Сделка с браком для пышки

Глава 4. Жизнь без мамы

– Тётя, как хорошо у тебя тут. Уютный дом, рядом лес. Тишина… – умиротворённо улыбалась Вероника, сидя рядом с Тамарой на террасе, спустя несколько дней.

– У меня всегда тихо и спокойно. Не то, что в городе. Все куда-то спешат, бегут, – ответила Тамара, посмотрев на племянницу. – Вероника, нам надо поговорить.

– О чем?

– О твоей дальнейшей жизни, о твоём муже.

– Тебе звонил Савин?

– Да, – подтвердила Тамара. – Он очень внимателен, звонит каждую неделю, интересуется твоим здоровьем.

– Стоило ли беспокоиться, – фыркнула Ника, – Получил обещанные деньги, и, наверное, очень доволен. Он может забрать всё остальное, меня это не интересует.

– И об этом я тоже хотела с тобой поговорить, – продолжила Тамара, – теперь, когда твоя мама умерла, ты понимаешь, что ты стала наследницей всего состояния своих родителей?

– Мне всё равно, – равнодушно отозвалась Ника, – мне не нужно больше того, что у меня уже есть.

Тамара рассмеялась.

– Такое счастье недолгое. Жизнь здесь скоро тебе покажется однообразной и скучной.

– Ты так думаешь?

– Я не знаю. Но знай одно: мой дом – твой дом. Я пришла сюда жить, когда вышла замуж. Поначалу мы были очень бедны. С твоим отцом я не общалась много лет. Он не смог мне простить то, что я вышла замуж не за богатого и знатного, а за простого человека.

– А твой муж жив?

– Нет, он умер год назад. Вот почему я была рада, когда появилась возможность за тобой ухаживать. Мы жили с ним хорошо, но детей у нас не было, а тут как будто появился ребёнок – ты.

– Мне здесь очень нравится. Я решила: я останусь здесь с тобой, если, конечно, ты не возражаешь? Единственное, на что пригодятся мои деньги – это обеспечить нам жизнь.

– Я не возьму твоих денег, – резко ответила Тамара, – ни рубля. Я ещё твоему отцу сказала, что сама себя обеспечу, и никогда у него не попрошу ни копейки. Я своё слово сдержала и не собираюсь нарушать его даже ради тебя.

– Ты тратила на меня свои деньги всё это время?

– Ты не требовала больших расходов, – улыбнулась тётя. – Теперь, когда ты здорова, мир за окнами ждёт тебя, и ты должна предстать перед ним.

– Зачем?

– Затем, что мир за этими окнами полон интересными людьми, встречами, событиями. Я уверена, тебе понравится. Тем более что ты должна окончить Университет и получить диплом.

– Я никуда уже не хочу, – ответила Ника, не представляя, как же она появится в Университете в новом обличье.

– Но ты не можешь здесь оставаться отрезанной от всего мира. Рано или поздно люди узнают об этом.

– Какие люди? У меня нет друзей.

– Но есть пресса, есть телевидение, – напомнила Тамара, – загляни в верхний ящик комода в гостиной и увидишь там кучу газет и журналов с фотографиями твоей свадьбы. Свадьба Вероники Морозовой и Кирилла Савина надолго заняла первые страницы многих газет и журналов. К тому же смерть твоей матери усилила драму.

– Я хочу посмотреть, – Веронику охватило любопытство, и, вскочив с кресла, помчалась в гостиную.

Ника открыла верхний ящик комода и достала оттуда все газеты и журналы. Положив их на комод, она заметила, что на дне ящика лежит фотоальбом. Она пролистала его. Детские и юношеские фотографии маленькой Тамары, какой-то другой девочки и Андрея. На последней странице общая фотография подростков Тамары, девушки и уже взрослевшего Андрея. Ника присмотрелась. Ей вдруг показалось, что лицо девушки ей знакомо. Может, подружка Тамары?

– Вероника, ты нашла газеты? – как гром среди ясного неба, раздался голос Тамары и Ника вздрогнула.

– Да, тётя, – ответила она, убирая фотоальбом на место.

Она взяла в охапку все газеты и журналы и вернулась на веранду. На первых полосах таких известных журналов, как «Cosmopolitan», «Караван историй», «Домашний очаг» были напечатаны громкие заголовки: «Свадьба года», «Смерть на свадьбе», «Невеста теряет сознание на свадьбе». Статьи о свадьбе не обошлись без фотографий Вероники, Аглаи и красавца Кирилла.

– Тётя, что мне делать? – Ника отложила журналы, поправила очки и посмотрела на тётю.

– Это решать тебе и только тебе. Хочешь, я попрошу его приехать сюда?

– Нет, конечно! – воскликнула Ника и отвела взгляд в сторону. – Я ненавижу его! Я думала, что встречу молодого человека, который полюбит меня такой, какая я есть не из-за денег. А мама заставила меня выйти замуж.

– Моя бедная девочка! – пожалела её Тамара. – Не один, а многие бы влюбились в тебя. Но… я понимаю тебя, ты всегда будешь относиться к мужчинам с подозрение: ты нужна им или твои деньги.

– Мне нужно развестись с Савиным и начать жизнь заново, – сказала Ника. Наступила тишина. Ника посмотрела на тётю, будто ждала ответа. Тамара задумалась, но её размышления прервала сама Ника. – Помоги мне, тётя! – молила она, – Помоги мне освободиться от него! Сейчас, когда я начала меняться, превращаться в нормальную, обыкновенную девушку, возможно, я встречу человека, о котором мечтала. Но сначала я должна освободиться от этого человека. Помоги мне, поговори с ним, пусть пришлёт документы на развод.

– Вероника, конечно, я помогу тебе, но сейчас я не могу с ним говорить о разводе. Я сказала ему, что ты ещё в больнице, тяжело переживаешь смерть мамы. Позже.

Ника кивнула в знак согласия.

– И ещё, Вероника, твой дом пустует, – продолжила Тамара, – ты не хочешь посмотреть на него?

– А зачем?

– Дому нужна хозяйка, за ним нужно следить, ухаживать. Если этого не делать, то он просто развалится.

– Ну и пусть!

– Ника, нельзя быть такой упрямой! Ты должна там побывать. Можем завтра же и съездить. И вообще, нам нужно пройтись по магазинам, купить тебе новую одежду, обувь и ещё кучу других вещей. А ещё, ты должна научиться сама управлять семейным бизнесом.

– Тётя, какой бизнес? Я примерно знаю, где находятся отели, а где этот новый отель – понятия не имею.

– Настала пора узнать. Без контроля хозяина или хозяйки бизнес тоже может разориться. Я думаю, Анатолий тебе поможет, а я тебе помогу советом.

– Правда? – улыбнулась Ника.

– Правда, – заверила её Тамара. – Но перед тем, как мы поедем в твой дом, заедем на кладбище на могилу твоей мамы. Завтра сорок дней.

Следующим утром Вероника с Тамарой поехали на такси сначала на кладбище. У свежей могилы с большим портретом Аглаи стояли две огромные корзины с пожухлыми розами. На корзине с красными розами колыхалась ленточка с надписью «от брата», а с белыми розами – «от зятя».

– Савин прислал цветы? – спросила Ника, поправляя только что принесённые свежие розы в небольшой корзинке.

– Кирилл прилетал на похороны сам. Помог с организацией похорон.

– Какое благородство! – с иронией прокомментировала Ника.

– Вероника, не ёрничай. Он хороший человек.

Пока Вероника и Тамара стояли у могилы, подошел Анатолий Титов с букетом красных роз.

– Доброе утро, моя хорошая… – Титов обнял за плечо племянницу, перед могилой сестры.

– Здравствуй, дядя!

– Какое горе, Вероника, как ты теперь без мамы?..

– Да, дядя, горе… но я не одна. Есть ты и тётя Тамара.

– Здравствуй, Анатолий, – сказала Тамара и Титов кивнул.

Потом возложил букет красных роз на могилу и взглянул в лицо племянницы.

– Боже… как ты изменилась, какая ты стала красивая… – удивился Титов, снова обнимая племянницу.

– Дядя, теперь, когда рядом нет мамы, – начала разговор Ника, когда все пошли к выходу с кладбища, – мне придётся научиться жить без неё, зарабатывать на жизнь и научиться управлять бизнесом.

– Вероника, но тебе не обязательно работать… и ты ещё учишься… – в лёгком замешательстве напомнил Титов, поглядывая на племянницу.

– Дядя, я хочу попробовать. Я постараюсь всё успевать.

– Если хочешь, конечно, я помогу тебе, – согласился Титов. – Но в гостиничном бизнесе я не силён. У нас с Аглаей была договорённость, не влезать в бизнес друг друга. Ты же знаешь всю сеть отелей.

– Да, кроме нового.

– Новый отель могу показать.

– Хорошо.

– Хорошо. Ваш семейный юрист пару месяцев назад умер, поэтому я предупрежу своего, чтобы он подготовил все необходимые документы, и позвоню завтра, – уведомил её Титов и посмотрел на часы. – Рад был видеть тебя здоровой! – Титов погладил племянницу по плечам.

– Я тоже была рада тебя увидеть.

– Всего доброго! – Титов повернулся к Тамаре.

– Всего доброго, Анатолий!

***

Потом они поехали к дому Морозовых. Вероника вышла из такси и посмотрела на дом, как будто в первый раз. Так надолго она никогда ещё не покидала его. Ника не уверенно позвонила в домофон.

– Тамара? – спросил в домофон Борис, не заметив Веронику, стоящую в стороне.

– Да, Борис.

Через несколько минут дверь открыл водитель Борис.

– Вероника Андреевна? – изумлённо спросил водитель.

– Здравствуй, Борис! Это я, – сказала Ника и вошла.

– Как вы изменились! – восторженно произнёс он.

– Спасибо, Борис, – скромно одарила его улыбкой на комплимент.

– Здравствуй, Борис! – поприветствовала его Тамара.

– Здравствуйте!

Ника прошлась по гостиной. Нахлынули воспоминания о свадьбе… Она заглянула в кабинет, где часто работала Аглая и присела в кресло. Тамара пошла за ней.

– Тётя, что мы здесь делаем? – грустно спросила Ника, чувствуя, что ей немного не по себе здесь находиться.

– Тебе здесь неприятно находиться?

– Да. Всё напоминает о маме и о свадьбе, которую я пытаюсь забыть.

– Мы здесь для того, чтобы ты смогла научиться жить нормальной жизнью, – сказала Тамара, присев на кожаный диванчик.

Раздался стук в дверь.

– Войдите! – сказала Ника.

В кабинет вошел Борис, а за ним повариха Мария – сорокалетняя полная женщина в белом чепчике на голове.

– Простите, можно?

– Да, проходите, – ответила Ника.

– После смерти вашей мамы горничные и садовник уволились. Остались только я и Маша. Что нам делать? Нам тоже уйти?

– Да. Я хочу продать дом, – сказала Ника и посмотрела на Тамару, которая отрицательно покачала головой, – хотя… я не буду торопиться… Жить я здесь пока точно не буду, поэтому вы пока останьтесь здесь, чтобы присмотреть за домом.

– Хорошо, спасибо, Вероника Андреевна, – кивнул Борис и вышел вместе с Марией.

– Это твой дом и продавать его не торопись. Недвижимость вообще не стоит продавать. Она всегда в цене. А чтобы за домом ухаживали, нужны деньги.

– Деньги? А где мне их взять? – прищурив глаза, Ника посмотрела на тётю.

– Деньги обычно хранят в сейфе. У вас есть сейф?

– Да… Точно. И как я забыла?!

Вероника подошла к высокому шкафу справа от стола, открыла дверцу верхнего шкафа, где стоял сейф. Она закрыла глаза и вспомнила: как мама подходит к этому шкафу, открывает дверцу и набирает шифр – дату её рождения. Открыв глаза, она набрала код и открыла сейф, в котором лежали несколько пачек наличных купюр, документы и коробочки с очень дорогими украшениями. Она взяла по две пачки денег в каждую руку и посмотрела на тётю.

– Хватит нам? – спросила Ника.

– Это очень много, – ответила Тамара, – Одну пачку отдай Борису и потребуй от него полный отчёт, а остальные – возьми с собой.

– Хорошо, – ответила Ника, закрывая сейф. – Тётя, я ещё поднимусь в свою комнату.

– Конечно! – согласилась Тамара, проводив взглядом выходящую племянницу из кабинета.

Вероника неторопливо поднялась по лестнице, вспоминая, как она спускалась по ней с дядей в белом платье. И это чувство безысходности, тяжёлым грузом давило на неё. Весь дом был пропитан такой атмосферой: чувство безысходности и тоски. Открыв дверь своей комнаты, она вошла. Всё лежало на своих местах. Она подошла к столу, собрала необходимые книги и свой ноутбук. Осмотрев ещё раз комнату, её взгляд привлёк шкаф с одеждой. Открыв дверцы шкафа, Ника стала поспешно доставать все наряды и бросать их на кровать. В это время Тамара вошла в комнату и села в кресло.

– Борис! – крикнула она, продолжая освобождать шкаф от одежды.

Вскоре на пороге появился Борис, а за ним и Мария.

– Да, Вероника Андреевна, вы звали?

– Борис, выбрось все эти платья.

– Как выбросить? – в недоумении развёл руки в стороны Борис.

– Они мне больше не понадобятся. Выбрось!

– Хорошо, – подчинился Борис и стал собирать все наряды.

– А можно я их возьму себе? – спросила Мария.

Ника посмотрела на неё. Она такая же полная, как была Ника до свадьбы.

– Можно, но я больше никогда не хочу их видеть! – твердо заявила Вероника.

– Хорошо.

Борис и Мария вышли из комнаты, забрав все вещи.

Тамара сидела и радовалась за племянницу.

– Молодец! Теперь я вижу, что ты готова к новой жизни.

Вероника встала на весы. 82 кг. Она сжала руки в кулачки и завизжала, как мышка.

– Да! Я похудела! – с радостью пробормотала она.

В этот же день Вероника с тётей прошлись по магазинам, накупили кучу новых вещей и контактные линзы. Ника, наконец, почувствовала себя счастливой. Она делала то, что хотела.

***

Ника очень волновалась по поводу предстоящего знакомства с коллективами отелей, которые теперь принадлежали ей, но раз она пообещала дяде, решила сама управлять бизнесом, значит, она должна попробовать. Но справиться ли она со всем? Получится ли управлять всем бизнесом? Сможет ли она сделать всё, чтобы отели процветали или…

Теплым августовским утром Вероника встретилась с дядей в нотариальной конторе и подписала все документы для вступления в наследство. После, они проехали во все отели, Ника познакомилась с сотрудниками отелей. Она даже не ожидала, что будет настолько тёплый приём. В последнюю очередь они заехали в новый отель «ГРАНД». Титов представил её коллективу. Некоторые сотрудники просто смотрели, другие переглядывались и перешептывались, разглядывая новую хозяйку. Титов также показал личный кабинет Аглаи, в котором она была пару раз после покупки отеля.

– Тётя, новый отель, действительно большой!.. – с радостью рассказывала Ника тёте. Тамара лишь улыбалась, радуясь за племянницу. – Мне даже немного страшно: получится ли у меня управлять…

– Конечно, получиться, – поддерживала её Тамара.

***

Следующим утром Борис отвёз Нику в новый отель. Так как все отели, кроме нового стабильно приносили прибыль, и достаточно было просто проверять периодически финансовые отчёты, новым нужно было заняться лично. Аглая же упоминала, что предыдущий хозяин его запустил.

Когда Вероника села в кресло управляющего отелем в кабинете Аглаи, она заулыбалась. Разглядывая, теперь уже её личный кабинет, поймала себя на мысли, что ей нравится новое положение. Теперь действительно будет так, как она захочет и будет делать то, что она считает нужным. И она счастлива!

Временно исполняющая обязанности управляющего отелем Марина, показала весь отель, служебные помещения и ознакомила с обязанностями сотрудников.

Время шло и Ника постепенно вникала в дела, в бумаги, в бухгалтерию.

Похудевшее тело приобретало красивые очертания и Нике приходилось часто покупать новую одежду.

– Да! Да! – снова пищала от радости Ника, стоя на весах, которые показывали 67 кг. – Я худею! – ликуя, подняла руки вверх.

***

Время близилось к осени, и нужно было возвращаться в Университет. Вероника так долго мечтала стать обычным человеком, что теперь, когда она стала похожа на обычную девушку, ей вдруг стало страшно от того, как могут отреагировать другие студенты в Университете, когда она там появится.

Первого сентября Борис отвёз Нику к Университету. Когда она поднималась по ступенькам, гордо подняв голову, многие студенты с удивлением и изумлением молча смотрели на неё и долго провожали взглядом. И это чувство уверенности ей очень нравилось, ведь теперь она почти не отличалась от остальных.

Каждый день после университета Борис отвозил Нику в отель. Все выходные Ника тоже проводила в новом отеле.

Через пару недель, вечером Ника вернулась домой вся в слезах. Всхлипывая, она молча прошла в свою комнату и легла на кровать, лицом в подушку.

– Ника, что случилось? – забеспокоилась Тамара.

– Они меня не слушают… – всхлипывая, рассказала Ника.

– Кто?

– В новом отеле никто меня не слушает, – объяснила Ника, вытирая слёзы. – Никто не хочет выполнять мои приказы. У меня ничего не получается…

– Ты звонила Анатолию? Говорила ему?

– Звонила… – всхлипывая, ответила Ника. – Сказал, надо быть строже… Но я не могу… Я попросила дядю продать этот чертов отель.

***

После разочарования в работе управляющей отелем Ника несколько дней ходила грустная, ждала, когда дядя позвонит и сообщит, что нашелся покупатель.

Свободного времени появилось больше и после университета Ника часто приходила в новый отель только на массаж. Здоровалась только с теми, кто первый её приветствовал. На одном сеансе она услышала какой-то шум и в кабинет массажа заглянула Марина.

– Пожар на пятом этаже, все выходим.

– Пожарных вызвали? – спросила Ника, приподняв голову.

– Да, – кивнула Марина.

– Вероника Андреевна, одеваемся, – занервничала массажистка Полина.

– Иди, Полин. Я оденусь и выйду, – ответила Ника и встала с кушетки.

– Хорошо.

Полина вышла из кабинета первой. Ника одела свою водолазку, джинсы, телефон положила в карман и вышла из кабинета. В коридоре персонал выводил постояльцев к выходу. Ника по лестнице поднялась на четвёртый этаж, взяла огнетушитель, прочитала инструкцию и поднялась на пятый. Некоторые постояльцы спускались по лестнице, некоторые на лифте. Ника осмотрелась. Ей показалось, что с левого крыла здания тянуло дымом. Она направилась к месту предполагаемого пожара. В коридоре уже никого не было. Пахло всё сильнее гарью и заволакивало дымом коридор. Ника нашла дверь, из-под которой валил дым, рядом стояла тележка горничной. Дверь оказалась приоткрытой. Ника заглянула – всё в дыму, виднелись языки пламени у окна. Набрав как можно больше воздуха в лёгкие, Ника вошла в номер, заливая пеной всё подряд. Когда закончился кислород, Ника выбежала из номера, прокашлялась, снова набрала воздух и снова пошла тушить пожар. Снова вышла из номера, набрала воздуха и снова в номер.

Когда пожар был потушен, она открыла окна, чтобы проветрить комнату от дыма и запаха гари. На полу за кроватью лежала горничная без сознания. Ника выволокла её в коридор, прижалась ухом к груди. Вроде дышит. Пошлёпала её по щекам и девушка вскоре зашевелилась, закашлялась и повернулась на бок. Ника села рядом, спиной к стене и устало выдохнула. Горничная приподнялась и села рядом, продолжая кашлять.

– Что случилось? – спросила Ника у горничной.

– Я зашла спросить, можно ли убрать номер, – покашливая, сказала горничная, – а постоялец пьяный, курил за столом. Я сказала, что у нас запрещено курить в номерах. Он начал распускать руки. Сигарета выпала и попала на шторы. Он повалил меня на кровать, я сопротивлялась и он меня ударил по лицу. Больше я ничего не помню. – После долгой паузы, горничная посмотрела на Веронику. – Если бы не вы… а у меня дочь… и больше никого…

Через некоторое время появились пожарные, а за ними и врачи с неотложки.

Позже в холле отеля на первом этаже на диване сидела Ника с перепачканным лицом в саже. Врач скорой помощи осмотрел её, и не заметив ничего, что могло нанести вред здоровью, ушел. Рядом стояла Марина и некоторые сотрудники отеля, в том числе и охрана.

– Вероника Андреевна, зачем вы, рискуя жизнью, пошли тушить пожар? – допрашивал её мужчина в форме с надписью «МЧС», листая её паспорт. – Наряд уже вызвали.

– Вы через сколько приехали? – спросила Ника, нахмурив брови.

– Через сорок минут.

– Да за это время могло выгореть пол этажа! – заявила Ника, вытирая руки влажной салфеткой. – Да, ещё и горничная бы сгорела! А потом меня по судам?

– Вы могли пострадать сами, – мужчина остановился на странице «Семейное положение».

Ника махнула рукой.

– Ну не пострадала же. А у горничной – дочь!

– А как же муж?

Некоторые сотрудники отеля переглянулись, услышав такое.

– Что, муж?

– Вы замужем за Кириллом Александровичем Савиным.

– Мы разводимся! – недовольно заявила Ника и отвернулась от собеседника.

– Ладно, теперь по делу. Почему не сработала пожарная сигнализация?

– Я не знаю, – Ника посмотрела на Марину, в надежде, что та сможет объяснить, но она просто отвернулась.

– Значит, – не дождавшись внятного ответа, продолжил мужчина, – пожарная сигнализация у вас либо не исправна, либо отключена. Ждите комиссию!

– И чем это грозит?

– Штрафом, закрытием отеля.

Ника опустила голову. Дела всё хуже и хуже…

***

На следующий день при появлении Ники в отеле, уже здоровались все сотрудники, словно поменяли отношения к ней. Появилось уважение. После сеанса массажа Ника встретилась в кафе с дядей.

– Как дела? – спросил дядя.

– Нормально. Учусь. Появилось больше свободного времени и я пошла ещё на курсы вождения.

– Поздравляю! Ты молодец! – улыбнулся дядя. – Вероника, – неуверенно начал разговор Анатолий, крутя чашку кофе в руках, – из-за того, что этот отель не рентабельный, никто не хочет его покупать. Можно было бы его выставить ниже той стоимости, по которой купила твоя мама, но я бы не советовал, – сообщил Анатолий. – А вот на процветающий отель-бутик на ВДНХ есть покупатель.

– И что мне теперь делать? – Ника развела руками.

– Мой совет – сделать его прибыльным. А потом можно выставить и на продажу.

– Но как? Я пробовала, у меня не получилось. Меня не воспринимают как руководителя, не хотят выполнять мои поручения.

– Значит, заставь их уважать тебя. Ты же хозяйка! Лишай премии, увольняй. Не заменимых людей нет.

– Да нечего лишать. Они все на окладе. А увольнять я пока не умею.

– Тебе придётся научиться увольнять и лишать премии. Оклада лишать нельзя по закону, а вот премию – можно. Снизь оклад, сделай премию, и лишай. Я могу тебе дать на время своего юриста.

– Не знаю, дядя… Из-за пожара скоро ещё и придёт комиссия, а там и штраф, и вообще, закрыть могут отель.

– Плохо. Если закроют отель, ты даже за полцены его не продаж. А вот продажа рентабельного отеля могла бы тебе помочь. Можно было бы вложить эти деньги в новый отель и привести его в порядок. Без инвестиций тебе будет сложно. – Анатолий услышал звонок и снял трубку, – Да…

Ника задумалась, прищурив глаза. В голове уже созревал план.

– Скоро буду, – ответил Анатолий, убрал телефон в карман пиджака и посмотрел на племянницу. – Вероника, мне пора идти.

– Хорошо, дядя, я согласна на продажу. Другого выхода у меня нет. Можешь посоветовать компании, которые занимаются установкой сигнализаций?

– Я пришлю номера телефонов.

– Спасибо, дядя. И юриста тоже, – Ника хитро улыбнулась.

– Хорошо, он тебе позвонит. – Татов уже встал, чтобы уйти. – И ещё, Вероника, не обижайся, но ты не выглядишь, как хозяйка отеля. Посмотри на себя: не понятная черная водолазка, джинсы, которые висят на тебе как на вешалке. С твоими деньгами ты должна выглядеть роскошно! Ты же Морозова! Запомни: встречают по одежке! – покачал указательным пальцем дядя. – Удачи!

Анатолий ушел, а Ника осталась сидеть размышлять. Ника посмотрела на свою одежду: дядя прав. Она ещё похудела и теперь её одежда выглядела мешковатой. А в голове уже вырисовывался подробный план действий.