- -
- 100%
- +
Андрей почувствовал холодок по спине, не связанный с прохладой из расселины. Зависшая программа. Эта аналогия была ему слишком близка. Он тоже чувствовал себя «застрявшим» между мирами.
– А «аномальные эхо прошлого»? – спросил он, стараясь, чтобы голос не дрогнул.
– Призраки, – просто сказала Лиана, шагнув в темноту. – Не души. Осколки событий, застрявшие во временной складке. Обычно безвредны. Но могут сбить с толку. Или напугать. Держи щит. Он поможет отличить эхо от реальной угрозы.
Андрей кивнул, хотя она этого не видела, и последовал за ней, углубив концентрацию. Черный стеклянный барьер в его сознании стал плотнее, холоднее. Он вошел в расселину. Темнота сомкнулась вокруг, нарушаемая только лучами фонарей и слабым голубоватым свечением, исходившим от самого камня. Воздух был влажным, пахло сыростью, серой и чем-то металлическим, как будто старым железом. Шум ветра снаружи стих, сменившись навязчивым капаньем воды где-то в глубине и усилившимся гулом земли.
Они шли по узкому, извилистому коридору, спускаясь все глубже. Скалы по бокам были испещрены причудливыми узорами, похожими на застывшие волны лавы, но иногда Андрею чудилось, что в этих узорах проступают знакомые символы – цифры, буквы, фрагменты кода. Его дар реагировал на место. Мир вокруг словно проступал сквозь тонкую пелену, обнажая свою структуру. Он видел слабые, пульсирующие линии – потоки эфира, текущие сквозь камень. Видел темные сгустки – зоны нестабильности, где реальность была особенно хрупкой. Видел следы. Не физические. Энергетические отпечатки, оставленные чем-то большим, чем время.
– Здесь, – остановилась Лиана перед развилкой. Два прохода уходили в темноту – один почти прямой, другой извилистый, словно червячный ход. Она направила луч фонаря на каменный пол у входа в извилистый проход. – Смотри.
На камне, покрытом тонким слоем пыли, отпечатались следы. Не лавовых червей или пиксельных скорпионов. Это были следы сапог. Грубых, с глубоким протектором. И множество их, идущих туда и обратно, спутанных, как будто люди топтались здесь долго.
– Люди? – удивился Андрей. – Здесь?
– Не просто люди, – проговорила Лиана, ее голос в коме звучал напряженно. – Смотри внимательнее. Следы идут поверх самих себя. Много раз. Временное эхо? Или…
– Сканирую, – Би-Би завис над следами, испуская тонкий луч сканера. – Анализ пылевого слоя. Следы оставлены в разное время. Интервалы нелинейны. Хаотичны. Это не последовательное движение группы. Это наслоение одного и того же события. Петля. Биологический материал в отпечатках. ДНК деградирована, но соответствует человеческой. Возраст. Расчет затруднен из-за временной аномалии. Ориентировочно несколько десятилетий. Или несколько часов. Точнее сказать невозможно.
Андрей почувствовал, как по спине пробежали мурашки. Несколько десятилетий или несколько часов. Застрявшие во времени. Как и я, мелькнула крамольная мысль.
– Идем, – решительно сказала Лиана, направляясь в извилистый проход, откуда вели следы. – Осторожно. Щит на максимум. Би-Би, непрерывное сканирование на временные флуктуации и биологические сигнатуры.
Проход сужался, петлял, местами заставляя их протискиваться боком. Воздух становился еще прохладнее, густой, словно сироп. Гул под ногами приобрел ритмичный характер – глухие, мощные удары, как будто огромное сердце билось где-то в недрах вулкана. Андрей ловил краем зрения странные тени на стенах – мелькающие силуэты людей, исчезающие, едва он поворачивал голову. Слышал обрывки голосов, шепот, приглушенные крики, доносящиеся словно из-за толстой стены. Щит дрожал под напором этих фантомных воздействий, но держал. Он гасил попытки хаотичных энергетических импульсов проникнуть в его сознание, не давая призрачным образам обрести четкость.
Внезапно проход расширился, выведя их в огромную, почти круглую пещеру. Своды терялись в темноте где-то высоко над головой. Посреди пещеры стояло озеро. Но не из воды. Его поверхность мерцала странным, переливчатым серебристо-серым светом, словно жидкий металл под лунным светом. Оно было абсолютно неподвижным, без ряби, без течения. И от него исходил холод, пробирающий до костей даже сквозь термокостюм.
– Эфирный Конденсат, – прошептала Лиана, ее голос в шлеме был полон тревоги. – Крайне нестабильная форма эфира. Не приближайся. Малейшее возмущение может спровоцировать коллапс. Или выброс энергии.
Но Андрей едва слышал ее. Его взгляд был прикован не к озеру, а к тому, что находилось на его берегу. Напротив них, у самой кромки мерцающей «воды», стоял корабль.
Не космический. Не техномагический дирижабль Нейрона. Это был парусник. Настоящий, деревянный, трехмачтовый фрегат, словно сошедший со страниц учебников истории или кадров старых фильмов. Его корпус был темным, потрепанным, паруса изодранными в клочья и обвисшими, как тряпки. На мачтах болтались обрывки такелажа. Судно стояло неестественно прямо, его киль глубоко ушел в каменистый грунт, как будто его поставили здесь на стоянку, а не выбросило волной. И самое странное – вокруг него, на берегу озера, виднелись следы жизни. Сложенные в пирамиду ящики, закопченный котелок над давно потухшим костром, тряпичные тюки.
– Объект идентифицирован, – тихо, без обычной иронии, доложил Би-Би. – Конструкция соответствует парусным судам класса «фрегат» с планеты Земля, период расцвета – ориентировочно XVIII-XIX века по местному летоисчислению. Название на корме. «Морская Фея». Состояние: крайняя степень износа. Причины нахождения в текущей локации: неизвестны. Вероятность временной аномалии. 97%.
– Земля… – выдохнул Андрей, сердце бешено заколотилось. Люди. С Земли. Как я.
В этот момент из-за груды ящиков вышел человек. Высокий, сухощавый, в поношенной, когда-то синей офицерской тужурке с потускневшими позументами, грубых брюках и сапогах. Лицо его было изможденным, покрытым слоем грязи и щетиной, но глаза горели лихорадочным блеском под густыми, нахмуренными бровями. В его руке был не лазерный пистолет, а тяжелый, кремневый мушкет со штыком. Он направил ствол в их сторону, руки дрожали, но взгляд был полон безумной решимости.
– Стой! Не двиг-гайся! – его голос был хриплым, надтреснутым, акцент странным, старомодным. – Кто вы? Демоны ли это новые? Или призраки из тумана? Говорите, или я шмальну, ей-богу шмальну!
Лиана медленно подняла руки, показывая, что безоружна. Андрей последовал ее примеру, стараясь дышать ровно. Щит напрягся до предела – человек перед ними был реальным. Плотным, живым, излучающим страх и отчаяние. Не эхо.
– Мы не демоны, – четко сказала Лиана, ее голос через искажение кома звучал спокойно, властно. – Мы путники. Ищем дорогу. Мы не причиним вам вреда.
Человек с мушкетом напрягся еще больше, его палец белел на спусковом крючке.
– Путники? В этой бого-забытой преисподней? Врете! Вы от него! От Левиафана! Чтоб выведать наши слабости!
– От кого? – спросил Андрей, стараясь говорить как можно мягче. – Мы не знаем никакого Левиафана. Мы просто заблудились. Наш корабль… – он запнулся, понимая абсурдность, – наш корабль потерпел крушение. Мы ищем выход.
Глаза человека метнулись от Лианы к Андрею, к его странному костюму и шлему, к парящему кубу Би-Би. Недоверие боролось с отчаянной надеждой.
– Корабль? – он фыркнул. – Здесь только один корабль. «Морская Фея». И она никуда не плывет. Никогда больше не поплывет. – Его голос сорвался на рыдании, но он тут же сглотнул, выпрямился. – Капитан Эдмунд Роулинс. Командир этого… этого проклятого судна. А вы кто?
– Лиана Вен'тар. Ученый. Это мой помощник, Андрей. И наш спутник, Би-Би, – представилась Лиана, опуская руки, но оставаясь настороже. – Мы из города Нейрон. Вы… вы с Земли?
Роулинс вздрогнул, как от удара. Его мушкет опустился на пару дюймов.
– Земли? – он произнес слово с благоговением и болью. – Да… Да, мы с Земли. Англия. Портсмут. Год Господа нашего 1805-й… – Он замолчал, его взгляд стал отсутствующим. – Или 1806-й? Или 1805-й опять? Черт его знает… Времена здесь смешались, как деготь с водой.
– Временная петля, – тихо сказала Лиана, больше для Андрея. – Они застряли. Повторяют один и тот же цикл.
– Как долго? – спросил Андрей, глядя на изможденное лицо капитана.
– Долго? – Роулинс горько усмехнулся. – Вечность. Или мгновение. Кто их разберет. Мы шли в Карибское море. Шторм… невиданный шторм. Небо раскололось зеленым огнем, волны высотой с гору… Потом туман. Густой, мертвый. И вот… это. Этот каменный ад. Это проклятое озеро. И Оно. – Он снова поднял мушкет, озираясь по сторонам с животным страхом. – Оно приходит. Когда туман сгущается. Забирает одного из нас. Снова и снова. Мы пытались уйти… но дороги ведут обратно. Всегда обратно к кораблю. Как в дьявольском лабиринте.
Из-за ящиков, из темных углов за кораблем стали появляться другие люди. Матросы. Изможденные, грязные, в лохмотьях одежды. Их глаза были пустыми, сломленными. Они смотрели на пришельцев без интереса, с тупой покорностью обреченных. Женщин и детей среди них не было. Только мужчины. Около двух десятков. Тень былого экипажа.
– Капитан… – хрипло произнес один из матросов, коренастый мужчина с лицом, изуродованным шрамом. – Туман… снова поднимается.
Роулинс резко обернулся. От серебристого озера действительно поползли струйки густого, серо-зеленого тумана. Он распространялся с неестественной скоростью, заполняя пещеру, скрывая своды, окутывая корабль. Воздух наполнился запахом морской соли, гниющих водорослей и чего-то электрически-металлического.
– К оружию! На позиции! – закричал Роулинс, его страх сменился лихорадочной решимостью. – Быстро! Не дайте ему подобраться!
Матросы, словно автоматы, бросились к заранее подготовленным укрытиям – грудам камней, ящикам, за борт корабля. Они вооружались мушкетами, абордажными саблями, топорами. Их движения были вымученными, отточенными бесконечными повторениями.
– Что происходит? – Андрей схватил резак, щит в его сознании сжался до размеров плотного кокона. Он чувствовал, как пространство вокруг начинает «плыть». Стены пещеры мерцали, как плохая голограмма. Призрачные тени стали гуще, материальнее. Он услышал крики чаек, рев ветра, скрип деревянных конструкций – звуки, не имевшие источника в пещере.
– Хроно-эхо активизировалось! – предупредил Би-Би, его голос трещал от помех. – Показатели временной нестабильности зашкаливают! В воздухе… биологическая сигнатура огромных размеров! Классификация неизвестна! Уровень угрозы экстремальный!
– Левиафан! – прошипел Роулинс, вскидывая мушкет. – Оно идет! Спрячьтесь, если не хотите умереть или сойти с ума!
Туман сгустился до непроглядной стены. Видимость упала до нескольких метров. Из густой пелены донесся звук. Глухой, мощный, влажный шлепок, как будто гигантское мокрое бревно упало на камни. Потом еще один. Ближе. И еще. Чмок… Чмок… Чмок… Что-то огромное, двигалось по пещере к кораблю и к ним.
Андрей активировал свой дар, отчаянно пытаясь пробить взглядом пелену тумана и временного искажения. Мир распался на слои. Он видел реальные камни, корабль, людей – их коды жизни пульсировали тревожным желтым. Видел наложенные поверх призрачные образы – бушующее море, паруса «Морской Феи», мечущихся матросов, кричащих в немой панике. И видел Оно. Сквозь туман и наслоения эха проступал контур. Огромный, бесформенный, студенистый. Масса плоти, усыпанная десятками неровных, светящихся бледно-зеленым светом глаз. Щупальца, толстые, как мачты, волочились по камням, оставляя мерцающий слизкий след. Код существа был хаотичным, пульсирующим черным и кроваво-красным, испещренным ошибками – ENTITY: UNKNOWN. DESIGNATION: "LEVIATHAN". THREAT LEVEL: CATASTROPHIC. TEMPORAL ANOMALY DETECTED.
– Тварь вне времени! – выкрикнул Андрей, нажимая на спуск резака. Ярко-синий луч вспорол туман, ударив в студенистый бок приближающегося чудовища. Раздался шипящий звук, запахло паленой органикой. Левиафан взревел – звук, сотрясающий камни и разум, смесь рева бегромота и скрежета металла по стеклу.
– Огонь! – заорал Роулинс.
Грянул залп мушкетов. Пули, казалось, проходили сквозь тварь, не причиняя вреда, или вязли в ее студенистой плоти. Сабли и топоры матросов были бесполезны. Существо двигалось неумолимо, одно из щупалец метнулось к группе матросов у кормы корабля. Люди в ужасе закричали, пытаясь отбиться. Щупальце схватило одного из них – молодого парня с перекошенным от ужаса лицом – и потащило обратно в туман. Его крики оборвались, как будто перерезанные ножом.
– Нет! Джеми! – завопил Роулинс, стреляя снова и снова.
Андрей стрелял из резака, ведя луч по щупальцам, но раны, которые он наносил, быстро затягивались. Тварь была почти неуязвима для физического оружия. Лиана действовала хладнокровно. Она не стреляла. Вместо этого ее руки двигались в сложных паттернах, пальцы складывались в странные жесты, словно она набирала код в воздухе. Губы шептали команды на языке Этереи. Вокруг нее закрутились вихри синего эфира. Она направляла потоки энергии не на само чудовище, а на пространство вокруг него, на временные аномалии, питавшие его.
– Би-Би! Точка сингулярности петли! Найди ее! – скомандовала она, ее голос был напряжен до предела.
– Сканирую! – Робот нырнул в туман, его сканеры работали на пределе. – Источник временной нестабильности… локализован! Координаты передаю! Это… устройство! На корабле! На капитанском мостике!
Андрей бросил взгляд на старый фрегат. Сквозь туман и наложенные эха он увидел на корме, на возвышении, слабое, но устойчивое свечение. Источник петли! Ключ к их освобождению или к гибели.
– Я проберусь! – крикнул он Лиане. – Прикрой!
Он рванул вперед, пригнувшись, щит сжался вокруг него, как броня. Мушкетные пули свистели мимо – свои стреляли наугад в тумане. Щупальце Левиафана метнулось к нему. Андрей отпрыгнул, луч резака отсек кончик щупальца. Слизь брызнула на его шлем, зашипела. Он бежал по скользким камням к трапу, ведущему на палубу «Морской Феи». Призрачные образы мелькали перед ним – матросы прошлого цикла, бегущие в панике, падающие снасти, разбивающиеся бутылки. Он пробивался сквозь них, как сквозь дождь.
Забравшись на палубу, он окунулся в хаос. Дерево палубы было гнилым, проваливалось под ногами. Повсюду валялись обломки, обрывки парусины. Воздух гудел от рева Левиафана и выстрелов снизу. Андрей пробивался к корме, к лестнице на капитанский мостик. Его щит постоянно атаковали фантомные импульсы – крики умирающих, ощущение падения, запах моря и крови. Он гасил их, фокусируясь на цели.
Вот он – мостик. Небольшая рубка с разбитыми окнами. Андрей ворвался внутрь. В углу, на штурвальном посту, стоял предмет. Не техномагический кристалл, не голографический проектор. Это был морской хронометр. Большой, латунный, в деревянном футляре. Его стекло было треснутым, но стрелки все еще двигались. Точнее… они двигались странно. Секундная стрелка подрагивала, отскакивала назад, замирала, снова прыгала вперед. От прибора исходило то самое слабое, пульсирующее свечение, которое он видел в коде. Вокруг него пространство искривилось, как в жаркий день над асфальтом. OBJECT: CHRONOMETER. STATUS: TEMPORAL ANOMALY SOURCE. POWER: UNSTABLE.
– Нашел! – крикнул Андрей в ком.
– Не уничтожай его сразу! – тут же ответила Лиана. Ее голос прерывался помехами. – Он якорь петли! Резкое разрушение может убить всех внутри! Нужно стабилизировать… сбросить энергию!
Внизу раздался новый душераздирающий крик. Еще один матрос был утащен в туман. Рев Левиафана звучал победно.
Андрей подбежал к хронометру. Он чувствовал, как время вокруг него пульсирует, искажается. Его собственные руки казались то четкими, то размытыми. Он сосредоточился, активировал свой дар на полную мощность, игнорируя резкую боль в висках. Мир окончательно распался на строки кода. Он увидел сложную, переплетенную сеть временных линий, сходящихся к хронометру. Увидел бреши, разрывы, места, где код зацикливался. LOOP: TRUE. EXIT_CONDITION: NULL. ENTITIES_TRAPPED: 23.
– Би-Би! Передай Лиане! – он закричал мысленно, зная, что робот считает его нейроимпульсы. – Нужен контролируемый сброс! Я вижу точку входа в петлю! Она привязана к озеру! К эфирному конденсату!
– Принято! – ответил Би-Би. – Лиана перенаправляет энергию! Готовься!
Андрей ухватился за латунный корпус хронометра. Металл был ледяным, вибрировал, как живой. Он впился взглядом в клубок временного кода, нашел ключевую нить – точку инициализации петли. INIT_POINT: ETHER_CONDENSATE_POOL. Он мысленно «ухватил» эту нить и потянул, направляя накопившуюся в хронометре нестабильную энергию не внутрь петли, а наружу – к озеру эфирного конденсата.
– Сейчас! – мысленно скомандовал он Лиане.
Снаружи грянул ослепительный всполох синего света. Лиана выпустила сфокусированный луч чистой эфирной энергии прямо в центр серебристого озера. Эфирный конденсат взорвался. Не огнем, а волной чистой, сияющей силы. Волна прокатилась по пещере, сметая туман, как паутину. Она ударила в Левиафана. Чудовище завизжало – на этот раз от настоящей боли и ужаса. Его студенистое тело начало пузыриться, распадаться на мерцающие частицы, как песочный замок под напором волны. Оно не умерло. Оно рассыпалось на составляющие его временные эхо, растворившись в сияющем потоке.
Волна достигла корабля. Она прошла сквозь дерево, сквозь людей. Андрей почувствовал, как мощный импульс бьет через его руки в хронометр. Прибор вспыхнул ослепительно белым светом. Раздался звон разбитого стекла. Стрелки завертелись бешено, потом замерли. Свечение погасло. Искажение пространства вокруг прибора исчезло.
Тишина. Глухая, оглушительная тишина, сменившая грохот битвы и рев чудовища. Туман рассеялся. Пещера снова была видна во всех деталях – скалы, озеро (теперь спокойное, но меньшее по размеру), потрепанный корабль. Матросы стояли, ошеломленные, озираясь по сторонам, как будто впервые видя место. Капитан Роулинс опустил мушкет, его лицо было бледным, растерянным.
– Оно… ушло? – прошептал он, не веря своим глазам. – Насовсем?
Андрей спустился с мостика, держа в руках погасший, потрескавшийся хронометр. Он чувствовал себя выжатым, боль в висках пульсировала синхронно с угасающим эхом энергии. Лиана подошла к нему, ее костюм был покрыт слизью и пылью, но она казалась невредимой. Би-Би парил рядом, сканируя пространство.
– Временная аномалия… стабилизировалась, – доложил робот. – Петля разомкнута. Эхо прошлого рассеивается. Уровень угрозы минимальный.
– Что… что вы сделали? – Роулинс подошел к ним, его глаза лихорадочно блуждали от хронометра в руках Андрея к Лиане. – Кто вы такие? Колдуны? Ангелы?
– Мы те, кто остановил цикл, – сказала Лиана, снимая шлем. Ее лицо было усталым, но спокойным. – Вы свободны, капитан. Левиафан был лишь эхом, порожденным петлей. Оно больше не вернется.
– Свободны? – Роулинс рассмеялся, и смех его звучал горько, на грани истерики. – Свободны? Чтобы идти куда? Здесь, в этом каменном мешке? Без провианта? Без надежды? Мы умирали снова и снова, но хотя бы знали сценарий! Теперь… теперь просто будем умирать по-настоящему. Медленно.
Его слова повисли в тягостной тишине. Матросы переглядывались, в их глазах не было радости, только страх перед неизвестностью и гнетущая безысходность.
Андрей смотрел на потрепанный хронометр в своих руках. Он чувствовал его тяжесть. Не физическую. Это был ключ. Ключ к их спасению? К их прошлому? В его коде, тусклом после сброса энергии, все еще мерцали остаточные временные координаты. ORIGIN_POINT: ATLANTIC_OCEAN. DATE: 1805.10.21. Он поднял глаза на Роулинса.
– Этот прибор… – он показал на хронометр. – Он не просто создавал петлю. Он был вашим якорем. Связью с вашим временем. С вашим моментом крушения.
Роулинс насторожился.
– Что вы хотите сказать, парень?
– Я говорю, что, возможно, его можно починить, – сказал Андрей, глядя на Лиану. Она едва заметно кивнула, понимая его мысль. – Не для создания новой петли. А для отправки вас обратно. Туда, откуда вас вырвало. В ваш шторм. В ваш 1805 год.
На лицах матросов появилась слабая, невероятная надежда. Роулинс замер, его глаза впились в хронометр.
– Домой? – он произнес слово шепотом, как святыню. – Вы можете… отправить нас домой?
– Возможно, – осторожно сказала Лиана. – Устройство повреждено. Эфирный конденсат использован для разрыва петли. Но… если стабилизировать его ядро, перенаправить остаточную энергию… Теоретически, кратковременный временной портал возможен. Очень узкий. Очень нестабильный. Только для вашего корабля. И только в ту самую точку.
– Риск? – спросил Роулинс, его голос дрожал.
– Огромный, – честно ответила Лиана. – Портал может схлопнуться. Корабль может не пережить перехода. Вы можете оказаться не в своем времени, а где-то еще. Или нигде. Но… – она посмотрела на изможденные лица матросов, – это шанс. Шанс вернуться. Или погибнуть, пытаясь. Альтернатива… – Она не стала договаривать, кивнув в сторону мрачных скал пещеры.
Капитан долго смотрел на свой корабль, на своих людей. Потом выпрямился, приняв решение.
– Мы моряки Его Величества, – сказал он твердо, старая гордость проглянула сквозь грязь и отчаяние. – Мы не боимся штормов. И не боимся смерти в море. Лучше погибнуть в волнах Атлантики, чем сгнить в этом каменном аду. Мы попробуем. – Он повернулся к матросам. – Слышали, ребята? Шанс! Последний шанс вырваться! Готовить корабль! Всем на борту! Быстро!
Надежда, пусть и призрачная, вдохнула в людей жизнь. Они бросились к кораблю, начали оттаскивать ящики, готовить трап, проверять, что еще держится на потрепанном корпусе. Роулинс подошел к Андрею и Лиане.
– Что вам нужно? – спросил он просто.
– Доступ к прибору, – сказал Андрей, показывая на хронометр. – И время. Много времени.
Работа кипела. Лиана и Би-Би разложили на камнях перед кораблем инструменты из походного набора Лианы и сканеры робота. Андрей сидел рядом, держа хронометр на коленях. Его сознание было погружено в его код. Он видел повреждения – трещины в энергетической матрице, разрывы во временных контурах, перегоревшие узлы. DAMAGE_ASSESSMENT: SEVERE. CORE_STABILITY: 32%. Это был сложнейший пазл, где каждая деталь влияла на пространство-время.
Он работал с Лианой в тесной связке. Она диагностировала физические и эфирные повреждения, используя свои знания и сканеры Би-Би. Он «видел» структуру и предлагал «заплатки» – ментальные паттерны стабилизации, которые Лиана затем воплощала с помощью точных эфирных инжекций и микроскопических кристаллических проводников, извлеченных из ее запасов. Они не ремонтировали прибор в земном понимании. Они лечили аномалию, стабилизируя ее до управляемого состояния.
– Контур синхронизации… здесь обрыв, – указывал Андрей на невидимую нить в коде. – Нужно перенаправить поток через резервный канал. Вот этот.
– Поняла, – Лиана тонким инструментом, похожим на лазерный стилус, наносила микроскопические штрихи на латунный корпус, вплетая нити эфира. Хронометр слабо светился под ее руками. – Матрица ядра… колебания усиливаются. Би-Би, подави резонанс на частоте 7.3 терагерц.
– Выполняю, – робот испускал тонкие лучи энергии, гася опасные вибрации внутри прибора.
Роулинс и его люди готовили корабль. Они поднимали уцелевшие обрывки парусов, укрепляли мачты чем могли, расчищали палубу. Они работали молча, сосредоточенно, с мрачной решимостью людей, идущих на последний штурм. Капитан подходил время от времени, смотрел на работу, но не мешал. Его лицо было каменным, только в глазах горел огонь.
Прошли часы. Андрей чувствовал, как силы покидают его. Каждая ментальная «заплатка» требовала огромной концентрации, усиливала боль в висках. Он терял кусочки себя с каждым исправленным багом в коде хронометра. Воспоминание о смехе отца на рыбалке стерлось. Образ первой школьной любви поблек, оставив лишь смутное чувство тепла. Цена была высокой. Но он видел глаза этих людей. Глаза, жаждущие дома.
– Готово, – наконец выдохнула Лиана, откладывая инструмент. Ее руки дрожали от усталости. – Ядро стабилизировано. Остаточная энергия сконцентрирована. Мы можем попробовать. Один раз. Мощности хватит только на один импульс.
Хронометр в руках Андрея теплел. Его стекло, хоть и треснутое, светилось ровным, спокойным голубым светом. Стрелки замерли на отметке, которую Лиана установила вручную, сверяясь с данными Би-Би о точке выброса корабля из временного потока. TARGET_COORDINATES: LOCKED. TEMPORAL_JUMP: INITIATION_READY.
– Капитан, – Андрей поднялся, держа прибор. – Ваш выход.
Роулинс кивнул. Он обвел взглядом свою команду, собравшуюся на палубе. Двадцать три человека. Выжившие. Его экипаж.
– По местам! – его голос гулко разнесся по пещере. – Поднять якоря! Отдать швартовы! Готовиться к отплытию!
Матросы разбежались по своим позициям. Звякнули цепи. С палубы сбросили последние камни, использовавшиеся как балласт и якоря. Корабль, стоявший неподвижно десятилетия, казалось, напрягся в ожидании. Роулинс поднялся на мостик, встал к штурвалу. Его руки сжали деревянные спицы.