- -
- 100%
- +
– Утро, Андрей, – произнесла она, ее голос звучал ровно, деловито. Никаких следов вчерашнего напряжения или сожаления. – Еда. Потом работа.
Она поставила тарелку и стакан на маленький столик у койки. Андрей с трудом поднялся. Вид "каши" вызвал легкое подташнивание – воспоминания о вчерашнем безвкусном ужине были слишком свежи. Но желудок предательски заурчал. Голод был сильнее отвращения.
– Спасибо, – пробормотал он по-русски, зная, что она не поймет, но не находя других слов. Он взял ложку – странную, изогнутую, из легкого металла – и осторожно попробовал. Безвкусно. Консистенция манной каши, но без молока, сахара, масла. Просто нейтральная масса. Он заставил себя проглотить. Вода была чистой, холодной, без запаха. Он выпил залпом, почувствовав, как влага немного проясняет мысли.
Лиана наблюдала за ним, ее бирюзовые глаза внимательно изучали каждое его движение. Он увидел в ее коде, мелькающем вокруг ее головы, как легкая дымка: OBSERVATION: CONSUMPTION PATTERN. STRESS INDICATORS: MODERATE. VITAL SIGNS: WITHIN NORM FOR ANOMALY "AN'SHAR".
– Работа, – повторила она, когда он опустошил тарелку. – Сей'час.
Он кивнул, вставая. Тело ныло, будто его действительно переехал грузовик – последствия вчерашнего сканирования, стресса и неудобной койки. Браслет пульсировал, как второе сердце, напоминая о своем присутствии и ограничениях.
Лиана развернулась и вышла в коридор. Андрей последовал за ней, чувствуя, как Би-Би парит у него за спиной, излучая тихое жужжание. Они прошли короткий коридор и оказались в главном зале лаборатории – том самом хаосе организованной сложности.
Свет здесь был ярче, исходящий от бесчисленных панелей в потолке и стен, от экранов с бегущими данными, от самих приборов. Воздух гудел активнее – низкий гул множества работающих устройств смешивался с шипением энергии, щелчками реле, едва слышным гудением кристаллов. Запах озона был еще сильнее, с резкой нотой перегретого металла и чего-то химически сладкого. Андрей непроизвольно сморщил нос.
Лиана направилась к центру зала, где стояло то самое массивное кресло, похожее на стоматологическое, но увешанное датчиками, излучателями и гибкими манипуляторами – DEVICE: NEURO-AETHER SCANNING CHAIR – STATUS: STANDBY. Рядом находился комплекс экранов и голографических проекторов.
– Сюда, – указала она на кресло. Ее движения были точными, экономными. – Сканирование. Понять твою силу. Ан'шар.
Андрей сглотнул. Вчерашний опыт был не из приятных. Он медленно подошел и опустился в кресло. Мягкий материал обволакивающе подался под ним. Лиана взяла с ближайшего стола сеть из тонких серебристых волокон, усеянную миниатюрными сенсорами.
– Голова, – сказала она, приближаясь.
Он наклонил голову, чувствуя, как ее пальцы, быстрые и уверенные, закрепляют сеть на его темени, висках, затылке. Сенсоры были прохладными, их прикосновение вызывало мурашки. Затем она прикрепила к его груди, на предплечья и запятья плоские сенсорные пластины, похожие на электроды ЭКГ, но более сложной формы. Каждое прикосновение было профессиональным, лишенным лишних эмоций, но Андрей ловил на себе ее пристальный взгляд ученого, изучающего редкий, возможно, опасный экземпляр.
Би-Би завис над его левым плечом, его голограмма кота была серьезной, без обычной саркастичной гримасы. На дисплеях-глазах бежали строки подготовительных команд.
– Процедура сканирования инициирована, – объявил робот. – Цель: Оценка параметров аномалии «Ан'шар», картографирование нейро-эфирных связей, идентификация источника перцепции «Код Реальности». Ожидаемые побочные эффекты: легкий дискомфорт, ощущение покалывания, возможна активация целевой аномалии с непредсказуемыми последствиями для локальной реальности. Шанс необратимого повреждения когнитивных функций: 0.7%. Шанс временной потери незначительных воспоминаний: 87.3%. Расслабьтесь и постарайтесь не думать о белых кроликах. Если они у вас есть. Метафорически.
– Замолчи, Би-Би, – тихо, но твердо сказала Лиана, настраивая параметры на главном голографическом интерфейсе. Ее пальцы летали над проекцией, вызывая каскады меняющихся символов и диаграмм. – Андрей. Смотри. Сюда.
Она указала на небольшой экран прямо перед его лицом. На нем появилось изображение – абстрактный, плавно меняющийся узор из светящихся линий и точек. Никакого смысла, просто визуальный стимул.
– Думай о своем мире, – сформулировала она, подбирая слова. – О месте. Доме.
Андрей уставился на узор, пытаясь заставить мозг работать. Дом. Химки. Однокомнатная квартира в панельной высотке. Вид из окна – не парк, а стройка соседнего дома и вечно забитая машинами дорога. Диван. Компьютерный стол, заваленный бумагами и пустыми кружками из-под кофе. Крошечная кухня, где даже развернуться сложно Ипотека. Мысль, как нож. 30 лет кабалы за эти стены. Серость. Рутина. Автопилот. Почему он должен думать об этом сейчас? Почему не о чем-то хорошем? О маме? О чем? Имя друга детства вдруг выскользнуло из памяти, как мыло из рук. Вадик? Витя? Пустота. Паника зашевелилась где-то глубоко внутри.
Экраны вокруг кресла ожили. Графики задергались, кривые полезли вверх. На главном голографическом проекторе возникло трехмерное изображение его головы, испещренное светящимися точками и линиями – карта мозговой активности. В области затылка и висков горел особенно яркий, нестабильный сгусток энергии, окрашенный в тревожные оттенки пурпурного и изумрудного.
– ANOMALOUS ACTIVITY DETECTED: OCCIPITAL LOBE, TEMPORAL LOBES. FREQUENCY: THETA-GAMMA SYNCHRONY. AETHER SIGNATURE: ALIEN, VOLATILE. – зачитал Би-Би данные. – MEMORY ACCESS PATTERNS: ERRATIC. FRAGMENTATION INDEX: HIGH.
– Думай сильнее, – скомандовала Лиана, не отрываясь от данных. Ее брови были сдвинуты в напряженной концентрации. – О предмете. Знакомом. Земля.
Андрей зажмурился, изо всех сил стараясь сосредоточиться. Предмет. Его ноутбук. Старый, верный "асус". Клавиатура, стертая на WASD и пробеле. Зеленый индикатор питания. Экран с открытым кодом Работа. "КвантумСофт". Опенспейс. Гул вентиляторов, стук клавиатур, болтовня коллег. Светлов Его лицо вдруг стало размытым, нечетким. Черты расплывались, как на старом фото. Нет! Андрей стиснул зубы, пытаясь удержать образ. Имя коллеги? Сергей? Слава? Опять пустота. Вместо лица – цифровая рябь. Боль, острая, как игла, кольнула в висок.
– COGNITIVE SPIKE! MEMORY RETRIEVAL ATTEMPT FAILURE. NEUROLOGICAL STRESS: CRITICAL! – предупредил Би-Би, его голос потерял долю металлической монотонности. – ANOMALY FLARE DETECTED!
Внезапно мир вокруг Андрея сдвинулся. Стены лаборатории, приборы, сама Лиана – все покрылось полупрозрачным слоем мерцающих зеленых символов, строк кода, плавающих в воздухе. Он не читал их сознательно – они просто были, накладываясь на реальность, как наложение в плохо синхронизированном видео.
WARNING: LOCAL REALITY STABILITY: 99.7% 99.6% FLUCTUATION DETECTED!OBJECT: SCANNING CHAIR – STATUS: ACTIVE – INTEGRITY: 98% ENTITY: LIANA VEN'TAR – STATUS: FOCUSED – STRESS LEVEL: 40% – AURA: TURQUOISE/BLUE ENTITY: BB-UNIT – STATUS: MONITORING – EMOTIONAL_PROXY: CONCERN (SIMULATED) AMBIENT AETHER DENSITY: HIGH – POLLUTION: 0.3% (ACCEPTABLE)
Это был не просто текст. Это было понимание. Он чувствовал прочность кресла под собой, напряжение Лианы, даже симулированную "озабоченность" Би-Би. Он ощущал плотность энергетического поля в воздухе, его чистоту. И он видел тонкую паутину трещин, побежавших по коду реальности вокруг него, исходящую от его собственного виска, где горела точка нестерпимой боли.
– Ах! – Он вскрикнул, схватившись за голову. Зрение помутилось от боли. Символы замерцали, стали резкими, болезненными для восприятия. COGNITIVE LOAD: 85% 90% WARNING! SYSTEM OVERLOAD IMMINENT!
– Деактивировать внешние стимулы! – услышал он голос Лианы, звучавший как из-под воды. – Би-Би, подави эфирный резонанс в секторе 3! Андрей! Не борись! Пус'кай!
Бороться было невозможно. Код наваливался, давил, требовал расшифровки, понимания. Он видел, как стена за Лианой OBJECT: LAB WALL (COMPOSITE ALLOY D32) – INTEGRITY: 100% вдруг покрылась сеткой пикселей на долю секунды, будто старый телевизор с плохим приемом. Слышал, как гул приборов исказился, превратившись в знакомый звук – SOUND_ERROR: BSOD_CHIME_PRE_WINDOWS_XP – короткий, пронзительный, леденящий душу гудок "синего экрана смерти".
– СТОП! – закричала Лиана.
Щелчок. Жужжание. Боль в висках стихла так же внезапно, как и началась. Мир резко вернулся в фокус. Зеленые символы исчезли. Лаборатория снова была просто лабораторией – хаотичной, гудящей, наполненной странными приборами. Андрей тяжело дышал, обливаясь холодным потом. Сердце колотилось, как бешеное. В правом виске пульсировала тупая остаточная боль.
На экранах бушевали предупреждения. Главный голографический проектор показывал его голову, но теперь в области виска горел ярко-красный участок, а от него расходились волны искажения, похожие на круги на воде. ANOMALY EVENT: CLASS 2 (MINOR REALITY GLITCH CONTAINED). SOURCE: USER ANDREI. MEMORY LOSS DETECTED: SPECIFIC EPISODIC MEMORY (WORKPLACE COLLEAGUE "SVETLOV").
– Коллега Светлов, – прошептал Андрей, осознавая потерю. Лицо того парня из "КвантумСофт", вечного балагура и сплетника, который вечно тырил его ручки Оно было пустым местом. Осталось лишь имя и чувство легкого раздражения. – Я не помню его лицо.
Лиана подошла ближе, ее лицо было бледным под светом экранов, но сосредоточенным. Она смотрела не на него, а на данные.
– Ан'шар сильный, – произнесла она тихо, почти с благоговением. – Видишь Код. Чувствуешь структуру. Но – Она показала на красную зону на проекции его мозга. – Больно. Опасно. Стирает память. Каждый раз.
– Я не хотел! – вырвалось у Андрея. – Это само включилось! От боли, от попытки вспомнить!
– Знаю, – кивнула Лиана. Она коснулась интерфейса, отключая часть датчиков. Сеть сенсоров на его голове ослабла. – Не контролируешь. Как дикий зверь. Нужно учить. Управлять.
– Учить? – Андрей с недоверием посмотрел на нее. – Как? Чем? Еще одним сканированием? Чтобы я забыл, как выглядит моя собственная мать?
В ее бирюзовых глазах мелькнуло что-то сложное – понимание, досада, решимость. EMOTION_ANALYSIS: FRUSTRATION / DETERMINATION / EMPATHY (LOW CONFIDENCE).
– Нет сканирования, – сказала она твердо. – Тест. Маленький. Контролируемый. Сей'час.
Она отошла к одному из столов, заваленному кристаллами разного размера и цвета, и выбрала небольшой, невзрачный камешек, похожий на кусок темного стекла. Вернулась и положила его на плоскую панель, выдвинутую из кресла перед Андреем.
– Камень, – указала она. – Простой. Без энергии. Смотри. Пробуй видеть его Код. Медленно. Не вспоминать. Видеть. Сейчас.
Андрей сглотнул. Страх сжал горло. Он боялся этой боли, этого насильственного вторжения в его восприятие. Боялся потерять еще кусочек себя. Но выбора не было. Он уставился на камень. Темный, непрозрачный, с неровными краями. Просто камень.
Видеть его Код. Как? В прошлый раз это случилось само, от боли и стресса. Он попытался захотеть увидеть. Сконцентрировался. Ничего. Только обычный камень. Разочарование смешалось с облегчением.
– Не получается, – пробормотал он.
– Не давить, – поправила его Лиана. Она стояла рядом, внимательно наблюдая не только за камнем, но и за его лицом, за экранами, отслеживающими его состояние. – Расслабиться. Дышать. Камень часть мира. Ты часть мира. Чувствуй связь. Не глазами. Другим зрением.
Ее слова были странными, почти мистическими, но в них была логика. Андрей закрыл глаза, откинувшись на спинку кресла. Глубокий вдох. Выдох. Он пытался отогнать страх, отогнать мысли об ипотеке, о потерянной памяти. Представить камень. Не его вид, а его суть? Твердость. Холод. Неподвижность. Объект. Простой объект.
И вдруг – легкое покалывание в затылке. Не боль, а скорее зуд. Он открыл глаза. Камень лежал на панели. Но вокруг него, как слабая аура, мерцали тонкие, едва видимые контуры – бледно-зеленые линии, очерчивающие его форму. Никаких подробных строк кода, только простой контур: OBJECT: BASALTIC DEBRIS – MASS: 0.15 KG – STATUS: INERT.
– Вижу контур. Массу, – прошептал он, пораженный.
На экранах Лианы ожили новые показатели. ANOMALOUS PERCEPTION: ACTIVE (LOW INTENSITY). REALITY INTEGRITY: 100%. NO MEMORY ACCESS DETECTED.
– Хорошо, – одобрительно кивнула Лиана, и в ее голосе впервые прозвучали нотки чего-то, кроме деловитости. Возможно, удовлетворения ученого. – Теперь двигай.
– Двигай? – растерялся Андрей. – Как? Рукой?
– Нет. Кодом, – пояснила она. – Видишь контур? Это граница. Оболочка. Представь изменить. Сдвинуть. Медленно. Очень медленно.
Андрей снова сосредоточился на бледно-зеленом контуре камня. Сдвинуть. Он представил, как контур слегка дрогнул, сместился влево на миллиметр. В реальности камень оставался неподвижным. Но на проекторе, показывающем его мозговую активность, в зоне лобных долей вспыхнул новый очаг. COGNITIVE_LOAD: 15% 20%
– Сильнее, – подбодрила Лиана. – Концентрируйся. Не на камне. На Коде камня. Он инструкция. Измени инструкцию.
Инструкция. Слово программиста отозвалось в нем. Он мысленно "ухватился" за зеленый контур. Не за сам камень, а за эту цифровую оболочку. Сдвинься. Команда. Как строка кода: OBJECT_POSITION.X += 0.001.
Камень дрогнул. Совсем чуть-чуть. Неподвижный до этого, он явно сдвинулся на панели на волосок.
– Да! – воскликнул Андрей, забыв на миг о страхе и боли. Восторг первооткрывателя, знакомый по удачным решениям сложных багов, вспыхнул в нем. – Получилось!
Триумф был мимолетным. Знакомое покалывание в висках усилилось, превратившись в нарастающую боль. Зеленый контур камня стал резче, ярче, начал мерцать. В поле его "внутреннего" зрения поплыли дополнительные строчки: ENERGY_REQUIREMENT: LOW. REALITY_WARP: MINOR. MEMORY_ACCESS: TRIGGERED?
– Стой! – резко сказала Лиана. – Слишком много! Остановись!
Андрей попытался отпустить мысленный "захват", отвести внутренний взгляд. Было поздно. Боль в виске ударила с новой силой. Зеленый контур камня взорвался пикселями, на миг превратившись в цифровой шум. Сам камень подпрыгнул на панели, как будто его толкнули, и закатился на край.
ANOMALY EVENT: CLASS 1 (CONTROLLED MICRO-WARP). REALITY INTEGRITY: 99.9%. COGNITIVE LOAD PEAK: 65%. MEMORY LOSS DETECTED: VISUAL MEMORY (STREET FOOD VENDOR NEAR METRO STATION "HIMKI").
Картинка всплыла в сознании и тут же рассыпалась, как песочный замок. Ларёк с чебуреками у метро "Химки". Запах жареного теста и мяса. Очередь. Он знал, что он там был, часто покупал. Но сам ларёк, его цвет, вывеска, лицо продавца – все это растворилось в сером тумане. Остался лишь запах который тоже быстро угас.
– Нет, – простонал Андрей, сжимая виски. Боль отступала, оставляя после себя леденящую пустоту и чувство глубочайшей усталости. – Опять. Чебуреки метро не помню.
Лиана молча смотрела на данные. Ее лицо было серьезным.
– Цена, – констатировала она. – Сила требует памяти. Энергии прошлого. Каждый раз. Маленький камень – маленькая цена. Большое – Она не договорила, но смысл был ясен.
– Анализ завершен, Пользователь Андрей. Выводы: Способность «Код Реальности» подтверждена. Уровень контроля: примитивный. Побочный эффект (эпизодическая амнезия) подтвержден с вероятностью 98.7%. Коэффициент полезного действия: крайне низкий. Для перемещения объекта массой 0.15 кг на расстояние 0.5 миллиметра вы затратили энергию, эквивалентную потере одного визуального воспоминания средней яркости. Рентабельность операции: отрицательная. Рекомендация: развивать навык для повышения эффективности или отказаться от использования во избежание полной потери личности. Шанс превращения в «чистый лист» при текущем темпе потерь: 34% за 6 месяцев.Би-Би парил ближе, его голограмма кота смотрела на Андрея с симулированным "сочувствием".
Андрей закрыл глаза. Усталость навалилась, как физическая тяжесть. Восторг от первого успеха сменился горечью и страхом. Он заплатил памятью о чебуреках за то, чтобы сдвинуть камешек. Что он заплатит за что-то большее? За поиск артефактов? За активацию Портал? И главное – что останется от него, Андрея Гордеева, IT-разработчика из Химок, к тому моменту? Останется ли что-то вообще?
– Я не могу отказаться, – хрипло сказал он, открывая глаза и глядя прямо на Лиану. Ее бирюзовые глаза были непроницаемы, но в глубине, казалось, что-то дрогнуло. – Мне нужно домой. Но – Он посмотрел на свой пульсирующий красным браслет. – Как учиться? Как контролировать это без того, чтобы стереть себя раньше времени?
Лиана задумалась. Она отошла к главному голографическому интерфейсу, ее пальцы снова задвигались, вызывая новые схемы, диаграммы. На одном из экранов возникло изображение сложной сетчатой структуры, напоминающей нейронную сеть, но сплетенную из света и кристаллов.
– Щит, – произнесла она наконец, указывая на структуру. – Ментальный. Из эфира и твоего Кода. Фильтр. Учиться строить. Останавливать поток до того, как заберет память. Трудно. Опасно. Но возможно.
Андрей смотрел на мерцающую сеть. Щит. Фильтр. Звучало как какая-то техномагическая медитация. Безумие. Но другого выхода не было. Он кивнул, чувствуя, как решимость, хрупкая, как первый лед, медленно замерзает поверх страха и отчаяния.
– Ладно, – сказал он. – Учимся строить щит. С чего начнем?
Лиана позволила себе едва заметный, почти невидимый намек на улыбку в уголках губ. Ученый, получивший согласие на рискованный эксперимент.
– С начала, Андрей. С дыхания. И концентрации. Сей'час. – Она сделала глубокий вдох, показывая пример. – Дыши. Глубоко. Медленно. Чувствуй эфир. Вокруг. Внутри. Он основа всего. Ключ.
Андрей последовал ее примеру, закрыв глаза. Глубокий вдох. Воздух пах озоном и пылью. Выдох. Гул лаборатории казался отдаленным. Он пытался представить этот "эфир", о котором говорила Лиана. Энергию? Поле? Основу кода? Что-то невидимое, но наполняющее все вокруг, включая его самого. Он сосредоточился на ощущении воздуха в легких, на пульсации крови в висках, на слабой вибрации пола под ногами.
Концентрация. Не на страхе. Не на потерях. На здесь и сейчас. На дыхании. На гуле машин. На прохладном прикосновении сенсоров. Шаг за шагом. Камень за камнем. Память за памятью. Дорога к Портал Вечности начиналась здесь, в этой пахнущей озоном клетке, с попытки построить щит против собственного дара. И первый урок был прост: чтобы выжить, нужно научиться терять, не теряя себя полностью.
Внезапно тишину лаборатории разорвал пронзительный, тревожный вой сирены, исходящий откуда-то сверху. Красные огни замигали по периметру потолка. На главном экране вспыхнуло предупреждение на этерианском, но Андрей инстинктивно понял его смысл по контексту и кричащему красному цвету: SECURITY BREACH ALERT! PERIMETER BREACH: SECTOR GAMMA (STORAGE VAULT 7). INTRUDER CLASS: GLITCH PREDATOR. THREAT LEVEL: HIGH.
Лиана вздрогнула, ее сосредоточенное выражение сменилось мгновенной боевой готовностью. Она рванулась к стене, где висел ее голограммный плащ, на ходу касаясь запястья. Над ее рукой вспыхнул интерфейс.
– Би-Би! Статус щитов хранилища! – ее голос был резким, командным.
– Внешний периметр хранилища 7 нарушен, – немедленно отозвался робот, его голос лишился всяких следов иронии, став чисто информативным. – Внутренние сдерживающие поля активны, но показывают признаки нестабильности. Сущность идентифицирована как взрослая особь глитч-хищника (Varanus Glitchus Major). Мотивация: вероятно, привлечено остаточными эфирными выбросами от вчерашнего сканирования пользователя Андрей. Уровень угрозы для структурной целостности лаборатории: значительный.
Андрея бросило в холод. Глитч-хищники. Те самые пиксельные твари, от которых его спасла Лиана в кристальной пустыне. Их пиксельные клыки, мертвые глаза и способность "глючить" пространство вокруг себя врезались в память как кошмар. И одна из них была здесь, в лаборатории!
– Эвакуационный протокол? – спросила Лиана, набрасывая плащ. Плащ ожил, проецируя вокруг нее слабое сияющее поле.
– Не рекомендовано, – ответил Би-Би. – Хищник заблокировал основной коридор выхода. Альтернативные маршруты проходят через нестабильные зоны после вчерашней аномалии пользователя Андрей. Риск попасть в локальный пространственно-временной глюк: 45%. Наиболее безопасная тактика: сдерживание и уничтожение угрозы на месте. Оповещение Службы Безопасности Нейрона отправлено. ETA: 8 минут.
– 8 минут с глитч-хищником в хранилище артефактов? – Лиана усмехнулась без юмора. – Он разнесет половину лаборатории за две. Би-Би, активируй протокол «Ледяной Бастион» вокруг хранилища 7! Я иду.
– Предупреждение: Пользователь Лиана, ваши шансы в одиночку нейтрализовать взрослого глитч-хищника в условиях ограниченного пространства оцениваются в 27.3%, – холодно констатировал Би-Би. – Риск тяжелых травм или летального исхода: 63%.
– Вычисляй лучше, – бросила Лиана, уже направляясь к одной из закрытых дверей, ведущей, видимо, вглубь лаборатории. Ее рука коснулась панели, дверь бесшумно отъехала, открывая темный проход. Она обернулась к Андрею, ее лицо в свете мигающих красных огней было резким, как лезвие. – Ты. Останься здесь. Не двигайся. Браслет активирует болевой импульс при удалении более 10 метров от кресла.
Андрей замер. Страх парализовал его. Он видел этих тварей в действии. Лиана была сильна, техномагична, но 27% Это почти приговор. И мысль о том, что он снова сидит сложа руки, пока кто-то рискует жизнью за него, вызвала волну жгучего стыда. Вспомнилась Лиана, вытаскивающая его из пасти хищника в пустыне. Серебристая сеть. Ее решимость. А он здесь, прикованный к креслу красным браслетом, как опасное животное.
Из темного прохода донесся душераздирающий скрежещущий вой, сливавшийся с воем сирены. Звук битья, шипения энергии, треск ломающегося металла. Хранилище было не так далеко. Лиана скрылась в проеме, плащ развевался за ней, проецируемое поле светилось ярче.
– CONTAINMENT FIELD INTEGRITY: 85% 80% 75% – монотонно докладывал Би-Би. – GLITCH PREDATOR ACTIVITY: HIGH. ENERGY SIGNATURE: FLUCTUATING.
Андрей вцепился в подлокотники кресла. Его сердце бешено колотилось. Он не мог сидеть здесь. Не мог! Но что он мог сделать? У него не было оружия. Не было силы, кроме этого проклятого "Кода Реальности", который требовал платы памятью и мог в любой момент выйти из-под контроля, навредив Лиане или разрушив лабораторию. Отчаяние смешалось с яростью – на себя, на этот мир, на хищника, на красный браслет.
Внезапно из прохода вырвалась фигура Лианы. Она отлетела назад, кувыркнулась по полу, гася инерцию. Ее плащ мигал тревожно, поле вокруг нее потрескивало. На полу остались следы энергии. Она вскочила на одно колено, ее лицо было искажено болью и концентрацией. В проеме показалось оно.
Глитч-хищник. Крупнее того, что было в пустыне. Размером с медведя. Его чешуйчатая шкура была не гладкой, а состояла из мириад мерцающих, постоянно сдвигающихся пикселей – зеленых, синих, красных. Казалось, сама реальность вокруг него дрожит и рябит. Длинная пасть с пиксельными клыками была раскрыта в беззвучном рыке. Глаза – два угольно-черных пятна, поглощающих свет. Оно двигалось рывками, с микро-телепортациями, оставляя за собой шлейф цифрового артефакта. Один из его когтистых лапов был обут в странное металлическое кольцо, испускающее волны искажения – видимо, артефакт из хранилища, усиливающий его способности.
– CONTAINMENT FAILURE! – завопил Би-Би. – PREDATOR BREACHED! THREAT VECTOR: LAB SECTOR ALPHA!
Хищник бросился вперед, не на Лиану, а прямо к центру зала – туда, где стояло кресло с Андреем! Его пиксельные глаза, казалось, смотрели сквозь Андрея, притягиваемые не им самим, а бурлящей внутри него аномалией, "Кодом Реальности". Он был лакомой добычей.
Лиана вскрикнула, выбросив руку вперед. Из ее ладони вырвался сгусток бирюзовой энергии, похожий на молнию. Он ударил хищника в бок, заставив тварь взвыть и свернуть с траектории, но не остановил. Пиксели на месте удара вздыбились, замигали, но быстро восстановились. Хищник тряхнул головой, сфокусировался на Андрее и рванул снова, покрывая расстояние рывками-телепортами.
Страх Андрея достиг апогея. Он вжался в кресло, видя, как пиксельная пасть с острыми, мерцающими клыками раскрывается перед ним. Мир замедлился. Он услышал крик Лианы, предупреждающий вопль Би-Би, вой сирены. В этот момент предельного ужаса, инстинкт самосохранения пересилил размышления. Он не думал о контроле. Не думал о цене. Он просто захотел, отчаянно, всеми фибрами души, чтобы эта тварь исчезла. Прекратила существовать. OBJECT: GLITCH PREDATOR – STATUS: DELETE!
"Код Реальности" ответил.
Мир взорвался зеленым светом. Не вокруг хищника – вокруг него самого. Волна чистой, неконтролируемой энергии вырвалась из его тела, из его глаз, из каждого поры. Лаборатория исчезла. Все вокруг – стены, приборы, Лиана, летящий хищник – все покрылось сплошной, ревущей стеной мерцающих зеленых символов, строк кода, движущихся с бешеной скоростью. Это был не просто наложенный слой – это был хаос, цифровой ураган, центром которого был он сам.