало журчание воды. Родник находился в небольшом каменном гроте. Вода тонкими хрустальными струйками стекала по гладким каменным плитам в небольшой бассейн, выложенный природным камнем. Плиты эти показались Эпифане бетонными. Она подозрительно прищурилась, напряглась, вспоминая все-все, что она знала о средневековых строительных материалах. Но знаний этих было ровно столько же, сколько воды в пустом котелке. Тогда она наклонилась вперед в попытке дотянуться до сверкающих от влаги плит, чтобы определить на ощупь – точно ли это бетон?

Но раздался странный свист. Прямо у ног Эпифани возникла стрела. Ее наконечник погрузился в грунт, а оперение, издавая звонкое гудение, устрашающе виляло из стороны в сторону, как хвост таксы, что наткнулась на лисиную нору.

Эпи глухо вскрикнула от неожиданности. От неожиданности же она дернулась, пошатнулась, не сдержав равновесие, рухнула в ледяные воды бассейна.

Барахтаться в холодной воде не самое приятное занятие. Но стоило Эпифане высунуть голову, как она лицом к лицу столкнулась с острием стрелы, направленной точно ей в переносицу.

– Какая забавная у тебя… Ты называешь это одеждой? – Прозвучал звонкий, прекрасный, но надменный голос.