Отдел скрытых дел: Нити судьбы

Глава 3

Машину крутануло. Потом был удар. Страшный, жуткий. Я почему-то отчётливо видел его, наблюдая за нами будто бы со стороны. Хотел пошевелиться, рвануть куда-то, как-то разрулить ситуацию, но нет. Резко стало больно, жутко, а за ярким светом встречных фар пришла темнота. Потом снова вспыхнул свет, и тут же сменился темнотой. И больно уже стало везде.

Кое-как продрав глаза, я попытался разобраться с нахлынувшей волной разрозненной информации. Больно… Конечности я вроде бы чувствовал, сведённые судорогой пальцы до сих пор сжимали рабочий кейс, голова гудела. Но почему всё вверх ногами? А ещё холодно. В разбитые окна задувал ночной ветер, а стёкла блестели кусочками льда на мокром асфальте.

Мокро и липко. Дождь заносило сразу в салон, а липкая кровь из рассечённой головы заливала глаза. В ушах гудело, и будто через мокрую вату пробивался чей-то истошный крик. Кажется, Палыч пытался выползти наружу и орал.

В момент просветления я смог приблизительно оценить ситуацию. Наша «газель» лежала на крыше, мордой в кювете, а остальное — поперёк дороги. Сзади, насадившись капотом на фонарный столб, разгоралась машина «СК», которая ехала за нами. Водителя я не видел, похоже, не жилец. Окровавленная голова шутника-следователя высунулась из сплющенной двери.

Вроде живой, раз выползти пытается.

Больше на дороге никого не было. Морщась от боли в глазах и хруста в шее, я вперился взглядом в обочину. Может, встречную машину куда-то унесло? В кого-то же мы врезались? Но нет, кусты вокруг не пострадали. Только фонарь весь покорёжен, потому что принял на себя легковушку.

Я неудачно пошевелился, зацепился за бок кресла, и уронил на себя барахло из ящиков с вещдоками. Показалось, что тону в этом всём и чуть не задохнулся, не понимая, где верх, а где низ. Начал барахтаться, но вынырнул, поймав чью-то руку и… заглянул в стеклянные глаза Маргариты. Отпрянул, снова упал на крышу. Судорожно вздохнул, заскрипел зубами от невыносимой боли в рёбрах, и обессиленно затих, пытаясь перевести дыхание.

Надо проверить, как там наши… Что с Максом и Семёном? Надо вытащить, вызвать скорую… Надо что-то делать… Надо…

Я свалил с себя коробку с рассыпавшимися вещдоками. Клятая коробка, которую я сам же и собрал на кухне первой жертвы. Зарычав от злости на себя, я вернулся к Маргарите. Засыпанная осколками, она лежала ко мне спиной, но шея была развёрнута так, чтобы глаза смотрели прямо на меня.

Потыкался по сторонам в поисках выхода. Попытался выбить остатки стекла из бокового окна, но вместо этого чуть не перерезал себе вены. Навалился на заднюю дверь, издевательски уцелевшую. Открыть её не смог — пальцы не слушались. Снова осел, извернулся и ногой выбил остатки стекла.

Разглядел Палыча, который шёл к лесу и тянул руку, будто обращался к кому-то. И этот кто-то появился — в тени деревьев на обочине нарисовался силуэт. Или два… А возможно, и три.

Зрение отказывалось фокусироваться, и я не до конца понимал, что именно вижу. Два светлых, будто голых, худых тела производили впечатление не то кукол, не то манекенов. Они передвигались неровной походкой, их неестественно согнутые руки словно были переломаны.

Промелькнула мысль, что это могут быть люди из исчезнувшей встречной машины. Но даже намёка не появилось, куда она отлетела, а странные существа, чем ближе они становились, тем менее походили на людей. Перекошенные, сутулые, будто недоразвитые или недоделанные. В голове промелькнул образ глиняных человечков, слеплённых по образу и подобию человека. Големы? Гомункулы? Или у меня просто галлюцинации из-за сотрясения?

Грубые углы, нарушенные пропорции тела, перекошенные лица. Ближайший выглядел почти законченным. Не хватало только некоторых деталей: век на глазах, губ и носа. А у второго кожа была настолько бледной, что казалась полупрозрачной.

А за их спинами, за кругами света, отбрасываемым фонарями, стоял ещё один силуэт. Чёртов псих в маске демона.

— Да что за хрень тут творится? — прошептал я.

Ещё сильнее заболела голова, из-за чего зрение снова затуманилось, а когда вернулось, то я увидел, как Палыч поспешно ковыляет обратно. Его рука была поднята в защитном жесте, но это его не спасло. Кожаная безгубая «кукла» одним прыжком пролетела метров двадцать и оказалась прямо перед Палычем. Взмахнула угловатой рукой и…

Жесть, у меня всё-таки галлюцинации…

Отрубленная голова Палыча отлетела в сторону. Из вскрытой шеи брызнула кровь, но ноги ещё несколько секунд держали обезглавленное тело. Только потом оно мешком грохнулось на землю.

В этот момент за моей спиной раздались звонкие выстрелы. Я обернулся и сквозь треснувшее окно разглядел вторую «куклу». Существо стояло перед машиной следователя, а сам он, вывалившись на асфальт, дрожащей рукой палил из табельного. Восемь выстрелов слились в один, «кукла» несколько раз дёрнулась от попаданий, но не упала, а следующий момент нависла над шутником и схватила его за горло.

Хрень! Хрень! Хрень! Это уже не травмат! Пусть «макаров» звезд с неба не хватает, но в упор! Да ещё и в голое тело! Так просто не бывает! Какими бы стимуляторами не обколись эти уроды, я точно видел, что все пули попали в цель, а минимум две прилетели в голову.

Я судорожно потянулся за своим табельным. Я тоже звёзд с неба не хватал, особенно в тире, но нормативы у меня все сданы с отличием. Вот только поможет ли мне это, учитывая то, что я видел?

Даже достать оружие я не успел. Что-то грохнулось сверху на машину, стойки жалобно скрипнули, прогибаясь сильнее, и меня снова присыпало осколками. Что-то поскреблось, машину качнуло, а потом в боковом окне появилась окровавленная морда. Существо повисло вниз головой, с интересом меня разглядывая. Век действительно не было, как и носа, а насчёт губ я уже был не уверен — вся морда оказалась перепачкана в крови.

«Кукла» сморщилась, вероятно, попытавшись изобразить улыбку, и закинула мне в окно что-то круглое и волосатое.

Голова Палыча отскочила от меня и выкатилась обратно под дождь.

— Да ну на хер… — выдохнул я, наконец, высвобождая пистолет из кобуры.

Вскинул руку и, прежде чем существо среагировало, выстрелил в упор, прямо в морду. Существо скрылось, а «Газель» снова надсадно заскрипела. Послышался сдавленный смешок, и морда появилась снова, но уже в соседнем окне.

Пуля раздробила твари скулу и порвала щеку, но «куклу» это как будто вообще не смутило. Только улыбка из-за разорванного рта стала совсем жуткой и демонической. Я моргнул и понял, что рана начала затягиваться. Существо протянуло руку внутрь салона. Такую же бледную, с выпирающими сухожилиями и длинными чёрными когтями.

Толком не целясь, я выстрелил ещё дважды и, суча ногами, попытался забиться поглубже в салон. Схватил кейс и прикрылся им, будто щитом, понимая, что это так же бесполезно, как и сопротивляться. Или бежать. Обернувшись, я заметил две бледных ноги с другой стороны «газели». Существа не торопились. Первый шарил лапой по салону, а второй, чуть отступив, явил мне свою полупрозрачную морду.

Я поднял пистолет и, кажется, даже пробурчал что-то в духе «буду стрелять», но существо так и продолжило таращиться на меня. Либо ему было плевать на свинец, либо он просто не понимал, что у меня в руках.

В глубине души я надеялся, что мне всё это мерещится. Что, наверное, я лежу где-нибудь в машине скорой помощи или даже в операционной. Может, меня как раз отправляют в искусственную кому, и всё это плод моего воспалённого воображения…

Открыв глаза, я осознал, что целюсь пистолетом в пустоту. Существа исчезли, но всё остальное: перевёрнутая «газель», мёртвая Маргарита, безголовый Палыч на асфальте — всё это осталось на своих местах. Только дождь ослаб, а ещё на дороге появился какой-то гул, быстро превращающийся в рёв мощного двигателя. Кто-то едет.

Рёв сменился визгом тормозов, и на дороге, до которой мы так и не доехали, резко затормозил красный автомобиль. Даже сквозь туман в голове я легко узнал мощный «Додж Челленджер» и сразу почувствовал разочарование. Лучше бы отряд СОБРа на броне выслали, а то это не подмога — наши на таких машинах не рассекают.

Хлопнули двери, а потом раздался крик, будто усиленный громкоговорителем. Слова вроде бы знакомые, но звучали они совершенно непонятно:

— Вы пересекли предел! — разнёсся над дорогой грубый мужской голос. — Гасите силу, и мы сохраним вам жизнь!

Я сдвинулся, чтобы посмотреть, кто это там орёт. И сразу дёрнулся обратно. Существа никуда не исчезли. Один стоял перед «газелью», а второй, как птица, сидел на кузове. Выползи я через окно, тут же попал бы в его тень.

Из «доджа» тоже выбрались двое. Мужчина и женщина в штатском. Мужчина в белых кроссовках, камуфляжных джоггерах с большими карманами и в кожаной куртке. Женщина в джинсах и тоже в кожанке, но стиль уже больше байкерский, хотя на ногах то ли «гриндерсы», то ли армейские берцы. Никакого единого стиля или формы, но оба выглядели стильно. Короткий ёжик, боксёрский нос и щетина у одного, и тугой чёрный хвост до плеч у другой. Кстати, черты лица у женщины были красивые, правильные.

В руках мужчина держал укороченную двустволку, правда, странную: колодку и цевье будто раздуло. Женщина на моих глазах вытащила из-за спины длинный клинок. Слишком тонкий, чтобы называться мечом, но и достаточно толстый, чтобы не быть шпагой.

Девушка несколько раз взмахнула клинком, рассекая перед собой редкие капли дождя, и пошла к нам. Мужчина не отставал. Они переглянулись, молча кивнули друг другу и сорвались на бег.

В их действиях было столько уверенности, что даже мне немного передалось. Я перебрался к другому окну, пытаясь выследить третьего нападавшего. Псих в маске пока на дорогу не вышел, предпочитая командовать своими «куклами» издалека. Может, и правда какие-то синтетические киборги?

Я всё ещё пытался придумать любое рациональное объяснение происходящему. Вот только непонятные бойцы не помогали мне разобраться. Женщина взвилась в воздух, как и «кукла» до этого, и одним махом сократила расстояние вдвое, сразу же прыгнув ещё раз. Мужчина просто побежал, но с такой скоростью, что мелкие капли дождя, ещё висевшие в воздухе, сформировали за его спиной сверкающий шлейф.

Женщина, как коршун, набросилась на полупрозрачное существо. Её тонкий клинок со свистом выдал что-то в стиле Зорро, отсек несколько когтей. «Кукла» попятилась к обочине. А мужчина не сбавляя скорости, ушёл от удара и, оказавшись за спиной у существа, выстрелил дуплетом. Пробил в тонкой коже восьмеркообразную дыру, сквозь которую я смог разглядеть фонарь и верхушки деревьев.

Существо пронзительно завопило чайкой, но всё равно не упало, а развернулось и ударило наотмашь, но в этот момент началось, пожалуй, самое странное. Края раны почернели, обуглились, стали тлеть, расширяться и пожирать пока ещё целую плоть. Тварь прогорела меньше чем за минуту, оставив после себя гору чёрного пепла.

Раздался ещё один вопль. Я вздрогнул, только сейчас осознав, что всё это время не дышал и не моргал. Перед носом пролетело второе существо с отрубленными кистями, с проколами в груди, которые начали разгораться алыми угольками.

Перед моим окном раздался щелчок двустволки и на асфальт упали две пустые гильзы. Я вжался в коробки, чувствуя спиной холодное тело Маргариты, и прикрылся кейсом. Мужчина был рядом — я видел его почти по пояс. Он вскрыл странный, чуть ли не свинцовый кейс, закреплённый на ремне, и достал оттуда два новых патрона. Вроде бы стандартный двенадцатый калибр, но гильза из черного металла выглядела необычно из-за светящихся рун.

Рука мужчины не донесла патроны до стволов, а потом пальцы и вовсе разжались. Раздался хрип, на дорогу потекла кровь, и мужчина упал на колени. Над ним склонилась тень, причём я мог поклясться, что ещё секунду назад рядом никого не было. А сейчас тень начала сгущаться, постепенно обретая форму того худого человека, который всё время наблюдал издалека.

Псих ударил свою жертву в затылок с такой силой, что когти выскочили из глазниц. Потом упёр колено в спину и толкнул мёртвое тело на асфальт. Что-то вырвал и бурой кляксой сбросил на землю.

Женщина закричала, а потом крик перешёл в надрывный вой. В её голосе было столько боли, обиды и ярости, что у меня в очередной раз мучительно заболела голова. За криком последовали выстрелы, а затем совсем рядом взорвалась светошумовая граната.

Я уже ничего не соображал. По старой привычке цеплять важные улики с места преступления, хапнул упавшие патроны и, не разбирая ничего на своём пути, вывалился из «газели», ободрался об асфальт и укатился в кювет. Ослеплённый и оглушённый, каким-то чудом уцелел. Наверное, ненадолго потерял сознание.

Ледяная вода освежила меня, и я очнулся, чуть не захлебнувшись в луже. Здравый смысл проснулся даже раньше сознания, и я постарался не издать ни звука. Сделал несколько глубоких вдохов, просто чтобы убедиться, что по-прежнему жив. Меня мутило от головокружения, будто к сотрясению мозга добавилось отравление тяжёлыми металлами.

Прислушался к тому, что происходит на дороге.

Сначала ничего, но потом я различил тихие женские всхлипывания. Девушка что-то шептала, но я расслышал только последнюю фразу: «Я за тебя отомщу…»

Ещё несколько раз всхлипнув, девушка успокоилась и вышла из-за «газели» на свет. В руках она держала телефон, но прежде чем позвонить, сделала ещё несколько вдохов, окончательно успокаиваясь.

— Это Марьяна. Захар погиб, и я упустила Демида… Да, я уверена, что это он.

Она замолчала, слушая ответ.

— Он успел создать двух фамильяров… Да, оба мертвы. Я не знаю, как он это сделал. И я не знаю, на что он способен. Это ты мне скажи, чему он научился за девятьсот лет заточения…

Девушка говорила на повышенных тонах, и, видимо, на том конце провода её осадили.

— Прости, я понимаю, что ты не виноват в смерти Захара… Есть не идти в погоню, а ждать группу, — спокойно произнесла она, но на её лице читались совсем другие эмоции. — И замните с полицией, чтобы не лезли. Демид чем-то ударил по машинам, можно сослаться на аварию… Есть ждать группу уборщиков… Подожди, кажется, кто-то ещё жив…

Я уже собрался было высунуться из своей ямы, но сначала услышал слабый стон Макса, а потом увидел, что девушка наклонилась, ненадолго скрывшись из виду, а потом вместо предложения помощи раздался выстрел, оборвавший стон Макса.

Мне резко стало жарко, а в голове осталась только одна мысль: не поможет никто — ни эти, ни наши. И пока девушка проверяла машину следаков, я максимально тихо выбрался из кювета и нырнул в тёмные кусты.

Глава 4

Преодолев с десяток метров, я затих, спрятавшись за толстым деревом. Мельком высунулся, чтобы убедиться, что за мной не гонятся. Что происходило на дороге, уже было не видно, но в кусты за мной никто, к счастью, не ломанулся. Только после этого я осел в мешанину из грязи и размокших прошлогодних листьев. Наконец-то выдохнул, радуясь, что живой. И тут же грустно вздохнул, поняв, что пролюбил табельный.

— Да твою же... — в сердцах прошептал я, прикинув, сколько объяснительных придётся писать, а потом усмехнулся.

Это уже нервное.

Какие, к чёрту, объяснительные я собрался писать? Как я буду объяснять то, что сам до сих пор не понимаю? Маргарита, Палыч, шутник-следак, Семён, Макс. Особенно Макс… Что это вообще было? Сначала появился демон и взмахом когтистой лапы перевернул две машины, потом прибежали голые куклы, одна оторвала голову начальнику, вторая всосала в себя полный магазин «макарова» и пошла мне глазки строить? Так я в объяснительной напишу? А потом какие-то супергерои прикатили? Или кто они там? Ведьмаки? Охотники на демонов? Мужик с обрезом и баба со шпагой? Думгай, блин, и Баффи-истребительница вампиров? Пусть и довольно симпатичная истребительница…