Путешествие в никуда: Энея и Кольцо

– Возможно, она и сама не знала, – предположил Аарон, встав в полный рост. – Тем более если она только сдаёт квартиру и здесь не живёт, то вполне может и не знать про него.

– Ну, да, – согласилась с ним его жена, возвращаясь обратно в комнату.

Посмотрев ещё немного телевизор, молодая пара легла спать. Из-за насыщенного событиями дня им тяжело верилось в то, что ещё вчера они ехали в поезде. Только сильная физическая и моральная усталость доказывала, что миновал только первый день в Коммандер-Сити.

***

Прогуливаясь на следующий день по городу, Лана решила затронуть насущный вопрос их спонтанного решения остаться в столице в случае отказа.

– Что мы будем делать, если Хэйтем не пропустит нас в экспедицию, а позвал, лишь просто для встречи? – спросила она. Тон её голоса выражал глубокую озадаченность, предполагающий важный разговор.

– Уволимся с работы и будем искать выход из этого проклятого Серого Цикла, – легко ответил Аарон, понимая, что Лана явно не это хотела услышать.

Тёмно-русая девушка, в отличие от мужа, была более серьёзной и ответственной, с соответствующим складом ума, поэтому ко всему относилась так: «Любое действие должно быть обдуманно, рассмотрены все возможные варианты исхода событий, взвешены положительные и негативные последствия. Всегда необходимо быть готовым к худшему и знать, как поступить в той или иной ситуации заранее», – такого мнения всегда придерживалась она, когда принимала решения.

Аарону с этим было тяжелее. Он умеет легко решать сложные задачи, даже логические, но его подход к жизни можно охарактеризовать следующим образом: «Вначале делаю, потом думаю, что сделал и как это исправить». У него нет плана, только импровизация, которая иногда даёт результат, но может и навредить. Лана никогда не понимала этого, и зачастую его простомыслие становилось поводом для ссоры.

– Это всё лирика, а конкретно, что мы будем делать? – ожидаемо спросила Лана, нахмурив лицо. Она понимала, что легкомыслие Аарона часто является проблемой. И привыкла думать обо всем сама, но все же продолжала задавать подобные вопросы для того, чтобы вызвать у него хоть какие-то мысли о реальных проблемах. – У нас есть накопления, но надолго их не хватит, – с нарастающим раздражением в голосе произнесла она, ожидая от мужа хоть какого-то ответа.

– Найдём временную работу, а там посмотрим по ситуации, – Аарон попытался сформировать примерный план, но выдал банальность, которую сразу раскритиковала его жена.

– То есть ты хочешь поменять оплачиваемую работу у нас в городе на средний, а возможно, и ниже среднего заработка здесь, и снова на кого-то работать в попытках просто-навсего выжить? – Лана недовольно констатировала позицию своего мужа.

«Н-да, другого я от тебя и не ожидала услышать», – разочарованно подумала она, закатив глаза в сторону.

– Но это будет здесь, а не чёрт знает где, – возразил он, мысленно возвращаясь в реальность, где экспедиция всё ещё под вопросом. – Тут больше возможностей выбраться из Цикла.

– Мне не нравится делать непонятно что, ради неизвестного результата, – выразила свою позицию тёмно-русая девушка, отпустив его руку, что было плохим признаком. Аарон понимая, что сейчас не сможет выдумать что-то более конкретное, решил перевести тему, желая уйти от неприятного разговора.

– Об этом я буду думать послезавтра, а сейчас рассматриваем экспедицию как основное, – сердито сказал он вслух, начиная злиться.

– Было бы неплохо, если нас возьмут, – согласилась с ним Лана, но и тут она выразила свой скептицизм. – Но тоже всё расплывчато. Зачем включать древние электростанции, тем более атомные? Неужели за столько лет они могут находиться ещё в рабочем состоянии?

– Видимо да, непросто так отправляют же людей, – успокаиваясь, ответил Аарон. – Ясное дело, что не всё так просто, но тем интереснее, – он попытался снова взять свою жену за руку, но Лана позволила только обхватить кончики её пальцев.

«Интересно тебе значит? – недовольно посмотрела она на мужа. – А умереть тебе тоже будет интересно, когда местные твари разорвут тебя на части и сожрут? Или облучиться смертельной дозой радиации, когда волосы начнут выпадать клочками, а кожа покроется ужасными язвами?»

– Не верится, что за простую командировку, пускай и в запретную зону, дают такое вознаграждение. Значит, есть определённые риски, например радиация для начала, – говорила она таким тоном, будто вела беседу с дураком. – Но это уже там, вблизи электростанций, а до них ещё нужно добраться, – размышляла Лана уже вслух, жестикулируя свободной рукой.

– Всё будет нормально, – Аарона возможные угрозы не пугали: «Уж если отправляют экспедицию, значит, все нюансы будут учтены». – Они же тоже не дураки тратить столько денег и ресурсов, чтобы всё это ушло в пустоту. Видимо, есть какие-то гарантии успеха и веская причина, – высказал он свои мысли.

– Тут ты прав, – они прошли мимо местной сети блинной, которая пользовалась популярностью у населения города из-за демократичных цен и выгодных акций. – Уже время обеда, может зайдём и покушаем? – предложила тёмно-русая девушка. Её внутреннее напряжение ослабло. Лана отложила решение проблем на послезавтра: «Пусть разрешится вопрос с твоей экспедицией, а вот потом и поговорим. Посмотрим, что нам скажет твой хвалённый Хэйтем».

– Давай, – поддержал её идею парень. Заметив, что его жена успокоилась, он облегченно вздохнул. Аарон не любил ругаться с Ланой и всегда по возможности старался не доводить конфликты до ссоры, которая сразу отражалась на его самочувствии. От нервов пропадал аппетит, начиналась головная боль, а иногда возникали боли в животе. Поэтому когда раздражённый тон его жены сменился на спокойный голос, сероглазый парень действительно вздохнул с облегчением.

Молодая пара заказала на первое блюдо сырный суп и на десерт по блинчику с творогом. Закончив с обедом, они продолжили гулять по городу.

***

Одной из проблем центральных улиц Коммандер-Сити стали их узкие тротуары. Настолько, что одновременно идти по ним двум людям становилось тесно. Это связано с проведённой ещё до Катастрофы реконструкцией, причём не только в столице, но и в других городах.

Развивающиеся технологии в те времена позволили снизить к минимуму человеческий фактор на дорогах, заменив человека-водителя на автоматизированную систему умного вождения. Теперь автомобилями управлял искусственный интеллект, который, основываясь на множестве установленных в автотранспорте датчиках, мог безопасно доставить человека или груз в любую доступную точку на карте.

Также для решения проблемы с автомобильными пробками, правительство начало исключать личный транспорт, посредством внедрения грузовых дронов. Теперь, покупая вещи в магазине, пропала необходимость нести покупки самому, а оставалось только вызвать своего личного дрона, и уже он доставит приобретённые товары прямо домой.

К моменту Катастрофы личный автотранспорт сохранился только у двадцати процентов населения от начального количества его обладателей. Для любителей поводить самому построили автодромы, где человек мог арендовать любой автомобиль, даже спортивный и очень дорогой, и прокатиться по трассе.

Но возникли и существенные трудности: профессия водителя больше стала не нужна, по крайней мере, в том количестве кадров, что имелось на тот момент. Сразу начались митинги, недовольным автомобилистам предлагали пройти бесплатное переобучение на другую профессию, а на время безработицы выплачивали достаточную сумму, покрывающую месячную зарплату. Несмотря на понимание и усилия со стороны правительства страны сгладить данные преобразования, мало кто из бывших водителей соглашался на предложенную ими программу смены специальности.

Технологии, оснащённые искусственным интеллектом, всё сильнее проникали во многие области промышленности и сферы обслуживания, постепенно вытесняя человека.

Всё острее поднималась тема необходимости людей в этом мире. Сторонники прогресса говорили, что наука и искусство без человека не может существовать, и опять же кому-то необходимо обслуживать сложные устройства. И если интеллигенция была способна принять неизбежные последствия, вызванные прогрессом, то обычный народ нет, и не хотел, высказывая своё категорическое несогласие.

В стране назревал кризис, но большого бума так и не произошло, потому что Катастрофа всё решила за людей. При этом в мозгу населения, кроме неприязни к искусственному интеллекту, посеялся страх, настолько глубокий, что даже сейчас всё до конца не успокоилось, а пропаганда со стороны правительства страны лишь закрепляла данные идеи.

***

На вечер молодая пара заказала себе доставку еды. Когда Аарон с Ланой поставили, на составленные вместе два стула, упаковки с роллами из риса и морепродуктов, на кухне снова послышалось шуршание от целлофанового пакета. Уже догадываясь, кто это может быть, молодая пара весело направилась к источнику звука.

На кухонном столе, пытаясь достать из пакета яблоко, трудился шумик. Увидев, что на него смотрят, он на секунду остановился, но затем продолжил капашиться.

Аарон решил ему помочь. Осторожно подойдя к столу, он достал заветный фрукт из упаковки. Зверёк всё это время наблюдал за сероглазым парнем, а после этого довольно забрал из его рук лакомство, принявшись тут же его поглощать.

– Вот наглая морда, – улыбнувшись, прокомментировал Аарон, – один раз угостишь, и начнётся. Даже не боится нас уже.

Тёмно-русая девушка подошла к столу и погладила шумика. На ощупь его кожа оказалась грубоватой и немного шершавой.

– Такой маленький и похож на человека, – сказала она, с любопытством наблюдая за ним.

– Ага, только вот щупальцы совсем не наши, – согласился с ней её муж. – Смогла же природа придумать его. И кстати, он не борется с гравитацией как мы, – зверёк передвигался немного сгорбившись для снижения нагрузки с его маленького позвоночника.

Вблизи у тёмно-русой девушки появилась возможность разглядеть жилистое тело шумика, которое плотно облегали крепкие мышцы. На щупальцах проглядывались небольшие присоски, которыми он потреблял жидкость, а зубастый рот служил для приёма твёрдой пищи. С левой и с правой стороны головы располагались его ушки. Сам по себе зверёк не казался милым, но наличие такой формы жизни вызывало интерес само по себе.

Закончив кушать, шумик, как и минувшим вечером, снова скрылся в вентиляционной шахте, аккуратно закрыв за собой решётку.

***

На следующий день Аарон и Лана пришли в назначенное время и место. Они оставили верхнюю одежду в гардеробе, после чего администратор ресторана провела их к заказанному столику, рассчитанный на четыре персоны, где уже молодую пару ожидал полковник Ньювер вместе с женой. Увидев подошедшего парня с девушкой, Хэйтем встал с удобного кожаного дивана и поздоровался за руку с Аароном, поклонившись головой в сторону Ланы.

– Приветствую вас, мою жену зовут Инома, – он указал правой рукой на женщину в тёмно-зелёной офицерской униформе Северной Империи, и, судя по лычкам, она имела звание капитана. – А это Аарон и Лана, наши молодые покорители Кольца, – офицер представил их своей жене, усаживаясь обратно в кресло.

– Рада встрече, – располагающе к себе, улыбнулась Инома. Она обладала приятным голосом, гармонирующим с её милым женским лицом.

Если бы не военная форма и известная предыстория, то угадать в ней активную контрреволюционерку никто бы не смог. Инома боролась с внутренним врагом Северной Империи наравне со своим мужем, каждый день подвергая себя смертельной угрозе. Она, как и Хэйтем, стали главными мишенями для убийц из революционной организации «Новый Мир». Они не раз подвергались покушениям, в одном из которых, столь недавно, удалось поприсутствовать и поучаствовать Аарону с Ланой.

Сероглазый парень заметил, что Иному что-то беспокоило, что отражалось на её настроении: недовольство, смешанное с озадаченностью, прямо читалось на лице женщины.

Она сидела напряжённо, но иногда улыбалась, оглядывая молодую пару уставшим взглядом карих глаз, цвет которых стал характерной особенностью для народа Северной Империи. Её тёмные густые каштановые волосы опускались до уровня плеч, закрывая уши, но не скрывали её хрупкие плечи и блестящие серебром офицерские погоны. На лице виднелся след от удара чем-то острым, розовым рубцом выделяясь на бледной впалой щеке с левой стороны. Прямой и тонкий нос придавал женщине ещё большей деликатности. Под нижними веками виднелись коричневатые мешки, вызванные трудной и нервной жизнью, но возрастные морщины отсутствовали, тем самым, визуально занижая реальный возраст Иномы. Из косметики она подвела только контуры глаз чёрным карандашом и немного подкрасила тонкие губы блестящей слабо-розовой помадой. Её руки выглядели ухоженными, но виднелись следы от мозолей, проявляясь погрубевшей кожей. На кистях проходили синие кровеносные жгутики. Костяшки рук острыми горками стояли в ряд, а сложенные на стол пальцы оканчивались коротко-подстриженными не накрашенными ногтями.

– Итак, давайте чего-нибудь закажем и поговорим о вас, молодые люди, – перешёл к делу Хэйтем, подозвав рукой официанта.

Аарон с Ланой выбрали из основных блюд овощную пасту и стакан ягодного морса, полковник с женой взяли по стейку, салат из свежих овощей и стакан выдержанного виски.

– А что вы хотите знать? – на опережение спросил сероглазый парень, после того как официант принял заказ и ушёл на кухню.

– Какого чёрта вас несёт в эту экспедицию? – по-простому ответил мужчина. Вопрос имел риторический характер, но ответ на него мог раскрыть цели и мысли молодой пары.

«Мне нужно понять, могу ли я дать тебе более важную роль, – мысленно прикидывал в голове полковник Ньювер, замечая еле заметные признаки волнения у Аарона. Взгляд сероглазого парня был знаком Хэйтему. – Так смотрят на меня гвардейцы, но ты не гражданин империи, а зная, как коверкает информацию о нас ваше правительство, то даже странно не наблюдать в вас пренебрежение, которым богаты ваши соотечественники, – он вспомнил недавнюю стычку с Майки Фрайзоном, где житель Северного Государства проявил свою сознательность и пытался предотвратить покушение на имперского офицера. – Ты решил рискнуть собой ради потенциального врага, в чём вас уверяет ваша пропаганда, но ты мыслишь иначе, имея свой взгляд и позицию, а это то, что нужно мне».

– Любопытство и, конечно же, бонусы за участие, – честно ответил Аарон, постучав пальцами левой руки по столешнице.

– Думаете в деньгах счастье? – спросил офицер, скрестив пальцы в замок, при этом наверху оказался большой палец левой руки.

– Свобода, вот чего мы хотим, – твёрдо заявил сероглазый парень. Ему было непривычно вести разговор с Хэйтемом, тем более в неформальной обстановке.

– Свобода от чего? Неужели в вашем демократическом государстве кто-то находится в неволе? – с ухмылкой на лице спросил полковник Ньювер, зная, о чём говорит Аарон: «Социальный статус определяет твоё положение в мире и свободу твоих действий. Обладая властью и связями, человек может двигаться, как сам захочет, лишь бы не мешать другим таким же. Но если ты родился в обычной семье, то вероятно и жить будешь также. Ход развития твой жизни станет предсказуем: окончишь школу, отучишься в университете, а потом будешь всю жизнь работать на кого-то. Конечно, если что-то пойдёт не так, и благодаря таланту или волею Судьбы ты не сделаешь скачок. А вы, молодые люди, хотите именно этого. Но ваш выбор для осуществления своих целей не совсем верный. Хотя, парень может сыграть определённую роль в будущем, но сейчас для него нужно создать историю, которая выделит его среди остальных, усилив уникальность Аарона, очертя вектор движения».

– Вопрос риторический, да? – сероглазый парень предполагал, что беседа будет на житейские темы, поэтому не испытывал чувство растерянности, и в то же время не мог поверить каждый раз, когда осознавал, что напротив него и Ланы сидят Хэйтем и Инома Ньюверы.

– Разве нет более безопасных способов освободится? – не отступал офицер, прощупывая Аарона.

– Есть, – согласился он, понимая, о чём намекает полковник Ньювер: «Конечно, были варианты и возможности. Масса и большое количество. Но для этого нужно обладать знаниями и чуйкой, чем я не могу похвастаться», – но мне не хватает мозгов, чтобы ими воспользоваться, – нехотя вслух признался Аарон, ощущая неприятный укол по своей самооценке. – Вы хотите отговорить нас? – прямо спросил он, направив свой взгляд в карие глаза полковника Ньювера, который сидел со спокойным выражением лица.

– Интересно посмотреть на поведение другого северянина в тот момент, когда ты сцепился с Майки. Что-то мне кажется, мало кто бросится на человека с оружием, тем более, чтобы защитить имперского офицера. Ты сыграл на его неожиданности, – сделал отступление от темы Хэйтем, затем резко продолжил основной разговор. – Ты надеешься использовать экспедицию как трамплин. Я успел ознакомиться с вашими личными делами, поэтому вопрос больше к Лане, чем к тебе, – полковник Ньювер серьёзно посмотрел на тёмно-русую девушку, молчавшую до этого момента. – Это мероприятие рассчитано на одиноких людей, которых ничего не держит в этом мире. Сразу отмечу, ставки высоки, вероятность возвращения меньше половины. И так, – продолжил мысль мужчина, поправив левый рукав, на секунду обнажив обручальную татуировку. – Вы вместе, тем более недавно официально оформили свои отношения. И все же решаетесь на этот шаг? Вам точно нужен этот прыжок? – он перевёл взгляд обратно на сероглазого парня. – Аарон ладно, молод, глуп и, возможно, хочет острых ощущений, но ты девушка видно более разумная, чем твой муж. Так что ты скажешь? – полковника Ньювера интересовала позиция Ланы не меньше, чем Аарона: «Жена или любимая девушка это не просто человек, его роль и мнение должно учитываться наравне. Инома не всегда соглашается со мной, но её критика позволяет взглянуть на вещи с другой стороны и увидеть изъяны и ошибки, невидимые для меня».

В этот момент официант принёс столовые приборы и напитки, аккуратно поставив всё на стол.

– Я знаю, что передвигаться мы будем на гигантских бронированных машинах, а охранять нас будут ваши чёрногвардейцы, так чего нам боятся? – рассуждала тёмно-русая девушка, повторяя слова Аарона, которыми он всегда отвечал на её беспокойства по поводу безопасности. Лана понимала суть вопроса Хэйтема, и знала, что для себя она решила идти до конца: «Я хочу увидеть Западную Запретную Зону и не меньше хочу получить всё то, что полагается за эту поездку, но волнение, конечно же, присутствует».

– Всего, даже мы не знаем чего, и главное кого ожидать за периметром. Не просто так вам понадобились мои люди, – надавил на неё офицер, пытаясь проверить непоколебимость решения Ланы.

Она на минуту задумалась, и начала вслух рассуждать:

– Радиация, суровая окружающая среда, неизвестные вирусы и болезни, возможно, аномалии или ещё что-то, – перечислила тёмно-русая девушка вероятные угрозы, оттягивая время на ответ главного вопроса.

– Это относится к ЧТО, – включилась в разговор Инома. – Но ещё есть КТО, подумай, Лана, – строго посмотрела на неё женщина.

– Стоп-стоп, – перебил Аарон, догадываясь в какое русло перетекает беседа. – На нас будут защитные костюмы, броня и оружие, – пытался он парировать словесные атаки Иномы, понимая чего она хочет добиться. «Сказал бы, что разберёмся сами, но это не этично», – недовольно подумал сероглазый парень, не желая отказываться от участия в экспедиции.

– Ты слишком надеешься на технологии, но они могут повредиться, не сработать правильно, а вы молодая семья и должны делать детей, быть ячейкой общества. Я правильно говорю, Хэйтем? – обратилась женщина с вопросом к мужу, надеясь на его поддержку.

– Да, – согласился он. – Но этот выбор делают они сами, – укоризненно посмотрел на жену полковник Ньювер. Женщина недовольно сморщила лицо и отвернулась, затем резко обернулась и посмотрела ему прямо в глаза, грубо произнеся:

– Признай Хэйтем, ты хочешь, чтобы они туда отправились, – затем она взяла в руки стакан и сделала большой глоток. Лицо Иномы даже не поморщилось, когда она залпом выпила крепкий алкоголь.

– Итак, ответ на вопрос, нужен или нет? – повторил свой вопрос полковник Ньювер, проигнорировав высказывание жены.

Тёмно-русая девушка смотрела в его карие глаза, затем глянула на мужа, для которого ответ виделся очевидным: «Ты хочешь оказаться по ту сторону периметра, но готовы ли мы к сопутствующему риску? – она думала о том, для чего было необходимо приглашать сюда её и Аарона, – Но при этом пытаться отговорить меня от участия, ведь то, что я здесь уже является моим ответом. А что Аарон, он хотел бы пойти туда без меня? – Лана могла чётко представить предстоящее путешествие, осознавая всеми красками, как далеко они окажутся от безопасной зоны. – Мы будем посреди дикого мира, где кроме броневездехода ничто не оградит нас от сурового мира Кольца, – тёмно-русая девушка понимала риск и все возможные последствия. – Мы ничего не знаем о том мире, лишь строим догадки, но правительство точно знает больше, – она понимала, что не каждому выпадает такой шанс. Лана взглянула на жену Хэйтема. – Ты хочешь отговорить меня, Инома, но сама когда-то согласилась на рискованное предприятие твоего мужа, а теперь вы одни из тех, кто творит историю Энеи».

Посмотрев ещё раз на Аарона, Лана ответила:

– Я буду участвовать в экспедиции, – уверенно заявила она. – Мне это нужно и интересно, иначе я так и буду продолжать жить в обычной посредственности, – в её мыслях сразу возник образ их съёмной квартиры, в которой они жили у себя в маленьком городке: «Один и тот же будильник и подъём рано утром, чтобы успеть на работу, и так снова, и снова, но ради чего?»

– Хорошо, я тебя понял, вы приняты, раз уж вам это так необходимо, – подвёл итог полковник Ньювер, довольный тем, что Лана поддержала своего мужа: «Если вы переживёте эту экспедицию, то действительно сможете поменять своё представление об этом мире». – И ещё, – он передал молодой паре два браслета с символикой Чёрной Гвардии. – Вы должны их надеть и не снимать. Они плотно обтянут руку и не будут мешать носить одежду.

– Для чего это? – поинтересовалась Лана, внимательно разглядывая подарок.

– Контролировать ваше состояние и отслеживать положение, – пояснил Хэйтем. – Благодарность за помощь в поимке ценного государственного преступника, – затем, после того, как он отпил из стакана, добавил. – И в случае чего, чёрногвардейцы защитят вас в первую очередь, это что-то вроде особого статуса.

– Значит, всё-таки там есть люди и не Искатели, так? – спросила она, надевая браслет на правое запястье.

– Вам всё расскажут, но имейте в виду, что никто из желающих не попадёт в состав экспедиции, потому что её члены уже давно определены и готовятся к ней. А зачем вся эта клоунада с волонтёрами я не знаю, это дело вашего правительства, – раскрыл карты полковник Ньювер.

– То есть мы бы не попали в неё? – уточнил сероглазый парень, а после осознал. – Никогда?

– Это серьёзное мероприятие, и людей с улицы для этого не берут, тем более молодых, – резонно заметил Хэйтем, удивляясь наивности Аарона: «Но именно такой человек мне и нужен. Наивный, добрый и искренний, иначе люди не поверят».

– Тогда зачем вы помогли нам? – озадачено спросил сероглазый парень, застёгивая браслет на своём запястье.

– Любопытство, решил поставить эксперимент, – полковник Ньювер не хотел рассказывать ему свой план и посвящать в будущие мировые политические движения: «Скоро всё узнаете, ещё рано».

– Что за эксперимент? – удивился Аарон, не понимая, о чём говорит Хэйтем.

– Всё тебе скажи, да выложи на тарелочку, – ушёл он от прямого ответа: «Рано, всему своё время, парень».

– И они согласились нас взять? – с сомнением в голосе спросила тёмно-русая девушка: «Нас не просто так взяли, вы как-то договорились, но какова цена?»

– Им очень сильно нужны мои люди, – намекнул ей полковник Ньювер. – Детали вам расскажут позже, но обдумайте число двенадцать, именно столько попыток закончились неудачей, чтобы узнать, чем же завершился поход вашей армии, – поделился информацией с молодой парой Хэйтем: «Это, чтобы вы задумались, куда влезли».

«Зашибись, мы тринадцатые значит», – подумал сероглазый парень, осознавая теперь всё происходящее.

– Но не стоит сильно беспокоиться, – продолжил полковник Ньювер, решив немного успокоить молодую пару. – До этого отправлялись небольшие группы, без специального транспорта и оборудования, так что, возможно, именно сейчас появятся ответы.

Теперь Аарон с Ланой почувствовали насколько всё серьёзно, а в глазах тёмно-русой девушки загорелся яркий огонёк: «Скоро, так или иначе, откроется правда, и мир снова изменится. И я больше не хочу оставаться по эту сторону периметра. Мне хочется участвовать в этом и узнать истину, потому что всё будет снова замолчано, и если мы окажемся там лично, то всё узнаем сами. Даже если с нас потом возьмут подпись о неразглашении, то мы в любом случае коснёмся правды», – размышляла она, ощущая прилив адреналина от предчувствия новой ветви истории.