Личный врач Кощеюшки

5

Ну а дальше уже привычное хватание меня за руку, провал в сознании, пробуждение в замке Кощея. Вот нельзя как-то в моем же глюке сделать, чтоб я не отключалась? А то самое интересное пропускаю. Вдруг в эти моменты что-то происходит такое-эдакое?

Главного сказочного злодея рядом не было. Конечно, смысл ему возле ненавистной девицы сидеть и караулить, как в себя придет? Итак, поди, на руках таскать приходится, а я дама не легкая и совсем не малышка – 175см ростом и 65 весом, больше, чем куль сахара. Он, конечно, тоже не карлик, но не каждый же день достается таскать столько счастья разом. От этого и надорваться можно. Это у него жизнь бесконечная, а спину-то можно и надсадить, будешь потом кряхтеть все оставшиеся века. А потому, исключительно из человеколюбия, конечно, я должна срочно перестать отключаться во время этих портальных переходов. Тем более, что-то подзатянулся мой глюк, придется выживать как-то в нем. Ну и вообще, интересно же. Круче всяких фентези, которые я читала. Одно дело, сидеть с книгой дома, а другое – самой во всем участвовать. Еще б герой сразу положительный был, красавчик и все такое, а не мрачнота какая-то. Вот будь скелетон Андрюша живым, я б за ним приударила. Эммм…. Вернее, он бы за мной, конечно.

Будто услышав мои мысли, набор костей появился на пороге комнаты.

– Госпожа, Его Бессмертие просил вас, как придете в себя, оказать ему честь и составить компанию в его кабинете.

– За жабры и пред синие оченьки? – хмуро уточнила я.

Ну вот не нравится мне такой распорядок дня! Как у лягушек – ну вот поели, теперь бы и поспать, ну вот поспали, теперь бы и поесть.

Андрюша истолковал мой взгляд по-своему и будто даже расстроился.

– Его Бессмертие вовсе не такой, как кажется, – зачастил скелет, опять стуча пятками по полу. – Он нежный, ранимый, чувствительный. Просто это у него очень глубоко спрятано.

– Боюсь, не просто глубоко, а даже вообще не в нем. Хранится отдельно за семью печатями, – брякнула я, чем несказанно расстроила преданного слугу.

Тот, судя по всему, в прошлой жизни был не вполне традиционной ориентации, может, был даже и влюблен в синеокого Кощея. Как уж он был допущен к телу после смерти, я не знала, но меня очень устраивало, что никаких брутальных охранников ко мне не приставлено. Шла следом за Андрюшей, вертела головой во все стороны и еще больше мрачнела – в такой обстановке даже цветы не выживут, не то что я. Что это за каменные стены, нависающие потолки, шкуры на полу, мебель будто для великанов и опять же темная? Тут замок депрессии и скорби? Где цветы, где милые сердцу безделушки? Где, в конце концов, уют и удобство? Разве можно читать в этом огромном кресле у камина, куда не то, что мои ноги, а и ноги всех окружающих влезут, да еще и место останется? Или оно тут для того, чтоб не было желания засиживаться, а быстрее идти в спальню? Интересно, а Кощей спит? Как у него вообще с метаболизмом? По идее, раз он бессмертный, клетки должны постоянно обновляться, но для них ведь и питание и отдых требуется. Или тут по-другому все? В общем, вопрос без ответа. Быть Коше подопытным кроликом, буду на нем эксперименты ставить.

А вот и он! Сидит, сверлит меня глазками, недовольная морда! Вот не могла у меня галлюцинация случиться с Алладином каким-нибудь? Он добрый, принцессу свою любит, нежный и ласковый. А о таком брутале, как Кощей, я не мечтала даже никогда.

– Чего изволите? – я издевательски щелкнула каблуками своих больничных тапок.

Ну как каблуками, задниками, а учитывая, что они резиновые, должного эффекта не получилось. Поклониться, может? Перекреститься? Гавкнуть?

– Не паясничай! – оборвал мои мысленные метания Кощей. – Давай по существу. У нас есть две недели, чтобы ты вникла в суть вопроса, уловила основную, так сказать, мысль экспедиции.

– Вроде, не тупая, – не дождавшись приглашения, отодвинула стул и уселась напротив стола Бессмертного.

А тут комфортно! Пожалуй, из всего дома мне это место больше всего нравится. Стены с темными, опять же, обоями, но потолок белый, высокие окна, в которые проникало солнце, по бокам тяжелые бархатные портьеры глубокого винного цвета, такая же обивка на мебели, вдоль стен полки до потолка с книгами, в углу – кадка с большой пальмой. Будто разные люди в замке жили – там один, здесь другой.

– Нравится? – Кощей ревниво следил за мной.

– Что именно? – я выгнула бровь дугой. – Ваш кабинет – да, все остальное – нет. Вы б еще в катакомбах поселились.

– Я – Кощей! – заявил мой пациент.

– И что? – я скрестила руки на груди. – А я – Дульсинея. Дальше что? Фамилии называть будем?

Опять рука-лицо. Вот умеет же! Я так сокрушенно качать головой не могу.

– Никакого пиетета, – заметил мужчина. – Ты знаешь, какое место у меня в мире?

– Боюсь представить даже, – ехидно ухмыльнулась я. – А если кандидатура моя не устраивает, то можете прям сейчас вертать взад, то есть, домой меня отправить. Буду рада.

– Ну уж нет. Будем работать с тем, что есть.

Кощей вздохнул. И так мне жалко его стало. И жениться не может, и девки одолевают, живет со скелетом, да еще и бессмертный, то есть, это не закончится в ближайшее время.

– А почему вы не женаты? – выпалила я совершенно неожиданно для себя.

– Тьфу! – в сердцах вскочил Бессмертный. – И ты туда же! Потому что жду деву юную, покорную, подходящую! А то шастают тут всякие… Тебе подобные!

– А, ну тогда вы неправильно ждете! – восхитилась выпадом я. – Сейчас научу.

Встала, взяла стул и поволокла его к окну. Тяжелый, зараза! Из натурального дерева, однако. Но ничего, справилась. Села, сложила ручки на коленях, взгляд вперила вдаль, придала ему томность и застыла. Тишина. Скосила глаза на Кощея. Он стоял неподалеку, скрестив руки на груди и скептически глядя на меня.

– Что ты делаешь? – осведомился он елейным голосом.

– Мастер-класс по ожиданию девы, – с радостью поделилась я. – Может, она узнает и приплывет к вам с алыми парусами. Взвалит на плечо и потащит в свою пещеру.

– Убью Василия! – прошипел Кощей. – Это ж надо, из всех девиц он выбрал тебя! Иди… Отсюда вон! Андрей!

Скелет появился мгновенно, будто ждал за дверью.

– Слушаю, – проскрипел он.

– Проводи Дульсинею в ее комнату и проследи, чтобы она до обеда оттуда не выходила! Пусть подумает над своим поведением!

– Слушаюсь! Пойдемте, барышня!

Зыркнув на Кощея в последний раз, я пошла за скелетом. Ну и ладно! Ну и пусть! Ну и посижу!

6

Бабушка читает внуку сказку:

– И крикнул богатырь зычным голосом…

– Бабушка, а как это – зычным?

– Ну, это… Эге-гей!.. Йобвашумать!

Анекдот

Сидели ли вы хоть раз взаперти? Сначала это просто скучно. Потом невыносимо скучно. Потом начинает подбешивать, а потом уже бесить. Тем более, я не привыкла быть в одиночестве. Даже дома то телек включишь, то в соцсетях полазишь, а тут ни книги, ни вязания, хоть я его и не люблю, ничего. Понимаю древних женщин, которые веками и поколениями гобелены вышивали. Так же чокнуться можно от безделья.

Спустя 2 часа я была готова убивать. Нести, так сказать, смерть в массы. И сокрушалась мысленно, что Кощей бессмертный, а потому забить до смерти его невозможно. В фантазиях я уже злодейски с ним расправилась, даже жалостливую песню на могиле спела, а в реальности дверь была закрыта, и тишина. Городской шум, привычный для нас, становится фоном, который не замечаешь, а тут прям оглушительно тихо. Мне уже начало казаться, что я тут неделю сижу. И сразу стало понятно, почему принцесс в сказках дракон охраняет. Прогонишь дракона – женишься. Угу. Прогонишь его, как же, когда этот дракон – принцесса и есть. Так и мучаются бедные рыцари потом, спасшие принцессу от злобного ящера. Попробуй спасись сам, когда твоя принцесса – огнедышащий дракон, готовый сожрать по первому велению сердца.

Ну и, в общем, я была она. Принцесса-дракон.

И тут началось.

– Кощееееей! – услышала я за окном зычный голос. Женский. – Выходиииии!

Наконец-то! Движуха!

Соскочив с кровати, я пулей подлетела к окну и высунулась в него по пояс, дабы не пропустить самое интересное. А интересное обещало быть – за воротами замка стояло войско в латах, или как там эти рыцарские штуки называются, а впереди всех на коне сидела валькирия и грозно (по крайней мере, мне хотелось в это верить) оглядывала окна на предмет обнаружения Бессмертного. И тут она заметила меня. Я помахала рукой радостно. Спасительница моя! Вот знала я, что подсознание мое должно было выдать что-нибудь эдакое, а то скукота не в моем характере.

– Кощееееей! – еще громче заорала дама. – Выходи, я убью тебя, подлый трус!

Тишина.

– Кощеееей! Если ты не выйдешь, я разнесу твой замок, а тебя прикажу четвертовать! – еще пуще бесновалась валькирия. – Изменщик! Коварный растлитель!

О, как! Глаза мои округлились. Представить, чтобы этот голубоглазый кусок льда кого-то растлил, я не могла.

– Ты мне обещал, Кощеееей!

Тишина. Ну я так не играю! А где изменщик и растлитель? Почему он трусливо прячется в доме? Где эта игра чувств, взрыв эмоций, накал страстей?

На замковой стене появился Андрюша, и даже отсюда было слышно, как телепаются под ветром его косточки, стуча друг об друга.

– Госпожа Василиса! – голос скелета был глуше, чем у дамы. – Господина нет дома, он в отъезде. Напрасно вы горлышко надрываете, ступайте домой, сегодня Его Бессмертие будет поздно.

– Знаю я ваше это поздно! – не сдавалась дева. – Он с бабами, значится, а ты тут голосом его заделался! Подавай сюда этого своего бессмертного, я ему кое-что вырву, чтоб неповадно было!

Да уж. Голосочку этой нимфы позавидовала бы даже наша преподавательница по гистологии, которая одним взглядом умела наводить тишину в аудитории. А уж если вдруг у нее кончик брови дергался, то все, пиши пропало, весь курс заставит отрабатывать. И хорошо, если просто конспект написать, а то ведь с нее станется принести горсть стекол с препаратами, вывалить их, а там сиди и смотри в микроскоп, и не дай мамонты хоть в одном месте ошибиться – пересдавать будешь до морковкина заговенья.

И эта красотка зычностью своего нежного девичьего баса ее переплюнула. Нет, ну какая мощь, какая стать! Я даже позавидовала. Такая комара шлепнет – шею свернуть может. Ну попал Кощей! Даже жалко его стало. Тут два выхода только – покориться или сдохнуть. А раз второй вариант невозможен в его случае, то остается только готовить свадебный пир на весь мир.

– А это что за захухря там торчит? Глазки-то повыпадают на меня глядеть! Гляди, не ослепни! Ишь ты, уставилась, поди, не видала никогда такую красоту? Так погляди, денег не возьму. А только все одно Кощей мой будет! На такую страхолюдину Коша меня точно не поменяет! Что глазками лупаешь, онемела? Шленда ты, раз у мужика в замке торчишь, непотребно одетая!

После сообщения Андрюши, что главного врага дома нет, пыл дамы поутих, но еще запал не иссяк. Половину эпитетов, которыми меня наградили, я не понимала, а толкового словаря у меня под рукой не было, но чувствовала, что не красавицей меня называют. В конце концов, даже скелет не выдержал.

– Шла б ты, Василиса, домой! – повышенным тоном заявил он, устав с ней препираться. – Коровы-то, поди, не смотрены, куры не доены, ну и так далее по списку. У тебя там молоко на плите не убежало?

– А ты б поостерегся, набор суповой, от тебя я первым делом избавлюсь! Ишь, развели тут нечисть, глуподырые!

Поорав еще немного, валькирия повернула коня и потрусила по дороге, а ее войско в латах двинулось следом. Мы с Андрюшей синхронно вздохнули. Как-то подозрительно легко дама отказалась от своих притязаний. Я б так не сделала. Однако, ждать надо каверзы. Ну и вообще, сколько можно честную девушку держать в неведении? Где этот Кощей, подайте его сюда!

Метнувшись к двери, я забарабанила в нее кулаками.

– Выпустите меня, ироды! – мой голосочек, конечно, с Василисиным не сравнить, однако, и я могу орать так, чтоб стекла звенели. – Сейчас я тогда в окно вылезу и тогда держитесь, мать вашу нежить!

На последнем ударе дверь неожиданно открылась, а я чуть не вывалилась наружу, прямо под ноги скелету.

– Обед подан, барышня, – сообщил он невозмутимо. – Его Бессмертие приглашает вас к столу.

– Так он дома? – осенило меня. – Этот трусливый гад все это время отсиживался в своем кабинете? А Василиса там надрывалась?

– Я не могу обсуждать с вами действия моего хозяина, – дипломатично заметил Андрюша. – Пройдемте!

Забыв, что я сняла куртку от хирургической пижамы, я как есть, в майке на бретельках направилась в столовую, кипя внутри от несправедливости. Что это за фантазии такие у меня, в которых меня же обижают? И вообще, мир несправедлив? Где мои розовые пони и ванильные облака? Ну, держись, Кощей, сейчас тебе Дульсинея покажется страшнее Василисы!

7

Пока шла, набросала план действий. Итак, что мы имеем? Кощей одна штука. Бессмертный и неженатый, а потому злой. Скелет почившего Андрюшеньки-душеньки, одна штука. Добрый, правда, что радует. Яга баба, совсем не бабка, а вполне симпатичная девушка. Опять одна штука. Кот говорящий Василий, одна штука. Короче, все, мною встреченные экземпляры были пока в единичном количестве, что говорит о надвигающемся демографическом кризисе. Вот взять бы бабу эту, Ягу, да выдать ее за Кощея. Разом бы решилась и проблема злости и неудовлетворенности, а равно и мои горести бы канули в лету. Но в русском языке это сослагательное наклонение, будь оно неладно. Далее – Горыныч, предположительно, змей, одна штука. Интересно, а он друг Кощеев или так, мимо пролетал? Вот бы успеть увидеть его до того, как проснусь. Интересно же, что эти змеи собой представляют. Особенно интересно было, похож он на дракона или на варана. Еще я забыла про Лешего и Водяного. Ну и наверняка ж еще кто есть из сказочных персонажей. Василису я в расчет не беру, обычная обиженная женщина. Как говорится, поматросил ее Бессмертный, да и бросил, а она теперь никак в себя прийти не может. Впору садиться на попу и выть благим матом.

Кстати, не вооружиться ли мне чем-нибудь? Вдруг коварный обидчик сейчас кинется и на меня? Мало ли что в его бессмертной головушке творится.

Порыскав глазами, я обнаружила невесть как затесавшуюся на полке фигурку человека, отдаленно напоминавшего голема из сказки, какими я их представляла – длинные непомерно ноги, тело, голова, руки, поднятые кверху, никаких черт лица не вылеплено. И как тут это оказалось? Чудеса. С другой стороны – я ж у себя в голове, почему б тут этому и не быть?

Перехватив статуэтку поперек того места, где у нее предположительно была талия, я догнала Андрюшу, пространно рассуждавшего о том, что никакого уважения к Его Бессмертию не осталось, раз всякие девки ломятся к нему в жены. Раньше-то они себе такого не позволяли. Пока ларец был на месте, да отец Кощея, Чернобог, правил Навьим царством. А вот с тех пор как исчез – тут скелет погрозил кулаком неведомо кому – так и началась разруха. И приходится теперь молодому господину – я усмехнулась – во всю ситуацию вникать, да Навье царство под свой контроль брать. А тут еще портал этот ларечный… Ларцовый… В общем, исчез он, энергии мало стало, эдак скоро и вовсе прахом пойдет.

Так мы досеменили до столовой. Кощей уже сидел на своем прежнем месте с видом оскорбленной девственницы. Не знаю, что он там себе думал, но я невежливо кивнула ему, уселась на свое место и принялась за обед. Надо отдать дань повару, готовил он просто великолепно! В наших столовках такого не подают, а дома так извращаться не каждый станет.

После того, как все вкусное было съедено, десерт впихан путем немыслимых усилий тоже, я откинулась назад и вздохнула, уныло глядя на стол – оставался еще кусочек тортика, а я уже была полна под завязку, как рождественская гусыня. Как там тех уток для фуагра кормят – засыпают корм в разинутый клюв доверху? Вот я себя такой фуагриной уткой и ощущала. Не знаю, как там недовольный Кощей, а мне все понравилось. Теперь можно смело отправляться спать. Авось, тут лягу, там проснусь. И самым неприличным образом зевнула, прикрыв ладошкой рот.

– Какие планы у нас на сегодня? Мир спасать идем или пусть до завтра подождет? – осведомилась я елейным голоском у моего похитителя.

Он ответил мне мрачным взглядом и процедил сквозь зубы:

– С тобой как бы этот мир окончательно не рухнул. Сегодня точно отдыхай, у меня много дел с наследством, буду разбираться, не до тебя пока. А завтра займемся подготовкой.

– Ну и отлично, – я еще раз зевнула. – Пойду тогда к себе.

Поднявшись на ноги, я вразвалочку направилась в свою комнату. Все-таки и в болезни есть свои плюсы – когда б я еще так хорошо выспалась?

Завалившись на широкую кровать, укутавшись до носа в мягкое покрывало, я моментально отрубилась.

********

– Кощеееееей!

Да что ж это такое?

– Кощееееей, выходи!

Мать вашу за ногу! Василиса будет теперь два раза в день требовать печень и ногу Бессмертного? Я так не согласна! Натянула подушку на голову и попыталась уснуть снова.

– Кощеееей, я знаю, ты там! – нет, какой противный голосочек у этой валькирии! С утра был приятнее.

– Если ты не выйдешь, я утоплюуууусь!

Тьфу, дура! Да кто ж так мужика к ногтю прижимает-то? Мужик – он как рыба. Сначала надо продумать, на что ловить, купить удочку, крючок, блесну, то есть красивое платье, косметику, туфли, затем завлечь его умом и юмором, а там и подсекать готовенького. Ведь хуже глупой бабы может быть какая? Правильно. Скучная. С глупой хоть весело может быть иногда, а со скучной что делать?

– Кощееееей!

Нет, мне это надоело! Решив посоветовать, к какой матери идти отсюда, я вылезла из своего гнездышка и высунулась в окно. Ба! А увиденная-то не Василиса!

Эта дева была помоложе той, постройнее, вернее, та была толще в два раза, да повыше. В общем, идеальная пара синеглазому – палка-одной субстанции мешалка. В сарафане и кокошнике. И с румянцем, как у Марфушеньки-душеньки.

Не одна я вышла на шум – Андрюша уже был на стене.

– Уважаемая Настасья, Его Бессмертие отбыл по делам, – сообщил скелет и сложил ручки на грудной клетке. – Приходите потом.

– Знаю я ваше «потом»! – визгливо отозвалась красавица. – Тут не укарауль – уведут мужика! Василиса-то приходила уже?

– Так точно, – отрапортовал Андрюша. – И отбыла восвояси. Хозяин как уехал утром, так назад еще не возвращался. Весь в делах, весь в заботах.

– Угу, как же! Так я и поверила, нашел дуру! – нахмурилась Настасья. – Врешь ты все, мерзкая костяшка! Вот выйду за него замуж, быстро вас тут всех выпровожу. Ишь, расповадились!

Я хмыкнула. Однако, самоуверенная девка. Нахрапистая.

– Да кто тебя возьмет? – неожиданно раздался голос из караулки. – Чувырлу!

– Это кто чувырла? – подбоченилась девица. – Это я чувырла? Ах ты, мерзкая скотина, получай, гад ползучий!

Что-то достав из кармана, она размахнулась и запустила в невидимого мне стражника. Но с координацией у этой невесты явно были проблемы – пузырек с чем-то ярко-красным ударился о край стены и разлетелся вдребезги, окатив не успевшего увернуться Андрюшу веером брызг.

– Вот вам всем! Будете знать тут!

Развернувшись на каблуках, красотка покинула поле видимости, воспользовавшись порталом.

Однако!

На стене тем временем творилось что-то невероятное – скелет, успевший прийти в себя после нежданного омовения зельем, вдруг заломил руки.

– Настасьюшка! – навзрыд воскликнул он. – Не покидай меня, голуба моя ненаглядная!

Вот те раз! Это что, приворотное зелье было, что ли?

– Что здесь происходит? – Кощей соизволил, наконец, появиться в поле зрения.

– Вот, – из караулки вышел толстый усатый стражник. – Пострадавший. Все зелье на себя принял.

Из моего окна было не очень хорошо видно, что происходит у подножия стены с внутренней стороны двора, а потому я высунулась в окно еще больше, стараясь не упустить деталей.

Скелет бился в истерике на земле, завывая о своей проснувшейся любви, Кощей стоял над ним, скрестив руки, стражник куда-то исчез.

– Хватит ломать комедию! – воскликнул, наконец, Бессмертный. – Зелье не действует на нежить.

– О, я не смогу прожить ни дня без моей красавицы! – отозвался Андрюша. – Это невыносимо!

В это время рука моя соскользнула с подоконника, я не удержалась и полетела вниз, завизжав от неожиданности и страха – комната моя была на третьем этаже.

8

Обычно, если где-то в книге герой откуда-то падает, то успевает вспомнить всю свою жизнь, посетовать, что сейчас эта самая жизнь закончится, а также про все несделанные дела. У меня все произошло быстро – вот я торчу в окне, а в следующий миг уже шмякнулась со всей дури спиной на что-то твердое, даже вякнуть не успела. Это самое твердое сдавленно ругнулось и поставило меня на ноги, оказавшись его бессмертием.

– Спасибо! – севшим голосом обратилась я к спасителю, а в следующий миг неожиданно для себя вдруг разразилась слезами.

Сто лет уже так не плакала! Вернее, давно я вообще не плакала, а именно так вообще ни разу. Нос мгновенно взмок и потек, глаза защипало, тело затряслось – я думала, так только в фильмах бывает. Из горла моего против моей воли вырвалось что-то среднее между икотой и рыданием, я попыталась закрыть лицо руками и убежать, но, переступая ногами, споткнулась о какую-то ветку и полетела моськой вперед. Благо, на пути моем стоял обалдевший Кощей, в рубашку которого я со всей благодарностью и уткнулась.

Пахло от него приятно – солнцем, каким-то ароматом духов, чем-то еще неуловимым. В общем, хотелось рыдать и рыдать, лишь бы позволяли еще вдыхать этот аромат.

– Что такое? – недовольный голос слегка привел меня в чувство.

Всхлипнув еще пару раз, я отстранилась от рубашки и шмыгнула носом. Представляю, как шикарно я выгляжу – лохматая после сна, с потекшей тушью, заплывшей мордой, помятой одеждой. В общем, не женщина – мечта!

– Зачем ты полезла в окно? – продолжал допытываться Кощей.

– Так все интересное было за окном!

– Это что, повод бросаться вниз?

Блин! Вот же противный, а!

– Я не бросалась! – с вызовом ответила я, отступая на шаг.

Все-таки, какой стойкий аромат! Мне казалось, что и я теперь пахну, как Кощей. Надо признаться, чувства этот запах будил совсем не детские. А этот наглец стоял напротив, скептически скрестив руки на груди, и разглядывал меня так, будто я голая перед ним.

Вспомнив, что я, собственно, почти голая и есть, так как моя майка не была рассчитана на показ посторонним мужчинам, а белье я сняла из-под нее, я обхватила себя руками и с вызовом посмотрела на Кощея, замечая, как зрачки его расширились, заполнив чернотой всю радужку, а ноздри слегка трепещут. Красавец! Не чета мне, веснушчатой и с рыжеватыми волосами обыкновенной девчонке не первой, так сказать, свежести. Интересно, а сколько ему лет?